От брата Толка, как от монаха-идеалиста, узревшего кровопролитную расправу над братьями по духу, ожидать можно было чего угодно. Жуткой паники. Оцепенения. Безумного помешательства. Отчаянных и заведомо безрезультатных попыток к нападению. Но только не хладнокровного восхищения. Клоин и Наринна, уже готовые к истерике спутника, обомлели. Да и сам демон озадачился, глядя в расширенные глаза монаха, где страха почти не было, но зато блуждал неописуемый восторг. Воцарилось неловкое молчание, в ходе которого все смотрели друг на друга, ожидая хоть каких-нибудь действий.

И опять, ломая все предрассудки, заговорил брат Толк:

— Кто ты?

— Демон, — ответил Наргх.

— Ничего не понимаю, — в удивлении нахмурилось лицо брата Толка.

— И не нужно.

— Но… как… нет… не может быть, — во взгляде монаха стала рождаться определенность. — Неужели вы — те трое, которых ищет Орден.

— А это не имеет значения, — вмешался Клоин.

— Нет, погодите, — задумчиво протянул брат Толк, подняв руку и вытянув указательный палец. — Вы действительно те трое, из рассказов. Ты — демон, — осторожно кивнул он в сторону Наргха. — Ты — ведьма из деревни, — догадливый взгляд перекинулся на Наринну. — Тогда ты, выходит, тот самый колдун, всполошивший всю священную братию, — взгляд остановился на Клоине.

Все молчали. Наргх продолжал озадаченно пялиться на разоблачившего его спутника, не зная как поступить далее. Вор с ученицей алхимика уныло хмурились, тоже не решаясь ничего предпринять.

— Но откуда ты знаешь Ирвина? — после некоторой паузы, спросил у парня монах. — Лютнист говорил, что знаком с тобой еще с детства. Но он ничего не упомянул о связи с магией. Совсем ничего. А Ирвина я хорошо знаю. Он доверяет мне и ни в коем случае не стал бы скрывать от меня столь значимый факт. А не знать он не мог… Ничего понять не могу.

— Послушайте, брат Толк, — наконец, собравшись с мыслями, заговорила Наринна. — Мы не совсем те, за кого себя выдали там, в таверне. Мы не наемники.

— Я это уже понял…

— Мы расскажем вам все…

— Замолкни, дура! Ты что делаешь?! — озлобленно рявкнул Клоин.

— А что такое?! Он должен знать.

— Ты что! Он же монах.

— Теперь это не имеет значения, он видел Наргха.

— Так, погодите, — резко прервал перебранку брат Толк. — Давайте по порядку, опустив лишнее и малозначащее. Объясните, кто вы такие?

— Мы и хотели…

— Нет, заткнись…

— Но он попросил…

— Какая же ты дура, демон меня раздери!..

— Я расскажу, — вдруг как гром грянул бас демона, заставив обоих спутников умолкнуть. — Раз уж ты с нами, человек, я тебе все расскажу. Но жди, мой рассказ может показаться неправдоподобным.

— Слушаю, — обведя осторожным и чуть надменным взглядом окружающих, тихо изрек монах.

И демон начал свое повествование. Так же, как когда то он рассказывал Клоину, потом Ролусу и Наринне. Брат Толк слушал его внимательно, немного хмурясь, иногда хмыкая и кривясь. На лице монаха не выражалось должного удивления, скорее он ждал, когда же затянувшееся повествование, наконец, закончится.

Когда же Наргх завершил излагать историю, снова воцарилось молчание. И вновь оно прервалось голосом монаха:

— Занимательная история вышла. Демона изгнали из Бездны. Теперь за ним охотятся инквизиторы… Честно признаться, мне до этого нет совершенно никакого дела. Но то, что вы солгали мне — это скверно.

— Но вы же понимаете, брат Толк, что мы не могли сказать правду, — начала оправдываться девушка.

— Понимаю. Тем не менее это скверно. Как я могу теперь вам доверять?

— Можете… хотя бы только потому, что Наргх, будучи демоном, а мы — якобы колдуном и ведьмой, не убили вас или не взяли в плен, а попытались все доходчиво объяснить, — с некоторой нервозностью пояснил Клоин.

— Верное замечание, — кивнул монах, ни сколь не обидевшись на слова парня. — Однако вы, согласившись сопровождать меня за деньги, заключили сделку. И это обязывает вас выполнять ее. А значит, не скрывать от меня ничего, что касается нашего путешествия.

— Но подумайте сами, брат Толк… — начала вновь Наринна.

