Бессмертные атланты

Стэблфорд Брайан

Нет, Атланты не исчезли в пучине времени. Они дремлют в каждом из нас. Нужно лишь разбудить генетическую память и запустить процесс преобразования человека в могущественного властелина вселенной. Но согласится ли кто-нибудь на такую метаморфозу добровольно?

©

В начале книги приведены краткие сведения об авторе.

Брайан Стэблфорд

Бессмертные атланты

[1]

Признанный мастер твердой научной фантастики британский писатель Брайан Стэблфорд является автором более семидесяти пяти произведений, около пятидесяти из них — романы. Это «Колыбель Солнца» («Cradle of the Sun»), «Слепой шторм» («The Blind Storm»), «Дни славы» («The Days of Glory»), «В королевстве чудовищ» («In the Kingdom of the Beasts»), «День гнева» («Day of Wrath»), «Течение Алкиона» («The Halcyon Drift»), «Парадокс аборигенов» («The Paradox of the Sets»), «Царства Тартара» («The Realms of Tartarus»), «Империя страха» («The Empire of Fear»), «Ангел боли» («The Angel of Pain»), «Карнавал разрушения» («The Carnival of Destruction), «Кровь змеи» («Serpent's Blood»), «Наследуй Землю» («Inherit the Earth»), «Экспедиция „Омега"» («The Omega Expedition»), «Темный Арарат» («Dark Ararat»), «Комплекс Кассандры» («The Cassandra Complex»), «Фонтаны молодости» («The Fountains of Youth»), «Создатели бессмертия» («Architects of Emortality»), «Врата вечности» («The Gateway of Eternity»), «Полосы» («Streaking»), «Проклятие коралловой невесты» («Curse of the Coral Bride»), «Поцелуй козла» («Kiss the Goat») и другие. Многочисленные рассказы Стэблфорда представлены в сборниках «Сексуальная химия. Сардонические истории о генетической революции» («Sexual Chemistry: Sardonic Tales of the Genetic Revolution»), «„Саломея" и другие декадентские фантазии» («Salome and Other Decadent Fantasies»), «Небылицы и выдумки» («Fables and Fantasies»), «„Затруднения" и другие научно-фантастические рассказы» («Complications and Other Science Fiction Stories»), «Капризная муза» («The Wayward Muse») и «„Гены от дизайнера" и другие рассказы о биотехнологической революции» («Designer Genes and Other Stories: Tales of the Biotech Revolution»). Среди публицистических работ писателя следует отметить книгу «Социология научной фантастики» («The Sociology of Science Fiction») и «Третье тысячелетие. История мира с 2000 по 3000 годы» («The Third Millenium: A History of the World A. D. 2000–3000»), написанную в соавторстве с Дэвидом Лэнгфордом. Повесть Стэблфорда «Цветы зла» («Les Fleurs du Mal») вышла в финал премии «Хьюго» в 1994 году. Недавно были опубликованы романы «Камни Камелота» («The Stones of Саmelot») и «Новый Фауст — трагикомедия» («The New Faust at the Tragicomique»), а также несколько новых сборников: «Древо жизни» («The Tree of Life»), «„Призрак книжного магазина" и другие истории о привидениях» («The Haunted Bookshop and Other Apparitions») и «„Лекарство от любви" и другие рассказы о биотехнологической революции» («The Cure for Love and Other Tales of the Biotech Revolution»). Биолог и социолог no образованию, Стэблфорд живет в Рединге, Великобритания.

За последнее десятилетие Стэблфорд чаще других писателей затрагивал тему происходящей на наших глазах революции в биологии и генетике, изменяющей саму человеческую природу. Во многих произведениях он описывает следующий этап развития человеческого вида, например в рассказах «Нет контакта» («Out of Touch»), «Волшебная пуля» («The Magic Bullet»), «Век невинности» («Age of Innocence»), «Древо жизни» («The Tree of Life»), «Свирель Пана» («The Pipes of Рап»), «Скрытые намерения» («Hidden Agendas»), «Цвет зависти» («The Color of Envy»), в уже упоминавшихся «Цветах зла» и многих других. Ниже автор демонстрирует, как в будущем изгнанники смогут находить весьма необычные убежища — например, в вашей собственной крови.

Шейла не открывала дверь, если звонили в звонок, — к ней всегда приходили не те, кого она хотела бы видеть, а те, кому она изо всех сил старалась не попадаться на глаза. Последняя категория включала в себя множество людей — от выбивальщиков долгов и полицейских до дружков Даррена, начинающих торговцев наркотиками, и хахалей Трэйси — насильников-рецидивистов. Разумеется, никто из них не верил, что ее нет дома, а тот факт, что они не имеют права ломать дверь, их не очень-то останавливал. Одним словом, никто из них не входил без шума, так что Шейла была весьма удивлена, обнаружив у себя в столовой некоего седовласого господина — его появление не было ознаменовано ни ударами, ни треском ломающегося дерева.

— Я звонил, — произнес он, видимо желая объяснить сей невероятный факт, — но вы не ответили.

— Вероятно, — сказала она, не вставая с кресла и не делая движения в сторону телевизионного пульта, — это потому, что я не хотела вас впускать.

Хотя она и не притронулась к пульту, экран телевизора погас. Он не просто самопроизвольно перешел в режим ожидания, как это иногда случалось, а совсем выключился. Было одиннадцать утра, и Шейла сидела перед ящиком не столько для того, чтобы смотреть, сколько для того, чтобы скрасить одиночество. Но все равно она почувствовала легкое раздражение.

— Это вы сделали? — спросила она.