В старинной военной крепости «Каргаш», совсем недавно занятой Орденом для своих благих целей, как было указано в прошении к императору, было зябко. Древние, местами обросшие мхом и паутиной стены впитали весь обрушивающийся на них за десятилетия холод и теперь, казалось, выдавали его обратно с двойной силой. Крепость отапливалась уже несколько дней, но этого не было заметно даже вблизи каминов.

Отец Тобольг неспешно шагал вдоль обледенелых стен, прислушиваясь к собственным шагам. Полы его плаща, накинутого на роскошную соболиную шубу, плавно тащились по каменному полу, лишь изредка цепляясь за немногочисленные камешки. В одной руке потрескивал факел. Другая же массировала висок — в последнее время от постоянных раздумий у несменяемого отца инквизиции частенько побаливала голова.

Минув длинный коридор, глава Ордена завернул в огромный зал с массивными колоннами строгого дизайна. Здесь, несмотря на холод, уже велась подготовка будущих воинов Создателя.

Запыхавшиеся и раскрасневшиеся, совершенно не приспособленные к большим физическим нагрузкам послушники и младшие инквизиторы встретили своего владыку как бога. Добрых полторы сотни голов склонились в такт, спины прогнулись, колени подались вперед.

Отец Тобольг поднял руку и медленно опустил, давая подопечным знак вновь приступить к своим занятиям. Внимательно осмотрел еще толком необученных воинов, придирчиво скосил взгляд на недавно примкнувшего к Ордену офицера, злобно кричащего на одного из послушников. Хромой и уже начавший седеть ветеран ему не нравился, но генерал посоветовал его как лучшего знатока своего дела, а спорить с человеком, чьи военные и тактические способности превышали в разы, глава Ордена не стал.

Отыскав взглядом крупную фигуру Марка, отец Тобольг направился к нему.

— Доброе утро, генерал. Солнце еще не встало, а вы уже муштруете?

— Доброе утро, ваше святейшество! — не слишком низко, скорее так, для проформы поклонился Марк. — Да, военное дело такое. Солдат должен быть бодр и готов к бою с самого утра.

— Похвально, — одобрительно закивал глава Ордена. — Как дела идут с тренировками?

Генерал некоторое время хранил молчание, задумчиво глядя куда-то вдаль, но вскоре тяжело вздохнул и медленно, с большой неохотой заговорил:

— Туго дело продвигается, ваше святейшество. Туго. Уровень подготовки ваших братьев слабоват, лишь единицы дотягивают до серых середнячков. Нам нужно как можно больше офицеров, ветеранов войн.

— Генерал, так ваша задача заключается как раз таки в том, чтобы перетянуть на нашу сторону как можно больше опытных командиров.

— Я этим занимаюсь. Но, понимаете, не все соглашаются. Вот, Блажко Орконг согласился, — Марк скосил взгляд на хромого офицера. — Еще Влад Дрейн, Орноль Фнак, Жулио Рагойский и другие менее опытные. Но их сил недостаточно. Слишком уж у вас большая армия набралась, ваше святейшество, — на последних словах Марк льстиво улыбнулся.

— Да, но если эта армия не будет как следует обучена, проку от нее — что от моего старого кафтана.

— Оно верно, — закивал генерал. — Мы стараемся изо всех сил. Мои ребятушки тоже не лыком шиты, вон уже добрых пол ста ветеранов к нам перетянули. Если я завербую еще хотя бы сотню офицеров, то к весне мы точно управимся. Профессиональными военными ваши братья не станут, но мечом махать будут еще по хлестче императорских солдат.

— Уж постарайтесь. В ваших руках вся моя армия, генерал, а значит — наше будущее. От исхода переворота будет зависеть все… и ваша судьба в том числе, — глава Ордена по-дружески положил руку на плечо Марка.

— Я не подведу. Клянусь честью! — как преданный пес пролаял генерал.

— Знайте, мы верим в вас. Создатель верит в вас.

— Клянусь! — с еще большей преданностью кивнул Марк, прижав ладонь к груди.

