Фэнтези или научная фантастика? (сборник)

Дяченко Марина и Сергей

Недавно, анализируя наш новый роман «Варан», критик Александр Ройфе писал в «Книжном обозрении»: «Как известно, у киевских писателей Марины и Сергея Дяченко два лица. Причем не только в физическом смысле, но и в творческом. Одна ипостась писательского дуэта – это фэнтези, литература «меча и магии». С нее они начинали (романом «Привратник»), в ней достигли изрядных вершин («Скрут», «Ведьмин век»). Другая ипостась – социальная фантастика в духе Стругацких. И в этом направлении Марине и Сергею удалось добиться многого – достаточно вспомнить такие их произведения, как «Пандем» и «Армагед-дом». Принципиальная разница, однако, состоит в том, что «дорогой Стругацких» (с той или иной степенью успешности) идет немало сочинителей, а вот место Дяченко в отечественной фэнтези, без преувеличения, уникально. И новый их фэнтезийный роман «Варан» свидетельствует о том вполне явственно. Первое, на что обращаешь внимание при чтении этого романа, – необычайная яркость «картинки». Ярки персонажи, у каждого из которых – свой облик, своя судьба и свой голос. Ярки и красочны пейзажи, запоминающиеся сразу и надолго. Словом, такое ощущение, будто Марина и Сергей рисуют свои масштабные полотна акриловыми красками, тогда как большинство их коллег по цеху едва справляются с десятком цветных карандашей. Однако еще приятнее, что в красивую форму заключено глубокое содержание».

Другой критик, М. Галина, высоко оценив перед этим тот же «Пандем», замечает: «Марина и Сергей Дяченко за последние несколько лет продемонстрировали читателю такую концептуальную мощь и жесткость, что богатейший по фактуре, красочный фэнтезийный «Варан», сделавший бы честь любому отечественному фантасту, работающему в «мягком» жанре, воспринимается, как передышка, перевал между вершинами, разговор у огня».

Так оно и идет – одни критики, читатели просят нас писать только фэнтези, другие же призывают забыть об этом и идти тропой «реалистической фантастики».

Сами мы не делим фантастику на «научную» и «волшебную», более того – мы вообще не разделяем литературу на фантастическую и реалистическую (лишь на хорошую и плохую). Предлагаем читателям сборник, где, с одной стороны, собраны вещи фэнтезийной направленности, а с другой – «реалистической». Мы понимаем очевидную условность такого деления. И все же каждый читатель сможет сам стать арбитром в великой битве «фэнтези против научной фантастики», полем которой является наша малая проза. А мы были бы рады познакомиться с вашими мнениями и пожеланиями.

В сборник вошли:

Со стороны «фэнтези»:

«Бастард», повесть (1996)

«Мизеракль», повесть (2003)

«Горелая башня», повесть (1998) («Интерпресскон»-99)

«Волосы», рассказ (2001)

Со стороны «научной» или «реалистической» фантастики:

«Волчья сыть», повесть (2000)

«Зоопарк», повесть (2003) («Сигма-Ф»-04)

«Корни камня», повесть (1999)

«Тина-делла», рассказ (2003)

Бастард

Пролог

Темной холодной ночью двое стояли на крепостной стене, и длинным и страшным было их ожидание.

– Изготовились ли воины? – спросил тот, что носил на седой голове четырехзубый княжий венец. – Заряжены ли катапульты, и кипит ли смола?

Лучники замерли у бойниц, и готовы были катапульты, и смола пузырилась в черных чанах.

– Что ты там видишь? – спросил венценосный у стоящего рядом, ибо тот обладал силою видеть в темноте, и на сто верст вперед, и на десять локтей под землей.

– Вижу, – ответствовал тот, – вижу бесчисленные отряды, и сталь полыхает при свете факелов, и ведет их твой сын.

Глава первая

Солнце стояло уже высоко, когда он, голодный, бросил заплечный мешок в траву.

