Слуги паука 2. Пленники паука

Делез Морис

...и снова Конан-Варвар отправляется в странствия, снова он принимает бой и снова выходит победителем.

Северо-Запад, 1997 г. Том 39 "Конан и берег проклятых"

Морис Делез. Пленники паука (роман), стр. 5-264

Глава первая

Очертания огромной воздушной сферы, что заключала в себе пространство, казавшееся бескрайним, терялись в невообразимой дали, и ослепительный свет, костром пылавший в вышине, не в силах был осветить весь мир, который боги сотворили внутри.

Титаническая сфера, невидимые стены которой пропадали в холодной глубине мертвого мира звезд, называлась небесным сводом, а ослепительное пламя, живительным потоком света и тепла изливавшееся с него, звалось дневным светилом, или Оком Митры — бога, вдохнувшего в этот мир жизнь. А еще люди дали ему простое имя — солнце.

Солнце исходило потоком расплавленного золота, вылизывая хрустальную оболочку сферы нестерпимым жаром, от которого поверхность небесного свода плавилась, постепенно становясь все прозрачней. Казалось, еще немного и небеса неминуемо лопнут, погубив во вселенском катаклизме робкую искру жизни, с трудом прижившуюся на крошечной Земле, которая невероятным образом удерживалась в центре сферы. Однако летели века, складываясь в тысячелетия, а все оставалось по-прежнему.

И если где-то далеко вверху бушевал огонь, то нижняя часть сферы постоянно тонула в ласкающей черноте вечной ночи, усыпанной бриллиантовой россыпью звезд, что играли всеми цветами радуги. Были они не чем иным, как прощальной игрой дневного светила в хрустале чистейшего льда и бархате инея.

Глава вторая

Хотя лето еще не началось, было уже по-настоящему жарко. Впрочем, и весна не спешила уступать свои права. По утрам солнце ласкало, нежно прикасаясь к остывшей за ночь земле и постепенно согревая ее, но к полудню набирало силу, и безжалостные лучи немилосердно палили, пропекая мощенные камнем мостовые и черепичные крыши домов, делая воздух жарким и тягучим.

Почти невесомая пыль, поднимавшаяся с земли от малейшего дуновения ветерка, клубилась полупрозрачной дымкой, застывая в воздухе легкими облачками. Стоило лишь выйти за порог, и жара мгновенно выжимала из тела влагу, кожа покрывалась липким потом, а вездесущая пыль налипала плотным слоем, отчего даже совсем недавно принявший ванну человек начинал чувствовать себя рудокопом, только что вылезшим из шахты.

Как это ни странно, но, несмотря на жару, улицы по-прежнему оставались людными. Правда, тем, кто добывал свой кусок хлеба трудом, было не до капризов погоды: жара ли, холод ли, проливные дожди — останешься дома, помрешь с голоду.

Лишь те, в чьих сундуках никогда не иссякали монеты, могли позволить себе такую роскошь, как ничегонеделание.