Глава 206. ЭксКоБа-1.

Время, когда умирают и рождаются легенды (4).

Среди пустоты разворачивалась битва трех существ.

Гигантский костяной дракон, покрытый кроваво-алым пламенем варпа. Пробудившийся Палач Шак-литур, известный в нескольких галактиках под именем Алый Разрушитель. Размером с небольшую планету, он казался неповоротливым и заторможенным по сравнению со своими противниками, но недооценивать его было нельзя — Стимулятор, достигший уровня Пробудившегося, по определению не может быть слабым. И свою неповоротливость Алый компенсировал огромной живучестью, быстрым восстановлением за счет чистой энергии варпа, и смертоносными атаками, которые способны уничтожать целые флотилии и выжигать дотла миры. Не всякий бессмертный рискнет вступить в бой с таким противником.

Но сейчас с ним сражались далеко не боги.

Металлический дракон - Шенлажссеррос, сильнейший среди смертных драконов. В глубине его души пылала Искра не Создателя, но Хаоса. И сейчас этот канал был открыт как никогда широко, пропуская сквозь себя огромные потоки чуждой ткани бытия энергии откуда-то из-за грани бесконечного Океана Пустоты. Собственное многокилометровое тело огромного металлического существа, казавшееся неразрушимым, стонало и искривлялось от завихрений этой силы. Любое другое существо, будь то бог или смертный, просто распылило бы, попади он под поток хаотического пламени. Но эта же агрессивная сила не давала Шену нормально использовать магию или божественную поддержку. Ему приходилось рассчитывать лишь на собственное прочное тело и всепожирающее пламя.

Лирой Гарнихард. Древний черный дракон. Он не шел ни в какое сравнение по размерам с костяным гигантом. И даже не дотягивал до своего дальнего металлического собрата. Тем не менее, по меркам смертных он все еще оставался довольно крупным существом в несколько километров длиной. Он не обладал безграничным океаном энергии, как Алый, или несравненными физическими данными Шена. Да что там — его вполне мог прикончить и залп обычного линкора смертных, если смог бы застать этого осторожного хитреца врасплох. Тем не менее, черный сражался на равных с Пробудившимся.

Искусный маг, способный развеять любое направленное на него плетение одним точечным ударом. Верный последователь Майха-ор-Асси, чей милосердный свет отклонял или нейтрализовал направленные на него потоки чужих энергий. Великолепный пилот, закручивающий виражи не хуже легендарных последователей Черного Кузнеца. И старый опытный пройдоха, наперед предугадывающий три-четыре шага своих противников.

Таков был черный дракон Лирой Гарнихард.

***

- Не справляемся, - коснулось разума черного послание Шена.

Металлический дракон начал закручивать очередную серию виражей вокруг туши костяного, пытаясь выжечь того потоком пламени Хаоса. Приноровившийся к манере Шена, Палач уверенно выпускал навстречу целые шторма энергии варпа, которые принимали на себя удар страшного пламени.

- Обязаны справиться, - спокойно ответил ему Гарнихард, пользуясь передышкой и выплетая особенно убийственную комбинацию чар на стыке первостихий, жизни и смерти со стабилизатором в виде энергии своей покровительницы.

Чары стрелой сорвались с лап дракона и, скользнув по грани между реальностью и тенью, разорвались где-то в плече отвлекшегося костяного, превращая в прах многие килотонны его псевдоплоти и как зараза начав расползаться по манотокам, блокируя поступления энергии. Алый, осознав грозящую ему опасность, пропустил через себя колоссальный поток силы вырпа, выжигая враждебные чары и восстанавливая псевдоплоть. Со стороны, объятый бушующей энергией скелет титанического существа казался даже красивым.

