Бойся тьмы

Айви Александра

Хранители Вечности втянуты в грандиозное сражение за выживание. Они столь же опасны, сколь и чувственны… а их сладострастные аппетиты легендарны… Видения ведут ее к опасности. Красавица Кассандра — Вер, пророчица, настолько же ранима, насколько непокорна — наделена даром видений, предвещающих судьбу мира. Касси — редкость и очень хрупка, и ее нужно защищать любой ценой. Из сильной дворняги Кейн превратился в чистокровного вера, а его недавнее столкновение с повелителем демонов оставило после себя серьезные последствия, которые нужно исправить. Кейн обязан уберечь Касси от опасности… а значит должен сопротивляться настойчивому желанию соблазнить её.

Только он может спасти её. Пока таинственные видения Касси приводят и вытаскивают их из опасных ситуаций, Кейн начинает верить, что нашел свою истинную пару, женщину, с которой будет навеки связан. Касси и напугана и очарована обаянием Кейна, и сомневается, что ему — или её чувствам к нему — можно доверять. Но Касси не может позволить себе сомневаться в Кейне. Смертельный враг, стремящийся к разрушению, ближе, чем они считали — и только Кейн и Касси могут сдержать хаос, грозящий обрушиться на мир.

 

Глава 1

Заброшенный рудник по добыванию серебра в пустыне Мохаве — совсем не то место, где ожидаешь встретить Стикса — действующего Анассо — не только Короля вампиров, но и самого могущественного демона в мире высотой в шесть футов и пять дюймов, с безупречной мускулатурой и суровой красотой предков-Ацтеков. Стикс мог получить в своё расположение самое роскошное логово с множеством слуг, жаждущих исполнить его приказы. Но он хотел, чтобы его поездка в Неваду была короткой и не привлекала внимания, поэтому проигнорировал протесты спутника и решил провести день в ожидании встречи с главой местного клана в заброшенных пещерах. И, если уж быть честным перед самим собой, отказ от формальностей, которых требовало его положение, стал настоящим облегчением. Стикс — яростный хищник, но вынужден был стать долбаным политиком. А из-за необходимости играть по-хорошему, он покрывался сыпью. Кроме того, ему нравилось доставать Вайпера.

Стикс бегло осмотрел окружавшую их безлюдную пустыню и рассеяно стряхнул пыль с кожаных штанов, заправленных в тяжелые высокие ботинки. Черная футболка обтягивала его широкую грудь, а с мускулистой шеи свисал амулет на кожаном ремешке. Единственное украшение, не считая отполированных бирюзовых камней, вплетенных в длинные, до колен, черные волосы. В сгущающихся сумерках его темные глаза светились золотистым светом. Стикс, наконец, повернулся к своему напарнику, едва скрывая улыбку. В отличии от него, Вайпер — вождь чикагского клана — не любил «тяжелые условия жизни». Одетый в черное бархатное пальто до колен, белую атласную рубашку с оборками и черные брюки, Вайпер выглядел так, будто направлялся на бал. А его длинные, серебристо-белые волосы, ниспадающие свободным потоком на спину и глаза потрясающего цвета полуночи лишь подчеркивали это впечатление. Если Стикс представлял собой грубую, дикую силу, то Вайпер казался прелестным падшим ангел, но не менее опасным.

Окинув резким взглядом очертания Лас-Вегаса, пылающего вдали, словно драгоценный камень, Вайпер, с кислой миной, встретил взгляд Стикса.

— В следующий раз, когда у тебя появится желание взять меня с собой в поездку, Стикс, без колебаний забудь мой номер.

Стикс выгнул темную бровь.

— А я думал все любят Вегас.

— Поэтому я и согласился на эту небольшую экскурсию. — Вайпер дернул кружевной манжет, умудряясь безупречно выглядеть, несмотря на часы, проведенные в пыльной пещере. — Ты забыл упомянуть, что мы остановимся в проклятом руднике, а не в пентхаусе «Белладжио».

— Мы останавливались в местах и похуже.

— Похуже? — Вайпер указал на гниющие, кое-как сбитые доски, закрывающие вход в пещеру. — Здесь грязно, воняет дерьмом летучих мышей, и на несколько градусов холоднее, чем на поверхности солнца. Я побывал в измерениях Ада, от посещения которых получил больше удовольствия, нежели от пребывания в этой Богом забытой преисподней.

Стикс фыркнул. Уже многие века двое вампиров дружили — огромное достижение, учитывая, что они оба — альфы. Но за последние месяцы их связь лишь окрепла, они стали ближе, так как вынуждены были противостоять все более опасному миру.

Давным-давно Феникс — могущественный дух, охраняемый вампирами, благополучно изгнал из этого измерения и заточил в темницу Темного Властелина или Князя Тьмы, или Господина (как бы его не называли, используя любое из сотен имен, данных ему за века). Но тот не захотел по-хорошему принять своё заключение. Последние несколько месяцев он стал более неутомимо искать способ прорваться сквозь завесу, разделяющую миры. Способ, который позволил бы вернуться не только ему, но и дал бы возможность свободно проходить любым существам, населяющим бесчисленные измерения ада. И всего пару дней назад этот ублюдок почти преуспел.

Он использовал одного из младенцев-близнецов, которых создал как сосуды для своего великого воскресения, и превратился из бесформенного тумана в молодую, человеческую девушку. Это было чертовски жуткое зрелище — вселенское зло в образе симпатичной черлидерши. К счастью, Джелин успела осушить Темного Властелина прежде, чем он смог пройти сквозь завесу, но Стикс понимал, что это лишь временная отсрочка. Не будет мира, пока не уничтожен Темный Властелин. И именно поэтому Стикс сейчас находился посреди пустыни с взбешенным Вайпером, а не в объятьях своей прекрасной возлюбленной.

— С возрастом ты становишься изнеженнее, чем феи росы, — поддел он Вайпера.

— Я стал вождем клана не для того, чтобы, словно какое-то животное, прозябать в грязи.

— Ты безнадёжен.

Вайпер перевел взгляд на далекое зарево огней.

— По крайней мере, ты можешь мне объяснить, почему мы не могли остановиться в одном из сотен отелей всего в нескольких милях отсюда?

Стикс повернулся, чтобы осмотреть пейзаж, который казался пустынным. Не то, чтобы вокруг совсем нечего не было. У его ног по скале ползла ящерица, не обращая внимания на охотящуюся над ее головой сову, а в нескольких футах от него свернулась змея. А чуть дальше койот напал на след зайца. Привычные виды и звуки пустыни. Но Стикса интересовало лишь одно. Он хотел убедиться, что тьма не скрывает никаких северных сюрпризов.

— Предпочитаю не привлекать нежелательное внимание к нашему присутствию в Неваде, — пояснил он. — Чего невозможно добиться с тобой в казино.

— Я лишь хочу теплого душа, чистой одежды и билеты на шоу Донни и Мэри.

— Разве у меня на лбу написано «идиот»? — Стикс повернулся и впился в друга многозначительным взглядом. — В прошлый свой визит в Вегас ты почти разорил «Фламинго», заполучив в итоге запрет на посещение города от главы клана.

Вайпер улыбнулся воспоминаниям.

— Что я мог поделать, если мне сопутствовала удача за игрой в кости? Или с тем, что Рок — педант без чувства юмора?

Отдаленный рев мотора мотоцикла разрезал густой ночной воздух.

— К слову о Роке, — проговорил Стикс.

Пробормотав проклятье, Вайпер встал рядом со Стиксом.

— С ним мы встречаемся?

— Да. — Стикс прищурился. — Обещаешь вести себя должным образом?

— Нет, но обещаю не убивать его, пока он…

— Вайпер.

— Дерьмо. — Вайпер скрестили руки на груди. — Лучше, чтобы это было важная встреча.

— Оставил бы я Дарси, будь иначе? — спросил Стикс, и лишь от одного упоминания имени своей пары в сердце проникла тоска. За последние месяцы прекрасная женщина-вер стала смыслом его существования.

В последний раз взревев турбиной, Рок заглушил двигатель, соскользнул с сиденья и, обогнув мотоцикл, встал перед ними. Из одежды на нём красовались тёмные джинсы, чёрная кожаная куртка и сапоги-мокасины до колен. Хоть ростом он был меньше Стикса, но обладал кожей такого же бронзового оттенка и тёмными волосами, которые слегка касались широких плеч. Худощавые черты лица, высокие скулы, сильно выступающий нос, а также широкий лоб и довольно полные губы говорили о принадлежности к коренным американцам. Но именно глаза Рока привлекали и удерживали внимание. Серебристые, настолько светлые, что почти сливались с белком. Поражающую бледность радужки подчеркивал ободок абсолютно черного цвета. Казалось, эти глаза видели тебя насквозь, заставляя обнажить душу. Не самое приятное ощущение. Особенно для тех, кто не желает обнажать душу. И это касалось… ну в общем-то всех.

— Стикс. — Рок низко поклонился и очень плавно и медленно выпрямился, а затем с удивительной скоростью метнул кинжал, который вонзился в почву у ног Вайпера, почти задев его дорогие кожаные ботинки. — Вайпер.

Зарычав, Вайпер махнул рукой, передвигая землю у ног Рока. Все вампиры могли управлять почвой — необходимый навык, чтобы защититься от солнца или скрыть трупы, но Вайпер был самым искусным. И за мгновение ока Рок оказался погребен до талии.

— Вы закончили играть? — потребовал Стикс, в воздухе ощущалось покалывание его ледяной силы.

Вождь клана Невады выбрался из песка и отряхнул джинсы. Выражение его лица, как всегда, было непроницаемым.

— Пока что.

Вайпер нетерпеливо фыркнул.

— Зачем мы здесь?

Стикс кивнул в сторону Рока.

— У Рока есть что-то, что, по его мнению, мы обязаны увидеть.

— Его коллекцию надувных кукол?

— Господи, хватит. — Стикс предупреждающе обнажил клыки. Он не знал, что произошло в прошлом между двумя вождями кланов, но сейчас его это мало заботило. Времени на эту ерунду не было. — Рок, покажи.

— Сюда.

В полной тишине трое вампиров незаметно двигались во тьме с такой скоростью, что практически были невидимы. Они уже приблизились к линии скал, когда Вайпер нетерпеливо пробормотал:

— Как бы мне не нравилось бегать по безлюдной пустыне, далеко ли нам до конечного пункта?

После этой реплики Рок остановился, указав на грунт перед ними.

— Там.

Вайпер закатил глаза.

— Ты немногословен.

— Намного лучше того, кто не знает, когда заткнуться.

— Согласен, — сухо бросил Стикс, сместившись так, чтобы лучше рассмотреть почву в том месте, куда указал Рок. На осознание того, что линии, начерченные на сухой грязи, не просто чьи-то каракули ушло долгое время. — Вот… дерьмо.

— Какого черта? — Вайпер запрокинул голову, уловив в воздухе какой-то запах. — Я чувствую чистокровного Вера.

— Кассандра, — произнес Стикс, без труда различив запах близнеца своей пары, которую недавно признали сильной пророчицей.

— И Кейн, — добавил Вайпер. — Что они забыли посреди пустыни Мохаве?

Чертовски хороший вопрос. Стикс уже несколько недель не мог отыскать эту парочку чистокровных Веров, хоть и делал всё возможное, чтобы определить их местонахождение. Исчезновение Кассандры и Кейна можно было назвать поистине невероятным подвигом, учитывая, что в распоряжении Стикса находились лучшие ищейки в мире. Конечно, если слухи не врали, то эти двое были уже за пределами его досягаемости. Но это совсем не объясняло того, как Кассандру смогли похитить или как освободить её от нового заключения.

— Меня больше беспокоит то, что они оставили после себя, — признался он, обходя вокруг начертанных символов.

Вайпер нахмурился.

— Глифы?

Стикс покачал головой.

— Больше похоже на иероглифы.

— Пророчество, — со спокойной уверенностью произнес Рок

Стикс повернулся к вождю клана и изучающе посмотрел на него.

— Можешь расшифровать?

— Да, это предупреждение.

Вайпер продолжал хмуриться.

— Ты провидец?

Рок отрицательно покачал головой, не сводя пристального взгляда с линий на земле.

— Существует лишь один провидец. Но меня родила колдунья, научившая читать знаки, которые оставили нам предки.

Конечно. До Стикса тотчас дошло, почему он стоял посреди пустыни.

— Теперь мы знаем, почему Кассандра решила путешествовать по Неваде, — саркастически заметил он.

— Почему? — потребовал Вайпер

Стикс ткнул пальцем в Рока.

— Потому что только здесь могли бы понять ее послание.

Вайпер фыркнул.

— Она могла бы просто написать нам сообщение и избавить от этой поездки.

Стикс пристально наблюдал за Роком. Невозможно было узнать отношение вампира к тому, что его втягивают в битву с Тёмным властелином. Но, с другой стороны, Рок, без сомнения, понимал, что выбора как такового не существовало. Стикс не был главой чертового демократического общества. Он правил своими подчинёнными с помощью сообразительности и, при необходимости, грубой силы.

— Как ты это обнаружил?

— Две ночи назад один из дворняг нашел надписи, — быстро ответил Рок. — В округе нет стай, так что он пришел прямиком ко мне.

— Скольким он еще рассказал?

Рок понимал беспокойство Стикса.

— Никому, но пророчество было написано недели две-три назад. — Он скривился. — Невозможно даже предположить, сколько еще людей видели надписи.

Жаль, но уже ничего не поделаешь, про себя признал Стикс.

— Кто-нибудь еще мог расшифровать их?

Рок помедлил, но отрицательно мотнул головой.

— Сомневаюсь.

Вайпер присел на корточки и хмуро изучал надпись на земле.

— Что здесь написано?

Рок подошел ближе, стараясь не наступать на надпись, и указал на странный иероглиф ближний к ним.

— Это символ Альфы и Омеги.

Стикс застыл, услышав знакомые слова.

— Дети, — пробормотал он, говоря о близнецах, которых нашла джинн-полукровка Лейла. Она не знала, что эти дети упомянуты в пророчестве. Или что их создал Темный Властелин, чтобы при помощи них возродится. — Что о них говорится?

Рок повторил очертания символа в воздухе.

— Здесь они соединены.

Стикс кивнул. Когда Лейла нашла детей, они были окутаны одним заклинанием покоя, и она подумала, что там лишь один ребенок.

— Да.

— А затем их разделяют. — Рок указал на второй иероглиф. — Омега потерян в тумане.

Вайпер тихо выругался. Стикс не винил его за это. Они изо всех сил пытались защитить детей, но Лейле и Тейну удалось спасти мальчика, которого назвали Малухия, а девочку забрал за завесу Теный Властелин, чтобы попытаться вернуться в этот мир. Стикс перевел внимание на последний символ.

— Что он значит?

— Дети воссоединились.

Зашипев в неверии, Стикс встретился со взглядом бледно-серебристых глаз Рока, которые сейчас казались более зловещими, чем обычно.

— Воссоединились?

— Альфа и Омега должны быть разделены и воссоединиться через туман, — пробормотал глава клана Невады, цитируя пророчество сильвермистов.

— Малухия, — выдохнул Вайпер, с хмурым видом. — Кассандра предупредила нас, что ребенок в опасности.

— Дерьмо, — Стикс вытащил из кармана телефон и чувство неистовой безотлагательности, которое испытывал вампир, сразу сошло на нет, когда он понял, что находился вне зоны действия сети. Ему нужно было вернуться к цивилизации и немедленно. Схватив испуганного Рока за предплечье, Стикс с невероятной скоростью помчался через пустыню. — Ты идёшь с нами.

***

Тремя неделями ранее

Лас-Вегас

«Форум Шоп» в «Цезар Пэлас» — сказочное место для любой женщины, не говоря уже о той, которая провела последние тридцать лет в изоляции от мира. Расписные потолки напоминали синие небеса, а под ними простирались ряды первоклассных бутиков, которые петляли вокруг фонтанов, предназначенных для того, чтобы напоминать покупателям о временах древнего Рима. Стеклянные витрины были заполнены всякого рода искушениями, от которых у женщин текли слюнки.

С ироничной улыбкой, Кейн встал позади своей ошарашенной спутницы, обнял ее за талию и прижал к своей груди. Он с сожалением признал, что ему остается лишь мечтать, чтобы Касси смотрела на него с той же мечтательностью и страстным желанием. Или нет, поправился он быстро, когда его тело напряглось от знакомого, первобытного желания.

После того, как нашел Касси в пещере Повелителя демонов недели назад, Кейн лез из кожи вон, чтобы сыграть роль рыцаря в сияющих доспехах. Хоть Касси и обладала врожденной силой чистокровного Вера, она не могла перекидываться, поскольку её изменили ещё в утробе матери. Кроме того, из-за невинности, её уязвимость увеличивалась вдвойне. А если добавить ко всему тот факт, что она — первая, рождённая за много веков, истинная пророчица, за которой в настоящее время охотится каждый демон, верный Темному Властелину, то можно с уверенностью сказать, что Касси — ходячее бедствие. Ей позарез нужен защитник. И так как Кейн — в прошлом безродная дворняга, умер и возродился чистокровным Вером в ее руках, он решил, что защита Касси — причина, по которой богини судьбы вернули его в этот мир вместо того, чтобы оставить гнить в заслуженным аду. К несчастью, его чудесное воскрешение не включало святость, и он по-прежнему оставался полностью функционирующим мужчиной с присущими слабостями. Включая неистовое желание к крошечной женщине, в данный момент находящейся в его объятьях.

Как всегда, абсолютно не ведая о его муках, Касси изумленно выдохнула.

— О-о-ох…

— Касси, — наклонившись, прошептал ей прямо в ухо Кейн. — Касси, послушай меня.

Она повернула голову и встретила взгляд его прищуренных глаз. В этот момент Кейн забыл, как дышать. Черт подери, она прекрасна. Её светлые волосы, скорее серебристые, нежели золотые, были затянуты в хвост, достающий ей до талии. Гладкая, шелковистая, идеальная кожа напоминала алебастр. А глаза были удивительного зеленого оттенка — цвета весенней травы, покрытой золотыми каплями. Лицо в форме сердца и утонченные черты придавали ей особенно хрупкий вид, а стройная фигурка только подчёркивала это впечатление. Конечно, под джинсами и обыкновенным свитером скрывалось крепкое тело, как у любого чистокровного вера.

— Что? — спросила она, когда он просто продолжил таращиться на нее, восхищенно любуясь.

Он глубоко вздохнул, втягивая теплый аромат лаванды, исходящий от кожи Касси.

— Ты говорила, что хочешь одежду, не отличающую тебя от остальных.

Она освободилась от его объятий и кинулась к ближайшей витрине, прижавшись лицом к стеклу.

— М-м-м-м.

Кейн возвел глаза к небу.

— Я знал, это было ошибкой.

— Но их так много, — проговорила она, когда он встал позади нее. — Как выбрать?

— Мы зайдем в магазин, выберем вещи, какие тебе понравятся и ты примеришь их…

— Ладно.

Не дожидаясь, когда он закончит, Касси ринулась в открытую дверь. Кейн было поспешил за ней, но полногрудая, темноволосая, кареглазая нимфа выбрала самый неудобный момент, чтобы изобразить, будто споткнулась и упала в его объятья. Кейн инстинктивно схватил ее за плечи, раздраженно прищурив сапфировые глаза. Когда-то были времена, когда ему нравились женщины, вешающиеся ему на шею. Даже при том, что он — дворняга, короткие светлые волосы, которые падали на лоб, и симпатичная внешность загорелого серфера гарантировали ему львиную долю цыпочек. Да и тело, с точеными мышцами под джинсами с низкой посадкой и майкой, совсем не мешало. И, о да, он заработал непристойное состояние, поставив на поток изготовление рецептурных лекарств в собственной лаборатории.

Сейчас же, Кейну потребовалась вся сила воли, чтобы вежливо отодвинуть проклятую нимфу и не кинуть ее в ряд манекенов, демонстрирующих дизайнерские купальники последнего сезона.

— Мы не встречались… — начала она, но Кейн не стал слушать и прошел мимо, направляясь прямиком к крошечной блондинке, которая присматривала белый в черный горошек сарафан.

— Касси.

Он едва успел подойти, когда она схватила края толстовки и начала снимать ее через голову.

— Хочу его примерить.

— Срань Господня. — Кейн схватил ее за руки, опуская на положенное место толстовку. — Погоди.

Она нахмурилась, ничего не понимая.

— Но ты сказал…

— Я знаю, что я сказал, — пробормотал Кейн. Когда он научит ее не воспринимать буквально каждое слово?

— Я что-то делаю не так?

— Никогда. — Он провел пальцем по ее бледной щеке. Христос, она — невероятно невинна. — Почему бы тебе не показать, что понравилось, и я выберу нужный размер?

— Ты можешь так сделать, просто посмотрев на меня?

Он изогнул губы в сдержанной улыбке.

— Это дар.

— Хорошо отпрактикованный дар?

Он замолчал, удивленно на нее посмотрев. Несмотря на то, что они были неразлучны последние несколько недель, Касси, казалось, редко осознавала его присутствие, не говоря уже о том, что он — мужчина в полном расцвете сил. Кейн не принимал это на свой счет, Касси терзали видения будущего, и она часто не замечала окружающей мир.

— Тебе и вправду интересно? — прохрипел он.

Она улыбнулась, от чего на щеках появились ямочки.

— Наверно.

Он подавил рычание — его тело вновь напряглось и заныло. Прежде чем все закончится, он сойдет с ума и Кассандре придётся иметь дело с помешанным.

— Лучше, чем ничего. — Он махнул находящейся поблизости продавщице, указывая, что хочет один из этих сарафанов, а потом направил Касси к шортам цвета хаки и милым топам. — А теперь, давай выберем несколько практичных нарядов, прежде чем двинемся дальше.

Через час у них была куча практичных вещей и чеки, от которых большинство мужчин содрогнулось бы от ужаса. Кейн, однако, едва поморщился, взял пакеты и направился в сторону выхода. Они покинули Миссури после того, как Касси получила предупреждение для Лейлы, взяв лишь самое необходимое. Сегодня, Кейн собирался насладиться горячим душем, чистой одеждой, хорошей пищей и мягкой постелью. Именно в таком порядке.

Они молча шли по широкому проходу, изредка останавливаясь, чтобы Касси могла поглазеть на витрины. Сегодня, Кейн решил позволить ей вести себя, как обычной женщине. Слишком редко она могла отбросить свое бремя видений. И пока он не заметит таящуюся угрозу…

Его мысленный поток оборвался лишь от одного взгляда на кружево, тесьму и женственное искушение, заполнившие витрину магазина перед ним. Инстинкт заставил втолкнуть Касси в дверь эксклюзивного магазина с убаюкивающей атмосферой.

— Что ты делаешь? — в замешательстве спросила Касси.

— Мы покупаем тебе вещи, сейчас мой черед, — сказал он, подходя к прилавку, на котором лежала куча шелковых ультра-коротких сорочек и подходящие к ним стринги. Вот… черт.

Касси с озадаченным выражением лица остановилась рядом с ним.

— Это?

— Точно. — Бросив пакеты, Кейн взял алую ночную рубашку и поднял ее, чтобы Касси рассмотрела. — Что скажешь?

— Крошечное. — На щеках появился намек на ямочки. — Думаю, тебе будет мало.

От яркого образа Касси в этом кружеве, лежащей на его кровати с такой полу-улыбкой, по телу Кейна пронесся поток жара.

— Мы возьмем по одной каждого цвета, — прокряхтел он продавщице.

— Они не практичны, — начала протестовать Касси.

— Меньше всего тебе стоит заботиться о практичности, когда надеваешь красивое нижнее белье.

Ожидая аргументов «против», Кейн весьма удивился, когда Касси провела пальцем по переливающейся материи.

— Думаю, в них будет удобно спать.

Спать? Фантазии Кейна резко лопнули, вернув его в реальность… В реальность, в которой Касси спала, как младенец в одной кровати, пока он вертелся и изнывал в другой. Он серьезно хотел добавить скудный лоскут кружева, чтобы приумножить свои мучения?

— Одному из нас, — с сухой иронией заметил он.

Как и ожидалось, Касси не представляла, почему Кейн вдруг начал сомневаться в своей адекватности.

— Что?

Он направился к скрытой в задней части магазина кассе, на ходу доставая из кармана бумажник.

— Я — идиот.

 

Глава 2

Касси бродила по казино и наблюдала за людьми, которые стояли, словно загипнотизированные сверкающими огнями и вращающимися барабанами игровых автоматов. Воздух был переполнен их смешанными эмоциями — надеждой, редкими всплесками радости и более частым отчаянием. Она была очарована, хоть и немного огорчена их неистовыми попытками получить…хоть что-нибудь. Деньги? Секс? Счастье? Без задней мысли Касси схватила Кейна за руку, желая сохранить чувство безопасности, которое он ей внушал. Мужчина сжал её пальцы и притянул ближе к своему крепкому телу, когда кучка пьяных гуляк, спотыкаясь, прошла мимо.

— Как бы я не любил цивилизацию, мне всё же интересно, что мы здесь делаем? — пробормотал он. Аромат мыла и шампуня после недавно принятого душа никак не мог скрыть замечательный, тёплый запах его волка. По причинам, которые Касси никак не могла понять, волна возбуждения прокатилась её телом, оставляя покалывания на коже и вызывая желание сбросить с себя новый сарафан и потереться о мужчину рядом, но, конечно же, не поддалась порыву. Она медленно узнавала, что существовало множество глупых правил и норм поведения, коим стоило следовать в окружении смертных. И, скорее всего, обнажение на людях было первым в списке. Вместо этого, Кассандра, тяжело вздохнув, вернулась мыслями к заданному вопросу.

— Скажу, когда узнаю.

— Чертовски неопределённый ответ.

Девушка лишь пожала плечами.

— Какой уж есть.

— Это не значит, что он должен мне нравиться, — пробормотал Кейн скривившись.

— Нет, не значит.

Внезапно она остановилась и, развернувшись, увидела жалобное выражение его лица. Кассандра знала: не взирая на постоянные посторонние мысли, что затуманивали её разум, она не всегда как следует ценила этого мужчину. Кто еще стал бы спасать её от судьбы хуже смерти? А потом остался бы с ней рядом, пока она бродила от одного, выбранного наугад места до другого, подталкиваемая видениями, которые поглощали её и доводили до забвения. Никто — шептал голос на задворках её сознания. Никто кроме Кейна.

Обеспокоенно нахмурившись, Кейн дотронулся ладонью до щеки Кассандры. Это тёплое прикосновение было единственным якорем, удерживающим её связь с внешним миром.

— Касси? — позвал Кейн.

— Прости, — внезапно сказала она, пробежавшись взглядом по его правильных, точёных чертах лица. Он и вправду был красивым мужчиной. Его светлые волосы, освещённые ярким светом, сияли словно золото, а глаза напоминали сверкающие сапфиры. Не удивительно, что Кассси могла уловить аромат вожделения, исходящий от многих женщин, которые так и пожирали его голодными взглядами. — Я не была честна с тобой.

Кейн прикоснулся пальцем к её губам и покачал головой.

— Не стоит.

Она схватила Кейна за запястье, отводя его руку от своего лица. Касси должна была всё рассказать прямо сейчас. Кто знает, как долго продлится её краткое прояснение.

— Я…теряюсь в своих видениях. И я никогда по-настоящему не останавливалась и не задумывалась — чем ты пожертвовал, чтобы обеспечить мне безопасность. — Она рассеяно гладила пальцами кожу на внутренней части его запястья и почувствовала, как от её прикосновений у Кейна участился пульс. — Без тебя…

Его глаза потемнели от жара, который Касси почувствовала до кончиков пальцев.

— Это было необязательно, — прорычал он.

Где-то вдали Кассандра слышала звон аппаратов и оглушающий гул сотен разговоров, но прямо сейчас всё её внимание занимал только лишь мужчина, стоящий напротив, и уверенный взгляд сапфировых глаз, в которых любая женщина могла утонуть.

— Нет, позволь мне высказаться, — умоляла она.

Кейн поджал губы, но он был умнее обычного Вера и знал, что лучше не пробовать останавливать решительно настроенную женщину.

— Ладно.

— Сколько себя помню, я была пленницей, — Касси задрожала, борясь с мрачными воспоминаниями прошлых тридцати лет. — Меня удерживал взаперти не только Повелитель демонов, но и осознание того, что в одиночку мне никогда не выжить.

Кейн не стал спорить. Они оба знали, что без него она бы и дня не продержалась.

— Об этом тебе никогда не придётся беспокоиться, — хрипло пообещал он.

Кассандра подошла ближе. Обжигающая сила волка Кейна взывала к её первобытным инстинктам. Не смотря на то, что она не могла изменяться, зверь метался внутри нее, наслаждаясь восхитительным запахом мужчины, который смог заполучить её доверие. А ведь всего несколько недель она считала такое невозможным.

— Если бы не ты, я бы всё ещё была в той пещере.

— Не делай из меня героя, Касси, — ответил он нахмурившись. — Мы оба знаем, что изначально я был главным злодеем.

Её губы стали подёргиваться. Хоть Касси и не была опытной в таких делах, но понимала, что Кейн гораздо уютнее себя чувствует в образе плохого парня. И судя из его признаний — он заслужил такую репутацию. Но для неё он навсегда останется героем.

— Будь ты злодеем, ты не был бы здесь со мной, — тихо заметила она.

Он фыркнул, вновь пробежавшись опаляющим взглядом по ее изгибам, идеально подчеркнутых платьем.

— Ты в зеркало смотрелась? — спросил он. — Нет ни одного нормального мужчины, который бы отказался жить с тобой в одном номере.

Она проигнорировала нелепые слова Кейна и, склонив голову, с любопытством стала его рассматривать.

— Почему ты остался?

— Я только что назвал причину.

Касси, раздраженная этим легкомыслием, сильнее сжала его запястье.

— Я не знаю мира, Кейн, но не глупа.

Он выгнул золотистые брови.

— Я никогда таковой тебя и не считал.

— Я вижу, как на тебя смотрят женщины.

— Правда? — Что-то порочное и хищное мелькнуло в его глазах. — И как же?

Касси перевела взгляд на группку женщин, которые притворялись, что следят за рулеткой, а сами тайком кидали в направлении Кейна жаждущие взгляды. Без всякой причины, у нее возникло желание оскалиться на них. Или может вырвать у них несколько прядей обесцвеченных волос.

— Они с удовольствием предложили бы тебе свои тела, — произнесла Касси с ноткой в голосе, которая раньше отсутствовала — Если тебе нужен лишь секс, мог бы найти более доступную партнершу в кровать, я уже не говорю об опыте.

Кейн медленно растянул губы в ехидной улыбке, обнимая Касси за талию и крепче прижимая к себе.

— В мире есть секс и есть то, что произойдет между нами.

Она затрепетала, в животе разлился жар удовольствия.

— И что же именно? — выдавила она охрипшим голосом.

Кейн опустил взгляд на ее губы, а в воздухе стал преобладать запах его волка.

— Магия.

Зачарованная ощущениями, переполняющими тело, Касси задрала голову, чтобы взглянуть в его красивое лицо.

— Ты все еще не сказал, почему остаешься.

На какое-то мгновение ей показалось, что Кейн не ответит. А затем он, запутав пальцы в ее волосах, тихо выдохнул:

— Можно сказать, что я пытаюсь уравновесить чаши весов.

— Чаши весов?

Он расчесывал ее волосы пальцами с отстраненным выражением лица, словно впал в транс от гладкости шелковых прядей.

— По вине моего раздутого эго Веры были почти уничтожены, — ответил он, явно сожалея о том времени, когда помогал Бриггсу — обезумевшему перевертышу, который вместе с Повелителем демонов держал Касси в плену. — По-моему, справедливо чем-то пожертвовать ради того, чтобы уберечь их самое дорогое сокровище.

Касси замерла, почувствовав нелепую обиду от его тихих слов.

— Так я — моральный долг?

Кейн опустил голову, спрятав лицо у изгиба её шеи, и втянул аромат кожи.

— Так я твержу себе, чтобы спать по ночам.

Положив руки Кейну на грудь, Касси наклонила голову так, чтобы ему было легче добраться до уязвимой точки ее шеи. Это Кейн, и ему она безоговорочно доверяла.

— Не уверена, что понимаю, что это значит, — выдохнула она.

От молчаливого знака отступления, Кейн замер, впившись пальцами в ее бедро, а затем резко отстранился с румянцем на щеках.

— Я тоже, и пусть так и будет, — пробормотал Кейн, затем развернулся и пошел напрямик по безвкусному напольному покрытию казино.

— Кейн? — Касси поспешила за ним, не понимая, что сделала не так. — В чем дело?

— Ужин. — Он не замедлил шаг, направляясь к ближайшему столику.

— Ты голоден?

— Господи, ты даже не представляешь насколько.

***

Логово Гаюса на болотах Луизианны

Истинные бессмертные были существами из легенд. Несколько веков назад клан вампиров решил отделиться от мира смертных. При помощи медальона Нефри, обладающего огромной силой, они прошли сквозь завесу в другое измерение, где смогли отгородиться от недостатков, которые влияли на менее цивилизованных сородичей. За завесой не существовало голода, похоти, и не нужно было спать. Свои ночи они посвящали бесконечному изучению библиотек или же занимались садоводством, выращивая растения, несмотря на недостаток солнечного света. А дни — медитации.

Но ходили слухи, из-за которых Истинных бессмертных опасались. Поговаривали, что они сохранили древние силы, утерянные вампирами этого мира. Большинство сплетен оказывались преувеличением, но оставались еще несколько забытых способностей, которым можно было обучиться.

Именно поэтому Гаюс и подал прошение с просьбой пересечь завесу после смерти пары. Хотя большинство предполагало, что он надеется обрести мир в другом измерении. Будто бы медитация и цветоводство могли облегчить боль от утраты его возлюбленной Дары. Бестолковые ублюдки.

Вампиры из конкурирующего клана сожгли пару Гаюса на костре и заставили за этим наблюдать. Он бы вышел прямо под солнечные лучи, если бы не Темный Властелин. Пока Дара горела, рядом с Гаюсом возникло могущественное божество в облике неясного тумана. И в обмен на совсем незначительную плату — душу Гаюса — пообещало вернуть его возлюбленную с того света. Гаюс без колебаний принял решение. Возвращение пары? Да, черт побери, ради этого он дюжину раз продаст душу. И об этом решении он ни разу не пожалел, даже несмотря на долгие годы затворничества по ту сторону завесы.

Повинуясь новому властелину, Гаюс старался не привлекать к себе лишнего внимания, пока овладевал умением менять облик и учился использовать медальон, который нашел под фонтаном для туманных переходов. Именно последний навык позволил ему сбежать никем не замеченным, пересечь завесу и вернуться в мир, покинутый им много лет назад.

Слегка дезориентированный неожиданным путешествием, Гаюс прислонился к ближайшему кипарисовому дереву, пытаясь вернуть равновесие. Он чувствовал… Да, вот оно. Почувствовал все, что успел позабыть, пока был в другом измерении. Вес простенькой мантии, скрывающей его худощавое тело. И летний ветерок, развевающий тёмные пряди волос, которые коротко стриг и зачесывал назад. Удивился прохладности кожи, когда прикоснулся к щеке рукой, а затем провёл пальцами по орлиному носу, на котором остался отпечаток надменности ещё со времён, проведённых в роли римского генерала. Гаюс смутно припоминал, что большинство существ считало его привлекательным, но его чёрные глаза оставались все такими же пустыми и безжизненными, как и в тот день, когда он смотрел на гибель Дары.

А затем обрушились менее желанные ощущения. Гайус прикоснулся пальцами к пульсирующим, от доносившегося запаха человеческой крови, клыкам. Голод. И хотел он не только крови. Гаюс со злостью осознал, что его тело напряглось от почти позабытого вожделения. Отбросив прочь неуместные мысли, он обратил хмурый взгляд на дом, одиноко стоящий на окраине болота Луизианны, опорой которому служили кирпичные сваи — большое строение белого цвета с черными ставнями и застеклённой верандой вокруг дома. Передний двор заполняли огромные деревья, с которых свисал Испанский мох.

Он отлично скрывал дом, и его невозможно было увидеть с узкой тропинки, ведущей в небольшой городок. Идеальное место для вампира, желающего скрыться. Именно поэтому Темный Властелин послал его сюда дожидаться следующих приказаний.

Игнорируя влажный, жаркий воздух и мельтешащую мошкару, Гайус прошел через передние ворота и поднялся по широким ступеням крыльца. Оказавшись на веранде, он с облегчением обнаружил потолочный вентилятор, создающий столь необходимый ветерок. Хоть он и оставался по ту сторону завесы, всё же знал об изменениях в мире, и спустя века сосредоточенного обучения, проведённых в спартанских условиях жизни, хотел насладиться всеми преимуществами логова с современными технологиями. Включая электричество и горячий душ. А еще уединением. Прищурившись, он запоздало осознал, что из дома доносился запах человека, который приближался.

Гайус отчитал себя за небрежность, доставая скрытый в сатиновых складках мантии, пугио — небольшой римский кинжал. Бесшумно и быстро двигаясь, вампир открыл дверь и вошел в затененную гостиную.

— Кто здесь? — прорычал он, осматривая бамбуковые стулья и кресла, стоящие то тут, то там на деревянном полу. Последовал слабый шорох, затем загорелись лампочки, вмонтированные в высокий потолок с открытыми балками, и в комнату вошла молодая женщина.

— Я.

Гаюс убрал кинжал. Если он решит убить человека, то сделает это, выпив её сладкую манящую кровь.

— Поточнее, — приказал он жестким официальным тоном, что просочился в его речь, когда гнев взял вверх над месяцами секретных тренировок, проведённых, чтобы смешаться с коренным населением.

— Салли Грейс.

Вампир прищуренными глазами осматривал незваную гостью. Она могла бы выглядеть по-ребячески милой с темными волосами, заплетенными в две косички, обрамляющие ее бледное, прелестное личико. Но ее карие глаза были сильно накрашены, а на полные губы нанесен отвратительный черный оттенок. На нижней губе красовалось золотое колечко, еще одно было на брови, а на ухе около десятка таких же. Но её странная одежда была ещё хуже. Корсет алого цвета едва прикрывал небольшую грудь, а крохотная кожаная юбка облепляла бёдра. Еще леггинсы и сапоги на высоком каблуке, которые лишь сильнее подчеркивали стройность её фигуры. У девушки явно не было мужчины, который бы запретил демонстрировать столько открытой кожи.

— Почему ты в моем доме?

Она прислонилась плечом к дверному косяку, при этом выглядя очень спокойно.

— Наш господин отправил меня убедиться, что у тебя есть все необходимое для возвращения.

Так её послал Темный Властелин. Не то что бы это сделало её присутствие более приятным.

— Ты домработница?

— Домработница? — Женщина выпрямилась и возмущенно уперла руки в бедра. — Я похожа на чертову домработницу?

От её визгливого голоса Гаюс сжал челюсти.

— Не выводи меня из себя, женщина.

Она вздернула подбородок.

— Так уж случилось, что я — могущественная ведьма. Ученица Темного Властелина, к которой он больше всех благосклонен…

— Ведьма. — Его сила пронеслась по воздуху, откидывая женщину к стене столовой. Вампир двинулся вперед, оскалив клыки и готовясь покончить с сучкой. Именно ведьма лишила его силы, пока горела его пара. — Ненавижу ведьм.

Он подошел к ней, схватил за горло и начал сжимать пальцы. Ни за что в жизни он не осквернит свой язык ее мерзкой кровью. Намереваясь удушить ведьму, Гаюс не был готов к тому, что в ее темных глазах внезапно вспыхнет багровое пламя.

— Прекрати, — приказала она низким голосом, в котором было столько силы, что Гаюс в изумлении остановился. Уставившись на отрешенное выражение её лица, он ощутил холодок предостережения, пробежавший по спине.

— Что произошло с твоими глазами?

Салли открыла рот, но заговорила не своим голосом.

— Гаюс.

Он нахмурился, осознав, что сила в воздухе никак не связана с ведьмой, а со странным существом, вселившимся в ее тело.

— Кто ты?

— Мой любимый сын, это я — твой господин.

Гайус прищурился, продолжая сдавливать пальцами шею Салли.

— Это какой-то фокус?

— Нет, — заверил его глубокий голос. — Салли — проводник.

— Проводник?

— Через нее я могу напрямую общаться со своими прислужниками.

Это должно его убедить? Гайус скривился. То, что Темный Властелин шептал ему прямо в голову во время медитаций, уже было достаточно скверно. Но, услышав его голос, слетающий с губ ведьмы, он… как теперь говорят? Чуть в штаны не наложил от страха? Да, именно так. Испугался до полусмерти. Но он не собирался демонстрировать слабость. Темный Властелин — безжалостный ублюдок, который уничтожит Гаюса в ту же секунду, как только поймет, что больше не может его использовать.

— Мне не нравится магия, — проскрежетал он.

Черные губы скривились в насмешливой ухмылке.

— Тогда давай поторопимся.

— Хорошо. — Нехотя ослабив хватку на шее ведьмы, Гаюс спрятал трясущиеся руки в складках мантии. — Я пришел сюда, как ты и хотел.

— Ты научился тому, чему я просил?

Гаюс кивнул.

— Да, я могу поменять облик, но лишь ненадолго.

— А еще?

— При помощи медальона, что ты спрятал в том измерении, я могу проходить через завесу.

— Хорошо. — Багровый огонь продолжал мерцать в темных глазах женщины. — Медальон поможет проникнуть тебе в туман, в котором я пленен.

— Это ты для меня уготовил? — потребовал ответа Гаюс, надеясь, что скрыл под вкрадчивым голосом отвращение. Он готов был сделать что угодно ради возвращения своей дорогой Дары, но одна мысль о том, чтобы присоединиться к Темному Властелину в адском измерении любого бы заставила содрогнуться.

— Пока нет. Я кое-что поручу тебе до того, как ты присоединишься ко мне.

Гайус поклонился.

— Я весь в твоем распоряжении.

— Да, именно так, — промурлыкал он мрачным голосом.

Вампир пропустил насмешку мимо ушей.

— Что я должен сделать?

— Обнаружена пророчица.

У Гаюса от удивления глаза на лоб полезли. Конечно, до него доходили слухи, но он не верил. Прошли столетия со времен, когда последний пророк ходил по земле.

— Рожденная пророчица?

— Приведите ее ко мне, — приказал Темный Властелин. — Живой.

— Конечно. Она человек?

— Вер.

Гаюс продумывал план действий. Хотя он и не помнил свою жизнь в качестве римского полководца, но его редкостный талант к разработке стратегии сохранился. И, к сожалению, именно из-за этого на его клан напали… Нет. Он выдернул себя из болезненных воспоминаний, поскольку больше не мог в них погружаться. Вина — и неважно насколько заслуженная — могла стать непозволительным отвлечением.

— Из-за этого пророчицу будет немного сложнее поймать, но я постараюсь доставить ее с минимальным уроном.

— Ее защищает мужчина-вер, — продолжил Темный Властелин. — Его я тоже хочу.

— Зачем? — Как только вопрос сорвался с губ, Гайус осознал совершенную ошибку. И тут же голову пронзила мучительная агония, заставляя вампира упасть на колени.

— Ты не должен задавать вопросы.

— Да, Господин.

— Я предоставлю тебе необходимого напарника.

Напарника? Это последнее, чего он хотел, или в чём нуждался.

— В этом нет необходимости… — Еще раз агония завладела его разумом, ненадолго ослепляя. — Боги.

— Гаюс. — Ведьма резко направилась к нему, чтобы погладить его по раскалывающейся от боли голове, на её лице всё ещё отсутствовали какие-либо эмоции, а глаза зловеще сияли. — Не заставляй меня жалеть о выборе слуги для этого задания.

Заставив себя встать, Гаюс натянуто улыбнулся.

— Господин, у тебя не будет причин для сожалений.

Последовало долгое молчание. Будто Темный Властелин взвешивал, что же для него важнее: поймать провидицу или получить удовольствие от убийства Гаюса. Наконец, ведьма кивнула.

— Салли поедет с тобой, и будет служить моими глазами и ушами…

Гайус был гордым, упрямым и одержимым смертью своей пары. Но не глупцом.

В этот раз он без колебаний кивнул.

— Хорошо.

— К вам присоединяться еще двое.

Вампир вновь поспешно кивнул. Он заставит своих… напарников ясно понять, кто тут главный, пусть только приедут.

— Где мы найдем пророчицу? — спросил Гаюс.

Багровый свет ярче вспыхнул в глазах ведьмы.

— Если бы я знал ее местонахождение, то не нуждался бы в тебе.

Логичный ответ.

***

Лас-Вегас

После поглощения целой кучи еды, которой можно было накормить армию — или одного голодного Вера — Кейн повел Касси обратно через казино. Он инстинктивно замедлился, подстраиваясь под шаг спутницы, пока девушка изучала пьяную толпу, направляющуюся мимо мигающих аппаратов к сцене на задворках широкого зала, где пела кавер-группа.

У Кейна возникло желание поскорее убраться подальше от вспышек света, громкого звука и эмоций, обрушивающихся на его органы чувств. Из-за превращения в чистокровного, он стал гипер-чувствителен даже к самым слабым раздражителям, а застрять посредине Вегаса для него было сродни подвергать органы чувств пескоструйной чистке. Что еще хуже, самые примитивные инстинкты накалялись до предела из-за всех этих мужиков, бросающих на Касси похотливые взгляды. Тем более Кейн не был мазохистом. С каждой ночью ему ставало все труднее изображать из себя защитника. Провести лишнее время наедине с ней в гостиничном номере… плохая задумка. Особенно с учетом последней бомбы, сброшенной недавно на него.

Украдкой изучая идеальный профиль Касси, Кейн, словно собственник, обнимал ее за талию и вел к переднему выходу. Может если они окажутся на улице, у него получится сбросить пелену с разума и вернуть мысли в нужное русло, чтобы сохранить женщину в безопасности. Только об этом он должен думать. Погрузившись в мысли о том, что не существует демона, который не пошел бы на убийство ради захвата пророчицы, Кейн был застигнут врасплох, когда Касси резко остановилась и уставилась на него с озадаченным выражением лица.

— Я что-то не так сделала?

Кейн сдвинул брови от неожиданного вопроса.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты продолжаешь пялиться на меня.

— И не только я, — пробормотал он, оскаливаясь на компанию одетых в футболки-поло и брюки-хаки мужчин, которые остановились, чтобы поглазеть на подчёркнутые сарафаном изгибы стройного тела Касси. — Тебе нужно больше одежды.

— Не надо переводить тему. Скажи в чем дело.

Кейн тяжело вздохнул. На этот раз в глазах цвета изумруда была поразительная ясность. В этот момент, Кейну пришлось удрученно признать: у него возникло желание, чтобы она перестала его замечать. Типичное поведение женщины.

— В твоих недавних словах, — признался он.

Она поморщилась.

— Прости, но я до сих пор не знаю, откуда это ощущение необходимости прийти сюда, — бросила она, неправильно истолковав его признание. — Думаю, что в итоге я всё пойму.

Кейн отрицательно мотнул головой.

— Не эти слова.

— Тогда какие?

— О тебе…

— Кейн? — подтолкнула она.

Вот же черт. Он должен узнать. Это изводило его последние два часа.

— О том, что ты не такая опытная, как другие женщины.

— Ох. — Касси склонила голову на бок. — Ты хочешь спросить, занималась ли я сексом?

С приглушенным бормотанием, Кейн затащил Касси в неглубокую нишу в стене.

— Ш-ш-ш-ш.

— Почему? — Она махнула на снующую туда-сюда толпу. — Они все говорят о сексе. Много говорят.

Кейн подавил стон. Тело мгновенно отреагировало с предсказуемым энтузиазмом.

— Ты так и не ответила на мой вопрос.

Касси внезапно подняла руку и провела кончиками пальцев по его подбородку.

— Не нужно быть пророком, чтобы понять: женщина, которую держали то в одной тюрьме, то в другой не может обладать большим опытом с мужчинами, — тихо проговорила она. — Конечно, кое-какой есть, но совсем не того рода, которым будет наслаждаться нормальная женщина.

Не отводя взгляда, Кейн прижал ее ладонь к своей щеке.

— Бриггс? — спросил он, вспоминая безумного Вера, помогавшего удерживать Касси.

— Что Бриггс?

— Бриггс… — Кейну даже трудно было произнести это вслух, — никогда не принуждал тебя?

— Конечно, нет. — Она изогнула губы в загадочной улыбке. — Он до смерти боялся меня.

