Туман. Квест «Похититель Душ» 2

Демин Ник К.

Ник Демин

Туман. Похититель душ. 2 часть

Рекурсия

…туман, и я так долго в нём.

— Зрачки реагируют, он открыл глаза.

— Не может быть, он же по всем показателям в отрубе.

— Сам посмотри.

Глава 1

1

Из уголка рта стекает слюна. Я ничего не понял, голова работает ясно, вот только что я горел на костре, потом просыпался на операционном столе и меня снова чем-то глушанули. Если в первый раз было страшно и стрёмно, то сейчас особой паники я не испытывал, единственное неудобство из-за слюны. И только я собирался незаметно втянуть её, как сзади высунулась рука в перчатке и ловко вытерла мне платком всю морду. Наверно именно поэтому мне удалось сохранить идиотское выражение лица. Аккуратно опустив глаза в тарелку, я увидел истерзанную, изувеченную еду, раскиданную по тарелке и вокруг, потом около носа появилась ложка, потом странное пощелкивание, на которое я поднял глаза, зафиксированная нижняя челюсть осталась на месте, рот открылся и мне в рот впихнули съедобное. Тщательно пережевывая пищу, я украдкой оглядывался, пытаясь понять что же со мной происходит. Зрение работало избирательно, цветовыми пятнами, то расплываясь, то собираясь в ясную картинку. Слух тоже шалил, то наваливалась полная глухота, то скрип ножа по тарелке вызывал сильнейшую мигрень.

Постепенно всё стабилизировалось, мяуканье голодной кошки и пенопласт по стеклу неожиданно трансформировались в приятную мелодию скрипки и виолончели; грохот камнедробилки за углом, прерываемый уханьем сваезабивательной машины — в негромкий разговор соседей по столу; цветные пятна в лица людей. Возникшая мигрень не проходила, да ещё навалились запахи. Воняло луком, жареными тараканами, советскими духами, даже пожалуй не именно духами, а их концентратом, потом, пердежом, чем то ещё. Видимо это отразилось на моём поведении, поскольку на меня кто-то уставился и спросил кого-то за моей спиной:

— Миклош? С Его Высочеством всё в порядке?

И этот кто-то ответил:

— Да разумеется, сир. Он немного нервничает, но в целом ведёт себя прилично.

2

Может быть покажется странным, но заснул я после столь неординарных посетителей быстро, практические не дожидаясь окончания переговоров, проводимых на высоком уровне. А вот проснулся рано. Сна ни в одном глазу, никого вокруг нет, и мне ничего не остаётся, как ещё разик прикинуть происшедшее со мной.

Договорились лечить, если память не изменяет — знать бы как и чем это грозит, но будет день, будет пища. Что-либо объяснять новоявленным родственникам Я не рискнул, поскольку реакция непредсказуема, и то как они себя поведут — непонятно. Тело… я постарался осмотреть себя. То что видно внушает… скажем так — оптимизм. Кисти рук гладкие, кожа ухоженная и судя по эрекции, сори реакции на молодых красивых дамочек, виденных мной в коридоре, о которых я вспоминал утром — я достаточно молод. Скорей всего безобразно молод, но точную дату рождения или хотя бы возраст — не знаю. Поискав глазами зеркало и не найдя его, я хмыкнул — этого и следовало ожидать. Кто идиоту колюще-режущие предметы доверит. Что ещё? Невозможность полноценного управления собственным телом, постоянные сбои. Как только забудешься, так тело живёт своей жизнью, а я своей. Немного поблажив и пару раз крепко зажмурившись, я постарался выкинуть из головы свои представления об ужасе, который испытывает истинный хозяин тела, когда я перехватываю управление у него. Утешив себя мыслью, что он всё равно идиот, я постарался выкинуть из головы эту мысль. Опять вкралась подленькая мыслишка о том, что же будет, если лечение увенчается успехом и меня выселят с жилплощади, оставив прежнего хозяина, которого я уже в душе определил как бывшего. Насладиться картинами ужаса мне не дали.

Хлопают двери и, уже привычные, лакеи рассасываются по стенам. Появляется обладатель противного голоса:

— Ваше Высочество! — вычурный поклон и если бы не фиксация, то я бы поверил верноподданническим ноткам, звучащим в его голосе. — Разрешите препроводить Вас на ряд процедур, выписанный Вам светилом медицины, магом-лекарем мастером Скашем, с высочайшего одобрения Его Величества.

Ещё и спину согнул в низком поклоне, сссука такая. Ладно, пока высовываться не будем, подождём парочки экзекуций и объявим о своём полном и безоговорочном выздоровлении, а пока — пусть вяжут.

3

Меня объявили частично дееспособным, если перевести на нормальный язык то, что зачитали в общем зале и приставили ко мне старика-лекаря — после чего выставили подальше из столицы. Так сказать для овладения необходимыми навыками могущими при годиться в обычной жизни. Похоже, никто не представлял, что делать со мной теперешним, поскольку на выздоровление не рассчитывал никто.

Хотя мой статус и изменился, но внешне поменялось очень немногое. Старика лекаря прикрепили ко мне на постоянной основе, отслеживать мое состояние, пока не решат, что со мной делать. Происшедшее с моим доктором, списали на его умственное перенапряжение и пользование не самыми разрешёнными из стимуляторов, хотя все сходились, что в его лице наука и магия потеряли очень много.

— А он, — подтверждал старик, — видимо действительно хороший маг-лекарь, поскольку ему удалось то, чего у меня не получилось. И поникал плечами: Наверное это из-за того, что Его Величество решился принять на эту должность не простого лекаря, типа меня, а ещё и мага, что раньше было недопустимо.

Меня это если и волновало, то только чуть, лишь в свете того, что со мной собираются делать дальше. Всё таки когда под вопросом целостность своей шкурки, уже не думаешь, о красотах за окном. Так мы и дождались очередного приглашения на высочайшую аудиенцию.

