Берни Теллер, еще один из давних, еще по колледжу, друзей Райли, хлопнул его по плечу:

– Не могу поверить, что старина Джей наконец-то женится!

– Я тоже, – согласился Райли.

И по прошествии нескольких недель он никак не мог с этим смириться.

Берни поднял стакан, салютуя хозяину дома:

– Отличный прием, Райли.

Хотя сам Райли никакого удовольствия не испытывал, обед действительно удался. И вот это тянуло на подвиг Геракла. Поскольку его домоправительница и повар практически не общались между собой, однако оба постарались на славу. Фаярд настоял на том, что все приготовит сам – от канапе до пирожных, и его труды оценили по достоинству. Райли нанял бармена и нескольких официантов. Руководимые Матильдой, они обеспечили должный уровень обслуживания. Так что прием проходил столь же гладко, как Олимпиада в Мюнхене.

Райли также пригласил музыкальную группу, играющую свинг. Поскольку все изрядно наелись и напились, танцы пришлись очень даже кстати. И все начали танцевать за исключением главных участников свадебной церемонии. Райли оглядел танцпол и увидел, что Джей, Келли и Рита стоят как в воду опущенные.

Хозяину не оставалось ничего другого, как поспешить им на помощь.

– В чем дело? – спросил он.

Джей пожал плечами, но его взгляд подсказал Райли, что требуется соблюдать осторожность.

– Маленькая проблема с… ну, с одним гостем.

– С Уэнделом!

В глазах Риты стояли слезы. Чувствовалось, что она на грани истерики.

– Он исчез, – добавила Келли.

Райли рассмеялся. Если бы все проблемы разрешались так легко.

– Нет, не исчез. Я только что его видел.

Настроение у Риты сразу улучшилось.

– Правда?

– Конечно, он был на кухне, наверное, снимал пробу. Также у меня создалось впечатление, что он обсуждал с Фаярдом философские взгляды Бертрана Рассела.

– Ох!

Джей улыбнулся сестре будущей супруги:

– Видишь? Я же говорил тебе, что волноваться не о чем.

Улыбка Риты медленно сползла с лица.

– Действительно не о чем. За исключением того, что он на кухне, а я – здесь. Трудно танцевать в паре, находясь в разных комнатах.

Джей повернулся к ней:

– Слушай, но я-то здесь. Позволь пригласить тебя на танец.

Рита взглянула на него с обожанием:

– Я с удовольствием. Если, конечно, Келли не возражает.

Келли рассмеялась:

– Разумеется, нет.

Джей взял Риту за руку, и они закружились в танце. Келли покачала головой, не сводя с них глаз:

– Он действительно прелесть, правда?

Райли кивнул. Сам он не мог оторвать взгляда от Келли. На ней было длинное розовое платье, которое подчеркивало ее белоснежную кожу, темные волосы зачесаны назад. Впрочем, она почему-то не сияла, как положено невесте. Скорее, на ее лице читалась тревога.

– Я становлюсь совершенно беспомощной, когда моя сестра вдруг впадает в панику, – призналась она. – А вот Джей всегда точно знает, что ей сказать.

– Может, они созданы друг для друга?

Келли бросила на него суровый взгляд. Но Райли заметил, что сквозь эту суровость проглядывает лукавство.

– Разве обязанности хозяина никуда тебя не зовут?

Он тяжело вздохнул:

– Они, конечно, тяжелы, но я надеялся станцевать хоть один танец на собственной вечеринке…

– Так тут наверняка найдется не одна красивая женщина, которая с радостью потанцует с тобой. Вроде бы я только что видела маму…

Но к счастью, Лайнел танцевала с джентльменом из церкви Джея. В синем платье она смотрелась очень неплохо, и, похоже, прием доставлял ей огромное удовольствие, хотя за обедом она и посочувствовала Райли насчет таких больших расходов. Но Райли, конечно же, не стал ей объяснять, что никакие расходы не покажутся большими, если ты влюблен в невесту своего лучшего друга.

– А как насчет той блондинки? – Келли указала на женщину в черном платье. – Готова поспорить, она любит танцевать.

Райли покачал головой:

– Она помощница бармена.

– О…

– Так что прими к сведению, если ты не потанцуешь со мной, то проявишь черную неблагодарность.

Келли запаниковала:

– Я тебе очень благодарна, Райли. Это самая прекрасная вечеринка, на которой мне довелось побывать, но…

– Никаких «но», – решительно заявил он, взял ее за руку и повел на танцпол.

