История Древнего Востока

Деопик Дега Витальевич

Лекции по Истории Древнего Мира, прочитанные для студентов 1-го курса Православного Свято-Тихоновского Богословского института Дега Витальевичем Деопиком (родился в 1932 г., окончил исторический факультет МГУ (1956). Кандидат исторических наук (1961), доктор исторических наук (1996)).

Дега Витальевич Деопик

История Древнего Востока

ВВЕДЕНИЕ

. Данный курс по истории древнего Востока несколько отличается от того, который существует в Московском Университете или педагогических институтах. Система приоритетов в нашем курсе не только ориентирована на потребности Свято-Тихоновского Института: она должна способствовать формированию несколько более сбалансированного, чем прежде, взгляда на историю Отечества, хотя, как вы понимаете, между концом истории древнего Востока и началом истории России лежат тысячи лет. Что я имею в виду? Основная масса учебников и научных монографий ориентирована прежде всего на историю Месопотамии и Египта — двух наиболее ярких, но относительно поздних техногенных обществ древности. Об остальном говорится, если остается время для изложения. Чем подробнее книга, — я подразумеваю не только учебники, но и большие многотомные монографии, — тем это искажение слабее; но чем короче изложение, тем меньше остается места для рассказа об истории других, не менее важных по значению обществ Древнего Востока. В результате, по сложившейся западноевропейской традиции основу древней истории составляют два самых молодых и наименее творческих общества:

шумеров

(а также сменивших их

семитов

Месопотамии) и общество египтян.

2.

 Если же посмотреть на более раннее время, то видно, что выделяются два типа обществ: гармонические и техногенные. Гармонические — это Плодородная дуга, часть, так называемого, Плодородного полумесяца, но без Нижней и Средней Месопотамии, т. е. собственно Двуречья, без долины Нила. Плодородная дуга берет начало в Эламе и идет по предгорьям к северу от Тигра. Возле Хабура начинается верхняя Месопотамия, входящая в Плодородную дугу, как и верховья Евфрата, — сюда же входит юго-восточная часть Малой Азии, — и далее на юг, вплоть до Святой Земли включительно.

Здесь на протяжении

IX—V

тыс. существовали общества, в которых быстрее, чем в остальных обществах Древнего Востока, развивались социальные структуры, технологии и т. д. Они не характеризуются быстрыми технологическими рывками, неожиданными демографическими взрывами, сложной социальной структурой и системой производства, масштабными кризисами. Это — общества гармонические.

СТРАНЫ ПЛОДОРОДНОЙ ДУГИ В IX—IV ТЫС. ДО Р. Х.

Цель первой лекции — показать, что подавляющее большинство новаций в социальной структуре, духовной и культурной жизни, в экономике были сделаны до появления первых архивов, оставленных нам техногенными обществами. Вы должны хорошо усвоить, что те достижения, которыми гордятся или могли бы гордиться жители древней Месопотамии и долины Нила, — это во многом достижения их предшественников, поскольку древняя история начинается не в III тысячелетии, а в IX. Заслуга в установлении этого факта принадлежит в основном археологам, что порой не всегда учитывается в курсах по древней истории.

1а. 

Что уже было в

IX—VII

тысячелетиях до Р. Х.? Прежде всего, земледелие, древнее и весьма высокоразвитое. Чем дальше развиваются исследования, тем дальше в глубь веков отодвигается дата возникновения земледелия. На территории Восточного Средиземноморья уже очень ранние

верхнепалеолитические

археологические культуры располагают тем же набором орудий, которые мы видим у земледельцев более позднего времени, то есть не стоит представлять древнейшую историю обязательно лишь как период охоты, собирательства и рыбной ловли. Такие народы бесспорно зафиксированы лишь в приарктической зоне. Нет бесспорных гарантий того, что таковой период вообще существовал (не на периферии, в холодной Европе, а в центральных районах Древнего мира). Мало того,

с IX

тыс. в наиболее развитом районе древней ойкумены — Восточном Средиземноморье возникает первый город

