Интервью

Далин Максим Андреевич

Ну да, конечно, с вампиром))

И абсолютно никакой мистики, лирики и лунного света — потому что всё это лишь человеческие иллюзии…

Этот компакт-диск в поцарапанной коробке, наскоро подписанный черным маркером «Интервью с Эльфлауэром Кин'Рэу, художником», я нашел в рабочем столе своего предшественника, когда выгребал из ящиков всякий хлам. Диск завалился в щель; я обнаружил его только потому, что вытащил ящики совсем: неряха-предшественник оставил в них крошки, обертки от жевательной резинки и прочую дрянь — я хотел всё это вытряхнуть… так вот. Диск. Мне еще показалось изрядно странным, что это интервью так и не было опубликовано в нашем журнале; все-таки, Кин'Рэу не последняя фигура в бомонде, культовый художник — причем, не просто любимый толпой, а, действительно, очень талантливый. Половина его комиксов экранизирована, по второй половине сделаны анимационные сериалы… Стиль у этого Кин'Рэу ни на кого не похож, анатомия, пропорции, динамика у персонажей — достоверные на диво, живые; сюжеты своеобразные, всегда очень эмоциональные и логичные, что вообще-то для комиксов не характерно. И в истории он разбирается вполне неплохо: костюмы, антураж, речь — так точно и чудесно стилизованы, что даже специалисты не цепляются к частностям. Но главное — удивительная графическая манера, для каждого комикса своя. Сам я считал Кин'Рэу единственным современным художником такого сорта, чьи комиксы не стыдно покупать и рассматривать, уже выйдя из детского возраста. Сам я некоторое время их даже коллекционировал. Особенно мил был комикс о парнишке, потерявшем свою девочку во время Огненных Лет, мировой войны — сделано тонко и строго, вроде, совершенно не сентиментально, а почему-то слезы наворачиваются… этакая сдержанная боль.

И вот, увидев диск с его именем, я подумал так: если в этой коробке, действительно, интервью, а не фотки с корпоративной вечеринки, то его обязательно надо пустить в следующий же номер. Кин'Рэу — совершенно не тусовщик, о нем нигде ничего не слышно — поклонники номер с интервью будут из рук рвать. Я даже выругал того парня, который работал тут до меня, разиней… Разве что Кин'Рэу вдруг передумал и запретил публикацию материала; вообще-то, похоже на него. У очень талантливых людей бывают приступы мизантропии.

Да хоть бы этот баран-интервьюер записал на коробке телефон или е-мейл своего героя!

Я запустил компакт. На нем оказались два файла — звуковая дорожка и фотография. И эта фотография поразила меня, даже, можно сказать, шокировала — это слово употребляют сейчас к месту и не к месту, но в данном случае оно вполне соответствует испытанному чувству. Я не ожидал такого эффекта.

Я решил, что это фотография Кин'Рэу — но изображенный на ней совершенно не ассоциировался с художниками комиксов, а я видал их достаточно. Он оказался намного моложе, чем я ожидал — выглядел лет на двадцать, максимум — и он, черт побери, выбрал себе не ту работёнку! Он мог бы купаться в деньгах, уйдя в шоу-бизнес! Я в жизни не видел настолько красивых людей. Это лицо вызывало страстное желание смотреть и смотреть — не так, как все эти киношные секс-символы, без малейшей тени пошлости, женственности, сальности, скорее, как картина средневекового художника: чистое лицо, умное, правильное и… как бы сказать? Он казался очень спокойным, но в его темно-серых глазах и в уголках губ что-то такое тлело… как пламя под пеплом. Всепонимание — под легкой мальчишечьей улыбкой.