К черту благоразумие. Это всего лишь танец в присутствии более чем сорока свидетелей.

Заключив ее в объятия, Райли понял, что тут и ста сорока свидетелей мало. Нет, Келли, конечно, тут ни причем. Уставилась в лацканы пиджака, а тело ее закаменело, соперничая соблазнительностью с гранитной скалой. Но вот он сам… Его руки, безусловно, обладали памятью, и едва одна из них легла Келли на талию, Райли мысленно перенесся в другое место и другое время. Мягкая постель, застиранные простыни в цветочек… Он вспомнил ее вкус. Вспомнил каждый дюйм ее тела. Выражение ее глаз, когда они занимались любовью. Он смотрел на ее уложенные, налаченные волосы, но память рисовала их разметанными по подушке.

Шафер? В некоторых странах Джея оправдали бы, если он убил бы Райли за те мысли, что роились в его голове.

Но даже угроза смерти не удержала бы Райли от этих мыслей.

Сначала он подумал, что музыка отвлечет его от желания раздеть Келли и насладиться ее телом. Когда это не помогло, попытался переключиться на что-то совершенно отвлеченное. Начал вспоминать самую отвратительную еду, которую ему довелось есть. Семгу с мятой на каком-то благотворительном обеде, салат с апельсиновым желе в кафетерии начальной школы. Загадочное блюдо, съеденное в Корее. Ничего не помогало. Ему по-прежнему хотелось подхватить Келли на руки и унести в спальню.

Даже ее двое детей, которые сидели на главной лестнице в парадной одежде, не остудили желания Райли.

Келли по-прежнему не отрывала глаз от лацканов его пиджака.

– Хорошо, что свадьба будет утром, да?

Райли смотрел на нее сверху вниз, он не мог вымолвить ни слова. Думал только о сексе. Его начала охватывать паника.

«Ты не можешь выйти за Джея!» – кричало Келли его сердце.

Келли, казалось, не замечала его душевных мук. Не дождавшись ответа, продолжила:

– Мне никогда не нравились вечерние свадьбы… все это ожидание. Утром гораздо лучше.

– Чтобы побыстрее со всем покончить, – наконец смог вымолвить Райли.

Она кивнула:

– Именно.

– Келли… – Она, наверное, убила бы его, скажи он еще хоть слово. Но он все же решил рискнуть: – Ты уверена, что будешь с ним счастлива?

Существует ли материал прочнее гранита? Если и существует, Келли чувствовала, что превратилась именно в него.

– Должно быть так? Должно быть.

Танец закончился, Келли отступила на шаг, улыбнулась Райли. Потом повернулась, намереваясь похлопать музыкантам, но он не выпустил ее руки.

– Замечательно! – Голос прозвучал довольно фальшиво. Келли дернула руку, пытаясь вырваться. – Спасибо!

Она спросила: «Должно быть так?» Это тебе не твердое «Буду». Он уловил в ее голосе сомнение. Задал ей вопрос, и она ответила вопросом. Значит, еще не все потеряно.

Он смотрел в карие глаза, пытаясь решить, что же теперь делать.

Кто-то хлопнул его по плечу, и, обернувшись, он увидел улыбающегося Джея.

– Не будешь возражать, если я приглашу свою жену на танец?

– Женой она тебе станет завтра, – напомнил Райли, по-прежнему крепко держа. Келли за руку.

Улыбка Джея стала еще шире.

– Да, но…

На мгновение Райли очень живо себе это представил. Хозяин дома объявляет: «Дорогие друзья! Попрошу минуточку внимания. Невеста в выборе жениха допустила небольшую ошибку…» Удивленные ахи, охи, возможно, сердитые крики, а он подхватывает Келли на руки и уносит.

Из этой фантазии его вырвал голос Келли:

– Райли?

Он все еще держал ее за руку. Неужели он мог расстроить свадьбу? Неужели он такой мерзавец?

Джей удивленно моргал, он встревожился. Его лучший друг. Милейший мужчина на всем белом свете.

Райли отступил на шаг:

– Пожалуйста, забирай свою жену.

Джей рассмеялся:

– Спасибо.

– Не надо меня благодарить, – честно признался Райли.

Тревор ущипнул сестру за руку.

– Ой! – пискнула Тина.

– Посмотри-ка на них.

Тина поправила очки, на танцполе нашла взглядом Келли и Райли.

– И что?