4

Я никак не мог забыть приключившееся в зале, во время награждения нового мага-помощника Королевского Лекаря. Магия или не магия — но это спасло мне жизнь, и иметь подобный козырь в рукаве, очень неплохо, тем более в моём положении, когда не знаешь чего ждать и откуда. Перечитав кучу книжек, честно скажу не очень интересных, но очень полезных, я был готов к новой беседе со своим лекарем. Кстати взрослый человек, а вернее сложившийся человек (некоторые взрослые до самой смерти хуже иных детей) тем и отличается, что умеет выбрать между надо и приятно. Так вот, я читал любую литературу, которая могла дать мне общее представление о происходящем. Я прочитал кучу мемуаров, сумел отследить момент смены династии, происшедший тихой сапой, и для развлекалова, прочитал несколько местных романов, из-за антуража и ГГ покативших за фэнтези, хотя здесь они считались почти документальными. Так вот, одна из этих книжонок, была заложена на нужной странице. Я же сидел за столом в кабинете, в камине горел огонь, принесли только что подогретое вино, так что настроение было задумчиво-выяснятельное. Альф тихонько стукнулся в дверь.

— Разрешите? — и как обычно застыл в показном смирении.

Обидно конечно, когда тебя держат за идиота, но тут уж ничего не поделаешь, только время покажет, кто есть кто. Первые шаги, для того чтобы меня воспринимали серьёзно — сделаны, а там видно будет. Я приветственно закивал:

— Заходи, Альф, заходи.

Старик прошёл и остановился около огня:

5

Вылазка в город подготавливалась достаточно тщательно, во первых я постарался отбросить свою неприязнь к подлизе (Сори, конечно. При людях я называю граф Поплавски, а наедине сам с собой — подлиза, и это не лечиться), и постараться относиться к нему не предвзято. Знаете, он с облегчением воспринял такие перемены и отношения немного начали налаживаться. Так на моё заявление, что я хочу озаботиться наблюдательной башней, он согласился достаточно легко, пропустив моё «для отслеживания возможных речных пиратов», мимо ушей. Таким образом мы и отправились в город, к тому же инкогнито, вроде того, что пивка попить, да побузить немного. Я думаю, что подлиза посчитал это основной причиной, а не то, чтоя проговаривал вслух. Разумеется, нас прикрывали люди графа, четверо мордоворотов, с не самым миролюбивым выражением лица. Я не возражал, поскольку это была первая моя вылазка после чудесного выздоровления.

Чувствовал себя прекрасно, сладкий запах свободы перемежался с запахом конского пота. Худо бедно я научился передвигаться на этих адских созданиях, которых называют лошадьми, и хотя отличным наездником мне никогда не стать (да я и не стремлюсь к этому), но для передвижения эту тварь я уже могу использовать. Добравшись до городка мы инкогнито въехали через западные ворота, прямо мимо евших нас глазами стражников в начищенных кирасах. На мой вопрос:

Где же здесь можно остановиться, не очень богатому дворянину?

Один из них, похоже не самый главный, а самый ненужный, долго тыкал пальцем в разные стороны, перемежая всё словами: «Если будет угодно молодому неизвестному господину», пока взбешённый Мауни не протянул его плетью. После такого средства, он моментально пришёл в порядок и в двух словах объяснил дорогу, до самой лучшей и похуже таверны.

Такого благороднтого собрания я не ожидал увидеть причём всё это было сделано так, что нас в упор не узнавали.

Глава 2

1

За все свои жизни я трижды бывал в Лилу, и ни одно из посещений ничем хорошим для меня не закончилось. Так что подсознательно я ожидал очередной пакости. Мокрый зимний ветер, дующий прямо в лицо и вымораживающий нутро чище легендарного демона холода (вы не знаете, это местный фольклор из моей второй жизни) никак не способствовал возникновению хорошего настроения. Стража в воротах города выглядела слишком независимо и никак не хотела пропускать на ночь глядя, неизвестно кого, в город. Спор разгорался и грозился перейти на личности. Нас было не мало, но к страже подошёл патруль, да и не хотелось начинать этот свой приезд с драки. Мне было скучно, мерзко и противно, для себя я решил, что если мои спутники не смогут договориться, то я наплевав на всё, проведу их одним из стеноходов. Проломом, которым выбираются из города и заходят обратно порядочные люди ночного города. Он не тайный, про него знают все, в том числе и стража, да и заделать его не особенно сложно. Проблема в том, что за его починку заплачено лет сто назад. Подряд на работы взяла на себя почтенная строительная организация с гномским названием, что подразумевало отличное качество выполняемых работ и хобгоблинским учредительным советом и безбородым директором гномом. По бумагам всё прошло нормально: закупка материалов, работа специалистов и так далее. Сдача объекта и приёмка проходили с большой помпой, приезжал даже тогдашний градоправитель.

Начальник башни даже выделил для нашего сопровождения большой отряд стражи, оголив все патрулируемые участки. Позвякивающая гусеница доспешной стражи придавала солидности, разгоняла воришек и наводила на мысль о конвое, пленении и тюрьме. Я встряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Вечно скрываться в своём поместье невозможно, тем более выделенном в центре земель, изначально лояльных действующей власти и враждебно настроенных ко всем потенциальным заговорщикам, пусть даже и… Пока я формально отношусь к правящей фамилии, я свой, вздумай же поднять мятеж, даже если у меня были бы деньги, то я моментально натолкнусь на глухое противоборство, быстро переходящее в открытое неповиновение. Так что всё правильно, прочь сомнения, только вперёд, тысяча чертей. Я грустно усмехнулся.

Тем временем тёмные местами мощёные улицы городской окраины, сменились выложенным брусчаткой проспектом. Назывался он бульваром фонарщиков. Это место я помнил, передвигаться здесь следовало только пешком — верхом и в экипажах здесь совершали променад только члены королевской семьи и верхушка королевства. Я сделал невольное движение слезть с лошади, но вовремя спохватился. Остаток дороги я расстраивался попусту, ругая себя за то, что никак не могу изжить из себя привычки плёбса.

Добравшись почти до внутреннего города, мы напоролись на патруль королевской стражи, носящие плащи кирпичного цвета, так называемая внешняя стража.