— Все, довольно! — отрезал монах. — Хватит разглагольствований. Нам пора в путь. И, кстати, — его взгляд, уже лишенный страха, но не восхищения, замер на Наргхе. — Ты — ценный боец. Ты… пригодился бы многим.

— Кому… многим? — поинтересовался демон.

— Не важно. Нам пора отправляться. Нужно подальше убраться от этого места. Дорога каждая минута.

Надо признать, что после всего свершившегося Клоин и Наринна стали относиться к новому спутнику с осторожностью. Неординарного монаха теперь озарял ореол подозрительности. Он начал даже в какой-то мере излучать опасность. Наргху же он стал нравиться еще больше. Было в нем что-то незаурядное, что-то, за что внимание так и цеплялось. Но досконально определить за что именно, демон так и не мог.

Но Наргха теперь больше волновало кое-что другое. Его новая способность. Он не знал, как она называется у его собратьев, поэтому окрестил ее просто Одержимостью.

Да, Одержимость. Демон пережил совершенно новые ощущения, и довольно-таки неприятные. Но результат ее действия оказался весьма полезным. Как и тогда, при появлении способности к воспламенению, он не мог ее контролировать. Это был хаотичный всплеск, появившийся неожиданно и ударивший со всего размаху… Но Наргх был уверен, что это временно. Еще немного, и он научится ее контролировать.

Они путешествовали несколько дней. Мороз по милостивой воле Создателя стал понемногу спадать, и к концу второй недели практически стал неощутим. Временами валил снег, припорашивая дорогу и пытаясь сбить с правильного направления. Но чуткому Клоину, вооруженному новоприобретенной картой, это нисколько не мешало.

Путешественники довольно редко посещали крупные поселения, да и в мелких деревеньках старались не задерживаться. А если же им удавалось услышать от кого-нибудь, что в том или ином месте видели прислужников Ордена, то такая информация сразу же моталась на ус. И, естественно, в такие места они нос не совали.

Брат Толк вел себя весьма странно. Он был молчалив и задумчив. Что так повлияло на перемену его настроения, никто понять не мог, лишь Клоин догадывался, что, скорее всего, причина крылась в Наргхе. Именно после той безжалостной расправы монах начал мало-помалу уходить в себя. Впрочем, это особенно никого не волновало. Лишь однажды брат Толк вверг всех в недоумение, требовательно предложив по прибытии навестить монастырь и погостевать там несколько дней. Явного отказа, как и опрометчивого согласия, никто из спутников не дал.

И вот вдали, наконец, показалось серое пятно монастыря Братства Равновесия. Сооружение было обнесено невысокими каменными стенами, возведенными скорее для определения территории, нежели чем для защиты. Над одной из них возвышалась высокая башня с плоской крышей, предназначенная, судя по всему, для наблюдения или используемая в качестве маяка. Само здание монастыря представляло собой огромный прямоугольник с множеством мелких окошек и покатой крышей.

— Вот и дошли, — заключил Клоин.

— Вам не кажется, брат Толк, что прежде чем туда войти, нам нужно придумать почему мы притащили с собой демона? — обратилась Наринна к монаху.

— Думаю, мы не будем говорить монахам, что Наргх — демон, — сказал вор.

— Будем. Они все равно распознают его, — не согласился брат Толк.

— Интересно, как? Они ж не маги, — скептически нахмурился парень.

— У них… нас есть свои методы для обнаружения потусторонних существ.

— Тогда почему вы не распознали Наргха сами? — косо поглядел на монаха Клоин.

— Потому что… потому что для этого недостаточно только моих способностей. Тут нужны умения нескольких монахов, — как-то не совсем уверенно объяснил брат Толк.

— Все равно мы не можем так просто войти туда, — Наринна вернула разговор в прежнее русло.

— Я могу не заходить в монастырь, — предложил Наргх.

— Нет, ты должен пойти с нами. Я хочу представить тебя братьям.

— Но зачем? Подобные вам боятся и ненавидят таких как я. У нас будут неприятности.

— Да, я тоже думаю, что Наргху лучше побыть за стенами, пока мы не закончим все дела внутри, — поддержал идею демона вор.

— Тогда мы все можем остаться снаружи. Да и вообще, брат Толк, мы же выполнили поручение — довели вас до монастыря. Теперь можем быть свободны, — напомнила девушка.

— Нужно пополнить запасы. Да и переночевать, — не согласился парень.