Кейн судорожно выдохнул от облегчения, что ей не вредили, хотя и так подозревал об этом. Невинность в ее глазах говорила о большем, нежели просто об отсутствии опыта пребывания в мире людей.

— Так ты…

— Девственница.

 

Глава 3

Кейн вздрогнул. Вот… Она сказала его. Слово на буку «Д».

— Девственница, — пробормотал он.

Кассандра моргнула, вырвав свою руку из его ослабевшей хватки.

— Почему ты говоришь так, словно это плохо?

— Не плохо. Просто… — Кейн запустил пальцы в свои волосы. Черт возьми, как ему объяснить, что он хочет ее настолько сильно, что едва дышит, а она доверяет ему свою безопасность? И в довершение всего, она девственница, только животное воспользуется этим. — Господи.

— В книгах, которые я читала, мужчины всегда ценили право лишать девственности свою возлюбленною, — задумчиво ответила она.

Кейн застонал и подумал, уж не намеренно ли она его мучает.

— Дай угадаю, — прервал он грубым голосом, — ты читала любовные романы.

— Когда Бриггс приносил. Мне они нравились. — Касси воинственно подняла подбородок. — По правде говоря, они и сейчас мне нравятся.

Срань Господня, могло ли всё стать ещё хуже?

— Ну конечно же, — пробормотал Кейн, осторожно рассматривая Кассандру. — Но ты ведь понимаешь, что мужчины совсем не похожи на персонажей из твоих книг?

— Ты похож, — ответила она с уверенностью, от которой Кейн лишь мгновенно отрицательно замотал головой.

— Нет.

— Ты спас меня от Повелителя демонов.

— Ты что, шутишь? — Кейн подошел настолько близко, чтобы даже вампир не смог расслышать его слова. — Единственное что я сделал — это стоял напротив ублюдка достаточно долго, чтобы меня убили, а потом таинственным способом воскресили.

— Ты вывел меня из пещер.

— Я спасал собственную шкуру.

— А теперь взял на себя роль моего защитника, — добавила она, несомненно, полная решимости выставить его в свете какого-то спасителя. Жалкая шутка. — Ну и как это назвать, если не героическим поступком?

Кейн схватил её за плечи и разочарованно уставился в её широко распахнутые глаза.

— Черт, Касси, будь я на самом деле героем, то отвел бы тебя к сестрам, где ты бы находилась в настоящей безопасности, и убрался из твоей жизни к чертям собачьим.

Она застыла, явно не желая воссоединяться с близняшками. Понятное дело, ведь одна из них связана со Стиксом — Королем вампиров, другая — с самым верным охранником Стикса — Джагром, ну а третья — с Королем оборотней — Сальваторе. Как только Касси окажется у них, ее запрут для ее же блага. Даже если плен сведет ее с ума.

— Но ты не хочешь? — выдохнула она.

— Нет, — без колебаний подтвердил он. — Но не потому, что я — хороший.

— А почему?

Он скользнул руками выше, нежно касаясь шеи и упиваясь ее доверием. Веры никогда не позволяют кому-либо, кроме членов семьи или близких друзей, прикасаться к своему горлу.

— Потому что я — эгоистичный сукин сын.

Касси приоткрыла рот, словно хотела возразить, но внезапно он ощутил ее напряжение и увидел, как она округлила глаза.

— Кейн.

— Что? — Он передвинулся, чтобы оказаться между Касси и вестибюлем. — Что случилось?

— Что-то произошло.

Все инстинкты Кейна пришли в полную боевую готовность, но за неимением явного врага, ему оставалось лишь рычать в пустоту.

— Я предупреждал, что не разговариваю на языке «неопределенности».

— Э… — Она замолчала, а её удивительные изумрудные глаза заволокло странное белое свечение. — Изменение, — наконец произнесла она.

Кейн нахмурился, ожидая, когда в воздухе появится знакомый символ, открывая очередное пророчество, которое лишь Касси могла расшифровать. Но в этот раз ничего такого не произошло.

— Изменение в чем?

— В игре. Появился новый игрок

Чертовски прекрасно.

— Можно не наедятся, что он или она будет сражаться за нас? — сухо поинтересовался Кейн.

— Нет. В его сердце тьма. — Белое свечение исчезло, открывая неприкрытый ужас в ее глазах. Касси схватила Кейна за руку, чтобы не упасть, когда у нее подогнулись колени. — Боль. Так много боли.

Надежно обняв ее за талию, Кейн разместил руки так, чтобы свободно мог дотянуться до кинжала, скрытого в ножнах на пояснице, как и до пистолета в кобуре под рукой с левой стороны.

— Он в Вегасе?

Она расстроено выдохнула.

— Не знаю.

— Думаю, мы скоро это выясним. — Кейн отступил, осматривая вестибюль на предмет любого намека на опасность. — А пока нам нужно убраться подальше от толпы.

***

Два дня спустя

Логово Гаюса в Луизианне

Гаюс разгладил невидимые морщинки на черном костюме, идеально сидевшем на его стройном теле, а затем убедился, что светлый серебристый галстук расположен ровно по центру воротника белой шелковой рубашки. Несмотря на всю неприязнь к ведьмам, вампир должен был признать, что Салли великолепно постаралась в подготовке к его появлению. Она не только установила на окна тяжелые ставни, предотвращающие проникновение дневного света, и окружила дом заклинаниями, отталкивающие всех, кроме самых сильных демонов, но и заказала полные шкафы одежды, которая соответствовала сдержанному, но элегантному вкусу Гаюса. Странно, что эта вызывающе одетая мелкая чудачка обладала таким хорошим вкусом в мужской одежде. Он мог лишь надеяться, что она будет столь же талантливой в удовлетворении других, его самых насущных потребностей.

В этот момент Гаюс уловил аромат персиков, который, казалось, постоянно сопровождал ведьму, а спустя секунду раздался слабый стук в дверь.

— Командующий? — негромко позвала она.

Гаюс улыбнулся уголками губ. Спустя два дня постоянного контакта с ним, женщина растеряла большую часть своего высокомерия. Чтобы поправить мировосприятие кого-либо, нет ничего лучше, чем запереть его с опасным хищником, ненавидящим ведьм.

— Войди

Он услышал, как ведьма глубоко вдохнула, а затем распахнула дверь и стала изучать его с напускной храбростью, отнюдь не скрывавшей настороженность. Умная ведьмочка.

Стоя в дверях, Салли походила на тряпичную куклу-гота, со своими хвостиками, чёрной, грубо нанесённой на глаза подводкой, и такого же цвета помадой. Она надела майку странного оттенка красного и пышную сетчатую юбку.

— Пришло время церемонии.

Гаюс поправил французские запонки, четко контролируя выражение своего лица. Да он ни за что в жизни не покажет трусливой сучке, насколько обеспокоен тем, что позволил колдовать над собой. Плохо было уже то, что ему пришлось стать на колени и умолять о пощаде, когда Темный Властелин заявил о вынужденном «преображении» Гаюса, дабы тот лучше соответствовал требованиям своего господина.

— Ты достала, что я просил? — потребовал он.

Она поджала губы, но податливо кивнула. Отлично. Ведьма училась. Как хороший генерал, от своих солдат Гаюс ожидал полного подчинения.

— Да.

— И?

— Она в гостевой комнате.

— Покажи.

В темных глазах вспыхнул огонек раздражения от его властного тона, но Салли поступила достаточно мудро, не проронив ни слова и, развернувшись, пошла по коридору. Гаюс не спеша следовал за ней, оставаясь полностью сосредоточенным в, казалось бы, совсем безопасном логове. Ведь в ту ночь, когда уничтожили его клан, он вынес жестокий урок: никогда нельзя терять бдительность. Урок, который ему никогда не забыть.

— Что-нибудь слышно от наших напарников? — спросил Гайус у Салли, пока они поднимались этажом выше.

— Да, они прибудут через несколько часов.

Он стиснул зубы, впиваясь взглядом в ее затылок.

— Ты все еще утверждаешь, что ничего о них не знаешь?

— Знаю столько же, сколько и ты.

— Если твои слова — правда.

Салли вздрогнула от пронесшейся в воздухе леденящей силы Гаюса. Сгорбившись, она остановилась у тяжелой двери и указала на маленькое окошко, сквозь которое можно было увидеть облицованную металлом клетку.

— Женщина здесь. — Она подождала, пока Гаюс не посмотрел в окошко. — Удовлетворяет твои пожелания?

Вампир зашипел, его клыки удлинились в порыве примитивного голода. К стене была прикована стройная женщина с длинными, темными волосами — что входило в перечень его требований, наряду со смуглой кожей и темными, миндалевидными глазами, характерными для уроженцев Ближнего Востока. Но, конечно, она не была точной копией его возлюбленной Дары. Черты ее лица оказались не такими изящными, а одета она была в обрезанные шорты и крошечный топ, которые пара Гаюса посчитала бы безвкусными. Но эта женщина была очень похожа, пробуждая в вампире страсть, о которой он практически забыл на той стороне

— Да, она… удовлетворяет, — признал он, рот наполнился слюной при взгляде на горло женщины. — Где ты ее нашла?

Салли пожала плечами.

— Там, где можно найти практически всё. В Интернете. Тебе повезло, она принимает вызовы на дом. — Салли схватила Гаюса за запястье, когда он потянулся к дверной ручке. — Пока нет.

Вампир напрягся, готовый в любой момент броситься на неё.

— Убери руку, ведьма.

Ощутив в воздухе угрозу смерти, женщина поспешно отдернула руку. Но упорно отказывала уступать.

— Сначала церемония, затем девчонка, — сказала она.

Взгляд Гаюса стал ледяным.

— Ты ведь не настолько глупа, дабы предполагать, что смеешь отдавать приказы?

В темных глазах ведьмы на мгновение вспыхнули багровые искры, а воздух стал горячее от предупреждения.

— Это не мой приказ.

Гаюс вздрогнул. Cristo. Он не знал, что же хуже: страх перед колдовством ведьмы или тяжелый вес удушающей силы Темного Властелина.

— Отлично, — отрезал он. — Давай покончим с нелепой церемонией.

Салли кивнула в дальний конец коридора.

— Я подготовила комнату.

Все еще нервничая, Гаюс последовал за ведьмой в большую комнату, и тут же заметил круг из соли, расположенный в центре деревянного пола.

— Погоди. — Сведя брови, он повернулся к Салли. — Объясни, что именно ты намереваешься со мной сделать.

Она тяжело и обреченно вздохнула.

— Опять?

Гаюс оскалил клыки.

— Ты чрезвычайно неохотно раскрываешь детали.

Салли округлила глаза, но быстро попыталась скрыть страх за маской храбрости.

— При помощи мастера, я наложу заклинание, которое сотрет твой… запах.

— Зачем?

— Во-первых, чтобы враги не смогли проследить за тобой, а еще, как перевертыш, ты сможешь стать кем или чем захочешь, не выдавая свою истинную сущность.

Из её слов получалось, что все чрезвычайно просто. Щелчок пальцев и, абракадабра, его запах испарился. Но ничто не дается так просто. Для каждого действия есть свое противодействие… Особенно, когда дело касается магии. Всё имеет свою цену, и Гаюс не был уверен, что ему захочется расплачиваться.

— То же самое можно сделать и при помощи маскирующего амулета, — резким тоном заметил он.

— Да, ну, это заклинание отберет немного…

— Договаривай.

— Больше.

— Больше?

— Лишит тебя не только запаха.

Гаюс прищурился.

— Хочешь сказать, что я лишусь всякой индивидуальности.

— Лишь в физиологическом смысле.

Услышав столь обыденный пренебрежительный ответ Салли, Гаюсу пришлось сжать кулаки, иначе он сдавил бы ее горло и задушил.

— А если я не желаю, — он скривил губы в насмешке, — чтобы у меня всё отбирали?

— Это тебе стоит обсудить с мастером.

Чертова ведьма. Она прекрасно понимала, что, буквально, загнала его в угол.

— Cristo, — проворчал Гаюс, встав в центр круга. — Давай побыстрее закончим.

Салли не обратила внимания на его приказ, двигаясь по комнате и зажигая свечи с торжественным выражением лица. Затем она положила в чашу несколько длинных перьев и подожгла их, наполняя воздух клубящимся дымом. И лишь убедившись, что закончила надлежащий ритуал, надела черное облачение и встала прямо перед вампиром. Гаюс, совсем не в восторге от тщательно продуманной церемонии, фыркнул с отвращением.

— Мы тут на всю ночь?

Салли подняла руки и медленно растянула губы в улыбке.

— Лучше бы тебе за что-нибудь держаться.

И сразу после этого предупреждения заклинание обрушилось на Гаюса, заставляя упасть на колени. Боги. Он склонил голову под натиском опустошающей боли. Было такое ощущение, что его сжигали изнутри. Словно проклятая ведьма разожгла в его животе костёр, чьё пламя стремилось вырваться наружу сквозь тело. Гаюс застонал и зажмурился, сдерживая мученические стоны. «Сука намеренно это делает», — в ярости сказал он сам себе. Сейчас Гаюс находился в ее власти, и ведьма решила максимально воспользоваться этим кратким моментом. По телу пронеслась еще одна волна ослепляющей боли, и возникло ощущение, что его… Что? Сущность? Да, саму сущность вырвали из глубины души. Он наклонился, прижавшись лбом к деревянному полу. Не такое уж простое заклинание. А вторжение в глубины души, которое могло уничтожить Гаюса.

Внезапно страх зазмеился по позвоночнику. Гаюс вспомнил, как Салли упоминала, что с заклинанием ей помогал Темный Властелин. Неужели мастер решил покончить со своим верным слугой? Не впервой злобному ублюдку убивать одного из приспешников ради простого удовольствия от вида смерти. Но, так же внезапно, как появилась, боль пропала.

Долгое время Гаюс стоял на коленях, медленно приходя в себя. Постыдно, что ведьма видела, как ее заклинание свалило его с ног, словно мягкотелую фею. И Гаюс не собирался ухудшать свое положение, пробуя подняться, пока не будет до конца уверен, что не впечатается лицом в пол.

Когда он, наконец, удостоверился, что может самостоятельно стоять, то поднялся на ноги и впился взглядом в ведьму.

— Ты…сука, — прорычал он, прижав руку к сердцу. — Забрала мою душу?

Она побледнела, когда огонь свечей стал ярче, а затем потух от ледяной ярости Гайуса, но решительно продолжала стоять на своем.

— Ты уже давно ее продал, командующий.

Что же, разве это не ужасающая правда?

Гаюс отбросил мрачные мысли. Что сделано, то сделано. Пути назад не было. Он ткнул пальцем в ведьму, его сила хлынула мощной волной и прижала Салли к стене.

— Выкладывай, что ты со мной сделала.

Она облизала губы, запах ее страха дразнил все его чувства.

— Я…

Он сделал угрожающий шаг вперед.

— Говори.

— Лишила тебя самой сущности, — торопливо и невнятно выдавила она.

Гаюс едва удержался от глупого желания посмотреть на себя и убедиться, что не исчез.

— Поясни.

Она подняла руки в умоляющем жесте.

— Я не знаю как.

— Попытайся, — огрызнулся он. — Очень-очень сильно попытайся.

— Заклинание предназначено для стирания твоей личности, — сбивчиво начала Салли пояснение. — У тебя больше нет запаха, твое присутствие… стало не ощутимым. Посторонние будут знать, что ты рядом, но ничего не смогут понять о тебе, кроме самых могущественных демонов. Даже тот факт, что ты — вампир. останется незамеченным.

Именно этого Гаюс и ожидал. Так почему же у него такое чувство, что над ним надругались? Он зашипел, жалея, что не мог, по крайней мере, насладиться убийством ведьмы, повинной в его внезапном чувстве утраты.

— Боги.

С легкостью ощущая его желание убийства, Салли медленно продвигалась вдоль стены. Как только добралась до двери то, не сводя взгляда с мрачного выражения лица Гайуса, распахнула ее со словами:

— Иди к своей женщине, — прохрипела ведьма. — Она заставит тебя почувствовать себя лучше.

Его ярость резко была позабыта. Дара. Нет. Он покачал головой. Не Дара. Но женщина, которая облегчит его самый насущный голод. Гаюсу ведь конечно станет лучше, как только его желания удовлетворятся? Уходя, он достаточно надолго задержался рядом с Салли, чтобы шепнуть предупреждение ей на ухо:

— Очень скоро, ведьма.

И испытал истинное удовольствие, заметив, как кожа Салли стала болезненно-серой, затем прошел по коридору и вошел в освинцованную клетку. Закрыв за собой дверь, Гаюс остановился, чтобы насладиться моментом.

Существовало ли что-то слаще богатого аромата теплой, женской крови? Или лучше вида добычи, трепыхающейся в беспомощном ужасе? Гаюс изогнул губы в улыбке, когда женщина натянула кандалы. Она завертела головой из стороны в сторону услышав, как он вошел, но, не имея возможности увидеть его — так как в комнате было слишком темно для ее человеческого зрения.

— Кто здесь? Что вам от меня надо? — прохрипела она. Бешеное биение сердца для Гайуса звучало, словно песня сирены. — Говори, извращенец.

Подталкиваемый острым голодом, Гаюс своей силой зажег одинокую свечу, стоящую на тумбочке в дальнем углу комнаты. Мерцающее пламя едва рассеяло густую тьму, но этого хватило, чтобы женщина увидела приблизившего вампира. Она хотела закричать, но Гайус обхватил её лицо ладонями и посмотрел прямо в ее широко распахнутые глаза.

— Ш-ш-ш. Взгляни на меня, — промурлыкал он, поймав ее взгляд и с легкостью пленив разум. Он не был так искусен, как другие вампиры, в управлении сознанием людей, но женщина с готовностью поддалась его силе. В мгновение ока, выражение ее лица стало расслабленным, а мышцы тела вялыми, и она опустила руки по бокам, забыв о тяжелых кандалах.

— Как тебя зовут? — тихо спросил Гаюс.

— Фарра.

Ее голос был слишком высок, с сильным американским акцентом, а не хриплым, мелодичным, как у Дары. Гаюс тут же оттолкнул воспоминания, понимая, что эта женщина никогда не сможет стереть опустошающую боль в сердце.

— Милое имя, но с этого момента тебя будут звать Дара.

— Дара, — послушно повторила женщина.

— Да, а я — Гаюс. Мужчина твоих самых сокровенных фантазий.

Ее глаза тут же потемнели от бездумной привязанности, и она слабо выдохнула.

— Гаюс.

— Очень хорошо, — похвалил он, надавливая руками, чтобы опустить женщину на колени. — А теперь покажи, как ты рада воссоединиться с твоим любимым.

С очевидным профессионализмом женщина расстегнула молнию его брюк и обхватила губами его стержень. Гаюс одобрительно застонал и закрыл глаза, воскрешая воспоминания о своей прекрасной паре. Слишком скоро наступила разрядка… больше в физическом смысле, чем в эмоциональном. Вампир запустил руку в длинные волосы женщины и рывком поднял ее на ноги. Она не сопротивлялась, когда он склонил ее голову на бок и одним плавным движением вонзил клыки в шею. Гаюс услышал, как женщина низко застонала, возбуждаясь от укуса, но он, проигнорировав её извивающееся тело, продолжал жадно пить ее кровь. Вампир поморщился, когда тёплая жидкость начала стекать по гору — в ней, хвала богам, не было ни алкоголя, ни наркотиков, но все же она оказалась безвкусной. Несмотря на это, он продолжал делать глубокие глотки, и остановился лишь тогда, когда услышал предупреждающее трепыхание сердца. Слишком давно он кормился напрямую из вены, и ощущения опьяняли. Позже он найдёт другую Дару, вкус крови которой будет более ярок. Вот тогда он с удовольствием осушит эту.

Заслышав звук приближающихся шагов, Гаюс вытащил клыки и ослабил хватку. Расслабленная от кровопотери и сексуальной реакции на укус, женщина безвольно повисла в кандалах, которые не дали ей рухнуть на пол. Хотя Гаюсу было все равно.

Забыв о женщине, он поправил костюм и повернулся к двери. Он уже почувствовал, почему ведьма его потревожила.

Тихо постучав, Салли открыла дверь и бросила взгляд на потерявшую сознание проститутку, а затем на Гаюса, который язвительно улыбался.

— Наши гости прибыли, — сухо бросила она.

Он втянул воздух носом, уловив собачью вонь, которая уже успела запятнать логово Гайуса.

— Дворняги?

Ведьма выглядела не радостнее Гаюса. Но опять же, чему ей радоваться? Дворняги больше вампиров не любят все, что связано с магией.

— Прямо-таки близнецы.

Гаюс свел брови.

— Извини?

Она закатила глаза.

— Тебе стоит увидеть, чтобы поверить.

Не собираясь гадать, вампир прошел мимо ведьмы и вышел в коридор.

— Приведи их в мой кабинет.

— А как же шлюха?

Он посмотрел на женщину, которая словно сломанная марионетка свисала на кандалах.

— Она останется здесь.

Салли сморщила нос.

— Но…

— Если она умрет, я прослежу, чтобы труп исчез, — нетерпеливо перебил Гаюс. Когда дело доходит до трупов, люди становятся раздражающе брезгливыми.

— Очаровательно, — пробормотала Салли.

Не дожидаясь ответа, Гаюс спустился вниз и направился в библиотеку, которую превратил в личный кабинет. Он бы никогда в жизни не посчитал вытянутую комнату с большими полками, мебелью из орехового дерева и двумя одинаковыми креслами, чем-то большим, чем временным пристанищем для ведения дел. Как только к нему вернется Дара, он заберет ее в их огромное имение, скрытое в горах Италии. В его роскошном доме была библиотека размером с две такие хижины и в ней хранились тысячи драгоценных книг, датированные эпохой создания печатного станка. Не говоря уже о ценнейших свитках, скрытых в надежном хранилище. К сожалению, беднякам не приходится выбирать, и пока Темный Властелин не удостоверится, что Гаюс выполнил свою часть сделки, он застрял в болотной глуши. Что еще хуже, застрял с союзниками, которых не желал и в которых не нуждался.

Облокотившись о стол, Гаюс пригладил волосы и расправил плечи, ощутив, как в воздухе усилился запах дворняг. Раздался стук в дверь, но вампир выждал несколько минут, прежде чем ответить. Он был мастером тактики и знал, что коварство и скрытая сила действовали эффективнее всего. Любой мог стать агрессором. Но лишь хитрый и терпеливый был способен выйти в лидеры.

— Войдите, — наконец приказал он.

Первым вошел молодой человек, выглядящий не старше тридцати человеческих лет. С мускулистым телом, квадратной головой и толстой шеей. Его светлые волосы были пострижены коротко, по военному, и такому стилю соответствовала зеленая футболка и камуфляжной расцветки штаны. А за ним следовала уменьшенная, женская копия, вплоть до военной стрижки и камуфляжных штанов.

Иисусе. Теперь Гаюс понял весь смысл комментария Салли о «близнецах».

Зайдя в кабинет, они встали бок о бок и скрестили руки на груди.

— Вампир, — произнес мужчина с почтительным кивком.

Гаюс медленно оттолкнулся от стола, натянув на лицо выражение ледяного недовольства.

— Будете звать меня Командующий.

В карих глазах дворняги вспыхнул гнев, но он оказался достаточно умен, чтобы держать раздражение в себе.

— Каждому свое, — пожав плечами пробормотал он. — Я — Дольф, моя сестра…

— Плевать мне на тебя и на твою унылую жизнь, — прервал его Гайус, громовым голосом.

От растущего недовольства дворняги воздух начало покалывать.

— И тебе на хрен здрасьте.

— Это не светский раут. — Гаюс окинул обоих презрительным взглядом. — Поясните, почему Темный Властелин считает, что обычные дворняги могут быть мне полезны?

Дольф скрипну зубами.

— У меня есть силы, превосходящие возможности обычной дворняги.

Гаюс проигнорировал нотку сарказма в голосе мужчины.

— И что же это за сила?

— Вот какая. — Подняв руку, дворняга ткнул пальцем в полки с книгами, бормоча что-то себе под нос. На какой-то момент Гайус задумался о здравомыслии мужчины. И внезапно одна из тяжелых книг пролетела по воздуху и с громким стуком упала прямо на стол. Это заставило Гайуса зашипеть от отвращения. Магия. Темный Властелин намеренно окружал его ненавистными созданиями, чтобы проверить преданность?

— Ты колдун? — он сплюнул, прежде чем смог сдержать свою реакцию. — Как такое возможно?

Дворняга пожал плечами, явно выработанная привычка на такой вопрос. Не удивительно. Вполне вероятно, он — единственный дворняга, владеющей магией на земле.

— До обращения я был полностью обученным ведьмаком.

Гаюс сузил глаза.

— Дворняги ненавидят ведьм.

— Верно.

— Как тебя тогда укусили?

Он улыбнулся с самодовольным высокомерием.

— Я могу быть весьма убедительным.

Гаюса это не впечатлило.

— Если у тебя в запасе только это, можешь забирать сестру и…

— Погоди, — прервал его дворняга.

— Что?

— Ингрид. — Дольф посмотрел на молчаливо стоящую женщину рядом с собой. — Покажи ему.

Достав из заднего кармана телефон, женщина вытянула его вперед, чтобы Гаюс осмотрел девайс.

— Вы явились сюда, чтобы продать мне телефон? — с насмешкой спросил он.

Ингрид нажала на кнопку и показала Гаюсу изображение светловолосого мужчины с бледно-голубыми глазами.

— Я работала на Кейна, — сказала она.

— Кейн? — Гаюсу понадобилась секунда, чтобы вспомнить, почему ему знакомо это имя. — Вер, охраняющий пророчицу?

— Угу. — Дворняга улыбнулась. — Это его номер телефона.

 

Глава 4

Лас-Вегас

Пентхаус в казино — со вкусом отделанный, в приглушенных коричнево-песчаных тонах — занимал практически весь верхний этаж. В гостиной располагались длинные диваны и мягкие кресла, расставленные в разброс вокруг мини-кухни и джакузи. А с обеих сторон размещались одинаковые спальни с личными ваннами, размером с курортное спа. Такая неброская элегантность была глотком свежего воздуха по сравнению с переполненными людьми игровыми залами, но именно великолепный вид, открывающийся сквозь стеклянные стены, привлекал большинство гостей.

«Кейн также не стал исключением», — с иронией подумала Касси, хотя причины на то у него были другие. Этого слишком помешанного на безопасности Вера не волновала ночная красота ослепляющих огней соседних казино, или дневная панорама окружающей пустыни и скалистых гор, от вида на которые перехватывало дыхание. Единственное, что интересовало Кейна — это максимальный обзор территории и возможность убедиться, что к ним никто не подкрадется. И, естественно, высота, на которую не взобраться, не имея крыльев. Касси ценила его заботу, правда. Просто это было немного…

Вышагивая по гостиной, Касси пыталась выяснить причину своего недовольства. Не легкая задачка. Пророчица редко вспоминала, что за пределами своих видений она — обычная женщина, с присущими эмоциями. И никогда не сосредотачивалась на них, чтобы изучить. Пока не встретила Кейна. Так что теперь она зациклилась на разборе противоречий, одолевающих ее. Думала о захватывающей дрожи и волнении, которое возникало, когда Кейн ненароком её касался, и о болезненном разочаровании, если он отстранялся. О беспокоящей неспособности сконцентрироваться, если он находился с ней в одной комнате и глупом страхе, когда он покидал отельный номер без неё. И это обычное для большинства явление всё нарастало, призналась Касси сама себе, прекращая смотреть невидящим взглядом сквозь стекло. Она едва ли замечала плавящиеся под обжигающими лучами летнего солнца улочки или увядающий поток туристов, которые до отказа заполняли автобусы, везущие пассажиров от одного казино к другому.

За последние четыре дня Кейн провел неоправданно много времени в поисках врагов, которые ему мерещились за каждым углом. Касси понимала, что им руководит не простая потребность защищать, но из-за отсутствия опыта в отношениях с другими людьми не могла понять, что же делала неправильно. Или, что важнее, как его остановить. Обернувшись, она посмотрела на часы, висящие над домашним кинотеатром. Минуло три часа, как Кейн ушел. Он оставил ее на дольше, чем обычно. Необъяснимое ощущение, что ее бросили, возросло еще на один пункт. В этот раз Кейн ушел навсегда?

Что легко можно понять. Ни один мужчина не захочет изображать из себя няньку для женщины, которая провела большую часть жизни, разглядывая проблески будущего. Если Кейн устал и решил не тратить время впустую, она не станет его винить. Но храбрые, благородные мысли покинули ее голову, разрушенные подавленным, тихим всхлипом, стоило её обонянию уловить знакомы запах Кейна. Он её не бросил…

Обняв себя за талию, Касси заставила себя остаться на месте, а не прыгнуть и повалить бедолагу, стоило ему появиться в люксе и закрыть дверь. К сожалению, она не смогла сдержать рваный выдох и слова, слетевшиеся с губ, которые не давали ей покоя.

— Ты вернулся.

Кейн выглядел уставшим, на подбородке проглядывала золотистая щетина, а под сапфировыми глазами залегли тени. Светлые волосы были взъерошены, словно он множество раз проводил по ним рукой. Под футболкой и джинсами проглядывали напряженные мышцы. И все же, он мгновенно перешел в режим сосредоточенности, как только увидел бледное лицо Касси. Кейн быстро, словно молния, оказался около нее и крепко сжал плечи.

— В чем дело? — он обвел взглядом ее стройную фигуру, убеждаясь, что она невредима. — Что-то произошло?

— Нет, просто тебя так долго не было. Я подумала… — Касси закусила губу, чтобы не обременять Кейна нелепыми страхами. Но он, конечно же, с легкостью прочитал ее мысли. Этот его трюк она не особо ценила.

— Извини. — Отступив на шаг, он провел ладонями по лицу. — Я не хотел волновать тебя.

— Куда ты ходил?

Он пожал плечами.

— Проверял отель.

Касси нахмурилась. Проверка отеля не могла занять три часа. Разве что он заглядывал в каждый номер.

— Чувствуешь неприятности? — спросила она

— Всегда.

В его голосе она уловила сухость. Его отнюдь не неприятности беспокоили. По крайней мере, не только они.

— Ты ведь знаешь, что не должен придумывать отговорки.

— Отговорки?

— За то, что уходишь. — Она пыталась говорить ровным тоном. — Очевидно, что тебе не нравится находиться здесь со мной.

— Не нравится? — От грубого неверия его глаза потемнели. — Ты так думаешь?

— Я чувствую твоё напряжение.

— Безусловно, это не неприязнь. — Она услышала, как Кейн скрежетал зубами. — Боже, как бы я хотел, чтобы всё было так, как ты говоришь.

Понимая, что вновь ошиблась, Касси нахмурилась.

— Тогда что тебя беспокоит?

— Мне нужно в душ.

Он резко скинул ботинки и направился в свою спальню. Спустя несколько минут Касси услышала шум воды. На какой-то сбивающий с толку момент, Касси было больно оттого, что Кейн ретировался. Что же в этот раз она сделала такого, что заставило его сбежать? Затем она уловила ни с чем несравнимый запах его возбуждения. Ох. Поэтому он в такой спешке ушел от нее? Потому что хотел заняться с ней любовью? Мысль волновала и опьяняла. Касси вздрогнула от вспышки желания, пронзившей её тело. А также от решимости разобраться с терзающей ее страстью. Хоть она и не понимала, почему Кейн предпочел принять душ, а не заключить её в свои объятия (чего она безумно жаждала) но знала: её терпению пришел конец, и ждать, пока он решиться на первый шаг больше не хотела. И прежде чем успела струсить, Касси пересекла гостиную и зашла в спальню Кейна. Да, у нее не было опыта, но можно ведь поддаться примитивным инстинктам. Что ей ещё нужно?

Она остановилась, чтобы скинуть одежду, а затем вошла в ванную, прошла по мозаичному полу и скользнула в душевую кабинку, размером с комнату. На нее, словно нежная ласка, хлынул поток воздуха с влажным паром, запахом мыла и мужской плоти. Касси затрепетала, ее соски напряглись в ожидании, когда Кейн повернулся к ней с настороженным взглядом.

— Касси. — Он выключил воду. — Какого черта?

Улыбнувшись, она подалась вперед, а Кейн прижался к стене. Его смуглое тело блестело от воды, а волосы были зализаны назад, открывая прекрасное лицо,

— Я пришла, чтобы снять твое напряжение.

Он зажмурился, словно от боли.

— Я меньше всего хочу, чтобы мне терли спину, солнце. Может позже.

Встав прямо перед ним, Касси провела ладонями по его широкой груди, упиваясь игрой мышц под ее прикосновением.

— Тогда скажи, что тебе нужно.

Он резко распахнул глаза, схватил ее за запястья, но не попытался убрать с себя ее ладони. Хвала богам.

— Тебе нужно уйти, прежде чем я совершу что-то, о чем мы оба пожалеем, — выдохнул он.

— Ты стал бы сожалеть, что занялся со мной любовью?

В его глазах блестело желание, хотя на лице отражалась невероятная мука.

— Ты специально пытаешься довести меня до безумия?

Она склонилась вперед и прикоснулась губами к шелковистой, гладкой коже его груди. Вкус Кейна напоминал жар и дикое животное. Восхитительно.

— Я лишь хочу помочь.

— Помочь? — еле слышно спросил он. Сердце Кейна бешено колотилось от затянувшегося поцелуя девушки, и запах волка внезапно наполнил воздух.

Касси почувствовала ответную реакцию своей волчицы. Несмотря на неспособность перекидываться, она все же оставалась чистокровным вером. Её звериная сущность металась прямо под кожей, беспокойна ища прикосновений этого мужчины.

— Ослабить твое напряжение.

Кейн внезапно застыл и чертыхнулся, очевидно, он был не в восторге от ее пояснения.

— Значит, ты готова отдать свою невинность ради секса из жалости? — прорычал он.

Она, смутившись от внезапной вспышки ярости, немного попятилась.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Моментально пожалев о грубости своих слов, Кейн скривился.

— Я хотел сказать, что не опустился до такого отчаяния, что ради секса готов забрать твою девственность.

Ах вот в чём дело. Касси расслабилась. Он просто защищал ее. Опять. Она провела губами по упрямо выпяченной челюсти Кейна.

— А что если я…

Касси почувствовала, как Кейн задрожал. Его мышцы напряглись так сильно, что удивительно, как его ещё не схватила судорога.

— Ты что? — хрипло потребовал он.

— В отчаянии, — с готовностью призналась она, прикусывая мочку его уха. — Переспишь ли ты со мной из жалости?

Кейн склонил голову и оборвал ее на полуслове поцелуем, от которого по телу Касси пронеслась обжигающая вспышка наслаждения. Кассандра ахнула, ухватившись за печи Кейна, когда пальцы на ногах поджались от удовольствия.

— Не говори так, — приказал он, не прерывая поцелуй.

Касси языком проследила точеную линию губ Кейна, наслаждаясь его стоном неприкрытого желания.

— Но ты ведь сказал то же самое, — мягко напомнила ему Кассандра.

— Я много всяких глупостей говорю, когда…

— Напряжен? — подсказала она, когда он замолчал, а на щеках заиграл румянец.

— Да, — хрипло ответил Кейн, и в наполненной паром ванной можно было увидеть, как его глаза засияли от пробудившейся волчьей сущности. — Касси, тебе действительно лучше уйти.

Но она в ответ лишь теснее прижалась к его обнаженному телу. У неё перехватило дыхание, когда его возбужденная плоть прижалась к ее животу. Оне ожидала таких размеров. Не только в длину, но и ширину. И жара, который обжигал ее кожу, словно раскаленное железо. Или это просто у нее воображение разыгралось. Касси не нервничала и не испытывала неуверенности, она жаждала Кейна. Да, она — девственница, но ни капли не сомневалась, что хотела его. На самом деле, он — единственный мужчина, который вызывал в ней желание, и которого она хотела. Целиком и полностью.

— Ты меня не хочешь? — потребовала она.

Кейн впился пальцами в ее бедра, словно разрывался между желанием прижать ее ближе или оттолкнуть прочь.

— Настолько сильно, что не могу ясно мыслить, — выдохнул он.

Касси осторожно провела пальцами вдоль линии его плеч и по изгибу шеи. Веры крайне избирательно разрешали кому-то прикасаться к своему горлу. И то, что Кейн не остановил её, доказывало одно: на самом примитивном уровне он уже принял Касси.

— Тогда займись со мной любовью.

Он напрягся, а глаза потемнели от боли.

— Нет.

Упрямец. Хорошо, что она не менее упряма. Она запустила пальцы в его влажные волосы, специально потираясь тугими бутонами сосков о его грудь и постанывая от крошечных вспышек чувственности, что пронзали тело и скапливались внизу живота. Боже…

— Почему нет?

Кейн выругался, впиваясь пальцами в нежную плоть ее бедер.

— Я не хочу лишать тебя невинности потому, что ты жалеешь меня.

Она замерла и в замешательстве посмотрела на него.

— То есть ты считаешь, что я тебя жалею?

— Зачем еще тебе быть в моем душе?

— Потому что я хочу…

Он хмурился, пока она изо всех сил пыталась подобрать слово, точно описывающее боль, ноющую глубоко внутри.

— Чего?

— Этого

Она не могла найти слов, но точно знала, чего хотела. Кроме того, значение разговоров явно преувеличивали, и при сложившихся обстоятельствах они явно были лишними. Заключив его лицо в ладони, она поднялась на носочки и прижалась к его губам в поцелуе, выражающем беззастенчивое страстное желание. Кейн замер, и Касси ощутила, как её надежды рухнули. Вот чем заканчиваются неловкие попытки обольщения. И когда Касси уже хотела отпрянуть, Кейн обнял ее и приподнял над полом, чтобы углубить поцелуй с удовлетворяющей поспешностью. В отличии от нее, Кейна обладал нужным опытом и умениями, чтобы превратить неловкое прикосновение их губ в восхитительное действие, наполненное чудом.

По телу Касси пронеслись волны возбуждения, когда Кейн языком ловко раскрыл ее губы и проник внутрь. Девушка задрожала. Святые угодники, это было так же чудесно, как она и представляла. Жадные прикосновения губ, соблазнительные движения языка, крепкие объятия, из-за которых было трудно сделать вдох. Но она нуждалась… В чём? Черт, она не знала. Понимала лишь, что Кейн недостаточно близко.

При помощи врожденной силы оборотня, Касси приподняла ноги и обняла ими Кейна за талию, и они оба застонали когда чувственная точка ее тела коснулась полностью возбужденного ствола Кейна. О, да. Именно это ей и было необходимо. Мысль едва успела появиться в её затуманенном разуме, как Кейн поднял голову и стал рассматривать её раскрасневшееся лицо взглядом, в котором полыхало сапфировое пламя.

— Касси, — простонал он, и его скулы заалели от румянца. — Боже правый. Ты не представляешь, что творишь.

Она провела языком по всей длине его шеи, слизывая капельки воды, задержавшиеся на коже.

— Пока нет, но думаю, ты меня научишь.

Он судорожно выдохнул.

— Я?

Тяжелый мускусный аромат окутал Касси, и она почувствовала, как член Кейна дернулся.

— М-м-м, — протянула она хриплым голосом.

— Нет. — Он провёл ладонью вверх по её спине и обхватил затылок. — Подожди.

Она уткнулась носом в ложбинку, где бился его пульс, и задумалась, что же делает не так. В романах никогда не описывались такие сложности, чтобы заставить мужчину заняться любовью с женщиной. Они всегда были готовы к действию.

— Что теперь? — спросила она.

Кейн застонал, когда она слегка прикусила его кожу.

— Сейчас не время для принятия таких важных решений в твоей жизни.

— Важных решений? — Подняв голову, она посмотрела прямо ему в глаза.

— Не кажется тебе это немного драматичным.

Он скользнул взглядом по ее раскрасневшемуся лицу, а затем по небольшой груди, которая так и молила обратить на нее внимание.

— Солнце, момент, когда я сделаю тебя своей, пошатнет весь твой мир, — проговорил он огрубевшим от возбуждения голосом.

— Я хочу этого сейчас, — пробормотала она, опускаясь до мольбы. — Прошу, Кейн.

Он стиснул челюсть и скользнул взглядом ниже, туда, где красоту ее кожи портила татуировка, прямо под пупком. — Тебя и без того достаточно использовали.

Касси с трудом преодолела желание прикрыть кроваво-красные мерцающие иероглифы, хотя Кейн уже видел метку повелителя демонов и ощущал холод, который исходил от странной тату.

— Но ведь сейчас речь не об использовании, — тихо поправила она. — А о том, чтобы разделить восхитительный момент. Кейн, ты нужен мне.

В это мгновение разлилась напряженная тишина, пока дикая потребность Кейна боролась с совестью. Касси, понимая, что и без того многое сказала, затаила дыхание. Меньше всего она хотела подтолкнуть его к тому, о чем потом он будет сожалеть. Затем, с низким рыком, он переместился в другой конец кабинки и усадил Касси на влажную скамью. Опустившись перед Касси на колени — так, что теперь их глаза были на одном уровне — он снял её ноги со своей талии и нежно их раздвинул. Как ни странно, но в этой новой позиции было больше чувственности, и это ощущение лишь усилилось, когда Кейн пробежался обжигающим взглядом по ее груди, животу, прямиком к женскому естеству, уже влажному от возбуждения.

— Кейн, — выдохнула она, прослеживая пальцами линию гордого лба, затем спускаясь вниз по переносице.

Когда он поднял голову, чтобы встретится с её уверенным взглядом, его глаза больше напоминали волчьи, чем человеческие.

— Господи, ты такая красивая.

Кассандра улыбнулась, отчего появились ямочки на щеках.

— Нет, это ты красивый.

Он сжал ее пальцы, которыми она изучала черты его лица, и прижал их к губам.

— Я — бессмертный ублюдок, у которого нет права изведать блаженство, — поправил он ее жестким тоном. — Но если ты хочешь предложить мне рай, я схвачусь за него обеими руками.

Касси открыла рот, но не смогла произнести ни слова, Кейн лишил её дара речи, когда склонился к основанию шеи и оставил влажный поцелуй. О-о-о. Она инстинктивно обняла его за плечи и запрокинула голову, предоставляя лучший доступ. Кейн спускался ниже, исследуя её губами — по линии шеи, подбородка, а затем коснулся губ в обжигающе-требовательном поцелуе. Ее волчица заворчала от удовольствия, от голода, с каким он сминал её губы, и Касси провела ногтями по спине Кейна.

Все еще окруженные исчезающим паром и тишиной безумно дорогого люкса, они находились в собственном мире. Кроме поцелуя и прикосновений пальцев Кейна, когда он убирал ее волосы, не существовало ничего. Касси застонала. Вода была выключена, но она чувствовала себя, словно тонула в приливной волне ощущений, мчащихся по телу. И словно почувствовав, насколько возросло возбуждение Касси, Кейн оторвался от ее губ и стал покрывать поцелуями ее лицо. Он с нежностью ласкал каждую линию и изгиб, прежде чем переключиться на чувствительную кожу шеи.

— Да, — поддержала Касси, когда Кейн медленно опустил руки и обхватил ноющие груди.

— Прекрасна, — пробормотал он.

Она едва разобрала его слова, выгибаясь от удовольствия и закрывая глаза под легкими ласками его пальцев, дразнящих сжавшиеся бутоны. Кто знал, что ее грудь могла быть настолько чувствительной? Или что его ласки могли доставить столько удовольствия? Которое превратилось из чувственного в разрушающее, когда Кейн склонил голову и втянул в рот одну вершинку. С губ Касси, ёрзавшей по мраморной скамье, сорвался тихий вскрик, и она запустила пальцы в его густые волосы.

«Так это и называли возбуждением?» — подумала про себя Касси, дрожа от действий Кейна языком и зубами, которые сжигали ее. Она ни за что не желала, чтобы он останавливался, но все же… Между ног чувствовалась ноющая пустота, требующая внимания.

— Кейн, — проговорила она, веря, что он поймёт, в чём она нуждается.

— Терпение, крошка, — поддразнил он.

Она хотела воспротивиться, но когда он сконцентрировал внимание на другой груди, решила, что терпение — не так плохо. Особенно чувствуя прикосновение умелых пальцев, когда Кейн скользнул ими по бедру и ниже по ноге. Касси уперлась головой в стену, пока он продолжал с нарастающим упорством ласкать ее грудь, скользя пальцами по внутренней стороне ее бедра. Он почти там, где нужно. Почти. И, наконец, он коснулся её.

— Ох.

Сердце колотилось о ребра, пока Кейн пальцами проникал в ее влажный жар. Ее только что поразила молния? Казалось невозможным, что электрический разряд может пронзать от простого прикосновения. Когда Кейн прикоснулся к жемчужине сладострастия, он доказал теорию Касси.

— Тебе нравится, солнце? — прохрипел Кейн.

Нравится? Она застонала, задумываясь, что могла стать зависимой от его умелых ласк. Но когда от безграничного удовольствия её мышцы начали сжиматься, Касси обхватила лицо Кейна руками.

— Я хочу тебя, Кейн, — прохрипела она. — Хочу ощутить тебя внутри себя.

Сапфировые глаза потемнели от первобытного голода, но, что удивительно, он не стал поднимать ее со скамьи и совершать греховные действа. Вместо этого, Кейн проложил дорожку легких поцелуев по ее груди, спускаясь вниз по плоскому животу. Какого дьявола он делал? Ответ пришел сам, когда он шире развел ноги Касси и наклонился вперед, чтобы заменить свои пальцы языком. Хвала святым небесам

Забыв о ноющей необходимости почувствовать Кейна, лишающего ее невинности, Касси застонала, запутывая пальцы в его волосы, стоило ему провести языком, прикусить и подразнить ее плоть с безошибочным мастерством. И она не была против его очевидного опыта, призналась себе Касси, особенно когда он проник языком в ее тугое лоно, а затем вновь вернулся к напряженному комочку нервов. Конечно, если применял он своё исключительное мастерство только к ней.

Дыхание Касси стало поверхностным, а удовольствие все сильнее наполняло тело, заставляя в предвкушении поджимать пальчики. Ох, Господи, как восхитительно. Так потрясающе. С легкостью осознав, что она приближается к пику, Кейн сильнее ухватил ее за бедра и втянул бутон в рот. И этого хватило, чтобы Касси персекла грань чистейшего экстаза. Вскрикнув, она едва понимала, что сотрясается всем телом, пока Кейн не провел языком по ее лепесткам в последний раз. Затем поднял на ноги и крепко обнял.

— Ш-ш-ш, — успокаивал он ее, прижимая губы к виску.

Она вцепилась в его плечи, пока крошечные отголоски пережитого сотрясали ее тело.

— Это было…

Он улыбнулся от её попыток подобрать нужные слова.

— Да?

— Почти идеально, — выдохнула она.

Она почувствовала, как Кейн напрягся, затем поднял голову и внимательно на нее посмотрел.

— Почти?

Касси улыбнулась от его недовольства. Вполне очевидно, он был огорчен тем, что она не посчитала только что произошедшее самым ярким событием жизни. А затем, не отводя взгляда, провела рукой по его груди. Кейн задержал дыхание, когда она скользнула по его животу.

— Касси?

— Я хочу разделить с тобой удовольствие.

Застонав, он схватил ее за запястье.

— Так и будет.

— Когда?

Стиснув зубы, он с шумом выдохнул.

— Когда минует опасность, и ты сможешь ясно мыслить.

Хотя Касси и была меньше Кейна, но оставалась чистокровным Вером и ее сила многих удивляла. Она выкрутила руку из его захвата и, наконец, смогла добраться до цели.

— Ты можешь быть моим защитником, но не смеешь говорить, что я не в состоянии решить, чего хочу. — Она обхватила ладонью его налитый ствол. — Или когда.

Он чертыхнулся, но ему хватило ума не играть в перетягивание каната. Не в тот момент, когда в ее руке такой нежный «канат».

— Я не лишу тебя невинности, — прорычал Кейн.

— Хорошо. — Она уже была готова к его упрямству, и поцеловала его грудь, прямо там, где под кожей билось сердце. — Тогда, я найду другой способ разделить удовольствие.

— Господи, — выдохнул Кейн, когда Касси приблизила губы к его соску.

Она не представляла, что для него это будет также приятно, как когда он проворачивал такое с ней, но надеялась, что он даст ей наводку. В идеальный момент, Кейн слабо застонал и впутал руку в ее волосы, прижимая к своему телу. Именно такое поощрение и нужно было Касси. Позволяя волчице присоединиться к игре, Касси лизнула сосок Кейна, двигая рукой по его жесткой длине. Его плоть была удивительно гладкой и теплой. Потрясающе теплой. Из чистого любопытства, Касси скользнула рукой к основанию его члена и нашла тяжелый мешочек. Кейн дернулся и запрокинул голову, она встретилась с ним взглядом.

