Утро выдалось на редкость холодным. От трескучего мороза щипало щеки и слезились глаза даже у привыкшего к зимним походам Клоина. Едва начавшее светлеть небо заволокло одеялом туч, еще наползших со вчерашнего вечера.

Кое-где уже начали работать первые мастерские. Сонные работяги, пошатываясь то ли от недосыпа, то ли от не успевшего выветриться за ночь хмеля, уныло брели на рабочие места. То тут, то там вскрикивали поздние петухи, недовольно ржали лошади.

В таверне «Пьяная кобыла» было тихо и уныло. Отшумели вечерне-ночные посиделки завсегдатаев, отгремели пьяные песни и танцы. Остался лишь мусор да грязь. В огромном жерле камина лениво подергивалось пламя. Несколько пьяньчуг спали в дальнем углу кабака, сидя за столами и уткнувшись чумазыми рожами прямо в разлитое и уже засохшее пиво. Воздух был наполнен кислой палитрой ароматов, от которой голова шла кругом, а в желудке что-то начинало беспричинно бурлить, требуя выхода наружу.

Трактирщик усталым взглядом окинул трех ранних посетителей, буркнув что-то невнятное под нос.

— Дай мне самого лучшего пива, — обратил на него измученный взгляд Клоин.

— Пива нет, — пробурчал трактирщик. — Все вчера выжрали.

— Тогда вина, — обреченно вздохнул парень. — Хотя меня от него уже тошнит.

Бутылка тяжело стукнулась о грязную поверхность барной стойки. Вор, бросив серебряник, схватил булькающую емкость и поплелся к ближайшему столу.

Сели. Выпили. Есть не хотелось. Всех троих воротило и от еды и от вина, да и от всей жизни в целом. Как следует отметив приезд в «Былых временах», Наргх, Клоин и Артий на этом не остановились. Слегка поддатые они отправились к канцлеру, где встретили его помощника Ролдина, оказавшегося недурным выпивохой. Прежде, чем позвать своего наставника, он хорошенько принял на грудь вместе с новыми приятелями. Потом появился сам Мартин Гошкоте, скупо (хотя и не без радости) поприветствовал своих бывших провожатых, прогнал Ролдина, обещав за столь необдуманный и лихой поступок урезать ему жалование, и со всеми почестями принял гостей. Выслушал их просьбу, долго думал и наказал явиться всем троим на следующий день в таверну «Пьяная кобыла». Путники поблагодарили канцлера и, решив, что день еще не закончен, вернулись в «Былые времена», где и продолжили скромный пир.

— Ну и дыра! — заметил маг, придирчиво озираясь по сторонам. — Удивительно, что такой человек как Мартин Гошкоте выбрал именно это место.

— Дыра, — согласился демон. — Но мы бывали в местах и похуже.

— Как же я ненавижу утро! — негодующе возопил вор и, сморщившись, сделал несколько глотков прямо из бутылки.

— Утро само по себе время неплохое. Разум чист, помыслы светлы, тело наполнено силой. Все сложные дела лучше совершать по утрам, — не согласился Артий. Он, в отличие от парня, выглядел куда лучше. Все-таки сказывался многолетний опыт.

— Может быть, и лучше, но не сегодня и не для нас, — скривился Клоин. — Эх, сейчас бы сюда Ролуса. Он быстро бы похмелье снял.

— Или Наринну. Она тоже подобное могла проворачивать, — печально протянул демон.

— Ох, Наргх, не дави на больное, — взмолился Клоин. — Башка болит, вино в глотку не лезет, вокруг убогость какая-то, да еще ты покойных вспоминаешь.

— Да, ты прав, — закивал демон. — Не стоит.

Дверь противно скрипнула и резко распахнулась, впустив холодный воздух. В таверну зашел невысокий субъект в потрепанном одеянии — скорее всего, рабочий одной из местных мастерских. Без особого интереса оглядел присутствующих, подошел к трактирщику и долго с ним о чем-то разговаривал, видать, делал заказ. Получив требуемое, плюхнулся за дальний стол и без особого аппетита начал хлебать из тарелки.

Ни Артий, ни Клоин на него внимания не обратили — ну зашел человек в таверну поесть, и что с того? Но Наргха что-то зацепило в ауре нового посетителя. Было в нем что-то особенное, отличное от других людей.

