1.
Девушку вело ее чутье.
Это было не привычное для жителей этого мира "предчувствие опасности", или артефактные эффекты, вроде "компаса охотника за головами". Это чутье даже не отображалось в ее статусе. Вернее, оно там было, но крылось за весьма размытой строкой "псионик-интуит (легенд)". Эта же короткая строчка была ответственна и за еще целый ворох "не задокументированных" способностей странной девушки с плотной повязкой на глазах.
Чутье, подстегнутое желанием девушки и опирающееся на полученные в ходе жертвоприношения местных жителей и намеков Мортэма знания, вывело Томирис на самую окраину города, к одной из невзрачных кривых улочек. Впрочем, невзрачной она была только для простых людей. Для Вестницы Смерти тут все чуть ли не полыхало — рядом, буквально под ее ногами, в этот момент гибли или ходили по самому острию десятки разумных.
Все эти жизни представали перед ней небольшими разноцветными огнями. Зелеными, желтыми, красными… И среди этой радужной фантасмагории для Томирис резко выделялась стремительно движущаяся угольно-черная тень с красными и белыми прожилками.
— "В грешном городе людей, в глухих углах кошмарной ночи, отыщешь стража из Теней, что откроет твои очи", — в который раз пробормотала девушка, глядя на этот стремительный силуэт. — Страж Теней.
Впрочем, она не побежала вперед. Как и не стала устраивать засаду или радостную встречу. Чутье подсказывало, что ничего этого было не нужно и они уже не разминутся. Стоило ей приблизиться, и встреча двух Вестников стала неизбежной. Ей просто нужно подождать, и он сам придет.
А уж тогда…
— Тогда будет видно… — улыбнулась красивая девушка с черной повязкой на глазах, ласково поглаживая рукоять кинжала…
***
Собственно, выбраться с этой подземной арены труда не составило — народ вокруг слишком уж увлеченно рубил друг друга, чтобы обращать внимание на небольшую группку, прорывающуюся наверх. Хотя, несколько идиотов все же нашлось, но им быстро объяснили неправильность таких действий с помощью острых сосулек и метательных игл. Мне даже напрягаться не пришлось — Акроня и Дось, словно соревнуясь, выкашивали всех, кто подворачивался под руку. Чувствую, если бы мы так не спешили, эта парочка устроила бы тут тотальный геноцид.
А куда спешили? Хрен знает. Но стоит… то есть, молчит!
Честно говоря, я даже не особо понимал, зачем так ломлюсь к выходу, поминутно рыча и раздавая подзатыльники начинавшим увлекаться союзникам.
Меня словно что-то тянуло вперед, нетерпеливо подталкивая в спину.
В самом домике, откуда начинался спуск на арену, уже никого не было — вся прибывшая стража успела спуститься вниз. Прикрывая дверцей проход, я мысленно сделал себе зарубку в склерозник, узнать что там вообще случилось: по мою душу эти ребята ввалиться не могли, таковой возможности мы их должны были лишить во время предыдущей акции, когда выловили все отслеживающие артефакты. Во внезапную облаву на криминальные элементы тоже верилось с трудом. Они, эти самые элементы, тут окопались давно и надежно, а у стражи просто не должно быть времени на подобные развлечения — и так рот забит хотелкой короля по самые гланды…
Вот и шевелился у меня где-то в районе пропитой печени червячок сомнения, тыкающий слепой мордочкой в сторону одного старого знакомого. Но, опять же, это всего лишь домыслы. И их можно отложить на потом.
Как доберусь до жопы Гирви в обстановке, более располагающей к неторопливой и углубленной беседе…
Выйдя из халупы, куда нас вывел подземный ход, почти облегченно вздохнул. Почти — потому что мы все еще были не на базе. Вот доберемся — тогда и расслаблюсь окончательно. А пока…
— А вот и ты, — раздался негромкий, слегка хрипловатый женский голос, заставив всех присутствующих насторожиться.
Мало кто может подобраться к нашей банде незамеченным. А тут открыто стоящую прямо посреди дороги девушку мы заметили только тогда, когда она сама заговорила.
Среднего роста, в мешковатой дорожной одежде, с лежащим у ног пыльным заплечным мешком, она больше всего напоминала простую усталую путешественницу. Вот только мне мало верилось, что девушка с подобной фигуркой, грудью пятого размера и роскошными, хотя и слегка грязноватыми черными волосами, добровольно предпочла "романтику большой дороги", вместо того чтобы охмурить какого-нибудь богатея и жить припеваючи все оставшиеся годы.
Увы, но в чем бы ни пытались убедить нас бульварные романчики про умных, божественно красивых, но при этом "не таких, как все" барышень, реальность чаще всего с упорством твердила об одном: "красивая — значит стерва". А стервы не любят сами мыть посуду, месить пыль дорог или молоть муку на ферме. Им подавай богатого и туповатого поклонника, да чтобы было все и сразу. И исключения только подтверждают правило…
Тычок острого локотка под ребра быстро вернул меня из состояния пространных размышлений. Скосив глаза, я столкнулся взглядом с хитро прищуренными голубыми глазами.
— Я, конечно, понимаю, — тихо засмеялась Химэ, — но на сиськи залипать время немного не подходящее.
— А? — не понял я. — Ну да, грудь у нее ничего так, но…
— Хозяин, как всегда… — раздался за спиной тяжелый вздох Доськи. — Зато у меня теперь тоже грудь есть, вот! — и к моей спине тут же прижалось что-то мягонькое.
Кааааайф…
Правда ощущение тут же исчезло, зато раздался возмущенный вопль мелкой вампирши.
— А ну убрала от него свои дойки, псина костлявая!
— Ай-ай-ай! Хозяин, скажи ей чтобы сильнее тянула, а то почти не больно!
— Ч… Что-о-о?! Извращенка блохастая! Псина! Корм для червей!
— О-да… еще… еще… Я почти…!
Рука-лицо.
Я даже не хочу поворачиваться.
— Рядовой Акроня! Дось!
Перепалка за спиной тут же прекратилась и я услышал почти синхронный ответ:
— Да, сэр!
— Да, Хозяин!
— Еще одна подобная сцена во время боевой операции, и назначу испытателями Хомячьих зелий!
Судя по наступившей тишине, прониклись обе: Акроня уже по-любому должна была пробовать "шедевры" нашего полевого алхимика, а Дось только недавно выпила одну такую и отказалась от второй порции даже ради ускоренного заживления ран.
— Пф… Тиран нашелся, — фыркнула в кулачок Химэ, отводя взгляд в сторону.
Я покосился на остальных членов нашего незапланированного отряда, но Егор пока не прочухался после вымотавшего его боя, а Юля все внимание уделяла поддержке парня, что-то не переставая нашептывала ему в длинное ухо, которое, к слову, медленно приобретало пунцовый оттенок, а волк… "Братишку" Доськи периодически бил нервный тик на правый глаз, а сам он стоял какой-то уж слишком отрешенный.
Пожалуй, как доберемся до спокойного места, следует заняться им вплотную — все же такое его состояние отчасти моя вина.
— Кхм… — откашлялся я и, стараясь не опускать взгляд с лица незнакомки на выпирающие буфера, поинтересовался. — Дамочка, а я тебе зачем, собственно, нужен? Если шкурку попортить, то решительно против, предупреждаю сразу. Ну а если просто хочешь познакомиться поближе…
Тык.
