Крабы в консервной банке

ден Ойл Боб

Этот рассказ был опубликован в журнале «Иностранная литература» в 70-х годах XX века.

Яхек стоит перед зеркалом и вытирает после бритья щеки. Он почти вплотную придвигает свое круглое лицо к стеклу в поисках пропущенных остатков пены и видит при этом свой рот — неправильной формы, беззащитный. И видит, что левый угол рта опускается, благодаря чему лицо его приобретает выражение крайнего презрения, становится жестким и безжалостным, но в то же время решительным. Как странно — на самом-то деле его губы неподвижны: он не чувствует работы мышц, которая необходима для того, чтобы вызвать такое изменение. Вообще-то он много раз упражнялся перед зеркалом, добиваясь такого выражения лица, но ему это еще никогда не удавалось. Он быстро отворачивается от зеркала. Самое лучшее — сейчас же забыть об этом маленьком происшествии.

Придя на службу, он сначала берется за самые срочные дела, потом  пьет кофе, намереваясь посвятить остальное время текучке. Он — служащий в главном управлении гигантского концерна по производству и продаже консервов. Положение у него подчиненное, честолюбивых устремлений нет, и он старается привлекать к себе как можно меньше внимания. Именно поэтому при всяких служебных перестановках, награждениях и повышении жалованья коллеги немного побаиваются его. Они привыкли к открытой борьбе, в которой все средства хороши, и поведение Яхека им непонятно. Они предполагают, что у него есть какие-то скрытые ресурсы, о которых они и не догадываются, они не знают, чего от него ожидать, а это порождает злобу. Может, он заведомо настолько уверен в успехе, что не считает нужным участвовать в обычной конкуренции, может быть, он родственник кого-нибудь из директоров и в один прекрасный день неожиданно для всех вознесется к недосягаемым вершинам. Вдобавок хоть Яхек и лишен честолюбивых устремлений, он далеко не лентяй. Правда, дела ему поручаются не слишком ответственные, зато они всегда сделаны вовремя — он просто не может иначе. Другие обычно так стараются продемонстрировать свои деловые качества, что на то, чтобы работать, их уже не хватает. Сколько раз случалось, что господа с самого верха обращались за какими-нибудь срочными данными и все оказывались не на высоте, только ничтожный Яхек, вопреки собственному желанию, мог тут же сообщить требуемые сведения. Это вызывает враждебность, которая неизменно разбивается о терпение Яхека.

За работой Яхеку удалось забыть утреннее происшествие, но за кофе это было уже труднее. И вот он сидит с чашечкой в руке, уставившись в пространство, — пришло время осмыслить этот неприятный факт. «Хорошо, — думает он,  ставит  чашечку на стол, принимает рабочую позу и начинает рассуждать: — И что же все-таки произошло? Каждый день я бреюсь без всяких неприятностей… обыденность — величайшее счастье… и вдруг — такое. Может, это связано со временем года? Декабрь — самый темный месяц, тревожное время  всяких праздников. Кроме того, уже целый месяц льет дождь. По утрам в темноте, под дождем идешь на работу, по вечерам в темноте, под дождем возвращаешься домой; это как-то угнетает». 

Он чертит квадратик на лежащем перед ним листе бумаги. Потом делает из квадрата куб, пристраивает к нему еще несколько кубов. Надо же — видеть в зеркале, что рот у тебя искривился, а на самом деле не подвижен. Но ведь этого не может быть! Даже непроизвольное, рефлекторное движение всегда ощущается. Но самое главное, пожалуй — это выражение лица. Угроза и без того   сомнительному   будущему.