Минуло еще около четверти часа, и в питейном заведении, наконец-таки, появился тот, кого уже давно ждали.

Мартин переступил порог. Придирчивый взгляд прошелся по посетителям, на мгновение застрял на недавно появившемся постояльце, лениво хлебающем суп, перескочил на трактирщика и вскоре добрался до Наргха с компанией. Чуть нахмурившись, он зашагал к троице.

Одет канцлер был совсем не так, как ожидалось. Видавший виды сюртук никак не гармонировал с лисьей шапкой, а высокие кожаные сапоги на широком каблуке и вовсе вводили в ступор. Признаться, и на канцлера он похож вовсе не был. Обычный горожанин, не самый богатый, но и не бедный.

Впрочем, ни Наргх, ни Клоин такой смене внешнего вида столь почитаемого человека не удивились. Они видали его и в более изощренных нарядах. А Артий… ему и вовсе было плевать на такую мелочь, как одежда.

— Доброе утро, господа, — поприветствовал бодрым голосом присутствующих канцлер. Присел к столу.

— Ни хрена оно не доброе, — вяло протянул Клоин. — Башка раскалывается и блевать хочется.

— Заткнись, Клоин. Не думаю, что господину Гошкоте есть дело до твоего состояния, — одернул вора Артий.

— Да, мне плевать, — кивнул Мартин. — Но я пришел сюда не для этого. Вы кое о чем меня попросили. Я выполнил вашу просьбу.

— Вы принесли план Храма? — оживился Артий.

— Нет, но я привел человека, который сможет помочь в этом деле, — сказал канцлер.

— Что-то я никого, кроме вас, здесь не вижу, — вымолвил парень.

Мартин глянул в сторону хлебающего суп посетителя и едва заметно кивнул. Тот отставил тарелку, лениво приподнялся со стула и подошел к нему. Взял стул от соседнего стола и, лихо пододвинув, присел рядом.

— Это Эштон, — представил приятеля канцлер. — Если вам кто-то и сможет помочь, так это он.

— Можете не представляться, я итак знаю ваши имена, — чуть хрипловатым голосом проговорил Эштон. — Меня волнует другое: зачем вам понадобился план Храма?

— Это не имеет значения, — сухо ответил Артий.

— Для меня лично — нет, но для вас — да. Если вы собрались шпионить за инквизиторами, то лишь зря потеряете время. Вся исчерпывающая информация уже есть у меня, и я могу ею с вами поделиться за соответствующее вознаграждение. К тому же Храм — место небезопасное, вы рискуете попасться Ордену в лапы, а они вас не пощадят.

— Да ты торгаш! — усмехнулся Клоин.

— У нас другие цели, — пробасил демон. — Нам нужен только план и ничего более.

— Как знаете, — пожал плечами Эштон. — Но вы, надеюсь, понимаете, что цена будет велика.

— Сколько? — с вызовом спросил Клоин.

— Пятьсот золотых.

— Да ты рехнулся! — округлились глаза у вора. — Пятьсот золотых за пару исчирканных бумажек?

— Чтобы нарисовать подробный план Храма, потребовалось немало усилий. Многие за это поплатились жизнью. И я не собираюсь отдавать его вам задаром, — без эмоций изрек Эштон. По всему было видно, что он непреступен, как скала.

— Это не просто нахальство, это уже оскорбление, — заявил парень.

— Могу предложить нечто иное. Не золото, а, скажем, драгоценные камни, — после некоторого раздумья предложил Артий.

— Не выйдет, маг. Я знаю, кто ты и на что способен. Мне не нужен всякий хлам в виде фальшивых бриллиантов. Только золото. Настоящие миранийские империалы.

— А в чем дело? — обратился к спутникам Наргх. — У нас же есть деньги.

— Есть. Но если мы будем раздавать по полтысячи каждому попросившему, то их очень скоро не станет, — развел руками Клоин.

— Это ваш выбор, — безучастно изрек Эштон, откинувшись на спинку стула.

— Придется заплатить, — посмотрел на Клоина Артий.

— Тебе легко говорить, — скривился парень. — Не ты добывал эти деньги тяжким трудом.

— Когда это воровство стало тяжким трудом? — фыркнул маг. — Давай выкладывай, иначе мне придется его убить, чтобы забрать этот гребанный план.