— Химэ, — покосился я в сторону нашей "кровавой блонди". — Я сейчас начну думать, что ты ревнуешь.
— Ну да, конечно… — хмыкнула она, после чего добавила уже серьезным голосом. — Ты бы поосторожней с этой девушкой.
— В смысле? — я вновь глянул на все так же спокойно стоящую в пяти шагах перед нами девицу, с лица которой не сходила легкая улыбка.
— Я предупредила, — пожала блондинка плечами и умолкла, сцепив руки за спиной, вперив взгляд в небо и всем своим видом демонстрируя, что большего я от нее не добьюсь.
— Вот любишь ты такое… — вздохнул я, в который раз сталкиваясь с ее страстью к недосказанности, после чего посмотрел на черноволосую девушку уже с другой точки зрения.
Хм. На воительницу не похожа. Если и сражается, то больше на скорости, скрытности или магии — в любом случае весьма неудобный для меня противник. Оценка… Ничего не дает. Просто выводит "ошибка, объект закрыт".
— Ну и долго ты собираешься молчать? — уточнил я, так и не дождавшись каких-либо действий со стороны нашей собеседницы.
— Я нашла… — все тем же хрипловатым негромким голосом ответила та, с улыбкой склонив головку набок. — Теперь ход за тобой, Буревестник.
Эм… Чего? Странные у нее предъявы.
— И что я должен сделать? — решил я не озвучивать изначальный вариант, родившийся у меня в голове.
— Что-то, — пожала плечами девушка. — Это что-то связано со мной. И должно быть сделано в первую нашу встречу. И, в зависимости от твоего решения, я стану или другом… — сквозь повязку на мгновение просочился алый свет, — или врагом.
Я на всякий случай оглянулся назад, но Дось и Акроня только дружно развели лапками. Химэ же продолжала пялиться на звезды, начав еще и ножкой шаркать, всем своим видом говоря, чтобы я выкручивался сам.
На остальных надежды тем более не было.
И что мне делать? Странная баба, возникшая из ниоткуда посреди ночной улицы, заявляющая, что я должен с ней что-то сделать… Может быть, трахнуть? Да не-е-е-е… С такими предложениями такие красотки на ночных улочках не подходят. А если вдруг подошли, то знайте — вас считают лохом с кучей бабок и валить лучше сразу и подальше.
Сразиться?
Внимательно посмотрев на неподвижную и все так же загадочно улыбающуюся девушку, прислушался к ощущениям.
И тут же почувствовал как вдоль хребта пробежала липкая капля пота, а в голове в ответ на подобное предположение отчаянно забилась только одна мысль.
"Тронешь ее — и тебе пиздец".
Уж не знаю, что у нее там за характеристики, артефакты или способности, но меня она ушатает не напрягаясь.
Значит так… Спать с ней рано. А, учитывая только что открывшееся мне откровение, то как-то и не хочется. Я не настолько экстремал, чтобы ебать то, что может убить тебя одним движением. Сражение откладывается по той же причине.
Остается что?
Проигнорировать. Или поговорить.
— Эм… — я почесал затылок, попытавшись подобрать слова, но в голове роился один обыкновенный бред.
— Щас попросит сиськи показать, на что спорим? — раздался за моей спиной тихий шепоток.
— А ну не прижимайся ко мне так, грязная псина! А Господин не настолько мелочный! Он ее сразу завалит и поимеет прямо тут! Так что будь наготове, ловим момент и подключаемся!
Я. Их. Прибью.
Хотя мысль интересная… Так, стоп! Отставить!
— Я ими займусь, — шепнула Химэ, впрочем, не сходя с места.
Зато сзади раздался дружный возмущенный вскрик, перешедший в рассерженное сопение вампирши и счастливое мычание лис… волчицы.
— Буревестник, я начинаю терять терпение, — пальчики правой руки девушки с повязкой стали как-то недобро перебирать по рукояти кинжала, а на меня словно морозом повеяло. — Решай уже.
Помнится, совсем недавно одна особа тоже примерно так же настаивала на быстром решении с моей стороны… И закончилось все это очередной ляпнутой глупостью с последующим вырубанием моей несчастной тушки. Правда и плюшек отсыпало…
Плюшки. Тушка. Задание…
Щелк.
— О, смотри-смотри… Сейчас что-то ляпнееееееееее… о-о-о-ох!
— Мммммм…
Да что она там с ними делает?!
Переборов желание повернуться и посмотреть, так как, подозреваю, от такого зрелища меня может переклинить, я опять покосился на спокойную Химэ, с рук которой назад уходили извивающиеся алые жгуты. Мать моя… Тентакли?! Нет, все, не оборачиваюсь! Или посмотреть? Одним глазком… Нет! Нет-нет-нет! Важные переговоры с дойками пятого разм… то есть с непонятной и суперсильной чувихой!
Тряхнув головой, быстро ухватил за хвост ускользающую мысль.
— Эм… Как тебя зовут, говоришь? — уточнил я.
— Я не говорила, — улыбнулась девушка с повязкой. — Томирис.
Хм, почти как одну степную воительницу. Может быть… Да нееее… Бред.
— Так вот, Томирис… — я достал из кармашка пояса золотую монету и покрутил ее между пальцев. — Сколько стоят твои услуги… в качестве бойца?
Спрятанные за повязкой глаза теперь уже отчетливо полыхнули алым, а улыбка стала больше похожа на оскал. И я уж молчу про то, что в округе резко стало тихо-тихо. Как в могиле. Или, скорее в некрополе. Горло буквально сдавило удушливой атмосферой тлена и отчаяния, словно меня погребло под тоннами гниющих растерзанных трупов.
Ощущая, как волосы на ногах встали дыбом, а сердце пытается трусливо выпрыгнуть прямо через глотку, я коротко осмотрелся. У остальных ничего подобного не наблюдалось. Все были относительно спокойны.
Одному мне прилетело.
Когда через секунду, показавшуюся вечностью, я вдруг осознал, что начинаю медленно сходить с ума от такого давления, на мозги словно вылили чан ледяной воды, смывая наваждение и оставляя кристальную чистоту и свежесть в мыслях.
"Внимание! Активирована способность "игнорирование здравого смысла". Все негативные эффекты сняты".
Уф, палочка моя выручалочка!
Глубоко вздохнув, я призвал Копье и мысленно перебрал оставшиеся козыри, уже не сомневаясь в драке после подобной откровенной попытки втихую свести меня с ума.
Но девушка лишь задумчиво провела рукой по собранным в хвост волосам, миролюбиво улыбнулась и все тем же хрипловатым голоском почти пропела:
— Тридцать сребреников… и две души.
***
Высоко над поверхностью планеты, на огромном плоском камне черного цвета, стоял черный трон.
— И восседала на нем черная принцесса всех изгнанников и отщепенцев, — произнес соткавшийся прямо из вечной пустоты невысокий молодой человек.
Одет он был, мягко говоря, странно. Если бы не обстановка, то его можно было бы принять за обычного бездомного: старые, растоптанные туфли, мятая рубашка и серый от покрывающего его слоя пыли, изодранный деловой костюм.