— Кто такие?! — вопрос прозвучал очень грозно, поскольку смотрелись эти спрашивающие гораздо солиднее сопровождающей меня городской стражи. Башенный капитан замялся, но тут его подвинул Мауни, выглядевший ещё более раздражённым недели я.

2

Первое время я с тревогой прислушивался к своим внутренним ощущениям, хотя и понимал, что это глупо. Ведь с того времени, когда меня «привили» демоном, прошло довольно таки много времени и если бы мне не сказали, то я бы и не подумал никогда в эту сторону. Со временем я успокоился, считая слова Альфа попыткой меня напугать, а ускоренную регенерацию проявлением моей непонятной магией. Тем более проблем и так хватало. Того несчастного, который кинулся на меня, конечно убили, хоть и сделали это не специально, а из-за излишка рвения моей новой охраны. Когда Хант нарисовался к концу недели, то на него было жалко смотреть, этих придурков набрали как раз из тех, кто вечно толчется в приёмной, рассчитывая на синекуру. Не знаю уж чего им посулили, но эти чудаки купились на жалованье, возможность жить в столице, пусть в казарме, и носить мундиры красивых цветов. Видимо для того чтобы вставить меня посмешищем, мои вполне нормальные цвета: белый и зелёный, стали таких ужасающих оттенков, что даже человек типа меня, не обременённый чувством прекрасного, ощущал неловкость при взгляде на это одеяние. Пришлось ещё раз сказать Ханту, что я надеюсь только на него, поскольку больше доверить свою жизнь мне некому. Тот включился в работу со всем старанием новообращённого неофита. Вся положенная мне охрана была разделена на две части. В большей остались те кто не подошёл Ханту по каким-либо параметрам, в меньшей, в том числе и верзилистый начальник, подобрались более менее адекватные люди, которые старались научиться всему чему только можно. К сожалению в этом мире не было никаких курсов подготовки телохранителей, спецназа или чего-нибудь подобного. Ну и хорошо. Переносить свой книжный и киношный опыт на реалии настоящего, «чужого» мира, что может быть непрофессиональнее? Пусть писатели фентэзийщики придумывают способы, как один человек подготавливает дивизию спецназа, пользуюсь нашаренными в сети методичками. Или обучает их восточным единоборствам. Надо сказать, что всё это смотрится просто шикарно, но вот кто бы мне объяснил, зачем современному мне воину, владеть единоборством? Я как представлю человека вопящего киай против одного из моих неуправляемых телохранителей, так сразу мне становиться немного жаль этого безоружного долбо..а. Этих же всех обучали нанятые воспитатели, отцы, а в дальнейшем сама жизнь. Так что индивидуальный уровень у них всех достаточно высок, опять таки для моего нынешнего времени, а вот взаимодействие и подчинение на нуле. Привить им привычку повиноваться приказам назначенного командира и воинскую дисциплину гораздо важнее, чем учить махать руками или, не дай бог, ногами. Так вот, безбашенные создавали мне в высшем свете определённую дурную славу, а башенные учились работать. Хант вцепился в них бульдожьей хваткой, как оказалось одним из навыков правителя было создание личной гвардии и этот экзамен он успешно сдал, подготовив и воспитав в бытность свою законным наследником дворцовую охрану (которую после изменения статуса наследника, отправили служить в пограничную стражу). Разумеется, скорых результатов ожидать не следовало, но начало было положено.

Мауни вращался в кругах знати, ввязываясь в словесные перепалки. Он настолько иронично, зло и доходчиво шутил над теми кто пытался высмеять; нет не его — меня; что очень часто подобные салонные встречи оканчивались дуэлями. Но тут он сумел удивить меня. Ежедневно докладывающий мне обо всех происшествиях Патрик, практически всегда начинал свою речь следующей новостью:

Сегодня ночью в парке ювелиров состоялась очередная дуэль, в которой участвовал герцог Мауни и… — далее следовало незнакомое мне имя с добавкой к какой партии во довре принадлежал погибший или раненный.

Парк Ювелиров, если уж я начал проводить аналогии с Дюма, а вернее с тысячью чертей, монастырь кармелиток. Это единственной место в этой части города, где не полностью действовали законы королевства. Всё это благодаря тому, что за корону, которая вешается на монарха, тогдашние ювелиры запросили некоторые привилегии, которые вылились в то, что добропорядочным мастерам уже пару сотен лет мешали дикие вопли убиваемых. Всё очень просто, парк патрулировала не городская стража, а внутренняя — нанятая и всё, что там происходило попадало под юрисдикцию Суда квартала и совета ювелиров. К сожалению для этих существ, дворянскую привилегию никто не отменял, вот и получалось, что Королевские судьи не могли рассматривать дело в связи тем, что привилегии на это подарены ювелирам, а ювелирские — в связи с тем, что против дворянина они ничего не могут сделать. Золотых и прочих дел мастера слёзно просили забрать обратно эту привилегию. Причём ни у одного короля, но все Их Величества были непреклонны: либо те отдают все привилегии, лиюо ни одной, так оно и продолжалось по сей день. Так что дуэлянты чувствовали себя вполне комфортно, те которые побеждали и выживали, разумеется.

Кстати за Патрика ему отдельное спасибо, именно он рекомендовал этого парня, правда не напрямую а опосредствованно. Мы тогда гуляли по набережной в той части города, которая была создана для того, чтобы монарх мог посмотреть и пообщаться со своими подданными. То есть чистые дворики, «крестьяне» с гладкими ручками и так далее, дома благонадёжной замковой прислуги и так далее.

3

Две недели! Две недели активных ухаживаний, насмешек со стороны придворных, вежливого неодобрения моих дворян и тому подобной фигни. Я, конечно, старался быть романтичным как истинный джентльмен.