Все невольно заулыбались. Кроме Эштона и Артия. Ибо оба знали, что это не совсем шутка.

— Да ну вас всех в Бездну! — махнул рукой вор, вытаскивая из-за пазухи увесистый мешочек. — Давай выкладывай уже этот треклятый план. Деньги я сейчас отсчитаю.

Пока парень перекладывал монеты из одной кучки в другую, Эштон расстелил на столе свиток, на котором был подробно нарисован Храм со всеми тайными ходами и лазами.

— Вот здесь отмечен первый тайный вход, — Эштон ткнул пальцем в красный крестик. — Северное крыло. Думаю, о нем знают далеко не все инквизиторы. Его никто не охраняет. Но с внутренней стороны он, скорее всего, забит досками или завален хламом. Это самый легкий путь в Храм. Но он ведет прямо на склады, а оттуда пробраться незамеченным в другие помещения весьма затруднительно.

— А откуда он вообще там взялся, этот ход? — поинтересовался Наргх.

— Храм — строение старинное, а все старинные здания возводились по одному принципу: иметь как можно больше путей для отступления. И, естественно, побольше тайных комнат.

— А тайные комнаты инквизиторам зачем? — снова спросил демон.

— Как зачем? — чуть натянулись губы в улыбке Эштона. — Чтобы хранить там то, что нужно скрыть от дурных глаз. Впрочем, изначально Храм принадлежал не Ордену, и поэтому это не их заслуга… Вот здесь, — палец перескочил на другой красный крестик, — второй вход. Он ведет в одну из келий послушников. О ее существовании знает довольно много инквизиторов, поэтому вход в эту келью забит наглухо. Соваться туда бесполезно… И вот здесь, — палец перепрыгнул на третий крестик, — расположен последний вход. Но по великому недоразумению он ведет в подвал, что уже лет десять как закрыт. Когда-то там держали вероотступников, была даже пыточная. Но потом подвал забросили. Вариант для проникновения это неплохой, ибо то ли по забывчивости, то ли по другим причинам, но инквизиторы заперли его ненадежно, и при желании через него можно попасть внутрь.

— С входами все ясно. А что насчет тайных лазов? — спросил Артий, внимательно разглядывая свиток.

— Синей линией обозначена сеть тайных ходов, — объяснил Эштон. — Они пронизывают весь Храм вдоль и поперек. Есть даже такие, что ведут в опочивальню самого Главы Ордена.

— Так-так, — сосредоточенно прищурились глаза мага. — Именно это нам и нужно.

— Используйте этот план с умом. И будьте крайне осторожны, не попадитесь инквизиторам.

— А чего это ты за нас так волнуешься? — спросил Клоин.

— Я волнуюсь не за вас, а за свиток. Если Орден узнает, что их Храм прозрачен, как вода, то утроят бдительность. А еще, чего доброго, могут заняться переоборудованием. И тогда все наши труды канут в лету… Я итак сильно рискую, передавая вам столь опасную информацию.

— Не передавая, а продавая. А это большая разница, — уточнил парень, придвинув к Эштону горку золотых. — Пересчитывай.

— Кстати, что там насчет Егрия? Так и не объявился? — обратился к приятелю Мартин.

— Ничего не слышно, — мотнул головой тот, быстро перебирая монеты пальцами.

— Очень странно. Мы должны были увидеться с ним несколько дней назад. Но на встречу он так и не пришел.

— Это не в его правилах. Наверное, с ним что-то случилось, — предположил Эштон. — Возможно, его разоблачили, и он временно залег на дно. Или… ну, будем надеяться на лучшее.

— Будет неприятно, если его поймают с поличным. Он добыл много полезных сведений. Мог бы и еще пригодиться, — с неким сожалением вымолвил канцлер.

— Увы, но таковы издержки нашей профессии, — отрешенно изрек Эштон, ни на секунду не отрываясь от счета. — Солдаты чаще всего гибнут в битве или в плену. Мы же — от рук тех, за кем нас наняли следить. Бывает, что страдаем и от самих нанимателей.

— Издержки есть в любой работе, — сказал Мартин. — Так что не стоит зазнаваться.

