Хроники Израиля: Кому нужны герои. Книга 1

Фромер Владимир

ПРЕДИСЛОВИЕ

Это книга хорошего писателя…

Когда историк читает историко-документальное сочинение любого яркого автора, ему обычно хочется с ним поспорить. Каждый образ, каждое событие в хорошей книге окрашено личным видением, темпераментом, сердцем писателя. У историка обычно другое видение тех же событий, тех же героев. И все-таки останавливаешь себя: нет, возражать автору не нужно. Честный писатель — человек со сложным, стереоскопическим видением мира, независимо от того, сознает он сам это свое качество или нет. И если перо его талантливо, историческая истина обязательно высветлится!

Владимир Фромер — трубадур Израиля имперской эпохи, Израиля эпохи блистательных войн и побед, Израиля полководцев и героев, искателей истины и беспутных гениев — словом, этакого еврейского «республиканского Рима» XX века. Все герои страны заслужили у него восхищение, все страдальцы — сочувствие, все мыслители — поэтическое преклонение. Но певец нашей Республики-Империи считает нужным искать и находить пусть поэтическую, но правду истории — и потому (возможно, неосознанно для автора) рядом, например, с великолепным героем израильских войн, «столяром из Тель-Адашим» Рафулем (Эйтаном) возникает в другом очерке (о генерале Кахалани) иной Рафуль — коварный и скрытный штабной интриган.

Второй пример: как всякий поэт-романтик, Фромер склонен идеализировать деятельность разведок-контрразведок, и потому этаким хитроумным Одиссеем предстает образ начальника спецотдела Службы безопасности Давида в очерке «Поединок». А потом, в другом очерке, возникает «наш человек в Панаме», подлец и взяточник, и читатель понимает, что ведь он-то как раз и был «Давидом», начальником спецотдела!..

Как у всякого писателя, у Фромера есть свои любимцы, вроде Игаля Алона или Абы Эвена, и личные объекты неприязни — вроде Вануну или… Моше Даяна. Что ж, его авторское право! Но, когда он начинает жалеть невинные жертвы Даяна — генералов Элазара и Городиша, внимательный читатель замечает огромные промахи любимых героев автора и понимает правоту их оппонента — профессионала-министра.

РОММЕЛЬ У ВОРОТ

ВМЕСТО ПРОЛОГА

5 ноября 1942 года была ликвидирована наконец угроза, нависшая над еврейским населением в подмандатной Палестине. Фельдмаршал Роммель потерпел поражение под Эль-Аламейном, в ста километрах от Александрии, и его части, стараясь сохранить хотя бы видимость порядка, отошли в Тунис, на исходные позиции.

Гитлеровский рейх находился тогда в зените могущества. Германия захватила огромную территорию, простиравшуюся от Атлантического океана на западе до Кавказа, Сталинграда и Москвы на востоке. Почти все Средиземное море оказалось под немецким и итальянским контролем. Их боевые самолеты взлетали с аэродромов в Сардинии, Сицилии, Ливии, Крите, Родосе. Турция и Испания соблюдали нейтралитет, но было ясно, что они не замедлят присоединиться к побеждающей стороне.

Тогда все признаки указывали на то, что победит Германия. В Средиземноморском регионе Англия владела лишь Египтом, Эрец-Исраэль

[1]

, Сирией, Кипром и Мальтой.

Масштабы запланированного Гитлером окончательного решения еще не получили широкой огласки, но и того, что уже знали тогда, было достаточно. Угроза со стороны Эль-Аламейна, подобно облаку ядовитого газа, четыре месяца медленно приближалась к границам подмандатной Палестины.

Еще в 1925 году фюрер писал в «Майн кампф»: «Ныне начинается последняя революция. Захватывая политическую власть, еврей срывает с лица последние клочки маски. Демократический плебейский еврей превращается в кровавого еврея, тирана народов. Через несколько лет он попытается уничтожить национальные основы мысли и, лишив народы их естественного духовного руководства, подготовит их к вечному рабскому подчинению. Самым страшным примером этому является Россия. Однако концом этого процесса будет не только освобождение народов, угнетаемых евреями. Это станет концом самого народа-паразита. После смерти жертвы рано или поздно умирают и вампиры».