— Конечно, пока ты будешь нежиться в постели и греться у камина, Наргх будет мерзнуть под стенами. Опять думаешь только о себе, Клоин, — фыркнула Наринна.

— Мне нет нужды сидеть под стенами, я могу пойти на охоту, — пожал плечами демон.

— Вот видишь, он согласен. Нам всем только лучше будет, — кивнул в сторону Наргха парень, ухмыльнувшись.

— Прекратите! — перебил всех брат Толк. — Снаружи никто не останется.

— А если…

— Никаких если. Говорить буду я, вы же стойте подле меня и молчите.

— Ай, демон с ним! Будь, что будет, — отчаянно махнул рукой парень. — Терять то все равно нечего.

— Ох, чувствую, добром это не кончится, — негодующе покачала головой Наринна.

— Не примут меня монахи, — пробурчал Наргх. — Ни за что не примут.

— Все пройдет гладко. Доверьтесь мне.

Ворота оказались закрытыми.

Брат Толк постучал в двери четыре раза, гулкий звук пробежал по стенам. Некоторое время стояла тишина, нарушаемая лишь легким завыванием ветерка. Потом за воротами раздалось шарканье, маленькое оконце в одной из створок отворилось. Худощавое лицо, недоверчиво изучив взглядом гостей, вопросительно поглядело на брата Толка:

— Чем могу помочь, путники?

— Мы хотим видеть настоятеля монастыря, — требовательным голосом вымолвил монах.

Клоин тем временем нахмурился. Наргх тоже напрягся. Оба понимали, что здесь происходит что-то неладное. По всем соображениям монах за воротами должен был узнать брата Толка.

— Зачем он вам понадобился? — караульный монах явно не собирался тут же бежать за настоятелем, да и подозрительности в его глазах только прибавилось.

— У нас к нему есть крайне важное дело. Пропустите нас или позовите его, — стоял на своем брат Толк.

Монах за воротами еще некоторое время буравил взглядом назойливого незнакомца, потом его лицо скрылось, створка окна захлопнулась. Звякнуло железо, и ворота стали с жалобным скрипом отворяться.

— Прошу, проходите, — вежливо пригласил незваных гостей караульный монах. Его тело покрывала ряса, но даже сквозь обвисшую ткань было заметно, что ее носитель мог похвастаться недурным телосложением: высокий рост, широкие плечи, довольно крепкая фигура. Он больше походил на закаленного в боях вояку, чем на покорного служителя Создателя, ночи напролет молящегося в холодной келье.

За воротами оказалось просторно и чисто, но по-монашески скромно. Высокие, облаченные в темные рясы фигуры обитателей глядели на новоприбывших, не отвлекаясь от своих повседневных дел. Казалось, что прибытие незваных гостей их вовсе не волновало. Присущей монахам робости не было и в помине. Наоборот, все держались твердо и уверенно, с некоей отрешенностью наблюдая за посетителями.

— Ждите здесь, я схожу за ним, — караульный монах остановил гостей у входа в монастырь и неспешно скрылся за дверью.

Прошло несколько минут. Путники стояли молча, не решаясь заговорить друг с другом. Наргх в напряжении ждал момента, когда его обнаружат и начнут падать в обморок или попытаются напасть. В благожелательность монахов, тем более, если верить рассказам брата Толка, существующих лишь ради того, чтобы блюсти интересы Создателя и наказывать приспешников Бездны, он не верил. Клоин и Наринна тоже не ждали ничего хорошего, девушка даже начала жалеть, что она не настояла на том, чтобы остаться за воротами. Ей грезилось, что монахи, используя свои мистические способности, ненароком определят в ней колдунью. А вот о чем думал и на что надеялся брат Толк, не знал никто.

Вскоре за дверью раздались шаги, послышались голоса. И перед путниками возник статный человек, на голову выше караульного монаха, в красной, слегка потертой рясе с откинутым капюшоном. Он был коротко стрижен, лицо гладко выбрито. На правой щеке, чуть выше подбородка, розовел небольшой застарелый шрам. Зрачок на левом глазу белел, что говорило о давней травме. На первый взгляд ему было лет сорок пять.

— Приветствую, путники! Мое имя брат Афлан, я настоятель монастыря, — ровным голосом заговорил человек, прижав правую ладонь к груди и чуть-чуть поклонившись в знак приветствия. — Чем могу быть полезен?