Познакомились мы в храме Единого, когда проповедовал святой отец, прибывший «аж из того самого монастыря», как говорили окружающие и благоговейно закатывали глаза. Где это «тот самый монастырь» я выяснять не стал, не интересно. Другое дело, что проповедовал он хорошо, цеплял за душу и у многих, причём не только дам, по щекам сбегали мокрые дорожки слёз. Говорил он обо всём том же самом, что говорят все священники: о смирении, о воздаянии, о Боге — причём тщательно выдерживая линию партии, то бишь правящего дома. Правда была в его проповедях тема лёгкого осуждения кое-какой политики правящего дома. Мне это очень понравилось. Впрочем, давайте по порядку.

Получив неофициальное разрешение, я в первую очередь обратился к расписанию дамы моего сердца, любезно составленному для меня моими сподвижниками. Надо сказать, что оно не отличалось особым разнообразием. Прогулки по саду, три раза в неделю посещения храма, обязательный воскресный променад по городу, посещение парка, конные прогулки за городом. И всё это в окружении охраны, пресекавшей любые поползновения в её сторону. Отложив список в сторону, я задумался. Как же этот нанятый мной прощелыга, сумел влезти настолько, что стал представлять опасность для неё. Или это герцог, как любой любящий отец преувеличивает степень влюблённости? Скорей всего нисколько. Если ему удалось познакомиться, то взрослая девушка, тщательно защищаемая от любого внешнего воздействия, влюбиться в любого, не урода, умеющего более менее связно излагать свои мысли и не отвратительного на внешний вид. Вот она и клюнула. Вообще-то деньги, переданные мной, должны были закончиться, но местный жиголо имел наглость заявить, что влюбился всерьёз и даже проткнул пару человек за это.

Я озабоченно откинулся на спинку кресла. Как рассказали мне мои всезнающие придворные, он настолько настойчиво стал обхаживать мою потенциальную супругу, что герцогу пришлось серьёзно ограничить и так не богатую свободу девочки. Кстати, как её там зовут?

Я пролистал тоненькое досье в самое начало и уставился на имя, занимающее всю половину первого листа.

4

Так вот, всё таки начну и про свадьбу. Договорились не откладывать надолго, поскольку эта дура не скрываясь, рассказывала о нас любому, кто догадается спросить. Сами понимаете, что посетителей в их доме резко прибавилось. Слухи ходили самые разные, но самые распространённые были слеплены нами.

Застукавший нас отец невесты со своим близким другом (хотя откуда у такого близкий друг?) долго орал и тряс кулаками на свою дочь, а потом побежал к королю. Мой папА был настолько любезен, что предложил своему двенадцатому герцогу наказать меня, казнив, что вызвало некоторые затруднения в решении судьбы его дочери. Однако природная сметка и привычка убеждать короля помогли герцогу. Зарядив целую речь, он вывалил на его величество кучу информации, итогом которой являлась следующая мысль: раз уж этот подлец обесчестил его дочь (клянусь здоровьем своего младшего королевского брата — этого не было!), то пусть жениться, для того чтобы не позорить девочку, а потом можно и казнить. Король был в затруднении, но согласие дал.

Вот такое гуано муссировали все сплетники в округе. Представляю, как мой братец кусал себе локти. Он сам, разумеется, был помолвлен, причём не с местной девицей, а с принцессой небольшого Королевства, достаточно богатого и необходимого нам. Дело в том, что там были рудники, а у нас было продовольствие, вот и решили умные дядьки сделать доброе дело для подданных, не спрашивая своих детей. Другое дело, что свадьба его должна была состояться только через пару лет, когда эта дикая коза, ну горянка, вступит в почти детородный возраст, то бишь ей хотя бы двенадцать исполнится. Пока же она была здесь на помолвке, что позволило братцу красоваться окольцованным. Я же сейчас одним прыжком не то что догнал, а уже и обогнал его. Тут поневоле губы покусаешь.

Подготовка к свадьбе велась быстро и решительно, по военному — никаких отсрочек. Нужные люди оповещены и должны прибыть вовремя. Вкратце регламент был таков: минимум за три дня меня с моей невестой сажали натурально на хлеб и воду, ну это так говориться, а на самом деле просто на постную пищу. Кстати, знали бы вы какую постную пищу умудряются делать на Королевской кухне, ей богу постоянно бы постился. Так вот, надо было поститься и присутствовать на службах, посвящённых такому знаменательному событию. Через три дня, необходимо было исповедоваться во всех своих грехах, чтобы к венцу идти очистившимся.

Исповедь проходила в тёплой и дружественной обстановке, тому самому священнику, с которым мы так хорошо поговорили о роли церкви в современном обществе и преференциях, могущих пролиться на неё золотым дождём, в случае моей поддержки. Получив заверения в полном расположении церкви, я даже не стал радоваться, поскольку точно знал, что мой брат получил такие же заверения. Дело в том, что в правящей верхушке постепенно назревал раскол. Если раньше он не был ярко выраженным, в связи с тем, что наследник был определён, то теперь, с появлением многополярной системы, возник второй центр кристаллизации — я. И многие из тех, кому нечего было ловить с моим братом, автоматически качнулись в мою сторону, как говоритьсяб враг моего врага — мой друг. Вот так и я совершенно неожиданно стал другом для достаточного количества людей. Вернее даже не я, а мой будущий тесть, меня по прежнему никто не брал в расчёт. Пожалуй, это меня устраивало. Церковь, как и всё остальное около властное сообщество, не осталась равнодушной, и если победа моего братца была очевидной и многого с него не возьмёшь, то в моём случае возникали варианты. Естественно, что ты рассчитываешь на бОльшие благодарности, если ощутимо помог ближнему своему, чем тому, который и так был уверен в победе. Но верная своим заветам, она не стала складывать все яйца в одну корзину: часть из церковников помогала мне, а вторая часть добросовестно стучала на первую и меня брату, создавая видимость помощи.

5

Из замка мы исчезали просто:

— Мы должны прорваться! — прочувственно сказал я.

Дождавшись сурового гула мужских голосов, крепко стиснутых рук на рукоятях мечей и отдельных выкриков, напоминающих мне: За Родину! За Сталина! Подняв руку, я утихомирил народ и продолжил:

У меня единственная просьба, — тут мой голос ненарочно дрогнул. — Я прошу, даже если со мной что-либо случиться, пусть моя жена сумеет выбраться из этого ада, в который превратился наш славный город.