— Прости, я сделал больно? — прошипела она.

— Я… — Он пытался сглотнуть. — Нет, мне не было больно.

— Ах.

Он наслаждался ее ласками. И сильно. С ехидно улыбкой, она вернулась пальчиками к кончику его ствола, на котором выступили капельки наслаждения. Он легко растерла их, кружа у основания головки, а затем вновь скользнула рукой по всей длине. Она дважды повторила такую ласку, затем Кейн тяжело выдохнул.

— Ради Бога, Касси не мучай меня.

Хотя мысль помучить Кейна, заставив молить об освобождении, была довольно соблазнительной, Касси сострадала его отчаянному желанию. Несколько недель они мчались к этому моменту. Позже, она станет наслаждаться своей властью над ним, заставляя несколько часов ждать, прежде чем доставит удовольствие. Встав на носочки, она прижалась к его губам в нежном поцелуе.

— Покажи мне.

Сдавленно застонав, Кейн положил свою руку на ее, сильнее сжимая свою длину. Затем медленно направил ее руку вперед и назад, двигая навстречу бедрами и с шипением выдыхая сквозь стиснутые зубы. Касси чувствовала, как под бархатной кожей, по венам несется кровь, а в воздухе сгущается мускусный аромат. Она инстинктивно увеличила скорость, наслаждаясь низким ободряющим стоном Кейна.

— Да… вот так, — прорычал он, положил руку на затылок Касси и притянул ее к своей шее.

Ее волчица точно знала, чего он хотел и без раздумий, Касси впилась зубами в основание шеи Кейна. От взорвавшегося на языке чисто мужского вкуса, по ее телу прокатилась еще одна волна оргазма. В этот же момент, Кейн вскрикнул, толкнулся еще раз в ее руку и теплая струя семени ударила Касси в живот.

— М-м-м. Прекрасно. — Она слизнула капельки крови, выступившие от ее укуса. — Можем повторить?

Спустя несколько часов, Кейн лежал на широкой кровати, обнимая Касси. Как и следовало ожидать, стоило голове коснуться подушки, она провалилась в глубокий сон, а он остался лежать без сна, наблюдая за ней с ошеломляющим изумлением. Он — дурак. Что, конечно, не новость. Он так усердно старался не прикасаться к этой прекрасной, слишком уязвимой волчице. Ледяной душ, долгая пробежка по пустыне, часы патрулирования шестидесяти этажного отеля на предмет опасности. Но одно нежное прикосновение Касси — и все благие намерения вылетели в окно. Вернее, в трубу слива душа. Кейн подавил стон, воскресив в памяти полуденные события. Каждый поцелуй, пробное движение руки, каждый стон. И утешением служило лишь то, что хоть он и забрал ее невинность, девственность осталась нетронутой.

А так ли это важно? Кейн скривился, не желая сосредотачиваться на таком опасном вопросе. Проще назвать себя благородным, признать, что хотел отвести от Касси опасность и дать возможность ясно размыслить над последствиями столь важного решения. Он не хотел прислушиваться к тоненькому голоску, который напевал, что если Кейн лишит девственности Касси, то привяжет себя к этой красавице-перевертыше. И если однажды сделает своей, уже никогда не сможет отпустить. И не важно, чего она хотела. Пара….

С низким рыком, он отогнал мысли об этом пугающем слове. Нет, даже не думай. И без того ситуация плоха. И словно в подтверждении догадки, Касси перевернулась во сне и прижалась к нему с немым доверием, заставляя сердце Кейна трепетать. Черт. Нельзя было позволять ей ложиться с ним в одну постель. Не только потому что он — полноценный, далеко не святой мужчина, и что ощущение ее теплого тела, едва прикрытого ночнушкой, которую он ей по глупости купил, заставляло его плоть до боли напрягаться от желания. А всё потому, что прямая близость затрагивала скрытые точки, которые Кейн не желал оголять. Ну да, у него не было выбора. Один умоляющий взгляд этих изумрудных глаз и он был повержен. Жалок. С печальной улыбкой, Кейн зарылся в шелковистую мягкость ее волос. Что оставалось бедному мужчине?

Рассеянно погладив спину Касси, Кейн приблизился к моменту, когда практически уснул, но внезапно ощутил, как напряжены мышцы Касси. Нахмурившись, он поднял голову. Спит ли она или он ее нечаянно разбудил? Ответом послужили ее распахнувшиеся глаза, прекрасный изумрудный цвет которых заволокло тревожной белой пеленой.

— Касси. — Он встряхнул ее в нелепой попытке разбудить. — Касси.

Не обращая на него никакого внимания, Касси стряхнула его руки и встала с кровати. Затем, словно робот, направилась прочь из спальни.

— Черт. — Вскочив с кровати, Кейн быстро натянул джинсы и свитер, брошенные на кресло. За пояс засунул глок и, схватив халат, висящий на ручке ванной, поспешил за Касси.

Бесполезно ее останавливать. Затерявшись в видении, Касси не остановится, пока не достигнет цели. Была ли целью гостиная, где Касси сплетет очередной странный, мерцающий иероглиф — предсказание, или придется пересечь пол страны? Всё, что мог сделать Кейн — не дать ей себе навредить. В гостиной оказалось пусто, а входная дверь только что захлопнулась. Чертыхаясь, Кейн поспешил в коридор, догнав, наконец, Касси, заходящую в пустой лифт.

— Подожди, детка, я с тобой, — проговорил он, заходя в маленькую кабинку, в момент, когда Касси нажала кнопку вестибюля.

Она смотрела прямо перед собой, на лице никаких эмоций, даже когда Кейн накинул на нее халат и завязал пояс. Он скривился, по крайней мере, в отеле было тихо. Если не брать в расчет отвратительную музыку, доносящуюся из динамиков в лифте.

Странная пора — часы перед рассветом. Промежуток времени, когда даже самые заядлые игроки возвращаются в постели, а те, у кого начинается смена, потягивают первую кружку кофе. Они с Касси избегут случайных зевак и, что еще важнее, толп народа, в которых может скрываться враг.

Лифт немного вздрогнул и остановился, металлические двери разъехались, открывая перед ними вестибюль, в который Касси незамедлительно вошла. Она двигалась размеренным темпом, шагая по кафельному полу прямиком к стеклянным дверям, ведущим на улицу.

Кейн всё время оставался рядом. Отрицательно мотнув головой водителю, который лениво прислонился к лимузину в ожидании клиентов, вер схватил Касси, которая практически вышла навстречу мчащемуся по дороге такси, за руку.

— Подожди, — скомандовал он, отказываясь отпускать ее, пока не убедиться, что горизонт чист.

Она смирно стояла, в безмолвии ожидая, когда же Кейн ее отпустит, чтобы продолжить путь и, быстро перебежав через дорогу, направиться на другой конец города. Вздыхая, Кейн брел позади. Если у него не сложиться на поприще рыцаря-защитника, сможет сделать карьеру, как регулировщик транспорта у школ. Надо это рассмотреть.

Сфокусировавшись на этой абсурдной мысли, а не на растущей панике за Касси, погруженной в свои видения, Кейн все же был на стороже, пока они обходили аэропорт и направлялись в пустыню. Хотя, остерегаться здесь особо не было чего. Пара койотов, ящерицы, змеи… Никто из них не сможет навредить чистокровному Веру. Слава Богу.

В итоге, яркий свет фонарей города остался далеко позади, и все признаки цивилизации были скрыты бесплодными просторами пустыни. Касси все так же шла вперед, не обращая внимания на прохладный ветерок и тишину. Куда, черт подери, они идут?

Через полчаса он получил ответ на этот вопрос, хотя смысла так и не увидел. Касси остановилась посреди впадины с плоским дном, ветер развевал ее светлые волосы. Затем, словно внезапно обезумев, она упала на колени. Кейн выругался, отпрыгивая в сторону, когда она схватила острый камень и начала лихорадочно рисовать символы на высохшей земле. Кейн стиснул зубы, сопротивляясь природному инстинкту поднять Касси из грязи и утащить в безопасность гостиничного номера. И даже несколько мучительных минут ему это удавалось, но когда его обоняния достиг запах крови Касси, благие намерения разбились вдребезги. Коленки Касси были разодраны, а ладони исцарапаны о камень. Достаточно.

— Касси. — Он хотел сделать шаг к ней, но его остановил чей-то тихий голос.

— Не вмешивайся, Вер.

Этот звук, в сочетании с запахом серы, заставил Кейна развернуться, вытаскивая из-за пояса пистолет.

Он прищурился, рассматривая маленькое создание прямо позади него. Дерьмо. Как ей удалось так близко подкрасться? Хотя она совсем не выглядела угрожающе. Её рост едва ли составлял три фута (91 см), крохотная фигурка была скрытая белым одеянием, сияющим под светом луны. А личико в форме сердечка казалось совсем уж детским, и его хрупкие черты создавали иллюзию невинности. Пока не заметишь острые, словно бритвы, зубы и огромную силу, скрытую в глубинах темных, миндалевидных глаз. Это существо было столь же беспомощным, как ходячая граната. Или ядерная бомба.

Его волк пришел в боевую готовность, рука Кейна не дрогнула, когда он направил дуло пистолета прямо в грудь существа.

— Кто ты? — прорычал он.

Она подняла крошечные ручки, словно пытаясь убедить его доверять ей.

— Янна.

Он положил палец на спусковой крючок.

— Назови хоть одну причину, чтобы не всадить пулю в твое сердце.

Она склонила голову на бок.

— Человеческим оружием ты меня не убьешь.

Не удивленный этим, Кейн пожал плечами.

— Значит, разорву тебе глотку.

— Нет надобности в угрозах. Я здесь не для того, чтобы причинить вред твоей паре.

— Она не… — Он оборвал свое смехотворное оправдание на полуслове. — Тогда зачем?

— Предупредить. — Она прищурила темные глаза, когда ясно услышала щелчок взведения курка. — Черт подери, что с тобой? Я сказала предупредить, а не угрожать.

— И почему я должен поверить созданию, появившемуся из воздуха, чтобы просто передать загадочное предупреждение? — съязвил он, передвигаясь так, чтобы прикрыть своим телом Касси, все еще неистово копающуюся в грязи.

Крошечная демоница не отводила глаз от Кейна, что было очень разумно. Один взгляд на уязвимую Касси — и Кейн оторвёт ей голову. По крайней мере, попытается, про себя поправился он, содрогнувшись, когда Янна позволила крохотной части своей силы отразиться в глубинах глаз.

— Предупреждение не загадочно, — заверила Янна. — На самом деле, яснее просто некуда.

— Отлично, я в игре. — Словно у него был выбор. — Что за предупреждение?

— В ближайшем будущем Касси будет настаивать, чтобы ты ее оставил.

Оставил? Кейн тут же разозлился.

— Нет

Янна тяжело выдохнула.

— Почему мужчины так всё усложняют?

— Ты пророчица? — выдавил он сквозь стиснутые зубы.

— Нет. — Демоница покачала головой, от чего длинные косы скользнули по спине. — Лишь у Касси есть этот дар.

— Дар? — Кейн чертыхнулся. — Чертово проклятье.

— Вероятно.

Он опустил пистолет, опасаясь, что в своем теперешнем состоянии мог натворить глупостей. Это его привычный принцип действия. Кроме того, вряд ли от этого будет хоть какая-то польза.

— Если ты не пророчица, откуда тебе знать, на чем Касси будет настаивать в будущем?

— Моя мать — Силджар, Оракул.

— Дерьмо. — Последнее, что было нужно Кейну, так это вмешательство комиссии, или как он их называл заноз-в-заднице-правящих-миром-демонов. — Откуда она узнала?

— У нее талант ощущать первоисточник.

Кейн скорчился, узнавая термин. Который означает, что Касси важна для будущего мира, а ее судьба написана на звездном небосклоне.

— Нить судьбы, — пробормотал он.

— А ты не просто милашка. — Янна блеснула острыми зубами. Жуть. — Необычно.

— Стараюсь, — сухо ответил он. — Но все еще не вполне понимаю, зачем ты здесь.

— Судьба всех нас лежит на плечах юной Касси.

— Что ж, лично я считаю, судьба может идти туда, откуда пришла, — отрезал Кейн, понимая, что говорит, как ребенок. Но, проклятье, он стоял посреди пустыни не в состоянии помочь женщине, защитой которой одержим, которая писала что-то в грязи, содрав руки до крови. И имел полное право думать, что судьба или рок, или как бы там еще это ни называлось — абсолютный отстой.

Что-то отдаленно напоминающее сочувствие промелькнуло на лице в форме сердца.

— Такова ее судьба, — тихо проговорила Янна, — но она не должна идти этим путём в одиночку.

— Она не одна. — Кейн нахмурился. — Или ты о ее сестрах говоришь? Касси отказывается связываться с ними.

— Нет, я говорю о тебе. Ты никогда не должен сомневаться.

Сомневаться? Она шутит? Злость вернулась, наряду с интересом.

— Ты сомневаешься в моей преданности?

— Нет, но как у большинства альфа-самцов, в тебе больше гордости, чем здравого смысла.

— Что это, черт возьми, значит?

— Я уже сказала. — Янна посмотрела на него, словно задумавшись: всегда ли он так глуп. — Касси окажется на перепутье и тогда попросит тебя уйти. Ты не должен позволить ей оставить тебя.

— Она никуда не пойдет без меня, — отрезал Кейн. — Никогда.

Эхо его яростных слов все еще летало в воздухе, когда из-за спины Кейна раздался слабый стон. Он обернулся, его сердце остановилось при виде Касси, упавшей на землю.

— Черт. — Он опустился на колено рядом с ней, но, перед тем как прижать к груди стройное тело, вытащил из её ладони камень. Поскольку не желал получить им в голову — ведь Касси все еще могла быть под воздействием видения. Он прижался губами к ее лбу, а когда ее ресницы дрогнули, отстранился. Ее глаза вновь стали изумрудными. Слава Богам.

— Кейн? — прохрипел она.

— Я рядом.

Она моргнула, ошеломленно замечая звездный небосвод над их головами, затем привстала и окинула взглядом бесплодную пустыню.

— Где мы?

Он скорчил гримасу.

— Посреди чертова нигде.

Она в недоумении свела брови.

— Я думала…

— О чем?

— Мне показалось, что я слышала голоса.

Вот черт. Кейн повернул голову. Он напрочь забыл о странной гостье. Ушла. Хвала Господу. Ему плевать, зачем приходила Янна, или как ей удалось бесследно появиться и исчезнуть. Главное, что могущественной демоницы не было рядом с Касси. Он вновь посмотрел на женщину в своих объятьях.

— Мы одни, — тихо заверил он ее. — С тобой все хорошо?

— Думаю, да. — Она аккуратно вырвала руку из его безжалостной хватки, озадаченно всматриваясь в заживающие царапины. А затем, словно в поиске причины появления этих ран, обратила внимание на глифы, которые нарисовала на почве посреди пустыни. — Это я сделала?

— Практически Пикассо, — пошутил Кейн с дразнящей улыбкой на лице, помогая Касси подняться. Он не собирался вываливать на нее свой самый страшный кошмар, что настанет день, когда Касси потеряется в видении и больше не вернется. И без того у нее предостаточно проблем. — Ты случайно не знаешь, зачем ты это сделала?

— Нет, но полагаю, что именно поэтому мы здесь.

Отличные новости. По крайней мере, стоило надеяться, что это так. Он устал от попыток защитить Касси в столь перенаселенном районе. Конечно, гарнатий, что их не забросит в место похуже не было. И на этой счастливой мысли, Кейн указал на глифы.

— Что тут написано?

— Предупреждение. — Касси нахмурилась, вертя головой. — По крайней мере, я думаю, что это оно.

Он приподнял ее лицо за подбородок, чтобы всмотреться в бледные черты. У него ёкнуло сердце. Боже, она была так прекрасна, освещенная лунным светом.

— Как так получается, что ты пишешь пророчество, но не знаешь о чем оно?

— Оно не для меня, — ответила она, словно это все объясняло.

— Для кого же?.. — Когда Касси качнулась от усталости, Кейн резко встряхнул головой. — Не важно, — пробормотал он, беря ее на руки. — Здесь всё?

— Да

Он взглянул в глубину изумрудных глаз.

— Значит, можем вернуться домой?

— Домой?

— Ты предпочла бы направится куда-то еще? — спросил он, молясь, чтобы она ответила нет.

Она нахмурилась.

— Нет.

— Тогда что?

— У меня никогда не было дома.

Опасная, пьянящая теплота пронзила сердце Кейна и разлилась по телу. Кейну было плевать на это. Склонив голову, он коснулся ее губ своими в трепетной клятве.

— Теперь есть.

 

Глава 5

Несмотря на ранний час, Кейн на рассвете упаковал вещи и выписался из отеля. Касси не горела желанием спорить, у нее навсегда останутся самые теплые воспоминания о Вегасе. Ее губы тронула улыбка. Не просто теплые, самые сказочные. Уже сейчас, закрыв глаза, она могла воспроизвести в памяти каждое прикосновение, поцелуй и умопомрачительный оргазм, все до мельчайших, откровенных деталей. Но Касси более чем радовалась возвращению в логово Кейна в пригороде Чикаго. Что может быть лучше, чем Кейн в полном ее распоряжении, и никакого отвлечения на то, чтобы слиться с толпой? Притворяться нормальной было изнурительно.

Удовлетворенно вздохнув, Касси поерзала на сидении. Ветер трепал её волосы. Кейн опустил крышу джипа, и послеполуденное солнце ласкало кожу, которую оставляли неприкрытой короткие темно-зеленые шорты и топ без бретелек. Касси лениво осматривала кукурузные поля Небраски, наслаждаясь теплым мускусным ароматом волка Кейна. Его запах… дарил ощущение стабильности. По-другому не скажешь. Даже когда Касси терялась в мрачном тумане предсказаний и не видела мира, лишь уловив аромат Кейна, знала: с ней ничего не случиться. Зациклившись на волшебном ощущении, которое Кейн привнес в ее жизнь, Касси не была готова к тревожному чувству, разрушившему кратковременную иллюзию умиротворенности. Выпрямившись, она коснулась плеча Кейна.

— Остановись

Он обвел хмурым взглядом бесконечные мили кукурузных полей.

— Здесь?

— Да.

Неохотно, он притормозил и остановился на обочине, а затем обратил все свое внимание на Касси.

— Тебе плохо?

Озадаченная его вопросом, Касси тряхнула головой.

— Нет.

— Хочешь в туалет?

— Нет.

— Тогда, какого черта мы остановились?

— Телефон.

Кейн свел брови.

— Что… — его прервал звонок мобильного. — Дерьмо, — пробубнил он, доставая из кармана телефон. — Никогда к этому не привыкну. — Он посмотрел на монитор и нахмурился ещё сильнее. — Ингрид.

— Подруга? — заставила себя спросить Касси, подавив странное отвращение к неизвестной женщине.

Этот звонок был важен, даже если Касси не знала почему.

— Была ею целую жизнь назад, — признался Кейн. — Зачем ей сейчас звонить?

Касси положила голову на мускулистое плечо Кейна.

— Я не могу знать всего. — И указала на телефон. — Может, если ты ответишь и поговоришь с ней, узнаешь.

Повернув голову, он чмокнул ее в кончик носа.

— Язва.

Она не повелась на игривое поведение Кейна, ведь что-то его тревожило.

— Почему ты не отвечаешь?

Он скривился.

— Она — часть прошлого, которое я пытаюсь забыть.

Телефон умолк, переключая звонившего на голосовую почту, но через пару секунд звонок повторился.

— Думаю, она не согласна быть в твоем прошлом. — Касси смотрела на напряженное выражение лица Кейна, ощущая его неловкость, как свое. — Она была твоей любовницей?

— Нет, но… — В потрясающе голубых глазах промелькнуло сожаление, когда Кейн провел пальцем по контуру губ Касси. — В прошлом у меня были женщины, Касси. Я не невинен, как ты.

Она замялась от осознания, что неприятное ощущение, возникшее из-за звонка Кейну, ни что иное, как ревность. Как… поразительно.

— И сейчас у тебя есть любовница?

Кейн скривил губы, легко ощущая ее внутреннюю сумятицу.

— Лишь одна, — заверил он и оставил на ее губах собственнический поцелуй. — Остальные — в прошлом, которое я стремлюсь забыть.

Касси кивнула, в груди ослабло напряжение, хотя телефон продолжал настырно трезвонить.

— А она настойчива, — проговорила Касси и указала на мигающий значок в верхнем углу экрана. — Что это значит?

— Она прислала видео.

Касси напряглась, дар предупреждения подавил ее эмоции.

— Думаю, тебе нужно его посмотреть.

Он хмуро на нее посмотрел.

— Ты сейчас говоришь, как ревнующая любовница или как пророчица?

Какое-то время она колебалась.

— И то и другое.

Он с шипением выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Не обязательно быть провидцем, чтобы понять, что оно мне не понравится.

— Включи его, Кейн, — тихо приказала она.

Пробормотав что-то себе под нос, он повернул телефон так, чтобы им обоим было видно, и нажал на мигающий значок. Через секунду, на экране появилась молодая кареглазая девушка с коротко стриженными светлыми волосами. Когда она дерзко улыбнулась, ее лицо стало не столько симпатичнее, сколько интереснее.

— Давно не виделись, либлинг, - произнесла она низким, хриплым голосом. — Теперь, когда ты стал большим и страшным Вером, у тебя не осталось времени на старых друзей? — Она в презрении скривила губы. — Ах, ходят слухи, что ты предал Псов. Слушай внимательно. Ты получил, что хотел, теперь того же хочу я. Если ты смог стать Вером, значит и я могу. И чтобы ты не надул меня, покажу тебе небольшой… стимул.

На мониторе все поплыло, когда Ингрид повернула камеру на что-то сбоку. С минуту было видно лишь размытый силует, пока камера снова не сфокусировалась, от чего Касси ахнула. Крошечная женщина на экране была почти полной ее копией. Лишь волосы короче, и в цвете больше золота, чем платины. А стройное тело, одетое в обычные джинсы и голубую футболку, казалось более мускулистым, очевидно благодаря часам, проведенным в зале. Но лицо в форме сердца определенно схожее с ее, и если бы у девушки были открыты глаза, Касси поклялась бы, что они зеленого оттенка. Одна из ее трех сестер. Их ещё не представили друг другу официально, но сходство было слишком грандиозным, чтобы отрицать очевидное.

— Харли, — Ответил Кейн на ее немой вопрос и нажал на паузу.

Касси в ужасе вцепилась в руку Кейна, судорожно изучая изображение сестры в серебряном ошейнике, привязанной к стулу серебряной цепью. Казалось, что она без сознания — голова склонена на бок, а по щеке стекает тонкая струйка крови из раны на виске.

— Боже мой, она ранена, — выдохнула Касси, повернув голову, она встретилась с внимательным взглядом Кейна. — Дальше ничего нет?

— Есть, но давай лучше я…

— Включи, — взмолилась она. — Прошу.

Касси почувствовала, как под ее пальцами напряглись мускулы, но все же Кейн нажал на экран, чтобы возобновить проигрывание видео, где к Харли присоединилась Ингрид, опустившаяся на колени рядом со стулом.

— Если хочешь освободить ее невредимой… — женщина ухмыльнулась. — Ну, практически невредимой, позвони мне, назначим встречу и договоримся. У тебя сутки. А, и если думаешь отправить это видео своим новым союзникам… лучше не делай этого. — Дворняга наклонила камеру, чтобы было видно, как она поглаживает живот Харли. — Если я почувствую хотя бы намек на преследование, первыми умрут маленькие, невинные щенки. — Она послала в камеру воздушный поцелуй. — Позвони, либлинг.

Экран потемнел, Кейн сильно стиснул телефон, едва не разломав его на кусочки.

— Я убью эту суку.

Касси кивнула, полностью соглашаясь с планом «убить суку», но только после того, как убедятся, что с Харли все хорошо.

— Она и вправду может навредить детям?

На его челюсти дергался нерв. Видимо, Кейн хотел защитить ее ложью

— Да.

— Нам нужно ее спасти. — Касси нахмурилась, когда он вновь включил видео. — Кейн, ты меня слышал?

— Это ловушка, — проговорил он.

— Какая?

Он остановил видео, нахмурился и стал изучать изображение Ингрид в темной комнате, на заднем фоне которой виднелись полки с винными бутылками.

— Возможно, это уловка, придуманная твоими сестрами, чтобы вернуть тебя к ним.

Касси фыркнула. Не секрет, что сестры жаждут вернуть ее в лоно семьи, но, и на мимолетное мгновение Касси не подумала бы, что они способны на такие радикальные меры.

— Они не стали бы.

— Я тоже так думаю, — согласился Кейн, — но нужно и этот вариант учитывать.

— Есть еще теории?

— Есть вероятность, что Ингрид говорила правду. — Он вновь посмотрел на экран, где женщина улыбалась с самодовольным высокомерием. — Она может на самом деле предполагать о наличии у меня какого-то волшебного заклинания, способного сделать из нее чистокровного Вера, и хочет его заполучить.

Касси изучала его точеный профиль.

— Но ты в это не веришь?

Кейн скривил губы.

— Было время, когда я наивно полагал, будто мир вертится вокруг меня, но я не полный идиот.

Она склонила на бок голову.

— Я не знаю, что это значит.

Он слегка дернул ее за хвост.

— Я еду с самым востребованным во всей вселенной существом. Если кто-то хочет схватить нас, то только из-за тебя, малыш.

Касси состроила мину. Самое востребованное существо во вселенной — смешно, но, тем не менее, горькая правда.

— Даже если это так, я не оставлю свою сестру в руках той женщины.

— Знаю, — успокоил ее Кейн. — Ты улавливаешь… — Он махнул рукой в неопределенном жесте.

— Что?

— Вибрации.

Она смущенно моргнула и лишь спустя мгновение поняла, что он подразумевает видения.

— Ох. — Касси замерла, ища любой намек на предсказание. — Нет, — наконец произнесла она. — Ничего

Он глубоко вздохнул.

— Значит, ты получила команду просмотреть видео, но ни намека на то, что делать?

— Дар так не работает. — Она пожала плечами, указывая на телефон. — Тебе стоит позвонить.

Опустив взгляд на монитор, на котором все еще было изображении Ингрид, Кейн напрягся.

— Пока еще нет.

— Кейн… — начала она, но остановила поток мольбы, уловив рассеяность Кейна. — У тебя есть план?

— Не сказал бы, что план, скорее отчаянная надежда выбраться невредимыми вместе с твоей сестрой из ловушки до того, как она захлопнется, — поправил он.

— Такое возможно?

Он кликнул по экрану.

— Я узнаю место, где Ингрид сделала это видео.

— Правда?

— Винный погреб Сальваторе.

— Ты был в винном погребе Короля Веров?

— Конечно. — Он повернулся и натолкнулся на ее недоверчивый взгляд. — Раньше Сальваторе был моим врагом. Черт возьми, да он и сейчас горит желанием содрать с меня шкуру.

— А что ты делал в его винном погребе?

— Когда Сальваторе появился в Америке, мне понадобился тайный ход в его логово, на крайний случай. В его винный погреб ведёт туннель.

Она возвела глаза к небу.

— Думаю, следовало ожидать такого безумия от тебя, учитывая твое безрассудство. Но эта женщина… — Касси нахмурилась, разглядывая изображение самодовольно ухмыляющейся дворняги. — Она безумна?

— Я всегда подозревал о ее слабоумии, — сказал Кейн. — Но почему ты так решила?

— Кто будет настолько глуп, чтобы удерживать пару короля Веров в его же винном погребе?

— Должно быть, Сальваторе уехал из штата, иначе бы Ингрид не смогла бы и близко подобраться к логову, не то чтобы схватила бы Харли, — пояснил он.

Касси все еще придерживалась мысли, что женщина сумасшедшая.

— И ты считаешь, что они все еще в том погребе?

— Сомнительно, но там мы сможем уловить запах Ингрид и выследить её.

Помимо воли, она впилась ногтями в руку Кейна, волчица жаждала отправиться на охоту, даже несмотря на страх, от которого колотилось сердце.

— Что если она навредит Харли или детям прежде, чем мы доберемся до них?

— У нас сутки. Если нам не удастся уловить след Ингрид, я позвоню. — Он прижал руку к щеке Касси, нежно поцеловав ее в губы. — Обещаю, твоей сестре никто не посмеет навредить.

Она прижалась своим лбом к его, черпая силу от такого родного аромата.

— Поехали, — прошептала она.

***

Убежище Сальваторе в Сент-Луисе

Вышагивая из угла в угол погреба, Гаюс все сильнее злился. Кто бы его винил? Он оказался в логове Короля Веров с двумя Псами, одинаковыми, словно солдатики, и ведьмой-готкой, одетой в обтягивающую кожаную юбку и шипованные сапоги на каблуках, которые были столь же неудобны, как и смехотворны. И чтобы заманить пророчицу в ловушку был вынужден сменить облик, став Королевой Веров. Теперь же он застрял с трио идиотов, в надежде, что уловка сработает. К тому же, к травме прибавлялось раздражение от вони псов, заполонившей весь погреб. Che macello.

Пес-дворняга, видимо, обладал больше мускулами, нежели мозгами, поскольку вышагивал в пределах досягаемости Гаюса, совершенно не обращая внимания на леденящую ярость, которая наполняла воздух.

— На самом деле удивительно, — проговорил Дольф, подтверждая свою тупость тем, что потянулся к копне длинных золотистых волос Гаюса.

— Тронешь меня, и сестра вытащит отсюда твой труп.

Пес одернул руку, лицо залилось краской от ледяного предупреждения.

— Угрозы ни к чему, — возразил он. — Мы на одной стороне.

Гаюс скривил губы.

— Не напоминай.

Дворняга поморщился.

— Что заползло в твою задницу и сдохло?

— Прошу прощения?

— Почему у тебя такое паршивое настроение?

Гаюс прищурился.

— Ты пытаешься шутить?

— Нет, просто…

— Думаешь, мне нравятся эта, — Гайус провел рукой по своему стройному, с идеальными изгибами телу, — женская форма?

Краска схлынула с лица Дольфа, которое посерело от страха.

— Конечно же, нет.

— Или нравиться часами сидеть на территории логова Короля Веров после того, как нарушил границы частной собственности? — продолжал Гаюс голосом, наполненным такой злобой, что могла освежевать менее могущественное существо. — Который, к слову, вернул себе все силы и с радостью прикончит меня, как только увидит.

Дольф поднял руки в отчаянной попытке примирения.

— Я же говорил тебе, источник Ингрид доложил, что король и королева еще несколько дней будут в Чикаго.

Гаюса эти слова впечатлили не больше, чем в первый раз. Не сказать, что у него был выбор. Когда Ингрид предложила ему воспользоваться способностью менять облик, чтобы заманить пророчицу, Гаюс решительно отказался. Он не собирался выставлять себя дураком, приняв облик чертовой женщины и скрываясь в винном погребе Короля Веров. У него еще осталось немного гордости. Но, конечно, ведьма тут же связалась с Тёмным Лордом, и Гаюс оказался на коленях, согласный поехать в Сент-Луис и принять облик Харли. Хотя, он не соглашался на то, что ему это должно нравиться.

— Этот загадочный источник мог ошибиться, — заметил он холодным тоном. — Или надеялся продержать нас подольше, сделав овцами на заклание.

— Ингрид знает, что делает. — Дольф кинул слишком интимный взгляд на сестру. Гадость. — Она ведь придумала план, как заманить Кейна в винный погреб.

— Да. — Гаюс сосредоточил внимание на женщине-дворняге, которая стояла, прислонившись плечом к полке и скрестив на груди мускулистые руки. — Уверена, что он придет сюда, а не позвонит, как ты потребовала.

Ингрид пожала плечами.

— Кейн патологически подозрителен, из-за чего его практически невозможно поймать в ловушку. Нам нужно убедить его в отсутствии подвоха, направляя туда, куда нам нужно.

— И ты предполагаешь, что он посмотрит видео, которое ты ему отослала и проигнорирует требования, несмотря на угрозу своей королеве? — Гаюс нетерпеливо откинул назад светлые волосы, причиняющие одно лишь неудобство. Cristo, как же он будет рад, когда всему этому фарсу придет конец и к нему вернется его истинное обличье — И то, что он узнает этот погреб?

Дворняга ухмыльнулась.

— Поверь мне.

Гаюс в отвращении прошипел:

— Никогда.

 

Глава 6

Логово Сальваторе Сент-Луис

Оставив джип в нескольких милях от логова Сальваторе на севере пригорода, Кейн повел Касси по кромке огромного озера, окруженного кирпичными особняками, которые стояли словно изысканные драгоценности среди ухоженных газонов и садов. И остановился за лодочным сараем.

Уже было достаточно поздно и окрестности накрыла ночная темнота, но с ночным зрением Кейн легко мог увидеть грозящую опасность. Если бы таковая встретилась.

Он проигнорировал инкуба, который ублажал фантазии одинокой домохозяйке и гнездо гарпий, скрывающееся на острове посреди озера. Для чистокровки они не представляли угрозы.

Но совсем не убежденный в безопасности, Кейн изучал трехэтажный особняк, расположенный на холме с которого открывался вид на озеро. Задняя стена особняка, была практически полностью стеклянная, и частично скрыта верандой с мраморными колоннами. По крутому склону спускались сады, обнесенные решеткой и упирались в край каменного грота, который не только служил местом для пикника, но и отличным пунктом наблюдения для охранников Сальваторе.

Которые должны были стоять на страже.

Так где же они, чёрт побери?

Он все еще осматривался, когда почувствовал, как Касси присела рядом с ним, упираясь взглядом округленных глаз в особняк.

— Господи Боже, — выдохнула она. — Это дом Харли?

— Один из многих.

— Большой.

Кейн слегка скривил губы от такого преуменьшения. Территория была настолько огромной, что могла претендовать на звание небольшой страны.

— Если захочешь, могу прикупить дом наподобие этого.

Касси пожала плечами.

— Нет, слишком много лет я провела в бездушной пещере, чтобы чувствовать удобство в таком доме, — ответила она. — Лучше в твоем доме.

Он слегка сжал ее ладонь.

— Нашем доме, — поправил Кейн.

— Да. — На мгновение она сверкнула ямочками на щеках. — Наш дом.

От пронзившего удовольствия от этих слов, Кейн, застонав, притянул к себе Касси для быстрого поцелуя. Звучит идеально: «Наш дом».

Но с проклятьем заставил себя отстраниться. Не время отвлекаться, не важно, как сильно искушение.

Даже, если это не ловушка, Кейн знал, что Сальваторе назначил вознаграждение за его голову. Если кто-то из стаи короля уловит их запах, сбить со следа Кейна уже никого не сможет.

— Что-нибудь чувствуешь? — спросил он, вернув внимание на, казалось бы, заброшенный дом.

Запрокинув голову Касси втянула воздух.

— Нет.

— Как и я

Она поморщилась.

— Это хорошо или плохо.

Отличный вопрос.

— Сальваторе никогда бы не оставил Харли одну, — проговорил Кейн. — Если бы ее похитили, стая уже бы прочесывала окрестности.

Касси пожала плечами.

— Может никто не в курсе об ее исчезновении.

— По крайней мере, они должны были охранять дом.

— Думаешь, это ловушка?

Он стиснул зубы.

— Без сомнений.

Касси моргнула на такую прямоту.

— Тогда нам может лучше находится в другом месте?

— Да.

Склонив голову набок, она в замешательстве посмотрела на него.

— Кейн.

Он глубоко вздохнул. Все инстинкты кричали перекинуть Касси через плечо и на всей скорости мчаться прочь от логова Сальваторе. В самом воздухе шипело предупреждение.

Но Кейн уже достаточно много времени провел с Касси и понимал, что она не успокоится, пока не убедится, что Харли в безопасности в объятиях своей половинки.

— Черт, — выругался он. — Что?

— Если я должна уловить запах Ингрид, нужно подойти ближе.

Не колеблясь и с присущим бесстрашием, она встала.

— Тогда вперед.

— Погоди. — Он выпрямился и взял ее за руки, предупреждающе сжав. — Я хочу взять с тебя обещание не отходить от меня. Ни на одну секунду.

Касси мешкала, покусывая губу.

— Попытаюсь, — наконец выдавила она.

— Касси.

— Лишь это я могу пообещать.

Он скривил губы, встретив ее прямой взгляд.

— Полагаю, так и есть.

Взяв Касси за руку, Кейн повел ее вдоль берега, проигнорировав каменные ступени, ведущие в дом. Касси шла рядом, недоуменно хмуря лоб.

— Ты куда?

Кейн повел ее мимо лодочного причала и, наконец, остановился у ряда мусорных контейнеров рядом с гравийной дорожкой.

— Вход в секретный тоннель скрыт за мусорными баками

— Умно, — заметила Касси, но стоило Кейну сломать замок и отбросить крышку зеленого мусорного бака, стоящего недалеко от других, закрыла рот и нос рукой. — И воняет, — пробормотала она, инстинктивно отступая на шаг. — Фу.

Подготовленный к такому отвращению, Кейн проигнорировал неприятный запах и магическое заклинание «разворачивайся и уходи».

— Зато это держит демонов на расстоянии и предотвращает обнаружение входа, — сказал он, шагнув в мусорный бак и протянув руку Касси.

— Довольно эффективное средство отвращения, — приглушенно пробормотала Касси, нехотя взяв Кейна за руку и шагнув в контейнер.

Как только они вдвоем перешли через барьер, заклинание исчезло, открывая взору чистый контейнер на дне которого был врезан люк. Кейн наклонился и провел по контуру крышки рукой, чтобы найти рычаг. Слабо надавив на него, он распахнул крышку люка, открывая подземный туннель.

Затем заставил Касси уцепиться пальцами за пояс его джинсов и приказал:

— Держи и не смей отпускать.

Она сморщила носик.

— Какой ты властный.

— Нет, я в ужасе.

Не дав возможности ответить, Кейн прыгнул на цементный пол туннеля, Касси следовала за ним.

И замер, изучая темноту обостренными чувствами. Ничего.

Ни притаившихся врагов.

Ни ловушек.

Никакого запаха дворняг.

Кейн зарычал от расстройства.

— Ингрид не входила и не выходила из туннеля.

— Тогда нам нужно идти, — тихо прошептала Касси. — Мы знаем, что она в винном погребе. Можем там уловить ее запах.

Посмотрев на нее через плечо, Кейн наткнулся на упрямый взгляд.

— А что если это ловушка?

Она приняла еще более упрямый вид.

Строптивка.

Есть такое слово? Если нет, то определенно стоило придумать.

— Я не уйду, пока мы не найдем след, ведущий к моей сестре.

Кейн направился в глубь туннеля, бормоча проклятия себе под нос. Господи, это самая великая кармическая шутка во все времена. Судьба одарила его столь желаемым, превратила в чистокровного Вера, только для того, чтобы наказать постоянным давлением оберегать самое подвергаемое опасности существо в мире.

Он должен был наслаждаться беззаботным существованием на верхушке пищевой цепочки, окруженный боготворящим его гаремом и собирая нажитое нечестным путем. Разве об этом он мечтал?

Конечно, в его мечты не входило медленно красться во тьме, мучимым страхом, что каким-то образом он подведет женщину, ставшую частью его жизни.

На поясе его брюк, Касси напрягла пальцы, Кейна окружил аромат теплого женского тела и лаванды, заставляя забыть о жалости к себе

Касси.

Он ни за что не променял бы час с этой женщиной на все гаремы мира и богатства.

О, с какой высоты мы пали.

Качая головой на свою глупость, Кейн проник в туннель, ведущий к подвалам логова Сальваторе. Когда они достигли тяжелой деревянной двери с железными шипами, он глубоко вдохнул, совсем не успокоившись от странной пустоты, заполняющей воздух.

Должны же присутствовать хоть какие-то запахи.

Полностью готовый к схватке, Кейн неохотно открыл дверь, стараясь держать Касси позади себя. Они вошли в комнату с земляным полом и цементными стенами, на которых располагались полки с сотнями пыльных бутылок. В центре находилась коллекция деревянных бочек. А по всей плоскости виднелись арочные проходы, ведущие в альковы и современным холодильникам.

Сосредоточенный на поиске притаившихся врагов, Кейн чуть не упустил из виду стройную, блондинку-вера, сидевшую на стуле рядом с винными стойками. Вероятно она без сознания.

К счастью, он уловил момент, когда Касси собралась броситься через весь погреб и схватил ее за руку.

— Подожди.

— Там Харли, — прошипела Касси, вырывая руку. — Мы должны ей помочь.

Кейн схватил Касси за талию и прошептал прямо в ухо.

— Касси здесь что-то не так.

— Что?

— Запах.

— Я не чувствую… — Она замерла, осознав, что не ощущает в воздухе и намека на аромат сестры. — Ох.

В момент, когда Кейн пихнул Касси сквозь дверной проем, он ощутил колебание воздуха от движения одной из полок, за которой оказалось скрытое пространство. У него возникло ощущение, что перед ними клетка с цементной кладкой, а затем всем вниманием завладели две одинаковые дворняги и темноволосая ведьма, оказавшиеся в этом пространстве.

— Не дурно, Кейн, — пропела женщина, очевидно подслушав их разговор.

— Ингрид.

Кейн усмехнулся при виде мужчины дворняги. Близнецы походили на Траляля и Труляля на стероидах, оба коротко стрижены, с накаченными телами, в майках и камуфлированных штанах. Его всегда настораживали чрезмерно интимные отношения Ингрид с близнецом, и не только из-за того, что Долф обладал магией. И отношение к этим двум не улучшило и то, что мужчина стал дворнягой. Фактически, Долф абсолютно смертоносен. И лишь из-за того, что он скрылся, Кейну не удалось избавить мир от извращения существования такого создания.

— И Долф, — презрительно выдавил Кейн. — Следовало догадаться, что одно не существует без другого.

Мужчина пожал плечами, отчего висевший на его шее кристалл блеснул в тусклом свете.

— Ты ведь не рассчитывал вечность прятать меня в шкафу?

— Мне следовало прикончить тебя в момент, когда сестра превратила тебя в дворнягу. — Кейн незаметно встал между Касси и дворнягами. — Ты — ошибка природы.

— Ошибка природы? — передразнил Долф, скрестив руки на груди. — Чья бы корова мычала, Кейн? Не ты ли вошел в пещеру дворнягой, а вышел Вером?

— Да, — добавила Ингрид. — Нас всех раздирает любопытство, как с тобой произошло такое чудо?

— Поэтому вы заманили меня сюда?

Неожиданно, поддельная Харли встала со стула и убрала от лица белокурые волосы.

— Нет. — Сделав шаг в сторону, женщина посмотрела на Касси. — Ты здесь, потому что Темному Властелину потребовалась пророчица.

Кейн услышал, как Касси резко вздохнула.

— Ты не моя сестра, — заявила она.

— Очевидно нет, — заметил Гаюс, морщась от облегчения.

Для него это стало сигналом.

С потоком силы, он вновь принял свой облик и схватил атласный халат, который принес с собой, чтобы прикрыть нагое тело. Убрав от лица волосы цвета вороново крыла, он повернулся, встречая взгляды наблюдателей.

Эти двое не выглядели, как те, кто должен находится в списке самых разыскиваемых Темным Властелином. Крошечная женщина со светлыми волосами и зелеными глазами, слишком большими для личика в форме сердца и мальчишка-серфер, Вер, которому самое место на пляже под солнцем.

Как им удалось ускользнуть от самых опытных следопытов в мире демонов?

И вдруг Кейн в защитном жесте приобнял пророчицу, и Гаюс уловил проблеск животной ярости в голубых глазах. Сёрфингист уничтожит мир, защищая самку.

— Дермо, кто ты такой? — пробормотал Кейн с отвращением. — Нет, погоди, дай поправлюсь. Что ты за хрень?

Оскорбленный отсутствием ценности его навыка Гаюс пригладил атлас халата.

— Не знаю, почему меня до сих пор шокирует невоспитанность веров, — проговорил он. — В конце концов, вы те же собаки.

Кейн прищурился, очевидно пытаясь переварить необычность способностей Гаюса.

— Пиявки не могут менять внешность.

— Мои способности выходят за рамки твоего воображения.

Вер фыркнул.

— Как и эго.

Гаюс стиснул зубы, махнув двум дворнягам. Он не собирался препираться с отвратительной собакой, в особенности в винном погребе Короля Веров. Чем скорее они уберутся от Сент-Луиса и доберутся до его логова, тем лучше

— Заберите провидицу, — приказал он.

Кейн зарычал и собрался перекинуться, а его глаза заискрились от силы.

— Только через мой труп.

Долф, чьи глаза налились красным, как у всех дворняг, быстро начал раздеваться.

— Это легко устроить.

— Нет, идиоты, Темный Властелин приказал привести их живыми, — отрезал Гаюс, когда воздух вокруг Ингрид и Долфа замерцал и наполнился звуком трескавшихся костей и сухожилий, свойственный превращению людей в волков.

Став волками размером с маленьких пони с красными глазами, они оскалились, проигнорировав приказ Гаюса, и сконцентрировались на Кейне.

Накаченные дебилы. Если их жажда насилия разрушит возможность угодить Темному Властелину и заполучить запоздалое вознаграждение, Гаюс сдерет с них шкуры и прибьет на стену.

Хотя отсутствие у них контроля и не было важным. В тот момент, когда близнецы готовы были атаковать, воздух наполнился удушливым жаром и со взрывом силы Кейн начал свое превращение. Гаюс пробормотал проклятье, в ужасе наблюдая за появлением чудовищного зверя, сквозь мерцание волшебства.

Даже стоя на четырех лапах, он был выше Гаюса, голова больше наковальни, а грудь размером с небольшой автомобиль. И что еще страшнее, это — интеллект, горящий в глазах, цветом, как два ярких сапфира.

В отличие от дворняг, Кейна не поглотила жажда крови, а наоборот.

С расстраивающей хитростью Вер головой толкнул пророчицу, заблокировав собой узкий проход. Невозможно подойти к Кассандре, не миновав Кейна.

Ублюдок.

Гаюс незаметно отошел назад, когда Ингрид и Долф кинулись в, буквально, пасть смерти. Он не намеревался участвовать в драке, особенно будучи ослабленным после смены облика. Не говоря уже о прогулке по туману, чтобы привести в погреб дворняг и ведьму.

Он махнул ведьме, которая пыталась спрятаться за каменной колонной.

— Салли

Она подошла к нему, явно заставляя себя передвигать ноги.

— Что?

Гаюс нахмурился на ее раздражение.

— Ты собираешься стоять и таращиться на это?

Она бросила осторожный взгляд на рычащих дворняг, которые пытались использовать тактику парного нападения против огромного Вера.

Тщетные усилия.

Даже несмотря на то, что одному удалось впиться клыками в густой мех, Кейн разрывал плоть другого. Конечно, жестокая битва означала, что Кейн отвлечен.

— Каких действий ты от меня ожидаешь? — потребовала Салли, сморщив нос от сильного запаха крови, насытившего воздух. Или может от пронесшегося по подвалу воя боли, когда Кейн оторвал кусок плоти от морды Долфа.

Этим шавкам удалось ранить Вера, но не нанести опасных повреждений.

— Ты ведь ведьма.

Она пожала плечами.

— Пространство здесь слишком маленькое, колдовать рискованно.

— Когда мы сюда прибыли, ты шустро начала колдовать.

— То было безопасное заклинание, чтобы скрыть ото всех наше присутствие, — напомнила Салли, намеренно скользя взглядом по его напряженному телу. — Не все из нас были… стерилизованы.

От бешенства из-за напоминания, что его лишили самой сущности, Гаюс схватил суку за шею. Впившись в плоть когтями, он оторвал ее от земли и приблизил к себе, пока они не оказались нос к носу.

— Не смей издеваться надо мной, ведьма, — прошипел Гаюс, в голосе которого читался древний, как сама Римская империя акцент.

Она, широко распахнув глаза от боли, схватила его за запястье.

— Темный Властелин…

— Примет извинения за смерть проводника и быстро найдет замену, — плавно перебил он ее.

— Прошу, — взмолилась она. — Не надо.

Резко разжав кулак, Гаюс дал Салли свалиться на землю, отчего смешные косы зазмеились вокруг ее лица. Салли, губы которой вновь были накрашены черным, встала и вытерла кровь с шеи.

— Тогда сделай что-нибудь полезное и приведи мне провидицу, — отрезал Гаюс.

— Ты псих?

Гаюс увидел, как страх перед ним в глазах Салли заменяет паника от приказа прорваться сквозь кровопролитную драку.

