История бумажных птичек

де Унамуно Мигель

Это эссе – одно из первых произведений Мигеля де Унамуно, появившихся в печати. Впервые оно было опубликовано в 1888 году в газете «Бильбао».

I

Все, что вы здесь прочтете, – чистая правда, как она вспоминается мне теперь, обрывками, ребяческие фантазии, не более чем ребяческие фантазии, но фантазии такого рода, что я буду мысленно возвращаться к ним, сколько ни проживу на свете, и с годами – все чаще и чаще.

Ребенком я не умел играть ни в мяч, ни в волчок, ни в шарики, ни во многие другие игры, требующие ловкости и проворства; зато мне легко удавались «осада крепости», уголки и прочее в том же духе.

Но главным развлечением моего детства, в которое я уходил с головой по крайней мере года три подряд изо дня в день, не зная ни отдыха и ни покоя, с завидным постоянством, были бумажные птички.

Едва мне попадается на глаза угловатая фигура бумажной птички со вздернутым клювом, как я вспоминаю эти три наполненных жизнью и радостных года, когда я засыпал каждый вечер, стоило лишь коснуться щекой подушки, и просыпался радостный каждое утро.

Несомненно, что особенности характера дали направление моим склонностям, но склонности, в свою очередь, воздействовали на характер. Как тихи, послушны и кротки бумажные птички! Не одну стопу бумаги извел я на них.

II

Известия о тех отдаленных временах, собранные по устным преданиям, когда они были еще свежими и недавними, и сведенные воедино, стали частью правдивого повествования, досконально и полно излагающего события этой истории, от коего сохранились у меня только две тетрадки.

Вокруг Обезьяна I, Амадео, Лахе и прочих удивительных персонажей начали группироваться бумажные птички.

Очень скоро захотели они чинов и почестей и пожелали обосноваться в постоянных жилищах – не столько из-за необходимости иметь очаг и крышу над головой, сколько чтобы можно было устраивать осады укрепленных поселений, штурмовать и оборонять их. На что еще может годиться город, кроме как на то, чтобы его брали штурмом?

Из коробок, всевозможных дощечек и прочего годного в дело старья сооружался на столе разборный город. Так возник Клееон, прославленный сражением, носящим его имя. Название свое получил он по клеенке, покрывавшей стол, на котором он был воздвигнут.

Что это была за битва! Какие удары наносила свинцовая бита, страшная свинцовая бита по стенам надменного Клееона! Но все было напрасно – и осадные лестницы, и ливень снарядов. Даже Бильбао, сам Бильбао, не противостоял карлистам с таким бесстрашием.