Время, назад (сборник)

Дик Филип

Соединив в себе блистательные таланты прозаика и футуролога, Филип Киндред Дик прославился на весь мир как фантаст - создатель столь же невероятных, сколь и достоверных миров. Книги, написанные им сорок с лишним лет назад, по-прежнему увлекательны и оригинальны, а это свойственно только тем произведениям, которые безусловно принадлежат к большой литературе.

 В книгу вошли романы из среднего периода творчества писателя.

Абсолютное оружие (роман, перевод В. Яковлевой), с. 5-254

Время, назад (роман, перевод М. Пчелинцева), с. 255-486

Захват Ганимеда (роман, перевод П. Киракозова), с. 487-682

Абсолютное оружие

Глава 1

— Мистер Ларс, сэр!

— Боюсь, у меня не больше минуты для разговора с вашими зрителями.

Извините. — Он направился дальше, но автономный телерепортер с камерой в руке загородил ему дорогу. Сверкнула самоуверенная металлическая улыбка этого создания.

— Вы чувствуете, когда входите в транс, сэр? — с надеждой спросил автономный репортер, как будто такое могло произойти перед одной из многофокусных самонастраивающихся объективов его портативной камеры.

Ларс Паудердрай вздохнул. С того места, где он стоял на тротуаре, был виден его нью–йоркский офис. Виден, но в данный момент недостижим. Слишком много людей — простофиль — интересовались лично им, а не его работой.

Глава 2

— Ах, да, — быстро и осторожно сказал Ларс, — я просил это? Неофициально, конечно. Как одолжение КАСН ему лично, без каких–либо письменных предписаний, — раньше это называлось «рассчитанным риском».

— Из этого много не выжмешь, — подчеркнул агент.

— Ничего не могу сказать, — вздохнув, пробормотал Ларс.

С профессиональным равнодушием человек из КАСН пожал плечами и сказал:

— Мы попробуем еще раз. Видите ли, она никуда не ходит и ничего не делает. Ей не позволяют. Это, может быть, просто выдумки, на говорят, что в состояние транса она входит не по своей воле. И притом, в псевдоэпилептической модели. Возможно, это от наркотиков, но это только наше предположение, конечно. Они не хотят, чтобы она появлялась на людях еще какая–нибудь старая автомашина раздавит…

Глава 3

Поздравляем! — говорилось в письме, полученном по мгновенной почте.

Вас выбрали из миллионов ваших друзей и соседей.

Теперь вы — соком.

Невероятно, подумал Сэрли Г.Феббс, прочитав официальный бланк. Жалкая бумажка обычного формата с его ксерокопированным именем и номером. Она имела такой же важный вид, как и бумага из домоуправления с просьбой голосовать за увеличение налогов. И все же она была в его руках: формальное свидетельство, которое давало ему право, как это ни невероятно, доступа в Фестанг–Вашингтон и его подземный кремль, наиболее тщательно охраняемую территорию Запад–Блока.

И отнюдь не в качестве туриста.

Глава 4

Ближе к полудню высокопоставленный инженер из Ассоциации Ланфермана в Сан–Франциско и Лос–Анджелесе, фирмы, производящей точные копии и прототипы и еще Бог знает что по эскизам Ларса Паудердрая, появился в нью–йоркском офисе Корпорации Ларса.

Пит Фрейд чувствовал себя здесь как дома после многих лет работы.

Ленивый, круглоплечий, немножко сутулящийся, но все же достаточно высокий для офиса Ларса. Он застал его, когда тот пил смесь меда и синтетических аминокислот, растворенных в 20% алкоголя — как противоядие после истощения всех жизненных органов в результате утреннего транса.

Пит сказал:

— Они знают, что ты много пьешь, а это является одной из десяти главных причин, вызывающих рак верхних дыхательных путей. Тебе лучше перестать этим заниматься.

Глава 5

Ларс знал, что кофейный дом как заведение имел большую историю. Это изобретение расчистило паутину в умах английских интеллектуалов во времена Сэмюэла Джонсона, развеяло туман, доставшийся им в наследство от пабов XVII века. Коварные штуки — крепкий портвейн, испанские вина с Канарских островов и эль — выработали не мудрость, не блестящий ум, не поэзию или хотя бы политическую ясность, а грязное чувство обиды, обоюдное и всепроникающее, которое позже дегенерировало в религиозный фанатизм. Все это, а также сифилис, истребило великую нацию.