Шен был вынужден отлететь подальше — глупо было пытаться противостоять столь концентрированной враждебной энергии. Проще было переждать, ведь даже Пробудившийся не сможет поддерживать подобное состояние долго — слишком большая нагрузка как на его тело, так и на ткань реальности, грозящая либо разрушить его, либо выкинуть куда-то в глубины варпа…

- Ну как? - уточнил Шен, восстанавливая собственный внутренний баланс чуть не вышедшей из-под контроля энергии Хаоса.

- Плохо, - признался Лирой, лапы которого уже тряслись от чрезмерной магической нагрузки. Последние чары были его пределом и повторить что-то подобное он был уже не в силах. Вздохнув, черный передал собрату мыслеобраз с несколькими планами. - Это все, что я смог придумать исходя из полученных данных. Умом этот тип не отличается, но вот силы у него немерено.

- Ох, Бездна… - вздохнул металлический, осознав главный минус каждого плана Гарнихарда. - Один из нас умрет.

- Боишься? - оскалился черный.

- Я уже бывал там, - вернул оскал Шен. - И вернулся не по своей воле.

Драконы бросили взгляд на Пробудившегося, который заканчивал с очищением от чар Лироя.

- Хорошо, пусть будет пятый вариант, - вздохнул Лирой. - Пятьдесят на пятьдесят.

- Либо ты, либо я, - кивнул Шен. - Если что, оставлю тебе мою месть, брат.

- А я тебе свою дочь.

- Я женат. Но если ты настаиваешь…

- Не в том смысле, старый извращенец!

- Сам такой!

Одухотворенный разговор двух высших существ, ходящих по грани жизни и смерти, прервал рев Алого, заставляющий колебаться не частицы отсутствующего в пустоте вещества, а саму ткань реальности.

Черный и металлический драконы, на мгновение прикрыв глаза, потянулись душами друг другу.

Редкий шаг, символ истинного доверия, дающий возможность не просто общаться мыслеобразами, а буквально становиться единым целым. Конечно, каждый из них предпочел бы в напарницы прекрасную дракошу, но поле боя диктует свои законы — иной раз и ядовитой сколопендре в партнерах будешь рад больше, чем сказочной принцессе. Тем более, что в этой Вселенной так мало места для настоящей сказки…

Обернув крылья вокруг тела, Шен закрутился снарядом и рванул в сторону врага, переставшего выплескивать в реальность титанические объемы энергии варпа. Алый полностью восстановил свою псевдоплоть, но… его манотоки все же были повреждены искусными чарами Лироя. Часть тела Палача теперь испускала ману варпа с серьезными перебоями, что давало солидную брешь в его защите.

И именно этой брешью и собирались воспользоваться драконы.

Шен шел буквально на самоубийственную атаку. Он несся напролом, окутанный настолько концентрированным пламенем Хаоса, что оно корежило его собственное тело. Сама структура мироздания вокруг металлического дракона деформировалась и расползалась, так что было даже не совсем понятно, на каком именно слое летит тело дракона.

А за ним оставалось… нечто. Что-то вроде разреза в покрывале бытия, ведущего даже не на нижние слои варпа или в Бездну, а куда-то за грань. Куда-то, откуда на мир, прежде чем эта рана мироздания начинала затягиваться, успевало взглянуть что-то совершенно ему чуждое. Что-то, что не принадлежит ни одной из существующих сил, и не было сотворено Создателем…

Палач, поняв что ничем хорошим для него это не кончится, попытался вновь начать выкачивать силу варпа, но… у природы бытия есть законы, которые не в силах побороть даже столь могущественное создание. Он только что и так перенасытил свое тело и душу этой разъедающей энергией. И второй раз такой трюк с его ранами сулил ему практически самоуничтожение.

Поняв это, Алый с ненавистью взглянул на вновь что-то плетущего Лироя. Сконцентрировав всю доступную ему силу, Пробудившийся выплеснул эту мощь одним единственным снарядом в сторону приближающегося самоубийцы.