— Хорошо, — заключил отец Тобольг и, переждав пару секунд, спросил. — А как продвигаются дела с моим новым проектом? Что вы надумали по поводу Несущих Справедливость?

— Честно сказать, ваше святейшество, в этом нет ничего нового. Каждый великий правитель или военачальник имел горстку опытнейших и преданных вояк. Даже у нашего несносного императора есть личная гвардия, сила и военные навыки которой намного превышают способности рядовых бойцов. Вы тоже получите свою гвардию. Хотя из братьев Ордена трудно отобрать действительно умелых бойцов, тем не менее я приложу все усилия, чтобы лучшие из лучших защищали вашу жизнь. Даю слово!

— Похвально, генерал, — довольно улыбнулся отец Тобольг. — Вы все больше и больше завоевываете мое доверие. Я рад, что начал работать именно с вами.

Марк чуть ухмыльнулся, но промолчал, явно смущаясь. Преданность, с которой он служил новому покровителю, буквально перла наружу. Ибо этот человек, чьи амбиции и идеи он полностью поддерживал, дал ему шанс вновь сесть в седло, заняться делом всей жизни. Генерал давно решил, что чем бы не кончилось их предприятие, он пойдет с главой Ордена до конца. Ведь терять ему уже давно нечего.

Отец Тобольг с неестественным дружелюбием похлопал Марка по плечу, обернулся, в очередной раз оглядев запыхавшихся соратников, и зашагал к выходу из зала.

Следующим объектом посещения стало подземелье крепости. Здесь было намного теплее. Глава Ордена даже удосужился расстегнуть верхние пуговицы шубы и ослабить зажим плаща.

На нижнем уровне крепости было как-то неуютно. Низкие потолки, облупившиеся и покрытые плесенью стены навеивали на мрачные мысли. Хотелось как можно скорее покинуть эти катакомбы.

В кабинете тюремщиков было покомфортнее. Четыре лежака, пара сундуков, деревянный стол, за которым сидело двое угрюмых послушников, соскребавших остатки каши с мисок. Все эти вещи придавали запыленному помещению живой вид.

— Доброе утро, ваше святейшество! — учтиво поклонился чопорный инквизитор, назначенный старшим за охрану тюремных камер. — Как ваше здоровье?

— Ничего, спасибо, — кивнул отец Тобольг. — Что нового узнал, брат Трайк?

— Вы о послушнике Раймонде?

— О нем, конечно!

— Да пока немного сведений, ваше святейшество. Крепкий он орешек, скажу я вам. Наши, — тут инквизитор на время задумался, ища подходящее слово, — стандартные методы почти не действуют. Мне кажется, что он посланник либо какой-нибудь тайной имперской службы, либо агент другого государства.

— Да бросьте вы, брат Трайк! — махнул рукой глава Ордена. — Какой службы?! Какого государства?! Этот червяк, скорее всего, преследует интересы небольшой группы людей. Верхов или приближенных императора. И чем скорее мы узнаем, кого именно, тем быстрее предотвратим еще несостоявшийся бунт.

— Конечно, конечно, ваше святейшество, — быстро закивал инквизитор. — Мы утроим усилия и обязательно вытянем все сведения из этого предателя.

— Помните, что во благо деяний Создателя нет неправомерных действий. Если того требует ситуация — совершайте все, что необходимо. Задача Ордена — искоренить ересь в любом ее проявлении, будь то маги, шпионы, предатели. Да кто угодно! Тот, кто послал этого мерзавца, в первую очередь плюнул в лице не мне и даже не Ордену, а самому Создателю. Понимаете, брат Трайк?

Инквизитор кивнул, с преданностью глядя в глаза отца Тобольга.

— И вы, надеюсь, понимаете, что наказать этих возомнивших из себя невесть кого наглецов просто жизненно необходимо?

Брат Трайк снова кивнул.

— Работайте! — похлопал по плечу подопечного глава Ордена. Поправил воротник и покинул казематы.