Лицо можно было назвать по-своему симпатичным: зачесанные назад короткие черные волосы, грубые, резкие черты с широким носом и мощными челюстями. Глаза человека скрывали широкие зеркальные очки желтого цвета в круглой оправе, а из рта торчала зубочистка, которую он с удовольствием пожевывал. В руках человек держал столь же потрепанную на вид, как и он сам, катану, ножны которой были обмотаны какими-то пыльными лохмотьями.
— Явился, — вздохнула откинувшаяся на спинку трона Ауттэ.
— Жнец не приходит, когда его ждут, сестрица, — неторопливо растягивая слова, проговорил Мортэм.
— Вот поэтому тебя никто и не любит, — устало прикрыла глаза Тень. — Что ты наплел своей Вестнице? И почему она такая…
— Крутая? — расплылся в широкой улыбке Жнец.
— Странная, — покачала головой Ауттэ.
— Потому что так круто, — ее названный брат широко улыбнулся, показывая неестественно большие и квадратные, словно могильные плиты, зубы.
— Не увиливай, — поморщилась Тень. — Повторяю, что ты ей наплел?
— Ничего, в том то и дело, — Мортэм, продолжая улыбаться, похлопал себя по ноге ножнами старой катаны. — Просто немного туманных намеков. И пару старых пыльных свитков. И моя девочка сама себе придумала очень кррррутую историю.
— Про принца на белом ко… кислотнике, который спасет ее от доли Жнеца? — скептически выгнула бровь Ауттэ.
— Найссс, — протянул хриплым голосом ее собеседник, с лица которого все не сходил жутковатый оскал. — Но мимо. Моя девочка не настолько слаба, чтобы плакаться кому-то в жилетку. А если ваш Вестник окажется слабаком, то…
— То что? — обеспокоенно нахмурилась Тень.
— То будет не круто, — расхохотался Жнец хриплым лающим смехом, начав медленно растворяться в окружающей пустоте.
Ауттэ тяжело вздохнула и прикрыла глаза.
Ее проблемный братец вступил в игру…
2.
— Устал так, что пиздец, — сказал я, падая в кресло напротив двух девушек.
Василиса, как всегда сидевшая за заваленным документами письменным столом, вопросительно выгнула бровь, а Ласатардия осторожно поставила на журнальный столик фарфоровую чашку с каким-то травяным настоем.
Обстановка была самая что ни на есть тихая и романтичная: полумрак, негромко потрескивающий камин, уютная обстановка комнаты, напоминающей домашний кабинет какого-нибудь писателя девятнадцатого века… И единственное, что ее омрачало — это моя недовольная харя. Ну и рожа нашей страшненькой наследницы престола.
— Я уже не буду напоминать тебе про правила поведения в присутствии принцессы, — закатила глаза Василиса, — но хоть привести себя в порядок сначала мог?
— А что не так, товарищ Орлова? — почесал я щетину. — Ваш главный ударный отряд вернулся с рейда по тылам, так сказать, противника, я пришел отчитаться, а она еще и недовольна?
— Вот только тебя никто никуда не посылал, — покачала головой Васька.
— А посылать никуда и не надо, я сам прекрасно себе проблемы на задницу нахожу, — оскалился я. — Мы как партизаны, всегда готовы подгадить врагу в любое время дня и ночи. Так вот, докладываю… Этим вечером мною было совершено проникновение на территорию неизвестного бандформирования с целью совершения обрезания засранцам голов и головок тупыми ножницами правосудия. В ходе акции мною были добыты: хвостатые зверолюди в отряд, две штуки, а также отмороженная служительница Мортэма, адын штук. Гнездо порочных игрищ было частично зачищено при содействии сил местного правопорядка, поголовье коих также было существенно снижено.
Ласатардия непонимающе посмотрела на Василису, явно прося ее перевести выданный мною бред. Что она и сделала достаточно емко и коротко.
— Он опять влез в какую-то жопу.
— Истину глаголишь, дщерь самого ебильного народа, — смиренно сложил я лапки перед грудью. — А еще я там наткнулся на Гирви, который бросил моих ушастиков на арене, а сам в это время шлялся по тюремным камерам, вырезая и тюремщиков и пленников. И я очень хочу знать подробности его задания.
— Он должен был просто войти в контакт с одной из Семей, — нахмурилась принцесса. — Я не приказывала ему устраивать резню…
Повисла тишина.
Васька думала, что-то бормоча под носик, Ласатардия вновь начала потягивать свою настойку, странно на меня поглядывая, а я просто ждал, расслабившись, наконец, после долгой ночки.
Время, кстати, уже потихоньку подбиралось к рассвету, но это значения не имело — все равно днем особо по городу не побегаешь, потому как ориентировочка на мой прекрасный лик была даже у последней помойной шавки.
— Ладно, разберемся, — тряхнула головой Василиса. — Что-то еще? И о каком пополнении ты там говорил?
— Трое, но это мои заботы, — поморщился я. — Только предупреди своих, чтобы не лезли к девушке с повязкой на глазах. Это может вызвать неадекватную реакцию и гору трупов.
— Может быть ты удивишься, — негромко захихикали девушки, переглянувшись, — но такая инструкция была дана по отношению к каждому из твоего отряда.
— Ну что ж поделать? — криво усмехнулся я, разведя руками. — Не мы такие, жизнь такая…
***
Закрыв за собой дверь, я мысленно поставил галочку напротив пункта "отчет перед начальством". Собственно, зарулил я к нашим боссам в юбках только ради одного — выведать насчет старины Гирви. И частично мои подозрения подтвердились: хоть он и действительно выполнял приказ Ласатардии, но вот делал это сугубо по-своему. Что не понравилось ни мне, ни, как выяснилось, принцессе с ее стратегом.
Ладно, пусть сами разбираются, лишь бы платили и под ногами не мешались — и так своих проблем валом. Вроде бы одну решаешь, а еще с десяток выплывает.
— Хочу нажраться, — вздохнул я и поплелся к себе.
Впрочем, шел недолго — все же убежище было не таким большим.
В выделенной мне норе оказалось пусто. Не в смысле, что всю мебель вынесли, а в смысле, что никого не было.
Раздевшись, я ополоснулся в купальне и соскреб щетину кинжалом, особо не заботясь о коже — после всевозможных извращений, что проделывали с моей бедной шкуркой в этом мире, подобное казалось детским лепетом. Хотя маты все равно вызывало. Впрочем, ранки быстро зарегенятся — проверено.
Оценив результат процедуры простым ощупыванием, так как зеркала не нашлось, остался доволен и, обернув вокруг пояса какую-то простыню, вернулся в комнату. Прошлепал к кровати и уже собирался плюхнуться на нее и немного поспать, как из угла комнаты раздался чуть хрипловатый голос.
— Вестник…
По спине пробежал холодок.
Это у нее такой особый скрыт, охрененная прокачка навыков, или какая-то фича, что может вот так запросто сидеть в двух шагах от меня и хуй ее заметишь? Или это просто у меня глаза на жопе?
— Андрей, — буркнул я, садясь на кровать и осматривая прислонившуюся спиной к стене и скрестившую руки под обалденной грудью девушку.
— Можно и так, — со спокойной улыбкой тихо прохрипела она. — Но это не отменяет того, что ты — Вестник. Как и я.
— И что это должно значить? — уточнил я, разглядывая ее фигурку.
Блин, опасная баба с кучей саблезубых рад-тараканов в голове, но вот грудь и задница — просто отпад…
— То, что мы избраны богами, — ответила Томирис. — Избраны, чтобы вершить судьбу этого мира.