Голос мой звенел от ненависти, обличая самозванца и убийцу, именно так я сегодня впервые поименовал своего младшего братца. Всё равно кто-нибудь да выживет, не все же будут прорываться с первой группой, а мои слова да упадут в подготовленные уши. Я прошёлся по всем нестыковкам официальной версии, упомянул о своих правах на престол, о происках тёмной стороны (ну это обязательное антраша, как же без происков злобного империализма), вскользь задел эльфов, просто так, ну не люблю я их, и закончил свою речь немного странно для толпы, но вполне логично для меня:

Глава 3. Великая смута

1

… исторические исследования, проводимые коллективом нашей Академии под моим руководством, разумеется выявили многие тёмные пятна, относящиеся к этому, не самому светлому периоду нашей истории. Также несомненным плюсом в этой истории считаю разоблачение некоторых до сих пор бытующих даже среди не простого народа легенд и приведение их к исторической правде…

… что касается появления крон-принца среди своих последователей, это самое настоящее чудо. К сожалению никаких свидетельств их явно непростого путешествия не сохранилось, но высказываемые многими моими оппонентами мысль о том, что наследник был убит, а в качестве его замены был выбран один из мелкопоместных дворян не выдерживают никакой критики. Я согласился ыб с этим утвержеднием, если бы между исчезновением из дворца и мятежом шестерых прошло бы несколько лет, речь же идёт о нескольких месяцах, достаточных для того, чтобы с боем прорваться из столицы в тот отдалённый район…

Официальное издание.

Разумеется мой оппонент может представлять всё, что его душеньке угодно. А собенно если есть заказ на выведение родословной нынешней власти от потомков знаменитой ветви Светлых Королей. Да я не побоялся сказать это вслух, поскольку хоть я и являюсь монархистом, но помимо этого я ещё являюсь и честным гражданином, стоящим на страже наших с таким трудом завоёванных демократических ценностей, и это несколько не исключает друг друга. Иными словами: Платон мне друг, но истина дороже. Так утверждение моего оппонента о правоприемности нынешней правящей династии не выдерживает никакого сравнения. Так одними из очевидцев упоминается, что жена принца была беременна, однако ни одним из королевских медиков таковое не подтверждается. Этот факт, умалчиваемый официальной наукой, наводит на определённые размышления…

Речь одного из маститых академиков, выступающих на презентации научного труда.

2

Наиболее удачным решением того смутного времени, я считаю встречу принца с патриархами церкви и принятие наиболее известных законов, касающихся религии. Некоторые считают, что именно тогда и была положена основа святой инквизиции. Однако это же смешно, ведь известно, что святая инквизиция, как институт сложилась уже после первой мировой войны, то сть первой войны между тёмными и светлыми. Именно тогда сформировались монастыри, в которых и жили монахи, которых называли псы господни. Разумеется процент воинов среди них был невелик, как ни крути, это всё таки монастыри, но тем не менее именно из этих монастырей начала распространение вера в Единого, как основной религии нашей планеты.

И уж тем более нонсенс, когда оппоненты утверждают, что принц санкционировал создание святой инквизиции именно в том виде, в котором она долгие годы наводила ужас на окружающих. Вспомните хотя бы о его возрасте, и вам самим станет всё ясно. Тем более многие официальные источники упоминают о том, что долгое время принц был нездоров, и только благодаря своевременной помощи эльфийских медиков, наступило выздоровление. Он просто не обладал нужными знаниями, а уж тем более возможностями для принятия такого решения…

Общий военный совет, именно так назывались сборища всех более менее известных, да и неизвестных дворян, прибывших под мои знамёна. Каждый мнил себя военачальником, даже сопливый мальчишка, прибывший в сопровождении сержанта и десятка вооружённых крестьян. Естественно всё это сопровождалось попойками, хватанием за грудки, шпаги, натурально дворовым выяснением: Ты кто такой!!??!!! Нет, а ты кто такой???!!!! И негромкими тихими беседами, где обсуждались будущие преференции. Побывав на таком тихом совещании, я негромко выматерился и начал навешивать на себя все побрякушки, которые только мог найти и нацепить на себя не роняя своего, пока ещё не королевского, достоинства. Чёрт его знает, как пойдёт дело дальше, но оказаться без копейки денег, если я всё таки решусь слинять от этой бестолковой гоп компании, мне не хотелось. Украшения все были большей частью аляповатые и за мной прочно закрепилась слава экстравагантного принца, так меня назвали поскольку никто не решился назвать мой способ носки украшений — полной безвкусицей. Ну и пусть, зато в случае чего, все эти вычурные и не имеющие никакой исторической ценности побрякушки, превращаются в непонятные сплющенные комки золота, и самые обычные камни, не имеющие никаких отличительных признаков. То есть то, что есть в мешке практически у каждого мародёра, разбойника или наёмника, что впрочем одно и то же. Я и шпагу то выбирал по этому принципу, стараясь, чтобы в случае всего, меня не связывало с наследником престола ничего, кроме прошлой жизни, королевской крови, ауры и лица. При таком раскладе у меня появлялся шанс прожить чуть больше, нежели бы я обвешал себя уникальным алмазами, вооружился крутейшим оружием и… внезапно остался один.

Хорошо ещё, что при появлении Готфрида, дела сдвинулись с мёртвой точки, и разговоры перешли в конкретную плоскость, да и приободрило прибытие этого монстра не только меня одного. По крайне мере воинственные крики теперь не пресекались, а поощрялись. И теперь мне нравилось бывать на этих военных советах, поскольку наблюдать за Готфридом было одно удовольствие, он обладал неоценимой способностью внушать уверенность, веру в себя и добиваться дисциплины, даже от дворянской вольницы. Таким образом, где-то через месяц, после его приезда, большая и наиболее боеспособная часть войска совместно с моими союзниками, отправилась воевать, оставив меня и несколько тысяч войска в главной ставке. Честно говоря я не ожидал что войск окажется так много, только на раз пожрать уходила уйма продовольствия. Я до сих пор не знаю о том, как происходило снабжение. Знаю только то, что отвечал за всё это человек Готфрида, выполнявший функции регулировщика. Когда я попытался влезть в его дела, он мне очень почтительно и популярно пояснил, что наиболее боеспособные части отправляются на фронт боевых действий. Самые никчёмные остаются здесь, под присмотром двоих из двенадцати. Меня решено держать подальше, то ли чтобы уберечь, то ли чтобы не сомг навредить. Меня это немного задевает и я по своему стараюсь поучаствовать в происходящем.