— Даже если я пройду через ее бешеного защитника, чего я точно сделать не смогу, она ведь чистокровный Вер.

— Но не может перекидываться.

— Что не мешает ей разорвать меня пополам.

Гаюс наклонился, пока они не оказались нос к носу, заставляя Салли содрогнуться от его сил.

— Я тоже так могу.

— Проклятье, стоило позволить матери убить себя, — проговорила Салли. — По крайней мере, она намеревалась сделать все быстро.

Сжав кулаки, она заставила себя пойти вперед, отпрыгнув в сторону, когда окровавленная Ингрид пролетела мимо нее, ударилась в бочку и упала без сознания.

Гаюс покачал головой. Все идет не так.

Чему он не удивился, ведь с самого начала подозревал, что уверенность дворняг в победе над чистокровным Вером было больше подпитано их взаимным высокомерием, чем умениями.

Но он надеялся, что им удастся отвлечь Кейна, чтобы им захватить пророчицу и исчезнуть из погреба

Теперь же Ингрид вышла из борьбы. Долф прижат к земле, его горло зажато в клыкастых тисках смерти.

А ведьма с энтузиазмом заключенного, направленного на висилецу, пробиралась через узкую лазейку к пророчице

В голове появилась искушающая мысль просто сбежать от грядущего фиаско. Гаюс мог вернуться в свое логово и просто притвориться, что никогда не был рядом с Сент-Луисом. К несчастью он мог быть уверен, что Кейн и Кассандра окажут ему услугу и убьют «Трёх Неуклюжих Амиго». Даже если один из них выживет, то обязательно настучит Темному Властелину.

И тогда…

Гаюс вздрогнул, даже не желая представлять, что тогда произойдет. Нет, он не мог сбежать. Но и драться с чистокровкой не мог из-за слабости. Что теперь?

Сосредоточенный на своих мрачных размышлениях, его застиг врасплох боевой крик Салли. Или, по его предположению, таковым крик должен быть. А по-честному, больше походил на плохое подражание Тарзану.

В неверии Гаюс смотрел, как ведьма кинулась к женщине Веру, схватила ее за хвост и тащит за собой.

Она сошла с ума?

Столь же озадаченная, как и Гаюс пророчица, больше сконфуженная, чем напуганная, отпихнула от себя ведьму. Однако, защитнику Кассандры было все равно, что Салли пыталась сделать. Бросив бессознательного Долфа на Ингрид, Кейн обратил все свое смертоносное внимание на ведьму.

Салли взвизгнула, когда он щелкнул окровавленными зубами прямо перед ее лицом, и ринулась прочь намного быстрее, чем заходила внутрь.

Ничего так не придавало скорости, как Вер, желающий откусить твою голову.

Направившись к нему, она замахала кулаками.

— Вытащи нас отсюда.

Гаюс нахмурился, безмолвно надеясь, что бешеный Вер нанесет ведьме смертельный удар.

Конечно, ему так не повезет.

Даже с явными ранами, он не поддался кровожадности. Не поддался первобытному инстинкту кинуться за добычей, а остался у двери, защищая свою партнершу.

Ублюдок.

Проклиная проигрыш, Гаюс встал рядом с поверженными дворнягами, которые аккуратно лежали у полок. Затем сжал в руке медальон, висящий на шее, дождался приближения Сали и произнес слова и окружил их туманом.

Зрелищный провал от начала и до конца.

В памяти Кейна навсегда и во всех красках запечатлена будет драка с псами. Вкус их крови, когда он рвал куски плоти и меха, болезненный вой и запах растущего отчаяния.

Но ему не удалось избежать ранений. И хотя ни одно не было смертельным, они продолжали кровоточить. А вместо с кровью Кейна покидали и силы.

Хмуро игнорируя нарастающую слабость, он отогнал ведьму, после чего его ноги подогнулись. Он рухнул, ударившись головой о цементный пол да так, что ненадолго отключился. Когда же туман в голове рассеялся, он нашел себя уже перекинувшимся в человека, а Касси сидящую у его нагого тела.

— Кейн. — Она нежно убрала волосы с его лба, покрытого потом. — Нам нужно убираться.

— Да, — хрипло сказал Кейн, чувствуя, как во время превращения его раны практически затянулись. К сожалению, для полного восстановления потребуется время, которого у него нет.

— Давай я тебе помогу, — пробормотала Касси, подсовывая руку под него, пока он пытался встать.

— Вампир? — выдохнул он, рассеяно гсматривая пустой погреб

— Исчез.

Они направились к туннелю, и Кейн, нехотя позволив Касси принять на себя основной вес своего тела, нахмурился на ее неопределенный ответ.

— В какую сторону он пошел?

Касси, обняла Кейна за талию, и теплый, лавандовый аромат окутал его. Он втягивал сладкий запах, надеясь успокоить ярость волка.

Неважна была логика, говорившая, что Касси не пострадала и твердившая об отсутствии непосредственной опасности. Зверь внутри не успокоится, пока осмелившиеся напасть на его женщину не умрут.

— Нет, я имела в виду исчез, о чем и сказала, — произнесла она. — Вот так вот: пуф.

Кейн нахмурился. Неужели ведьме удалось одурманить Касси, чтобы ей казалось, будто они исчезли?

— Невозможно.

Она пожала плечами.

— Значит он сделал себя и подручных невидимками. — Она бросила на него несогласный взгляд. — Такое возможно?

— Ведьма?..

— Нет, вампир, — упрямо настаивала Касси. — Он сжал амулет, висевший на шее, и они исчезли.

Господи. В голове застучало от осознания, что противная пиявка не только может изменять облик, но и появляться и исчезать в мгновение ока.

Чертовски. Прекрасно.

— Весь мир свихнулся, — пробормотал он.

Касси потрепала его по плечу.

— Да.

— Ты смеешься надо мной?

— Да.

Кейн, слишком слабый для надлежавшего негодования, подавил вздох. На самом деле ему едва хватало сил передвигать ноги.

Он стиснул зубы, пока они медленно направлялись к концу туннеля, но взгляд на верх заставил признать полное поражение. Никаким чертовым образом, Кейн не сможет прыгнуть на пять футов ввысь.

— Я не смогу выбраться, пока не отдохну, — с неохотой признался он.

Касси, на лице которой была умиротворяющая решимость, помогла ему опереться о стену.

— Я выйду первой и помогу тебе.

Он сморщился.

— Должно быть наоборот.

— Почему? Из-за того, что ты мужчина?

— Именно.

Касси закатила глаза.

— Собака — женофоб.

Прежде никто не смел обвинять в таком Кейна. Даже будучи псом, он выбирал сильных и независимых женщин с опасными гранями. Ничто так не держало в форме мужчину, как занятие сексом с женщиной, способной вырвать тебе глотку в порыве злости.

Но с Касси…

Он желал стать самым худшим видом клише.

Хотел построить идеальное логово, где ей было бы безопасно и уютно, чтобы не хотелось его покидать.

Кейн собирался охотиться для них, а затем, пока она утоляла голод, охранять покой.

Хотел обнимать Касси во сне, ощущать ее мягкое дыхание на своей шее, а под рукой биение сердца.

— Мне нравится, что ты зависишь от меня, — проговорил Кейн.

Касси улыбнулась и нежно поцеловала его в губы.

— Партнеры зависят друг от друга.

— Партнеры, — выдохнул он, не обращая внимания, насколько опасно близко это слово прозвучало к паре.

 

Глава 7

За последние три десятилетия Касси узнала все о терпении.

Будучи пленницей Повелителя Демонов она провела большую часть жизни в промозглой пещере. Иногда ей разрешалось смотреть телевизор или читать книги, дабы скоротать время, но по большей части все ее дни занимали видения.

И все же, чтобы вытащить сварливого Кейна из туннеля в мусорный бак, потребовались все ее навыки и силы. А затем, не обращая внимание на брюзжание Вера о том, что он не инвалид, она дотащила его до джипа и усадила на пассажирское сидение, после чего сама села за руль.

Кейн пытался скрыть слабость после ранения, вытер пот со лба и бросил на Касси расстроенный взгляд.

— Что ты делаешь?

Она спрятала улыбку. Он бы не был так раздражен, если бы не пострадал.

Когда он первый раз упал, Касси чуть не сошла с ума от страха. Она думала, что он умер, защищая ее. Лишь от одной этой мысли у нее свело живот.

Касси не вынесла бы такой потери.

Все просто.

Запихивая удручающие мысли подальше, она сосредоточилась на насущном. Нравится Кейну или нет, он еще слаб, и настала очередь Касси брать все в свои руки.

— Собираюсь увезти нас отсюда, — ответила она и прикусила губу, сосредоточенно шаря под ковриком в поисках ключа, который Кейн всегда там прятал. Найдя его, она вставила ключ в замок зажигания.

— Ты умеешь водить? — спросил Кейн.

Двигатель взревел, и Касси уставилась на изогнутую штуку, которую нужно опустить, чтобы машина тронулась.

— Насколько это может быть сложным?

— Блин, — пробормотал Кейн. — Давай подождем, мне станет лучше через пару минут.

Ей удалось переключить передачу и плавно надавить на педаль газа, при этом мертвой хваткой держаться за руль и выехать на темную, пустую улицу.

— А если за нами следят?

— Маскирующее заклинание развеяло наши запахи, — ответил он и потянулся к бардачку, пока Касси набирала скорость. — Кроме того, что бы за нами не следило, страшнее, чем ты за рулем, быть не может.

— Очень смешно. У меня все хорошо получается, так что сиди смирно. — Касси с упреком посмотрела на Кейна, но момент ее триумфа омрачил наезд на бордюр и снесенный знак «Стоп». — Упс.

— Похоже, мы тут выясняем, на самом ли деле я бессмертен.

Фыркнув, Касси сосредоточилась на дороге.

— Продолжишь и я пну тебя под голый зад. Может Ингрид и ее жуткий брат-близнец заскочат и подхватят тебя.

Кейн издал звук отвращения, но, очевидно, понял, что не в том состоянии, чтобы спорить. Вместо этого он указал на поворот.

— Поверни налево.

Касси последовала его указанию, двигаясь медленно, но уверенно на окраину Сент-Луиса. Вскоре все признаки города остались позади, и она съехала на гравийную дорожку, окруженную кукурузными полями.

Спустя час Касси задумалась, а не откусила ли она больше, чем способна прожевать? Слава Богу, они не разбились, но у нее задеревенели мышцы от нервного напряжения, а пальцы болели от сильной хватки на руле.

— Еще далеко?

— Нет, — заверил Кейн. — За почтовым ящиком сверни направо.

Касси замедлила ход и повернула на узкую, заросшую, практически неиспользуемую дорожку.

— Куда мы едем?

Кейн выпрямился, по салону пронеслась волна его силы, заверяя, что он практически восстановился.

— Несколькими милями к северу у меня есть скрытое убежище.

— Сколько их у тебя?

Он, не задумываясь, что говорило о безоговорочном доверии Касси, ответил:

— С десяток, раскиданных по Северной Америке, и еще шесть в Мексике.

Она моргнула. Такое казалось… излишним.

— Зачем так много?

— Я всегда знал, что когда-нибудь Сальваторе нападет на мой след, — ответил Кейн, пожимая плечами. — Мне нужна была возможность исчезнуть, независимо от местоположения.

А это, конечно, умно. Охота Короля Оборотней — смертельная игра. Но Касси не могла сдержаться и не поддразнить Кейна.

— Всегда готов?

— Таков мой девиз. Прямо, как у бойскаутов.

Она фыркнула.

— Не могу представить, что ты когда-то был бойскаутом.

— Не был, — с готовностью произнес Кейн. — Но было время, когда я мечтал стать прислужником.

— Прислужником? — Касси не смогла сдержать изумление. — Ты?

— Ты ведь понимаешь, что до того, как стать псом у меня была жизнь? — сухо спросил он.

Касси не сводила взгляда с узкого пути, надеясь, что из густого подлеска, сменившего кукурузные поля, никто не кинется.

— Расскажи.

Кейн напрягся.

— Это было так давно, что я практически забыл.

Касси колебалась. Может она и не хороша в общении, но пропустить энергетику «не хочу об этом говорить» было сложно. И это, естественно, наполнило Касси большей решимостью узнать, что он скрывал.

— Где ты родился?

Она услышала тихий вдох.

— В канавах Парижа в 1787 году.

— В Париже? — она удивленно на него воззрилась. — Правда?

— Дорогая, смотри на дорогу, — отчитал он Касси и повернул ее голову к лобовому стеклу.

— Извини, — произнесла она. — Я просто удивлена.

— Чем?

— Не уверена. Ты выглядишь очень…

— Каким?

Касси перебирала в голове слова, пытаясь найти подходящее к его внешности: к белокурым волосам, намеку на пижонство и дьявольскому очарованию, которое блестело в сапфировых глубинах глаз.

— Американским, — наконец выдавила она.

— Не удивительно. — Она почувствовала, как Кейн пожал плечами. — Мне едва исполнилось тринадцать, когда я записался в матросы и сел на первый корабль, готовый меня взять в плавание. Я по-глупости думал, что нет ничего хуже, чем умирать на улицах от голода.

Касси много читала историю и знала, что мальчик на судне не лучшее приключение для ребенка, надеющегося на такое.

— Оказалось, есть?

Он тревожно барабанил пальцами по дверце.

— Мы месяц были в плавании, когда на нас напали пираты.

О… Господи. Она сбросила скорость и теперь они еле ползли.

— Они тебя ранили?

— Да.

«И это все, что он скажет», с сожалением признала Касси. Хотя, ей подробности были ни к чему. Маленький мальчик в руках жестоких, не признающих законов пиратов… все и без того очевидно.

— Мне жаль.

Кейн перестал барабанить и сделал медленный, глубокий вдох, явно стараясь вернуть в глубины памяти картины об этих мрачных годах страданий.

— Я выжил, а когда они проплывали близко к берегу, рискнул и бросился за борт. Так я оказался в Новом Орлеане.

— Сколько тогда тебе было лет?

— Я потерял счет времени, но думаю около семнадцати.

— Столь юный, — выдохнула она. — Как ты выжил?

— Просил милостыню или воровал. Иногда продавал тело, — говорил он пустым голосом. Слишком пустым. — Когда голоден, не можешь позволить себе думать о гордости или морали.

— Понимаю, — тихо проговорила она.

Он убрал локон волос с ее щеки.

— Понимаешь?

Касси кивнула. Ее никогда не били, не морили голодом и не насиловали. Но ее держало в плену одно из самых злых чудовищ из всех когда-либо бродивших по земле. Ей была очень хорошо знакомо ядовитое сочетание злости, расстройства и страха находится во власти кого-то другого. И странное чувство вины из-за бессилия самому управлять своей судьбой.

— Как долго ты пробыл в Новом Орлеане?

— Пять лет. — Он заправил локон ей за ухо. Касси все труднее становилось разобрать сквозь заросли дорогу. — Я мог бы застрять там и умереть, но однажды меня поймали с женой мэра. Придурок назначил за мою голову щедренькую сумму, и я подумал, что хорошо бы свалить из Луизианы.

Касси хихикнула. Не удивительно, что он сбежал из города после того, как сделал какого-то мужа рогатым. Какая женщина откажется затащить Кейна к себе в постель?

— И куда ты отправился?

— В Сент-Луис.

— И?

Он проследил пальцем линию ее ушка, плавно соскользнув к контуру лица. Касси задрожала в предвкушении. Она надеялась, что убежище близко, и как только Кейн хорошо отдохнет, она собиралась его совратить.

— И я едва ступил в город, как на меня напало странное животное. Тогда я думал, что вот и пришел конец моему жалкому существованию. — Он сделал паузу, положив руку Касси на затылок в чисто мужском жесте собственника. — Оказалось, это было только началом.

Кейн гладил Касси по затылку, скользнул вниз по изгибу шее, коснувшись местечка, где под кожей билась жилка. Какая-то часть Кейна противилась раскрытию прошлого, которое он на протяжении двухсот лет пытался стереть из памяти.

«Что, к слову, и не удалось», с оттенком сухой иронии признал он.

Не нужно иметь кандидатскую по психологии, чтобы понять, одержимый поиск способа стать чистокровным вером был порожден необходимостью подняться по эволюционной лестнице. Вся его жизнь была отдана во власть других, и тогда был полон решимости превратиться из раба в хозяина.

Но по-большей части Кейн был рад тому, что раскрыл темные тайны прошлого, словно вскрыл нарыв, который так долго его терзал.

Его губы тронула тень улыбки. Кейн продолжал смотреть на напряженный от сосредоточенности профиль Касси. Она без отвращения приняла его признание, и не осудила Кейна. И в этот раз его не оскорбило понимание, что его жалели. Ее сочувствие было столь же чисто и невинно, как и сердце.

Вскрик малиновки привел Кейна в чувства, отдергивая от опасной зацикленности на прекрасной компаньонке. Он проглотил проклятье, кинув взгляд на заросшую ограду. Он отвлекся и чуть было не пропустил собственное логово.

— Остановись.

Застигнутая врасплох, Касси вдарила по тормозам, отчего Кейн чуть не врезался в лобовое стекло. Кейн благоразумно переключил рычаг на нейтральную передачу и вытащил ключ из замка зажигания.

— Почему мы остановились здесь? — спросила она в замешательстве.

— Мое логово прямо за изгородью.

Она скорчила мину.

— Это ведь не пещера?

Он тихо фыркнул.

— Дом скрыт иллюзиями.

— А.

Вылезая из машины, Кейн был рад тому, что все его раны практически зажили. Душ, немного еды, пара часов сна и он будет как новенький. Потянувшись и размяв мышцы, Кейн обошел джип и открыл водительскую дверь. Затем, одним плавным движением взял Касси на руки и прижал к обнаженной груди.

— Что ты делаешь? — спросила Касси.

— Чары, охраняющие дом, настроены на меня, — предупредил он, приложив ладонь к изгороди.

В воздухе появилось серебристое сияние, после которого явился узкий проход, невидимый для всех, кроме самых могущественных демонов.

Кейн прошел сквозь магический барьер и остановился, чтобы окинуть внимательным взглядом огромный, деревянный дом, стоящий среди густого пролеска. Не такой большой, как другие логова, но простой. С А-образной крышей, большими, панорамными окнами, выходящими на небольшое озеро позади дома, и оборудованный всеми современными удобствами, включая Интернет. В подвале как всегда были клетки, чтобы держать в них пленников, и из дома вели десятки туннелей.

Кейн прошел дальше по каменной тропе, остановившись лишь перед невидимым барьером у крыльца. И вновь он прижал ладонь, чтобы пройти.

Касси запрокинула голову и бросила на него хмурый взгляд.

— Вокруг дома тоже чары?

— Да. — Он поднялся по широким ступеням и обогнул джакузи. — Они в особенности противные, так что без меня не отходи от крыльца.

— Не проще ли снять их?

Он фыркнул, открывая стеклянную дверь, и вошел в идеально чистую гостиную. L-образная комната со стенами, обшитыми глянцевым кедром, таким же полом и не спрятанными балками на потолке. С одной стороны располагался огромный камин, а в дальнем углу виднелась лестница, ведущая на открытую мансарду. Традиционная кожаная мебель стояла на коврах ручной работы, а вот на стенах, вместо голов убитых животных, висели бесценные масляные картины Тёрнера.

— Я еще мог бы отослать именное приглашение каждому охотящемуся на нас демону, и пригласить заглянуть к нам в дом, пока мы спим, но не стану, — ответил Кейн, пересекая комнату.

— Не думаю, что чары защитят нас от вампиров, как бы противно это не звучало.

Войдя в кухню, Кейн усадил Касси на барный стул и скрестил руки на груди.

— Нет, и это нам нужно обсудить.

Она сморщила носик, без сомнения поняв к чему он клонит.

— Сначала еда.

— Касси…

— Или мы могли бы принять душ, — перебила она его, обольстительное приглашение в ее глазах тут же заставило Кейна напрячься. — В последний раз было весело.

— Дерьмо. — Он развернулся и сдернул с ручки духовки вычурный фартук, чтобы обернуть его вокруг талии, прикрывая уже наливающийся член. — Все женщины рождаются со знанием как манипулировать мужчинами?

Она заморгала.

— Я не понимаю о чем ты.

— Как удобно.

На ее щеках появились ямочки, стирая всё раздражение Кейна.

— Я на самом деле голодна.

— Ладно, я проверю кладовку. — Кейн признал поражение. А может просто так же как и Касси отказывался обсуждать грядущее, признался себе Кейн, входя в кладовую и открывая морозильную камеру. Схватив ближайшую коробку, он крикнул: — Пицца?

— Да.

Он вернулся в кухню и вытащил пиццу из коробки.

— Я поставлю ее в духовку, а ты можешь накрыть на стол. — Кейн поставил пиццу разогреваться. — Тарелки в шкафчике над раковиной, а вилки в выдвижном ящике у холодильника.

Он выбирал вино со стойки на мраморной столешнице островка, когда услышал смешок Касси. Обернувшись, он увидел, что она открыла не тот ящик, и теперь рассматривала откровенные фартуки, униформы горничной и съедобные трусы, которыми так наслаждались партнерши Кейна.

— Во всех твоих логовах столько запасов? — спросила она со слишком невинной улыбкой.

Подойдя к Касси, Кейн закрыл этот ящик и достал из другого вилки и штопор.

— В одних больше, в других меньше, — пробубнил он.

Она, посмеиваясь, пошла за тарелками, которые поставила на стол вместе с льняной салфеткой. Затем, наплевав на его предупреждающий рык, подошла к духовке.

— М-м-м. — Касси сделала глубокий вдох. — Выглядит странно, но пахнет аппетитно.

Кейн, откупоривавший вино, удивленно посмотрел на спутницу.

— Ты никогда не пробовала пиццу?

С улыбкой встав перед Кейном, Касси положила руки на его широкую грудь.

— Я много чего никогда не пробовала, — напомнила она, кружа пальцами вокруг его сосков.

Кейн подавил стон и обхватил запястья Касси, чтобы остановить завораживающее обольщение.

— Продолжишь и мы спалим дом. Буквально, — простонал он, отступая назад за бокалами. Господи, это женщина станет его погибелью. — Держи.

Взяв у Кейна бокал, Касси нахмурилась и понюхала его.

— Что это?

— Превосходное Шато Марго, — пояснил он, с удовлетворением истинного ценителя потягивая восхитительный букет.

Касси мешкала, наблюдая за его очевидным удовлетворением. Затем, с явной неохотой, сделал глоток и поморщилась, словно проглотила лимон.

— Бе-е-е-е.

— Бе-е-е-е? — Он выгнул брови. — Пять сотен за бутылку.

Касси сморщила нос.

— Все равно гадость.

— Думаю, тут дело вкуса. — Кейн схватил прихватку, чтобы вытащить пиццу из духовки. Затем порезал ее и положил кусочки на тарелки.

— Почему из-за дела вкуса ты тратишь целое состояние? — Касси села на ближайший от нее стул.

Кейн пожал плечами.

— Потому что это стоит целое состояние.

— Я, может, и только что вылезла из пещеры, но и сама понимаю насколько это глупо.

— Возможно. — Он наблюдал, как Касси подняла кусок пиццы, изучая ломтики колбасы и грибов. — Аккуратнее, горячо.

Подавшись вперед, Касси откусила маленький кусочек, ее зубы впились в сыр и соус, а глаза прикрылись от удовольствия.

— М-м-м, — протянула она.

Усмехнувшись, Кейн с удовольствием принялся за свой кусок. Он с пугающей скоростью тратит энергию, сначала на драку с псами, а затем на исцеление от ран. И теперь, чтобы вернуть всю силу требовалось множество калорий.

— Я правильно понял, что пицца удостоилась твоего одобрения? — спросил он.

Проглотив первый кусочек, она откусила другой.

— Гораздо вкуснее вина.

— Ты еще мой фирменный шоколадный фондан не пробовала.

— Шоколадный фондан?

— Наслаждение из растопленного шоколада.

Прожевав последний кусочек пиццы, Касси отодвинула тарелку.

— Звучит вкусно, но не сегодня.

— Погоди. — Он протянул руку, чтобы очистить ее нижнюю губу. — У тебя сыр…

Кейн забыл, что хотел сказать. Чёрт, он забыл, как думать после прикосновения к ее полным губам, от которого по всему телу разлился жар.

Проклятье.

Он изо всех сил сопротивлялся голоду по этой женщине. Хотел быть благородным. Рыцарем. Касси стала самым значимым в его жизни, и он хотел сделать все правильно. Даже если это означало отрицание факта, что он с каждым вздохом, с каждым ударом сердца все сильнее ее хочет.

Каждой фиброй души.

К несчастью, он не мог заставить тело действовать по плану «поступай правильно». Телу хотелось смести тарелки и прямо на этой барной стойке взять Касси.

Или у холодильника…

Или…

И в добавок к мучениям Кейна, Касси втянула его большой палец в жаркую влажность рта. Кейн дернулся, словно его ударило молнией.

— Касси, не надо, — выдохнул он.

Она прикусила его палец. Глаза Касси потемнели от желания, идентичное тому, что полыхало внутри него.

— Почему?

Действительно, почему?

Все тело Кейна охватило мучительной агонией, пока он старался не думать о болезненно напряженном члене.

Одно усилие, такое слабое, и Касси окажется у него на коленях с разведенными ногами. И он возьмет ее невинность.

— Нам надо поговорить, — выдавил он сквозь стиснутые зубы.

Она мотнула головой и придвинулась, обдав Кейна жаром своей кожи. Обжигающее обещание лавандового искушения.

— Я не хочу разговаривать.

— Касси, послушай. — Кейн схватил ее за плечи, собирая воедино последние кусочки здравомыслия. — Я не могу защитить тебя против вампира.

— Ты уже меня защитил.

— Мы оба знаем, что это ничто иное, как изменчивая удача. — Он скривил губы от сожаления. Оказывается, он еще тот герой. — Господи, я привел тебя прямо в ловушку.

— Мы не могли знать, что вампир может менять внешность. — Она успокаивающе погладила его обнаженную руку. — Или о способности появляться и исчезать.

— Всё больше оснований доверить твою защиту твоим сестрам и их парам, — заставил Кейн себя признаться, пытаясь скрыть горечь. Какая разница, что не он ее защищает? Он должен быть доволен тем, что она в безопасности. — Они могут обеспечить тебе достаточно охранников, оберегая от любой опасности.

Касси стряхнула с себя его руки, которыми он держал ее на необходимом расстоянии, и наклонилась вперед, пока они не оказались нос к носу.

— Нет.

Он вздрогнул, потонув в изумрудных глубинах ее глаз.

— Проклятье, почему ты настолько упряма?

— Я не упрямая, Кейн, — тихо проговорила Касси, обхватывая его лицо ладонями. — Предсказательница.

Вот так-то.

Кейн подавил протест, когда у него ёкнуло сердце. Неужели он хочет в одиночку защищать Касси? Черт, да. Будущее мира важнее гордости? Черт, да.

И как он должен защитить Касси, когда не представляет, как предотвратить нападение вампира и его рокового трио, когда тем вдруг задумается напасть?

Он прижался лбом к ее.

— А эта предсказательница не упоминала какое-нибудь магическое средство, предотвращающее оказаться едой пиявки?

Она легонько прикоснулась своими губами к его.

— Нет. Но нам нужно вернуться в твое логово в Чикаго.

При условии какие могут быть предсказания, все могло оказаться хуже, сухо заметил себе Кейн. Он не удивился бы, если в предсказании говорилось отвезти Касси в адское измерение и драться с целой ордой демонов.

По спине Кейна пробежала нервная дрожь. С проклятьем, он отпихнул все мысли о надвигающемся предсказании, вампире с психоделическими способностями и псах-предателях.

Лишь на несколько минут он хотел быть просто мужчиной со своей женщиной, от которой кровь вскипала в жилах.

— Сейчас? — выдохнул он, обнимая Касси за талию.

— Нет. — Она слабо взвизгнула, когда Кейн поднял ее и усадил на край барной стойки. Но затем ее губы растянулись в предвкушающей улыбке. — Вскоре, но не сегодня.

Кейн встал между разведенных ног Касси и скользнул ладонями к ней под футболку.

— Хорошо.

 

Глава 8

Логово Гаюса в Луизиане

Вернувшись в свое уединенное логово, Гаюс бросил на порог двух бессознательных дворняг. Потом, игнорируя требования ведьмы подождать и выслушать ее лепет, он поднялся по лестнице прямо в комнату, где держал человеческую женщину.

Она охотно направилась в объятия Гаюса, все еще находясь под действием его внушения, и наклонила голову, подставляя шею под клыки оголодавшего вампира.

Отчаянно желая восстановить силы, он жадно пил. Гаюс не собирался делить свое логово со столь нежеланными помощниками, находясь на грани изнеможения. И это, конечно же, значило, что ему придется пить из женщины, пока от той не останется лишь пустая оболочка, которую выбросят в болота.

Проклятые дураки.

Бросив мертвую женщину на пол, Гаюс вернулся назад. Кто-то должен заплатить за его прокол. И это будет не он.

Несмотря на приближающийся рассвет, вампир последовал за запахом дворняг на кухню. Он намеревался сорвать свое недовольство, прежде чем отправиться в кровать на весь день.

Наказание как суфле. Если немедленно не подать, оно теряют свою суть.

Задержавшись на мгновение и окинув взглядом узкое помещение, Гаюс вошел в кухню. С одной стороны у стены стояла облицованная плиткой столешница и белые шкафчики. В углу гудел допотопный холодильник, а столь же древняя плита примостилась под окном, которое выходило на полуразрушенный курятник.

В другом конце комнаты стоял небольшой деревянный стол и такие же стулья. Хотя, под огромным куском сырого мяса, который с аппетитом поедали дворняги, стол было не разглядеть. В углу на табуретке примостилась ведьма, которая читала потрепанную книгу в кожаном переплете.

Как только Гаюс вошел, все трое замерли, достаточно умно, учитывая что жизни их висели на волоске.

Вампир сосредоточился на глуповатом дуэте. С ведьмой ему придется повозиться.

— Мне кажется, вы двое гордитесь собой?

Ингрид поморщилась и покаяно опустила голову.

— Кейн оказался намного сильнее, чем мы думали.

Гаюс встал посреди плиточного пола.

— Вы знали, что он стал чистокровным Вером.

Дольф переместился поближе к своей сестре и поднял руку, чтобы прикоснуться к кристаллу, висящему на его шее.

— Да, но сил у него побольше, чем у простого Вера, — попытался отмазаться он. — Сомневаюсь, что кто-то, кроме Сальваторе, сможет побить его в драке один на один.

— Удобное оправдание для твоего поражения, — произнес Гаюс спокойно. Смертельно спокойно.

— Удобное оправдание? — пальцы Дольфа сжались вокруг кристалла, несомненно выказывая его желание набраться храбрости и запустить в Гаюса заклинанием. — Тот ублюдок чуть не убил меня.

— Не такая уж и большая потеря, — прорычал Гаюс.

— Да? — оскалился Дольф. — А где был ты во время битвы? Что-то я не заметил, чтобы ты бросался нам на помощь.

— Хороший командир руководит своими войсками. Он не тратит свой талант, становясь на один уровень с простым солдатом.

— Как удобно, — выдохнула Ингрид.

Стерва умрет.

Как и ее извращенный братец.

Гаюс сжал кулаки, его сила пронеслась по комнате с достаточной мощью, чтобы перевернуть стол и разбить люстру.

— Как вы смеете предполагать, что я…

— Подожди. — Ведьма резко встала перед ним, подняв руки в примирительном жесте. — Грызня между собой не поможет. Нам нужен новый план.

Не ведая насколько близко подошел к смерти, Дольф вернул стол в вертикальное положение и продолжил жевать кровавый кусок мяса.

— Какой план? — потребовал он между укусами. — Ни за что на свете мы не сможем завести провидицу и ее защитника в очередную ловушку.

Салли пожала плечами. С потеками карандаша для глаз и растрепанными хвостиками она выглядела просто ужасно.

— В ловушках нет нужды.

— Нет? — Усилием воли Гаюс обуздал свой нрав и с насмешливой улыбкой уставился на крошечную женщину. — Думаешь, пошмыгаешь носом и они появятся?

— Что-то типа того. — Она сунула руку в свое бюстье и вытащила оттуда несколько золотистых прядей. — Абракадабра.

— Волосы? — выдохнул Гаюс.

— Не просто волосы. Это волосы провидицы.

Гаюс нахмурился, припоминая как безумно Салли бросилась к Кассандре в том погребе. Так вот почему она это сделала? Вырвала у женщины несколько прядей?

— Я должен впечатлиться?

Салли улыбнулась.

— Я могу использовать их, чтобы отследить провидицу.

Внезапно Дольф оказался возле ведьмы, его лицо выражало крайнее благоговение.

— Ты сможешь ее найти?

— Да.

Раздраженный тем, что оказался вне разговора, хотя должен был управлять им, Гаюс ткнул пальцем в сторону ведьмы.

— Объясни.

Салли побледнела и тяжело сглотнула, как только вся злость Гаюса оказалась направлена на нее.

— Имея частичку Кассандры, я могу использовать заклинание, чтобы определить ее местоположение.

Гаюс немного успокоился. Как бы ему не хотелось найти причину для убийства своих нерадивых помощников и возложить на них вину за то, что позволили сбежать пророчице и ее защитнику, вампир понимал, что Темный Властелин может оказаться не в настроении для прощения. На самом деле, он может просто убить Гаюса, прежде чем тот объяснит, что не виновен в их поражении.

— Ты можешь ее уже найти? — прорычал Дольф и сверкнул покрасневшими глазами.

— Не будь еще большим идиотом, чем ты уже есть, дворняга, — рыкнул Гаюс.

Глупое создание оскалилось.

— Что?

Гаюс взмахнул рукой, чтобы закрыть тяжелые ставни на окнах.

— Близится рассвет.

— И… — Наконец-то осознание пробилось через толстый череп Дольфа. — Ох.

— Вот именно. — Не обращая больше внимания на глупца, Гаюс сосредоточился на ведьме: двинувшись с немыслимой скоростью, он схватил ее за горло и приподнял над полом. — Свое гадание ты исполнишь только после наступления сумерек, — приказал вампир, предупреждая взглядом, что вырвет ведьме сердце, если та попытается отыскать пророчицу, пока сам он заключен в тюрьму дневного света. — И не минутой раньше, capisce?

Ведьма пыталась вдохнуть. Глаза ее были наполнены ужасом.

— Конечно.

Гаюс прищурился.

— О, и мне нужна новая женщина. Сделай заказ через компьютер.

— Это не так… — Салли пискнула, когда вампир сжал пальцы, чуть не раздробив ей трахею. — Да, хорошо. К закату у тебя будет женщина.

— Хорошо. — Гаюс отпустил женщину, понаблюдал как она сжалась на полу, а потом повернулся к дворнягам. — Дольф.

Пес опустил голову и дернулся, как будто ожидал удара.

— Да, Командир?

— Избавься от тела, которое лежит наверху.

— Ага, — прошипел дворняга с явным облегчением. — Без проблем.

Ощущая как тяжелое давление подступающего рассвета начинает отбирать остатки сил, Гаюс повернулся, чтобы покинуть комнату. Эта ночь стала катастрофой. Сейчас он желал просто замкнуться в своих личных апартаментах и уплыть в небытие. Вампир уже добрался до двери, когда Ингрид сдуру его остановила.

— А мне что делать?

Гаюс бросил раздраженный взгляд через плечо.

— Попытайся не сжечь дом, пока я сплю.

***

Каин стоял между раздвинутых ног Касси и нежно скользил пальцами по ее шее, изучая при этом цвет, которым окрашивались ее щеки. Волк внутри него оставался напряженным, нуждался в успокоении от ощущения этой женщины в своих объятьях, дабы убедиться, что она в безопасности. Мужчина же…

Ему хотелось чего-то куда более примитивного.

— Ты так красива, — выдохнул он.

Касси откинула волосы с его глаз и неуверенно улыбнулась.

— Ты, правда, так думаешь?

Кейн нахмурился. Возможно ли, чтобы она не понимала, что является самым прекрасным созданием, которое ступало по этой земле?

— Ты же смотрелась в зеркало?

— Не часто. Моя внешность никогда не имела для меня значения. — Касси пожала плечами. — До этого времени.

Мужчина скользнул пальцем под ее подбородок и приподнял голову Касси, чтобы заглянуть ей в глаза.

— И почему сейчас это имеет значение?

— Хочу, чтобы ты считал меня привлекательной.

Кейн зарычал и обхватил руками ее лицо, хоть его тело и болело от необходимости показать женщине насколько привлекательной он ее находит.

— Ты восхитительна, — уверил он Касси голосом, охрипшим от переполняющего вены желания. — Но околдовало меня не серебристое сияние твоих волос и не потрясающие зеленые глаза. — Взгляд Кейна скользнул ниже. — Это даже не твое жаркое соблазнительное тело, хотя из-за него я провел не одну бессонную ночь.

Наклонившись вперед, Касси прикусила мочку его уха.

— Тогда что?

Удовольствие пронзило мужчину мелкими осколками, его плоть напряглась так сильно, что даже легкое касание идиотского фартука было болезненным. Господи, Кейну казалось, что он сейчас взорвется.

Не набрасывайся на нее, Кейн. Не. Набрасывайся.

Сжав зубы, он заставил себя опустить руку и прижать ладонь к учащенно бьющемуся сердцу.

— Вот это.

Касси удивленно приподняла брови.

— Мое сердце?

— Да.

— О-о. — Касси обняла Кейна за шею и он утонул в изумрудных океанах ее глаз. — Я не многое знаю о таких вещах, но верю, что ты идеально подобрал слова.

Мужчина самодовольно усмехнулся.

— Правда?

Касси провела губами по линии его челюсти.

— Угу.

Кейн застыл, а из его груди вырвался стон.

— Я стараюсь.

— Да. — Девушка отыскала очень эрогенную точку прямо под мужской челюстью и приласкала ее языком, чтобы полностью свести Кейна с ума от желания. — Ты определенно стараешься.

Достигнув точки невозврата, мужчина выдохнул проклятие. Делиться удовольствием можно по-разному.

— Я мог бы и лучше постараться, если на тебе будет меньше одежды.

Не теряя времени, Касси отодвинулась и приподняв руками низ своего топа, стянула его с тела.

— Вот так?

Кейн резко выдохнул, как только девушка бросила одежку на пол. Его взгляд устремился к аппетитной груди, едва прикрытой черным кружевным бюстгальтером.

— Это только начало, — удалось ему проговорить.

— Еще?

О-о. Он так хотел большего.

— Дай помогу, — прохрипел мужчина, протянул руку и расстегнул ее штаны, а затем опустился на колени.

Не обращая внимания на протесты Касси, он бережно снял с нее теннисные туфли и стянул носки. Затем приподнял ее ногу и провел губами вдоль стопы.

Касси вздохнула, а воздух наполнился ароматом ее возбуждения.

— Щекотно.

Мужчина усмехнулся и начал покусывать ее пальчики.

— Такие сладкие маленькие пальчики.

— О… Боже.

Ухватившись руками за пояс ее джинсов, Кейн безжалостно стянул их вниз. Одежда не успела упасть на кафельный пол, а мужские руки уже ласкали бледную алебастровую кожу ее лодыжек.

— И эти ножки. — В грубом голосе Кейна слышалось рычание его волка. — Их создали, чтобы они обвивали меня.

Касси прерывисто засмеялась.

— А я вот думала, они созданы, чтобы переносить меня с места на место.

— Твои ноги слишком прекрасны для столь приземистой задачи.

Кейн проложил дорожку из поцелуев вдоль внутренней части ее ножки, а потом откинул голову, чтобы насладиться видом девичьего тела над ним.

Одетая лишь в кружевной бюстгальтер и тонкие трусики, она сидела на краю барной стойки подобно статуе женскому искушению. Ее нежные черты окрасились румянцем страсти, а волосы атласным занавесом бледного серебра рассыпались по плечам. Но именно мускусный запах волчицы заставлял сердце Кейна выпрыгивать из груди.

Хоть Касси и не могла обращаться, но ее зверь показал мужчине, что девушка готова и желает его.

Мужчина приглушил болезненный стон и продолжил целовать ее ногу, уделяя особое внимание чувственной коже за коленом, а затем то же самое проделал с второй девичьей ногой. Касси трепетала от его легких ласк и вцепилась пальцами в мраморную столешницу, как только Кейн добрался до чувствительной кожи внутреннего бедра.

— Кейн, — взмолилась она.

— Терпение, малышка. — Он провел языком по краешку ее трусиков, глубоко вдыхая сладкий запах. — Мне слишком многое надо исследовать. Я хочу попробовать каждый… — Кейн поцеловал ледяную татуировку чуть пониже ее пупка. — Атласный… — Он обхватил ее бедра, чтобы удержать на месте, продолжая целовать плоский живот, пока не перерезал бантик бюстгальтера острым клыком. — Дюйм.

— Я тоже хочу к тебе прикоснуться, — запротестовала Касси.

— Потом, — отвлеченно ответил Кейн, когда бюстгальтер упал, открывая нежные окружности ее груди.

Она восхитительна, решил мужчина. По форме точно соответствует его ладони, украшена розовыми бусинками сосков, которые напряглись под разгоряченным взглядом Кейна.

— И я смогу сделать все, что захочу?

— Все, что захочешь, — согласился Кейн, опуская голову к ожидающей его вершинке.

— Обещаешь?

— М-м-м. — Он резко замолчал, ощутив, словно ступил в ловушку. Подняв голову, Кейн с прищуром взглянул на нее. — Подожди.

Касси моргнула, ее глаза сверкали желанием.

— Почему?

— Что я только что пообещал?

— Я смогу сделать все, что захочу.

— Может стоит выразиться точнее?

Медленная дразнящая улыбка изогнула ее губы.

— Испугался?

— Беспокоюсь, — сознался он. — Я уже говорил, что не возьму твою невинность. — Кейн наблюдал за тем как выражение ее лица становится упрямым.

— Ты не можешь взять то, что я добровольно тебе предлагаю.

Внутри него все сжалось. Что, к чертям собачим, она пыталась с ним сделать? Его благородство оказалось висящим на волоске. Очень тонком и хрупком волосочке.

— Черт возьми, Касси.

— Что?

— Ты не знаешь, что делаешь.

Глаза Касси засверкали изумрудным пламенем. Его волк мгновенно напрягся, ощутив в воздухе внезапную опасность.

— Считаешь, я слишком глупая, чтобы решить чего хочу?

Ладно, значит, она неправильно его поняла. Кейну еще повезло, что он мог складывать полные предложения, поскольку его мозг переместился значительно ниже в теле.

— Думаю, тебе не хватает опыта, дабы знать чего ты желаешь. В этом нет твоей вины.

Касси выглядела абсолютно не впечатленной подобной логикой.

— Значит, ты занялся бы со мной любовью, если бы я не была девственницей?

— Все не так просто.

— Тогда в чем дело?

Кейн изо всех сил пытался выказать свой страх воспользоваться ее наивностью. Ей легко удалось убедить себя, будто он принц из сказки, поскольку ей не с чем было сравнивать.

— Скольких мужчин ты знала в своей жизни?

— Я уже говорила, было несколько.

Мужчина обхватил ее подбородок, заставляя встретить его пронизывающий взгляд.

— Бриггс и повелитель демонов не в счет.

— Ты не единственный соучастник Бриггса.

Мужчина фыркнул.

— Могу только представить, какая мразь работала с этим ублюдком.

Касси ткнула пальцем в центр его груди, раздраженная тем, как он отозвался о ее потенциальных любовниках.

— Были подонки, но и таких как ты тоже хватало.

Кейн нахмурился, оскорбленный сравнением с погаными слугами Бриггса.

— Я?

— Да. — Она снова ткнула его пальцем. — Это были достойные мужчины, которые, оказавшись в отчаянии, решили поверить обещаниям Бриггса, будто он может дать им самое желанное.

В мгновение ока безразличие Кейна на счет ее бывших любовников сменилось всепоглощающей ревностью.

— И ты проводила время с этими мужчинами?

— С некоторыми. — Легкая улыбка изогнула женские губы, от чего его волк возмущенно зарычал. — Был один красивый фейри, который при каждом посещении приносил мне шоколад. — Она вздохнула. — Обожаю шоколад.

— Фейри, — пробормотал Кейн. Он ненавидел фейри.

— Затем был еще очаровательный вампир.

— Очаровательный вампир — это оксюморон, — рыкнул мужчина, решив, что пиявок он ненавидит еще больше, чем фейри.

Касси пожала плечами.

— Он клялся, что может освободить меня от повелителя демонов.

Ублюдочный лжец. Единственный способ освободить ее от повелителя демонов — отрезать связь существа с этим миром. И если судить по татуировке на ее животе, Касси до сих пор полностью не освободилась. Но ведь для нее это было очень соблазнительно.

— Почему ты не пошла с ним?

— Потому что знала, я должна подождать.

— Чего?

Касси прижала руку к его сердцу, удерживая мужчину в плену своего взгляда.

— Тебя.

— Вот, дерьмо. — Кейн закрыл глаза, наклонился и прижался лбом к ее лбу. Его чувства наполнились нежным запахом лаванды, а тело задрожало от непреодолимой нужды взять эту женщину наипримитивнейшим из способов. — Ты меня убиваешь.

Касси обняла мужчину за шею и прижалась губами к его уху.

— Отнеси меня в спальню, Кейн.

Его благородство умерло быстрой и неоплаканной смертью, когда Кейн поднял девушку с барной стойки и направился прочь из кухни.

— Да.

 

Глава 9

Кейн слышал тихий смех Касси, когда на молниеносной скорости пробегал гостиную и поднимался по сходам на чердак. Мягкий звук ласково скользил по слишком чувствительной коже, возбуждая до невозможности.

Кейн пылал. Желание, которое он слишком долго держал под контролем, грозило его сжечь.

Запоздало осознав опасность, Кейн заставил себя сбавить шаг, когда они добрались до чердака. Несмотря на свои инстинкты, он не собирался брать Касси подобно зверю в период гона.

Если Касси готова предложить ему дар своей невинности, тогда и он может предложить то уважение, которое она заслуживает.

Кейн прошел по отполированному деревянному полу и осторожно положил Касси на кровать, которую вырезали вручную лучшие мастера, как и стоявший в дальнем углу шкаф в том же стиле. На потолке располагались балки, на которых крепилась стеклянная, встроенная в наклонную крыша, которая позволит ранним утром солнечным лучам омыть почти обнаженное тело провидицы.

Сердце Кейна сходило с ума: то пропускало удары, то колотилось как бешеное, будто пытаясь наверстать упущенное. Касси была очень ошеломляющей — изысканное произведение искусства из алебастра, золота и мерцающего изумруда.

Кейн сорвал идиотский фартук. Ноющий член дёрнулся, когда мужчина ощутил на нем ее изучающий взгляд. Кейн замер, выискивая в выражении лица Касси хоть тень сомнений. А затем она улыбнулась, приглашающе раскрыла объятия, и он отбросил все мысли в сторону.

Кейн запрыгнул на нее, прижимая стройное тело к покрытому одеялом ручной работы матрасу.

— Последняя возможность передумать, малышка, — предупредил он низким, рокочущим голосом.

Касси вцепилась в его плечи, потиралась о его тело.

— Хватит болтать, — возразила она, приподняв голову и прикусив его сосок.

Из горла Кейна вырвалось рычание.

— Хочешь действий?

Касси облизнула крошечную ранку, которую сделала.

— Я хочу тебя.

Кейн не нуждался в дальнейших мотивациях. Опустив голову, он захватил губы Касси в поцелуе, мощном требовании, намекающем на бесконечность ночей, которые он провел, жаждя ее.

Позже будет время для нежного соблазнения и часов прелюдий. Сейчас же Кейн позволил ощущениям его затопить и смыть оставшееся беспокойство.

Осторожно разомкнув кончиком языка ее нежные губы, Кейн окунулся во влажное искушение ее рта и застонал от сладкого вкуса. Он услышал необычный звук, который издала Касси — нечто среднее между хрипом и стоном, — а затем впились ноготками в его кожу.

От легкой боли он выгнул спину, вжимаясь напряженным членом в нежную кожу живота Касси. На каком-то уровне Кейн ощущал маленькую татуировку чуть ниже ее пупка, которая излучала ужасающий холод, но сейчас не время об этом беспокоиться.

В данный момент его интересовал только сжигающий тело жар. Кейн ослабил поцелуй и очертил губами мягкую линию ее челюсти.

— Нужно было взять вина, — зашептал он.

Касси провела руками по его спине.

— Зачем?

— Я бы опьянел, слизывая его с твоего великолепного тела.