Сейчас все решалось одним единственным условием — или металлический дракон переживет контрудар, или его сожжет пламя варпа. В первом случае напитанное силой Хаоса тело пробьется сквозь брешь, образовавшуюся недавно в защитной оболочке Палача, и выжжет тварь изнутри. Во втором, Палач успеет прийти в себя и разорвет оставшегося черного…

Черный!

Пробудившийся уже давно не считал смертных существ хоть сколько нибудь достойными противниками. А за время боя черный дракон вечно крутился позади металлического и кидался только раздражающими, отвлекающими, но никак не серьезными для Палача чарами. Исключение составил лишь последний удар, к которому Лирой тщательно готовился, прощупывая защиту врага и подбирая к ней ключики.

Уставший после долгой, тяжелой и истощающей битвы разум Алого слишком поздно засек резко возросшую угрозу со стороны досаждающего мага. Всего мгновения не хватило Алому, чтобы понять замысел смертных.

Черный дракон исчез.

Переместился через пространство изнанки, вывалившись прямо перед летящим навстречу Шену снарядом из концентрированной маны варпа.

Но теперь тело дракона стало белым. Белее, чем свет самой яркой звезды, что холодным взором следили за этим странным сражением. Он сиял, окутанный маной своего божества. Той, что способна подарить покой любой энергии и материи.

Лишь бы хватило сил.

Маленький белый дракон и огромный сгусток энергии варпа встретились.

Как вода успокаивает бешеное движение частиц внутри раскаленного металла, так и божественная мана Майха-ор-Асси успокоила беснующийся шторм. Приняла его, как мать принимает новорожденное дитя. Обогрела, как утреннее солнце тянущиеся к нему озябшие руки. Затушила ярость, утешила боль, рассеяла печаль. И развеяла по теплому ветру все невзгоды этого грешного мира…

Лирой Гарнихард полностью принял на себя удар, способный уничтожить целую звездную систему. И рассеял его без остатка, обратив в безобидную вспышку мягкого чистого света.

Вместе со своим телом.

Лирой Гарнихард, древний черный дракон, в конце-концов погиб. Погиб именно так, как мечтал многие тысячи лет назад, лежа в маленьком гнезде на склоне высокого пика давно уже сгинувшего мира — отдав свою жизнь за брата-дракона в неравной битве со злым роком.

Но все же было маленькое отличие в мечте совсем крохотного дракончика и реальности старого ящера.

Дракончик мечтал своей смертью оставить в этой галактике легенду.

А дракон уже давно ею был…

Пылающая Хаосом туша металлического дракона врезалась в истощенную псевдоплоть Пробудившегося, пробивая дорогу через участок ослабленной защиты и смыкая сверкающие алмазные когти на душе Палача.

С урчанием Хаос принял подношение.

Псевдоплоть стала расползаться, теряя структуру и энергию.

Шак-литур, Алый Разрушитель, погубивший жизнь в трех галактиках, умер без тени шанса на возрождение.

Две легенды Вселенной закончили свой путь.

***

По мыслесвязи двух звеньев Стальных одновременно прокатилась короткая, но очень емкая команда.

- Крылья, к бою.

Два десятка машин стартовали с грунта и начали быстро набирать высоту, практически бесшумно скользя по гравитационному полю планеты на силовой тяге. Поднявшись на высоту в пять километров, они зависли, сканируя пространство над головами.

Рани Льюис, приняв от командования флота очередной пакет тактической информации, сосредоточился на оптических сенсорах машины и… невольно замер, любуясь картиной.

Ночная сторона покрытой красным песком планеты. Под его ногами раскинулась огромная каменисто-песчаная пустыня, которую пересекал глубокий каньон. И один из участков этого каньона, как и кусок пустыни вокруг, черным пятном покрывала копошащаяся масса инсектов — жупи Примы и кукол Каалуси. Вся эта армия готовилась к отражению десанта Пробудившихся.

Который вот-вот должен был прибыть.

