Избранное

Петровых Мария Сергеевна

Тха Григор

Терьян Ваан

Зарьян Наири

Сагиян Амо

Маркарян Маро

Капутикян Сильва

Квливидзе Михаил Георгиевич

Галкин Самуил Залманович

Баумволь Рахиль Львовна

Борисов Исаак

Кешоков Алим Пшемахович

Балкарова Фаусат Гузеровна

Славейков Пенчо Петков

Яворов Пейо

Лилиев Николай

Далчев Атанас Христов

Петров Валери Нисимов

Лесьмян Болеслав

Стафф Леопольд

Тувим Юлиан

Броневский Владислав

Галчинский Константы Ильдефонс

Незвал Витезслав

Грегорчич Симон

Мурн-Александров Йосип

Крлежа Мирослав

Раичкович Стеван

Аль-Газаль

Аль-Мутамид

Кхием Нгуен Бинь

Тагор Рабиндранат

Икбал Мухаммад

Литературная судьба М. С. Петровых сложилась нелегко. При жизни она была известна прежде всего как великолепный переводчик и, хотя ее стихами восхищались А. Ахматова, Б. Пастернак, О. Мандельштам, в свет вышла всего одна книга ее стихов «Дальнее дерево». Посмертные издания мгновенно разошлись.

Лирика М. Петровых исполнена драматизма, раскрывает характер сильный и нежный.

Анатолий Гелескул. О Марии Петровых

Неловко разговор о русском поэте начинать с его переводов, и все же приведу один — и не потому, что считаю его лучшим. Печать личности Марии Сергеевны Петровых, при сознательном и полном подчинении подлиннику, лежит на многих ее переводах, но в этом, мне кажется, проступило и что-то биографическое.

(Атанас Далчев «Балкон»)

Этот притягательный образ — заброшенного тайника — возникает при мысли о Марии Сергеевне как метафора ее судьбы, литературной и не литературной (по крайней мере в ту пору, когда мне посчастливилось узнать ее, — в конце 60-х, еще до выхода ее прижизненной книги).

Хозяева действительно не подозревали либо, заметив, принимали за что-то другое. Поэзия Марин Петровых тогда существовала как-то замурованно — не явно и не подпольно, а в ином, четвертом измерении, доступном лишь для считанных друзей. Вообще друзей было много, и, наверно, очень разных, но те, кого я знал, действительно были людьми бродяжьего склада, вольными и неприкаянными, менее всего благополучными, нередко обреченными. Одни становились изгоями, другие — изгнанниками или гибли. Погиб Анатолий Якобсон, любимый ученик и человек для Марии Сергеевны родной. Он был последним в ее долгом поминальном списке. Через год не стало и Марии Сергеевны.

Стихотворения

Стихи тридцатых — семидесятых годов

«Кто дает вам право спрашивать…»

25. VIII.35

«Стихов ты хочешь? Вот тебе…»

1935

«Помнишь ночь? Мы стоим на крыльце…»

1935

«Когда на небо синее…»

1937–1938

«Без оглядки не ступить ни шагу…»

1939

Из ранних стихов

Ночь

27/XI 27

Звезда

29/XI 27

«Весна так чувственна. Прикосновенье ветра…»

1927, весна

Встреча

27/I 1927

Отрывок

1928