Никогда в жизни он не видел такой травы – густой, лоснящейся, как шерсть сытого и здорового зверя. Ему казалось, что все здесь лоснится от удовольствия – и деревья, здоровенные, в три обхвата, и непуганое зверье – вон, полевая мышь смотрит и не боится, – и птицы, и белесые цветочки…

Он еще раз огляделся и, хмыкнув, потянул из ножен меч.

В который раз сердце его сладко замерло, когда без звука, без скрежета миру явилось широкое ясное лезвие, поймало плоским боком солнечный луч и отправило его Станко в глаза.

Он прищурился.

Глава вторая

Через несколько часов они шли по едва приметной лесной тропинке – впереди Илияш, вооруженный тяжелой палкой, Станко – чуть поотстав.

Кошелек его стал намного легче – десять золотых, половина условленной суммы, перекочевала к проводнику. Вторую половину Илияш должен был получить в конце пути – у подножия замка.

– У подножия! – твердил Илияш, пересчитывая монеты. – А в замок я не пойду, хоть ты мне золотую гору вывали и сверху пряник положи, в замок я – ни ногой, ты это запомни!

Он долго разглядывал монеты, пробовал на зуб, даже нюхал; Станко, помнится, подумал тогда, что Илияш в жизни не видывал столько золота сразу.

Теперь Станко тащился следом за проводником, не отрывая взгляда от его высоких, мокрых от росы ботинок.

Глава третья

Они стояли над обрывом.

Внизу неспешно текла речушка; прямо за ней тянулись леса – старые темные леса с редкими проплешинами полян и буреломов.

– Беззаконные земли, – устало сказал Илияш. – Мы пойдем в обход.

– Долго еще? – спросил Станко, но в голосе его не было обычного нетерпения: та же усталость.

– Как дорога ляжет, – отозвался Илияш и осторожно подошел к крутому склону.

Глава четвертая 

Солнце стояло высоко, камни почти не отбрасывали тени, и раздолье было сверчкам и ящерицам.

– Вот и прекрасно, – ровным голосом сообщил Илияш. – Клещи сжимаются, назад дороги нет, а впереди нас ждет та самая крыса, к которой ты так желал забраться в глотку.

Станко жалко улыбнулся. Больше всего на свете ему сейчас хотелось ничком лечь на землю и пролежать так несколько дней.

– Ладно, – проводник с сомнением разглядывал свой кинжал. – Ладно, коли так повернулись события… Я не намерен умирать из-за твоего упрямства.

«Я же спас тебе жизнь», – хотел сказать Станко, но вздохнул и не сказал.

Мизеракль

Опасного она заметила сразу. Сидит в углу, не откидывая капюшона, постреливает взглядом из-под черных слипшихся волос, длинные пальцы с обломанными ногтями крошат хлеб на столе… Хорош. Знаем, чего от таких ждать. На всякий случай велела Сыру, чтобы приглядывал.

Ужинали нервно. Хоть и говорят, что разбойников якобы повывели и что, мол, юная дева, да хоть с мешком золота, да хоть среди улицы может ночевать, и никто не тронет… Хоть и говорят все это и пишут на вывесках у входа в королевство – а все-таки доверия нет. Чужие места, чужие люди, чужой неприятный выговор знакомых слов. Грязная харчевня. Наверное, еще и клопы в матрацах. Знаем мы…

Сыр остался поболтать с хозяином – Доминика поощряла. Пусть почешут языки, может, и просочится сквозь ворох болтовни что-нибудь небесполезное. Нижа тем временем поднялась наверх, взбивать перины, готовить комнату.

Доминику шатало от усталости, и вина, наверное, не стоило пить. Весь день в трясучей карете, обедали на ходу… И, конечно, от вина разморило. Ступеньки высокие, темно и воняет жиром. Рука скользнула по перилам, брезгливо отдернулась – липко…

Вот тут-то из темноты и выступил тот, в капюшоне.