— Моего тела?

Кейн усмехнулся, услышав удивление в ее голосе.

— Вот здесь. — Он уткнулся носом в основание ее шеи. — И здесь. — Кейн поцеловал линию ее ключицы, обхватив руками груди. Кожа Касси трепетала под его легкими прикосновение, а дыхание рваными хрипами рвалось из груди, когда он обхватил губами напряженный сосок. — Да, особенно здесь.

Касси изогнулась под ним, хрупкая ножка обернулась вокруг его бедра, позволяя плотнее прижаться к ее женственной сердцевине. Они застонали в унисон.

— Я чувствую себя опьяненной и без вина.

— Скажи, что тебе нравится, Касси, — прохрипел Кейн, лаская кончиком языка ее сосок. — Скажи мне, что чувствуется наиболее хорошо.

— Вот это, — простонала она. — Ощущения очень удивительны.

Кейн сжал зубами сосок, укусив достаточно сильно, чтобы вырвать из Касси вздох удовольствия. Ее бедра прижались к нему в молчаливой мольбе об освобождении.

О, да. Несмотря на его яркие фантазии, ничто не могло сравниться с ощущением ее стройного тела, распростертого под ним, тонких рук на упругой мужской заднице и тихих стонов, наполняющих воздух.

Продолжая ласкать груди Касси, Кейн скользнул пальцами по изгибу ее талии. Неспеша, он наслаждался хрупкой линией бедер, а затем скользнул к мягкой коже с внутренней стороны.

Кейн чувствовал трепет Касси, пока выводил маленькие кружочки в непосредственной близости от ее клитора, при этом не касаясь самой чувствительной плоти. Он двигался вверх и вниз и улыбался, слушая сдавленные проклятия.

— Кейн, пожалуйста.

Резкий призыв заставил его вздрогнуть. Последний раз лизнув сосок, Кейн прижался лицом к ее шее.

— Ты уверена, что готова? — прошептал он. Его тело подрагивало, а клыки прорезались из десен в ответ на аромат ее возбуждения. — Я слишком сильно изголодался по тебе. Не уверен, что смогу быть нежным.

Без предупреждения, Касси потянулась и прижала его руку к влажной щели между своих бедер.

— Чувствуешь мою готовность?

Кейн зашипел, вводя палец в ее тело и прижимая большой палец к источнику ее удовольствия. Он медленно вводил палец все глубже и глубже, прислушиваясь к рваным вздохам, пока Касси неумолимо направлялась к своей кульминации.

— Не дразнись больше, — сдавленно простонала Касси, сжимая руками его бедра.

Кейн задрожал, его голод был настолько силен, что в воздух вырывались волны тепла.

— Касси, — прорычал он на удивление напряженным тоном.

— Сейчас, Кейн, — приказала она, обвивая ногой его талию и нагло требуя проникновения.

Отодвинувшись настолько, чтобы взглянуть в ее глаза, которые сейчас пылали голодом волчицы, Кейн обхватил ладонью женские пальцы, и, сжав их вокруг своего возбужденного члена, направил его в ее тело.

Он стиснул зубы, ощущая тонкие пальчики Касси, которыми она сжала его плоть, а когда медленно и губительно провела по всей длине, у него сжались яйца.

Господи. Он близок к оргазму.

Так близок.

Аккуратно убрав ее руку, Кейн толкнулся бедрами вперед, прикасаясь к ее лепесткам головкой члена. И замер на мгновение, давая Касси последнюю возможность отступить. Даже если это станет для него погибелью.

Но стоило ей поднять голову и впиться зубами ему в шею, здраво мыслить Кейн больше не смог.

Со сдавленным стоном он завел руки Касси ей за голову, пока медленно проникал в ее тугое тело, легко разрывая доказательство невинности.

— Да, — выдохнула Касси, крепче сжимая его ногами. — Боже, Кейн.

Он зажмурился, изо всех пытаясь сдержать свое дикое желание. Кейн не собирался наскоро добираться до Эдема. Ведь существовал более сладкий путь — действовать медленно и ритмично.

Кейн осторожно отстранился и склонил голову набок.

— Укуси, Касси, — удалось ему выдавить, — я хочу почувствовать, как ты кусаешь меня в шею.

Не колеблясь, она погрузила зубы в основание его шеи, посылая в кровь поток чистого адреналина.

— Касси. Боги.

Кейн погружался в ее скользкий жар в устойчивом темпе, приподнимая на каждом толчке бедра, и его грубые стоны звучали в унисон с ее слабыми выдохами.

Она сильнее стиснула зубы на его шее, приподнимаясь навстречу каждому толчку и царапая спину Кейна.

Он забыл как дышать, а сердце колотилось о ребра. Глубоко внутри его волк завыл от первобытного удовлетворения.

Это был не просто секс. Больше, чем простой перепихон с женщиной, на которую у него встал.

Это было навеки и до глубины души.

Стоило этой ужасающей мысли осесть в его голове, как Касси напряглась и лихорадочно задрожала, достигнув кульминации. Ощущения, как стенки ее лона сжимают Кейна, перекинули его за край.

С криком, Кейн последний раз толкнулся в тело Касси, зажмуриваясь от взорвавшегося в теле удовольствия.

Касси медленно приходила в себя, удовлетворенно вздохнула от ощущения теплых объятий Кейна и устойчивого ритма его сердца.

М-м-м. Именно так должен начинаться каждый день. Теплая кровать, восхитительный мужчина, обнимающий Касси и никакого повелителя демонов, стероидного вампира или сумасшедших дворняг.

Ну, по крайней мере, Касси могла бы притвориться, что не существует никаких затаившихся врагов. Она заставила себя открыть глаза и осмотреть комнату. Нет. Никого, лишь Касси и ее восхитительный, божественный любовник.

Да, любовник.

Наконец-то.

Стоило в сознании всплыть воспоминаниям о прошлой ночи, Касси самодовольно улыбнулась. Стоило убедить упрямого Вера, что она не хрупкая кукла, как он продемонстрировал ей истинное понятие страсти.

Несколько раз.

Втянув насыщенный, мускусный аромат Кейна, Касси запрокинула голову. И не удивилась, обнаружив пристально наблюдающего за ней Кейна. Она уже учуяла, что он проснулся. Ее удивил будоражащий трепет сердца, даже несмотря на то, что они несколько часов подряд занимались до неприличия восхитительным сексом.

— Доброе утро, — проговорил он, отвел взгляд от Касси и посмотрел на часы на комоде. — Или стоит говорить добрый день.

Касси лениво потянулась и повернула к нему голову.

— Сколько времени?

— Третий час.

Она проспала почти пять часов? Удивительно.

Собираясь признаться, что еще никогда так хорошо не спала, Касси запоздало отметила, что Кейн побрился, а от его бронзовой кожи исходил запах мыла. Он принял душ?

От внезапной догадки она прищурилась.

— Ты спал?

— Дремал.

Она вздохнула, ощущая вину.

— Ты стоял на страже?

Кейн улыбнулся и чмокнул Касси в кончик носа.

— Я наслаждался видом.

— Я хотела…

— Ш-ш-ш. — Он спустился ниже, дразня поцелуями край ее губ. — Как ты себя чувствуешь?

Под натиском удовольствия вина Касси была позабыта.

— Восхитительно пресыщено.

Он отстранился с почти… застенчивым выражением лица.

— Я ведь не сделал тебе больно?

Она в смятении нахмурилась. Больно?

— Конечно, нет.

— Я не каждый раз был нежен.

— О. — Ее щеки окрасил слабый румянец. Не от воспоминаний об агрессивности в постели, в конце концов, они оба чистокровные Веры и в их природе грубость и готовность. А от того, какой дикой была ее реакция на его ласки. — Мы оба понимаем, что я кричала не от боли.

В его груди прогрохотало рычание, а глаза заволокло дымкой страсти.

— Не поощряй меня, если не желаешь провести несколько часов в постели.

С озорной улыбкой, Касси подняла руку и убрала золотой локон с его лба.

— Это обещание? — Она почувствовала, как он напрягся от ее хриплых слов, а воздух наполнил мускус его возбуждения.

— Кассандра, ты очень опасная женщина.

Внутренне позлорадствовав, она шире улыбнулась. Касси понравилось, что она так легко могла возбудить Кейна.

— Опасная — это хорошо, — призналась она. — Все лучше, чем полоумная.

Он свел брови, словно был возмущен ее признанием.

— Никогда не говори так.

— Я не говорю так, другие говорят.

— Больше не посмеют, если не хотят жестокой смерти, — выдавил он.

На такую горячность Касси моргнула. Кейн и вправду расстроен. С задумчивой улыбкой, Касси медленно поглаживала линию его челюсти.

— Мой защитник.

— Навеки.

Они оба замерли, когда его слова будто повисли в воздухе. Словно граната, готовая взорваться, если кто-то из них шевельнется.

Он и вправду сказал навеки?

Лишь пары остаются вместе на века. Ну, по крайней мере, она всегда в это верила.

Таким образом Кейн хотел сказать, что они не просто временно стали любовниками?

— Кейн?

Одним плавным движением, Кейн отбросил одеяло и соскользнул с кровати, словно хотел отвлечь Касси.

Сработало.

Конечно, она не сильно была шокирована. Какая женщина могла ясно думать, когда перед глазами такое зрелище?

Кейн — голое, мужское совершенство.

Поджарый, с безупречно высеченными мускулами. Широкая грудь и широчайшие плечи. Гладкая, загорелая кожа. И великолепное свидетельство возбуждения, которым бы гордился любой мужчина.

А любая женщина вздохнула бы в предвосхищении.

Не обращая внимания на ее оценивающий взгляд, Кейн нагнулся и нежным жестом заправил прядь волос ей за ухо.

— Ты голодна?

Касси прижала руку к внезапно заурчавшему животу.

— Умираю с голоду.

— Понятное дело. — Он порочно усмехнулся и провел пальцами по ее челюсти. — Ты потратила много сил и энергии.

— О да, разве нет?

Кейн усмехнулся, и, повернувшись, подобрал с пола потертые джинсы и забрал белую футболку с комода.

— Прими душ, пока я сделаю нам завтрак, — сказал он, быстро одеваясь. — В шкафу есть чистая одежда, которая должна тебе подойти.

Усевшись в постели, Касси смерила его подозрительным взглядом.

— Женская одежда?

Сапфировые глаза моргнули, а Касси внезапно поняла, что пропустила ревность в своем голосе.

Как странно.

— Большую ее часть никто никогда не надевал.

— Хмм.

Кейн быстро сунул ноги в пару кроссовок, подошел к ней и поцеловал в лоб.

— Позже я пойду к джипу и принесу твою сумку, — пообещал он.

От его успокаивающих прикосновений тревожное ощущение ослабло.

— Хорошо.

— Когда будешь готова, спускайся на кухню.

Касси смотрела как Кейн выходит из чердака и на губах ее играла удовлетворенная улыбка. Кто бы мог в это поверить? После тридцати лет гадостей от судьбы, она наконец-то сорвала джекпот.

И что за джекпот.

Жаль, что она не могла останавливать время. Она не могла представить ничего лучше, чем провести целую вечность наедине с Кейном в этой изолированной хижине.

На несколько минут окунувшись в ощущении счастья, Касси подняла свое вялое тело с кровати и направилась в душ. Она проголодалась. И, кроме того, Касси желала все время быть рядом с Кейном.

Приняв душ, Касси вытерлась, стоя перед окном, которое выходило на пруд. Солнце сверкало на волнах, а полевые цветы танцевали на ветру. Идеальное приглашение на пикник, решила она.

С предвкушающей улыбкой, Касси одела шорты цвета хаки и белую рубашку с квадратным вырезом. Она взула свою пару кроссовок и завязала волосы в хвост. Закончив с одеванием, она направилась к сходам.

Однако, в шаге от двери, Касси остановилась и пошатнулась, когда с ужасающей силой на нее обрушилось видение.

Она зашипела от шока.

Как правило, видения протекали через нее и казались плавающими иероглифами, которые Касси потом расшифровывала. Иногда она их понимала. Иногда нет. И очень редко ей удавалось увидеть свое предсказание в полной цветовой гамме, когда оно пронзало ее разум.

Прижав ладони к вискам, Касси растерянно смотрела, как видение о ней самой становится все более четким. Она в одиночестве стояла посреди белого тумана, настолько плотного, что ничего не было видно. Касси чувствовала, что в тумане что-то скрывается. Что-то настолько могущественное, что одно его присутствие словно сдирало кожу с ее тела.

О, Господи. Она заскулила от боли. Ей хотелось сжаться в маленький комок и молиться, чтобы ее не заметили. Но Касси не могла. В воздухе чувствовался запах Кейна, и она знала, что должна найти его.

Он был в беде.

Очень большой беде.

Затем, как по команде, туман медленно разошелся.

Касси закричала от шока, когда заметила Кейна. О-о, пожалуйста, Боже, нет.

Он лежал во мгле, его тело скручено и деформировано, словно застыло посреди оборота, пойманное в ловушку между человеком и волком. Поддавшись импульсу, Касси шагнула к нему, но остановилась, когда он предупреждающе оскалил клыки.

Только тогда она заметила, что сапфировые глаза наполнены диким безумием.

Кейн не узнал ее.

Не успела мысль сформироваться в ее голове, как он вскочил на ноги, а звериный вой разнесся в странном тумане. Касси испуганно отшатнулась.

Определенно ошибочное движение.

Затерявшись в диких инстинктах своего волка, Кейн с коварством хищника следил за ее движениями. В это мгновение Касси была его добычей.

И он готовился к атаке.

Касси не боялась за себя. Она всегда считала, что обречена на раннюю могилу. В конце концов, она единственная известная пророчица. Самое желанное и опасное создание в мире.

Нет. Она годами готовилась умереть. Но если Кейн очнется и поймет, что натворил…

Сердце сжалось от всепоглощающего страха. Он никогда не сможет себя простить.

Или, что еще хуже, если он застрянет в этом ужасающем состоянии между волком и человеком? Что если навечно останется монстром?

Словно почувствовав ее страх, Кейн присел, без сомнения возбужденный запахом паники. Как только Касси приготовилась к нападению, ее видение исчезло так же быстро как и появилось.

Пошатнувшись, Касси упала на колени и склонила голову от ужаса перед увиденным.

О, Боги, она должна это остановить.

Но как?

Она не знала, где они были, и как туда попали, и что за зло скрывалось из виду.

— Думай, Касси, думай, — бормотала она, вытирая бесполезные слезы.

Хоть она и не знала, где именно они были, но чувствовала, что все произойдет очень скоро. И раз уж они оба были в том странном тумане, значит их забрали вместе.

Значит… она должна убедиться, что вместе они не будут.

Никогда.

Касси проигнорировала душераздирающую боль, что пронзила сердце от одной мысли прожить всю жизнь без Кейна. Это будет бесплодное, одинокое существование, но Касси сможет выжить, если будет знать, что Кейн жив и здоров.

И еще более важно, она проигнорировала молчаливое предупреждение, что никогда не могла менять будущее. Не важно, как часто она пыталась.

В этот раз все будет иначе.

Должно быть иначе.

Усилием воли, несмотря на дрожащие колени и раскалывающуюся голову, Касси заставила себя подняться на ноги. О будущем она потом побеспокоится. Сейчас, ей нужно убраться подальше от Кейна.

Легче сказать, чем сделать.

Касси не питала иллюзий, что сможет просто поцеловать его на прощание и уйти. Кейн объявил себя ее защитником и ничто кроме смерти не заставит его уйти.

А значит ей придется сбежать.

Касси взглянула на окно. Хоть она и не могла оборачиваться, но оставалась столь же сильной и быстрой, как и остальные Веры. Если она выпрыгнет из окна и побежит на всех парах, то в половине шансов сможет добраться до джипа, прежде чем Кейн поймет, что она попыталась сбежать.

Конечно же, попытка у нее только одна.

Если не удастся, то Кейн прикует ее к стене.

Глубоко вздохнув, Касси направилась к окну, когда внезапная мысль остановила ее.

Дерьмо. Она не могла просто уйти. Если она выйдет из дома в одиночку, ее поджарят окружающие хижину чары.

Значит, ей нужно найти способ и уговорить Кейна вывести ее за барьер, а потом сбежать.

Она зажмурилась от досады. Да. Никаких проблем.

— Касси?

Прозвучавший со стороны кухни голос Кейна вырвал ее из мрачных размышлений. Все по порядку. Ей нужно уговорить Кейна выйти из дома. О побеге она подумает потом.

— Уже иду, — крикнула она, спустилась по ступеням и вошла в кухню.

Кухня встретила ее ароматом свежих вафель и теплого сиропа. Желудок одобрительно заурчал, а сердце ушло в пятки от вида Кейна, смешивающего в кувшине холодный апельсиновый сок.

Все это выглядело так удивительно по-домашнему. Как сцена из ее самых заветных мечтаний.

Кейн повернулся, когда она вошла, тут же ощутив ее расстройство, несмотря на вымученную улыбку Касси. Поставив на стол кувшин, он подошел к ней и стиснул в объятьях.

— В чем дело?

Она мешкала. Из нее худшая лгунья в мире, но это ведь Кейн. Настала ее очередь взять инициативу на себя и защитить его. Так же как он всегда защищал ее.

— У меня было видение, — призналась она, открывая всю возможную правду.

— Проклятье, — выругался Кейн, его прекрасные глаза испещрило недовольство. — Что на этот раз?

— Нам нужно уходить.

— Ладно. — От его согласия у Касси практически разбилось на осколки сердце. Кейн готов следовать за ней, не важно в какие катастрофы она его вела. Без вопросов и колебаний. Чем только она заслужила такую слепую преданность? — Ты знаешь, куда нам нужно идти?

Она подняла свой взгляд, чтобы встретиться с его, с отчаяньем напоминая себе, что жизнь Кейна висит на волоске.

— На запад.

— И всё? — Он выгнул брови, но выглядел более запутанно, чем удивленно. Слава богам. — Просто запад?

— Пока.

— Время позавтракать у нас хотя бы есть?

На задворках разума Касси голос нашептывал «нет».

Чем раньше она расстанется с Кейном, тем скорее сможет надеяться, что увела его от превратности судьбы. Но необходимость провести еще несколько минут в его компании пересилила здравый смысл.

Ведь полчаса роли не играют?

— Да.

— Завтрак в постель? — проговорил он, лаская пальцами ее щеку. А затем, заметив напряженное выражение лица, легонько щелкнул Касси по носу. — Давай, твои вафли остывают.

Подавляя укол вины за эгоистичное желание насладиться всего одним завтраком с человеком, который спас ее от ада и наполнил сердце радостью, Касси присоединилась к нему за стол.

Они ели практически в тишине, но Касси довольствовалась наслаждением от прикосновения его ноги к своей и замечательным мускусным ароматом, витавшим в воздухе — волка Кейна. Эти воспоминания на всю оставшуюся жизнь останутся в памяти и Касси намерена смаковать каждый момент.

Слишком быстро они съели вафли и Кейн помыл тарелки.

С огромным усилием Касси подавила желание найти какой-нибудь предлог задержаться и позволила вывести себя через дверь к поджидавшему джипу. Касси и без того уже достаточно бросала вызов судьбе и сейчас должна покинуть Кейна, прежде чем судьба возьмет бразды правления.

Усадив Касси на пассажирское сидение, Кейн сел за руль. Затем с непринужденностью, от которой она мотнула головой с печальным отказом, он завел машину, переключил передачу и вывел джип на пыльную дорогу.

Касси было раскрыла рот, чтобы потребовать у Кейна уроков вождения на случай, если ей вновь придется спасать его задницу, но вспомнив, что такого шанса ей не предоставится, захлопнула его.

Она сжала кулаки, пока в сердце что-то медленно увядало и отмирало.

Может надежда?

Касси стоически наблюдала, как заросшие луга заменяют ухоженные поля, дорога стала шире, затем она стала асфальтированная и, наконец, они выехали на четырехполосную автостраду.

Она чувствовала любопытствующие взгляды Кейна, но внутри все больше и больше сопротивлялась необходимости направиться на север в логово Кейна за пределами Чикаго. Она знала, что еще многие недели будет мучиться желанием вернуться в сельский домик, теперь это станет для нее требованием, с которым тяжело будет бороться.

Но все же Касси надеялась увести Кейна на запад, как можно дальше. Как только ей удастся сбежать, она постарается убедить его, что направляется в Канзас-Сити. Она надеялась, что так она уведет его далеко, чтобы он не смог уловить ее аромат.

— Ты молчалива, — Кейн, наконец, прервал тишину.

Она повернулась и наткнулась на его обеспокоенный взгляд, и прикрепила фальшивую улыбку.

— Отвлеклась.

— И все?

Она поджала губы, дрожа от сопротивления желанию выпрыгнуть из джипа и бежать на север.

— Можем мы повернуть здесь? — выдавила она, указывая на ближайший поворот на узкую дорогу.

Кейн автоматически перевел взгляд и нахмурился, осматривая пустую общественную стоянку со множеством туалетных кабинок и столиков для обеда.

Затем подъехал к месту в тени дерева, продолжая в замешательстве осматривать стоянку.

— Общественная стоянка?

— Нет, нечто в лесу. — Она указала вперед на линию деревьев. — Нечто, что ты должен увидеть.

Он перевел на Касси взгляд, стиснул зубы, словно нутром чуя, что ему не понравятся ее дальнейшие слова.

— Я?

Касси упивалась красотой его загорелого лица, запоминая каждую черту, линию и изгиб, пока не выжгла на сердце клеймо.

— Да.

— А ты?

— Я должна остаться здесь.

Он помотал головой, вновь осматривая пустую деревню.

— Мне это не нравится.

— Со мной все будет хорошо.

— Если что-то нападет на тебя, я буду слишком далеко.

— Ничто не нападет. Сейчас день.

Это его не успокоило. На самом деле, казалось, что лишь сильнее разозлило.

— Есть гораздо более опасные существа, чем обычные пиявки.

Касси задрожала под натиском очередной необходимости отправиться на север.

— Прошу, Кейн.

Явно ощутив ее расстройство, Кейн потянулся под сиденье и достал маленький пистолет.

— Держи. — Он вложил оружие в ее руку и обернул ее пальцы вокруг рукоятки. — Стреляй во все, что движется.

Понимая, что это, скорее всего, последние минуты с мужчиной, который всю оставшуюся вечность будет ее преследовать, Касси прикоснулась губами к его губам.

— Будь аккуратнее, — прошептала она.

Он прикусил ее нижнюю губу, прежде чем отстраниться с горькой улыбкой.

— Я бы поаккуратничал с тобой.

Ох… Господи.

Она сглотнула слезы, когда оттолкнула Кейна.

— Тебе нужно идти.

— Ладно, — выдохнул он.

Последний раз окинув стоянку взглядом, дабы убедиться, что ничто нигде не притаилось, Кейн вылез из джипа и рысцой побежал к лесу. Она подождала, пока он доберется до кромки леса, зная, что прежде чем нырнуть в его густоту, обернется на нее.

Уверившись, что он не собирался возвращаться, Касси перебралась на водительское место и поставил джип на нейтральную передачу. И вцепилась в руль, прикусывая нижнюю губу, сопротивляясь желанию втопить педаль газа в пол. Даже с такого расстояние Кейн услышит шум двигателя.

Не оглядываясь назад, Касси сосредоточилась, чтобы держать руль прямо, пока джип на мучительно-медленной скорости выкатывался с парковки на дорогу. Лишь оказавшись на магистрали, Касси произнесла тихую молитву судьбе, чтобы она оберегала Кейна, включила передачу, завела двигатель и нажала педаль, заставляя шины проскрипеть по асфальту.

 

Глава 10

Несмотря на волчий облик, Кейн ощутил панику, когда достиг места, где след Касси оканчивался и поворачивал обратно. Черт возьми. Он впустую потратил почти час, бегая вдоль шоссе, отчаянно пытаясь догнать джип и разорвать ублюдков, осмелившихся похитить его женщину.

Теперь ему пришлось остановиться и заново пересмотреть свои ограниченные возможности. Нетерпеливо рыкнув, Кейн спрятался за стогом сена и осторожно обернулся, оставаясь скрытым от проезжающих машин. По какой-то глупой причине люди куда больше поражались, заметив посреди поля обнаженного мужчину, нежели увидев огромного волка. Глубоко и рвано дыша, Кейн вытер пот со лба и попытался думать, несмотря на туманящий разум страх.

Когда он первый раз услышал визг шин, то испугался, что Касси могла нечаянно снять джип с передачи. Он выбежал из леса, ожидая увидеть, что она кругами ездит по стоянке или, боже упаси, врезалась в дерево. Чего он никак не ожидал, так это увидеть, что она исчезла. Просто… исчезла.

Парковка была пуста, без запаха каких-либо злоумышленников и следов борьбы. Несколько долгих минут Кейн ошеломленно стоял посреди стоянки. Если на Касси напали, то почему она не стреляла? Или, в конце концов, не позвала на помощь? И почему он не мог учуять их запах? Затем, рыкнув от ярости, Кейн перекинулся и погнался по быстро исчезающему запаху Касси.

Какое к чертям имеет значение кто, как или почему украл Касси? Важно лишь найти ее, прежде чем ей навредят. Теперь пришлось гадать, а не намеренно ли его увели по ложному следу. А если так, то почему сейчас? Кейн обдумывал этот вопрос, когда позади него послышался шорох. Предупредительно оскалив зубы и рыкнув, он повернулся.

Вид крошечной демоницы с раскосыми черными глазами и светлыми волосами, собранными в тугую косу, стоящей посреди сенокосного участка ничуть не успокоил его жажду крови.

— Ты.

— Да, я. — Янна разгладила свое девственно-белое одеяние и неодобрительно поджала губы. — Хотя и не знаю, зачем я беспокоюсь. Я же настоятельно предупреждала тебя не отходить от провидицы. И вот ты здесь, а Касси и след простыл.

Что за раздражающая… сука. Кейн сжал кулаки, слишком разозленный, чтобы беспокоится о своей наготе. Или о том, что сухое сено кололо голую задницу. Вместо этого, он яростно напоминал себе, что эта крошечная демоница достаточно могущественна, чтобы уничтожить его силой мысли. И как бы Кейну не хотелось встряхнуть мелкое создание, пока ее острые зубы не клацнут, загнивая в аду он Касси не спасет.

— Думаешь, я сознательно ее оставил? — потребовал он. — Она исчезла.

Янна фыркнула.

— Как вы разделились — значения не имеет. Важно, чтобы ты ее нашел.

— Какого черта, по-твоему, я тут делаю?

Янна пожала плечами.

— Как по мне, бегаешь по кругу.

Кейн напрягся. Как к чертям собачим она узнала, что он бегает по кругу.? Если только…

— Ты за нами следила? Ты знаешь, где она? — Он шагнул вперед, вглядываясь в тонкое в форме сердечка личико. — Ее украли? Она ранена?

— Нет, и нет, и нет, и еще раз нет.

Кейн дрожал, его волк рвался на свободу, желая вернуться к охоте. С каждой уходящей секундой запах Касси постепенно исчезал, и зверю было все ровно знает или не знает эта крошечная демоница нечто такое, что поможет им отыскать их женщину.

— Тогда что с ней произошло?

Черные глаза расширились.

— Кажется, она тебя бросила.

— Бросила?

— Разве вы не так говорите, когда избавляетесь от нежелательного партнера? — спросила Янна с наигранной невинностью. — Бросить, прокатить, дать от ворот поворот?

— Да я понял значение, — выдавил из себя Кейн. — Просто не понимаю, с чего ты решила, что Касси меня бросила.

— Она уехала и бросила тебя у черта на куличиках.

Кейн зашипел, не разрешая и малейшим подозрениям завладеть его разумом. Если он поверит, что Касси сознательно его бросила, то внутри него что-то умрет.

— Скорее всего ее похитили, — ответил Кейн чуть громче, чем намеревался, напоминая себе о страстной ночи, что они провели вместе.

Ни за что на свете женщина не отдала бы так легко свою невинность мужчине, которого намеревалась бросить при первой же возможности. Черт, да если бы не то проклятое видение, они до сих пор находились бы в постели. Кейн резко вдохнул, понимая, что может точно определить момент, когда Касси из чуткой сладкой любовницы превратилась в отчужденную незнакомку, которая едва ли могла смотреть ему в лицо. Явно почувствовав его состояние, Янна прищурила темные глаза.

— Что такое?

— Видение.

— Провидицы?

— Да. — Бормоча проклятия, Кейн провел пальцами по своим спутанных волосах. — Я знал, что что-то не так. Боги, я должен был заставить ее все мне рассказать.

— Эй. — Янна нетерпеливо щелкнула пальцами. — В жалости к себе искупаешься потом.

В воздухе раздалось его низкое рычание.

— Ты…

— Очаровательно ослепительна? — прервала она с намеком на предупреждение. Он слишком придвинулся к черте. И они оба понимали, что переступать ее Кейн не хочет.

Усилием воли он обуздал свое разочарование.

— Ты знаешь, куда направляется Касси?

— Нет, но ты знаешь.

— Я? — Он оскалился в ответ на нелепое утверждение. — Если бы я знал, то не бегал бы тут кругами.

— Я знала, что у тебя только мышцы и никаких мозгов. — Янна с глубоким разочарованием покачала головой. — Повезло тебе, что ты такой красавчик.

Кейн опустил руку, пальцы сжались в тугой кулак. Он хотел что-то ударить. Или лучше, убить.

— Черт возьми, мы тратим время, — выдохнул он. — Почему ты не можешь просто сказать мне?

— Потому что не знаю. — Она протянула руку, когда губы Кейна раздвинулись в яростном протесте. — Я знаю только, что ты должен знать.

— Дерьмо, — выругался он. — От тебя у меня болит голова.

— Она должна была что-то сказать, — совершенно непримиримо продолжила Янна. — Думай.

Кейн проглотил злой ответ и заставил себя вспомнить, что Касси говорила о своем видении. Из всего, что он знал, Янна являлась сумасшедшей демоницей, которая всюду следовала за ним и превращала его жизнь в ад. Но если существовал хоть малейший шанс, что она может помочь ему отыскать Касси, то при ее желании он прыгнет через обруч и станцует мамбу.

— Касси только сказала, что у нее было видение, и мы должны отправиться на запад.

— Просто на запад? — Янна казалась озадаченной. — Это довольно расплывчато.

— Думаешь?

Удушающая сила наполнила воздух, обернулась вокруг Кейна с достаточной мощью, дабы напомнить, что Янна с легкостью могла сокрушить все его кости.

— Осторожней, Вер.

Кейн подождал, пока хватка немного ослабла и сделал вдох. И только когда был полностью уверен, что не превратится в обезображенный труп, заговорил.

— Очевидно, она решила уйти прежде… — Он потерял мысль, просчитывая временную линию. — Подожди.

— Что?

Он слепо уставился поверх недавно скошенного поля, мысленно анализируя каждое мгновение с утра, когда Касси проснулась в его объятьях.

— После видения она начала странно себя вести.

— И?

— Должно быть, видение убедило ее в том, что у нее есть какое-то дело, которое она должна уладить в одиночку.

— Да, да. — Янна нетерпеливо взмахнула рукой. — Вполне возможно.

— Значит, когда она сказала, что мы должны направиться на запад, то, должно быть, просто пыталась сбить меня со следа. — Кейн нахмурился, не слишком удовлетворенный своими логическими умозаключениями. — Но зачем столь сложная схема? Почему она не улизнула, пока я готовил завтрак? — Он пробирался сквозь свои сумбурные мысли, полностью игнорируя рычащего волка, который уже находился на грани. — Какой же я дурак, — наконец пробормотал он.

Янна оскалила мелкие зубы.

— Не стану спорить.

Кейн не обратил внимания на подколку.

— Она должна была пройти сквозь чары.

Демоница моргнула в замешательстве.

— Какие чары?

— Те, которые я разместил вокруг своего логова.

— Ты держал ее взаперти?

Кейн нахмурился в смятении.

— Нет, я чертовски точно не держал ее взаперти. Я пытался ее защитить. Если ты еще не заметила, достаточно многие демоны отчаянно желают заполучить Касси в свои руки.

— Я хорошо осведомлена об опасности. Вот почему ты должен ее найти. — Демоница ткнула пальцем в его живот. — Быстро.

Кейн замер от страха, почувствовав беспокойство, которое Янна пыталась скрыть.

— Ты что-то знаешь, — обличил он ее. — Что именно?

— Я чувствую, что на нее охотятся. — Янна снова ткнула его пальцем. — Думай, Кейн. Куда она отправилась?

— Черт возьми, я не знаю, — заорал он.

Шагая по узкому кругу, Кейн ломал свой разум, пытаясь отыскать малейшую упущенную зацепку. Касси редко говорила о будущем. И кто мог ее винить? Ее видения являлись непосильным бременем, о котором она желала забыть, а не зацикливаться на них.

Но тихий голос в голове шептал, что она говорила… что? Нечто, что он должен помнить. Он продолжал вышагивать, не обращая внимания на испытующий темный взгляд Янны и проезжающие в отдалении машины. Кейн яростно пытался вспомнить каждый разговор с Касси за прошедшую неделю. Затем, внезапно перед ним возник образ Касси, сидящей за краем барной стойки, когда в воздухе витал аромат пиццы.

— А эта предсказательница не упоминала какое-нибудь магическое средство, предотвращающее оказаться едой пиявки?

— Нет. Но нам нужно вернуться в твое логово в Чикаго.

— Сейчас?

— Нет. Вскоре, но не сегодня.

— Вот оно, — пробормотал Кейн.

— Ты знаешь? — потребовала ответа Янна.

— Знаю.

— Где?

— Она отправилась в мое логово возле Чикаго.

Демоница изучала его хмурым взглядом, словно пыталась решить, можно ли ему доверять.

— Уверен?

— Да.

— Хорошо. — Без предупреждения, она потянулась и сжала пальцы вокруг его запястья на удивление сильной хваткой. — Тогда пошли.

— Пошли?

От ее улыбки у Кейна тревожно напрягся позвоночник.

— Держись.

— Подожди. — Кейн попытался вырваться от надоедливой женщины. Кто же знает, что она замышляет? Но было слишком поздно. Мир померк перед глазами, оставив его в окружении чернильно-черного небытия. — Вот дерьмо.

***

Логово Кейна возле Чикаго

Когда Касси подъехала к остановке возле двухэтажного кирпичного дома, сумрак уже украсил небо в яркие оттенки фиолетового и янтарного. Вздохнув, она выключила двигатель и положила дрожащие руки на колени. Это была дико ужасная поездка. И не только потому, что последние шесть часов она изо всех сил пыталась не убить незадачливых автомобилистов, пока добиралась до этого отдаленного места, но и потому, что постоянно нервничала не удастся ли Кейну каким-то образом отыскать ее след и последовать за ней.

Теперь, оказавшись здесь, без единого признака Вера, который стал неотъемлемой частью ее жизни, Касси чувствовала… что? Пустоту. Словно стала просто двигающейся оболочкой. Где Кейн? До сих пор ищет ее? Возможно, мучает себя виной из-за ее исчезновения? Или уже решил, что сыт по горло ее сумасшествием? Он, конечно, имел полное право уйти. После того, как он пожертвовал всем и стал ее защитником, она просто исчезла без предупреждения, без объяснений. Какой мужчина в здравом уме не решит, что от нее больше неприятностей, чем толку?

Касси сжала зубы от разрывающей сердце боли. К черту все. Ну и что, если ей кажется, что она потеряла часть своей души? Пока Кейн в безопасности, ничто не имеет значения. Ничто. Вынудив затекшие мышцы двигаться, Касси вышла из джипа и с опаской направилась к дому. В прошлый раз, когда она здесь была, Кейн изменил чары, чтобы они ее узнавали. Но с тех пор прошло несколько недель. Помнят ли они? Есть только один способ узнать.

Касси глубоко вдохнула, перебралась через изгородь и пошла по узкой тропинке. Когда ее не убило током, не зажарило на шашлык и не превратило в тритона, Касси двинулась дальше и взошла по ступенькам на веранду. Она остановилась, окинула взглядом пустой двор, окруженный плотной линией деревьев, затем открыла тяжелую дубовую дверь и вошла в гостиную. Это была просторная комната с мебелью в загородном стиле и высокими книжными полками, забитыми под завязку книгами по химии в кожаных переплетах. Тоскливая улыбка изогнула ее губы. Дом оказался болезненным напоминанием о Кейне.

Боги, даже воздух пах им. Мысль не успела полностью сформироваться, когда позади нее захлопнулась дверь. Повернувшись, Касси обнаружила светловолосого Вера, прислонившегося к стене со сложенными на груди руками и насмешливой улыбкой на губах.

— Привет, малышка. Скучала по мне?

У Касси челюсть упала от такого сюрприза.

Кейн.

Но… это же невозможно, так ведь? Он не мог быть здесь, раз уж она оставила его в нескольких десятках миль отсюда.

— Это какой-то трюк?

— Никаких трюков. — Он отошел от стены и направился к ее застывшему телу, одетый в повседневные джинсы и белую футболку. — Удивлена?

Касси тряхнула головой, пытаясь смириться с мыслью, что он действительно здесь, а не просто плод ее воображения.

— Как?

Он изогнул бровь.

— Как?

Касси прочистила горло и попыталась снова.

— Как ты сюда добрался?

Без предупреждения, Кейн схватил ее за плечи и крутанул так, что она прижалась к стене. Только тогда Касси поняла, что под сардоническим самообладанием он кипел от злости.

— Вопрос не в этом.

Жар его гнева опалил кожу, но хватка оставалась осторожной, чтобы не осталось синяков, и все же достаточно крепкая, чтобы не дать ей сбежать.

— Кейн.

Сапфировые глаза мерцали в сгущающемся сумраке.

— Вопрос в том, почему, к чертям собачьим, ты уехала без меня.

Его слова выжгли ошеломляющий шок, туманящий разум. Он прав. Не важно как он ее нашел. Не важно как он умудрился понять куда она направилась и добрался сюда раньше нее. Важно лишь то, что она должна избавиться от него, пока не стало слишком поздно. Касси повернула голову и, отчаянно пытаясь скрыть свое слишком экспрессивное выражение лица, уставилась на стоящий возле окна стол со сдвижной крышкой.

— Думаю, что это не нуждается в объяснениях.

— Думаешь?

— Да.

Кейн рыкнул, обхватил рукой ее подбородок и заставил взглянуть ему в лицо.

— Определенно, я слишком тупой, потому что так и не смог понять, почему моя любовница бросила меня.

Касси облизнула губы, теряясь под его испытующим взглядом. Кто же знал, что ложь может оказаться столь необходимым навыком, отсутствие которого вполне может запереть Кейна в аду? Дерьмо. Она должна это сделать. И должна постараться, чтобы Кейн ушел и никогда не вернулся. Усилием воли, Касси выдавила из себя нечто напоминающее улыбку.

— Я решила, что с меня хватит.

— Хватит чего?

— Нас.

— Нет.

— Что?

— Попытайся еще раз.

Касси нахмурилась.

— Я не понимаю.

— Женщина не отдает мужчине свою невинность, когда «с нее хватит», — парировал Кейн.

— Я не понимаю, почему ты раздуваешь из моей девственности столь большую проблему, — пробормотала Касси.

Пылающий гнев, который она пыталась раздуть в отупляющую ярость, внезапно исчез, а его место заняла душераздирающая нежность.

— Потому что для меня это имеет значение. — Кейн провел пальцем по ее нижней губе, в его глазах разгоралась страсть. — Это подарок, который я всегда буду ценить.

Касси подавила вздох разочарования. Что не так с этим мужчиной?

— Ну, для меня это была всего лишь обуза, — сказала она, категорически отказываясь реагировать на изысканные ощущения, что дарил его палец, лаская ее губы. — Теперь ее нет, и я могу двигаться к…

Нечто похожее на удивление промелькнуло в глазах Кейна.

— К чему?

— К кому-то другому.

Это должно быть оно. Какой мужчина потерпит, когда его женщина говорит, что бросает его постель и уходит к другому? Вместо того, это раздражающее удивление только углубилось.

— И ты решила, что найдешь этого таинственного кого-то в моем логове? — протянул он. — На самом деле все это не имеет никакого смысла, правда ведь, малышка?

— Конечно же, нет, — воскликнула она. — Мне нужно было где-нибудь остановиться, пока не обзаведусь собственным логовом.

Кейн взглянул туда, где его палец продолжал ласкать ее губы.

— Безусловно, твой следующий любовник обеспечит тебе логово? Или, по крайней мере, кровать.

— Это не твое дело.

— Моё, если ты намерилась использовать мое личное логово для своих оргий. — Порочная улыбка изогнула его губы. — По крайней мере, ты должна допустить меня до участия.

Касси вздрогнула, глубокое желание угрожало подорвать благие намерения.

— Прекрати это, — прошипела она, отбрасывая мучающую ее руку и напоминая себе о цене подобной ошибки.

Удивление исчезло из его глаз, когда Кейн хлопнул руками о стену по обе стороны от ее плеч, заключив ее клетку своим телом.

— Скажи мне, почему ты здесь.

Касси повернула голову, испугавшись мрачной решимости, что читалась на его красивом лице.

— Потому что я хотела убраться от тебя подальше, и решила, что здесь последнее место, где ты станешь меня искать.

— И это не имеет никакого отношения к твоему видению?

— Нет. Теперь убирайся.

— Никогда.

— Тогда уйду я. — Касси схватила его за руку, судорожно пытаясь отодвинуть Кейна в сторону. — Черт возьми, отпусти меня.

Наступило напряженное молчание, и Касси могла ощутить взгляд Кейна, прожигающий ее профиль. А затем Кейн без предупреждения опустил руку и отошел в сторону.

— Ладно. Иди. — Больше он ничего не произнес. Касси стояла, дрожа всем телом. В конце концов Кейн погладил ее по щеке. — Не можешь, да?

Касси опустила голову, закрыла лицо руками. Глаза наполнились слезами.

— Кейн, пожалуйста.

Она почувствовала, как он обнял ее дрожащее тело, притянул к себе и поцеловал в висок.

— Что такое? — спросил он. — Касси, поговори со мной. Мне нужно знать, что происходит.

— Не могу.

— Дело в видении?

Касси сопротивлялась еще долгую минуту, но в конце концов сдалась. Ей не отделаться от упрямого Вера. По крайней мере, если она не докажет, что оставаться рядом с ней для него очень опасно. А это сравни тому, что она каким-то образом отрастит себе крылья и полетит.

Касси тяжело вздохнула и уткнулась лбом Кейну в мощную грудь.

— Да.

Он успокаивающе поглаживал ее по напряженной спине.

— Можешь мне рассказать?

— Оно было о тебе.

— Обо мне? — Кейн напрягся, явно шокированный ее признанием. — Я что-то не так сделаю?

— Нет, в этом видении тебя поймали. — Касси вздрогнула, восстановив в памяти ту болезненную картинку. — Мы там были оба.

— Кто поймал?

— Не знаю.

— Где нас удерживали?

— Не знаю. — Касси снова вздрогнула. — Нас окружал белый туман.

Последовало долгое молчание.

— Ты сбежала, потому что увидела в видении, как меня поймали? — тихо спросил Кейн.

— Да.

Касси услышала его низкий рык, а потом Кейн резко отстранился. Челюсть его была стиснута, глаза блестели силой волка.

— Проклятье, Касси, — гаркнул он. — О чем, черт возьми, ты думала?

Застигнутая врасплох такой неожиданной атакой, Касси моргнула в недоумении.

— Я пыталась тебя защитить.

— Нет. — Он ткнул в нее пальцем, жилка на шее стала отчетлива видна, пока Кейн пытался сдержать ярость. — Так нельзя.

— Нельзя?

— Это не твоя работа.

Касси нахмурилась.

— А ты, стало быть, можешь меня защищать?

— Да.

Ей нечего было ответить на такой тупой ответ. Как можно спорить с тем, кто не пытается включить разум?

— Ты хоть логику в этом видишь? — наконец выдавила она из себя.

— Ты провидица, — ответил он грубым, безапелляционным тоном. — И нравится тебе это или нет, но сейчас ты первая в списке на поимку.

— Мне это не нравится.

Кейн проигнорировал ее детский порыв.

— По какой-то неизвестной причине судьба выбрала меня в твои защитники. Смирись.

Касси шагнула вперед, отчаянно желая донести до его сознания всю ту опасность, в которой Кейн находился.

— Я не вынесу этого, Кейн. — Она заключила его лицо в ладони, голос стал тих от страха. — Ты был…

Он обрушился на ее губы яростным поцелуем, заглушая слова.

— Тихо, — нежно приказал он, отстраняясь, чтобы окинуть ее мрачным взглядом. — Мне плевать на собственную смерть. Не пытайся больше от меня сбежать.

Касси покачала головой и сильнее обхватила ладонями его лицо.

— Я не хочу, чтобы тебе навредили.

— Касси, подумай, ты сама сказала, что опасно пытаться переиграть судьбу. — Кейн заглянул в ее широко распахнутые глаза. Он нежно гладил ее запястья, большими пальцами выписывая круги по жилкам с пульсом. — А что если ошибочная попытка спасти мне жизнь сместит равновесие в сторону Темного Повелителя?

— Мне плевать.

Кейн замер от таких грубых слов.

— Готова пожертвовать миром ради меня?

— Да. — Касси не медлила с ответом.

— Касси, — простонал Кейн и уперся лбом в ее лоб. — Боги, ты не перестаешь меня поражать.

Она издала раздраженный звук. Ей не хотелось его поразить. Она хотела, чтобы он убежал в страхе.

— Пожалуйста, пожалуйста, Кейн, уходи.

Он стиснул зубы.

— Черта с два.

— Вот к нему мы и отправимся, — прорычала Касси.

— Всегда знал, что это неизбежно.

Касси зашипела из-за такого легкомысленного ответа.

— Не смешно.

— Вообще-то, я только что сказал самую великую шутку в истории мира, — добавил Кейн, в невеселой улыбке скривив губы.

— О чем ты?

— Это видение гораздо о большем, чем о нас. — Он повернул голову и поцеловал Касси в центр ладони. — И сейчас все, что я должен сделать, спасти тебя от плохих парней. — Он резко рассмеялся. — И да помогут нам боги.

 

Глава 11

Логово Гаюса в Луизиане

Женщина не была столь пригожей как предыдущая. Ее волосы оказались слишком короткими, кожа — чересчур бледной, а фигура не изобиловала изгибами. Но беднякам не приходится выбирать, и пережив оргазм под ее умелым ртом, Гаюс схватил женщину за волосы и поднял на ноги. В ее темных глазах светилось обожание, а обнаженное тело терлось о Гаюса.

— Тебе понравилось, малыш?

Гаюс скривился, рывком повернул ее и поправил свои черные брюки, специально подобранные к белоснежной рубашке. Затем, прижав женщину к одной из стен своей спальни, вампир наклонил ее голову и глубоко впился в нежную плоть женского горла.

— О-о, да, — застонала она, извиваясь от удовольствия, пока он жадно высасывал ее кровь. — Еще.

Даже услышав звук приближающихся шагов, вампир продолжил обедать. Но когда послышался резкий стук в дверь, Гаюс наконец вытащил свои клыки и облизал маленькие ранки на шее женщины, чтобы их закрыть.

— Подожди, — приказал он, отступая назад, дабы пригладить волосы и поправить свой шелковый галстук. Внезапно, женщина повернулась, прижалась к нему всем телом и обвила руками за шею.

— Нет, не останавливайся.

Гаюс зашипел, искривив от отвращения губы.

— Отпусти меня.

Темные глаза были наполнены сумасшедшей нуждой.

— Пожалуйста, трахни меня.

— Следи за языком. — Вампир поднял руку и ударил женщину так, что она стукнулась головой о стену. С тихим стоном она осела на пол, а Гаюс повернулся к двери. — Входи.

Дверь распахнулась и на пороге показалась Салли, одетая в свою ежедневную униформу: черная кожаная юбка в обтяжку, красное бюстье и волосы, завязанные в хвостики. И все же, вместо каблуков, она обула черные армейские сапоги, что доходили ей почти до колен, а ту часть ее ног, которая виднелась между голенищем сапога и слишком короткой юбкой, скрывали чулки с паутиной. Ее сильно накрашенные глаза расширились, когда ведьма вошла в комнату и обнаружила лежащую у его ног бессознательную женщину.

— Ты еще одну убил?

— Она жива, — абсолютно равнодушно ответил Гаюс. — Зачем ты пришла?

Ведьма облизнула черные губы.

— Ты говорил, что хочешь знать, когда я буду готова искать Кассандру.