Рани не нужно было задирать «голову» гуманоидной машины, чтобы посмотреть вверх. Его сенсоры давали полную картинку всего происходящего вокруг.

Тем не менее, он сделал этот архаичный жест. Как и многое другое, что цифровые Крылья делают по привычке. Потому что стоит начать терять эту привычку, и ты рискуешь однажды не обнаружить на месте собственную душу.

Звезды были на месте.

Но их стало как-то совсем уж много.

Они загорались лишь на мгновение, чтобы вспыхнуть и погаснуть, сообщая о гибели очередного корабля. Защитников, или атакующих — отсюда было не важно. Отсюда они все выглядели одинаково — маленькие огоньки, которые живут лишь миг короткой вспышки, принося себя в жертву огромной шахматной партии, что ведут с самого начала времен силы, лежащие за пределами понимания даже большинства богов, что уж говорить о смертных…

Рани знал лишь то, что стоит активному артефакту Стражей попасть в лапы Пробудившихся, как их Вселенную ждет смерть. Не будет ни катаклизмов, ни войн, ни вторжений неизвестных существ из-за предела Океана Пустоты. Они все просто умрут. Исчезнут, не оставив после себя ни следа, ни пустоты. А на смену им придет нечто иное.

Сложно было в это поверить. Но интуиция цифрового сильфа шептала ему то же самое. А не доверяющий интуиции пилот очень быстро терял свои крылья.

- Это сложно… - вздохнул сильф.

- Что там у тебя опять? - раздался в его голове голос напарницы.

- Это очень сложно, - Рани послал ей грустную улыбку. - Сражаться за то, чего не понимаешь. И гибнуть там, где никого не знаешь.

- Тьфу на тебя, начальник! - влез в их беседу голос Гарри, «Красного-8», одного из его ведомых. - Опять тоску нагоняешь! Щас быстро всех раскидаем, вернемся на линкор, загрузимся в куколок и пойдем гулять! Так ведь, Троечка?

- Кшаааааа! - совершенно по-кошачьи зашипела Дас-Кай, «Серебро-3». - Еще раз меня так назовешь, и куклу тебе придется менять пять раз, потому что первые четыре останутся без яиц!

- О, прогресс! - хохотнул Гарри. - В прошлый раз было восемь!

- Отставить болтовню в эфире! - рыкнула Ирига. - Оранжевая готовность!

«Сама же ее и начала» - пронеслось в голове Рани, но в общий эфир он эту мысль не выпустил.

Сильфу снова пришел пакет данных.

Флотилии вели жесткий встречный бой, но кораблей Пробудившихся было слишком много — еще несколько минут и первые партии десанта войдут в атмосферу планеты. Хорошо хоть удалось уничтожить того гигантского дракона и вражеский дредноут. Но далось это дорогой ценой — погиб один из легендарных драконов этой галактики, защищавший ее долгие века, второй их дракон выбыл из строя из-за ран и переутомления, а Принцесса и линкор Стальных оказались слишком далеко от системы и не успели вернуться к основной свалке, хотя и сожгли второй флот вторжения и его флагман за рекордные сроки.

Погрузившись в себя, Рани еще раз проверил системы и вооружение доспеха.

Скорее просто от нервов, чем по необходимости.

За свою военную карьеру они с Иригой уже успели поучаствовать в не одной заварушке, но ни разу им не приходилось наблюдать сражение таких масштабов.

Минуты пролетели незаметно.

И вот сенсоры просигналили о входе в атмосферу первых десантных сил противника.

-Аквотис, во славу твою мы расправляем наши Крылья… - прошептала душа пилота, заключенная в механическую оболочку.

Странное снаряжение на спине доспеха пришло в движение и налилось маной Древнего Бога-Кузнеца.

Два десятка висящих в атмосфере планеты мобильных доспехов распахнули пылающие черным пламенем механические крылья и рванули вверх, навстречу миллионному десанту противника…

Время, когда умирают и рождаются легенды (5).