Иерихон

(конец

IX

тыс.), то есть скопление людей, изолированных от сельского населения, занимающихся и сельским хозяйством и специализированной деятельностью, обладающих более высокими культурой и уровнем образования, практикующих более сложные типы отношений, чем остальные. Нигде в мире ничего похожего тогда не было. Не было ни больших богатых земледельческих деревень, ни высоко развитых индустрии — все было предельно просто. То же самое в Индии, на Дальнем Востоке, в Китае и тем более в Африке; ничего не было в долине Нила, никто не жил на территории Двуречья (кроме его окраин). Развитые общества существовали лишь по Плодородной дуге, но, хотя археологи здесь искали и очень многое нашли, городов и здесь нет, кроме Иерихона. То, что могло бы рассматриваться в качестве

Вышесказанное чрезвычайно важно, поскольку идея города не обязательно связана с уровнем технического развития: Иерихон был городом и в

СТРАНЫ ПЛОДОРОДНОЙ ДУГИ В III ТЫС. ДО Р. Х.

1а. 

В начале

III

тысячелетия в Передней Азии начинается процесс укрупнения техногенных обществ за счет завоевания чужих территорий, правда, без особенного успеха. Так на долгие века и тысячелетия была задана модель отношений техногенных обществ с гармоническими. Завоевать первые могли; поставить гарнизон-другой — тоже; заставить расписаться в том, что они старшие, а вы младшие, тоже могли. Но полностью заселить своими — невозможно (пример — колонии

XIX—XX

вв.) или очень трудно (римское «освоение» южной Галии и Иберийского полуострова, где до них оседали финикийцы и греки). Из того, с какой скоростью небольшие гармонические государства выходили из подчинения (особенно в египетских архивах сохранилась масса плачевных писем о том, как не слушаются фараона даже маленькие государства), из этого и многого другого следует — то, что формально написано о завоеваниях, реально не происходило, хотя было весьма желательно для писавших.

А кто же оказался перспективными завоевателями в

III

тысячелетии? Не техногены, а жители больших государств горных районов Армянского нагорья, западного Ирана и внутренних районов Малой Азии. Здесь возникает большое царство гармонических обществ, подвергшихся техногенному влиянию Двуречья, вначале шумерскому, потом шумеро-семитскому (правда, не такие долговечные, как Царства в Египте, или семитские царства Двуречья, которые могли не только завоевать, но и заполнить своими людьми определенные территории). Попробуем понять, почему древние техногены не заселяли захваченные территории и не могли их заселить, а допустим, хетты или митаннийцы оказались в состоянии провести подобную операцию. Жители государств Хеттов или Митаннии не боялись неудобств, они готовы были пойти и приспосабливаться к условиям непривычных ситуаций, чужого климата, почв, жить в окружении не очень дружелюбного населения; иначе говоря, они готовы пойти на какие-то жертвы, что особенно было характерно для народов исторического Закавказья. Был там такой загадочный народ —

хурриты

, их было много, они любили периодически пробиваться в страны Плодородной дуги, захватывать большие территории и там оседать. Приходили они с

На Плодородной Дуге по-прежнему сохраняется сложная этническая чересполосица, когда разные народы жили вперемешку. Первый тип государственного развития — у каждого народа свое государственное развитие, город-крепость, и все более или менее довольны. Сейчас мы знаем об этом уже больше. Города особенно быстро начинают расти на финикийском побережье — возникает дотоле не существовавший тип плавающего населения. Финикийцы выходят на моря и почти тысячелетие остаются единственным плавающим народом. Раньше такого не было. Начинается интенсивная торговля, которой занимаются греки. Ничего подобного в Святой Земле не наблюдалось: указанные процессы характерны только для прибрежных территорий. С ними относительно прочно связан Мегиддо.

Иной тип представляли из себя государства средних размеров. Например, в северной Сирии — не приморской — появляется государство

ГОРОДА-ГОСУДАРСТВА ШУМЕРОВ В III ТЫС. ДО Р. Х.

