Убийца

ден Ойл Боб

Этот небольшой рассказ был опубликован в журнале «Иностранная литература» в 70-х годах XX века.

Атмосфера печали на Йонкхеренстраат так плотна, что ее можно прямо-таки пощупать рукой. Почему — неизвестно. Печаль засела в стенах домов при застройке.

Булыжная мостовая вздымается волнами, вместе с нею, хоть и не так необузданно, вздымаются трамвайные рельсы. Десяток кафе, несколько дешевых закусочных и заведений, где продают жареный картофель, магазины. Если вы любите военную терминологию, можно сказать, что магазины стоят здесь сомкнутым строем. Улица всегда перекопана: водопроводные трубы, и кабели вечно оседают в рыхлой почве. Да и дождь, кажется, чаще моросит на этой улице, чем на других.

В одном из кафе у стойки стоит Серейн. Он только что положил на стойку револьвер, стоит и смотрит на него. Кафе оформлено так, чтобы создать «интим». Тщетная попытка: всем известно, что «интим» зависит только от самих людей. Но, чтоб выпить, любая обстановка годиться.

Серейну лет пятьдесят. К разговорам он не расположен. Но тот, кто кладет на стойку заряженный револьвер, должен все же дать при этом кое-какие пояснения. Он принимает вид человека, которым хочет сообщить нечто важное. Все посетители   смотрят на револьвер, его не часто увидишь в наших мирных кабачках, где и обычный мордобой — редкое явление. А сверкающий вороненый револьвер это нечто уж совсем необычное.

— Я много лет прожил в Америке, — безразличным тоном начинает Серейн. — Поехал туда, во время кризиса. Эмигрантское судно, мы все заросли щетиной и обовшивели, но, так или иначе, доехали.