«Дорогая Делия!

Я оставила эту записку для тебя, потому что не совсем уверена, что ты выслушаешь меня.

Знаю, ты с нетерпением ждешь того, что лорд Мистери приготовил для тебя, и, поскольку желаю тебе добра, дорогая сестра, убедительно прошу быть крайне осторожной. Мне известно твое желание стать опытной женщиной, но боюсь, что ты готова отдать еще и свое сердце этому человеку. Я подозреваю, что ты смогла достаточно спокойно пережить потерю Уилмонта, потому что между вами не было настоящей любви, но сейчас, мне кажется, ты опасно приблизилась к тому, чтобы впервые безоглядно влюбиться.

Признаюсь, за последние несколько месяцев ты много раз удивляла меня, однако, хорошо зная тебя, могу предположить, что, если твоим сердцем завладела любовь, оно может быть легко разбито. Боюсь, мой совет слишком запоздал, и все же будь осторожной, дорогая сестра. Не допусти, чтобы твое пристрастие к приключениям привело тебя к жестокому разочарованию.

Теперь на другую тему. У меня появилось множество изумительных идей по поводу обновления оставшейся части дома. Думаю, ты, как и я, довольна результатами наших усилий по оформлению твоей спальни в нежных голубых тонах, хотя я стараюсь не думать о том, что именно может происходить в этой комнате».

Охваченная любопытством, Делия придвинулась к самому краю сиденья кареты. Она находилась одна в закрытом экипаже и немного удивилась, когда узнала, что Тони не будет сопровождать ее. Правда, его отсутствие вызывало восхитительное ощущение таинственности происходящего. Она улыбнулась. С каждым поворотом колес кареты ее волнение и предвкушение чего-то необычного возрастали.. Было очень приятно выбраться из дома в такое тихое блаженное утро. В последние дни в доме пребывало множество различных людей: маляры, обойщики, мебельщики, швеи. Правда, все они действовали под руководством Кэсси, которая походила на главнокомандующего войском, вооруженным молотками, красками и тканями. Происходящее напоминало Делии сцену из Бедлама, хотя сестра постоянно уверяла ее, что хаос находится под контролем и дела идут прекрасно. Тем не менее Делия заметила, что некоторые из ее вещей в спальне, которой она до сих пор пользовалась, стояли уже в другом месте, хотя ничего не пропало. Вероятно, похозяйничали новые служанки, и у нее появилось странное ощущение чего-то неладного.

Делия восхищалась открывшимся у Кэсси талантом к отделке комнаты. Она подстегивала своим отношением и энергией энтузиазм и решимость сестры. Конечный результат представлялся изящной гармонией голубых и золотистых тонов, шелка и атласа, из которых вырисовывалась превосходная новая спальня для независимой женщины. Женщины, склонной к искушению.

Делия выглянула в окошко кареты и заметила, что они свернули в Гайд-парк. В ранний час он выглядел пустынным и тихим.

Ее глубоко тронула забота Кэсси, но сестра зря беспокоилась. Как и с Чарлзом, Делия хорошо сознавала, на что идет. С Чарлзом она понимала, что на карту поставлены ее репутация, целомудрие и возможный скандал. С Тони все проще: в данном случае ставкой являлось только ее сердце. Она отдавала себе отчет, чем рискует, однако не боялась риска ради приключений, какие бы Тони ни приготовил для нее. И не боялась того, что собиралась сделать для него.

Карета остановилась, дверца открылась, и Тони просунул голову внутрь.

— Чудесное утро для приключения, леди Уилмонт. — Он улыбнулся и помог ей выйти из кареты в пустынном месте парка у дальнего конца озера Серпентайн, где она прежде никогда не бывала. Почти как незнакомая страна. Как волнующе. Что придумал этот мужчина?

— Действительно чудесное, лорд Сент-Стивенс. — Она задержала свою руку в его руке чуть дольше, чем надлежало, и посмотрела ему в глаза. Ее сердце учащенно забилось. — И где же мое приключение?

Он взял ее под локоть.

— Вы имеете в виду ваше необычайное приключение?

— Разумеется.

— Я вижу, вы полны решимости. — Он обогнул вместе с ней карету. — Кажется, приключение, а я убежден, что его можно отнести к категории необычайных, уже начинается.

Она проследила за его взглядом и резко остановилась:

— Что это?

— Ну, Делия, ты прекрасно знаешь, что это. — Его губы тронула удовлетворенная улыбка.

— Верблюд, — медленно произнесла она.

Очень большое светло-коричневое животное стояло около дороги, спокойно что-то жуя с довольным видом, но Делия заподозрила, что здесь кроется какая-то уловка. Такое огромное создание не могло долго оставаться совсем спокойным. Кроме того, она вычитала где-то, что верблюды — недоброжелательные животные. Улыбающийся погонщик держал поводья, и она надеялась, что держал он их крепко. Делия видела верблюдов только нарисованных в книжках или на картинах, изображающих пустыню. Она не представляла, что они могут быть такими большими и грозными.

