Сквозь Топку

Дашнер Джеймс

Побег из Лабиринта — это отнюдь не конец Испытаний. Вот теперь нашим героям предстоят настоящие трудности: поход сквозь самую горячую точку земного шара. Для тех, кто, прочтя первую книгу, "Бегущий в Лабиринте", решил, что всё понял, сделал свои выводы и считает, что ничего нового уже не будет: ваши догадки неверны, всё совсем не так, как вам кажется. А как? Вот прочтите - и... ещё вопрос, узнаете ли!

ГЛАВА 1

Перед тем, как мир стал с ног на голову, она заговорила с ним ещё раз.

«Привет! Ты спишь?»

Томас заворочался. Его окружала непроглядная, давящая тьма — словно сам воздух сгустился и стал вязким. Распахнув глаза и оторвав голову от подушки, он сначала запаниковал: представилось, что его опять сунули в Ящик — холодный металлический куб, в котором он прибыл в Приют. Но вскоре в слабом свете из темноты обширной палаты выступили сгустки тени: двухэтажные койки, шкафы. Вокруг спали его товарищи: кто тихонько посапывал, а кто громогласно храпел.

Всё в порядке. Сюда, в эту просторную спальню, их привезла команда спасателей. Они в безопасности. Не будет больше гриверов. Не будет больше смертей. «Том!»

В голове звучит голос. Голос девушки. Её самой здесь нет. Но он слышит её, хотя и не в состоянии объяснить, как это у него получается.

ГЛАВА 2

Вот так всё и началось. Он услышал слова Терезы, но они, казалось, доносились откуда-то издалёка, словно с другого конца длинного гулкого туннеля, едва пробиваясь сквозь владевшую Томасом тягучую, тяжёлую сонливость. Юноша пытался вырваться из оков сна, но это ему никак не удавалось — он увязал в нём, как будто что-то насильно удерживало его по ту сторону действительности. Он не мог проснуться. «Томас!»

Она кричала — пронзительно, истошно. Он почувствовал укол страха, но опять-таки — словно всё это происходило во сне. Спать, спать, спать!.. Они теперь в безопасности, все тревоги позади. Конечно, это не взаправду, сон, всего лишь сон. С Терезой всё в порядке. С ними со всеми всё в порядке. И он расслабился и соскользнул обратно в забытьё.

Но тут в его сознание ворвались другие звуки: топот... звон металла о металл... Что-то разбилось... Где-то закричали мальчишки... Однако шум был каким-то приглушённым, неясным, словно далёкое эхо. Внезапно крики превратились в вопли — кто-то вопил от непереносимого страдания. Опять-таки — всё происходило где-то далеко-далеко, а он, Томас, был словно укутан в плотный, тёмный бархатный кокон.

Но вдруг его пронзило осознание того, что что-то не так. Тереза звала его, говорила, что происходит нечто странное, чего не должно быть! Он постарался вырваться из безжалостных тисков дремоты, тянущей его обратно в сон, словно гиря на ногах утопающего.

«Проснись! — скомандовал он себе. — Проснись же!»