Секс и еврейский город

Дорфман Михаэль

Михаэль Дорфман

Секс и еврейский город

В воскресенье 22 февраля 2004 завершился последний сезон сериала «Секс и Город». В российском прокате его, как всегда неудачно, назвали «Секс в большом городе». Американцам, особенно на Восточном побережье не надо объяснять какой Город. Город – он и есть город с большой буквы. Понятно, что Нью–Йорк – он и есть Город, Сити. Фаны фильма собрались на вечеринки, принесли пива, девушки плакали, расставаясь с любимыми героинями умными и ироничными, очень разными Кэрри, Мирандой, Шарлоттой и Самантой.

Наверное, только сериалы «Сейнфилд» и «Умерьте свой энтузиазм» более еврейские, чем «Секс и Город». Еврейские не потому, что про евреев, и не потому, что в титрах огромное количество евреев делавших сериал, а самим еврейским духом и темпом, неповторимой манерой рассказывать истории. Ведь только еврей не ответит прямо, а расскажет истории, да такую, что смогли держать зрителей в течение шести сезонов. И вовсе не обязательно, чтоб еврейская история начиналась с того, что еврей приходит к рэбе.

Разумеется, «Секс и город» еще и сугубо американская картина, не «еврейская картина», в том смысле, как «Сопранос» — вовсе не итальянская. Сериалы телекомпании НВО представляют качественное американское кино, диктующее стандарты по всему миру. Секрет в том, что американское и еврейское вовсе не противоречат друг другу. Потому–то целая плеяда американских американо–еврейских писателей, художников, кинематографистов сумела надолго определить магистральное развитие американской культуры. Наш мир все больше становится «глобальной деревней», и это американский мир и американская «деревня». В фильме можно найти прямые аллюзии из Филиппа Рота и Сола Белоу, опиравшихся на традицию гениальных рассказчиков еврейских историй, идущую через Башевиса–Зингера, Шолом–Алейхема к мудрецам Талмуда. И, разумеется, не обошлось без влияния Вуди Алена, сумевшего на поколение определившего жанр «нью–йоркского» фильма, как и многих других, вплоть до автора «плохого мальчика» и «Первого женского клуба» Оливии Гольдсмит, драматургии Норы Эфрон и Ребекки Миллер.