— Ну все, ровно пятьсот, — закончил счет Эштон. — Что ж, господа, дело сделано. Разрешите откланяться.

— Всего доброго, — махнул рукой вор.

Эштон встал из-за стола, глянул на Мартина:

— С вами не прощаюсь.

— Иди, иди. Потом поговорим, — кивнул канцлер.

Эштон обвел всех прощающимся взглядом, поправил одежду и зашагал к выходу. Дверь в очередной раз противно скрипнула, морозный воздух с шумом влетел в таверну. И человек, по всем признакам местный рабочий, но по сути им не являющийся, покинул питейное заведение.

— Однако очень полезное приобретение, — вымолвил Артий, не отрывая взгляда от свитка.

— И очень дорогое, — фыркнул Клоин. — Пятьсот золотых за клочок бумаги. Даже не верится.

— Важна не бумага, а содержание, — сказал маг. — И прекрати жалеть деньги, это всего лишь металл.

— Ладно, демон с вами! — отмахнулся вор, взявшись за голову. — Не до споров мне сейчас. И без вас башка раскалывается.

— И все-таки скажите мне, что вам понадобилось в Храме? — поинтересовался Мартин.

— К сожалению, мы этого сделать не можем, — замотал головой Наргх.

— Секретное поручение, — подтвердил Артий.

— Я понимаю, — не стал настаивать канцлер. — Я бы тоже не разглашался о деле, что толкает на столь опасный поступок, как проникновение в саму святая святых Ордена. Небольшой совет: если попадетесь в лапы к инквизиторам, кончайте жизнь самоубийством. Выпейте яду или перережьте себе горло — не важно, как вы это сделаете. Главное — не попадитесь к ним живыми. В противном случае вам будут обеспечены долгие муки.

— Спасибо за совет, — поднял на него глаза маг. — Но попадаться мы не собираемся.

— В любом случае, желаю вам удачи, — сказал Мартин, вставая из-за стола. — Думаю, наши пути еще пересекутся. А сейчас я вынужден вас покинуть, ибо меня ждут неотложные дела. Сегодня должен прибыть брат Афлан и несколько других настоятелей Братства Равновесия. Нужно подготовиться ко встрече.

— Весьма благодарны за помощь, — кивнул Артий.

— Мы перед вами в долгу, — присоединился к нему демон.

— Всего хорошего, ваше превосходительство, — поднял руку в прощальном жесте Клоин.

Мартин покинул трактир. А Наргх, Клоин и Артий еще некоторое время пробыли в питейном заведении, тщательно изучая план и разрабатывая стратегию проникновения в Храм. Самым опытным в делах подобного рода оказался Клоин. Но он наотрез отказывался лезть в инквизиторское гнездо, опасаясь быть пойманным. К тому же, как старательно уверял он спутников, план планом, а в темном подвале он ничего не сможет разглядеть. Кандидатура Артия отпала сразу же — маг был совершенно далек от понимания тонкостей скрытного проникновения. В итоге на передовую назначили Наргха, руководствуясь двумя факторами: он отлично видит в темноте и бесшумно может устранить любую опасность, если возникнет такая необходимость.

Приступить к осуществлению нового замысла решили поздним вечером, как окончательно стемнеет.

* * *

Солнце уже давно скатилось за горизонт, на небо высыпались светящиеся точки звезд. Окна многих домов озарились светом свечей и лампад, разгоняя густой мрак. Жители Анаграда постепенно готовились ко сну, отчаянно надеясь, что завтрашний день не принесет новых бед.

Даже в обители Святого Ордена стало на удивление тихо. Младшие инквизиторы и послушники больше не шатались по коридорам, не создавали шум и суматоху. Дневное оживление перетекло в сонное забвение. Лишь в покоях отца Тобольга все еще царила суета. Глава Ордена разбирался с бумагами, кипами громоздившимися у него на столе. В животе противно урчало — погрязнув в работе, Отец Тобольг забыл поужинать, и теперь желудок мстил нещадно мстил за это.

— Ваше святейшество, разрешите, — выдернул его из раздумий голос младшего инквизитора. — Стол уже с полчаса как накрыт. Все уже остыло.

— Я сейчас буду, — не поднимая на него взгляда, кивнул глава Ордена.

— И еще я хотел доложить, что только что прибыл генерал Марк. Он желает встретиться с вами прямо сейчас.

