Семь легенд мира

Демченко Оксана

Если твои имена и прозвища уже давно стали легендой, если они внушают страх и уважение каждому, если золота у тебя до бессмысленности много, – согревает ли душу такая слава? Окрыляет, наполняет жизнь смыслом? Нет! Ни деньги, ни страх не восполнят дракону, утратившему крылья, радости полета. Тогда как найти свой путь? Просто ослабить повод и дать свободу коню. Вмешаться в течение чужих судеб, подставить свой непобедимый клинок под удар, назначенный другому… Позволить себе обзавестись друзьями, заранее зная, что переживешь их и снова будешь одинок. Это трудно и больно. Но именно так утратившие крылья учатся снова… летать.

Книга I

Утраченные крылья

Легенда первая. Демон Кэбир

Старики рассказывают, что в те далекие времена, когда одинокий воин, полагаясь на свои клинок и удачу, мог стать шейхом и повелителем целого народа, жил в пустыне Кэ-рабих древний демон. Говорят, тот демон умел строить дворцы и превращать сухие пески в зеленый и живой мир. Был он могуществен. Был ли зол? Возможно, да, а может – нет. Разное говорят старики.

Встретил его в песках молодой купец, пообещал одарить золотом и камнями – и получил воду, а еще в придачу бесценное умение прослеживать путь по звездам. Встретил юноша, ищущий славы лекаря, и получил знания и травы, за которые позже должен был десятикратно воздать учителю.

Но люди и в те давние времена не умели держать свое слово, а глаза их горели жадностью. Купец более не водил через черные пески свои караваны, а юноша повзрослел и стал лекарем при дворе великого шейха. Оба познали богатство и славу, оба забыли об их источнике.

И вот однажды, много лет спустя, миновав морем опасные черные пески и потеряв на этом три месяца, купец вышел с караваном в дикую северную степь. Там его ограбили разбойники – жилунгэ, увели всех верблюдов, угнали коней, пленили слуг. Их было не более дюжины, захвативших караван. И взмолился купец: «Как же вы одолели мою охрану, откройте мне хоть перед смертью свою тайну?» Рассмеялись разбойники и сказали, что за половину денег от продажи каравана и его добра наняли самого Кэбира, который давно желал повидать своего должника. Указали своими кривыми саблями на черного всадника, недвижно замершего поодаль. Плача и раздирая лицо ногтями, подполз ставший нищим в тот день богач к копытам вороного скакуна, столь совершенного, что конюхи шейха пали бы замертво, увидев его, а сам шейх лишился бы рассудка от неотступного желания заполучить дивное животное. Во всаднике купец узнал демона, ничуть не изменили его лика прошедшие годы. И тогда понял, что плату за свою жизнь и тайное знание все же отдал сполна, хотя мог бы вернуть ее раньше, и не столь ужасно. Демон усмехнулся и молвил: «Я дам тебе еще раз флягу воды и немного золота, чтобы твоя семья не оплакивала тебя, глупый человек. И добавлю совет, не требующий оплаты. Слово – дороже золота, а честь превыше жажды наживы. У тебя теперь хватит времени обдумать мой второй дар».

Книга II

Душа клинка

Запас орехов для Лоя оказался самой дорогой покупкой заглянувшего в Кумат айри. Благо полновесный золотой крэйш, имеющий хождение далеко на востоке, за пустыней, удалось на редкость выгодно превратить в три более мелкие местные карнские деньги того же металла. В придачу Вэрри получил от говорливого менялы пригоршню звонкого серебра и целый ворох занятных сплетен.

Беседа завязалась, когда достойный Мартик обнаружил на крэйше профиль шейха, почившего более века назад. Редкая монета давно требовалась для коллекции, и за нее было возмещено без скупости. Вэрри осторожно намекнул, что у него были где-то и крупные северные червени, но меняла лишь скривился. Это – не диковина. В последние полгода с севера приходят купцы, они переселяются сюда, что-то там неладно, и потому золото да серебро странной и прежде действительно редкой чеканки уже в ходу и коллекцию не украсит. Хотя оно и правда красиво. Достойно возместить он готов лишь за монеты, украшенные самоцветными каменьями и отчеканенные к юбилею старшего князя рода Орланов.

Айри охотно поддержал разговор, желая выяснить подробности переселения. Он с неприятным удивлением осознал: Мира права, на севере дела вовсе не хороши. Увы, меняла толком ничего не знал, а купцы в Кумате не осели. Двое вроде бы живут теперь в Райсе. Но и это – слухи.

Разговор постепенно перекинулся на дела местные, куда более понятные и насущные. К тому же дающие богатую пищу для рассуждений и рассказов. Чего стоит хотя бы такая новость: голова казнен.

А ведь еще прошлой весной маркиз Дамит чудом избежал казни, его связи даже позволили ему еще почти месяц оставаться головой стонущего от возмущения Кумата. Комитэн-и-Тэй до последней золотой деньги дрался за место. Так усердствовал, что лавки к маю закрылись почти все, на складах накрепко утвердились пудовые замки, а гости города поспешно собрались и покинули его. Даже знать, далекая от торговых дел, была взволнована, и в конце концов Дамит неосторожно привлек к своей персоне пристальное внимание самой «паучихи». Говорят, некто весьма влиятельный и уважаемый старухой, явно знатный лорд с Архипелага, ей подсказал, какой из маркиза хозяин города. И скольких денег казна по его усердию в воровстве не досчитывается каждый год. Старая княгиня Нинда Карн со свойственным ей глубоким вниманием к деталям изучила дело лично. И пришла к неутешительному выводу, что «голова голове не идет совершенно». Говорят, это ее дословное выражение, и оно оказалось убийственно точным. Карнская «паучиха» присутствовала на казни, и одним маркизом дело не ограничилось, сын Дамита до сих пор невесть где, дознаватели его так и не отпустили, ведь ее светлость сразу пообещала, что будет неспешно разбирать даже малые детали прискорбного случая утраты фамильной чести. Доверенные люди госпожи разыскали всех тех, кто получил через руки младшего маркиза фальшивые пергаменты с правом на родовые имена. И предложили новоявленным обладателям «голубой крови» выбор: оплатить обман повторно по цене, указанной ее светлостью, или последовать за маркизом в лучший мир, на суд справедливый и окончательный.