Однажды, после большого праздника великий вождь племени Бешеных Тараканов по имени Бабаха–уа вдруг опять почувствовал: всё было хорошо вокруг, но чего–то не очень хватало. А чего — понять невозможно, потому что надо было задуматься, а думать он не привык. Тогда он пошел к великому колдуну Ум–дада — посоветоваться с ним, потому что Ум–дада считался самым умным дикарём во всей округе, и все полагали, что он что–то знает. Так говорили иногда, когда у всех было хорошее настроение, а когда плохое или крокодилы плохо ловились, то все его ругали, потому что он жил отдельно от племени и не любил большие компании с дикими плясками и драками на ночь глядя.

На самом деле он жил отдельно, потому что у него был такой характер, и ему все надоели. Например, этот Бабаха–уа. И чего он приволокся опять? Да, никакой я не колдун, сил моих нет смотреть на ваше глупое племя Бешеных Тараканов! Носитесь всё время куда–то, дерётесь или суп из бегемота едите, а толку от вас — никакого, одни бестолковые кругом. Никогда ничего понять не могут, а везде свои носы суют! Пока сообразишь, пока к нему повернёшься: он уже дальше побежал с круглыми глазами.

Вот так никогда и недослушивают до конца. Правда, один раз Бабаха–уа пытался дослушать: ну, и что? Уснул с открытым ртом. Вот и всё.

Бабаха–уа не стерпел и ударил колдуна дубиной по голове. Потому что ему, великому вождю, стало обидно слушать этого старого дурака Ум–дада, который всех постоянно ругает.

Ум–дада почувствовал себя плохо и ушел в большое дупло древнего дуба, в котором он ночевал. Бабаха–уа понимал, что погорячился, и колдун может опять обидеться на всех. Тогда он ничего не скажет, а кому от этого лучше? Все знали, что у хитрого Ум–дада на голове сверху привязана мягкая подушечка, потому что обиженные дикари часто не сдерживались при встрече с ним, а то и просто приходили специально, чтобы его поколотить, если не могли, например, догнать дичь, или вчерашний дождь всё ещё не кончился. Колдун к этому привык и поэтому ходил весь обвязанный толстыми подушками. Зато он жил отдельно в своем личном дупле и мог оттуда всех ругать по ночам, когда они спят.

Но сегодня, после праздника Всех Больных народ всё ещё никак не мог угомониться. На празднике лечили всех больных сразу от всех болезней. Для этого надо было очень хорошо поесть, так, чтоб пузо стало круглым, как барабан. Только племя Бешеных Тараканов знало об этом чудодейственном рецепте спасения от всех болезней сразу и передавало его от отца к сыну, от деда к внуку с незапамятных времён. Потом, после обеда, всем надо было обязательно с кем–нибудь подраться, чтобы показать другим насколько хорошо ты выздоровел. Дикари дрались с удовольствием. При этом они так громко вопили, пищали, рычали и хрюкали, что никто в лесу спокойно заснуть не мог. А некоторые зайцы так и тряслись от страха по кустам до следующего праздника.

Но и это было ещё не всё! Поздно ночью начинались дикие пляски Бешеных Тараканов! Знаменитая танцовщица Оп–цаца так дрыгала руками и ногами под грохот колотушек и погремушек — всеми любимых народных музыкальных инструментов, что вслед за ней пускались впляс все поголовно. Вот как было здорово!

Одному колдуну всё это не нравилось. Он ворчал и ворчал, ворчал и ворчал, ворчал и ворчал. Уже все спать легли. А он всё ворчит. Ну, кому такое понравится? Так что, пусть он лучше не снимает своих подушечек. Пригодятся ещё.

— А ты приходи к нам на праздник! Посмотришь, как весело будет! — воскликнул Бабаха–уа безнадёжным громким голосом и, не дожидаясь ответа, быстро ушел.

Ум–дада поворчал ещё немного, понял, что возле дупла никого нет, и вылез наружу. Начинался рассвет. Нежно–серебристое небо было таким красивым, редкие тающие ясные звёздочки так сияли на нём, что колдун невольно залюбовался и забыл обо всех своих обидах. Он глубоко вздохнул, снял с себя все подушки и пошел к Бабаха–уа мириться. А что? Пусть удивляется. Он же не видел рассвета. Вернее, никогда не замечал его. А жаль. Может быть, именно этого ему и не хватало всю жизнь…