Еще и фанатизмом от нее попахивает. Хорошо, хоть в этот свой кружок имени Бога-Мертвителя никого не зазывает, а то вообще атас был бы.
— Угу, — кивнул я. — Вот только пока все в точности до наоборот — и Судьба, и мир, и боги имеют меня во все дыры без смазки и перерывов. Самое время напевать гимн яойщика и учиться получать удовольствие от процесса…
— Это только пока, — повела она плечиками, полыхнув скрытыми за повязкой глазами. Впрочем, последние меня интересовали мало — я залип на вызванное этим движением покачивание другой пары глаз. — Но ты можешь обрести силу в любой момент…
— Достаточно лишь продать задницу кому-нибудь из небожителей, — закончил я за нее, припомнив "щедрые" предложения богов во время сражения с незримым. — Вот только нахуй мне такое могущество не нужно.
— Совсем? — склонила голову набок Томирис.
— Представь себе, совсем, — усмехнувшись, я развел руками. — Меня тогда до конца моей собачьей жизни в покое не оставят.
— Тебя и так не оставят, — хрипло рассмеялась убийца. — Такова судьба всех Вестников.
— Знаешь, мне говорили, что я могу "убирать" Судьбу, как Буревестник. Плюшка такая особая.
— И именно поэтому я здесь, — кивнула Томирис и начала растворяться в темноте.
— Чтобы уйти от своей Судьбы? — нахмурился я.
— Нет, — последней, как у одного известного котика, исчезала улыбка девушки. Вот только она напоминала мне совсем не добрую версию той сказки, а интерпретацию одного весельчака по имени МакГри. — Чтобы ты не ушел от своей…
Я сосредоточился и, врубив на полную Жнеца и собственную чуйку, попытался нащупать грудастую засранку. И ничего. Вот только дверь не шелохнулась — так и стояла закрытой. Значит, либо эта девица стоит сейчас где-то рядом и я ее банально не ощущаю, либо у нее есть что-то вроде моей "метки Тени", или еще какого-нибудь телепорта, но точно не обычного — здоровенную алую воронку портала, что я видел у местных магов, хрен замаскируешь.
Кстати о "метке".
Я встал и, выбрав угол потемнее, коснулся рукой пола.
— [Здесь будет скрытый путь].
Конечность слегка тряхнуло, словно разрядом тока, после чего небольшой участок поверхности стал словно… более темным, что ли?
— Так, эскейп есть, а значит поставленную Ауттэ метку система не засчитала. Это радует.
На всякий случай я еще прошелся в тот угол, где стояла Томирис и поводил там руками. Ничего. С одной стороны, хорошо что она исчезла, с другой — жаль, потому как в груди теплилась надежда хотя бы пощупать эти дыньки.
— Что-то у меня приступ озабоченности, — почесал я затылок, возвращаясь к кровати. — Нужно на что-то переключить мозги.
Или сходить к кому-нибудь из девчонок.
Однако, одна часть моего организма с подобными планами была совершенно не согласна. И не та, о которой можно подумать.
— Грррр…
Я потыкал пальцем в бурчащий живот.
Блин, а когда я ел в последний раз? Что-то уже и не помню за всей этой беготней. Сев, в который раз осмотрел свой номер. Естественно, ничего съестного тут не было.
Со вздохом снова начал одеваться.
Еду в убежище можно добыть тремя способами.
Первый — это дождаться общего приема пищи в столовой, где несколько служанок готовят для всей оравы местных партизан-революционеров. Второй — это утащить со склада что-нибудь не требующее готовки, вроде хлеба с колбасой и сыром, и соорудить себе перекус самостоятельно. Третий — это подняться наверх, в особняк с которым связано убежище, и порыскать на их кухне, где всегда дежурит какая-нибудь кухарка.
Так как ждать общего перекуса и париться в очереди на раздачу мне не хотелось, а ползти наверх после ночных приключений было уже откровенно лениво, я принял решение в пользу второго варианта.
— Наделать бутеров, стащить винишка и расслабиться… — пробормотал под нос план, выскальзывая в коридор. Что еще для счастья надо?
Бесшумно прокравшись вдоль стен до лестницы, поднялся вверх на следующий уровень, где располагался продсклад. Кое-где дремавшие, а кое-где и вовсю бдящие коридорные меня вроде бы не заметили. Ну, или сделали вид, что не заметили — не суть важно.
Важно было то, что замок на складе, с которым я морально готовился выдержать тяжелейшее сражение, был уже открыт.
Прислушавшись к себе и не найдя отклика опасности, я осторожно толкнул дверь и сунул нос в просторное прохладное помещение склада, заставленное бочками, мешками и коробками, а также полное свисающих с потолочных балок вязанок грибов, трав, мяса и колбасок.
Тишина. И чуйка тоже молчком.
Аккуратно скользнул внутрь, достал кинжал и прикрыл за собой дверь.
Сосредоточился на чувствах Жнеца, пытаясь найти тут живого. Нащупал почти сразу. Прямо надо мной.
Ухожу резким перекатом в сторону, а на мое прежнее место с потолка падает мутная тень, едва различимая даже с ночным зрением. Рывком сокращаю дистанцию и пытаюсь схватить воришку, но тень шустро ускользает, чуть ли не просачиваясь меж пальцев.
Вот только воришка уже спалился. Не так много существ, присутствующих в убежище, способны на такие трюки. Да и где-то в районе затылка упорно звенит одна тоненькая, но нерушимая ниточка, соединяющая меня с метнувшейся к дверям тенью.
— А ну стоять, пушистая! — со смешком приказал я, заставляя воришку замереть на месте. — И к чему весь этот цирк?
— Простите, Хозяин, — Доська виновато прижала ушки к голове, сбрасывая скрыт. — Старая привычка. А Вы тут что, тоже еду воруете?
И такие честные-честные глаза. И здоровенный окорок, который она безуспешно пытается спрятать за тощей спиной.
— Не ворую, а получаю вне очереди, — усмехнулся я, прописывая мелкой наставительный щелбан. — А будешь жрать одно мясо, начнет шерсть выпадать от недостатка витаминов. Пошли нормальный перекус соберем.
Волчица весело зашуршала хвостиком и, подхватив какую-то плетеную корзинку, отправилась следом за мной по рядам со съестным. Вот только окорок свой так и не выпустила, втихаря начав его подгрызать.
Я лишь покачал головой, начав набирать вместо ветчины и хлеба для запланированных бутеров кучу всякой всячины для полноценного обеда. Стоило, наверное, сразу додуматься — тушку, в которую я вселил Доську, черт-те сколько морили голодом. Тут одними зельями не отделаться, требуется хороший регулярный рацион, чтобы тело восстановило силы и нарастило хоть немного мясца. Впрочем, в этом мире Системы с подобным намного проще — чем выше живучесть, тем скорее организм придет в оптимальную форму после ранений и голоданий. А учитывая завышенные показатели Дось, то прежние формы ее тело обретет буквально за пару недель. И, надеюсь, эти формы будут выгодно отличаться от ее предыдущей шкурки.
— Хозяин? — подозрительно посмотрела на меня волчица.
— А? А, нет, ничего, — тряхнул я головой, отводя взгляд от ее затянутой в плотный костюм скрытника груди и выкидывая из мозга пририсованные на их место воображением соблазнительные дойки.