Очень интересно было наблюдать за событиями, тем более я отправил Ханта с Готфридом, набираться опыта. Накрутив хвоста расслабившемуся Альфу, решившему, что теперь от него ничего не зависит и погрузившемуся в свои исследования, и отправил его с поручением. При мне остались только Мауни и Патрик, из ближнего круга, да чудом выживший при побеге из дворца начальник моей стражи. Остальные — обычная толпа прилипал, окружающая практически каждого небедного или известного человека, правда у известного они называются учениками, а у меня двором.

3

… также хотелось бы упомянуть о величайшей битве, проведённой лично под его непосредственным руководством и при таком же непосредственном участии. Многие называют её самой большой неудачей царствования, другие склонны наблюдать в ней руку божественного провидения, позволившее разом избежать крупных ошибок, я же считаю, что всё это хитроумный план разработанный личным советом будущего короля и с блеском исполненный им же…

Наконец то наше стояние закончилось. То ли мы съели всю еду, то ли перетрахали всех девок, но следующий день мы отбывали к новому месту дислокации, как сообщили на военном совете. Разумеется, всё это подавалось под нужным соусом, то есть с положенным раболепием, подносилось как мои конгениальные решения. мне же оставалось только кивать головой и супить брови, подтверждая вышесказанное. Дело в том, что нашей основной задачей было присутствие в отрогах тех самых горцев, за которых был посватан мой любезный братец. Другое дело, что тамошний владыка был достаточно осторожен, несмотря на горячую горскую кровь, и вряд ли бы стал налетать на большой лагерь, где ему могут обломать не только зубы. Так что мне оставалось охранять только выход с гор, в которых у братца была потенциальная невеста. Наверняка тамошний король кусал себе локти, мечтая отмазаться от такой сомнительной чести, как участие в битве, на стороне по сути мятежника, но тут уж ничего не поделаешь — судьба. Да и верность слову и союзническим обязательствам, тут была не простым словом как в моём времени. Так что ему ничего не оставалось, как совершать небольшие налёты, стараясь потрепать наши порядки.

Нашей основной задачей было «сдерживание сил вероятного противника». То есть по большому счёту, требовалось напрягать мускулы, делать зверские рожи и бряцать оружием, чтобы горячие горцы поняли: если они решаться сунуться в большую политику, то и относиться к ним начнут как к большим, а это чревато. Основные военные действия разворачивались ближе к Зелёной Долине, при строгом нейтралитете эльфов. Только поэтому оставив на меня и двух своих доверенных людей часть собранных войск, мой тесть и маршал отправились на настоящую войну.

Воевалось нам, прямо скажу, с комфортом. Противостояние продолжалось уже почти полгода, из которых месяца то два мы точно «охраняли» эти горы. Ага, чтобы их не спёрли. За это время отбабаханный временный военный лагерь производил впечатление капитального города. Дворян вокруг было видимо невидимо, всех собравшихся вокруг. Хотя меня, если честно, напрягала вся эта лабуда. Единственной отдушиной был отряд личных телохранителей, человек сто, да приданный нам для усиления отряд йенцев. Но это были именно войска, йенцев многие использовали как наёмников. Вот те немногие, которые использовались в качестве военной силы: немного лесников, которых не заметишь, пока не споткнёшься об него, да еще три тыши арбалетчиков. Периодически позывы отобрать йенцев были, но натыкались на моё ожесточённое сопротивление. Остальное больше напрягало, чем радовало. Да действительно, порядка среди этих рыцарей было меньше чем в армии 90-х годов, и я таки их понимал. В конце концов раз моего брата поддерживало большинство здравомыслящих людей, для шушеры места не было. Естественно все мелкопоместные рванулись ко мне. Возможно я слегка утрирую, наверняка и среди моих сподвижников хватало приличных людей, но я их не видел, все они сражались за меня где-то далеко. По моему же лагерю шлялись наглые дартаньяны, поминутно хватающиеся за оружие и кичащиеся поколениями предков. Наверное потому, что ничем другим не погордишься. Да ещё ополчение, собранное, сори, сгоняемое отовсюду. Его немного приводили в норму инструктора, кстати из моей лесной охраны, и отправляли туда, где оно нужнее. Ничему серьёзному их не учили, но хотя бы правильно двигаться, знать, что меч берётся с этой стороны и одеть кожаную куртку не задом наперёд, это они умели после окончания экспресс курсов. Всё это продолжалось бы достаточно долго, если бы не неожиданно появившиеся отряды серо-голубых, а где эти твари, там и Его самозваное величество.

4

Пустынная лесная дорога, птички, чирикающие в кустах, мокрая трава и паскудное настроение. Глухой топот. Я застыл, стараясь ничем не привлекать к себе внимание. Мимо проскакал разъезд серо-голубых и снова наступила тишина.

— Хорошо, что в этой части королевства такие леса, — мелькнула мысль. — Почти тайга, можно спрятаться и отсидеться.

Прошли вторые сутки после того разгрома, что мне устроил братец. Я в ярости стукнул кулаком о землю, шепча проклятия. Ведь у меня было явное преимущество. Как!?! Как ему это удалось?! Я не сдерживаясь выматерился. Проклятые эльфы! Вот и верь после этого всем их уверениям в нейтралитете. Всего пара сотен эльфийских стрелков изменили всю раскладку. Эх если бы я знал, то поступал бы совсем по другому. А тут уверовавший в собственную непогрешимость и превосходство интеллекта выходца из века информации к тёмным и забитым предкам, наступал до последнего. Вот и получил по самое нехочу.