* * *

Вот уже пятые сутки, как Гарок-Харотеп-Коген не мог найти себе места. Зов Бездны жег душу. Озноб, что с каждым днем становился все сильнее и мучительнее, нещадно трепал тело, делая его мягким и слабым, подобно человеческому. Беспрестанный вой в голове сводил с ума. Ярость перла наружу, как лава из разбушевавшегося вулкана. Вот уже трижды старый демон едва сдерживал себя, дабы не напасть на троицу людишек, сопровождающих Наргха. Ненароком вспоминал себя еще молодого, когда впервые ощутил на себе Зов Бездны и, ведомый утроившейся жаждой убийства, искромсал добрую треть какого-то человеческого поселения. Позже он научился терпеть. Целые месяцы проводил на Альтере, практически не обращая внимания на иссушающее чувство внутри. Но сейчас…

Силы его были на исходе. Даже терпение Темных Падишахов имеет свой предел. Только Древним, как предполагал Гарок-Харотеп-Коген, было дозволено все. Древним и Создателю.

Вспомнив о творце всего сущего, лицо старого демона исказилось гневом. Как и все обитатели Бездны, он инстинктивно ненавидел это имя, вспыхивал как факел от одной мысли о нем. Хотя в душе и понимал, что это глупо. Понимал, что зависим от Создателя, как дождь зависит от неба, как трава и деревья — от земли, и как демоны — от грехов людей.

Темный Падишах утробно зарычал, глядя на отдаленные очертания монастыря Братства Равновесия. Помимо Зова Бездны его мучило еще кое-что. Сила веры этих треклятых монахов. В отличие от инквизиторов они действительно представляли угрозу для демонов. В присутствии адептов Равновесия, обитатели преисподней слабели и испытывали настоящую панику. Конечно, для Темного Падишаха мягкотелые монахи были не страшнее тех же закованных в латы воинов. Разве что привнесут небольшое смятение. Но иной обычный демон мог и напугаться.

Другая проблема заключалась в том, что монастыри Братства Равновесия окружала непробиваемая аура, защищающая его обитателей от назойливых взоров. Вот и сейчас и без того вконец измученный Зовом Гарок-Харотеп-Коген понятия не имел, что творится за стенами крепости. Зайдя внутрь, Наргх словно испарился. Свет его ауры едва мерцал сквозь непревзойденную защиту монастыря и не мог дать старому демону совершенно никаких сведений. Это его нервировало.

Глаза Темного Падишах вновь болезненно сощурились, горло исторгло невнятный треск. Волна Зова надавила на разум сильнее прежнего. Нужно вернуться в Бездну. Отдохнуть, развеяться, обдумать дальнейшие действия. От нарастающих мук все равно не будет проку.

И Гарок-Харотеп-Коген принял решение.

Огромные крылья расправились на ветру, колышась, как паруса. Могучее тело выпрямилось. Темный Падишах разинул пасть и оглушительно взревел, открывая видимый только ему портал в Бездну. Пространство рядом скукожилось, смялось, как иссушенный временем лист. Из ниоткуда появилось что-то непонятное, переливающееся разными цветами. Это что-то накинулось на старого демона и проглотило, подобно гигантскому невидимому чудовищу.

* * *

Канцлер Гошкоте и брат Афлан, сложив руки у груди, стояли в тени и с неподдельным интересом наблюдали за происходящим на монастырской арене. Наргх, облаченный лишь в сапоги и легкие шаровары, ловко орудовал коротким мечом, то атакуя, то блокируя удары одного из обитателей монастыря.

— Глазам своим не верю! — с восхищением причитал настоятель. — Чтобы за несколько дней овладеть техникой ведения боя на мечах почти в совершенстве!.. На обучение у людей уходят годы, даже десятилетия. А тут, всего пять дней…

— Да, вы правы, брат Афлан, — закивал Мартин. — У людей… Но ведь он не человек.

— Во истину не человек.

— А вы до сих пор сомневались?

— Нет. Как и в том, что демон добрым быть не может.

— Но вы же его проверили.

— Да, но это ничего не меняет. Он самородок, пускай и нечеловеческого происхождения. Он поистине уникален. Уж не знаю, на благо это или на печаль.

— Я думаю, все же на благо, — сказал канцлер, покосившись на настоятеля. — Он может очень сильно кое-кому понадобиться.