И тут раздался скрип двери.
Мы переглянулись и, бесшумно поставив корзинки с честно натыренным на пол, скользнули по рядам в сторону входа на склад. И обнаружили там дружно пускающих слюни при виде открывшегося им богатства Юлю с Акроней.
— Ты по правой стороне, я по левой, — шепнула дроу вампирше, вручая мелкой корзинку из той же кучи, из которой брали мы.
— Без тебя разберусь, насекомое, — фыркнула та, но тару все же взяла.
— И чего это вы тут делаете? — ласково уточнил я, выходя из-за стены коробок как раз в тот момент, когда двинувшиеся по рядам вкусностей девушки забросили в корзинки первые свертки с едой.
— Э? А… Мммм… — вампирша сначала пораженно уставилась на меня, после чего едва ли не с мольбой посмотрела на Юлию.
— Хавчик тырим, — коротко ответила дроу, заставив вампиршу хлопнуть себя маленькой ладошкой по лбу. — А чего, нельзя?
— А Химэ с Егором? — прищурился я.
— Аааа… Там… — Акроня была явно не в своей тарелке, видимо не привыкла к подобным "рейдам".
А вот о дроу того же сказать было точно нельзя.
— У лестницы на шухере, — тут же сдала ушастая подельников.
Я тяжело вздохнул, после чего махнул рукой.
— Вы двое, тырите фрукты и выпивку. Хлеба и мяса мы уже нагрузили. Потом на оставшееся место забросим овощей и еще чего-нибудь вкусненького…
Кажется, тихий завтрак в одиночестве мне сегодня не светит.
3.
— И почему вы все набились именно в мою комнату? — проворчал я, взирая с кровати на то, как выделенная мне нора шустро превращается в помещение для гулянки.
Химэ и Егор откуда-то приволокли несколько столов. Наш хомяк и его крылатая подружка Лафииль, негромко о чем-то споря, сооружали в уголке самую настоящую газовую плитку. Причем детали для этой двухкомфорочной мечты студента доставал из пасти раздувшийся до размеров медвежонка Хома, а газ в металлической торбе подогнала крылатая алхимичка. И я совершенно не хочу знать, что за горючую смесь они там использовали!
Ну а дальше начался уже форменный беспредел — Егора и волчонка припрягли чистить овощи, а девушки дружно взялись за готовку под предводительством… Ужаса Ночи. Она, как оказалось, единственная среди всего этого цветника умела нормально готовить. На вопрос где научилась Монстря лишь загадочно улыбнулась.
Нокс, в своем неизменном бдсм-костюмчике, шипела и рычала на нерадивых кухарок, заставляя бедную Акроню икать, Химэ многозначительно проверять остроту ножа, Юлю тихо материться, Элли задумчиво почесывать рожки, а Дось периодически уходить в скрыт и пытаться сбежать от разделочной доски. Однако все дружно работали ножами, нарезая какие-то салатики и ингредиенты для супа или рагу — я точно не уверен, чем там собралась нас накормить тварь Бездны. Единственное, что было понятно — мяса будет много.
От подобной картины у меня, честно говоря, начала медленно течь крыша.
Хорошо, хоть Кроконяшка свалила в канализацию на охоту, а Томирис благоразумно не показывалась, а то бы наша красноглазая Шоколадка и их бы не постеснялась припахать.
И мой мозг тогда бы окончательно впал в коллапс.
Чтобы не казаться совсем уж бездельником, я полез смешивать коктейли. В свое время это у меня, кстати, неплохо получалось. В ход пошли вино, самая настоящая водяра и соки, которые мне втихую подогнал Хома (не за бесплатно, естественно), ну и немного "Слез Дракона". Совсем капельку. А то большинство собравшихся обычным пойлом не прошибешь.
Закончив со всем этим и поняв, что возиться девушки будут еще минимум полчаса, я тихонько сел в уголочке и решил пока "уйти в себя". Причем в самом буквальном смысле — нужно было глянуть, что творится у меня с душой после очередного пинка от Бездны, да попытаться достучаться до Чешуйки, которая так и не отзывалась с момента получения сообщения о смерти отца.
Скользнуть в астрал получилось просто. Даже слишком просто. Стоило прикрыть глаза и подумать о своем замке, как я уже очутился там.
— Ну, хоть восстанавливается, — оценил я размеры висящего среди пустоты камушка, который явно увеличился в размерах.
Руины, к слову, так и остались руинами. Вроде бы где-то трещины заросли, вроде бы булыжников прибавилось, но они все так же не шли ни в какое сравнение с изначальным строением.
Осмотр ядра тоже ничего нового не дал. Все тот же треснутый шарик с заплаткой на боку. И кучей разноцветных блямб: черная клякса Бездны, красное пятно Граора, аккуратный белый круг Мют и… тонкая черная паутинка Ауттэ, словно бы наброшенная на верхнюю часть шара.
Мда, Богиня-Тень все-таки своего добилась.
— Ладно уж, зато сиськи помял, — грустно усмехнулся я.
— И что, этого тебе достаточно для счастья? — раздался рядом знакомый томный голосок.
— На большее, уж извини, пока пойти не рискну, — развел я руками, повернувшись к теневому силуэту Ауттэ. — Кстати, раз уж пришла… Что там с заданием моим? Засчитано?
— Ну, скорее да, чем нет, — уклончиво ответила богиня, чуть покачав изящными бедрами. — Потому как дров ты наломал знатно. Постарайся третью миссию так не запороть.
— Тут уж как получится, — вздохнул я. — Сама знаешь, у меня все всегда через жопу.
— Угу, — кивнула Тень и начала неспешно растворяться. — Кстати, будь осторожен с Вестницей Смерти. Последователи моего брата, как и он сам, никогда не отличались здравым смыслом…
— Это я уже понял, — ответил я пустоте.
Еще раз оглядевшись, уже собирался отправляться на поиски Саси, но тут заметил чуть в стороне от ядра что-то странное.
Комок черного клубящегося тумана с парой алых глаз, который на фоне окружающей тьмы было заметить не так-то просто.
Это что, ко мне Бездна в гости заглянула? Да не, вряд ли. Старушка любит обозначать свое присутствие задолго до того, как ее заметят.
Может быть очередной "квартирант" закинутый Древнейшей во время обращения к ее силе? Это уже более вероятно.
Осторожно подплыв к комку тумана, я осмотрел его со всех сторон. И ничего. Если предыдущий засранец, которого я скинул в глубины варпа, просто пылал ненавистью и жаждой крови, а тот же Саси обычно транслировал чувство голода и любопытства, то эта новая хрень была… просто была.
Единственное, что я смог от нее уловить — это легкое безразличие. Что-то вроде посыла "ебитесь в пень, а мне и так неплохо". В ней не ощущалось даже силы, которая из порождений Бездны обычно бьет через край.
— И что же ты такое? — почесал я затылок. — Древнейшая, не соизволите объяснить? Нет? А хотя бы намекнуть? Молчок. Типа, сам разбирайся? Ну окей.
Понимая, что делаю очередную глупость, осторожно протянул руку и коснулся туманчика. Я ожидал чего угодно, но только не того, что случилось.
Меня просто проигнорили.
Вот честно, такое чувство, что там ничего и нет. Ну сунул руку, высунул, ну опять сунул… И ничего. Ноль внимания, фунт презрения.
