На графских развалинах

Жуков Вячеслав Владимирович

«Дождь, особенно затяжной, Николай Петрович Трубников невзлюбил с тех самых пор, когда служил на границе. И даже уйдя в запас, мнения своего не изменил, твердо веря, что именно в дождь случается много всего нехорошего. А случиться может чего угодно. Например, проезжавшая мимо машина может взять да и окатить с ног до головы грязной водой из лужи. А то и жди чего похуже. Вот, вчера вечером, гуляя со своей собачонкой, Николай Петрович стал свидетелем неприятного случая.

Обычно по вечерам да еще в дождь, Николай Петрович предпочитал выгуливать свою собаку недалеко от дома, но на этот раз Грей, так звали пса породы лайка, потянул хозяина к расположенному невдалеке скверу. Как будто черт его туда дернул. Потом Николай Петрович ругал себя. Надо было взять пса на короткий поводок и увести. А тогда… тогда он ни о чем таком и представить не мог...»

Глава 1

Дождь, особенно затяжной, Николай Петрович Трубников невзлюбил с тех самых пор, когда служил на границе. И даже уйдя в запас, мнения своего не изменил, твердо веря, что именно в дождь случается много всего нехорошего. А случиться может, чего угодно. Например, проезжавшая мимо машина, может взять да и окатить с ног до головы грязной водой из лужи. А то и жди чего похуже. Вот, вчера вечером, гуляя со своей собачонкой, Николай Петрович стал свидетелем неприятного случая.

Обычно по вечерам да еще в дождь, Николай Петрович предпочитал выгуливать свою собаку недалеко от дома, но на этот раз Грей, так звали пса породы лайка, потянул хозяина к расположенному невдалеке скверу. Как будто черт его туда дернул. Потом Николай Петрович ругал себя. Надо было взять пса на короткий поводок и увести. А тогда… тогда он ни о чем таком и представить не мог.

Было около половины двенадцатого ночи. Прохожих на улице – никого. Это и понятно, какому дураку захочется шастать в такое время да еще под проливным дождем. И Николай Петрович бы ни за что носа не показал из дома, если бы не псина. Грея ведь выгуливать надо.

В гущу темного сквера лезть не хотелось. И вообще, сейчас у Николая Петровича возникло вдруг желание взять и отпустить Грея с поводка, и пусть бежит куда хочет. А самому поскорее вернуться домой. Но тут же он отвлекся от этих своих мыслей, потому что увидел выбежавшую из-за угла стоящего недалеко дома девушку. Она явно была либо пьяная, или же ненормальная. Потому что ни одна нормальная не выскочит под проливной дождь вот так в легкой кофточке, которая теперь оказалась насквозь промокшей, и сквозь нее просматривались груди. А еще на ней была надета до неприличия короткая юбка, едва прикрывавшая попку. Ну уж хотя бы зонт должен быть при ней, если уж не плащ. Но у нее не было ни зонта, ни плаща.

Николай Петрович подумал, что, скорее всего, девица выбежала из одного из ближних подъездов. Небось, пацаны решили поразвлечься групповухой, пригласили ее, а девочка оказалась несговорчивой, вырвалась и убежала. Во всяком случаи, ему старику, до всего этого дела нет. И вышел он не разбирать чужие конфликты, а с конкретной целью – выгулять собаку. Поэтому, лучше от этой девицы держаться подальше. Еще неизвестно, что произойдет дальше. А дальше произошло вот что.

Глава 2

Николай Петрович Трубников был удивлен тому вниманию, с каким к нему отнеслись в главном управление уголовного розыска.

– Вот что значит солидная организация, – сказал себе Трубников, проходя через проходную.

Как и обещал дежурный, пропуск для него уже был выписан. Дальше следовало войти в здание. Но блуждать по коридорам бывшему пограничнику долго не пришлось.

Стоило ему открыть дверь, как тут же перед ним появился высокий широкоплечий мужчина лет тридцати с небольшим, представившийся подполковником Тумановым.

– Пойдемте к нам в кабинет. Там и расскажите о том, что случилось, – приветливо предложил подполковник. Держался он так уверенно, что рядом с ним Николай Петрович почувствовал какое-то необъяснимое спокойствие. Такое разве что можно испытать, придя на исповедь к священнику. И Трубников дожидаться не стал, пока они придут в кабинет, начал объяснять все прямо тут в коридоре.