Я вылез из кустов, и быстро перебежал дорогу. Несмотря на общую ободранность, выглядел я дворянином в стеснённых обстоятельствах. А знать это не только ценный мех, но и… короче выкуп с меня бы попытались содрать однозначно, а уж если бы узнали кто я, то благодарность моего брата не имела бы границ в разумных пределах. Поэтому я и скрывался не только от патрулей противника, но и от выживших своих солдат, которые явно не пылали добрыми чувствами к своему горе командующему. Закрыв лицо руками и продираясь сквозь колючий кустарник, я вывалился к небольшому ручейку, около которого меня встретил настороженный солдатик.

Я застыл, внимательно наблюдая за ним и стараясь не провоцировать. Всё таки у правой руки лежал обычный пехотный меч, а доспех без знаков различия валялся чуть позади.

5

В небольшой предбанник, то есть камеру рядышком для проведения допросов, ввели здоровенного бугая. Подивившись, что его доставили прямо к обеду и придётся ждать, он подошёл к скрючившему у стены человеку. Можно и не подходить, но информация о том кто допросчик, кто следователь, как себя ведут, увлекаются ли при допросе, каков шанс, что можно выйти своими ногами — всё это можно поспрашивать. Уже подходя он замедлил шаг, внимательно присматриваясь:

— Мелкий, ты?! — прогудел он.

Фигура подняла на него мутные глаза.

— Эй! — на всякий случай встряхнул тело Большой. — Ты там живой?

Взгляд сфокусировался:

Глава 4

1

Его Величество Даган 1. Более одиозной и неоднозначной фигуры, тяжело найти во всей нашей истории. Его личность до сих пор вызывает жаркие споры. Кто возвеличивает его за то, что при нём был дан укорот плотной эльфийской опеке людских королевств, кто-то считает его палачом, погубившим народу больше, чем погибло во время войны, кто-то боготворит его за то, что именно он вывел авторитет церкви на недостижимый ранее уровень, а кое кто до сих пор муссирует слухи о демонском происхождении.

Хотелось бы отметить, что все эти исследования не затрагивают главного, саму фигуру Короля Дагана. Они пользуются непонятными эльфийскими хрониками и сборниками легенд, вместо того, чтобы потратить время на изучения подлинных человеческих документов тех времен. Ведь староэльфийский, на котором они написаны, сейчас один из мертвых языков и даже потомки эльфов не владеют им. Как можно выдавать непроверенную, да и просто неправильно переведенную информацию, к тому же явных врагов короля. Так мало кто знает, что слово которое переводили как жестокосердный, имеет основное значение — покорный богу… Остались свидетельства того, что король Даган 1 был чрезвычайно набожным человеком и именно из-за этого, его и называют жестоким. Вся его вина в том, что он слишком рьяно выполнял свои обеты и поручения церкви…

Тогдашний всплеск жестокости был обусловлен целым рядом причин и самой главной я могу назвать борьбу церкви за свое влияние в обществе, тяготевшем тогда к эльфийской и темной человеческой магии…

Вы только оцените, какие суммы он жертвовал церкви!

Одно неоспоримо, именно его закон о смешении крови положил начало нашему нынешнему обществу. Именно его отмена запрета на межклановые браки привела к нынешней толерантности…

2

В замке было весело. Я был чуть чуть пьян, но не из-за вина, а просто наступает такой момент, когда все заканчивается и ты знаешь, что завтра начнутся новые заботы, но другие, черт возьми! Другие! А эти все, канут в небытие. Скажем так — эйфория, вот что меня пьянило. Подошел Патрик с заранее утвержденным списком на амнистию захваченных в бою. Я сурово хмурил брови, но сам себя не принимал всерьез, на харе расползалась довольная улыбка. Да и все, казалось были в таком же приподнятом настроении. Бал был в самом разгаре, когда меня вызвали в домашнее крыло дворца.

Немного протрезвевший, я несся за посыльным, пытаясь сообразить что делать. Не скажу, что для меня это оказалось новостью, но за всеми своими делами я упустил из виду что вот вот стану отцом. Ненавязчиво покатал это слово на языке, особого отклика в душе не возникло. Не до того. Причем даже думать об этом не хотелось. Я не знаю, что послужило причиной, но Алиса всё больше напоминала безумнуюи ничуть не походила на себя прежнюю. По словам Альфа, то время когда я на ней женился, было кратким периодом ремиссии, но постепенно эти периоды будут всё короче и короче, пока она окончательно не слетит с катушек. И действительно взлохмаченная беременная баба с пустым взглядом и невнятной речью никак не напоминала ту девушку, которая выходила за меня замуж. Возможно сильно сказалось наше путешествие, ведь всё то, что она перенесла нанесло бы удар по психике и более здоровому человеку, а уж она… Я и сам себя чувствовал не очень, приступы раздражения и желания всех закопать, причем желательно живьем, чередовались с периодами депрессии и тихого нытья в подушку. Другое дело, что я смел это в себе побороть, ну или научился держать себя в руках.

Последнее время её держали отдельно от всех, под присмотром нескольких нянек: суровых бабищ с фигурами борцов, ласковыми голосами и добрыми глазами профессиональных лжецов. Они умудрялись её уговаривать покушать, не биться головой об стенку и все такое. Говорят, что по началу, она спрашивала обо мне, когда приходила в себя, но теперь большей частью, даже если была в себе, сидела, уставившись безумным взглядом в стенку и тихонько покачиваясь. Я навестил её только раз и сбежал оттуда, так сильно мне это напомнило то место, где меня держали. Я даже прикинул куда эти «сиделки» убрали мягкие наручники, что бы не «травмировать» мою неокрепшую психику и не получить на орехи за «жестокое» обращение с особами королевской фамилии. Помню, я немного поговорил с Алисой, общаясь с нею словно с маленькой, и практически сбежал оттуда, пообещав, что ее будут отпускать гулять, когда мы победим. Теперь же по иронии судьбы ей достались мои апартаменты, отремонтированные нанятыми гномами с такой скоростью, что им позавидовали все молдаване с рамшаноджумшутами. И вот теперь я несся по полутемным коридорам в свои бывшие комнаты.