Еще какое-то время поэкспериментировав, я понял только то, что ничего не понял. И ничего с этой херней поделать не могу — как бы я ни старался, даже коснуться этого тумана не получалось.
— Ну и хуй с тобой, Золотая Рыбка, — в итоге сдался я и, плюнув, спикировал вниз, к земле. — Саси? Тварь тентаклевая, ты где? Вылезай, разговор есть!
Небольшой черно-красный комок Ловца Душ выкатился из-под какого-то камня и остановился, уткнувшись мне в ноги.
— Йасасайх тут, — проскрипела тварюшка. — Что нужно?
— Чешуйку помнишь? — уточнил я. — Сможешь провести в ее амулет?
— Зеленый дракон, — фыркнул комок, вяло шевеля тентаклями. — К ней не нужно. Она тут.
— Саси! — раздался за моей спиной обиженный возглас. — Я же просила!
— Я — Йасасайх! — возмущенно вздернул вверх щупальца монстрик. — Я — Ловец Душ! Я — не подушка для слез! Пф!
И быстро втянулся в землю.
Мда. Похоже, дракошка беднягу настолько доконала, что он радостно сдал ее мне и быстро свалил из зоны видимости. А учитывая, что он вообще ее терпел, да и развлекал тут Доську, пусть и весьма своеобразно, то… возможно, тварюшка и не такое уж чудовище.
Обернувшись, я увидел Чешуйку.
В ее облике почти ничего не изменилось. Все тот же нелепый шар изумрудных волос с хвостиком и небольшими рожками, покрытые чешуей руки и ноги, чуть загорелая кожа, фривольная зеленая тога, едва прикрывающая упругую задницу и трещащая под напором пышной груди.
Вот только с симпатичной мордашки исчезло то наивное выражение, а из чуть раскосых фиалковых глаз — задорный огонек любопытства.
Я молча развел руки.
— Чего? — прищурилась дракошка.
— Ну… — я слегка потряс широко разведенными руками и пояснил. — Подставляю свою широкую могучую грудь, дабы прекрасная дева выплакалась и забыла все невзгоды в моих жарких объятьях.
Чешуйка посмотрела на меня как на ущербного дурачка, после чего отвела взгляд в сторону и фыркнула.
— Еще чего.
— Ну как хочешь, — усмехнулся я. — Только учти, сильные и независимые женщины чаще всего встречают старость в окружении десятка кошек…
— Мне до старости еще далеко, человек, — оскалилась дракошка, сверкнув в мою сторону глазами. — Зачем пришел? Шантажировать?
— В смысле? — заинтересовался я.
— Ну… — дракошка немного смутилась, но быстро взяла себя в руки. — Отец мертв, так что награду или наказания тебе ждать не от кого. Мачеха моя, если выжила, тоже вряд ли что-то будет предпринимать — не в повадках дроу заботиться о потомстве, тем более о чужом. Так что держать амулет с моей душой для тебя просто нет смысла…
— И ты подумала, что я либо буду домогаться, либо ставить еще какие-то условия, грозясь выбросить амулет? — продолжил я за нее.
Чешуйка кивнула и опустила взгляд в землю.
Ну что мне тут сказать?
— Мелькала такая мысль, признаюсь, — дракошка вздрогнула от моих слов и чуть отступила назад. — Но как-то не хочется. В смысле, ты, конечно, симпатяжка и очень даже в моем вкусе, несмотря на скверный характер и излишнюю жесткость некоторых частей тела. Но мы и до этого неплохо сработались, как считаешь?
Девушка подняла на меня удивленные фиалковые глаза.
— Сработались?
— Ну да, — улыбнулся я. — Или напомнить, кто тут вовсю давал мне весьма полезные советы, пока всякие небожители чесали задницы и тихо ржали над моим барахтаньем? Да и энергией ты меня обеспечиваешь. К тому же у нас контракт, заверенный Бездной. Не думаю, что при всем расположении ко мне, Древнейшая за своевольный разрыв соглашения просто погрозит мне пальчиком. Скорее, она этот пальчик мне в жопу до самого желудка засунет и наизнанку вывернет. Так что хватит кукситься и давай делать обнимашки!
Я повторно развел руки.
— Ну? — я призывно потряс руками. — Обнимашки!!!
Дракошка, поколебавшись, все же шагнула вперед, давая ее обнять.
— Воооот, хорошая девочка, — погладил я пышную шевелюру между рожек.
— Руку с попки убрал, — строго сказала девушка, уткнувшись носом мне в воротник. — А то оторву и скажу, что так и было.
— Ладно, ладно, уговорила, — скривился я, продолжая гладить ее волосы одной рукой, а вторую перемещая с аппетитных ягодиц на талию.
Какое-то время мы просто стояли молча.
Я ей не мешал и не торопил.
По себе знаю, каково это — терять близких. И прекрасно помню, как иногда в такие минуты хотелось просто с кем-нибудь обняться и тихо выплакаться. Вот только, чаще всего, у меня никого такого рядом не находилось, так что приходилось плакаться белочке на этикетке бутылки…
— Что дальше делать-то будем? — спросил я через некоторое время.
— Не знаю, — ответила дракошка.
— Что, прям совсем не к чему стремиться? — хмыкнул я, немного отстраняя девушку от себя и заглядывая ей в глаза. — Например, к собственному телу? По крайней мере я был бы не против подобного…
— Собираешься и меня в свой гарем монстров включить? — прищурилась Чешуйка.
— Не без этого, — засмеялся я. — А что? Вполне логичная и достойная награда за подобный подвиг! Личный дракон-горничная! Будешь тапочки по утрам носить на пару с Нокси…
— Или яйца кое-кому откушу, — оскалилась она, отстраняясь и делая шаг назад. После чего состроила вполне серьезную мордашку. — Мне нужно время на раздумья. Пока предлагаю оставить все как есть.
— Не возражаю, — потянулся я, разминая пусть и астральные, но почему-то затекшие мышцы шеи. — У самого проблем сейчас — хоть жопой жри. Кстати, ты не в курсах, что это за черная елда рядом с ядром болтается?
— В курсе, — усмехнулась рогатая девушка. — Вот только тебе не понравится ответ.
— Да мне много вещей не нравятся, — пожал я плечами. — Но они от этого не исчезают. Так что давай, рожай.
— Тень Касии, — загробным голосом возвестила она.
— И че? — я поковырял пальцем в ухе. — Ни о чем не говорит.
— Это та штука, в которую ты чуть не превратился, призвав Бездну в последний раз, — раздраженно пояснила дракошка.
— А-а-а-а… — протянул я, многозначительно кивнув. — Ну да, ну да… И че?
— Еще одно "и че", и я тебе кое-что откушу, — угрожающе клацнула клыками моя чешуйчатая подруга. — И будь уверен, в реальности они так же высохнут и отвалятся!
— Ладно, ладно — поднял руки я, на всякий случай немного отступая назад. — Просто мне это все действительно ни о чем не говорит. Эта тень опасна?
— Сама по себе — нет, — глянув на висящую над нами кляксу, ответила дракошка. — Насколько мы с Саси сумели разобраться, это скорее что-то вроде ключа-активатора. Если накачаешь эту штуку маной Бездны, превратишься в Касию. От того, сколько зальешь силы, зависит длительность превращения.
— И где подвох? — уточнил я.