– Это праздник, а они выглядят такими несчастными.

– Может, они устали?

Тревор презрительно посмотрел на нее. Ну как можно быть такой дурой? До беды лишь несколько часов, а она думает, что все хорошо.

– Сейчас только половина десятого, кретинка. Даже ты еще не устала.

Тина наклонилась вперед, уперлась локтями в колени, мечтательно оглядела танцующих.

– Не думаю, что я сегодня усну. Никогда не бывала в таком красивом доме. Все равно что дворец из «Красавицы и Чудовища».

Тревор тяжело вздохнул.

– Красивый дом, – передразнил он сестру. – Я переживаю о нашем будущем, а у тебя в голове одни глупости.

Тина раздраженно посмотрела на него:

– Я говорю о настоящем кино, не о мультике.

– Ни в одном фильме нет ничего настоящего, Тина.

– Ты понимаешь, о чем я – о том фильме, что был на французском.

Чего Тревору не хватало, так это напоминания о тех бесконечных часах, которые он потерял, смотря этот жуткий старый фильм даже не цветной. Даже не на английском. Понятное дело, Тина считала его лучшим фильмом всех времен и народов. Просто не верилось, что она настолько глупа, но другой-то сестры у него не было.

– Слушай, – он попытался расположить ее к себе, – пожалуй, этот замок немного похож на дворец…

– Я же сказала тебе, что похож.

– Ты бы хотела здесь жить?

Тина разинула рот:

– Но как? Думаешь, мы сможем стать приемными детьми Райли?

Тревор закатил глаза:

– Нет, дурья ты башка, я думаю: может, маме лучше выйти замуж за Райли.

На лице Тины отразилось недоумение.

– Но она собирается замуж за Джея. И у Джея тоже отличный дом. У меня там будет своя комната и еще одна, где я буду играть на пианино.

– Здесь у тебя будет то же самое, – запротестовал Тревор.

– Да, но…

– А кроме того, количество комнат значения не имеет. Мама не будет счастлива с Джеем.

– Конечно, будет. Его любит даже тетя Рита.

– А при чем здесь тетя Рита?

Тина пожала плечами.

– Посмотри на мамино лицо. Когда ты в последний раз видела его таким.

Тина пригляделась. Нет, мама не плакала. На ее лице вообще не отражалось никаких эмоций. Но вот глаза… Несчастные. А еще Тина увидела в них панику. Не укрылась эта паника и от Тревора. Наверное, подумал он, такая же паника появлялась и в его глазах, когда учительница математики объявляла контрольную по давней, а потому совершенно забытой теме и Тревор понимал, что обречен. Он, конечно, не показывал виду, что шансов нет, но результат мог предсказать заранее.

– Мама давно уже так не выглядела, – признала Тина.

– С тех пор как ушел отец, – уточнил Тревор. – Помнишь, как все было ужасно?

Тина кивнула, перевела взгляд на Райли.

– И Райли такой грустный.

Тревор скрестил руки на груди:

– Я думаю, мама и Джей разведутся точно так же, как развелись мама и папа.

– Люди не могут все время разводиться, – возразила Тина. – Это слишком уж странно. Если, конечно, они не кинозвезды.

– Если она завтра выйдет за Джея, то потом будет несчастной.

– Какой кошмар! – ахнула Тина.

– Это беда.

Он пытался донести эту мысль до Тины уже несколько недель, но сестра не слушала. Усердно разучивала этот идиотский свадебный марш, покупала новое платье, собирала вещи. Собрала все, так что каждое утро ей приходилось распаковывать вещи, иначе пришлось бы ходить голой. Столько времени она не обращала внимания на его слова. А ведь он предупреждал, что для их матери свадьба с Джеем, возможно, не лучший вариант.

– И что же нам делать? – испугалась Тина.

До нее наконец-то дошло.

Да, время упущено. Эту ночь им предстояло провести в доме бабушки, потому что их мать собиралась задержаться допоздна.

"С Джеем", – мрачно подумал Тревор.

Плюс в доме бабушки им предстояло жить и во время медового месяца, так что у них не было никакой возможности остаться с матерью наедине и сказать ей, что она совершает чудовищную ошибку.

Тина озабоченно посмотрела на брата:

– Ты ничего не сделаешь Джею, Тревор? Мама тебя убьет.

– Я это знаю. – К Джею он неприязни не питал – все-таки тот подарил ему крутую игровую приставку.