Кофе обратил поток вспять. История сделала новый решительный поворот… И все из–за нескольких замерзших в снегу зерен, которые нашли защитники Вены после того, как турки были отброшены от стен города.

И вот здесь, в кабинке, держа чашку в руке, сидела маленькая симпатичная мисс Берри. Ее грудь модно выступала сквозь серебристую ткань платья. Она замахала им рукой, как только он вошел.

— Мистер Ларс, садитесь со мной, хорошо?

— Хорошо. — Вместе с Питом они протиснулись в кабинку и уселись по обе стороны от девушки.

Время, назад

Глава первая

Поздно вечером, пролетая в патрульной машине мимо малюсенького, на отшибе лежащего кладбища, полицейский Джозеф Тинбейн, к величайшему своему сожалению, услышал знакомые звуки. Голос. Он тут же послал машину над железной оградой, приземлился в буйно разросшуюся траву и начал слушать.

– Меня звать Тилли М. Бентон, и я хочу выйти, – сказал еле слышный и словно задавленный голос. – Слышит меня кто–нибудь?

Джозеф Тинбейн включил фары. Все было как он и ожидал: голос явно шел снизу. Миссис Тилли М. Бентон была под землей.

Полицейский Тинбейн включил рацию и сказал:

– Я нахожусь на кладбище Форест–Ноллс – так оно вроде бы называется, и у меня здесь двенадцать ноль шесть. Пришлите мне «скорую» с копателями. Это, похоже, довольно срочно.

Глава вторая

Солнце залило комнату, и глубокий механический голос произнес:

– Ну хорошо, Эпплфорд. Время подняться и показать им, кто ты такой и на что ты способен. Большой человек Дуглас Эпплфорд, каждый это признает, я так и слышу их разговоры. Большой человек, большой талант, большая работа. Вызывающий восхищение у всех, с кем ни встретится. – Голос сделал паузу. – Ну как, проснулся?

– Да, – откликнулся Эпплфорд, еще лежа. А затем сел и прихлопнул голосистый будильник. – Доброе утро, – сказал он молчаливой квартире. – Я спал хорошо, надеюсь, и вы тоже.

Пока он недовольно вставал с кровати и брел, покачиваясь, к шкафу за умеренно грязной одеждой, в его не совсем еще проснувшемся мозгу копошилась куча проблем. Надо наконец разобраться, напомнил он сам себе, с этим Людвигом Энгом. Вчерашние завтрашние задачи стали худшими из сегодняшних. Объяснить Энгу, что из огромных тиражей его книги в мире остался всего один экземпляр. И время ему действовать, сделать то, что может сделать один лишь он. Ну и как этот Энг будет себя чувствовать? Ведь иногда изобретатели не хотят спокойно сесть и сделать свое дело. Ладно, решил он, пусть с этим разбирается Совет искоренителей. Это их проблема, а не его. Найдя измятую, с пятнами красную рубашку, он надел ее, скинув предварительно верхнюю часть пижамы. С брюками было сложнее, пришлось покопаться в корзине.

А теперь пакетик щетины.

Глава третья

Джо Тинбейн всегда затруднялся определить, какой в точности пост занимает Джордж Гор в лос–анджелесском полицейском департаменте; сегодня он был в обычном штатском пиджаке, щегольских итальянских полуботинках со вздернутыми носками и яркой модной рубашке, выглядевшей даже малость аляповато. Гор был высок и худощав, лет, по виду, за сорок. И он сразу перешел к делу.

– Так как вскоре приезжает Рэй Робертс, губернатор попросил нас обеспечить его личной охраной… что мы бы сделали и безо всяких просьб. Четыре или пять человек, тут мы с ним тоже согласились. Вы просили о переводе, а потому попали в это число. – Гор полистал какие–то бумаги; зрение позволило Тинбейну понять, что они относятся к нему. – О’кей?

– Да, если вы так решили, – сказал Тинбейн, ощущая гнетущую тоску и удивление. – Но ведь это не то, чтобы сдерживать толпу, это значит – все время, круглые сутки.