Бой в атмосфере, даже столь сильно разреженной, сильно отличается от сражения в пустоте. Для Крыльев, привыкших к безграничным просторам, запредельным скоростям и полному отсутствию сопротивления, это вообще было сродни пытке.

Трение материи доспехов и силовых щитов об атмосферный газ вызывало постоянный перегрев машин и не давало развить привычную скорость.

Небольшая область маневрирования, ограниченная грунтом и крошечными расстояниями между объектами в атмосфере, перегружала электронные и живые мозги пилотов, а также не давала использовать весь доступный арсенал.

Инерция и многократно возрастающие перегрузки из-за гравитационного колодца планеты разрушительно действовали на механизмы машин и, особенно, на тела живых Крыльев, которых не всегда спасали даже персональные грави-компенсаторы.

Рожденные для полетов в Океане Пустоты, познавшие радость практически безграничного пространства и скорости, но вынужденные сражаться в атмосфере планеты, Крылья ощущали себя практически мертвыми, окоченелыми трупами — до того были скованы их реальные возможности.

Да, они по-прежнему оставались лучшими пилотами во Вселенной, а их техника на голову превосходила все, что могли себе только представить их оппоненты. Но вот привычного абсолютного превосходства уже не было. У звеньев Рани и Ириги практически отняли их крылья.

И им пришлось раскрыть другие.

Серии доспехов «Алый Блик» и «Живая Сталь» обладали одной интересной особенностью — на спинах этих гуманоидных машин располагалось устройство, отдаленно напоминающее сложенные стальные крылья. На первый взгляд оно не имело никакого практического значения. В нем не было электроники, не было подвесок для вооружения и прочего. Это были всего лишь куски странного металла, которому предали определенную форму и налепили на доспехи.

Вся суть устройства крылась именно в металле и в том, что было в него заложено.

Неизвестный, но крайне прочный и редкий сплав, который не смогли воспроизвести ни ученые Ордена, ни маги их редких союзников как по отдельности, так и вместе.

Особо не мудря, его называли просто «божественным металлом».

Тот самый сплав, из которого Черный Кузнец Аквотис ковал большую часть своих изделий. И этот сплав отлично поглощал и накапливал божественную ману.

В пустоте эти крылья использовались редко. Да и установлены они были далеко не на всех машинах. Но вот в атмосферных боях, тем более столь рискованных, эти устройства были одним из козырей Ордена. Они позволяли аккумулировать божественную ману, чтобы позже использовать ее для преломления законов физики, смягчая явления инерции и трения.

Божественный допинг, вновь вырывающий Стальных далеко вперед обычных пилотов и машин.

Конечно, у технологии были и минусы. До активации эти самые крылья требовалось хорошенько накачать божественной энергией, а концентрация маны Древнего Бога рядом с любой душой могла вызвать неожиданные и далеко не самые приятные последствия.

Но время у звеньев Рани и Ириги было — они начали накачку как только флот Пробудившихся показался из варп-портала и сейчас запасенной в крыльях энергии хватит на сутки непрерывного боя. А что до последствий… Вряд ли хоть кто-то из них, привыкших рассекать боевой строй вражеских кораблей на околосветовой скорости, хоть на секунду испугался угрозы смерти.

Рани отдал последнюю команду.

«Сбить как можно больше».

Оригинальностью она не отличалась. Но тут ничего оригинального и не требовалось — в атмосферу планеты входило столько целей, что никакая тактика не поможет. Он просто нарезал сектор неба на зоны ответственности, разбил звенья на пары и дал отмашку действовать на свое усмотрение.