— Спроси у своей покровительницы, — пожала плечами девушка. — Могу только предположить, что контролировать Касию будет весьма… непросто. Да и активация потребует времени — все же ты пока сразу на нескольких планах работать не умеешь, так что придется перемещаться сюда и проводить накачку вручную. Посреди боя это, понятное дело, сделать будет сложно.
— А ты накачать эту… Тень Касьяна силой Бездны не сможешь? — я задумчиво прикидывал варианты использования такого козыря.
— Касии, — автоматически поправила меня Чешуйка и сдула лезущую в глаза челку. — Нет уж, спасибо! Вот только в Бездну мне лезть не хватало!
— Ладно, тогда хай висит, раз есть не просит, — махнул я рукой. — Одной бомбой под моей жопой больше, одной меньше… Пойду я уже в реальность. Ты, кстати, тоже подключайся, там сейчас, чувствую, весело будет.
— А что, мой голос в ухе уже не раздражает? — засмеялась она.
— Да привык как-то, — пожал я плечами и, прикрыв глаза, вынырнул в реальность.
***
Вернулся из астральных далей я как раз вовремя.
— Хозяииииииин! Она меня обижаееееееееет! — с визгом повисла на мне Дось, виляя, пусть и не таким как раньше, но все равно довольно пушистым хвостиком.
Я перевел взгляд с красной от гнева Юли, сжимающей поварской тесак, но не решающейся подойти ко мне, на пунцового от стыда Егора, безуспешно пытающегося скрыть здоровенный засос на шее. После чего заглянул в честные-пречестные глазки повисшей на мне хвостатой извращенки.
— Шкуру сменила, а суть осталась прежней, — вздохнул я, отвешивая ей подзатыльник.
— Яй! За что?!
— За все хорошее, — ответил я, ловя диверсантку за пушистый хвостик. — Мумунька!
— А? — захлопала та большими добрыми глазами луговой коровки.
И ведь не скажешь, что эта фигуристая дамочка в скромном… ну ладно, не таком уж и скромном наряде горничной может ударом щита размазать по стене рыцаря вместе со всей его броней.
— Сюда иди, озабоченная моя, — поманил я ее пальцем.
— Ты, надеюсь, вот прям сейчас групповуху с этими хвостатыми устраивать не будешь? — раздался у меня в ухе голос Чешуйки со странной, брезгливо-заинтересованно-ожидающей интонацией.
"Прямо сейчас — нет. Но в планах что-то такое уже мелькает", — мысленно ответил я ей.
После чего встал с кровати и, держа тихо подвывающую от восторга Доську вниз головой за хвост и ноги, торжественно вручил ее ничего не понимающей Элле.
— Мумунька, это Дось.
— Мы уже познакомились, — ответила она, разглядывая покачивающуюся у нее на руках тушку.
— Твоя задача на вечер — не давать ей приставать к Егору, — после чего, подумав, добавил. — И к Хоме.
— Пи?! — поднял на меня шокированные глаза наш главбух.
— Именно что "пи", — усмехнулся я.
— Как пожелаете, Хозяин, — поклонилась тавра, демонстрируя просто примерную кротость и огромные бидоны, едва не вывалившиеся из глубокого декольте.
— Знаешь… — задумался я. — Вот еще что… Химэ!
— Мммм? — подала та голос, отрываясь от разглядывания жарящей мясо Нокс. Запах, кстати, стоял просто умопомрачительный. Не знаю, что она там готовит, но сожрать я это готов вместе с руками!
— А ты следи за ними обеими. Чтобы не лезли к Егору и Хомке.
— ПИ! — бедный хомяк схватился за сердце и изобразил обморок. Причем, я не совсем понял, это он от перспективы стать жертвой домогательств со стороны двух озабоченных самок, или от того, что я его этой перспективы пытаюсь лишить.
— Ой, бедняжечка! Ой, моя маленькая лапушка! — запричитала Лафииль, тут же зарывшись в сумочку на поясе. — Ничего, сейчас я тебя на ноги поставлю… Как раз нужно было один составчик испытать… Ты только не оживай раньше времени…
— ПИИИИИИИ!!! — заверещал ее пациент и, скукожившись в размерах до обычного комнатного грызуна, черной стрелой бросился под мою кровать.
— Куда?! — кинулась следом крылатая.
— А кто будет следить за мной? — тем временем спросила Химэ, склонив головку набок и провожая взглядом наших алхимиков.
— Надеюсь, у тебя-то мозгов хватит не делать глупостей, — усмехнулся я.
— У меня-то хватит, — вернула мне усмешку блондинка. — А вот у тебя?
— Все, готово! — прервала назревающую перепалку Нокс, снимая со сковородки последнюю порцию.
— Тогда все за стол!
Через минуту я с удовольствием отметил, что постарались девушки на славу. Два прямоугольных стола, поставленные друг к другу боком, были заставлены раздобытым где-то сервизом из тонкого фарфора (судя по печальному взгляду Хомы, "выдоенным" из его безразмерных запасов). Куча разномастных салатов, жареное мясо с овощами, какой-то супчик, бутылки с соком и вином, графины с морсом, графины с моими коктейлями… И довольные рожи, рассевшиеся вокруг.
Я обвел взглядом собравшихся.
Химэ, пристроившаяся справа от меня. Загадочная блондинка с холодным взглядом, доброй улыбкой и весьма странным отношением к жизни. Сейчас она вполне мирно и довольно что-то мурлыкала себе под нос, периодически косясь в мою сторону.
Егор и Юля. Двое не шибко везучих попаданцев из какого-то технического мира, очень похожего на мой родной. Ушастики уже мило ворковали, что-то друг другу нашептывая и явно едва сдерживаясь от более откровенных действий.
Акроня. Мелкая вампирша с убойной ледяной магией и куриными мозгами. Она сосредоточенно морщила лобик, что-то высчитывая в уме и сжимая в маленьких ладошках кружку с дымящимся супом.
Хомка и Лафииль. Довольно загадочные для меня личности, тем не менее незаметно вписавшиеся в наш маленький коллектив. Один — возникший буквально из ниоткуда хомячок-мутант с замашками жадноватого прапора, вторая — девушка из крылатой расы с маниакальной тягой к алхимическим экспериментам. Кстати, вспоминая одну нашу с Дось знакомую, я начинаю думать, что все крылатые девушки так или иначе испытывают маниакальные тяги.
Элли и Дось, устроившиеся рядышком и о чем-то уже подозрительно шепчущиеся. При этом они кидали в мою сторону ТАКИЕ взгляды, что моя задница начинала странно играть, предупреждая об угрозе здоровью и рассудку. Так, лучше на них не смотреть, а то спровоцирую раньше времени.
По другую сторону от Доськи сидел Ашур — биологический брат-близнец позаимствованного нами тела. Паренек вяло ковырялся в тарелке и затравленно оглядывался вокруг, явно не понимая, куда попал и что он тут вообще должен делать. Кстати, он так и не заговорил. И, если после сегодняшней гулянки не расслабится и его не "отпустит", то нужно будет все же покопаться у него в мозгах перчаткой Милосердия.
Ну и Нокс, скромно усевшаяся слева от меня. В последнее время Ужас стала вести себя чуть более адекватно. Или же только старается так показать, пытаясь усыпить мою бдительность? Впрочем, неважно. Если продолжит таким темпом, то может и сама не заметить, как маска станет реальным лицом.