«И ни на шаг не отходить, – подумал он, – личная так уж личная».

– Вы будете, уж извините, есть в его обществе, спать в одной с ним комнате и так далее, – подтвердил Гор. – Вообще–то он ходит без охраны, но у нас тут есть уйма людей, имеющих зуб на юдитов. В СНМ такие тоже есть, – добавил он, – но это уж их проблема. Робертс ничего такого не просил, но мы не намерены с ним советоваться. Пока он находится на нашей территории, он все время будет под охраной.

Глава четвертая

Как только дверь за роботом Карлом Гантриксом–младшим закрылась, Дуг Эпплфорд нажал кнопку интеркома, соединявшую его с начальницей, заведующей Библиотекой Мэвис Магайр.

– Вы знаете, что только что случилось? – спросил он. – Некий тип, представляющий здесь этих юдитов, подослал ко мне робота, и тот принялся устанавливать по всему моему кабинету разные враждебные устройства. Сейчас этот робот ушел, – добавил он. – Возможно, мне следовало вызвать полицию. Да я и сейчас могу это сделать. Мой сканер записывал происходящее, а потому у нас есть все доказательства, нужные для возбуждения дела.

Лицо Мэвис, как и обычно, почти ничего не выражало: мертвенное спокойствие, которое, как правило, предшествовало тираде. Особенно в это время – рано утром она была особенно раздражительна.

За долгие годы Эпплфорд научился, так сказать, сосуществовать с ней. Как администратор, она была просто великолепна. Мэвис кипела энергией, она была безукоризненно точна, ее мнение всегда, и заслуженно, было окончательной точкой в споре. И он никогда не видел, чтобы Мэвис оттолкнула хоть один поскред, который ей предлагался, – как сделал он сам в данном случае. Никогда, даже в самых фантастических снах, не мечтал он ее заменить, он реально сознавал, что не обладает такими талантами; его способностей вполне хватало, чтобы быть ее подчиненным и хорошо выполнять порученную работу – но и только. Он уважал ее и в то же время боялся – смертельная комбинация для любых его поползновений подняться в иерархии Библиотеки хоть на ступеньку выше. Мэвис Магайр была его начальницей, и это его устраивало, устраивало даже сейчас, и он готов был прямо ей в этом признаться.

– Юдиты, – поморщилась Мэвис. – Этот мерзопакостный культ. Да, я понимаю, что поглазеть на Рэя Робертса соберутся целые толпы. Я так и подозревала, что что–то здесь сильно нечисто. Вы, полагаю, избавились от этих враждебных устройств.

Глава пятая

В три пополудни полицейский Тинбейн явился к своему начальнику Джорджу Гору.

– Ну так как? – Гор откинулся в кресле и принялся ковырять в зубах, глядя на Тинбейна с большим сомнением. – Много вы узнали про Рэя Робертса?

– Ничего такого, что изменило бы мое мнение. Оголтелый фанатик, способный на все ради сохранения своей власти, не погнушается и убийством.

Он подумал о Пике, но промолчал, это было сугубо между ним и Лоттой Гермес – или так ему представлялось. Во всяком случае, проблема заковыристая, придется играть на слух.

– Современный Малкольм Икс

[14]

, – сказал Гор. – Помните про такого? Он проповедовал насилие и получил в ответ насилие, все в точности по Библии. – Он продолжал рассматривать Тинбейна. – Хотите послушать мою теорию? Я выяснил дату, когда похоронили Анарха Пика, так вот он возродится уже со дня на день. Думаю, потому–то сюда и приезжает этот самый Рэй Робертс. Возрождение Пика поставит крест на его политической карьере. Я думаю, он с радостью прикончит Пика – если сумеет найти его вовремя. Если Робертс чуть подзамешкается, вся его жизнь пойдет прахом. Пик снова возглавит культ, и это будет надолго. Кстати, он и сам–то малый довольно шустрый, но без склонности к насилию. Критическим периодом станут неделя или там десять дней между тем, как Пика выкопают, и как он выйдет из больницы. Последние дни своей жизни Пик тяжело болел – токсемия, как я понимаю. Прежде чем взять юдитов в свои руки, ему придется полежать в больнице, чтобы она прошла.