Что произошло в следующий миг, предсказать не мог никто. Наргх, Клоин и Наринна, да и все монахи в округе могли ожидать чего угодно, но только не того, что вытворил брат Толк. Он лихо сорвал с себя накидку, скинул перчатки, сверкнув огромным, явно не являющимся атрибутом обычного смертного перстнем на пальце. И, поклонившись ради проформы, заговорил:

— Рад видеть вас, брат Афлан. Я Мартин Гошкоте, канцлер его величества Влайдека Третьего.

— Мое почтение, канцлер! — после короткой паузы снова поклонился настоятель, на этот раз уже ниже, выказывая должный знак почтения. Лицо его слегка озадачилось, взгляд тем не менее оставался твердым.

Чего нельзя было сказать о спутниках мнимого брата Толка. Клоин и Наринна изумленно глядели на лжемонаха, не в силах произнести и слова. Наргх же был куда спокойнее. Он, наконец, понял, что мучило его все это время — искусно скрываемая правда. Он даже был рад такому стечению обстоятельств.

— Так что привело вас к нам, господин канцлер? — вежливо поинтересовался настоятель.

— С вашего позволения, брат Афлан, я начну сразу с дела.

— Слушаю.

— Я явился от имени нашего императора. У меня нет с собой ни писем, ни просьб, ни приказов с его печатью и подписью. Моя просьба в устном виде. Вы можете верить мне, потому что этот перстень, — канцлер вытянул ладонь тыльной стороной, — уже говорит о том, что я ношу высший государственный чин. Мне пришлось перемещаться инкогнито, наняв телохранителей, о которых я вам кое-что тоже поведаю. Но позже. А сейчас — именно просьба, — Мартин на несколько мгновений замолчал, нутром чувствуя, как за ним наблюдают все, кто есть в округе, и продолжил. — Святой Орден Инквизиции. Он готовит переворот в стране. Эти сведения я получил из достоверных источников, самолично читал документ, написанный Тобольгом Ируйским. Мне нужна помощь ваших монахов, дабы не допустить революции. Вы знаете, что произойдет со страной, если мы допустим приход к власти инквизиторов. Вы знаете, что они не чисты ни на веру, ни на руку. Погибнут тысячи людей, наступит голод, болезни. Они не справятся ни с тем, ни с другим. Страна падет. Все чтимые нами идеалы сотрутся, как пыль со стола. Они уничтожат историю, напишут свою, ложную, исковерканную фанатичными ценностями. Потомки не будут знать великих походов ни Влайдека Второго, ни князя Еканиролиса, ни его предшественников. Либо эти сведения подадут им в ложной форме. Воцарится «святое правление». Но вы сами знаете, что никакой святости в нем не будет. Они построят страну, основанную на слепом подчинении не Создателю, имя которого так фанатично твердят чуть ли ни в каждой фразе, а им, инквизиторам. Понимаете, поклонение не творцу, а всего лишь горстке людей, возомнивших из себя богоизбранных защитников. Мы не должны этого допустить, брат Афлан. Мы рассчитываем на вашу помощь.

Воцарилась тишина. Мертвая. Казалось, даже ветер на время утих, видимо, тоже замерев в некой прострации от услышанного.

— Интересный поворот событий, — задумчиво изрек настоятель. — Вы хотите, чтобы мы, поклявшиеся защищать имя Создателя от бесчинств Изгнанных в Бездну, подняли меч на таких же служителей Создателя, как и мы. Чтобы мы закрыли глаза на священные титулы, предав их жестокой расправе.

— Орден Инквизиции давно уже стал отдельной организацией, несущей смерть под предлогом святости. Придет время, он сотрет и ваш и все остальные монастыри Братства Равновесия. Повод найдется, уж поверьте мне. Они не посмотрят на ваше с ними равенство по духу. Уже сейчас они не считаются с мнениями епископов и священников, будто не слыша обвинений в жестокости.

Брат Афлан ничего не сказал. Несколько долгих мгновений он буравил взглядом Мартина, будто пытаясь проглядеть его насквозь.

— Я понимаю ваши опасения, господин канцлер, — наконец заговорил он. — Я полностью согласен с вашими предположениями о будущем страны в случае прихода Ордена к власти. Я, как и многие, считаю действия инквизиторов недостойными истинных служителей Создателя. Они лицемеры. Жестокие и ненавидящие всех. Они даже хуже некромантов и демонологов лишь по одной простой причине, что тем было наплевать на человеческие жизни из-за извращенного интереса к потустороннему миру, а инквизиторы гнилы снаружи, — настоятель на миг замолчал, глубоко вздохнул, выдохнув струю пара. И спокойным, размеренным голосом снова заговорил. — Три недели назад к нам приходил представитель Ордена. Брат Холошей, если я не ошибаюсь. С собой он тоже принес просьбу, но не устную, а заверенную печатью и подписью отца Тобольга. Глава Ордена расписал свой план по завоеванию государства аж на пять листов. Он даже не просил, а требовал присоединиться к его святой армии. В случае отказа он недвусмысленно дал понять, что монастырям Братства Равновесия после прихода на трон инквизиторов придется не сладко.