Гаюс остановился, убедился, что находится в полной боевой готовности и коротко кивнул. Ни за что на свете он не согласится пойти за пророчицей, если не будет уверен, что сможет себя защитить.

— Хорошо. — Он пренебрежительно махнул рукой. — Расставь шавок по местам, я присоединюсь к вам через несколько минут.

Последний раз взглянув на неподвижную шлюху, Салли вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Оставшись наедине, Гаюс вытащил из под своей куртки старинный золотой медальон. Он нажал скрытый рычажок, и кулон раскрылся, открывая миниатюрный портрет Дары.

Небьющееся сердце согрелось от вида его суженой. От красивых черт лица. Шелковистых волос. Гордого изгиба головы. И сладостной нежности улыбки. Гаюс сжал в пальцах медальон, пульсирующая пустота в душе становилась столь большой, что иногда Гаюсу казалось, будто он упадет в нее и никогда не выберется обратно.

— Я знаю, что ты не одобряешь мои методы, любовь моя, но все это я делаю для тебя. Для нас, — прошептал он. — Я не могу жить без тебя, а поскольку я грешен настолько, что не могу воссоединится с тобой на небесах, мне придется вернуть тебя в свой ад. Пожалуйста, любовь моя, прости меня. — Гаюс прижал медальон к губам. — Прости меня.

Вернув кулон на место, Гаюс направился к двери, позволяя своим мучениям снова превратится в холодный гнев, который удерживал его от погружения в полное безумие. Вскоре Дара вернется из своей могилы, уверял он себя. И в ее объятьях он забудет о подлости заплаченной цены. Словно в напоминание о том, что цена еще не уплачена, воздух наполнился запахом крови фейри. Зашипев, Гаюс на невероятной скорости бросился на кухню, и совсем не удивился, обнаружив на полу круг из горящих свечей, в центре которого стояла наполненная кровью чаша.

Черная магия всегда требует жертвы.

И чем сильнее магия, тем большая жертва.

Не колеблясь, вампир обошел круг из свечей и схватил ведьму за шею.

— Я сказал подождать.

— Эй, это не я, — прохрипела она, ее глаза наполнила паника. — Думаешь, я могла убить и осушить взрослого фейри?

Выпустив клыки из десен, Гаюс отпустил женщину и повернулся в сторону Дольфа, который начал пятиться назад.

— Какого черта ты творишь?

— Готовлю заклинание. — Дворняга болезненно взвизгнул, когда Гаюс впечатал его в стену. — Дерьмо.

Одной рукой удерживая шавку у стены, Гаюс поднял вторую и ткнул пальцем прямо в раскрасневшееся лицо Дольфа.

— Очевидно, ты забыл первое правило этого дома.

— Какое правило?

— Никакой магии без моего разрешения.

— Я не собирался его активировать, — поспешно заверил его Дольф. — По крайней мере, пока что.

— Никакой. Магии. — Его мощь стала ощутимой силой, которая взорвалась в комнате. — Тебе понятно?

От взрывной волны энергии из ушей Дольфа полилась кровь, но он настойчиво отказывался пойти на попятную.

— Позволь мне объяснить. — Он скривился, когда рука Гаюса сжалась с достаточной силой, чтобы сокрушить ребра. — Пожалуйста, это важно.

Боже. Гаюс опустил руку и шагнул назад. Очевидно, глупый пес не успокоится, пока не оправдает свое занятие.

— Давай, только быстро, — прорычал вампир.

С настороженным выражением лица Дольф сделал медленный вдох.

— Мы должны брать в расчет то, что Кейн станет защищать Кассандру.

— И?

— И если только ты не собираешься замарать руки, мы должны удержать его от борьбы.

Ублюдок был прав. Если Гаюсу придется использовать медальон, чтобы перенести их к пророчице, он будет ослаблен и не станет рисковать, участвуя в драке с чистокровным Вером.

Но это не значит, что ему все должно нравится.

— Заклинание? — смог выговорить он.

Дольф нащупал кристалл, висящий на шее, и сжал его. Прозрачный камень светился тревожным зеленым светом.

— Да.

Гаюс шагнул назад и сморщил нос от отвращения.

— Что оно делает?

— Как только магия освободится, Кейн окажется в стазисе.

— Объясни.

Дольф нахмурился.

— Это словно магическая кома, — попытался он объяснить. Мыслительные процессы всегда тяжело давались дворнягам. — Его подвесит в состоянии между жизнью и смертью.

Пораженный внезапным вдохновением, Гаюс прищурился.

— Его полностью выведет из строя?

— Абсолютно.

— И как долго ты сможешь его удерживать?

Дольф кивнул на Ингрид, которая стояла в углу с сумкой, соответствующей ее камуфляжным штанам и футболке.

— Достаточно, чтобы Ингрид смогла одеть на него серебряные кандалы.

Рассеяно погладив свой галстук, Гаюс прошелся по комнате, взвешивая свои варианты.

— Сможешь наложить на пророчицу такое же заклинание?

Спустя несколько мгновений напряженной тишины, Дольф нервно откашлялся. Неужели почувствовал, что Гаюс собрался предать их извращенную Лигу Справедливости?

— Наложить заклинание я могу лишь раз, но если она будет стоять возле Кейна, то оно должно сработать на них обоих.

— Хорошо. — Гаюс повернулся и встретился с настороженным взглядом пса. — Я хочу, чтобы они оба были выведены из строя.

— Но нет никаких гарантий… — Дольф замолчал на полуслове, как только Гаюс шагнул к нему. — Конечно. Без проблем.

Убедившись, что дворняга будет послушным, Гаюс щелкнул пальцами в сторону Салли.

— Ведьма.

Женщина с недовольной гримасой направилась к нему.

— У меня есть имя.

Мановением руки он откинул ее жалобу.

— Делай то, что должна сделать, лишь бы найти пророчицу, и давай покончим с этим.

— Я ведьма, а не чудотворец. Мне нужно несколько минут.

Гаюс обнажил клыки.

— Тогда прекрати тратить время впустую.

— Ладно. — Салли подошла к столу и бросила волосы Кассандры в неглубокую миску. — Только штаны не обмочите.

— Однажды ты узнаешь, где твое место, — предупредил ее Гаюс. — Будем надеяться, что ты переживешь процесс.

Словно почувствовав, что он не шутит, Салли поспешно склонилась над чашей и приглушенно забормотала магические слова. Как она и говорила, потребовалось несколько минут, прежде чем ведьма смогла поднять голову, ее лицо укрывал тонкий слой пота.

— Я нашла ее.

Гаюс подошел и стал возле нее, а двое одинаковых псов остались толпиться позади. Не понимая, чего ожидать, вампир заглянул в чашу. Затем, изучая тонкий слой воды, он увидел, как на серебристой поверхности мелькают картинки.

Склонившись поближе, он зачарованно наблюдал как изображение молодой женщины с длинными светлыми волосами и изумрудными глазами становится все более четким.

Кассандра.

Фиаско их последней встречи с пророчицей было позабыто, а в замерзшем сердце вспыхнула искра надежды. В этот раз ошибок не будет, молча поклялся он себе.

— Где она?

— Подожди.

Ведьма взмахнула рукой над чашей и картинка сменилась. Или, если более точно, расширилась, словно камера отдалила изображение, чтобы показать более широкую картину. Вампир увидел дом, окруженный деревьями и акрами вспаханных полей. Затем — скопление огней, отмечающее небольшой городок.

— Захватывающе, но ничего не помогает точно определить их местоположение, — сухо заметил Гаюс. — Это может быть любое место на Среднем Западе.

Изображение увеличилось еще больше, и Салли удовлетворенно вздохнула.

— Там большой город.

— Это Чикаго, — уверенно заявил Дольф.

Гаюс предостерегающе взглянул на него.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Узнаю пейзаж.

— Хорошо, — Гаюс указал на чашу. — Верни на пророчицу.

Туманное движение, а затем изображение сфокусировалось на женщине Вере, стоящей в центре комнаты с книжными полками, в надежных объятьях Кейна.

— Ты этого хотел? — потребовала от него Салли.

— Мне нужно узнать одна ли она с Вером.

Ведьма сконцентрировалась, меняя изображения и обыскивая дом и близлежащие здания.

— Похоже на то.

Так и есть. Но это не успокоило Гаюса.

— Почему? — пробормотал он.

Дольф хмуро взглянул на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Почему они всегда одни? — ледяным тоном уточнил Гаюс. Неужели мозги есть только у него одного? — Они могут окружить себя сильнейшими охранниками из Веров. Или даже вампиров. Почему остаются столь незащищенными для атаки?

Дольф пожал плечами.

— Кейн веками ненавидел Короля Веров и его людей. Ни за что на свете он не сделает подобной подставы своей мании величия, — сказал пес, абсолютно безразличный к тому, что они могут попасть в ловушку. — И он не глуп. Он не стал бы доверять пиявкам. Если честно, не думаю, что Кейн вообще кому-нибудь доверяет.

— Не так уж они и беззащитны, — добавила Салли, указывая на край двора. — Весь дом окружен слоями защиты и маскировочными заклинаниями. Мы никак не пройдем сквозь эти барьеры без серьезного магического колдовства.

Гаюс не был полностью удовлетворен, но и глупцом он не стал и понимал, что терпение Темного Властелина не безгранично. В любой момент он может потребовать результаты. И пусть боги сжалятся над всеми ними, если злобный ублюдок будет разочарован.

— Я проведу нас, — угрюмо пообещал Гаюс, пронзив Дольфа предупреждающим взглядом. — Убедись, что держишь свое заклинание наготове.

Пес усмехнулся.

— Как скажешь, босс.

***

Кейн держал Касси в своих крепких объятьях, его волк нуждался в личном контакте, и он хотел убедить зверя, что она невредима и находится там, где и должна быть. Последние несколько часов были…

Кейн вздрогнул, не желая вспоминать мучительное ожидание приезда Касси. Логически, он был убежден, что раздражающая женщина направляется в это логово. Но после ужасающего путешествия с Янной, которое бросало вызов всем законам физики, ему осталось слишком много часов расхаживать по дому и размышлять о множестве того, как все могло пойти псу под хвост.

Что, если у нее было еще одно видение, которое увело ее в совсем другое место? Что, если по пути на нее напали или похитили? Что, если она разбила чертов джип и сейчас лежит на обочине и страдает? Что, если она просто потерялась? Тревожные мысли проносились в разуме, вгрызались в него, пока Кейн не почувствовал, что готов лезть на стены.

Затем, он наконец-то услышал звук подъезжающего автомобиля и увидел, как целая и невредимая Касси подходит к логову. За один удар сердца, его дикий страх превратился в ярость. Которая сменилась бешенством, как только Касси призналась, что осталась беззащитной, чтобы обезопасить его. Черт возьми, вся его жизнь была напрасной борьбой за выживание, и даже после того, как он заключил сделку с дьяволом, дабы превратить дворняг в чистокровных веров, Кейн знал — в его жизни не хватает чего-то очень и очень важного.

Затем, в пещерах повелителя демонов, он наткнулся на Касси и с кристальной ясностью понял — она и есть смысл его существования. И не было ни фанфар ни пения ангелов, и даже долбанных радуг с единорогами. Простое понимание, что он был создан для защиты провидицы в сумасшедшем мире. Сейчас взрыв негодования угас и Кейн просто хотел обнимать женщину, которая значила для него больше жизни, и вдыхать запах лаванды, что как ничто другое успокаивал его волка.

— Ты голодна? — наконец спросил он.

Она покачала головой, обняла его за талию и прижалась головой к его груди.

— Нет.

— Уверена? — Кейн провел губами по ее виску. — У меня есть шоколад.

Касси отступила назад, глаза ее внезапно наполнились предвкушением.

— Шоколад?

Улыбнувшись, Кейн провел ее сквозь большую, просторную кухню, украшенную голубыми и белыми плитками и шторами в клеточку, вверх по лестнице на второй этаж. Затем, он затащил ее в спальню, в которой доминировала резная кровать из орехового дерева. Оставив Касси стоять возле шкафа, Кейн зашел в гардеробную и вернулся с тонкой черно-золото коробкой.

— Прямо из Годивы в Брюсселе. — Он подошел к Касси, открыл крышку и показал ей трюфельный соблазн. — Он настолько роскошно вкусный, что отобьет охоту к любому другому шоколаду.

— Правда? — Касси взяла одну из конфет и положила ее в рот.

Кейн ждал, в его груди зародилось тихое рычание, когда Касси закрыла глаза от чувственного удовольствия и слизнула крошечные крошки на губах. Он наклонился и движением языка украл крошку шоколада.

— Как и я отбил у тебя охоту к другим мужчинам, — прошептал Кейн возле ее рта.

Касси вздрогнула, подняла руки и прижала их к твердой мужской груди.

— Высокомерный.

Кейн начал покусывать линию ее челюсти.

— По-мужски уверенный, вообще-то.

— Хммм. — Касси наклонила голову, открывая шею в жесте, который взорвался жаром в теле Кейна. — Ты так и не сказал мне, как добрался сюда раньше меня.

Он нашел нежную точку у основания ее шеи, которая всегда заставляла ее сердце биться быстрее.

— Потом расскажу, — пробормотал он, лаская языком трепещущую жилку.

Она прижалась к нему всем своим стройным телом, но не позволила себя отвлечь.

— Ты что-то от меня скрываешь.

— Ничего важного. — Будь он проклят, если позволит мыслям о Янне испортить весь настрой. — Прямо сейчас я не хочу думать ни о чем, кроме тебя.

Касси напряглась на секунду, словно собиралась выбить из него ответ. Но потом, с тихим вздохом, прижалась к Кейну. Несомненно, она лучше него понимала, что проведенное вместе время для них ограничено. Поглаживая ладонями ее спину, Кейн прижался лицом к шее Касси, растворяясь в столь редком мгновении покоя. Он потерял счет времени, но чувства оставались в полной боевой готовности. А значит, Касси не смогла скрыть от него внезапное изменения сердцебиения.

— Что происходит? — потребовал Кейн.

— Они идут, — прошептала она.

— Кто, Касси? — Он отошел, сердце болезненно сжалось, когда Кейн заметил ее белые глаза. Он сжал ладонями ее прекрасное лицо. — Касси, оставайся со мной. Мы должны убираться отсюда.

— Слишком поздно.

Пока слова слетали с ее губ, Кейн ощутил безошибочное изменение в давлении воздуха. Резко развернувшись к двери и заметив мерцание воздуха, он потянулся назад, дабы убедиться, что Касси в безопасности, спрятанная за его спиной. Мерцание приняло форму четырех отдельных тел, и Кейн усилием воли удержал своего волка, когда узнал вампира и Трио Прихвостней из винного погреба.

— Пиявка. — Он изогнул губы, не скрывая своего презрения. Нет смысла в попытках казаться дипломатичным. Они пришли за Касси, а значит он убьет их или умрет пытаясь. И никакой дипломатии. — И его бродячие псы. Вы пришли, чтобы вам надрали задницы? — Он насмешливо взглянул на мужчину-пса. Ему всегда нравилось избивать дворняг. — Снова.

— Господин хочет провидицу, Вер, — холодным голосом констатировал очевидный факт вампир. — На этот раз тебе не будет позволено встать на моем пути.

— Не в этой жизни, — прорычал Кейн, начиная обращаться, когда Дольф, со сверкающими красными глазами, вышел вперед.

— Ну же, — дразнил пес.

Но когда Дольф снова шагнул вперед, пиявка схватил его за руку, а холодное покалывание его силы, подобно осколкам льда пронзило кожу Кейна.

— Заклинание, идиот, — зашипел Гаюс.

Потерянный в процессе трансформации в волка, Кейн почти не слышал слов, но уловил вспышку зеленого света, когда пес поднял кристалл. Затем, используя все возможности своего полу-измененного тела, чтобы защитить Касси, он приготовился к взрыву магии. Гаюс никогда не изменит своего мнения о магии. Или тех, кто этой магией пользуется. Будь его воля, все они сгорели бы на костре, как в старые добрые времена. Но он вынужден был признать, что заклинание шавки дало результаты. Зрелищные, если не сказать ужасающие, результаты.

Осторожно шагнув вперед, Гаюс изучал мужчину Вера, замерзшего посреди превращения. Лицо удлинилось, но сохранило человеческие черты, а тело странно изогнулось и покрылось пятнистой шкурой. Это… нервировало, мягко говоря. Покачав головой, Гаюс взглянул на женщину, лежащую возле искореженного Вера, пойманную в сети того же заклинания. Распластанная без сознания на деревянном полу, она выглядела невероятно юной и хрупкой, но Гаюс понимал, что видения, которые она хранила в своей голове, превращали ее в мощнейшее оружие на земле.

И это делало ее ценным инструментом торга.

— Сработало, — пробормотал стоящий воле него Дольф. Он, казалось бы, столь же удивлен успехом своего заклинания, как и другие.

— Да. — Гаюс нетерпеливо щелкнул пальцами в сторону молчаливой Ингрид. — Чего ждешь? Надевай на них кандалы.

С видимым содроганием дворняга поползла вперед, натянула кожаные перчатки и вытащила из сумки серебряные кандалы.

— Святое дерьмо, — выдохнула она, защелкивая наручники вокруг искаженных запястий Кейна. — Это отвратительно.

Гаюс наблюдал как дворняга закрепила соответствующие наручники на лодыжках Вера и отошла, чтобы то же самое проделать с Кассандрой. В то же мгновение, воздух наполнился запахом жженой плоти. Серебро удержит пленников недееспособными, даже если им удастся проснутся от заклинания.

Закончив, Ингрид отошла и встала возле Дольфа, погладила ладонью в интимной ласке выпуклые мышцы его обнаженной руки. Гаюс не удосужился скрыть свою гримасу. Ему нужно скрывать куда более важные вещи.

— Забирай сестру и идите обыщите остальной дом, — приказал он мужчине. — Начните с подвала.

— Зачем? Мы уже знаем, что…

— Я приказал тебе, пес.

Близнецы вздрогнули от леденящего предупреждения в его голосе.

— Ладно, — пробормотал Дольф, схватил сестру за руку и потащил ее прочь из комнаты.

Дождавшись, когда послышались спускающиеся по лестнице шаги, Гаюс указал пальцем на ведьму, которая стояла возле двери, словно готовилась к поспешному отступлению.

— Ты.

— Салли, — угрюмо напомнила она ему. — Не сложно запомнить.

Гаюс проигнорировал ее недовольство.

— Иди наружу и проверь, остались ли заклинания невредимыми.

Как и ожидалось, ведьма подозрительно сощурилась. В отличии от шавок, она имела функционирующий мозг. Жалко, конечно, но ничто не нарушит его планы.

— Что ты задумал?

— Я задумал уберечь нас от засады. У тебя с этим какие-то проблемы?

— Никаких проблем.

— Тогда иди.

Долгую минуту, она пристально изучала его, потом пожала плечами и повернула голову к двери.

— Не важно.

Гаюс стоял на месте, когда за ведьмой закрылась дверь и он почувствовал, как она спускается по лестнице и выходит наружу. Только тогда он опустился на колени возле бессознательных Веров, убедился в том, что они во власти заклинания, и вытащил из-под пиджака медальон, который тут же сжал в руке так, что побелели костяшки пальцев. Странный амулет позволял ему ходить туманом. Это он уже проверил, когда ушел из-за Завесы. А Темный Властелин заверил его, что медальон можно использовать для путешествия в тюрьму, в которую его заключили. Вопрос только в том, насколько близко медальон перенесет его к господину? В конце концов, адское измерение может занимать огромную территорию. Гаюс мог потратить впустую часы, дни… черт, века.

И все же, ему придется рискнуть, ведь другого выбора нет. Только так он будет уверен, что потребовал всю плату за выполнение приказа Темного Властелина. Закрыв глаза, Гаюс с клинической точность обыскивал свой ум, пока наконец не нашел тонкую ниточку, которая вела от медальона к далекому источнику силы. Злой, пульсирующей, коварной силы. Гаюс содрогнулся от отвращения, но мрачно напомнил себе обо всем, чем уже пожертвовал. Он закрыл глаза и позволил миру раствориться вокруг него.

 

Глава 12

Спустя несколько секунд Гаюс открыл глаза и обнаружил, что окружен плотным белым туманом. Дезориентированный, он лишь после нескольких мгновений понял, что все еще стоит на коленях, а перед ним лежат бессознательные Веры. Очень медленно он поднялся на ноги, настороженно вглядываясь в странный туман. Где, черт возьми, он оказался?

— Господин? — тихо позвал вампир, запутанный окружающей его пустотой. Он ожидал огня и серы. Вместо того, Гаюс чувствовал, будто стоит в одиночестве посреди снежного кома. — Ау?

Затем, когда он уже начал размышлять, не признать ли эксперимент неудачным и не вернуться ли в дом, Гаюс снова рухнул на колени, сраженный невероятной болью.

— Как ужасающе странно, — послышался издевательский глубокий и бестелесный голос. — Не припомню, чтобы приглашал тебя в свое логово, вампир.

Гаюс прижал голову к покрытой густым туманом земле, его мышцы дрожали под жестоким давлением мощи Темного Властелина. Будь осторожен со своими желаниями, мрачно напомнил он себе.

— Я пришел показать тебе, что схватил пророчицу и ее защитника, как ты и приказывал, — умудрился проговорить Гаюс сквозь сжатые зубы.

— И ты предполагаешь, что твои подарки помогут мне простить вторжение?

— Я думал, что ты захочешь заполучить их при первой же возможности, мой господин.

— Ясно. — Последовала длинная, напряженная пауза. — А где твои помощники?

— Они стали ненужным багажом, как только мы обездвижили Веров.

Пульсирующая в воздухе мощь изменилась, давление ослабло и приобрело острые края наказания, которое грозило срезать кожу с тела вампира.

— И ты понадеялся получить всю награду за их поимку?

Черт, да. Зачем ему делиться наградой с проклятыми псами и ведьмой, если можно самому забрать приз? После смерти своей суженой, первым делом Гаюс пожертвовал своей честью. К сожалению, Темный Властелин оказался не так доволен столь внезапным появлением, как Гаюс на то надеялся. Возможно, пришло время возместить ущерб.

— Я стремлюсь только к тому, что мне было обещано, — осторожно заметил он.

— Я не забыл о нашей сделке. — Туман зашевелился, будто реагируя на вспышку нетерпения Темного Властелина. — Ни о том, что ты клялся мне в верности, пока я не решу, что ты заслужил возвращение своей пары.

— Пророчица…

— Это лишь аванс.

От бритвенно-острых слов по позвоночнику Гаюса прошла тревожная дрожь. Очень осторожно он поднял голову, но из-за удушливого тумана так и не смог ничего увидеть.

— Аванс?

Послышался насмешливый смех.

— Конечно же, ты не столь дешево ценишь свою возлюбленную жену и не думаешь, что смог заработать ее возвращение так легко?

— Легко?

Cristo. Он предал сына, клан и свою собственную душу, чтобы стать слугой тьмы. Вспышка потери пронзила его сердце, придавая глупой смелости, чтобы медленно подняться на ноги.

— Я веками преданно служил тебе, мой господин.

— И что я тебя просил? — Сила гневного вопроса заставила Гаюса отшатнуться. — Приобрести навыки, которые сделали тебя более грозным? Подготовиться ко дню моего возвращения? Вряд ли обременительные задания.

Гаюс склонил голову, но растущее отчаяние пересилило попытку сохранить вменяемость.

— Возможно, и нет, но я тоскую по Даре настолько сильно, что каждый день становится пыткой, — признался он, не стыдясь мольбы в своем голосе. — Я хочу снова держать ее в своих объятьях.

— В то время пока я нахожусь в этой ловушке между мирами, лишенный тела и всех своих самых простых сил. — Туман внезапно вскипел жгучим жаром, угрожая превратить Гаюса в кучку пепла. — Не рассказывай мне о пытках.

Гаюс упал на колени и вновь склонил голову.

— Прости меня, Повелитель.

— Мне не нужны твои жалкие извинения.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Твоего послушания.

— Я твой слуга, как и всегда.

— Докажи свою преданность.

Гаюс не решался пошевелиться, когда взрывной жар начал потихоньку рассеиваться. Внутри, он яростно пытался уничтожить тонкую нитку подозрений, которая выгрызала путь в его разуме. Он не мог позволить себе задаваться вопросом намерен ли Темный Властелин сдержать свое обещание. Сомнения его уничтожат.

— Чего ты от меня хочешь? — вместо того спросил он.

— Возвращайся к слугам, которых я тебе дал.

Гаюс взглянул на Веров, почти скрытых туманом.

— Что на счет пророчицы и ее компаньона?

— Теперь она моя. — Голос мурлыкнул от удовольствия. — А значит ее дар тоже мой. Наконец-то.

Гаюс пытался скрыть свое нетерпение. Если Темный Властелин так рад, то почему не выказывает немного больше благодарности?

— Так я просто вернусь и буду ждать свою награду?

— Нет. — Темный Властелин раздавил вспыхнувшую было надежду и Гаюс с усилием поднялся на ноги. — Ты поведешь своих сторонников на защиту моего ученика, Рафаэля.

Еще один последователь? Merda. Ожидал ли он, что ему придется нянчиться с каждым проклятым демоном, который заявит о своей верности Темному Властелину?

— Я, конечно, стремлюсь исполнить твое пожелание.

Послышался смешок, от которого плоть Гаюса съежилась.

— Я не вижу в тебе стремления.

— Не уверен, что мне хватит сил медальона для переноса двух псов и ведьмы, без возможности отдыха и питания, — начал импровизировать Гаюс. Хоть воспоминаний о годах, когда он был римским генералом, у него не осталось, Гаюс сохранил все уловки, которые помогли ему достичь таких вершин.

— Тебе не придется ходить тенями, — проинформировал его голос. — Рафаэль спрятан неподалеку от логова Кейна.

Прежде чем Гаюс успел придумать очередной предлог для отказа, в его голове взорвалась боль. С резким вскриком, он прижал ладони к вискам, абсолютно не подготовленный к видению — изможденный дух с багровым огнем, горящим в запавших глазах — отпечатался в его мозге. Как и обещал Темный Властелин, создание было спрятано в паутине тоннелей в миле от дома Кейна. И все же, это ничуть не осчастливило его.

— Ты хочешь, чтобы я защищал мертвого колдуна? — прошипел Гаюс, тряхнув головой в попытке ослабить боль в мозге, который только что использовали как личный GPS Темного Властелина.

— Ты сделаешь, как я приказываю, — рыкнул его господин. — Мне не интересно твое предубеждение против тех, кто пользуется магией.

— Конечно, — с готовностью согласился Гаюс, опуская руки. — Мне просто интересно, почему столь могущественный дух не может сам себя защитить.

— Мне нет нужды объяснять тебе свои приказы, Гаюс, но колдун уже защищает мое дитя.

Гаюс шокировано вздохнул, внезапно осознав столь горячее желание Темного Властелина защитить колдуна. Младенцев создали столетия назад и, если верить слухам, намеревались их использовать для воскрешения Темного Властелина, если ничто другое не поможет ему вернуться в этот мир.

— Альфа и Омега, — пробормотал он.

— Только один. — Ярость, столь же огромная и беспощадная, как бездонные ямы ада пульсировала в тумане. — Второй младенец в руках пиявок. Они не должны снова вмешаться. Это понятно?

— Да.

— Затем ты приведешь псов и ведьму на эту поляну. — В мозгу вампира появилась очередная болезненная инструкция. В этот раз он увидел изображение стройного мужчины фэйри с длинными каштановыми волосами и удивительно металлическими бронзовыми глазами. Возле него стояла хрупкая вампирша с темными волосами и голубыми глазами. Оба они стояли на поляне невдалеке от входа в тоннели, где прятался колдун. — Сильвермист и вампирша не должны добраться до Рафаэля пока он не закончит подготовку к возвращению моего ребенка.

Гаюс кивнул. Разве у него есть выбор?

— Хорошо.

— После того как принесете мне ребенка, я хочу, чтобы вы с Дольфом вернулись сюда. — Вампир ощутил поцелуй боли. — Понятно?

— Абсолютно.

— И, Гаюс.

— Да, господин?

— В следующий раз, когда ты явишься без приглашения, я решу, что тем самым ты бросаешь мне вызов, — тихим, смертоносным голосом, предупредил Темный Властелин. — Тебе не понравиться мое наказание.

Гаюс низко поклонился, напряженно раздумывая о том, насколько просчитался. Ужасно. Он притащил пророчицу и ее защитника в это измерение в тщетной надежде на то, что Темный Властелин будет рад и в порыве благодарности вернет ему Дару. Но, Темный Властелин едва ли заметил его дар, а вместо благодарности, он угрожал мрачными пытками если Гаюс осмелиться когда-нибудь явиться без разрешения. Что еще хуже, Гаюс должен вернуться к проклятым псам и ведьме, чтобы охранять очередного мага. Не лучшая ночь в его жизни.

Сжав пальцы вокруг медальона, Гаюс закрыл глаза и исчез.

***

Тюрьма Темного Властелина

Две недели спустя

Касси открыла глаза и обнаружила, что ее окружает плотный туман. Это ее не удивило. Несмотря на бессознательное состояние после заклинания пса, она отдаленно ощутила перенос в другое измерение и течение времени. А также сны. Странные сны, где она ощущала вампиршу и Сильвермиста, рыскающих в тумане в поисках мага, охраняющего бессознательного младенца. А потом был всплеск ужасающей мощи, от которого сам воздух задрожал от ужаса. И говоря о дрожи от ужаса…

Поднявшись на ноги, Касси рассеяно потерла запястья и почувствовала нехарактерную гладкость. Новая кожа. А значит, ее ранили во сне. Без сомнения, серебряными наручниками, рискнула она предположить. Касси было все ровно. Сейчас она отчаянно желала отыскать Кейна. На шатких ногах она пробиралась сквозь вязкий туман, но чувства были настолько приглушены, что Касси почти споткнулась о бессознательное тело, скрытое клубящимся белым туманом. Сердце остановилось в ее груди, когда Касси поняла, что Кейн до сих пор находится в ловушке своего измененного тела, оказавшись между волком и человеком.

— Кейн. — Она опустилась возле него на колени и протянула руку к серебряным наручникам, которые до кости прожгли его запястья. — Нет, нет, нет. — Закрыв глаза, Касси сосредоточилась на узах, связывающих их, но нашла лишь… пустоту. Словно от мужчины, которого она так сильно полюбила, не осталось ничего.

— О, Боги, — всхлипывая, зашептала она. — Зачем ты пошел за мной, упрямый, глупый волк?

— Как ужасно трогательно.

Застигнутая врасплох насмешливым голосом, Касси вскочила на ноги, оглянулась и увидела стройную молодую женщину, стоящую всего в нескольких футах. Первой делом Касси подумала, что перед ней стоит на удивление прекрасная человеческая девочка-подросток. В странном свечении ее обнаженная кожа приобрела насыщенный оттенок меда, а длинные, темные волосы рассыпались по спине. Ее глаза оказались удивительно синими, и когда девочка улыбнулась, возле ее рта появились две обезоруживающие ямочки. Но когда ее сила взорвала воздух, Касси чуть не рухнула на колени от ощущения будто ее кожу сдирают с тела.

Упс.

Только Темный Властелин мог нанести подобный удар. А значит, сны Касси оказались реальностью. Темный Властелин смог заполучить ребенка и превратить его в свое вместилище. Теперь он стал «ею» и вернул физическое тело, которое потерял после изгнания из мира. Слова пророчества промелькнули в уме Касси, когда она заглянула в глаза, меняющие цвет с синего на малиново-красный.

Плоть от плоти, кровь от крови, связанны во тьме.

Альфа и Омега будут разделены и объединятся в тумане.

Будут найдены скрытые тропы, и завеса распахнется пред верными.

Близнецы восстанут, и хаос воцарится навечно.

— Омега, — прошептала она.

— Да, мои слуги смогли меня воскресить. — Самодовольно улыбнувшись, Темная Властелтительница провела рукой по своему подтянутому животу. — Тебе нравится мое новое тело?

Касси осторожно отступила в сторону, пытаясь отвлечь внимание от неподвижного тела Кейна. Если ее собираются поджарить, то она не желала, чтобы Кейн попал под перекрестный огонь.

— Если тебя воскресили, то почему ты все еще здесь?

Багровый пожар поглотил голубизну девичьих глаз.

— Вампирская сука уничтожила это тело. Она заплатит за это. Все они заплатят.

Касси могла только предположить, что та битва, которую она ощутила, находясь во власти заклинания, не очень хорошо прошла для Темной Властельницы. Хоть на стройном теле не видно было ни единого повреждения. И все же, ни за что на свете столь могущественное создание не стало бы тратить время на разговоры с Касси, если бы могло вернуться в мир.

— Так ты в ловушке?

Воздух уплотнился, от чего дышать стало почти невозможно. Затем, с видимым усилием, Темная Властельница сумела обуздать свой нрав. Даже ее глаза вернули синий цвет, хотя там, в глубине, остались пылать несколько угольков.

— Я всего лишь жду прибытия второго ребенка. Как только двое воссоединятся, я стану непобедим.

Касси не упустила подтекста. Двух младенцев прятали веками, но недавно они нашлись. Один из них, по слухам находился у вампиров, а вторая стояла прямо перед ней в облике Темного Властелина.

Если двое объединятся…

— Близнецы восстанут. — С дрожью в голосе процитировала пророчество Касси.

— И хаос воцарится навечно, — завершила Темная Властительница.

Укол чистейшего ужаса пронзил ее позвоночник. Касси не нуждалась в древнем пророчестве, чтобы понять какой ад ожидает мир, если Темному Властелину удастся уничтожить завесу между измерениями. Или осознать, что должна сделать все возможное ради предотвращения подобной отвратительной судьбы.

Хотя Касси и не догадывалась, что такого сможет сделать. Темная Властительница может раздавить ее как букашку, если Касси попытается напасть. Да и таланта в путешествиях между измерениями у нее не было. Касси могла только попытаться разузнать о том, как приспешники зла собираются похитить ребенка и попробовать передать предупреждение.

— Твои слуги никогда не смогут и близко подойти к ребенку, — она намеренно дразнила опасное создание. — Его охраняют вампиры.

Как и надеялась Касси, монстр не смог не рассказать насколько он умен.

— Кто лучше проскочит мимо них, если не другой вампир?

Она нахмурилась.

— Гаюс?

Властительница пожала плечами, не подтверждая, но и не опровергая догадку Касси.

— Он лишь один из многих вампиров, служащих мне.

Ну, это не слишком обнадеживало. И что еще хуже, утверждение было слишком расплывчатым и не несло никакой помощи.

— К ребенку подпустят только самых доверенных людей Короля, — заметила Касси.

— Не проблема. — Девушка провела пальцами по темному шелку своих волос. — В конце концов, Гаюс может стать кем-угодно. Даже Королем Вампиров.

Черт побери. Она совсем забыла об этом злосчастном трюке.

— Возможно, но почуяв отсутствие запаха Вороны поднимут тревогу намного раньше, чем он успеет подобраться к ребенку.

От таинственной улыбки появились ямочки на лице Темного Властелина. Касси поморщилась. Контраст столь невинной красоты, вмещающей в себе абсолютное зло был ужасен словно ад.

— Никогда не верь теням, — съязвила девочка.

Касси моргнула.

— И что это значит?

— Я — Темный Властелин. Ничто не встанет на пути моей судьбы.

Что ж, воскрешение ни в коей мере не повлияло на самоуверенность это существа. Касси еще на шаг отступила от Кейна, ее сердце разрывалось от глубокой непрекращающейся боли при виде его пугающе неподвижного тела

— Я не понимаю, что общего имеют тени с твоей возможностью заполучить ребенка.

— Хватит, — приказала Темная Властельница, позволяя тонкой струйке своей силы порезать плечо Касси. — Мои планы на ребенка тебя не касаются.

Касси проигнорировала стекающую по руке кровь, и решила не выпытывать более детальную информацию. По слухам, у Темного Властелина всегда были проблемы с контролем, и, если он выходил из себя, то время от времени убивал своих самых верных слуг. Касси не хотела стать очередным пунктом этом длинном списке. Вместо того, она молча сосредоточилась на попытке передать предупреждение единственному разуму, который чувствовала даже сквозь завесу тумана. И только тогда ее мысли вернулись к женщине, которая продолжала наказывать ее своими колющими ударами.

— Зачем ты притащил нас сюда?

Как и надеялась Касси, существо отвлеклось резкостью вопроса, ее милое личико осветилось ожиданием.

— Ты, моя дорогая, владеешь тем, что хочу я.

Касси напряглась. Звучало это не слишком хорошо.

— Что?

— Будущее.

— Я не понимаю.

Последовала очередная обезоруживающая улыбка с ямочками и Темная Властительница провела пальцами по щеке Касси.

— Эти чудесные, великолепные видения.

Именно этого, несомненно, и стоило ожидать Касси, но все же она смутилась.

— Я думала, ты убивал пророчиц потому что ненавидишь видения?

— Возможно, я была немного поспешен в решении. — Девушка чуть надулась, словно массовое убийство провидцев было сущей мелочью. — Я лишь надеялась, что убийство провидцев поможет мне изменить мою судьбу.

— А сейчас?

Темная Властительница передвинула руку и крепко схватила Касси за подбородок.

— Сейчас я признаю, что изменить будущее невозможно.

Мрачное предчувствие провала пронеслось по телу Касси, и превратилось в ноющую боль в самом центре сердца.

Кейн.

— Нет, — выдохнула она. — Невозможно.

— Поэтому я намерена обернуть это в свою пользу.

Касси заставила себя встретиться с нервирующим взглядом голубых с темно-малиновыми прожилками глаз.

— Как?

— Ты покажешь мне мое будущее, чтобы я знал, чего именно ожидать. — Темная Властительница сильнее сжала подбородок Касси, почти ломая кость. — Больше не будет неприятных сюрпризов.

Касси зашипела от боли, пытаясь сосредоточиться.

— Видения так не работают. Я не контролирую ни время, ни события, которые вижу.

Убрав руку с подбородка Касси, Темная Властительница погладила ее по щеке.

Сука.

— Потому что тебе никогда не помогали контролировать видения.

— Помогали? — повторила Касси. — Предполагаю, ты имеешь в виду пытки?

— Ты придираешься к словам.

Ага, хорошо говорить тому, кого не пытали. Касси вздернула ноющий о боли подбородок, отказываясь демонстрировать страх.

— Если бы боль могла контролировать видения, то повелитель, держащий меня в плену, пытал бы все тридцать лет.

Существо пожало плечами.

— Ох, я не сомневаюсь, что ты выдержала бы любые пытки, чтобы остаться верной своей наскучившей нравственности

— Это никак не относится к нравственности.

— Можешь сколько хочешь в это верить, но я подозреваю, что препятствие в твоем подсознании. — Опустив руку, Темная Властительница отступила, чтобы окинуть Касси столь уверенным взглядом, заставляя желудок сжаться. — Как только мы сломаем это препятствие, сможем насладиться видениями. И будущее будет принадлежать мне.

Сбитая с толку заверением, что видения можно контролировать Касси покачала головой. Насколько ей известно, не существовало ни одного провидца, способного направить видения на определенную личность или событие.

Последняя неудача Касси толкнула Темную Властительницу — там её теперь называть? — за край? Не сильно обнадеживающая мысль.

— Ты можешь сколько угодно меня пытать, но этот ничего не меняет.

— Верно.

Касси в замешательстве нахмурилась.

— Но ты только что сказала…

— Я знаю, что ты скорее умрешь, чем дашь мне то, что нужно. — Перебила Касси девушка, в словах которой слышался намек на презрение. — Волчицы до идиотизма упрямые. Но у этой проблемы есть много решений. — Она намеренно сделала паузу, во время которой перевела взгляд голубых глаз на Кейна. — В нашем случае, решение — волк.

Слишком поздно Касси все поняла. Она бросилась к Кейну, но не успела прикрыть его, когда Темный Властелин указал на него пальцем и направил взрыв энергии в бессознательное тело.

— Нет. — Рухнув на колени, Касси обхватила голову Кейна руками, ощущая, как все его тело дрожит от силы нападения.

— Только ты можешь остановить боль, пророчица, — предупредил Темный Властелин. — Дай мне то, что я хочу.

 

Глава 13

Логово Стикса в Чикаго

Личный кабинет Анассо отличался от ожиданий многих.

Далеко не промозглые пещеры с пыточными орудиями, как у предыдущего Короля Вампиров, но и не высокотехнологичный офис, оснащенный лучше Пентагона — предпочтение Вайпера. Стикс выбрал комнату, заставленную книгами, с полированной мебелью из красного дерева и изысканным персидским ковром.

Всё очень цивилизованно. Пока не заметишь с десяток заклинаний и заговоров, которые окружали комнату. Или армию вампиров, охраняющую дверь.

Никто не входил и не выходил без разрешения Анассо.

Стикс, сидевший на краю огромного стола, был одет в повседневную одежду. Кожаные штаны, тяжелые ботинки и футболку, обтягивающую его накаченную грудь. Волосы были собраны в длинную косу, с вплетёнными украшениями бирюзового цвета.

Полная противоположность Вайпера, только что вошедшего в кабинет, который был одет в шелковую рубашку цвета слоновой кости с оборками на воротнике и манжетах и черные бархатные брюки, столь же бросающиеся в глаза, как и сам Стикс.

— Все тихо? — спросил глава Чикагского клана, серебристые волосы которого сверкали под светом потолочной люстры.

Стикс нахмурился.

— До сих пор, тихо.

Вайпер остановился посреди комнаты, не отводя от Анассо проницательного взгляда своих темных глаз.

— По голосу не скажешь, что ты доволен настолько, насколько должен.

— Ненавижу ждать.

— Твои Вороны все еще охраняют ребенка?

Стикс резко кивнул. Он настоял, чтобы Тейн и Лейла остались в логове Анассо с ребенком, Малухия.

Который стал еще более ценным после того, как Джейлин и Арьял сбежали из адского измерения, где выяснили, что девочку близняшку Малухии уже использовали, чтобы воскресить Темного Властелина. И лишь из-за того, что Джейлин выпила всю кровь из существа во время сражения, Темный Властелин не смог вернуться в это измерение.

Теперь же этот ублюдок… или лучше говорить сука, более чем настроена заполучить в свои руки и Малухию. И если верить пророчеству — когда близнецы воссоединяться за туманами начнется… хаос.

Не только Темный Властелин вернется в этот мир, но и падут барьеры между измерениями.

В буквальном смысле, разверзнется ад.

Вот почему у Малухии дежурят самые доверенные стражи Анассо.

— Да, но их можно попросить поработать няньками, пока они не начнут психовать.

Вайпер скрестил руки на груди.

— Стикс, я знаю ты помешан на контроле, но у меня есть проверенный бойцы, которые могут помочь заполнить брешь. Так у Воронов появится возможность отдохнуть и поесть. Тебе лишь нужно попросить.

Стикс слабо улыбнулся. Он ведь и вправду помешан на контроле, но не идиот. Его люди становились все более раздражительными.

— Спасибо. Пошли их к Джагру. Я его назначил ответственным за защиту Малухии.

— Считай, что сделано, — Заверил Вайпер. — Как держится Тейн?

Стикс резко выпрямился и принялся ходить из одного угла кабинета в другой.

— Не слишком рад такому количеству одиноких мужчин рядом с его парой и ребенком, но понимает, что нет ничего важнее, чем удержать их от рук Темного Властелина.

— К слову об одиноких мужчинах, — пробормотал Вайпер.

Стикс с угрюмым видом повернулся к другу.

— В чем дело?

— Не только твои Вороны психуют.

— Ты говоришь, как Дарси.

Вайпер выгнул бровь.

— Она увлеклась заботой о тебе?

— Нет, выперла из спальни со словами: «Не возвращайся, пока не вытряхнешь всех муравьев из штанов».

— Она права. — Вайпер прищурился. — Из-за твоей вчерашней истерики половина Чикаго осталась без света.

Ах, так вот почему Вайпер нашел время в своем напряженном графике вождя клана на посещение Анассо. За прошедшие несколько дней улицы Чикаго превратились в арену для бокса, так как демоны набрасывались друг на друга.

Даже самые мирные существа стали буйными из-за нарастающего чувства обреченности.

И Вайпер был занят предотвращением кровопролития.

— Я — Король Вампиров, — возразил Стикс, не собираясь признавать, что потерял контроль, когда Сальваторе обвинил его в недостаточном усердии в поисках Кассандры и Кейна. Будто бы он мог путешествовать между измерениями. Раздражающая шавка. — У меня не бывает истерик.

Вайпера это не впечатлило.

— Называй их, как хочешь, но они собираются разрушить мой город.

Стикс расстроено рыкнул.

— Ненавижу сидеть, сложа руки.

— Пока ты не можешь ничего сделать. — Вайпер с мрачным выражением лица смотрел на Стикса. — От Сантьяго что-нибудь слышно?

Сантьяго — один из самых надежных солдат Вайпера — отправился на тщетную миссию найти Кассандру, во время которой наткнулся на Нефри — загадочную и могущественную женщину-вождя клана, живущую за Завесой.

Именно Сантьяго узнал, что вампир, продавший душу Темному Властелину и предал их всех, принадлежал ее клану.

И, что невероятно, им оказался пропавший отец Сантьяго.

— Да, он помогает Нефри отыскать Гаюса.

— Со слов Джейлин, у того есть медальон, как у Нефри, который она использует для путешествий. Она может при помощи него его выследить?

— Она все еще выясняет откуда у него медальон. Насколько ей известно такой был создан единственным экземпляром.

Вайпер нахмурился, поправляя изящными пальцами манжеты.

— Мне это не нравится.

Стикс, ощутив неподдельное беспокойство друга, сделал шаг вперед.

— Почему?

— Сантьяго очень умело притворялся, будто его не задело, что отец его бросил и ушел за завесу, но у него такие раны, которые никогда полностью не затянутся, — пояснил Вайпер. — Не уверен, что когда дело касается Гаюса, он сможет трезво мыслить.

— Если вампир нас предал, меня не волнует, что Сантьяго не сможет трезво мыслить, — жестким тоном произнес Стикс. В такие дни сочувствие ни к чему не приведет. — Я хочу, чтобы ублюдок умер.

— Не легко убить тех, кого мы считаем семьей, даже ради великого блага.

Стикс зашипел на напоминание, что почти приговорил расу вампиров к безумной жестокости из-за неуместной преданности прежнему Анассо.

— Согласен.

Вайпер достал из кармана телефон.

— Хочешь, чтобы я позвонил ему?

Стикс оттолкнул неприятные воспоминания и криво усмехнулся.

— Можешь попытаться.

Вайпер, на лице которого отразилось подозрение, убрал телефон.

— Я чего-то не знаю?

— Дарси утверждает, что я воспринимаю общественность, как непробиваемый демон, но даже я заметил, как Сантьяго смотрит на Нефри, когда думает, что за ним никто не наблюдает.

— И как?

— Словно стремится поглотить ее.

Вайпер удивленно вскрикнул:

— Нефри?

— Почему нет? Она красивая женщина.

— Потрясающе красивая, — согласился вождь клана. — И опасная.

— Верно. — Стикс не мог не согласиться. Она — единственный вампир, которая может потягаться с ним по силе. На самом деле, в сражении один на один Анассо не был уверен, кто именно одержит победу. — У нее зашкаливают силы. Не каждый мужчина способен принять женщину с такими силами.

— Дело не в этом. — Вайпер досадливо махнул рукой. — Сантьяго всегда выбирал сильных женщин.

— Тогда в чем проблема?

— Если верить слухам, Нефри сознательно отвернулась от этого мира, чтобы вести монашеский образ жизни, — ответил Вайпер. — Не хочу, чтобы, манипулируя Сантьяго своей красотой, она получила от него, чего нужно и исчезла бы за завесой.

Сантьяго не раз бросали и без нее, морочившей голову.

— Вайпер, он уже взрослый мальчик. — Стикс придвинулся, чтобы похлопать друга по плечу. — Думаю, он сам справится с личными делами.

Оба вампира замерли, ощутив в воздухе ни с чем несравнимое зловоние гранита.

Вайпер возвел глаза к небу.

— Ты кого-то ждешь?

— Дерьмо, — пробормотал Стикс, когда в открывшуюся дверь проковылял горгулья.

Хотя он не был настоящим горгульей. Конечно, Леве обладал всеми гротескными чертами и серой кожей, как и рептилия-образными серыми глазами, кривыми рогами и раздвоенными копытцами, даже длинным хвостом, который он всегда нежит и холит с особой тщательностью.

Но грозный вид был подпорчен низким ростом и парой паутино-образных крыльев, которые больше подошли бы эльфу. А что еще хуже, его магия была столь же непредсказуема, как погода на среднем западе.