— Я понимаю вас, канцлер. Но мне кажется, он создан для чего-то более выдающегося, чем простая борьба с ополоумевшими фанатиками. Тем более это только усугубит ситуацию. У Ордена будет лишний повод на вас напасть.

— Знаю. Но в моей колоде и так мало козырей. И такая карта, как Наргх, будет весьма кстати.

— Это ваше дело, канцлер, — отрешенно пожал плечами брат Афлан, не сводя глаз с арены.

— Да. И это моя удача, — чуть заметно улыбнулся Мартин.

Наргх тем временем отступал, умело парируя удары противника. Еще несколько дней назад он и понятия не имел за какой конец держать меч. Но сейчас… его умению вести ближний бой мог позавидовать любой рядовой имперский солдат. И ему это нравилось. Нравилось махать лежащей в ладони холодной железкой, нравилось направлять удар, контролируя его силу и скорость. В этом было что-то новое, будоражащее. И нравился этот человек, что совсем недавно был готов убить его, но послушал лжемонаха и принял незваного посетителя как хорошего гостя, а позже даже посвятил в свое искусство.

Подпустив оппонента еще ближе, Наргх извернулся и нанес удар. Ловкий монах отскочил, как кузнечик, со звоном отбив клинок. И тут же ударил сам. Демон уклонился, нутром чувствуя угрозу. Проскользнул под боком у противника, полоснув тупым лезвием прямо перед лицом врага. Монах увернулся, юркнул под ноги к демону и уже оказался позади него. Меч обрушился на незащищенную спину, слегка оцарапав кожу. Наргх обиженно рыкнул, обернулся и тут же получил острием клинка в плечо. Демон лихо отскочил в сторону, глаза яростно сощурились. На пальцах блеснули чуть удлинившиеся когти.

— Не злись! — выкрикнул брат Афлан. — Главное в бою — контролировать себя. Если ты сорвался, значит проиграл. Отойди в сторону, обдумай тактику. Проследи его слабые стороны. И работай мечом, не вздумай применять когти.

Все это ветром пронеслось в голове Наргха. Он понимал, что бой несерьезен. Но все-таки в глубине души ему хотелось наказать этого нахального человека, вот уже дважды задевшего его мечом.

Монах медленно приближался, лицо его хранило хладнокровие, дыхание было ровным. Взгляд храбрый и пронзительный, чем-то даже пугающий. Наргх чувствовал, что он совершенно не боится его, как другие люди. Он спокоен и сдержан, всегда готов к неожиданностям. Решителен и уверен. Серьезный противник, как успел оценить демон.

Но слабые стороны есть у всех.

Наргх перестал пятиться, решив снова подпустить соперника поближе. По старой привычке он старался вести бой в непосредственной близости. В иной ситуации Наргх применил бы пирокинез или одержимость. Но сейчас он делать этого не имел права. Будь он на настоящем поле боя, его когти уже давно бы пошли в смертоносный пляс. Но сейчас его единственным оружием был меч. И демон должен был использовать его максимально эффективно.

Наргх ждал, отсчитывал долгие мгновения секунд, когда противник вновь нанесет удар. И дождался. Монах, решив, что пора действовать, ловко крутанул оружием, стремительно подался к врагу. Звон железа скользнул по каменным стенам. Меч демона пронзил пространство, встретившись со стальным братом в резвом танце битвы. Сноп искр брызнул в стороны. И тут же Наргх, проделав боковой кульбит, оказался справа от противника. Было всего лишь краткое мгновение, и демон незамедлительно воспользовался им, как следует толкнув монаха. И пока тот, на секунду растерявшись, шатался, как пьяный, меч демона обрушился на него. Лишь многолетний опыт и почти звериная ловкость позволила сопернику блокировать удар. Но он не удержал равновесия и с явным поражением повалился на пол. Тут же вскочил, приняв боевую стойку. Но тут раздался хлопок — брат Афлан решил закончить поединок.

Недоумение появилось на лице монаха. Недоумение вперемешку с уважением. Ибо он только что получил удар, которого не ожидал. Наргх оказался изворотливее его. Совсем немного, но этого хватило.