Мартин удивленно дернул бровью, поджал губы, глаза чуть прищурились. Неужели и тут Орден опередил его? Впрочем, здесь нет ничего странного. Братство Равновесия близко по духу Ордену, как ничто другое. Неудивительно, что инквизиторы предложили именно им вступить в союз.

— Но я отказал Ордену, — продолжил настоятель. — Наше Братство создано не для таких целей. Мы защитники, но не завоеватели. Мы не станем убивать людей ради чьих-то интересов… Я отказываю и вам, господин канц…

— Вы правильно подметили, брат Афлан, — перебил на полуслове Мартин. — Вы защитники. Вы давали клятву императору Влайдеку Второму, что в случае угрозы будете защищать государя Мирании. Так вот, такая угроза появилась. Императору необходима ваша помощь.

Настоятель снова уперся взглядом в Мартина.

— Вы настойчивый человек, господин канцлер, — через некоторое время проговорил брат Афлан. — Пройдемте со мной в крепость. Вы, должно быть, утомились с дороги. Теплый камин и хороший ужин вам не помешают.

Спустя четверть часа четверка путников грелась у огромного, потрескивающего деревом, камина, уплетая скромный, но на удивление вкусный и сытный ужин монахов.

— Я рад, что вы согласились помочь императору. Теперь необходимо уговорить настоятелей остальных монастырей. Вы же поможете нам в этом? — Мартин покосился на брата Афлана.

— Нужно будет отослать гонцов с письменными просьбами, подкрепленными подписью императора. Это чтобы наверняка.

— Времени совсем мало, брат Афлан. Им придется удовлетвориться только моей и вашей подписями.

— Не уверен, что все согласятся.

— Клятва, брат Афлан.

— Знаю. Но мы сейчас стали не столь доверчивы, как прежде. Многие могут заподозрить дурное.

— Им придется поверить на слово. Весна не так далека, как кажется. Орден не станет ждать. Мы должны подготовиться.

— Хорошо, господин канцлер, — кивнул настоятель. — Я подготовлю письма с просьбами, и уже на днях разошлю гонцов по остальным монастырям.

Мартин одобряюще кивнул.

— Есть еще кое-что. Но это уже скорее моя личная просьба.

— Я слушаю.

— Я вам обещал рассказать о моих спутниках. Они люди обычные, кроме одного… Наргх, — канцлер обернулся к демону, — подойди поближе.

Наргх отставил тарелку и сразу же встал из-за стола. Прошелся уверенной походкой и сел чуть ближе к монаху с канцлером.

— Брат Афлан, прежде чем я расскажу вам о своем спутнике, пообещайте мне, что будете хранить спокойствие хотя бы первые минуты повествования, — попросил Мартин.

— Зачем вам такое обещание? — настоятель посмотрел на собеседника с некой подозрительностью.

— Вы все поймете, главное слушайте.

— Что ж, заинтриговали. Я слушаю, — уже спокойнее изрек настоятель.

— Это Наргх, — Мартин с явной осторожностью положил руку на плечо демона. — История его жизни весьма невероятна. Он спас меня от неминуемой гибели, также как когда-то избавил от ужасающей участи Клоина и Наринну, — канцлер кивнул в сторону парня с девушкой, что уже давно с отчаянным беспокойством наблюдали за ходом событий.

— Славный малый, я полагаю, — губы настоятеля чуть растянулись в улыбке.

— Верно полагаете. Но то, что он добрый и славный — это лишь одна его сторона. В остальном же дела обстоят немного не свойственно вашим и даже в коей-то степени моим ожиданиям.

— Не понимаю, — озадаченно мотнул головой брат Афлан.

— Ошибаетесь. Сейчас вы еще все понимаете. Недоумение придет чуть позже, как только вы узнаете кое-что, чего быть в принципе не может.

Настоятель уже ничего не говорил, лишь с неким удивлением глядел на укутанного в плащ с накинутым капюшоном спутника канцлера.

— Наргх не человек, — с некой осторожностью проговорил Мартин, наблюдая за реакцией монаха. — Он — демон.