— Ну, ладно, — я поднял бокал. — Думаю, можно…
Скрипнула дверь и в комнату ввалилась здоровенная чешуйчатая туша. Обвела нас тремя горящими желтыми глазами и возмущенно зашипела.
— А вот не надо! — возмутился я. — Вон, мы тебе в углу половину бараньей туши оставили! Специально на склад за ней возвращались!
Проследив за моей рукой, Няшка довольно рыкнула и, гибко извернувшись всем телом, скользнула к своей закуске, попутно подцепив любимое яйцо из притащенного Хомой переносного гнезда.
— Ладно, дубль два, — пробормотал я, отворачиваясь от довольно урчащей твари. — Предлагаю…
Дверь снова распахнулась.
Мы с удивлением уставились на замерших на пороге Василису и Ласатардию, за спинами которых нерешительно мялся десяток солдат в тяжелых латах.
— Нам сообщили, что вы тут переругались, собрали продукты в дорогу и решили отчалить! — нервным голосом оповестила нас Васька. — Это правда?
— Дашь мне потом того "шпийёна", я ему лично мылом сообщалку вместе с давалкой прочищу, — я многозначительно посмотрел на пустое место позади Ласатардии, где ощущал присутствие скрытника. — Мы просто решили перекусить, но немного перестарались.
— Нужно же иногда отдыхать, — "ласково" улыбнулась нашему начальству Химэ.
— Блин, напугали, — устало выдохнула Василиса, после чего махнула рукой. — Тогда мы пошли, не бу…
— Подожди, — поймала ее за руку Ласатардия, и бросила через плечо. — Вольно, солдаты. Идите по постам.
Перечить принцессе не решились и коридор быстро расчистился. Скрытник, к слову, тоже испарился от греха подальше. После этого Ласатардия аккуратно прикрыла за собой дверь и, потащив ничего не понимающего стратега следом, гордо прошествовала к столу.
— Места еще для двоих не найдется? — уточнила она.
— П… Принцесса? — Васька растерянно переводила взгляд с меня на начальство. — У нас дела! Там бумаг целый стол!
— Йорген справится, — возразила ей Ласатардия. — Как раз с задания вернулся.
Больше спорить Василиса не стала. Да и, судя по всему, не особо-то и хотела.
А я… Ну не гнать же их с вечеринки?
Пришлось потесниться. А так как за стульями бежать всем было влом, поступили по-простому: Акроню, как самую мелкую, посадили мне на колени, а Юля на своего благоверного уже сама залезла.
— Ну а теперь, наконец, можно и нажраться! — возвестил я, щелкнув по уху вампиршу, впавшую в легкий ступор то ли от счастья, то ли от возбуждения.
***
Как гласит древняя мудрость моего народа, если утром хорошо, значит погуляли плохо, а если утром плохо, значит погуляли хорошо…
Так вот, судя по моему состоянию, гульнули мы вчера АХУЕННО!
Кое-как сев, я огляделся и, обнаружив мутным взором стоящий рядом на столике тазик с водой, тут же сунул в него морду.
Брррр… Ледянющая! Кайфффффф…
Выждал минуту, пока все лицо не онемело от холода, после чего вынырнул, растер щеки руками и нырнул снова.
После пятого раза стало полегче. По крайней мере, голова начала хоть что-то соображать, а перед глазами все перестало плыть и рябить.
— Ну как, герой-любовник, ожил? — послышался в ухе голос Чешуйки.
"Не совсем", — ответил я мысленно. — "Но, по крайней мере, уже не труп. Бляяяяя… Че вчера было-то? Или сегодня?"
— Вчера, вчера… — хихикнула Чешуйка. — Уже утро. Тебе перечислить ВСЕ, или только самое важное?
"Начни с важного", — решил я, понимая, что "все" может растянуться надолго.
— Тогда скажу самое-самое важное, — как-то подозрительно захихикала дракошка. — Советую внимательно осмотреться и открыть вооон то мигающее сообщение.
Я удивленно захлопал глазами и, последовав совету своей подруги, обвел помещение взглядом.
Хм… А ведь точно, не моя нора. А чья? Бля, не помню.
Апартаменты были обставлены куда как роскошней наших "номеров": огромный пушистый ковер на полу, широкая мягкая кровать, картины и украшения на стенах, резные гардеробные и обычные шкафы, пышущий теплом магический камин…
Где-то в районе копчика зародилось очень-очень-очень нехорошее предчувствие. Прям пиздец какое нехорошее. Словно я не глядя подмахнул какую-то бумагу, а потом понял, что это был пожизненный договор на участие в "Доме-2". То есть, вроде бы как и платят хорошо, и известность на всю страну, но при этом лучше самому себе голову тупым ножом отпилить, чем вляпаться в это дерьмо!
Меееееедленно обернувшись, я увидел…
— Бляяяааааааааааааааааа…
Повернулся обратно. Схватился за голову руками. Сжал так, словно хотел выдавить из нее собственный ебильный мозг. Расширившимися от ужаса глазами уставился в пол, пытаясь развидеть увиденное. К сожалению, картина уже выжгла себя на подкорке, упрямо заявляя, что никогда ее не покинет и будет вечным источником моих глубинных фобий…
КАК?!
ДА ЧТОБ МЕНЯ НА ГЕЙ-ПАРАДЕ ОБЪЯВИЛИ КОРОЛЕВОЙ ВСЕХ МЕНЬШИНСТВ, КАК?!
Там же была толпа баб! Элли, Акроня, Химе, Нокс, Доська…
КАК?! ОТВЕТЬ, ТУПОЙ ТЫ ВЫРОДОК, КАК?! КАКИМ МЕСТОМ ТЫ ДУМАЛ?!
Причем, даже собственный хер не упрекнешь, что это он за меня все решил… ПОТОМУ ЧТО, БЛЯДЬ, ОН ТУТ ЯВНО ПАЛ ЖЕРТВОЙ, КОТОРАЯ СОПРОТИВЛЯЛАСЬ ДО ПОСЛЕДНЕГО!!!
— А ведь это еще не все… — с загадочным злорадством произнесла Чешуйка.
Как не все?!
Что может быть хуже ЭТОГО?!
— Сообщение глянь.
Поколебавшись, я бросил еще один взгляд через плечо, словно желая убедиться, что там действительно ОНА, после чего потянулся к мерцающему конвертику непрочтенной системки.
Сердце екнуло. Пропустило три удара. Задница сжалась так, что лом бы не переломился, а оказался бы спрессован до состояния лезвия, которым можно было бы спешно вскрыть себе вены… лишь бы не читать. Лишь бы не знать.
Сглотнув, я выдохнул и мысленным приказом развернул сообщение.
***
"Поздравляю, идиота кусок!
Тебе даруются новые титулы!
"Первый и единственный фаворит Принцессы!" — ты действительно первый, кто решился покуситься на эту "Королевскую Орхидею".
"Претендент на трон!" — по закону королевства Валликт, отец первого ребенка наследной Принцессы автоматически становится ее мужем и занимает ее место в очереди на Престол, если не было никаких дополнительных соглашений до момента зачатия!
Внимание! В случае смерти Принцессы до родов, данный титул аннулируется!"
***
Я посмотрел на собственные руки.
Их била крупная дрожь.
— Пиздец… — это было единственным, что я смог сказать…