Вурдалачий камень

Дудко Дмитрий Михайлович

Камни бывают разные. В некотором смысле памфлет в стиле фэнтези на один такой.

Дмитрий Дудко

Вурдалачий камень

На поляне среди дремучего леса возвышаются старые, расплывшиеся курганы. На самом большом торчит, глубоко уйдя в землю, угрюмый серый камень. Некогда здесь, в могиле, обращенной в тайный схрон, обитал Великий Вурдалак. Темными ночами выходил он, созывал упырей и лихих людей. Везло тому, кого они убивали сразу — не пилили живьем, не вешали за выпущенные кишки, не вырывали жилы из ног. Прогневался бог Перун и поразил нечистых и нечестивых огненными стрелами. Лишь Великий Вурдалак укрылся под толщей насыпи. Тогда бросил грозный бог с неба тяжелый камень и придавил им главного лиходея. Там и лежит он, не живой и не мертвый, и порой жутко стонет и скрежещет зубами, не в силах выбраться.

Даже днем люди обходят зловещую поляну. Что же это за темные тени стекаются сюда безлунной ночью? Черны их одежды, лица мертвенно бледны — или намазаны белилами? На черных рубахах — злые варяжские руны и знаки Черного Солнца. У самого камня стоит седовласый Вовкун-пасечник. Самые знатные бояре берут у него мед. Только знают все: водится он с нечистой силой. Держит пасечник черно-красную хоругвь — знак крови и смерти. «Упырем нашим» величают его те, что сходятся на поляну. Ибо он — старший над окрестными ведьмами и ведунами. С кистенями в руках охраняют его молодые разбойники с волчьей головой на рубахах. Среди них — Пашута-ябе

т

ник, княжий муж. Строчит он на людей злые ябеды. Ночами же, говорят, оборачивается волком для лихих дел. С ним четверо земских ярыжек. Кого ярыги потащат в земскую избу — дорогой побьют да ограбят. Безвинного схватят, разбойников же в упор не заметят. Хоть те уже и среди бела дня кистенями грозятся. И нет на ябетника управы. Начальник его, княжий мечник Головатый, образ Великого Вурдалака держит не только в домашней молельне, но и в самой земской избе.

Но вот собрались все. Развели костер, поставили черный крест из двух обгорелых плах, увешали венками из белены и дурмана. На кресте вырезана злая руна Науд, руна нужды и голода. Вышел к камню почетный гость — жрец Чернобогов из Черного храма, что на Черной горе карпатской. Воздевши руки, заговорил:

— Братья вурдалачники! Не гонит больше вас здешний князь, но и народ не чтит. Не желает поклоняться исконным богам нашим — ни упырям, ни бесам болотным, ни самой Яге с Чернобогом. Смешивает кровь с чужаками, вместе с ними почитает светлых богов — Перуна и Даждьбога. Да падет на это племя страшное проклятие! Силы тьмы! Пошлите на сей град войну, раздор и голодомор!

— Голодомор! Голодомор! — завопили все.