– Так что же нам делать? – У Тины открылся рот, а глаза стали такими огромными, будто она смотрела на него через донышки двух бутылок из-под колы.

Тревор вздохнул:

– Не знаю. Но мы должны что-нибудь придумать. Жаль, что нет папы!

Хотя об этом мальчик как раз и не жалел. Присутствие отца если что и меняло, так только к худшему. Но все-таки приятно думать, что у него есть такой отец, который может помочь ему в трудную минуту, а не тот, что заявился на его день рождения с какой-то странной женщиной, да еще с дурацким подарком.

Внезапно его лицо осветила улыбка.

– Да!

– Что да? – спросила Тина.

Тревор вскочил:

– Думаю, я знаю, как помешать свадьбе.

«Это нелепо. Нелепо!»

Но как бы яростно Келли ни ругала себя, сколько раз ни говорила, что должна развернуть автомобиль, поехать домой и хоть немного поспать, ее нога по-прежнему давила на педаль газа.

Может, она слишком много выпила на вечеринке? Но разумеется, Келли знала, что это не так. Два бокала шампанского за четыре часа. Какое уж там опьянение. Проблема состояла в том, что в эту ночь голова шла у нее кругом вовсе не от алкоголя. Хватило одного взгляда Райли, одного невинного танца, чтобы ситуация – чего там, вся жизнь! – вырвалась из-под контроля.

Она остановилась на красный сигнал светофора, оглядела расходящиеся от перекрестка улицы. Где же этот дом?

«Ради Бога, Келли, – сказала она себе, – поезжай домой!»

– Вот! – Она заметила указатель с нужным ей названием улицы.

Как только зажегся зеленый свет, рванула с места.

Дом мадам Майры выглядел таким же неухоженным. Не внушающим доверия. Но Келли выскочила из автомобиля с видом человека, уверенного в том, что получит исчерпывающие ответы на все вопросы. Торопливым шагом прошла по дорожке, нажала на кнопку звонка.

Конечно же, она залипла. Стоя на темном крыльце, Келли принялась лихорадочно выковыривать кнопку. Она слышала, как в доме дребезжит звонок, а вскоре послышались знакомые проклятия и шаги спускающейся по лестнице гадалки. Дверь распахнулась. На пороге появилась мадам Майра в длинной синей ночной рубашке с надписью «Побей меня, Мерлин» блестящими серебряными буквами. Она взмахнула все тем же резиновым молотком и заорала: «Ты не знаешь, что уже два часа ночи?» Несколько кошек метнулись из кустов в дом, испугав Келли до смерти. Она молча таращилась на мадам Майру, которая принялась лупить молотком по дверному косяку.

Гадалка пристально посмотрела на нее, ее глаза слипались ото сна и оставшейся со вчерашнего дня туши.

– Боже, это ты! – Еще несколько ударов, и кнопка выскочила. – Я знала, что ты вернешься!

– Знали? – В Келли вновь проснулся скептик.

Мадам Майра начала подниматься по ступенькам.

– Хочешь, чтобы я погадала тебе на картах, так?

Как она могла узнать?

– Да, если это не сильно вас затруднит.

– Нет, нет, нет… Можешь всегда будить меня в два часа ночи… никаких проблем. – Мадам Майра хрипло рассмеялась.

Она усадила Келли на стул у обеденного стола, сама прямиком направилась к бутылке виски «Джим Бим», которая стояла на комоде рядом со стаканом, на четверть наполненным водой… Келли предположила, что это растаявший лед. Плесканула виски в стакан. Глотнула. Келли воспользовалась моментом, чтобы оглядеться. Ничего не изменилось, все те же наполненные окурками пепельницы. Правда, на ковре у стереопроигрывателя появилось несколько старых пластинок Бобби Винтона.

Должно быть, мадам Майра вечером тоже неплохо проводила время.

– Ладно, теперь я готова. – Старуха подошла, взяла с полки колоду карт. Выкладывая на стол карты, вперилась взглядом в дорогое нарядное платье Келли. – Вижу, подцепила богатенького. Как я и говорила.

Келли взглянула на свое платье и пожала плечами. Не хотела распространяться ни на какие темы.

– Я с вечеринки.

– М-м-м… – Мадам Майра уже смотрела на три карты, что лежали перед ней.

Ее глаза широко раскрылись.

– Что? – спросила Келли.

Прежде чем она успела как следует разглядеть карты, мадам Майра собрала их и столкнула в колоду.

– Не важно, милая. Иди домой и не волнуйся ни о чем.