— Генерал прибыл? — переспросил отец Тобольга, обратив взор на инквизитора. — Конечно, нам нужно встретиться. Сейчас же ведите его к столу. Как раз вместе поужинаем.

В Храме на первом этаже имелась общая харчевня, где принимали пищу послушники, младшие и старшие инквизиторы. Верховные же и советники Ордена, а также сам глава, занимались столь интимным делом в специально отведенном месте, куда допускались далеко не все.

И сейчас, не смотря на поздний час, стол ломился от кулинарных изысков. Была тут и форель, запеченная в кисло-сладком соусе и молодая телятина с поджаркой из грибов. Всевозможные овощи и фрукты, столь редкие в это время года, грудами возлежали на крупных блюдах. Бутылки с вином возвышались над столом, как башни над городом.

Глава Ордена, не дождавшись генерала, принялся за ужин, жадно уплетая по обе щеки хоть и поостывшую, но остающуюся не менее вкусной телятину. Он уже наполнил бокал и поднес его ко рту, как в дверь постучали.

На пороге появилась крупная фигура генерала. Уставший взгляд упал на ужинающего отца Тобольга. Извиняющимся голосом Марк произнес:

— Прошу прощения за поздний визит. Я только что прибыл в город и решил сразу же навестить вас.

— Проходите, генерал. Садитесь, поужинайте со мной, — глава Ордена указал на ближайший стул.

— Спасибо, ваше святейшество, но я не намерен вас объедать, — вежливо отказался тот.

— Да бросьте, генерал. Тут еды с лихвой хватит на десятерых. Присоединяйтесь.

— Вы очень великодушны, ваше святейшество, — не стал спорить генерал. Его грузное тело опустилось на стул.

— Должно быть, вы располагаете новыми сведениями, коль так торопились ко мне, — предположил отец Тобольг.

— Новые сведения имеются, — кивнул Марк. — Но есть как хорошие, так и плохие.

— Выкладывайте, не тяните.

— Прежде, чем я поделюсь вестями, прочтите сначала вот это, — рука генерала вытащила из внутреннего кармана небольшой конверт, заверенный печатью Ордена. — Брат Трайк просил вам передать, сказал, что письмо носит первоочередную важность.

Лицо отца Тобольга задумчиво нахмурилось. Он молча принял конверт, не мешкая, распечатал и принялся читать:

«Да здравствует Имя Создателя!

Да здравствует ваше святейшество, отец Тобольг Ируйский!

Буду краток. Открылись новые обстоятельства, касательно брата Раймонда. По непроверенным, но вполне реальным данным его нанимателем является Мартин Гошкоте, канцлер императора Влайдека Третьего.

Ваше святейшество, будьте осторожны. Этот человек не так прост, как кажется.

С почтением и преклонением, прощаюсь.

Старший инквизитор Святого Ордена Инквизиции

Трайк Дамано

24 число Третьего Месяца Зимы 1256 года 3-ей эры»

Дочитав сообщение, глава Ордена поднес письмо к свече. Язычок пламени жадно накинулся на бумагу, миг за мигом превращая ее в черную труху.

— Что-то серьезное? — поинтересовался Марк, наблюдая за сим действом.

— Да так, — многозначительно произнес отец Тобольг. Его лицо при этом оставалось вполне спокойным. — Неприятная мелочь… Так что у вас за вести?

— Мои люди выяснили, что большинство аристократии остаются на стороне императора, когда как черни больше по нраву наша позиция. Целые села и мелкие города выступают в нашу поддержку, но есть и такие, кто желает остаться в стороне. Работа ваших братьев не проходит напрасно — многие действительно меняют свои взгляды. Теперь в Ордене видят больше жертву, нежели тирана.

— Мы работаем, — одобрительно покачал головой глава Ордена. — Но людей у нас не хватает.

— Мои люди тоже на изводе. Кое-где начинаются волнения. Уж простите, ваше святейшество, но некоторые хотят после переворота больше, чем горсти золота и обещаний, что жизнь сложится лучшим образом.

