Призвание – опер

Жуков Вячеслав Владимирович

Капитан Туманов – опер бывалый. Тем обиднее, что его подставили, как последнего лоха: опоили наркотой, сунули ствол в руки и подписали на мокруху. Чтобы разобраться, пришлось уйти в бега. Оказалось, крутые люди наехали на капитана. И самый опасный – старый вор Мономах. Опер перешел ему дорогу. Миром им не разойтись. Оба поставили на кон – жизнь.

Ранее книга «Призвание – опер» выходила под названием «Добро с кулаками».

Глава 1

День начался как обычно. В половине восьмого подъем и непременное обливание холодной водой. Эта привычка начинать утро так осталась еще с армии, и вот уже на протяжении десяти лет Федор ей не изменял. Каждое утро, ровно без пятнадцати восемь, он входил в ванну, где выливал на себя целое ведро воды. Ощущение непередаваемое. Сначала захватывает дух и, кажется, кровь застывает в жилах, превращается в подобие льда, а душа покидает бренное тело вместе с убегающей водой. Зато через секунду-другую все внутри наполняется живительной силой, и уже чувствуешь себя, словно заново появился на свет.

Конечно, по правилам, это следовало бы делать во дворе, на свежем воздухе, как рекомендовал Порфирий Иванов. Но Федор решил ограничиться ванной, чтобы не будоражить воображение соседей. Неправильно поймут. И такое же неправильное мнение сложится о нем.

После обливания был обязательный плотный завтрак. Даже если не было аппетита, Федор вталкивал в себя большую тарелку овсяной каши с изюмом, запивая ее чашкой кофе с двумя-тремя бутербродами с сыром. Зато потом он мог не принимать пищи до самого вечера, что при его работе случалось довольно часто, и при этом чувствовать себя вполне сытым.

Ровно в половине девятого Федор Туманов был в Управлении уголовного розыска, где вот уже десять лет работал в должности оперуполномоченного уголовного розыска. И причем работал неплохо, за что неоднократно поощрялся руководством. Если бы не его ершистый характер, он мог возглавить отдел, но в силу таких качеств, как неуживчивость с начальством и излишняя прямолинейность, которая была многим не по душе, смог дотянуть всего лишь до старшего опера. И то благодаря покровительству своего давнего приятеля подполковника Сереброва, начальника по кадрам. Они в чем-то были очень похожи. Серебров тоже частенько резал правду-матку в глаза. Но в отличие от Федора он был кадровиком и не владел и половиной той секретной информации, в курсе которой был его приятель.

Но начальник отдела кадров сумел убедить вышестоящее руководство, что Туманов заслуживает большего, чем быть просто опером. И тогда Федора поставили старшим и тут же прибавили к его трем звездочкам на погонах еще одну.

Глава 2

Возле гранитного парапета, накрепко сцепившего берег реки, валялась перевернутая инвалидная коляска, а рядом в луже крови ее безногий хозяин с разбитой головой. Он был одет в заношенный пятнистый камуфляж, скорее всего когда-то привезенный из армии. Так, во всяком случае, показалось Федору, потому что на плечах остались следы от отпоротых погон, а на рукавах следы от нашивок.

Человек лежал на спине, и его застывшие глаза были устремлены в небо, где под ослепительно ярким солнцем в беспорядочном хороводе кружили три чайки. Он словно завидовал их легкости, с которой они, почти не взмахивая крыльями, могли парить в воздухе. А его обремененная мирскими заботами душа не могла оторваться от тела и тягостно дожидалась последнего вздоха, чтобы только тогда преодолеть земное тяготение и взмыть в небесное пространство так же легко и беззаботно, как эти белокрылые птицы.

Туманов пожалел, что нет свидетелей, которые смогли бы мало-мальски объяснить, что здесь случилось. Да и проще было бы, а теперь возись с этим замухрышкой. Ну, Володин, удружил так удружил.

Он присел рядом на корточки, пытаясь заглянуть в глаза инвалиду.

– Эй, служивый? Ты живой?