В комнате было душно, топились камины. Я пробежал бы комнату насквозь, прямиком туда, откуда доносились крики, но у дверей меня успел перехватить Альф.

3

Из церковных хроник предшествующих воцарению на престоле Дагана 1.

В лето перед помазанием на царствование Дагана 1, священный синод принял несколько судьбоносных решений, направленных на укрепление веры и воцарения царства божия на земле. Это был один из самых значимых шагов, принятых с момента последней войны между Тёмной Стороной и Союзом светлых государств. Прошло много лет с того времени, когда мы победили в той жестокой войне, и казалось, что царствие божие наступит уже при жизни ныешнего поколения, однако слишком сильно укоренились в душах многих существ гнилые ростки, способные на корню загубить малейшую надежду на искупление. Церковь, в милости своей, надеялась на то что луч веры сможет победить в человеке скотское, но она ошиблась. Небрежение своими обязанностями привело к тому, что очень многие начали изыскивать благосклонность князя тьмы причём способами, близким к тем, которые использовались орочьими шаманами. Священный синод, приняв сторону непротивления насилию, смиренно наблюдал за происходящим, пока грехи наши не переполнили чашу терпения господа. И тогда разверглись врата огненные и вопросил Он ответа верных слуг своих, и ничего не смогли ответить Ему слуги. Но в милости своей Господь разрешил исправить содеянное святой церкви.

Дословный перевод сводиться к угрозам грешникам покарать их, куда более нас интересует смысл послания и действия верхушки синода после этого. Ведь именно тогда было принято решение о создании святой инквизиции. Таким образом мы видим, ч то данная смута послужила катализатором этого одного из наиболее позорных событий нашей истории, но пытаться связать крон принца и костры инквизиции — это абсурд. А то, что по окончании гражданской войны он воспользовался сложившейся структурой, говорит о его уме, но не позволяет записывать в создатели.

Крестьянское восстание Эриха Справедливого прошло чёрной нитью через царствование Дагана 1. Именно за подавление этого бунта, его называли кровавым приспешником тьмы. И мы не можем рассматривать личность Дагана 1 без серьезного изучения данного инцидента. Действительно решения, принятые тогда неоднозначны

4

Особенно интересным периодом жизни Дагана I, считается момент, когда он попытался уничтожить магию как институт. Трудно говорить о том было ли это осознанным решением или мимолетной обидой на неугодных ему магов, но ситуация в то время сложилась архиинтереснейшая. Безраздельная власть короля ограничивалась только магами, представлявшими собой некий надгосударственный институт, имевший существенное влияние на государей тех времен. Но не с Даганом. У него сложилась стойкая неприязнь к магам, изначально поддержавшим его брата, в противовес он выбрал Церковь, у которой тоже нашлось немало святых отцов, впоследствии даже канонизированных, по сути своей являющихся магами. Разумеется, что магам оказалось непривычным быть на вторых, а то и третьих ролях. В империи Дагана им отводилась вспомогательная роль. Поэтому мятеж магов, который многими исследователями приводится как пример освободительного движения, по сути является борьбой за восстановление своих собственных привилегий. К тому же не стоит называть единственное покушения на Короля, освободительным движением.

Тем не менее многие исследователи, в том числе и сами маги, считают, что именно с воцарением Дагана 1 начался активный диалог магии с наукой и религией. Что именно после этого мятежа, магам пришлось спуститься с эмпиреев на землю и пытаться налаживать контакт с другими структурами, в том числе и с институтом гражданской власти.

Даган 1, конечно же был непримиримым противником магии, отдавая всего себя Церкви. Дошло до того, что он осудил и казнил по надуманному обвинению в чернокнижии своего верного сподвижника, Чародея Альфа, по другим источникам Чернокнижника Альфа. Нам представляется маловероятным, чтобы это было так, поскольку несмотря на свою набожность, правитель не стеснялся использовать некромантов и чернокнижников, более того, во времена святой инквизиции черный маг мог выжить только придя на службу трону и получив звания защитника королевства и таких было очень немного. Так что скорее всего подоплека происходящих событий в том, что Альф втайне поддерживал своих собратьев по магии, за что и поплатился…

К тому же времени относится известный факт попытки Дагана 1 наладить свою личную жизнь, поскольку отсутствие у Короля наследников вызывало тревожные настроения в народе и среди дворянства. А так же показывает свойственное ему великодушие и милосердие. Да да именно тот факт, который так любят муслякать наши сочинители псевдоисторических любовных романов…

5

Это были очень тяжелые годы, тогда еще королевства, а не империи. Казалось, что это расплата за мирные годы, настолько тяжело было. Неурожай, голод на окраинах, когда Королевская власть держалась только на силе его войска. Центральные провинции забирали себе с окраин все, а сели учесть, что до этого по тем же приграничным землям прокатились огнем и мечом несколько крестьянских восстаний, то ситуация складывалась неутешительная. Именно на этом фоне возник так называемый заговор, заговор нескольких крупных землевладельцев, нищавших с огромной быстротой. Заговор простой и гениальный! Можно сказать. Что именно этим людям впервые пришла в голову мысль использовать крестьянские волнения и восстание городской бедноты. Это было мудрое решение. Никогда еще в городах не было столько нищих, бандитов и воров, постоянно пополняющихся из разорившихся ремесленников, крестьян, согнанных с мест, бывших воинов разоренных баронств.

Это было новаторством, нанести удар не своими войсками, а изнутри города, спровоцировав беспорядки и восстание. А уже на фоне этого, со сравнительно небольшим количество людей, решить вопрос окончательно.

И у них могло получиться, поскольку они не ставили себе целью захват власти, они хотели разделить страну на несколько отдельных государств.

— Наверное я всё таки сошёл с ума, — лениво подумал я, — или демоны привитые мне этим стариком наконец-то взяли власть.