И кто мог винить гильдию горгулей, что они его не приняли? Леве — досадная неприятность, ростом в три фута, которая увязалась за парой Вайпера и парой Стикса и отказывалась уйти.

— Леве, — пробормотал он.

Не обращая внимание на явное неприятие, Леве послал обоим вампирам воздушный поцелуй.

— Ах, друзья мои, скучали по мне?

Стикс фыркнул. Он скучал по горгулье, как по раскаленной кочерге в заднице.

— Что ты тут делаешь?

Леве в замешательстве помахал изящными крыльями с переливами малинового, синего и золотого.

— А где мне еще быть?

— Я думал, что ты ищешь Янну, — напомнил Стикс о специфической демонице, склонной появляться и исчезать, когда ей заблагорассудиться.

— Вот еще. — Леве потер маленький рог. — Она доводит меня до ума.

— Доводит до ума?

— Думаю, он хотел сказать «сводит с ума», — сухо заметил Вайпер.

Она то тут появится, то там. — Леве взмахивал ручонками. — Тут-там. Тут-там. Как я ее могу поймать, если она не стоит на одном месте?

Вайпер фыркнул.

— Женщины редко облегчают участь погони. Я начинаю подозревать, что они рождены для того, чтобы целиком и полностью довести мужчин до ума.

Прошла долгая минута молчания, когда трое мужчин пришли к, такому редкому, согласию. Затем резким кивком, Стикс указал на дверь.

— Иди, составь компанию Дарси и Шей, — приказал он. — Мне надо обсудить дела с Вайпером.

— Как бы я не предпочитал компанию ваших пар, мне нужно поговорить с тобой

— Позже.

— Нет. — Леве упорно стоял на своем. — Это важно.

Стикс сжал кулаки. Как бы ни заманчиво было насадить это существо на постамент над камином, он понимал, что Дарси его никогда не простит. Черт.

— Ладно. — Стикс продемонстрировал огромные клыки. — Выкладывай.

Горгулья замахал хвостом, но был не настолько глуп, чтобы бросить вызов терпению Стикса. Не сегодня.

— Ты знаешь, что я общаюсь с сестрами Дарси?

— Да, при помощи какой-то телепатии.

— На самом деле не совсем телепатии. Больше похоже на портал в их разум…

— И в чем дело? — прервал его Стикс, совершенно наплевав на то, каким образом это существо общалось с его парой.

Леве засопел.

— Дарси попросила меня при помощи этой способности связаться с Касси

— Умно, — проговорил Стикс, сердце которого обогрела гордость за свою жену.

— Умно, но к несчастью, мои усилия принесли лишь головную боль мне, — признался Леве.

— То есть тебе не удалось?

— Не сказать, что не удалось… больше похоже на осечку.

Не только у Леве заболела голова, признал про себя Стикс.

— Какого черта это должно значить?

— Я не смог связаться с ней, но она связалась со мной.

Воздух мгновенно заискрился от напряжения, когда двое вампиров удивленно уставились на демона.

— Ты разговаривал с ней? — отрезал Стикс.

Леве пожал одним плечом.

— Лишь мгновение.

Вайпер шагнул вперед.

— Что она сказала?

— Ничего, но послала это.

Леве протянул сложенную бумагу. Стикс наклонился, взял бумагу и развернул его и принялся изучать странные загогулины.

— Что это? — потребовал Вайпер.

— Пророчество. — Стикс поднял голову, пронзая друга хмурым взглядом. — Приведи Рока.

***

Логово Гаюса в Луизиане

Гаюс сидел в кожаном кресле с подголовником в своем офисе, держа в руках книгу по истории, в которой прославлялись его подвиги в роли римского генерала.

Он мог не помнить свою человеческую жизнь, но получал удовольствие от понимания, что был блестящим полководцем, которого все боялись. Обычно, именно за прочтением своих подвигов, Гаюс любил проводить тихие вечера в своем логове.

Но сегодня, он не мог найти спокойствия.

Даже несколько часов грубого секса, с последующим полноценным питанием не ослабили ощущение надвигающейся беды, которое преследовало Гаюса последние две недели. Отложив книгу, он поднялся и подошел к окну, парчовый халат, в который он был облачен, тихо шуршал по полу.

Гаюс понимал, что его беспокоит.

После исполнения приказа Темного Властелина защитить дух колдуна, Гаюс затем вернулся в туман вместе с Долфом. Возможно, он не должен был удивляться, что его господин возродился в ребенке.

Но был откровенно обеспокоен при виде могущественного божества, заключенного в тело девочки-подростка.

К счастью, он смог скрыть растущее дурное предчувствие — в отличие от Долфа, навлекшего на себя гнев Темного Властелина — и выбрался из тумана.

Никоим образом он не собирался быть поблизости, принимая на себя основной удар Темного Властелина после разочарования, что не мог при помощи нового тела вернуться в мир. Иссушена или нет, у нее еще достаточно сил, чтобы оставить от Гаюса мокрое место.

Теперь же Гаюс оказался в пучине сомнений, с одной стороны он желал побыстрее поговорить с Темным Властелином, чтобы завершить сделку, и он мог вернуть пару Гаюса, а с другой он безумно хотел забыть этого злобного ублюдка. Или лучше говорить… злобную сучку?

Ощутив приближение дворняги, Гаюс аккуратно скрыл эмоции и медленно повернулся навстречу вошедшему в комнату Долфу. В неярком свете свечей дворняга казался явно в потрепанном состоянии

За последние две недели его волосы отросли и в них виднелась седина. А еще хуже, он потерял больше двадцати килограмм, из-за чего его лицо стало похожим на костлявую маску, а живот впал.

Совершенно не похожий на того самоуверенного дурака, которого Гаюс встретил всего месяц назад. Но опять же, они все растеряли какую-то долю своей самоуверенности.

— От тела избавился? — потребовал Гаюс ответа.

Долф кивнул, его глаза блестели тревожным светом. Вменяемость дворняги висела на волоске… очень тоненьком волоске.

— Теперь оно гниет в болоте с остальными. — Он скривил губы в подобии улыбки. — Не плохая у тебя там коллекция. Тринадцать, если не ошибаюсь?

Гаюс напрягся. Ему не нравились напоминания о шлюхах, которых он убил за несколько последних ночей. Не из-за совести, которая погибла вместе с Дарой. А из-за неприятных воспоминаний о потери контроля

Что происходит слишком часто.

— Не смей судить меня. — Его слова были пропитаны льдом. — Мой голод — инстинкт, а не извращение природы, как у некоторых.

Долф, равнодушный к презрению Гаюса, фыркнул.

— Черт, да плевать я хотел, если ты высушишь всех шлюх до самого Тимбукту, но местных начинает беспокоить пропажа девушек.

Если не хочешь найти на пороге разъяренную толпу с факелами и вилами в руках, лучше бы тебе притормозить с кормлениями. — Он осмотрел книги, стоящие на полках. — Или доставать еду откуда-нибудь из далека.

Гаюс прищурился.

— Поэтому ты нарушил мое уединение?

Долф долго молчал, словно обдумывал что сказать. И это всегда было плохим знаком. Затем он медленно повернулся к Гаюсу, стоящему с жестоким выражением лица.

— Не считаешь странным, что мы ничего не слышим от господина?

Гаюс зашипел. Конечно, такой вопрос вертелся в его голове, но он понимал, что произносить его опасно.

— Когда ей понадобятся наши услуги, она с нами свяжется, — натянуто проговорил он.

— Уверен?

— А почему нет?

Горький смех Долфа эхом прокатился по тихому дому.

— Наша последняя миссия стала очередным эпическим провалом.

Гаюс пожал плечами.

— Колдун привел охотницу и сильвермиста в логово господина. Это его вина, а не наша.

Долф вздрогнул, очевидно, все еще ранимый к напоминаниям о времени, проведенному в компании господина.

— Да, ну, колдун теперь мертв, а Темный Властелин все еще в ловушке. — В замечании дворняги нужды не было. — Она может решить, винить всех подряд.

— Если бы она решила наказать нас за последнюю катастрофу, мы бы узнали об этом, — поморщившись, проговорил Гаюс. — Она не настолько тактична.

Долф кивнул, но все еще оставался нахмуренным.

— Если ты так говоришь.

Гаюс закатил глаза. Он мог отослать дворнягу, но Долф бы возвращался, пока не высказал бы все, что вертелось в его крошечном разуме.

— А теперь что?

Дворняга втянул голову.

— Если быть честным, я бы предпочел думать, что нас наказывают.

Гаюс сдвинул брови.

— Предпочел бы чему?

— Ты обдумывал, что Тёмный Властелин не обращается к нам, потому что…

Когда Долф замолчал, Гаюс нетерпеливо рыкнул.

— Cristo, просто скажи это

— Потому что не может.

Гаюс выругался, инстинктивно оглядывая, казалось, пустую комнату. Даже если Темный Властелин заперт в другом измерении, у него — или нее — повсюду были шпионы.

— Ты — дурак, — прошипел он.

— Возможно, но буду еще глупее, если проведу следующее столетие в Богом забытом доме на болоте, ожидая пришествия господина, который уже проиграл войну, — выдавил Долф, слишком далеко забредший в своем безумии, чтобы увидеть опасность

— Что ты предлагаешь? — спросил Гаюс ледяным тоном с ноткой предупреждения, что его не уговоришь на необдуманный шаг.

Он ляжет в могилу со своими растущими сомнениями.

— Отвернуться от Темной Властительницы и молиться, чтобы она не сбежала из своей тюрьмы?

Внезапно ближайшая книжная полка сдвинулась в стороны, открывая скрытый проход.

Шокированный Гаюс напрягся и подготовился к нападению, выдвинув клыки. В комнату вошла Салли, ее волосы спадали на лицо, которое было удивительным без нелепого черного макияжа, а тело завернуто в длинную фланелевую сорочку.

Она была похожа на ребенка. Пока не посмотришь в ее глаза, светящиеся багровым огнем.

— Что же, Долф, прошу просвети, как ты собираешься предать меня.

Дворняга рухнул на колени, прижав лоб к полу, под воздействием силы, не имеющей ничего общего с Салли.

— Госпожа.

Салли двинулась вперед, на ее лице была расслабленность, так как злобное божество сейчас владело ее телом, и встала перед съежившимся дворнягой.

— Я делала скидки на твой возраст и порывистость, но мое терпение подошло к концу. — Голос был женский, но не принадлежал Салли.

— Нет, прошу, — всхлипнул Долф, запах страха которого наполнил воздух. — Клянусь, я больше никогда не посмею усомниться в вашей силе.

— Нет, не посмеешь.

Склонившись, Салли положила руку на затылок Долфу, почти в нежном жесте. Но в момент, когда сильная дрожь перестала сотрясать тело дворняги, его окутал темный туман.

Сначала ничего не происходило, и Гаюс задумался, может это простое заклинание, чтобы удержать Долфа на полу? А затем, инстинктивно, отступил, в ужасе наблюдая, как чернота начала кишеть и клубиться, пожирая тело Долфа с тихой стремительностью.

Другого способа объяснить это просто не было. Где ыб туман не коснулся Долфа, его тело просто… растворялось. Без звука, без запаха, без смысла. Не было ничего, кроме смерти, требующей последний трофей.

В животе Гаюса образовался узел страха.

Какого черта?

Салли должна быть обычным проводником Темной Властительницы, но, очевидно, сама обладала сильнейшей магией. Такое должно обнадеживать.

А еще, значит, что у Темной Властительницы еще оставалось огромная доза сил и могла вернуть Дару из могилы.

Но вместо надежды, Гаюс мог просто остолбенело наблюдать за тем, как эффективно уничтожается Долф и гадать дали ли дворняге лучший шанс.

И лишь отдаленный вой Ингрид, которая бегала в облике волка и почувствовала утрату брата, выдернул, наконец, Гаюса из опасного ощущения нереальности.

Подняв голову, он наткнулся на взгляд багровых глаз Салли.

— Обидно, но он больше не пригодился бы. — Перешагнув через распадающееся тело Долфа, Салли встала прямо напротив Гаюса. — Что на счет тебя?

Гаюс быстро поклонился.

— Я в твоем повиновении.

— Так ты мне предан?

— Несомненно

— А во что ты веришь?

Гаюс осторожно выпрямился, молясь, чтобы это существо не читало мысли.

— Я верю?

— Всё просто, вампир. — Она провела ногтями по его щеке. — Веришь ли ты, что мы вместе все еще можем достичь великого будущего?

Гаюс подавил дрожь, стараясь не двигаться под ее легкими прикосновениями. Не стоило провоцировать сумасшедшее существо.

— Конечно.

— Хм-м-м. — Салли глубже вонзила ногти в его кожу, пуская кровь. — Слабая уверенность от одного из моих самых преданных учеников.

Гаюс отчаянно искал, чем ее отвлечь.

— Что ты хочешь от меня?

Салли прищурила багряные глаза, затем опустила руку и отошла.

— Мне нужно, чтобы ты отправился в Чикаго.

— Опять? — Застигнутый врасплох, Гаюс, не подумав, сказал. — Пророчица сбежала?

Воздух зашипел от прилива силы, и Гаюс выругался про себя за идиотский вопрос. Черт побери, что произошло с его жесткой дисциплиной?

— Ты поддерживаешь Долфа? — спросила Салли смертельно тихим голосом. — Хочешь сказать, что я неспособная?

— Я… конечно нет.

— Но подозреваешь, что я не могу удержать своих заключенных?

— Нет. — Гаюс стремился свести опасность к минимуму. — Мне просто любопытно, зачем ты хочешь, чтобы я вернулся в Чикаго?

Суровость во взгляде ослабла, хотя Салли продолжила следить за ним с неизменной проницательностью, предупреждая, что столкновение Гаюса со смерть еще не окончено.

— Там держат дитя, нужное мне.

Дитя? Лишь одним ребенком Темная Властительница может интересоваться, но, все же, Гаюс молчал, уверенный, что ошибся.

— Ты подразумеваешь дитя, которое защищают в логове Короля Вампиров?

В багровых глазах вспыхнул голод.

— Да.

— Это… — На этот раз Гаюс смог сдержать импульсивное выражение

— Тебе есть что сказать? — поддразнила Темная Властительница.

Да, черт возьми, ему было что сказать. Например, что чистое безумия пытаться ворваться в самое охраняемое логово во всем мире.

Он умрет еще до того, как доберется до главных ворот.

— Каким бы сильным я ни был, не смогу пройти мимо Анассо и его Воронов, — аккуратно заметил Гаюс. — И точно не смогу победить их.

Салли пожала плечами.

— Ты будешь не один.

Гаюс взглянул на черные хлопья пепла, все, что осталось от Долфа.

— Сомневаюсь, что оставшиеся союзники станут предлагать, так необходимую мне, помощь.

— Дворняги в мои планы больше не входят. — Салли махнула рукой. — У меня есть другой слуга, который придет тебе на помощь.

Гаюс не знал радоваться ему или горевать.

— Могу я спросить кто же он?

— Вампир по имени Костас.

Костас. Имя было Гаюсу незнакомо, что неудивительно, учитывая, что последние века он провел за завесой

Но он знал, что вампир не из Воронов Стикса или его сподвижников, что заставляло задуматься, какую помощь он мог оказать.

— У него есть доступ к ребенку?

— Он заверил, что может пробраться внутрь и выйти незамеченным.

Гаюс нахмурился.

— Зачем тогда нужен я?

— Ты нужен, чтобы отвлечь тех, кто может заметить отсутствие ребенка, пока того не унесут достаточно далеко от логова.

Что означало, именно Гаюса будут преследовать бешеные вампиры, и, вероятно, еще и несколько чистокровных оборотней.

— Восхитительно, — пробормотал он себе под нос.

Салли положила руку на его плечо, от ее ладони исходило жгучее тепло, проникающее под халат Гаюса.

— Когда окажешься далеко от вампиров, принесешь мне дитя. И в этот раз ошибок быть не должно. Понял?

Гаюс кивнул. Он совершил единственную ошибку, когда позволил Темному Властелину нашептать себе обещаний.

И теперь стоял единственный вопрос: поздно или нет, все исправить?

 

Глава 14

Логово Стикса в Чикаго

Стикс с Вайпером стояли в напряженной тишине, пока Рок изучал кусок бумаги, переданный им Леве.

Вождь клана Лас-Вегаса был одет, как обычно в выцветшие джинсы. Волосы его были распущены, а на груди виднелась татуировка дракона, демонстрирующая его силу, как вождя.

Насколько Стикс знал, после прибытия в Чикаго, Рок едко покидал свои апартаменты. Не удивительно.

Молчаливый вампир никогда не участвовал в празднике жизни, а то, что он вдалеке от своего клана не улучшало настроя.

К несчастью для Рока, Стикс не настроен был отпускать его. До тех пор, пока последняя опасность, исходящая от Темного Властелина не миновала

— Пророчество? — потребовал ответа Вайпер, от его нетерпеливости воздух становился холоднее.

Рок медленно поднял руку, на его сухопаром лице читалось напряжение.

— Скорее предупреждение.

Стикс сделал шаг вперед.

— Что в нем говорится?

— Остерегаться теней.

— И всё? — Вайпер фыркнул. — Остерегаться теней?

— Да.

Вайпер зашипел, явно недовольный смутным предупреждением.

— И какого дьявола это должно означать?

Рок придвинулся к вождю чикагского клана, оказавшись с ним нос к носу, его глаза искрились от силы.

— Ты просил расшифровать символы, я это сделал. Не моя проблема, что тебе не нравится, что они обозначают.

— Он прав, Вайпер. — Стикс плавно встал между ними. Напряжение было на пределе и меньше всего нужно, чтобы двое его сильнейших брата вцепились друг другу в глотки.

Буквально. Он не сводил взгляда с Рока.

— Есть, что добавить?

Прошла напряженная минуту, в которую Стикс готовился к вероятной драке. А затем младший вампир отступил, опустив взгляд на бумагу, которую все еще держал в руке.

— Когда я прикасаюсь к символам, чувствую дитя, словно пророчица думала о Малухии, когда посылала сообщение

Рок еще не закончил говорить, а Вайпер уже шел к двери.

— Удвою охрану, — проговорил он.

— Вайпер!

Вампир с серебристыми волосами повернулся, нетерпеливо хмурясь.

— А?

— Скажи им… — Стикс скривился.

— Сказать что?

— Всматриваться в тени.

— Они посчитают меня сбрендившим, — прорычал Вайпер.

Стикс пожал плечами.

— Уже много веков они так считают.

— Благодарю. — Оскалившись, Вайпер обернулся и исчез за дверью.

В этот же момент Рок оказался рядом со Стиксом.

— От меня еще что-то нужно?

Стикс скрестил руки на груди.

— Куда-то торопишься?

— Домой, — ответил Рок, на его щеке задергался нерв из-за необходимости быть вдалеке от тех, кого назвал семьей. — Я нужен клану.

Стикс отрицательно помотал головой, как бы не понимал преданность Рока своему клану, его талант нужен был здесь.

Трудные времена требуют жестоких мер.

— Я понимаю твою необходимость быть рядом с кланом, но сейчас твой долг быть здесь.

Рок зашипел, махнув рукой на витрины, за которой находились одни из наиболее ценнейших артефактов Стикса.

— Так мне просто сидеть в окружении твоей гламурной коллекции, просто на всякий случай, если тебе понадобится расшифровать пророчество?

Стикс приподнял бровь.

— Во-первых, моя коллекция не гламурная, а шикарная, — сообщил он молодому вампиру. — Во-вторых, ты здесь, чтобы остановить конец света. Думаю, это стоит пары дней ничегонеделания, да?

Рок напрягся, когда его гордость задели.

— Я понимаю свой долг.

— Но?

— Но это не значит, что я в восторге.

— Поверь, Рок, никому не нравится ждать. — Стикс в успокаивающем жесте положил ладонь на плечо товарищу. — Но тогда я сомневаюсь, что нам понравится то, что грядёт.

Снаружи логова Стикса.

Гаюс осмотрел кирпичные стены, которые окружали дом Анассо, стараясь скрываться в тени, чтобы системы безопасности — и демонская и высокотехнологичная — его не заметили.

Он уже трижды обошел здание, и теперь прятался в тени деревьев, от досады сжимая кулаки

— Dio, — пробормотал он. — Где этот дурак?

Воздух зашевелился, и густые тени рядом с кирпичной стеной рассеялись, открывая взору сильно накаченного мужчину, одетого в черный камуфляж. Гаюс поднял взгляд на угловатое лицо, которое до жути напоминало его собственное.

Угрюмые, топорно вытесанные черты лица и черные волосы, стянутые в хвост на затылке, явно намекали на присутствие римских предков. Но больше всего внимание Гаюса привлекли темные, пустые глаза.

Психопат.

Самое опасное существо.

— Тебе нужно быть внимательнее, Гаюс, — с издевкой произнес огромный вампир, двигаясь вперед с уверенностью демона, считающего себя королем положения. — Кто знает, что может скрываться у тебя под носом.

Гаюс подавил инстинктивное желание показать спесивому ублюдку, кто главный. Но передумал, он докажет кто тут король, как только выкрадет ребенка.

А если нет, то Темная Властительница уж точно.

Вместо этого, он сосредоточился на стоящем перед ним мужчине. То, что он хвастливый идиот — к тому же вероятный соучастник преступления — не означает, что он не опасен.

— Охотник, — сказал Гаюс. Прежде он никогда не встречал вампиров столь высокого класса, которые скрытны так же, как и опасны, но знал, что лишь несколько вампиров могут так прятаться в тени.

— Не просто охотник, — резко поправил вампир, в глазах которого вспыхнул огонек едва сдерживаемой, злобы. — Меня зовут Костас.

Он считал, что имя все объяснит Гаюсу?

— Я был Руах. Единым главой Аддонексуса и командиром всех охотников.

Гаюса это впечатлило, как того ожидал вампир.

— Был? — Он сознательно сделал акцент на этом слове. — Предполагаю, тебя понизили в должности?

Рык Костаса эхом отразился от деревьев.

— Король вампиров забрал мою должность.

— Ах! — Гаюс невесело улыбнулся. — И теперь ты жаждешь отмщения.

— Я жажду, чтобы ублюдок страдал. — Гнев вампира пронесся по лесу, обламывая ветви деревьев. — И чтобы страдания эти длились вечность.

— А я еще считал дворнягу нестабильным, — пробормотал Гаюс, сетуя на судьбу за то, что вновь связан с придурком, ведомым эмоциями.

Костас с запредельной скоростью приблизился к Гаюсу и схватил его за руку.

— Не смей путать меня с паршивым псом.

Резко ударив Костаса в грудь, Гаюс откинул его в ствол дерева, дождался, когда вампир встанет на ногу и ткнул в него пальцем, позволяя своей энергии скользить по коже Костаса.

— Не считай, что Темная Властительница придет на помощь, если я решу тебя убить, — предупредил Гаюс.

Костас поднял руки.

— Хватит.

Гаюс дал боли дольше необходимого разливаться по телу Костаса, прежде чем опустил руку и с победоносной улыбкой уставился на противника.

— Расскажи мне свой план.

В глазах Костаса все еще тлел огонек желания вырвать Гаюсу глотку, но, доказывая, что не полный идиот, он отозвал свои кровожадные желания.

— Как сам видел, я способен окутывать себя глубокой тенью, — сквозь стиснутые зубы произнес Костас

Гаюс с подозрением смотрел на вампира.

— И зачем тебе тогда кто-то, чтобы отвлекать всех?

— Я не могу пройти сквозь стены. Охранники увидят, как открываются двери и что-нибудь заподозрят. — Последовало несколько минут тишины, словно вампир взвешивал, сколько может рассказать Гаюсу.

— Кроме того, сохранять тень я могу долго лишь когда стою, но стоит мне начать двигаться, а тем более с ребенком на руках, мои силы быстро иссякнут.

— Как долго? — спросил Гаюс.

— Десять, может пятнадцать минут, — нехотя ответил Костас.

— Не слишком долго. — Гаюс хмуро посмотрел на огромный особняк, легко просчитывая лабиринты подземных туннелей под ногами. — А что, если возникнут трудности с нахождением ребенка?

— Трудности? — Самомнение Костаса вернулось в двукратном размере. — Я — Охотник. Нет ничего на свете, чтобы я не мог выследить.

— А это — логово Анассо, — указал Гаюс. — Кто знает какие здесь установлены заклинания и ловушки?

— Я обучен обойти любую ловушку.

— Отлично. — Пусть ублюдок вырежет сердце Королю вампиров. И если каким-то чудом ему удастся выбраться живым и с ребенком, Гаюс будет более чем рад получить награду от Темной Властительницы. — Где встретимся, когда ты сбежишь с ребенком?

— Я свяжусь с тобой….

— Нет. — Гаюс поднял в предупреждении палец. — Мы назначим место встречи до того, как зайдем в дом, и ты с ребенком будешь ждать меня там. Ясно?

— Ты мне не веришь? — насмехался Костас.

— Я никому не верю.

— Как и я. Откуда мне знать, что ты меня не обманешь? — Костас воинственно приподнял подбородок. — И поверь, я узнаю, если ты солжешь.

Вот в это Гаюс верил.

По слухам, которые ходили о способности охотников скрываться в тенях, так же упоминалась возможность за версту учуять ложь. Хотя это не важно. Если дело дойдет до того, что придется лгать сукиному сыну, Гаюс его просто убьет.

— Мне приказали принести ребенка Темной Властительнице, — сказал он. — Всерьез считаешь, что я стану бросать вызов госпоже?

Костас совсем не выглядел счастливым, но понимал, что этот бой не выиграет.

— Встретимся в моем логове, — ответил Костас. — В пятидесяти милях к западу отсюда в маленьком городке под названием Платт.

Вход скрыт за старым карьером. Постучи, прежде чем войти или окажешься в ловушке.

— Я буду там перед рассветом. — Гаюс скривился, вновь посмотрев на особняк, в котором ощущал более дюжины сильнейших демонов. — При условии, что выживу.

— А Стикс? — спросил Костас.

— А что он?

— Мне пообещали, что он мой.

Гаюс пожал плечами

— Это твое и Темной Властительницы дело.

— Лучше тебе не разочаровывать, — предупредил Костас, резко исчезая в тенях.

— Это, друг мой, можно гарантировать, — проговорил Гаюс, стискивая в кулаке медальон, просчитывая лучшее место для совего появления в логове Анассаю.

***

Стикс вышагивал по своему кабинету, желая оказаться наверху, в постели со своей парой, когда загудел интерком.

Стикс пересек комнату и посмотрел на монитор, с удивлением обнаружив, пялящегося в камеру рядом с детской, своего лучшего Ворона. Ягр — вампир шесть футов ростом, который когда-то был вождем вестготов.

Со светло-золотистыми волосами, заплетенными в косу до пояса и льдисто-голубыми с жестким и неумолимым взглядом, как и черты его лица.

Если он когда-то и был цивилизованным, то триста лет пыток стерли такую черту. Хотя, благодаря его паре — сестре Дарси — он понемногу возвращал ее.

— Ягр, что случилось? — потребовал Стикс, зная, что Ягр никогда не потревожит его, если не случилось что-то серьезное.

— Ты в кабинете?

— Да? — Стикс в недоумении нахмурился. — Почему?

— ДеАнджело смотрел в мониторы и заметил проникновение в дом с боковой двери. Кто-то направляется к комнате Тейна и Лейлы.

— Гаюс, — прорычал Стикс, молча благодаря Нефри за то, что раскрыла таланты своего брата по клану. — Пошли за ним Воронов… я иду.

Ягр кивнул.

— Понял.

— Ягр?

— Да?

— Не оставляй детскую без присмотра, — приказал он. — Это может быть отвлекающий маневр.

Ягр благоразумно не упомянул, что ему не требуются указания.

— Не оставлю.

— Ох, и не убивай нарушителя. — Губы Стикса тронула жесткая улыбка. — Я хочу воздать почести.

Стикс на полной скорости, отчего стал размытым пятном, вышел из своего кабинета и направился на нижние уровни логова. Пока он продвигался, его сила рвалась вперед, разбивая лампочки и сваливая мраморные статуи.

Достигнув, наконец, комнат, которые выделил Тейну и Лейле, Стикс замедлился и кивнул воронам, стоящим на страже у детской.

Затем, выдвинув на всю длину клыки, двинулся дальше по коридору, покидая жилое пространство и направляясь к узкой лестнице, ведущей в подземелье

Завернув за угол, он обнаружил Ягра у серебряной двери с узким окошком.

Как только Стикс оказался рядом, мрачное выражение лица вестгота стало еще мрачнее, и он потянулся к рукояти огромного меча.

— Ну? — подтолкнул Стикс.

— Мы поймали его прежде, чем он добрался до комнаты Тейна и привели сюда, — ответил Ягр, в голубых глазах которого читалось отвращение. — Взгляни.

Стикс пододвинулся, чтобы посмотреть в окно, и зашипел при виде вампира, стоящего в центре клетки.

Даже подготовившись, Стикс отшатнулся от увиденного

Те же волосы, заплетенные в косу, то же огромное тело, одетое в кожу, и отчетливые черты ацтека. Господи. Он словно в зеркало посмотрел.

Или так должно было это выглядеть. Не отражаясь в зеркале, он мог только гадать, как выглядел.

Что наводило на вопрос… как он смог уловить каждую черту?

Они встречались раньше? После стольких веков, невозможно вспомнить каждого встреченного вампира.

— Проклятье. — Он отогнал ненужные мысли, сосредоточившись на насущном. — Что его выдало?

— Он был слишком мил

Стикс фыркнул.

— Смешно. А теперь правду.

Ягр пожал одним огромным плечом.

— Он искал скрытую дверь, ведущую на нижний этаж.

Стикс покачал головой, когда поддельный Стикс сложил — в таком знакомо жесте — руки на груди.

— Это…

— Жутко до усрачки, — закончил Ягр.

— Точно. — Стикс потянулся к ручке. — Стой здесь.

Ягр нахмурился, явно недовольный.

— Уверен? Мы в полной мере не знаем его сил.

— Вот почему я иду один. — Стикс выдержал взгляд Ягра, понимая, что первым инстинктивным желанием преданного стража — попытка защитить Анассо. — Сейчас важнее защитить дитя. Если со мной что-то случиться, хочу, чтобы ты отвел Малухия в Комиссию.

— Комиссию? — Ягр скривился, словно съел лимон. — Они никак не помогали. Почему сейчас решат защитить ребенка?

Стикс вспомнил недавнюю встречу с Силджар — одним из Оракулов, заседающей в Комиссии.

Она, конечно, не сказала напрямую, но дала понять, то Комиссия не так равнодушна к будущему мира, как притворялась.

— Полагаю, они скрыто сделали гораздо больше, чем мы думаем, — пробормотал Стикс.

— Как скажешь.

Стикс положил руку на плечо товарищу.

— Ты даешь мне слово?

Ягр несколько напряженных минут молчал, а затем резко кивнул. Если вампир дает обещание, держит его до конца.

— Да.

Уверенный, что ребенок будет в безопасности, Стикс открыл дверь и шагнул в клетку.

Подняв, захваченный из кабинета, меч, он направил его на нарушителя.

— Гаюс, предполагаю.

Он улыбнулся.

— Вижу, моя репутация меня опережает. Я должен быть польщен?

Стикс фыркнул.

— Можешь скинуть маску.

— Ты должен признать, что это здорово. — Тварь усмехнулся, а затем его тело окутало мерцание, убирая образ Стикса и являя вампира, строением более сухопарым и ниже ростом, с темными глазами. Приняв свой естественный облик, он оказался обнажен, за исключением тяжелого медальона, покоящегося на груди.

— Не достаточно.

Вампир пожал плечами, слишком покорный для душевного спокойствия Стикса.

— Попробовать стоило.

— Опасная игра, которая заставляет задуматься о твоем плане. — Стикс с трудом подавил желание сделать шаг вперед.

Ягр верно указал, они не знали всех способностей Гаюса, и последнее, чего желал Стикс — оказаться на расстоянии вытянутой руки с ублюдком.

— Ты — приманка?

Гаюс поднял руку.

— Темная Властительница не может дождаться, когда же ребенок окажется в ее руках. Ее не особо волнует скольких слуг должна потерять для достижения цели.

Стикс вздрогнул. Сложно было принять, что Темный Властелин воскрес в теле молодой девушки.

— Охотно в это верю. Тебе, однако, нет. — Стикс указал кончиком лезвия в центр груди вампира. — Отдай свой медальон.

— Этот? — Гаюс, губы которого скривила слабая улыбка, накрыл рукой тяжелый металлический медальон. — Это всего лишь побрякушка.

— Ты всерьез считаешь меня дураком?

Гаюс сделал вид, что обдумывал ответ.

— Честно, я бы, так или иначе, не уделил медальону много внимания.

Стиксу было не до веселья.

— Даже, если бы я не чувствовал его силу, я видел такой у Нефри. Они удивительно похожи.

В темных глазах вампира что-то промелькнуло. Он сделал шаг назад, стискивая пальцами медальон.

— Значит, фригидная сучка вышла из-за Завесы, — прорычал он. — Удивительно.

Стикс распространил по клетке свои силы, обдумывая целесообразность нападения на вампира ради медальона.

Он был уверен в своей победе над Гаюсом, но не мог утверждать, что тот не успеет исчезнуть прежде. Пока же, казалось, единственной надеждой было — спровоцировать вампира, чтобы попытаться узнать, что за игру тот ведет.

— Проявляй уважение к главе своего клана. — Стикс прижал своей силой вампира к серебряной стене. — Она предложила тебе убежище, когда ты был наиболее уязвим, а ты отплатил ей предательством.

Гаюс выругался, изо всех сил стараясь оторваться от стены, и вперил взгляд в Стикса.

— У меня не было выбора.

Стикс закатил глаза. Он слышал этот предлог тысячи раз на протяжении веков.

Черт, он сам даже пару раз его использовал. И всегда это просто отговорка.

— Попробуй еще раз

На лице Гаюса отразился истинный гнев.

— Легко быть благородным, когда твоя пара ждет тебя в твоей кровати. — Гаюс выпятил подбородок с вызывающим взглядом. — Но скажи, Анассо, как далеко ты зайдешь, чтобы так и было? Выше ли ты какого-либо предательства, чтобы вернуть пару себе?

 

Глава 15

Стикс отгородился от осуждающих слов, не мог позволить себе симпатии к предателю. Не тогда, когда будущее мира висело на волоске.

— Никому из нас не понять твоей потери, но ведь не только Дара зависела от тебя, — произнёс он, пытаясь вовлечь в дело древнюю вампирскую преданность. Только, вероятно, уже поздно напоминать о долге почетному вождю клана.

— Моему клану лучше без меня.

— А как же твой сын?

Гаюс напрягся, его глаза потемнели от огромного чувства потери. Которое могло бы уничтожить человека.

— Сантьяго?

— Значит, ты его не совсем забыл?

— Конечно, нет. — Гаюс так сильно стиснул медальон, что костяшки пальцев побелели. — Он мой ребёнок и всегда им будет.

Стикса не обмануло презрение Гаюса к себе. Особенно после того, как видел своими глазами, что было с Сантьяго после ухода Гаюса за завесу.

— Отец не бросит своё дитя.

Гаюс нахмурился, явно взволнованный напоминанием о ребенке, которого вырастил.

— Я не мог позволить ему запятнать себя моей сделкой с Темным Властелином.

— Но позволил стать рабом одного из самых порочных вампиров, из всех виденных мной? — отрезал Стикс, вспоминая израненого и окровавленого Сантьяго, когда нашел его на боевой арене под Барселоной. — Его превратили в гладиатора. Сантьяго каждый вечер обязан был сражаться на арене, просто чтобы выжить.

— Смею предположить, ты пленил его хозяина и стал для него героем, — попытался поддразнить Стикса Гаюс.

— Ты бы предпочел, чтобы я, как и ты отказался от него?

Гаюс, с виноватым выражением лица, вздрогнул и отвел взгляд.

— Нет.

Стикс опустил меч, но не сглупил и не подошел ближе к коварному вампиру.

— Гаюс, еще не поздно искупить вину, — начал убеждать его Стикс. На что Гаюс вздрогнул и произнес:

— Намного позднее, чем ты, можешь себе представить.

Голос вампира еще не затих, когда дверь распахнулась, и в клетку ворвалась женщина с короткими, торчащими рыжими волосами и черными глазами. Лейла — Джинн полукровка и мать Малухиа.

— Ребенок пропал, — объявила она, стоя с бледным от страха и шока лицом. Проклятье, Стик так и знал, что Гаюс лишь для отвода глаз.

— Как это произошло? — Стикс не разменивался на банальности. К нему шли не за утешением, а за результатами.

— Не знаю. — Лейла сопротивлялась нарастающей панике. — Я качала Малахию, когда его вдруг вырвали из моих рук. Он… — она беспомощно взмахнула руками, — исчез.

— Магия?

— Я так не думаю. — Лейла повернулась и протянула руку к, вошедшему в клетку, вампиру с чертами лица полинезийцев и черным ирокезом. За Тейном стоял еще один вампир — высокая женщина с длинными черными волосами и раскосыми голубыми глазами.

— Я почувствовала руки, когда у меня выхватили ребенка, — продолжила Лейла надломленным голосом. — И уверена, что-то всколыхнулось в воздухе, когда я выбежала за дверь.

Тейн крепко прижал к груди свою пару, шепча успокоительные слова о том, что как только в его руки попадется зло, укравшее их сына, он будет отрывать конечность за конечностью этого мудака. После чего собирался пришить их, и снова отрывать.

— Похититель был невидим? — потребовал Стикс. Все с минуту молчали, обдумывая резкий поворот событий. Затем Джейлин низко прорычала:

— Костас.

Лейла в недоумении уставилась на охотницу.

— Откуда тебе знать?

Джейлин вздрогнула. Она никогда полностью не раскрывалась о случившемся с ней в Аддонексусе, и в частности от рук Костаса. Но той малой толики, чем она поделилась со Стиксом, хватило понять. Его люди не должны страдать от рук тиранов.

— Больше никто не может так сильно скрыть себя тенями, — ответила Джейлин и перевела взгляд на Стикса. — Тем более он одержим местью за то, что ты сверг его с поста Руаха.

Тени.

Стикс почувствовал едва преодолимое желание пробить головой толстую стену.

— Остерегайтесь теней, — прорычал он. — Нас предупредили, а я все равно провалился.

— Нет, это я облажалась, — тихо сказала Лейла, в голосе которой было столько горя, что оно наполнило воздух клетки.

— Мы вернем ребенка обратно, Лейла, — проговорил Стикс, переводя взгляд на Тейна. — Клянусь.

— Уже поздно, Аннасо, — раздался позади голос Стикса. — Признай поражение и присягни на веру Темной Властительнице.

Фыркнув, Стикс развернулся на пятках и направился к позабытому Гаюсу, радуясь, что есть кто-то в кого можно воткнуть охрененно огромный меч. Очевидно, вампир был отвлекающим маневром, чтобы дать Костасу возможность выкрасть ребенка. И теперь заплатит за это.

— Никогда.

Гаюс улыбнулся с явной горечью.

— Тогда умри.

Его слова еще эхом раздавались в воздухе, когда он, внезапно, исчез из клетки.

— Черт. — Замерев на месте, Стикс поднял глаза к потолку. — Этот день может стать еще хуже?

— Не искушай судьбу, — пробормотал Тейн.

Сдержав ярость, Стикс сосредоточился на поиске лучшего способа найти Малухиа. Повернувшись к своим компаньонам, он принялся раздавать команды.

— Джейлин, ты должна попытаться выследить ублюдка.

Охотница кратко кивнула.

— Естественно.

— Я пойду с ней, — объявила Лейла. На что Стикс нахмурился. Джинн-полукровка сильна, но никто не был уверен в ее бессмертии.

— Лейла. — По воздуху пронесся разряд молнии.

— Я иду.

— Ладно. — Стикс перевел взгляд на молчаливого вампира, стоящего рядом с Лейлой. — Полагаю, ты тоже намерен идти.

В ясных глазах, цвета меда, не было и намека на возможность компромисса.

— Да.

— Возьми с собой Ягра, — сказал Стикс, неохотно понимая, что его место здесь, организовывать дальнейшие поиски ребенка. — Он лучший следопыт, что у нас есть.

— Нам еще понадобиться горгулья, — заявила Джейлин, поразив всех.

— Леве? — Стикс нахмурился. Крошечный демон являл собой ходячую катастрофу.

— Он может видеть сквозь иллюзии, — ответила Охотница.

Рычание Тейна пронеслось по комнате.

— Тогда почему он не почувствовал Костаса, когда тот вошел в дом?

Джейлин пожала плечами.

— Думаю, ему нужно указать на иллюзию, чтобы он сквозь нее увидел.

Стикс возвел глаза к небу. Наступил тот самый печальный день, когда ради спасения мира, они вынуждены обратиться к треклятой горгулье.

— Хорошо, берите и его.

— Что на счет Гаюса? — спросил, стоящий у двери, Ягр.

Стикс убрал меч в ножны.

— Он мой.

***

Логово Костаса

Вновь полностью одетый, Гаюс нашел вход в логово Костаса и, нетерпеливо постучав по тяжелой металлической двери, ждал, когда появится угрюмый вампир и проведет его по веренице бетонных туннелей. В итоге они оказались в комнатке восемь на восемь, в углу которой стояло кресло, окруженное грудой колюще-режущего оружия. А с одного бока располагался стеллаж с потрепанными книгами по истории различных видов демонов. Без сомнений, в них раскрывались все сильные и слабые стороны существ, о которых Охотнику необходимо знать.

— Все лучшее, чем можно убить, дорогуша.

Гаюс скривился. Не из-за отсутствия удобств — сам за Завесой жил, как монах — а от тяжелого ощущения близящейся смерти, повисшего в комнате. Из-за того, что Костасу поручили его убить? Или просто предчувствие?

— Это логово? — спросил Гаюс.

Костас обвел взглядом комнату.

— А что?

— Оно…

— Сугубо профессиональное.

— Понятно. — Гаюс покачал головой на странное представление о профессионализме. У него и без того хватало проблем. — Где ребенок?

Костас упер руки в бока, его громоздкое тело занимало большую часть пространства комнаты.

— Где моя награда?

Гаюс нетерпеливо фыркнул.

— Я уже говорил, что это между тобой и Темной Властительницей.

— Так не пойдет, — отрезал Охотник. — Нет награды, нет ребенка.

Гаюс сжал кулаки. Не сказать, что он не понимал вампира и его желание в первую очередь получить награду, merda, он сам отчанно желал заполучить свою, но не был в настроении поиграть в дипломата. Не только из-за увиденного случая со слугой Темного Властелина, который засомневался в его способностях, но и из-за разговора с Королем Вампиров и напоминании о долге перед Сантьяго. Он никогда не вспоминал о сыне, которого вынужден был оставить.

Никогда.

— Не будь идиотом, — предупредил он своего компаньона. — Последнее существо, решившее бросить вызов Темной Властительнице, было съедено живьем черным туманом. Думаешь, ты дороже?

— Я не откажусь от мести.

Гаюс закатил глаза, задумываясь, как мужчина мог продать душу за пустяковую месть?

— После возрождения Темной Властительницы ты сможешь пытать и мучить кого захочешь, — сухо пообещал Гаюс.

— А если не возродится?

— Тогда мы оба в пролете.

Глупые слова еще висели в воздухе, когда оба вампира просчитывали гнусные последствия неудачи. Затем, резко тряхнув головой, Костас пнул кресло по боковине, открывая рычаг, встроенный в пол. Который дернул и отступил, давая возможность скрытой двери скользнуть в сторону, чтобы явить взору тайную комнату. В тот же момент, раздался детский плач.

— Там. — Костас махнул мускулистой рукой в сторону темной комнаты. — Как ты доставишь ребенка Темной Властельнице?

Гаюс жестом указал Охотнику следовать вперед, не только потому что боялся мощных заклинаний, а еще и потому как не хотел, чтобы за спиной стоял сильный демон.

— У меня много талантов.

Костас кинул хитрый взгляд через плечо.

— Я слышал, что у Истинных Бессмертных странные силы.

— Странные?

— Изменение облика, хождение в туманах, — перечислил Костас. — Пленение разумов других вампиров.

Занимай все еще Костас место главы Охотников, Гаюс ни за что бы не ответил. Несмотря на обвинения Стикса, Гаюс понимал свой долг перед Нефри и ее кланом за то, что приняли его. Но Костас оставил Аддонексус и, что более важно, маловероятно, что опреметчивый идиот выживет в своем сговоре с Темной Властельницей. Так почему бы не ответить?

— Изменение облика — это талант, и настолько редкий, что им обладают лишь несколько вампиров, — признался Гаюс. — Хотя этим мастерством невозможно обладать, если не живешь за Завесой.

— А другие? — давил Костас.

— У Нефри — вождя клана — есть медальон наподобие моего, при помощи которого она может ходить по туманам, а еще перемещаться за Завесу, так вампиры путешествуют туда и обратно. Есть те, кто может пленить других вампиров… — Гаюс пожал плечами. — Существуют более слабые разумы, которые легко подчинить.

Костас прищурил темные глаза.

— Ты из таких?

— Будь так, этого смехотворного разговора не состоялось бы.

Костас неохотно встал рядом с узкой кроватью, на которой лежал плачущий ребенок, укутанный в одеяльце, с красным от крика лицом.

— Мне это не нравится, — зарычал Костас, хватая ребенка с матраса.

— А тебе и не должно нравится, ты лишь подчиняешься.

С опаской в глазах, Костас впихнул вопящего ребенка в руки Гаюсу. Поразив всех, ребенок резко перестал плакать и устремил взгляд своих невинных голубых глаз на Гаюса, пронзая вампира в самое мертвое сердце.

— Подведешь меня, и негде будет скрыться от моей мести, — пробормотал Костас.

Отворачивая взгляд от самой невинности, лежавшей на его руках, Гаюс посмотрел на Охотника и схватил медальон.

— Отойди, buffoon.

***

Темница Темной Властительницы

Касси затерялась в удушающей темноте, где не было ни запахов, ни звуков, ни осязаемых предметов. Лишь абсолютная тишина, которая могла потягаться с течением времени. И резкая пощечина стала для Касси почти облегчением.

— Очнись! Вставай! — сказала женщина ей на ухо. Касси старалась выбраться из цепкого тумана, вздрагивая, так как пощечины стали более болезненными.

— Кейн, — выдохнула она, медленно открывая глаза. Но наткнулась на юное личико, нависшее прямо над ней. — Ты.

— Да, я. — На щеках девушки появились ямочки. С шипением, Касси дернулась прочь от злого божества. И эта сука — само зло. Лишь существо с самым черным сердцем станет пытать беспомощного Кейна, пока Касси на коленях молила о пощаде.

Вновь и вновь, она пыталась призвать видение, которого так хотела Темная Властительница, но Касси ведь не цирковой шут, она не могла заставить видения появиться. Наконец, ее утянуло в темное пространство бессознательности, где ее разум переживал каждую минуту пыток Кейна. И теперь ей оставалось лишь гадать, какой ад уготован теперь.

— Где Кейн? — удалось ей спросить, хотя голос был похож на карканье вороны.

Девушка выпрямилась и разгладила белоснежный сарафан, который ей как-то удалось достать и прикрыть свое обнаженное тело.

— Не переживай, твой верный пес недалеко. — Темная Властительница взмахнула рукой, и густой туман рассеялся, открывая, неподвижно лежащего, Кейна, который все еще находился в состоянии между волком и человеком. Касси осторожно поднялась, прижав дрожащие руки к болящему сердцу.

— Что ты с ним сделала?

— Он в стазисе. — В голубых глазах мелькнул зловещий багрянец. — По крайней мере, пока.

Касси поняла предупреждение. Отсрочка наказания закончилась.

— Чего ты хочешь?

Женщина схватила Касси за волосы, отчего навернулись слезы.

— Ты знаешь, чего я хочу.

Касси не сопротивлялась. Зачем? Это создание просто свернет ей шею. Или, что еще хуже, продолжит пытать Кейна. Касси просто умоляюще посмотрела на свою похитительницу.

— Прошу, я просто не могу дать тебе желаемое.

Темная Властительница яростно затрясла Касси, отчего у нее клацнули зубы.

— Ты недостаточно хорошо старалась.

— Я, — закричала Касси, — клянусь.

Девушка указала на бессознательного Кейна.

— Мне стоит напомнить о цене неудачи?

— Нет, прошу…

Не сильно удивительно, но злобная сука не внемла к мольбам Касси и, легким мановением руки, послала невидимую энергию в Кейна, заставляя его вырваться из стазиза и взвыть в агонии.