1a

. Перейдем к ранним техногенным обществам, начав с шумерского. Население предгорий начало постепенно спускаться в долину Нижнего Евфрата, еще в VI тысячелетии, но пару тысячелетий крупного культурного очага (на протяжении V— конца

IV

тысячелетий) здесь не формировалось. Что касается собственно долины Нила, то там до V тысячелетия вообще населения было мало. На протяжении V тыс. в долину Нила тоже не спешили (кроме дельты и соседних районов) жили по ее краям, в начале

IV

начали спускаться в долину. В литературе можно встретить мысль о том, что, развитие государственности, городов и проч. в Египте было раньше, чем в Двуречье; данная монография, скорее всего, устаревшая. В любой книге, где о древнейшей истории Египта написано более четырех страниц, указывается, что здесь все произошло гораздо позже, чем в Двуречье.

В долину нижнего Евфрата спустились и с его южной окраины, и с предгорий, с левого берега Тигра, т. е. с восточной ветви Плодородной дуги, уже сложившиеся земледельцы. Спустились не шумеры, а носители древнего языка — прототигридского («бананового»); они все и освоили на р. Дияле и в прилегающих областях Южного Двуречья. Но неизвестно откуда «на готовое» пришли шумеры и быстро начали расселяться.

2.

 Шумеры жили главным образом на юге Нижней Месопотамии, Среднюю часть занимали и шумерские, и восточно-семитские народы Верхнюю — только восточно-семитские. Вся история первых двух третей

III

тысячелетия делится на

Протописьменный

(2900–2750

гг.) и

Раннединастический

(2750–2310)

периоды. И то, и другое — государства. Различаются они в основном социальными структурами. Начнем с Протописьменного периода, с ранних техногенов.

РАННИЕ ДЕСПОТИИ В МЕСОПОТАМИИ

1a.

 Возвратимся к процессу формирования деспотии. Деспотия — общественный строй, где власть монарха никем не ограничена, в том числе и соседями, поэтому деспотия обязана быть большой. Бессмысленно становиться деспотом в маленьком государстве: вас никто не будет бояться. Деспотия строится на страхе, на армии (хотя бывают весьма любимые народом деспоты), на невозможности прямого воздействия на власть для всех социальных слоев и государственных институтов, тем более для местного самоуправления.

Такую деспотию и создал

Саргон Древний

(2316—2261)

, правивший 55 лет, в

2310

году. Как правило, чтобы оставить след в истории, нужно править долго — все остальное второстепенно. Нужно «дожать» общество до понимания ваших идей и показать их перспективность хотя бы на десятилетия. Благодаря Саргону возникло единое не федеративное, как предыдущее, а унитарное государство, опиравшееся на армию. Как показывает история, в большинстве случаев это проще сделать иноземному правителю, привлекая иноземных воинов: не наемников, а завоевателей. Тем более для установления деспотии лучше страну завоевать. Но предполагается и второе условие: культура завоеванной страны, если она более высокая, должна быть воспринята победителями. Если имеется только одно из перечисленных условий, деспотия не возникает. Что дает влияние иноземцев? Если последние не сливаются быстро с местным населением, то на раннем этапе этническая спайка заменяет еще не возникшую спайку бюрократическую. Тем более что требуемое от чиновника в позднем бюрократическом государстве и в условиях деспотии — не одно и то же. В данном случае цементирующую роль играла этническая спайка, имевшая место в отношении восточных семитов, вместе с которыми Саргон Древний и создал государство.

Как уже говорилось, любому реформатору необходимо успеть провести все преобразования одним махом, в период своего правления. Практически все выдающиеся правители прошлого, настоящего и, подозреваю, будущего, которым суждено сделать что-то великое, царствовали по меньшей мере лет 20: чем дольше, тем лучше. Хотя с другой стороны, полные ничтожества тоже иногда долго правят, поскольку никому не мешают, но относительно последних не возникает вопрос: великие они или нет. Саргон же обладал всеми задатками великого человека и правил долго. Вышел он из низов, из народа, причем не из собственно шумерских районов, а из средней части Месопотамии. В суматохе падения Лагаша, а потом и

Опираясь на шумерский опыт, определенное количество живших здесь шумеров, на единство и общий порыв восточных семитов, он, не имея многих тормозящих факторов, смог создать первую в Передней Азии деспотию, хотя и не первую в мире [