Естественно, его парой стала «Серебро-1»,Ирига…

Доспех Рани свечой ушел вверх, навстречу первой цели. Силовая тяга перешла на вспомогательный режим, помогая лишь в маневрировании. Основной же импульс ускорения машине давали маршевые двигатели, полыхающие реактивной струей. Это не плазменный выхлоп — тот давал слишком сильный для планетарных масштабов импульс. Это было простое пламя, тем не менее позволяющее доспеху легко обгонять звук собственного полета.

Подняв оба укороченных стрелковых комплекса, Рани выпустил две длинные очереди в днище первого спускаемого аппарата — огромного пузатого штурм-бота, предназначенного скорее для абордажных операций, чем для высадки десанта. Сама модель корабля была сильфу незнакома, но вот внутренний каталог доспеха уверенно определял его принадлежность к старым моделям цивилизации Мичжую, что три столетия назад существовала в галактике Стеклянной Стрекозы и погибла в огне гражданской войны.

Стрелковые комплексы доспеха Рани, как и всех его подчиненных, были энергетическими и в днище вражеского корабля ударило два десятка крупных плазменных шаров, отливающих черным пламенем.

Атмосферу планеты сотряс первый взрыв, ознаменовавший начало последнего этапа сражения с волной Пробудившихся…

Подкорректировав направление полета импульсом дюз, Рани уклонился от летящих навстречу обломков, среди которых его сенсоры успели зафиксировать разорванные тела людей в тяжелых боевых костюмах. Несколько из них были даже еще живы, а один как-то умудрился стабилизировать свой полет прыжковым ранцем и сейчас начал торможение, чтобы не размазаться о грунт.

Впрочем, долететь до земли «счастливчику» было не суждено — его тело рассек пополам высокотемпературный импульс вспомогательного лучевого орудия Ириги, привычно летящей следом за Рани.

Сам же сильф уже проводил расчет траектории пяти следующих спускающихся судов. Все они принадлежали к разным классам, временам и цивилизациям, и были битком набиты десантниками. Закончив с расчетами, Рани полностью опустошил накопители плазмометов, отправив в небо целый рой небольших шариков черной плазмы.

Несущие в себе частичку силы Бога, снаряды рвали мощные щиты десантных кораблей как бумагу, прожигали толстую многослойную броню и взрывались глубоко внутри корпуса, сжигая сотни живых существ и превращая всю высокотехнологичную начинку в бесполезный оплавленный мусор.

Сделав в воздухе кульбит, Рани освободил идущей за ним Ириге сектор обстрела, а сам начал процесс перезарядки накопителей плазмометов, практически всей своей электронной душой ощущая, как божественная мана из крыльев смешивается с обычной энергией из генератора доспехов, и устремляется в миниатюрные батареи двух небольших плазмометов.

Секунда, и процесс накачки накопителей был закончен, дав Рани возможность разрядить еще несколько длинных очередей.

Из-за этой особенности он, как и большинство его подчиненных, выбрали именно данные модели короткоствольных плазмометов — при малой емкости батарей они быстро перезаряжались, а божественная мана замечательно смешивалась с боевой плазмой, на несколько порядков увеличивая ее разрушительную мощь.

Тем временем Ирига уже расстреляла свой боезапас, подорвав еще два десятка вражеских судов, и теперь уже эльфийка скользнула за спину старому напарнику, уходя на перезарядку и не мешая ему опустошить накопители.

Вот так, кружась в своеобразном выверенном до микроскопической доли секунды танце, два доспеха расстреливали начало волны десанта противника. И не только они. Ночное небо над красной пустыней стремительно превращалось в дневное из-за огромного количества входящих в верхние слои атмосферы кораблей, вокруг которых образовывалось пламя горящего воздуха, и ярких вспышек взрывающихся судов, угодивших под огонь Крыльев и начавшегося с грунта обстрела орудийных систем ПКО. Противник тоже старался огрызаться, но у большинства десантных корыт не было орудийных систем на брюхе, которым они уходили в атмосферу, так что плотность огня оставляла желать лучшего. А те редкие попадания, что все же настигали доспехи Крыльев, поглощались мощными щитами, усиленными божественной маной.