— Мне нужно знать будущее, пророчица. — Она уставилась на Касси, от разочарования багряный свет почти заполнин голубизну. — И ты мне его расскажешь.

Касси закричала, ощущая боль Кейна, как свою.

— Ты убиваешь его.

Темная Властительница снова встряхнула Касси.

— Его жизнь зависит от тебя.

— Остановись…

Но слова потерялись в знакомом ощущении, охватывающем разум и изгоняющем из головы все мысли о Темной Властительнице и даже Кейне. Это ощущение сильнее всего. С яростью, видение пронеслось по Касси, выжигая путь из неизвестности, чтобы оставить дрожащую Касси дезориентированной. Словно по ней проехал цементовоз.

Медленно открыв глаза, Касси была сбита с толку и не сразу вспомнила почему находилась в каком-то тумане. А еще почему в висках пульсировала боль. Обычно за видениями боли не было. Затем, Касси увидела женщину, склонившуюся, чтобы изучить символ, повисший в воздухе. Какого черта?

— Наконец-то, — незнакомка выпрямилась и схватила Касси за горло. — Что здесь сказано? — Девушка стиснула пальцы, пока Касси пыталась очистить разум от тумана путаницы. — Ты слышишь меня?

— Отстань, — огрызнулась Касси.

— Скажи, что здесь сказано?

— Где?

— В пророчестве. — Пальцы сильнее сдавили горло, ногти оставляли палящие следы на плоти. — Говори.

Касси моргнула, заставляя разум сосредоточиться на окружении. Туман. Слишком густой туман. А еще чудище, которое дрожало от явной боли. Господи! Касси была заперта в адском белом тумане со сбрендившей Темной Властительницей и Кейном.

— Я вспоминаю, — прошептала она.

— Тогда говори. — Темная Властительница сильно стиснула подбородок Касси, поворачивая ее голову к мерцающему символу. — Открой мое будущее.

Касси нехотя посмотрела на символ. Меньше всего она хотела дать Темной Властительнице преимущество в войне. Но опять же, разве у нее был выбор? Так или иначе, ее бы заставили расшифровать глиф. Касси посмотрела на символ, сведя брови, когда в голове зашелестели слова.

— Ну? — потребовала Властительница, царапая нежную кожу Касси ногтем.

Касси пришлось наклонить голову, чтобы скрыть непрошенную улыбку, изогнувшую губы.

— Потоки хаоса предстанут пред непроницаемой стеной..

— Нет. — Темная Властительница резко отпустила Касси, дав ей упасть перед собой на колени, а затем со всей силы ударила по боку. — Ложь.

Касси прижала руку к сломанным ребрам, зная, что, по крайней мере, одно прокололо легкое.

— Пророчества не лгут, — сказала она.

— Значит ты лжешь. — Темная Властительница вновь схватила Касси за волосы, запрокидывая ей голову, чтобы продемонстрировать багрянное пламя, полыхающее в глазах. — Ты надеешься спасти свою пару.

Касси нахмурилась, пытаясь следовать ее логике.

— Если бы я хотела спасти его, сказала бы, что ключ к твоему успеху — его свобода.

— Нет, это уловка. — Темная Властительница начала кружить вокруг Касси, на ее лице читалось такое недовольство, какое бывает у подростков. — Должна быть уловка.

Касси настороженно следила за разъяренным божеством, ясно сознавая что может не пережить следующего удара.

— Я дала тебе то, что ты хотела.

— Да. — Темная Властительница резко остановилась и посмотрела, с ненавистью всего мира, вниз на Касси. — Теперь моя очередь.

Касси напряглась, понимая, что это не к добру.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты ведь хотела свою пару, — сказала Темная Властительница, с улыбкой поворачиваясь к корчащемуся от агонии тумана Кейна, тело которого вздрагивало от каждой волны боли. — Получай. — Девушка взмахнула рукой, и Кейн резко встал, словно был куклой на веревочках. Взмахом другой руки Темная Властительница открыла Кейну глаза, наполненные чистым безумием, которое завладело всем существом Кейна. С невеселым смехом, Темная Властительница похлопала Касси по щеке. — Наслаждайся воссоединением.

Касси даже не удосужилась посмотреть, как та исчезла в тумане, сосредоточив все свое внимание на диком звере, который крался к ней с убийственными намерениями. Сердце Касси наполнилось печалью, пока она пятилась назад.

— Кейн.

 

Глава 16

Логово Костаса

Было почти три часа ночи, когда Стикс получил столь ожидаемый звонок. Оставив Вайпера разбираться с насущными делами, Анассо направился в маленький городок Платт, легко следуя направлениям Ягра к скрытому логову Костаса.

Приникнув в него, он шел по пустому бункеру к тесной клетке, где его ждала Джейлин. Охотница, одетая в черный костюм из спандекса, была практически невидима, ее выдавал обрезанный дробовик, сделанный из тусклого, слегка поблескивающего металла и закрепленный на поясе.

Джейлин прощупывала цементную стену в поиске скрытой двери. Когда он вошел в комнату, Охотница повернулась к нему с мрачным выражением лица, что подсказало Стиксу об отсутствии хороших новостей.

— Костас был здесь, — заявил он, ловя в воздухе запах вампира с кислым намеком на растущее безумие.

Проклятье. Стикс догадывался, что Руах в ярости из-за того, что его лишили должности. Даже ожидал, что ублюдок решит отомстить. От гордого Костаса меньшего и не следовало ожидать, но продать душу Темной Властительнице?

Очередной просчет, который следовало добавить в список провалов.

Джейлин кивнула.

— Да, как и Малухия.

— Ты знаешь когда он ушел?

— Менее часа назад.

Час. Знал ли предатель, что его преследовали? Или это еще один пример чертовской неудачи Стикса?

— Можешь выследить его по запаху?

— Пока нет. — Джейлин кивнула на открытую дверь. — Леве ищет.

Прекрасно. Чертовски идеально.

— Что-то еще?

— Он был не один.

Стиксу не нужно было гадать, чтобы узнать с кем именно встречался Костас.

— Гаюс.

Охотница скривилась.

— Да.

— Черт. — Стикс сжал по бокам кулаки, по телу, словно кислота, разливалось расстройство. — Значит, они уже унесли ребёнка Темной Властительнице.

И на последних словах в клетку вошел Тейн, с суровым выражением лица, которое освещали флуоресцентные лампы.

— Еще не поздно, — сказал он, бросая тоном голоса вызов любому, кто пожелал бы сказать иначе. — Где Нефри?

— Не могу сказать точно. — Стикс встал прямо перед своим братом, легко улавливая его раздражение. Страх Харона за его сына заставлял его кипеть от ярости. — А что?

— У нее такой же кулон, как у Гаюса. Она могла бы последовать за ним…

— Нет, Тейн, — спокойно перебил его Стикс. — Мне жаль, но Нефри пыталась использовать медальон для поиска Темной Властительницы и результата не было. Она думает, что это причиной может служить связь медальона со злом.

Тейн нервно пригладил ирокез.

— Проклятье.

Стикс в успокаивающем жесте положил руку на плечо Харона.

— Мы найдем способ добраться до твоего сына.

Глаза медового оттенка полыхали от беспомощной ярости.

— Лейла станет требовать воспользоваться е способностью ходить в тумане.

Стикс скривился, хотя и не был удивлен. У Лейлы не было способностей чистокровного джинна, способного перемещаться по мирам, но могла проникать в туман, по которому путешествуют между измерениями. И следовало ожидать, что она воспользуется своими силами, чтобы отыскать ребенка. И плевать на поджидающую опасность.

— Хочешь, чтобы я запретил ей это?

Тейн фыркнул на столь нелепый вопрос.

— Не поможет.

Верно. Стикс может и король, но для женщины, стремящейся вернуть своего ребенка он, что карлик-шут.

— Боишься, что ее схватит Темная Властительница? — спросил Стикс.

— Нет, боюсь у нее ничего не получиться, — ответил Тейн низким голосом, пропитанным болью. — Во время предыдущих путешествий она не чувствовала входа в темницу Темной Властительницы. Сомневаюсь, что сейчас волшебным образом это измениться. И провал ее опустошит.

Стикс сжал плечо Тейна, бессловесно высказывая поддержку.

— Ты собираешься с ней?

Тейн выгнул бровь.

— А как иначе?

— Тогда, будь осторожнее, — приказал Стикс. — Есть куда страшнее Темной Властительницы опасности.

— Это не первое мое родео, — напомнил Тейн.

Стикс просто кивнул, он достаточно умен, не напоминать об эмоциональной перегрузке Тейна и Лейлы, из-за которой они вряд ли способны рационально размышлять.

На данный момент они все под действием эмоциональной перегрузки.

— И оставайся на связи.

— Останусь.

Тейн слегка кивнул, развернулся на пятках и вышел из комнаты. Жейлин последовала за ним, оставляя Стикса одного в комнатенке.

Бессильный как-то помочь Тейну в поиске его сына, не говоря уже предотвратить возвращение Темной Властительницы в телах всемогущих близнецов, Стикс развернулся и впечатал кулак в цементную стену. Воздух заполнила пыль и цементная крошка, в момент, когда Король Вампиров издал проклятье.

— Будь все проклято, — проревел он. — Я устал постоянно находиться на шаг позади.

Воздух слабо шевельнулся, прежде чем в комнату вошла стройная женщина с короткими, светлыми, торчащими волосами и зелеными глазами, которые казались слишком большими на личике в форме сердечка.

— Любимый, ты не виноват.

Стикс инстинктивно потянулся к своей паре веру и притянул в объятия, позволяя ее присутствию облегчить его желание разносить все в щепки.

— Я — Анассо, — произнес он, прижав щеку к ее макушке. — Мой долг — защищать свой народ.

Дарси обняла Стикса за талию.

— Сейчас не время зацикливаться на провале. Нужно сосредоточиться на том, что будет дальше.

По комнате пронеслось рычание Стикса.

— Дальше последует хаос, — сказал он. — У темной Властительницы оба ребенка. Пророчество исполнится.

Дарси прицокнула языком, запрокинув голову и нахмурившись.

— Мы не до конца уверены, что именно значит пророчество, — воспротивилась она. — Но я точно знаю, как Тёмной Властительнице одолеть нас, ей лишь стоит заставить нас сдаться.

Вечная оптимистка, признался сам себе Стикс. И это идеально ему подходило, учитывая, что он создал новое понятие пессимизму. Он смотрел на ее лицо. Эта женщина стала светом для его тьмы, нежностью для его суровости. Сердце для его мышечной массы.

И это делало Дарси ценнее всех сокровищ. Особенно тогда, когда он отказал ей сопровождать его.

— Мне казалось, я сказал тебе ждать дома.

Она фыркнула на его упрек.

— И тебе прекрасно известно, как я следую приказам.

Он прижался к ее губам в печальном поцелуе.

— Проблематично.

— И никогда не будет иначе.

— Нет, — он тут же согласился, прижимая ее голову к своей груди и вновь положив щеку на ее макушку. — Ангел мой, мне страшно.

— Знаю, — прошептала она, поглаживая его спину. — Всем нам страшно.

— Если мы не остановим…

— Ш-ш-ш, — оборвала она его. — Мы найдем способ.

— Откуда такая уверенность?

— Мы хорошие.

Его хохот сотряс цементные стены. Еще никто не называл Стикса хорошим.

— Сомневаюсь, что многие согласятся с этим предвзятым заявлением. — Стикс резко втянул воздух, поднял голову и уставился на крохотного горгулью, вразвалочку входящего в комнату. — Убирайся.

Леве показал ему язык, как всегда непроницаем к вероятности, что Стикс мог уничтожить его мановением руки.

— Так ты разговариваешь с демоном, который пытается спасти твой фасад? — с издевкой протянул горгулья.

Стикс нахмуился.

— Что за…

— Зад, — пояснила Дарси, отстраняясь, чтобы лучезарно улыбнуться ходящему и говорящему куску гранита. — Спасти твой зад.

Стикс возвел глаза к небу

— Что тебе нужно?

— Я уловил его запах.

— Костаса?

— Oui. Он ушел по туннелю, скрытому иллюзией. — Прозрачные крылья затрепетали. — Хорошее заклинание, я чуть мимо не прошел.

— Никогда не думал, что скажу это. — Стикс неохотно вынул меч из ножен и указал на дверь. — Веди меня.

***

Воспользовавшись медальоном, Гаюс перенесся в темницу Темной Властительницы, разместил ребенка в клубящийся туман и встал на колени. Затем, склонив голову, он ждал, что его присутствие заметят.

Он чувствовал, как текло время, но невозможно точно сказать, сколько прошло минут в этом странном тумане, да и не волновало это Гаюса.

С его последней встречи с Темной Властительницы, он стал… каким? Безразличным? Неспособным скорее. Больше похоже на то, что он смирился. Словно последняя ниточка надежды, за которую Гаюс цеплялся со смерти Дары, оборвалась, оставляя его дрейфовать в море поражения. Он станет делать, как прикажут, просто подчиняться за неимением выбора. Но яростная вера в то, что он воссоединиться со своей парой угасала с каждым часом, оставляя за собой чувство пустоты.

Наконец, Гаюс ощутил давящую силу, предупреждающую о появлении Темной Властительницы. Он вздрогнул от ощущения, что с него сдирают кожу, но мудро не поднял головы.

— Ах, Гаюс. — В тумане раздалось девичье хихиканье. — Так ты познал благоразумие.

— Да… — Он перебирал в голове верное имя. — Госпожа.

— Госпожа, хм. Полагаю, что именно так.

Гаюс не поднимал головы.

— Я принес ребенка.

— Да. — Он ощутил движение воздуха, боль наказания ослабла. — Дай его мне.

Гаюс неохотно поднял голову и увидел Темную Властительницу, одетую в белый сарафан и сидящую на троне из клубящегося тумана. Господи. Она больше походила на победительницу конкурса «Королева Красоты», чем на абсолютное зло. Затем в бесхитростных голубых глазах мелькнул багряный огонь самого ада, стирая образ невинности.

— Гаюс? — отрезала она с нетерпением. — Я жду.

— Да, Госпожа.

Поднявшись на ноги, Гаюс взял ребенка, на которого отказывался смотреть. Ребёнок был рожден стать жертвой. И Гаюс ведь никак не мог изменить его судьбу, так? Отдав теплый комочек в протянутые руки женщины, Гаюс отошел и стал ждать следующего приказа.

Темная Властительница подняла бровь.

— Разве ты не станешь требовать оплаты?

Гаюс пожал плечами.

— Разве это принесет пользу?

— Не надо дуться, вампир, — упрекнула женщина. — Вскоре ты получишь свою заслуженную награду.

Заслуженную награду.

Гаюс вздрогнул, вспомнив, как Долфа поглотил черный туман. Единственной наградой на тот момент для него была надежда на отсутствие пыток.

— Мне нужно вернуться в свое логово и ждать дальнейших приказаний? спросил он.

— Ты конечно же хочешь увидеть мое возрождение в близнецах? — Злобное существо говорило с самым настоящим шоком, что Гаюсу не захотелось молить о возможности наслаждаться ее трансформацией.

— Я лишь покорный слуга, — напомнил Гаюс. — Есть гораздо более достойные такого благословления.

— Почему же, Гаюс. — Голубые глаза загорелись багрянцем, посылая по телу Гаюса боль, ставящую на колени. — Если бы я не знала лучше, то подумала бы, что ты стремишься покинуть меня.

На задворках разума Гаюса прошелестел шепот: «Аккуратнее. Эта женщина — богиня». А это значит, что тщеславие у нее на таком же высоком уровне, что и силы. Лишь намека, что он хочет оказаться где-то еще, будет достаточно для наказания.

— Не стремлюсь, но мне нужно питаться.

— Это может подождать. — Команда, а не предложение. Гаюс, сдавшись, кивнул. — Очень хорошо.

Уверенная, что Гаюс исполнит роль послушного слушателя, Темная властительница обратила внимание на ребенка, ерзающего в ее руках. И на лице ее читалось лишь сухое любопытство, словно она убеждалась в отсутствии дефектов в ее создании.

— Очаровательный малыш, не считаешь ли?

Гаюс нахмурился. Это вопрос с подвохом? Всем хорошо известно, что дети — ахиллесова пята вампиров. Которые инстинктивно отказывались вредить ребенку любого вида.

— Да, очаровательный.

— Я никогда не понимала всей этой суеты из-за потомства. Рабов легче контролировать и меньше разочарований. — Темная властительница сморщила носик, втягивая запах пеленок ребенка. — Да и пахнут они лучше.

— У многих созданий существует непреодолимое желание порождать потомство.

Темная Властительница подняла голову, вновь в голубых глазах полыхал багрянец.

— И ты?

Гаюс вздрогнул. Он не верил в совпадения, так почему же ему опять напоминают о Сантьяго? Предупреждают?

— Да. У меня есть… — Он замолчал, скривился, исправляясь. — У меня был сын.

— Он умер?

Гаюс отрицательно мотнул головой.

— Нет, но он потерян для меня.

— Потерян? — Темная Властительница нахмурилась. — Не понимаю.

— Это и не важно. — Тревожась из-за того, что разговор перешел на тему Сантьяго, Гаюс указал на ребенка. — Что ты будешь делать с малышом?

Прошел долгий, напряженный момент молчания, в который женщина явно наслаждалась пытками воспоминаний Гаюса о потери сына. Затем, резко потеряв к этому интерес, она вернула внимание на ребенка.

— Он станет частью меня, как и было суждено. Но сначала…

Эхо слов испарилось, и Гаюс напрягся. Что еще? Он захватил пророчицу, ее защитника и принес ребенка. Довел до конца две невыполнимые задачи. Он ведь выполнил свой долг, так?

Похоже, что нет, поправил Гаюс себя под хмурым взглядом Темной Властительницы.

— Да?

На ее щеках появились ямочки.

— Нужно принести жертву.

Гаюс зашипел от опасного удивления.

— Я?

От проблеска страха в его глазах, улыбка Темной Властительницы стала шире.

— Ты себя предлагаешь?

Гаюс хмуро начал подавлять панику.

— Сомневаюсь, что я подойду.

— Уверен?

— Госпожа, прошу…

— Не переживай, Гаюс. Как ты и сказал, твоя кровь не подходит, — жестоким тоном поддела женщина. — Не так непроницаем к смерти, каким себя считал, да?

Гаюс замер от стыда. Не удивительно, что Темная властительница ощущала его нарастающую апатию. Или это из-за того, что она знала о том, что разрушила его иллюзии, заставляя стать безразличным к жизни и смерти.

Сука.

— Хочешь, чтобы я вернулся в мир и подготовил все тебе необходимое? — осторожно поинтересовался Гаюс.

— На самом деле, у меня все под рукой.

Гаюс осмотрел густой туман. Не могло же все необходимое быть здесь.

— Кто же станет жертвой?

— Кейн сейчас уже должен был убить пророчицу.

— Кейн? Невероятно, — пробормотал Гаюс, слишком потрясенный, чтобы удержать язык за зубами. Он видел, как Кейн защищал пророчицу. Вер готов был умереть, чтобы защитить женщину. Внезапно по телу Гаюса пронеслась волна резкой боли, напоминая об опасности необдуманных слов. — Я хотел сказать, что Кейн предан пророчице и не станет ей вредить.

— Благодаря заклинанию Долфа, Кейн не в своем уме, — напомнила Темная Властительница со сдержанной улыбкой. — И, конечно, я могла вызвать безумие.

Гаюс подавил неверие, сосредотачиваясь на более важном.

— Но почему? — Он медленно поднялся. — Ты так отчаянно жаждала пленить Кассандру.

Темная Властительница посмотрела на ребенка и, на мгновение, воздух наполнился жгучей ненавистью, пока женщина не взяла себя в руки.

— Она оказалась огромным разочарованием.

Гаюс почувствовал, как на затылке встали волосы дыбом. Под понятием разочарования могло крыться все что угодно. Может Кассандра отказалась сотрудничать. Или может с момента захвата у нее не было видения. А может, видение было, невозможно расшифровать.

Но Гаюс был уверен, что ничего из вышеперечисленного.

Темная Властительница была готова уничтожить пророчицу лишь из-за неугодного видения. А это сулило дурные вести для Гаюса. Cristo.

Он убедился, что никогда не воссоединиться со своей парой. Теперь же Гаюсу пришлось столкнуться с возможностью, что божество, хранящее его душу, утащит его за собой в пекло ада.

— Какая жалость

Темная Властительница вскинула голову и окинула его яростным взглядом.

— Найди собаку и приведи ко мне.

— Слушаюсь.

С низким поклоном, Гаюс обернулся и исчез в клубящемся тумане, следуя по запаху Вера.

 

Глава 17

Касси не представляла, как долго уже бежит в путающемся тумане. Или куда. Единственной её мыслью было попытаться сбежать от Кейна, который преследовал ее с сумасшедшей жаждой крови. Но выяснив, что прятаться было негде, да и стряхнуть с хвоста преследователя невозможно, Касси остановилась. Затем развернулась и вытянула вперед руку.

— Остановись.

Удивленный вер замедлился и начал выхаживать вокруг нее, втягивая воздух, словно искал скрытую ловушку. Или может, смаковал запах ужина, сухо подумала Касси, ожидая пока он встанет прямо напротив нее. В голубых глазах горело пламя его волка. Касси заставила себя выдержать этот голодный взгляд, отчаянно стремясь достучаться до мужчины скрытого за личиной зверя.

— Прошу, Кейн, послушай, — тихо призвала она. — Ты должен вспомнить. Прислушайся к себе, ты меня знаешь.

Существо оскалилось, демонстрируя огромные клыки, его мутировавшее сознание не узнавало Касси.

Значит, вот он.

Конец.

Приняв, что сейчас находилась на грани смерти, Касси расправила плечи и ждала смертельного удара.

Которого так и не последовало.

Вместо нападения, Кейн обернулся через плечо и поднял наполовину трансформированную лапу, демонстрируя острые когти.

Что теперь? Касси осторожно сместилась, чтобы не отрывать взгляда от Кейна, но продолжая ощупывать туман позади себя.

Чтобы не приближалось, оно заставило Кейна напрячься в ожидании битвы.

Внезапно, Касси уловила запах вампира. Знакомого вампира.

Прекрасно. Чертовски прекрасно.

Туман еще раз закрутился, а затем пелена разошлась, явив пиявку с темными волосами, виновника того, что они сейчас находились в чертовой дыре.

— Гаюс, — выдохнула Касси, словно проклятье.

Подойдя ближе, Гаюс немного склонил голову.

— Пророчица.

— Ублюдок. — Она сжала кулаки, мечтая обладать достаточной силой, чтобы вырвать его небьющееся сердце. — Это ты во всем виноват.

Гаюс выгнул темную бровь на такое обвинение.

— Это заклинание Долфа превратило твоего защитника в, — он махнул рукой сторону настороженного Кейна, — чудовище.

— По твоему приказу.

— Не моему, — отказался вампир, бледное лицо которого, как ни странно, явило бывалое высокомерие. — И ты будешь, рада узнать, что Долф понес наказание. — Он сделал шаг вперед. — Он умер одно из самых жутких смертей, которые я когда-либо видел.

Кейн зарычал, перемещая свирепый взгляд с Касси на Гаюса. Без сомнений, он решал, кого убить первым.

— Назад, — отрезала Касси, незаметно ставя себя между Гаюсом и Кейном. Что, естественно, смехотворно. Им обоим приказано убить ее, но Касси проклянет себя, если позволит вампиру навредить Кейну. И этот вампир так же, как и она, нашел ее защиту нелепой.

— Как там в поговорке? Между молотом и наковальней? — презрительно спросил он, махнув рукой на Кейна.

Касси зашипела, когда воздух засверкал от силы, висевшей между ней и внезапно взбесившемся Вером.

— Что ты сделал? — потребовала она, вздрагивая, когда Кейн начал кидаться на невидимый барьер, чтобы тут же оказаться отброшенным. Явно разозленный, Кейн тряхнул головой и попытался вновь кинуться на препятствие. Потом еще раз. И еще.

Касси прижала руку к губам, пока Кейн вновь и вновь врезался в невидимую стену. Его пятнистый мех пропитался кровью, а морда исказилась от разочарования.

Наконец, доведенный до бешенства неспособностью добраться до цели, Кейн задрал голову и взвыл, обещая скорую погибель.

— Это временный барьер, — проговорил Гаюс с гримасой, инстинктивно отступая от неуравновешенного зверя. — У нас лишь несколько минут, так что нужно быстрее поговорить.

Касси обернулась, чтобы посмотреть на вампира.

— Я ничего не хочу от тебя слушать.

— Не будь такой уверенной.

Что-то в его ледяном тоне заставило проглотить Касси слова жгучей ненависти и отнестись к Гаюсу с настороженным подозрением.

— Что ты хочешь?

— Меня послала Темная Властительница.

Касси закатила глаза. Это и есть огромное потрясение?

— Без сомнений, чтобы убить меня? — пробормотала она.

Гаюс пожал плечами.

— Фактически, ты уже должна быть мертва.

— Извини, что разочаровала.

— Не меня ты разочаровала.

Касси нахмурилась.

— Я не понимаю.

Вампир пригладил свой элегантный костюм, пиджак был в пыли и порван в нескольких местах.

— Полагаю, ты сглупила и поделилась с Темной Властительницей неугодным пророчеством?

Будто у нее был выбор. Касси сгорбилась.

— Я не контролирую видения.

— Что ты видела?

— Надежду.

Гаюс сдавленно фыркнул, мудро поняв силу этого слова.

— Ах. Опасное видение. — На долю секунды на его лице читалось болезненное отчаяние, но он вновь взял себя в руки. — Неудивительно, что Темная Властительница обеспокоена тем, чтобы убрать тебя.

Касси изучала вампира с растущей сумятицей. Что он хотел от нее? Обещания, что Темная Властительница вернётся в мир? Видение о себе? Возможность помучить Касси перед тем, как убить?

— Моя смерть не изменит будущего.

— Переделать будущее? Вероятно, нет. — Казалось, Гаюс подбирал слова. — Но твоя смерть сместит баланс.

Касси отмахнулась от его слов. Будущему место в будущем. Ее сейчас больше волновало настоящее.

— Поэтому Темная Властительница так жаждет моей смерти?

Гаюс невесело улыбнулся.

— Госпоже не нужны причины убивать. Достаточно того, что ты больше не будешь служить своей цели.

Верно. Так почему он не наносит смертельного удара? Неужели его стремление угодить госпоже начало увядать? И если да, то почему? Нет, неважно почему. Больше имеет значение, как использовать его покачнувшуюся верность?

— А что ты?

— Я?

— Ты все еще служишь своей цели?

На худощавом лице не было ни одной эмоции.

— Мне приказали привести Вера Темной Властительнице.

— О, боги.

Касси обернулась и посмотрела на Кейна, который тревожно выхаживал перед барьером, в его глазах горело безумная жажда насилия. Темная Властительница хочет Кейна по самым злобным причинам.

— Зачем?

— У нее дитя.

Затерянная в страхе за Кейна, у Касси ушло пара секунд на осознание слов Гаюса.

Альфа.

Он здесь даже несмотря на попытку Касси предупредить Стикса. Означает ли это, что война проиграна?

— И через туман воссоединиться… — произнесла она сухо.

Гаюс кивнул.

— Именно.

Касси сопротивлялась панике. Не могло быть слишком поздно. Она отказывалась признать поражение. Наконец, она обрела голос.

— Она возродится в близнецах?

Гаюс пожал плечом, вновь посмотрев на Кейна.

— Церемония завершиться после приношения подходящей жертвы.

Касси напряглась. Нет. Нет. Нет. Встав между вампиром и Кейном, она приготовилась к бою на смерть. Ни за что на свете, она не позволит Темной Властительнице использовать Кейна, чтобы привести свое войско в мир.

— Нет.

Гаюс посмотрел на нее, взглядом темных глаз изучая решительное выражение.

— Не тебе решать.

— Может и нет, но подумай, сможешь ли ты одолеть нас обоих? — Касси блефовала.

— Я не бессилен.

Разведя ноги, она встала в боевую стойку.

— Как и я.

Вампир больше казался заинтересованным, чем разозленным ее неповиновением.

— Ты намерена защищать его, хотя он только что пытался тебя убить?

Касси не колебалась.

— Конечно. Что бы сделал ты для защиты своей пары?

Блик отчаяния вновь появился в глазах Гаюса, словно его одолели нежелательные воспоминания.

— Продал душу.

Касси уверенно пошла вперед, смутно надеясь вернуть намек на эмоции вампира. Существо, которое могло испытывать такие глубокие чувства, не может быть абсолютным злом.

— Не только я нахожусь между молотом и наковальней, да? — тихо спросила Касси.

Гаюс замер, с опозданием понимая, что уже сказал лишнего.

— Слишком поздно.

— Никогда не поздно. — Касси сделала еще шаг вперед, с бессовестно удовлетворенным выражением лица. К чему теперь волноваться о гордости? Она будет ползать на коленях и целовать ноги долбаного вампира, если он поможет им выбраться из тумана.

— Помоги нам.

Он невесело хмыкнул.

— Ты веришь, что я могу исправиться после стольких веков?

Верила ли она? Касси скривилась. С чего это она решила положиться на навыки лести? Каждый раз, когда она делала очередной шаг, ей приходилось врать. А сейчас оставалось лишь пожать плечами и увиливать от правды.

— Я видела надежду в видении. Для всех нас надежду. — Она протянула изящную руку, внезапно по спине пробежал холодок. — Прошу.

Прошла долгая минута молчания, и Касси пришлось прикусить язык, так как срочность ее подгоняла. Что-то грядет. Что-то нехорошее.

Но Гаюс и без давления был напуган. Казалось, минула вечность, когда он, наконец, выдал проклятье.

— Я пожалею об этом.

У Касси не было время на облегченный вздох. Не тогда, когда тяжелое ощущение близящейся смерти уплотняло воздух так, что становилось трудно дышать.

— Ты можешь вытащить нас отсюда? — отрезала она.

Вампир стиснул тяжелый медальон, висевший на его шее.

— Да.

Он закрыл глаза, словно концентрируя силы, и в тот же момент певучий голос раздался в воздухе.

— Гаюс, — промурлыкала приближающаяся женщина. От пронесшегося жара Касси едва не рухнула на колени. — Где ты, непослушный вампир?

Кейн запрокинул голову и завыл, но сложно было сказать от ярости или страха. Гаюс же держал глаза крепко зажмуренными, на его бледном лице читалось потрясенное выражение.

— Cristo, — пробормотал он. — У нас не осталось времени.

— Сконцентрируйся, — настаивала Касси, стиснув зубы, от боли возникающих на коже волдырей. Кейн скулил от нарастающей боли. Вместо ответа, Гаюс схватил ее сильной хваткой. Касси вздрогнула, когда мир начал мрачнеть.

— Нет… — Она вырывалась из его хватки. — Я не уйду без Кейна.

Гаюс хмурился, отказываясь отпускать Касси.

— Ты больная? Он убьет тебя. Если Темная Властительница не опередит его.

— Плевать. — Она отчаянно вырвалась и тут же вернулась в туман, пропитанный обжигающим жаром. — Я не уйду без него.

— Глупые собаки, — пробормотал Гаюс, махнув рукой. Барьера не стало, но пульсирующий жар поставил Кейна на колени, заставляя его волка съеживаться от боли. Подбежав к Кейну, Касси протянула руку Гаюсу.

— Она идет, — предупредила она вампира, начавшего сомневаться. Будто он сам не чувствовал режущие мазки силы. А затем, тряхнув головой, схватил Касси за протянутую руку, и тьма вновь начала окутывать их, словно пузырь. В отдалении Ксси услышала пронзительный визг, от которого почти лопнули ее барабанные перепонки.

— Нет. Что вы, глупцы, делаете? — Туман рассеялся, открывая взору стройную девушку, глаза которой горели багрянцем. — Вам не сбежать от меня.

Тьма продолжала утолщаться, но недостаточно быстро. Касси дрожала, пока девушка продолжала приближаться, на ее милом личике читалась сама ярость. Со скоростью, почти, света, девушка оказалась рядом с ними, просунула руку в трещину, которую создал Гаюс и схватила его за волосы.

— Гаюс, — в ужасе выдохнула Касси, замечая, что пузырь начал содрогаться.

Вампир округлил темные глаза от ужаса, но, удивительно, махнул Касси в центр трещины.

— Иди, — приказал он.

Касси медлила, понимая, что вампир приносил себя в жертву ради них. Но почему? Не он ли охотился за ними, пытал Кейна омерзительным заклинанием дворняги, а затем привел в таинственное измерение, чтобы отдать Темной Властительнице? Почему именно сейчас он решил предать свою госпожу? В голове едва сформировался этот вопрос, когда на Касси обрушилось видение. Она застонала. Яркий образ появился и исчез, прежде чем она полностью сосредоточилась на нем, но Касси поняла, что это предупреждение.

Не для нее. А для вампира, которого только что выдернула назад разъяренная Темная Властительница.

— Гаюс, слушай меня, — выкрикнула она, стараясь перекричать вопли девушки. — Лица, независимо от того, насколько знакомы, могут оказаться ложью.

Его голова была запрокинута назад, кровь сочилась из-под волос, стекая по лбу, но ему удалось нахмуриться.

— Что?

— Не верь глазам.

Ничего не понимающего Гаюса выдернули из пузыря и откинули в сторону. Касси увидела, как он свалился бессознательной кучей, а потом появилась рука, тянущаяся к Кейну.

— Я не откажусь от своей жертвы, — отрезала Темная Властительница.

Явно ощутив опасность, Кейн зарычал и оскалился. Девушка проигнорировала угрозу и схватила Кейна за загривок. Касси не могла точно сказать, считала ли Темная Властительница, что Кейн не способен ей навредить или думала, что она его очень пугала и ничто не важно в пылу драки. Вопреки логики, она грубо недооценила сумасшествие Кейна. В тот момент, когда пальцы Темной Властительницы сжали мех, свихнувшийся Вер извернулся и погрузил зубы глубоко в предплечье девушки.

Касси не была настолько глупой, чтобы верить, будто Кейн мог повредить столь сильному существу, но смог отвлечь.

Без сомнений, у них был единственный шанс, а значит бежать сейчас или никогда. Не дав себе времени на раздумья, Касси бросилась вперед, намереваясь в полной мере использовать элемент неожиданности, и протаранила огромное тело Кейна. Она хотела лишь оторвать его от Темной Властительницы, а после… Ну, по правде говоря, дальнейшего плана не было.

Но из-за ее неожиданной атаки, Кейн неловко споткнулся, глубже впиваясь зубами в руку Темной Властительницы, и упал назад. Одновременно, он обнял мускулистой рукой Касси за талию, утягивая за собой.

Темная Властительница вновь завизжала, а тьма продолжала уплотняться вокруг них, затягивая в открытую щель. Касси застонала, когда Кейн вонзил когти в ее спину, но вырваться из его жесткого захвата было невозможно, пока они летели через пустое пространство. Кроме того, она и не хотела вырываться.

Они все дальше и дальше улетали от ярости Темной Властительницы. Касси было все равно куда они падали. В любом случае, то место будет лучше прежнего.

***

У Черта на куличках, Иллинойс

Стикс безостановочно бежал около двух часов, затем резко остановился посреди узкой тропы, которая исчезала под сорняками. В тишине, он изучал пустую фабрику, окутанную тенями. Спустя минуту он понял, почему заброшенное здание привлекло его внимание.

Да, мигающей вывески «Логово приспешников зла» не было, да и в разбитые окна не выглядывали злобные существа, одетые в униформу плохишей.

Как раз, наоборот. С первого взгляда, легко можно предположить, что многие года ничего не беспокоило рушащуюся кучу кирпича и стали. Не было никаких следов, помета животных, даже паутины не было. И именно отсутствие нарушителей, как людей, так и животных, подсказало Стиксу, что в этом районе было что-то сильно подозрительное.

— Леве, подожди, — приказал он.

Горгулья неохотно остановился, окинув нетерпеливым взглядом Стикса.

— Pourquoi? Мы наконец приблизились к нему.

— Костас рядом.

— Non. — Крошечный демон покачал головой, указывая на заброшенную дорогу, ведущую к огням Сент- Луиса. — Его след ведет в город.

Стикс указал на пустующий склад

— Он дважды проходил здесь.

Дарси встала рядом с ним, склонив голову на бок и изучая упрямое выражение Стикса.

— Откуда ты знаешь?

— Так бы поступил я сам.

Леве замахал крыльями, топая к Стиксу.

— И только такое доказательство у тебя есть?

Стикс проигнорировал надоедливого горгулью, взмахом руки подзывая Ягра и Джейлин, скрывающихся в тенях.

— Ягр, зайди с обратной стороны здания и убедись, что ничто не пройдет мимо тебя.

— Понял.

Огромный вест-гот, чьи клыки блестели в лунном свете, исчез на запредельной скорости, уже держа наготове меч.

— Джейлин.

— Да? — Крошечная охотница поглаживала свой обрез, в ее глазах сверкало нетерпение. Она больше других страдала от высокомерия Костаса. Черт, ублюдок хотел казнить ее. Неудивительно, что Джейлин натерпелось наложить руки на бывшего Руаха.

— На крышу.

Она исчезла с такой же скоростью, как и Яр, смешиваясь с темнотой. Стикс все еще стоял на тропе, заставляя себя ждать, пока его солдаты займут позиции и осматривая беспокойным взглядом двухэтажное здание. Кирпичи выцвели до бледного цвета ржавчины и кое-где из них торчали, как шипы, прутья арматуры. Крыша провисла, а оконные рамы сгнили. С ближайшей к ним стороны, находилась парковка, асфальт которой был испещрен трещинами, в которые пробивалась густая трава.

Однако на стальных дверях был новый замок, а в воздухе летал слабый запах феи. Без сомнений, Костас привел с собой ужин.

По дороге к складу, Стикса остановил Леве, встав на его пути.

— А я?

Стикс подавил рвущееся проклятье.

— Следи за дорогой. Не хочу, чтобы кто-то или что-то незаметно подкралось ко мне.

— Ба. — Леве дергал хвостом. — Мои таланты здесь не пригодятся.

Стикс нахмурился.

— Какие таланты?

— Думаю, он говорит о магических талантах, — аккуратно напомнила Стиксу Дарси, слабо улыбаясь.

— Точно. — Леве указал когтем на Стикса. — Ты просто пытаешься от меня избавиться.

— Хорошо. — Стикс сложил руки на груди. — Если хочешь схлестнуться в битве с одним из самых сильных вампиров, ходящих по земле, который не просто тысячелетиями обучался быть идеальным убийцей, но и недавно продал душу Темной Властительнице, тогда вперед.

— Ах. — Горгулья откашлялся, потирая рог, и посмотрел на дорогу. — Вероятно, будет лучше, если я покараулю здесь.

— Отличный выбор, — сухо ответил Стикс. Затем, понимая, что в предстоящей битве будет сложно победить, оглянулся с настороженным взглядом, на свою упрямую пару. — Ты, — прорычал он, приподнимая ее лицо, — остаешься здесь.

Любое другое существо потеряло сознание от чистейшего ужаса. Стикс — опаснейший демон. Естественно, Дарси встала на цыпочки ткнула пальцем в грудь Стиксу. И каким бы опаснейшим Стикс не был, для его крошечной пары он был другим.

— И позволить тебе пойти туда одному? — Ее глаза сверкали изумрудом. — Ни. За. Что.

— Дарси.

— Не надо мне тут «Дарси». — Тык. Тык. Тык. Она почти проделала дыру в его груди. Стикс схватил ее руку и поднес палец к губам, не столько, чтобы она не делала ему больно, а больше, чтобы успокоить Дарси.

— Ангел, мы оба знаем, что Костас с пеной у рта желает добраться до меня, после того, как я сместил его с поста Руаха.

— Именно поэтому, ты не должен в одиночку противостоять ему, — указала она сквозь стиснутые зубы. — Очевидно, что он уже перешел грань.

Стикс пожал плечами.

— А еще он вовлечен в процесс реинкарнации Темной Властительницы. Мой долг остановить его.

— А не исполнил ли он уже свою роль? — хмуро уточнила Дарси.

Стикс зарычал от нежелательного напоминания. Клыки ныли от жажды крови. Крови Костаса. Сволочь прокрался в логово Стикса и выкрал ценнейшего ребенка, которого Стикс начал любить, как родного сына. А зачем? Потому что раздутая гордость Костаса была задета, когда его сместили с поста главы Аддонексуса.

— Одну свою роль. По крайней мере, ту, о которой нам известно, — ответил он. — И мне нужно знать, должен ли он сыграть еще какую-то роль. И куда важнее, мне нужно знать есть ли среди моих людей еще предатели.

Дарси замерла, благодаря их связи, она в полной мере ощущала невыносимое поражение, разливавшееся в душе Стикса.

— Думаешь, он сознается тебе в своем преступлении? — тихо спросила она.

— Он верит, что задел меня. И слишком высокомерен, чтобы не похвастаться этим.

— А если не станет?

— Я его убью.

Дарси, прекрасные черты, лица которой стали угрюмыми, пораженно выдохнула и положила голову на небьющееся сердце Стикса.

— Будь осторожен.

Стикс прижался губами к ее макушке, смакуя тепло, которым Дарси окутывала его. Как, черт возьми, он вообще жил без этой удивительной женщины?

— А разве я когда-то не был осторожен?

Дарси фыркнула, и отстранилась, чтобы бросить на него хмурый взгляд.

— Бессмертие не дает тебе иммунитета к смерти.

— Не беспокойся, ангел. — Он поцеловал ее в лоб. — Ты так легко от меня не избавишься.

— Стикс, — пробормотала она, желая заверить себя, что его жажда мести не затуманит здравый смысл.

— Я буду сама осторожность, обещаю, — поклялся он, еще раз целуя Дарси в лоб, а затем посмотрел на парящего горгулью. — Позаботься о ней.

Леве торжественно кивнул головой.

— Всегда.

Отстранившись от своей пары, Стикс развернулся к пустой парковке.

Незаметно подкрасться не удастся. Благодаря богам, ацтекские воины, ростом в шесть футов пять дюймов, не поступали подло. По крайней мере, не всегда. Но они довольно хорошо убивали, утешил себя Стикс, ударяя ногой по стальным дверям.

С разрывающим барабанные перепонки скрипом, двери слетели с петель и пронеслись через узкий коридор. Стикс не остановился. Пройдя по дырявому линолеуму, он направился к лестнице в подвал. Внизу воздух был прохладнее, Стикс вытащил меч из ножен, как только запах, феи стал сильнее.

Предатель близко.

Прижавшись спиной к стене, Стикс пробирался дальше по узкому коридору. Он медленно вошел в комнату, которой заканчивался коридор и осмотрел её. Бетонная коробка, размером шесть на шесть, без какой-либо мебели, кроме длинного, деревянного стола, с кровавыми подтеками.

Алтарь?

Поэтому Костас выбрал это место для укрытия? Считал, что новая госпожа поможет скрыться от гнева Стикса? Куда же еще идти за помощью, как не в храм, где ей поклоняешься.

Скривив от отвращения губы, Стикс прошел через дверной проем, бросив мимолетный взгляд на фею, свернувшуюся в углу. Бедное существо дрожало от очевидного ужаса, ее темно-рыжие волосы спутанными патлами скрывали заплаканное лицо. Однако, внимание Стикса привлекли ее широко распахнутые глаза. Проследив, за ее взглядом, Стикс встал прямо у алтаря.

— Можешь выйти из теней, Костас, — велел Стикс. — Я знаю, что ты здесь. Чую твою ничтожную душонку.

Затхлый воздух завертелся, а затем из темноты явился Костас. Одетый в тесно облегающую футболку, подходящую по цвету к брюкам. Вампир держал огромный кинжал, другое лезвие было закреплено в ножнах на талии, а в наплечной кобуре находились два пистолета. Костас походил на параноика Рембо на стероидах.

Фыркнув, Стикс сделал шаг вперед, растянув губы в улыбке. Охотник же поспешно отступил, стиснув кулаки. Затем, осознав, что продемонстрировал уязвимость Стиксу, расправил широкие плечи и уставился на Анассо.

— Это твой отвратительный каменный зверек привел тебя сюда? — насмехался он.

Стикс пожал плечами.

— А это важно?

— Тебе должно быть стыдно, — выплюнул Костас. — Ни один уважающий себя Анасо не нуждается в способностях никчемных демонов для выполнения своих обязанностей. Особенно в способностях крошки-горгульи, от которой отказалась его гильдия. Ты — позор для вампиров.

Стикс оскалился. Дикое желание разорвать ублюдку горло одолевало Анассо. И лишь понимая, что предатель мог подсказать, как спасти Малухия, останавливало его.

Вскоре… да, очень скоро ублюдок собирался познать мир боли.

— Ты смеешь утверждать, что я позор, когда сам предал свой народ? — обвинил Костаса Стикс с ледяным презрением. — И ради чего? — Он указал кончиком меча на центр пустой комнаты. — Этого?

— Ты скоро узнаешь. — В темных глазах сверкала животная ненависть. — Ребенка доставили, и теперь ничто не остановит возвращение Темной Властительницы.

Стикс зашипел от боли, несмотря на подозрение, что Малухия в руках злобной стервы. Очень скоро, он уничтожит всех ответственных за похищение ребёнка. Однако сейчас, он мог только спровоцировать предателя, выдать всю имеющуюся информацию.

— Тогда, не должен ли ты праздновать, а не укрываться в грязном подвале? — протянул Стикс.

— В свое время.

— А не думаешь, что когда ты послужил своей цели, о тебе забудут?

Костас сильнее стиснул кинжал, но не сглупил и не атаковал Стикса. Они оба знали, что в честной борьбе Стикс надерет ему зад.

— Скоро я заполучу свою награду.

— Когда? — Стикс продолжал давить. — Откуда такая задержка?

— Ты действительно считаешь меня таким идиотом, чтобы раскрыть тебе планы Темной Властительницы? — отрезал Охотник.

Презрительный смех Стикса наполнил комнату.

— Нет. Потому что тебе неизвестны его… — Он замолчал, скривившись, и напомнил себе, что теперь нужно говорить «её». — Её планы. По крайней мере, не больше, чем другой низший прихлебатель знал бы.

Костас выпятил грудь, но Стикс ощутил, как его дразнящие слова задели за живое. Вампир не был так близок к новой хозяйке, как хотел убедить Стикса.

— Низшему прихлебателю не удалось бы выкрасть младенца из-под твоего носа. — Он намеренно напомнил Стиксу об ошибке. — Ты со своими Воронами думаешь, что лучше других вампиров. Высокомерные сукины дети.

Ревность вампира к Воронам Стикса материализовало силу в воздухе.

Господи, неудивительно, что гнойная горечь привела его в служение Темной Властительнице. Удивительно лишь, что на это ушло так много времени.

— Но все именно так, да? Тебя использовали и выбросили. Неудивительно. — Стикс окинул отрешенным взглядом, стоящего перед ним, мужчину, задерживаясь на оружии, а затем вновь посмотрел в темные от обиды глаза. — Ты всегда перегибал палку в оценке своей значимости.

— Ты ничего не знаешь, — взорвался вампир. — Госпожа больше других склонна ко мне.

Стикс покачал головой, заслышав отчаяние в голосе мужчины. Он тратил его время. Идиот был не лучше других незначимых приспешников, которые верили в обещания Темной Властительницы. Печально.

— Это ты ничего не знаешь, — прорычал он, поднимая меч. — А значит, мне не за чем оставлять тебя в живых.

Понимая, что Стикс серьезно настроен, лишить его головы, Костас начал отступать, пока не ударился об угол стола.

— Ты не можешь меня убить.

— На самом деле очень даже могу. Хочешь, чтобы я продемонстрировал?

— Нет.

Стикс улыбнулся.

— Это был риторический вопрос.

Тщетно силясь остановить неминуемую смерть, Охотник нагнулся над столом, устремив взгляд в потолок.

— Услышь меня, дражайшая Госпожа.

Стикс закатил глаза. Идиот.

— Ты ведь не думаешь…

Его насмешливую фразу оборвало жужжание жара, пронесшегося по комнате. Удивлённо заворчав, Стикс сильнее стиснул меч, ощущая приближение чего-то… огромного.

Огромного, плохого и злобного.

Эта скотина действительно призвал Темную Властительницу? Или это просто удача, что из всех жалких молитв коварная сука услышала именно Костаса? Если только позлить Стикса. Инстинктивно, Анассо сделал шаг назад, с опаской наблюдая за мерцающей линией, появляющейся прямо над столом. Длинная, тонкая полоса не походила на портал, хотя Стикс не разбирался в этом.

На самом деле казалось, будто воздух открыва