— Похвально, Наргх. Ты используешь новые приемы с умом, — похвалил демона настоятель. — Я рад, что ты слушал мои советы, и направлял свои действия в правильное русло.

— Я всего лишь старался победить, используя дозволенное, — пожал плечами Наргх.

— Это очень хорошее качество. Не каждый человек может правильно использовать то, чем владеет. Но тебе это удается.

Демон в очередной раз хотел сказать, что ничего особенного он не сделал, как вдруг дикий оглушительный рев обрушился на него, словно снежная лавина.

— Что это? Вы слышали, — он встревожено огляделся.

— Что слышали? Что случилось, Наргх? — нахмурились брови брата Афлана.

— Рев. Громкий рев.

— Нет, не слышал, — настоятель монастыря посмотрел на недавнего соперника Наргха, потом перевел взгляд на Мартина — оба озадаченно мотали головами.

— Совсем не слышали? — удивился демон.

— Нет. А что это был за рев?

— Не знаю. Необычный. Не похож ни на волчий, ни какой другой, — заключил Наргх. — Надо проверить.

И тут демон, словно озверев, бросился к стене. Ловко вскарабкался на нее и, даже сам удивившись собственному акробатическому мастерству, лихо перепрыгнул через ограду. Странное, но до боли знакомое чувство вело его именно туда, откуда раздался рев. Брат Афлан, канцлер и несколько монахов последовали за ним.

Прибыв на место, Наргх долго стоял неподвижно и изучал окрестности. Ни особенных запахов, ни каких других признаков постороннего присутствия он не обнаружил, но был абсолютно уверен, что именно тут произошло что-то странное.

— Что ты чувствуешь, Наргх? — спросил брат Афлан.

— Не знаю. Мне кажется, здесь что-то произошло.

— Брат Сингрин, проверь-ка, — кивнул настоятель одному из монахов.

Брат Сингрин осторожно подошел к Наргху, вытащив из-за пазухи круглый амулет в серебристой окантовке. Вытянул руку и начал водить вокруг того места, где стоял демон.

— Что это? — поинтересовался тот, глядя на непонятную штуковину.

— Амулет Романдия. Назван в честь одного монаха, как раз таки его изобретшего. С помощью него можно прощупывать пространство на наличие следов демонической магии.

— А на меня он не сработает?

— Нет, на присутствие не действует, только на остаточный след.

— Понимаю. Прямо как мой нюх.

— Наверное… Ну что там, брат Сингрин?

— Очень сильно нагрелся. Похоже здесь действительно совсем недавно была применена демоническая магия.

— Вот видишь. Выходит, ты здесь не один демон в округе. Сдается мне, за вами кто-то следит.

— Следит? — сощурился Наргх, вспомнив давнюю встречу в лесу. — Похоже, я знаю кто это. Но зачем он здесь?

— Ты уникален. Понятно, что тобой многие интересуются. Даже твои недалекие собратья… — лицо настоятеля монастыря вмиг исказилось, приняв хищную гримасу. — Пускай только попробуют наведаться к нам. Изрубим в капусту.

— Наверное, нам лучше уйти, — после некоторого раздумья заявил демон. — Не хочу, чтобы из-за меня у вас были неприятности.

— Неприятности? — брат Афлан снова улыбнулся. — Убийство демонов — наша цель. Поверь, ни один из монахов Братства Равновесия не дрогнет при виде даже самого ужасного исчадья Бездны. Каждый из нас, даже зная, что погибнет, все равно ни за что не отступит.

— Я знаю, — понимающе кивнул Наргх, вспомнив решительный взгляд своего недавнего соперника. — Тем не менее нам пора отправляться дальше. Спасибо за все.

— Да будет тебе! Знакомство с тобой только прибавило мне мудрости.

Утром следующего дня Наргх, Клоин и Наринна, набив мешки припасами, покинули Девятый Монастырь Братства Равновесия, как в точности он именовался в государственных бумагах. И отправились дальше, после увещеваний канцлера согласившись по окончании своих дел посетить Анаград.