Главной опасностью для ведущих атмосферный бой звеньев Стальных были зависшие на орбите крупные корабли противника — попадание из их крупнокалиберных орудий ничем хорошим для лишенных былой подвижности маленьких доспехов не закончится. Но теми кораблями активно занимался кукольный флот и остальные союзники…

Вот только десанта не становилось меньше.

- Вижу доспехи противника! - пришло сообщение от Ириги, пропускающей мимо себя яркий шар холодной сапфировой энергии, запущенный с грунта ПКО инсектов.

Мгновение спустя, сосредоточенный на ведении огня сильф и сам засек среди спускающихся кораблей первую «мошкару» из москитного флота слуг Пробудившихся.

Как и десантные корабли, это были самые разнообразные машины, как технических, так и биологических цивилизаций. Он даже с удивлением опознал похожий на полупрозрачного осьминога техномагический доспех вымершей в этой галактике расы ультаров. И тут же разрядил в него остаток накопителей плазмометов — эти штуки были чрезвычайно опасны в ближнем бою.

С яркой вспышкой погиб наверное последний разумный кальмар этой галактики, зомбированный обитающими в глубинах варпа сущностями.

«Туда ему и дорога», - мысленно плюнул Рани, у которого остались не самые приятные воспоминания о единственной встрече с этой расой.

И тут же одернул себя — во время сражения нельзя было отвлекаться и размазывать внимание, тем более, когда оно происходило на таких скоростях и со всевозрастающей плотностью огня.

Вскоре напарникам пришлось сменить тактику, и вместо второго плазмера взять рукояти энергетических клинков — вражеские доспехи и прочая «мошкара» так и норовили навязать им ближний бой. Впрочем, когда Крылья от такого отказывались?

Однако с каждым мгновением все больше и больше кораблей входило в атмосферу. Сколь бы искусны ни были Стальные, сколь бы ни превосходили противника технически, но остановить миллионы кораблей силами двух звеньев было невозможно. Да, в условиях пустоты, практически ставшей для Крыльев родной, эти же звенья просто «заклевали» бы даже такую армаду. Долго, упорно, понеся неизбежные потери, но стерли бы ее в звездную пыль, развеяв по просторам пустоты. Но в атмосфере планеты, ограниченные в скорости, пространстве для маневров и не имея возможности использовать хоть что-нибудь мощнее простых стрелковых комплексов, они могли лишь немного притормозить и проредить катящуюся вниз лавину.

К счастью, там десант Пробудившихся ждала теплая встреча, радостно щелкающая клешнями и жвалами, и протирающая фокусирующие линзы орудий биоплазмы…

***

Тонкая изящная фигурка, завернутая в слои полупрозрачного белого материала с сетью серых прожилок, стояла на небольшом холмике на краю глубокого ущелья. Бархатистую, покрытую ровным загаром кожу обдували жесткие холодные ветры этой дикой планеты. Несомые воздушными потоками песчинки словно шлифовальная бумага столяра пытались изрезать и разодрать попавшееся им на пути нежное создание.

Но обманчиво хрупкая девушка продолжала смотреть вверх немигающими глазами цвета бледного золота, не обращая никакого внимания на беснующуюся вокруг стихию. Ветер, способный содрать кожу с человека и разорвать на части деревянный дом, лишь бессильно бился о мягкую кожу и трепал полупрозрачные «газовые» ткани…

Прима Инджени ждала, когда и она сможет присоединиться ко входящему в свой финальный этап сражению.

И это время приближалось.

Ночное небо расцвело вспышками взрывов. На орбите планеты творился ад — ежесекундно там гибли сотни кораблей и сотни тысяч живых существ. К счастью, назвать их «разумными» было сложно — оболочки их душ были практически выжжены губительной энергией варпа, а тела превращены в послушные марионетки Пробудившихся. Лишь немногие, едва ли один на несколько миллионов, сумели сохранить рассудок. Но не желание и волю для борьбы с поработителями.