– И о чем мне не волноваться? – Теперь-то Келли как раз заволновалась.

– Думаю, ты знаешь.

– Нет.

Мадам Майра вновь приложилась к виски.

– Ужасная трагедия. Все в прошлом.

Келли обмерла.

– О чем вы говорите?

Мадам Майра вскинула на нее глаза:

– Разве ты не выходишь замуж?

– Выхожу.

– И мужчина в прошлом пережил трагедию?

– Нет! – Она задумалась. У Джея в прошлом случалось что-нибудь трагическое? – Если не считать трагедией избыток денег.

Мадам Майра поджала губы, перевела взгляд с Келли на колоду карт.

– Другого мужчины нет?

Разумеется, Келли сразу подумала о Райли. Вот уж кто пережил в прошлом трагедию. Но замуж-то она выходила не за Райли.

– Я знаю только одно – после свадьбы меня ждет счастливая семейная жизнь.

– Я тебе это говорила. Да, теперь трагедия осталась в прошлом, и ты будешь счастлива.

Келли раздраженно фыркнула:

– Я думаю, насчет трагедии вы ошиблись.

– Нет, не ошиблась.

– Нет, ошиблись, – настаивала Келли, вдруг охваченная паникой. – А если вы ошиблись в этом, то могли ошибиться и во всем остальном. Я могу завтра выйти замуж, но не обрести счастья, хотя вроде бы все обстоятельно продумала.

– Но я говорю тебе, будущее у тебя счастливое.

– Послушайте, а давайте попробуем еще раз? – предложила Келли.

Мадам Майра покачала головой:

– Повторное гадание – плохая идея.

Чистый идиотизм. Келли чувствовала себя круглой дурой. Заявиться сюда в два часа ночи, слушать полупьяную шарлатанку. В конце концов, что могла знать мадам Майра? Женщина, которая слушала Бобби Винтона!

Келли поднялась, но, вместо того чтобы развернуться и уйти, достала из стильной сумочки пятьдесят долларов. Все деньги, которые у нее были. И теперь она точно знала, что сходит с ума.

– Я хочу, чтобы вы погадали мне еще раз.

Мадам Майра быстро убрала купюру, выложила на стол еще три карты.

Для Келли они ничего не значили. Нарисованные дьяволы, люди с мечами и палками. Стало ясно, что деньги она потратила зря.

– Еще одна трагедия?

– Нет! Беда!

Келли закатила глаза:

– Я думала, вы сказали, что все в прошлом.

– Нет, в прошлом трагедия. А беда сейчас буквально нависла над тобой.

Келли стало не по себе.

– Какая беда?!

– Большая! – Мадам Майра постучала пальцем по карте с изображением людей с палками. – Жуткий хаос и стресс. Катастрофа.

У Келли забухало сердце.

– Но вы же сказали, что меня ждет счастливое замужество!

– Так сказали карты!

– Но что мне с этого? После того как вы предрекли мне беду.

Мадам Майра вернула в колоду и эти карты.

– Вот почему я терпеть не могу повторного гадания. – Она покачала головой. – Зря ты предложила мне эти пятьдесят баксов.

– Спасибо вам! – выкрикнула Келли. – Раньше я только волновалась. А теперь у меня нервное расстройство! – Да, и я вижу почему. – Мадам Майра потащила Келли к двери.

– Подождите, – упиралась Келли.

Она знала, что должна уйти, понимала, что гадание становится для нее дурной привычкой, как пристрастие к рулетке, но уходить все равно не хотела.

– Можем мы попробовать еще раз? Бог троицу любит, не так ли?

– Нет!

– Но я не смогу сегодня спать!

Глаза мадам Майры широко раскрылись.

– Это точно. Окажись я на твоем месте, тоже не смогла бы заснуть!

Да уж, какой там сон, если над тобой нависает беда.

Захлопнулась дверь, Келли спустилась с крыльца в глубокой печали. Это ж надо, примчаться черт знает куда, чтобы ей погадала полусонная, мучающаяся с похмелья чокнутая старуха. Безумие в чистом виде.

Мадам Майра все перепутала, несла чушь. Никакой трагедии в прошлом не было, поскольку замуж она выходит не за Райли, а за Джея. За Райли она теперь никак выйти не может. Ведь так?

Она очень на это надеялась. Потому что, если мадам Майра по какому-то невероятному совпадению сказала все правильно насчет трагедии… что подразумевалось под бедой?