— Я даю вам слово, генерал, что каждый, кто сейчас помогает Ордену, получит собственный земельный удел. Мы разрушим существующую систему землевладения. Не будет больше провинций. Никаких графств и баронств. Но появятся мелкие уделы, в каждом их которых станет хозяином тот, кто присягнет на честь и верность Ордену. Вы не представляете, как преобразится Мирания. Это будет новое, лишенное пороков государство с крепкими устоями и прочными традициями. Царство Создателиево. В нем каждый найдет себе место и будет служить верой и правдой нашему единому богу, — глава Ордена мечтательно поднял палец вверх. — Но для начала мы должны очистить страну от старых пороков. Чтобы начать новую жизнь, необходимо сперва вывести все блуждающие среди народа недуги.

— Я и мои люди на вашей стороне, — сказал Марк.

— Я знаю, генерал, — похлопал по плечу Марка отец Тобольг, фальшиво улыбнулся. — И я искренне рад, что имею в союзниках такого человека как вы… А как, к слову говоря, сейчас обстоят дела с Несущими Справедливость?

— Формирование вашей личной гвардии уже почти закончено. На днях отряд выйдет из Каргаша и очень скоро засядет в Роунде, что под Анаградом. Командующим я назначил Орноля Фнака. Он очень опытный командир, тем более полностью разделяет ваши взгляды. В молодости он даже был дьяконом.

— Похвально, генерал, — лицо главы Ордена снова озарила наигранная улыбка.

— Есть еще кое-что. Личная просьба. Я хочу быть с вами откровенным, ваше святейшество, — чуть тише заговорил Марк. — Если переворот состоится, и все будет так, как мы того желаем, я хотел бы, чтобы вы… еще раз прошу прощения за наглость, но я хотел бы быть назначенным на роль главнокомандующего.

— Генерал, — протянул отец Тобольг, — другого человека на этом посту я не вижу. Вы по достоинству займете место главнокомандующего новой армии.

— Спасибо, ваше святейшество, — радость заиграла на морщинистом лице генерала. — Почту за честь. Мы возобновим военные походы, продолжим путь, еще намеченный Влайдеком Вторым.

— Конечно, но не сразу. Сначала надо будет навести порядок в своей стране.

— Ваше святейшество, армия не должна простаивать без дела.

— Всему свое время, генерал. А армии найдется достойное применение, не волнуйтесь, — как следует набив живот мясом, отец Тобольг решил перейти к десерту и потянулся к подносу с яблоками. В отличие от других блюд, заваленных разномастными фруктами, они стояли особняком. — Не желаете яблока? Я вижу сегодня они на редкость свежие.

— Не-е-ет, — поморщился генерал. — С тех пор, как мы попали в засаду под Ди Арго и целую неделю питались одними лишь яблокам, я их больше есть не могу.

— Дело ваше, — не стал настаивать глава Ордена, взяв с подноса яблоко. И тут же ощутил странную вибрацию в ладони, исходящую, как ни странно, именно от этого осеннего плода.

Он повертел его в руке, перебросил с одной ладони в другую — ощущение усилилось. Теперь можно было увидеть, как фрукт слегка подрагивает. Отец Тобольг поднес его к лицу, дабы убедиться, что ему это не кажется.

Раздался оглушительный взрыв. Мелькнула вспышка. Мелкие осколки прыснули в стороны, как стая диких пчел. Брызги крови окропили лицо Марка. Он не удержался на стуле и с грохотом повалился на пол. Ошметками того, что было ужином, обрызгало стены и пол.

Превозмогая боль в спине, он приподнялся. Голова шла кругом, глаза с трудом открывались. В ушах звенело, как в жерле колокола. Генерал, держась за край стола, выпрямился, огляделся. Картина перед его взором предстала ужасающая. В хаосе разбрызганной еды, разбитых бутылок, вытекшего на пол вина и щепок покосившегося стола, лежал отец Тобольг. Его тело конвульсивно дергалось, а на том месте, где мгновенье назад было лицо, образовалось красное, сочащееся кровью месиво.

Марк попытался подойти к нему, но едва ему удалось сделать и полшага, как ноги подкосились, и увесистое тело грохнулось прямо в размазанный по полу грибной соус.

В комнату вбежал тот младший инквизитор, что привел генерала к столу отца Тобольга. Увидев то, что произошло, он бросился бежать. Глотку раздирало диким криком:

— Покушение на главу Ордена! Срочно Фенидия сюда! Срочно!