И сейчас все эти затерянные некогда в варпе души рвались к одной единственной цели, лежащей глубоко в толще камней под ногами Королевы Жупи.

- Открыть огонь, - не размыкая соблазнительных алых губ приказала девушка.

Голос ее мало соответствовал внешности — низкий, хриплый, с жуткими и чуждыми для человеческого уха щелкающими звуками. Такой голос скорее можно было ожидать от монстра-инсекта, чем от прекрасной феи.

Конечно, одной голосовой команды было недостаточно. Прима делала это просто по привычке, возникшей из-за долгого общения с людьми, эльфами и прочими гуманоидами. По той же привычке она и выглядела именно так, имитируя обычное человеческое тело.

Ну и потому, что такой вид больше нравился ее старому напарнику…

По округе покатилась короткая ментальная команда.

Повинуясь приказу, пришли в движение разбросанные на сотни километров вокруг огромные серые валуны. Все они были одинаковой формы и цвета, резко выделяясь на фоне однообразного пейзажа красноватой пустыни.

Валуны эти, выпустив с десяток длинных тонких лапок, приподнялись над землей и их верхние острые части раскрылись словно гигантские цветки. С орбиты могло показаться, что пустыня действительно расцвела сотнями тысяч переливчатых сапфировых огоньков.

Вот только огоньки эти, сколь бы красивы они ни были, мерцали леденящим душу безразличным светом, грозя забрать сегодня не один десяток жизней…

По красной пустыне пронеслась волна вспышек и вверх устремились огромные шары холодного сапфирового пламени. Минуя слои атмосферы, эти странные снаряды вскоре достигли орбиты, где плотным строем начинали спуск корабли вторжения. Каждый из шаров, врезаясь в какой-либо объект, будь то десантный бот, или обломок уже взорвавшейся посудины, окутывал его странным холодным огнем. Всего на мгновение. На краткий миг.

А потом цель начинала медленно рассыпаться на хлопья серого пепла. Слой за слоем. Неторопливо. Неизбежно. И жутко.

Если прислушаться, то в эти моменты на общих каналах связи можно было различить полные ужаса и боли вопли тех самых «одного на миллион» сохранивших разум существ, которые видели, как их собственное тело миллиметр за миллиметром распадается на части, несмотря на прочную броню судна, десантные ББС и защитные комбинезоны.

Все сжирала безразличная сила Древней Паучихи.

Прима неподвижно смотрела вверх немигающими бледно-золотистыми глазами.

Старая Королева видела намного больше, чем просто ночное небо, периодически скрывающееся за тучами песчаных бурь.

Она видела, как среди пустоты два огромных флота вели отчаянный бой. Как сгорали корабли звездных изгоев и разлетались на части доспехи Крыльев. Как миллионы душ, покидая бренные оболочки, устремлялись сквозь варп в глубины Бездны, обретая долгожданный покой.

Она видела, как закончилась легенда старика Гарнихарда. И как молодой Рыцарь и его Принцесса писали первые страницы собственной истории.

Она видела, как начали сходить с неба звезды, спускаясь к ней горящими штурмовыми шаттлами. И как вели свой хоровод в яростном бою только недавно стоявшие рядом с ней дети. Как они начинали сгорать один за другим в захлестывающем их урагане из душ, стали и огня.

Она видела, как по ее приказу в небо поднялись сотни тысяч крылатых инсектов ее собственного улья и подчиненных кукол Принцессы. Видела, как первые корабли достигли грунта и волны хитиновых воинов схлестнулись с безвольными марионетками.

А еще она видела, как высоко над ней в яркой вспышке исчез серебристый доспех с цифрой «1» на борту.

И слышала полный боли крик цифровой души ее алого напарника…