— Да, действительно верблюд. — Тони отошел и раскинул руки на всю ширину, показав размеры огромного животного. — И он твое первое необычайное приключение.

— Прелестно, — тихо отмстила Делия.

— Ты говорила, что хотела бы покататься верхом на верблюде. — Тони снова развел руки, и Делия готова поклясться, что ей послышалось, будто бы издалека донесся трубный звук фанфар. — Вот он перед тобой.

— Я вижу. — Боже, какой он огромный. — Могу я поговорить с тобой? Наедине?

— Конечно. — Тони взглянул на погонщика и понизил голос, обращаясь к нему: — Она очень взволнована увиденным.

— Понимаю, милорд. — Мужчина продолжал улыбаться.

Делия зашла за карету, и Тони последовал за ней. Сложившаяся ситуация выглядела нелепо и смешно. Неужели он мог хотя бы на мгновение представить, что она воспользуется таким предложением?

Делия резко повернулась к нему:

— Ты с ума сошел?

— Да, я без ума от желания и страсти. — Он широко раскрыл глаза. — Возможно, даже от любви.

— Ну что ж, пожалуй, только любовь может заставить меня забраться на это… это… животное!

Тони скрестил руки на груди и прислонился к карете.

— Надеюсь, дорогая, ты не боишься сесть на него?

— Конечно, не боюсь, — солгала она. — Только мое поведение будет… — она искала подходящее слово, — весьма неуместно.

Он рассмеялся:

— Едва ли в твоем списке имеется что-либо уместное. Именно неуместность является частью приключения, как и сюрприз. — Тони пристально посмотрел на нее. — Ты удивлена, не так ли?

— О Боже, да!

— Ты говорила, что хочешь покататься на верблюде. Я отчетливо помню твои слова. Из твоих желаний оно стало первым из названных. Поэтому я решил, что оно является самым желанным приключением.

Делия фыркнула:

— Просто первое, что пришло мне в голову, а не то, чего я больше всего хотела. Я имела в виду ездить на верблюде в пустыне, в какой-нибудь экзотической стране, далеко-далеко отсюда, но не в Гайд-парке. Тогда бы можно считать его действительно приключением, а сейчас просто… э-э-э… какая-то насмешка.

— Но о пустыне ты ничего не говорила, — заметил он.

— В тот особенный момент я вообще трудно соображала и не помню, что говорила. — Она сжала руки. — Едва ли я могу отвечать за то, что произнесла не подумав, в порыве…

Он понимающе улыбнулся.

Она не хотела тешить его мужское самолюбие, произнеся слово «страсть».

— Я плохо помню, что говорила тогда.

— К счастью для нас обоих, я хорошо все помню.

— О, какая удача! — Она посмотрела на него. — Ты действительно ужасный человек, Сент-Стивенс.

— Вовсе нет. — Он широко улыбнулся. — Я замечательный человек.

— Ты слишком самоуверен и высокомерен.

Он смиренно пожал плечами, и она усомнилась в своей оценке.

— Я знаю.

Конечно, его высокомерие могло показаться немного забавным, а самоуверенность по-мальчишески восхитительной. Его улыбка заражала веселостью, и Делия постаралась сдержаться, скрестив руки на груди.

— Я не собираюсь забираться на животное.

— Как пожелаешь, — ответил он мягко. — Хотя должен сказать, я удивлен тем, что представительница семьи Эффингтон испугалась простого верблюда. Довольно много людей в мире ездит верхом на верблюдах каждый день. Мужчины, дети и даже… — он сделал многозначительную паузу, — женщины.

Он умел хорошо убеждать. Тони покачал головой.

— Я часто слышал, что женщины семьи Эффингтон существенно отличаются своей породой и воспитанием от других женщин, но, по-видимому, я ошибался. Вероятно, речь идет только о презрении правил, установленных обществом, что на самом деле не связано с риском, реальной опасностью и… необычайным приключением.

Виконт был очень хорош.

Делия сжала кулаки и направилась к верблюду.

— Если я не проедусь на верблюде, Сент-Стивенс, то буду преследовать тебя до конца твоих дней.

Позади нее раздался его смех.

Она приблизилась к верблюду и резко остановилась.

— Он линяет.

— Это верблюдица.

— Ну хорошо. Она линяет. Ее шерсть выглядит так, будто изъедена молью. Она вообще здорова? У нее нет какой-нибудь болезни?

— Она вполне здорова, — отрекомендовал животное Тони. — Я знаю, что верблюды обычно линяют в это время года.

— О, как мило. — Делия стиснула зубы и продолжала движение к верблюду. — Вы подсунули мне линяющего верблюда.

— Что смог, то и достал. Не так-то легко найти в Лондоне верблюда за короткое время. — Тони обратился к погонщику: — У верблюдицы есть имя?

— Ее зовут Бесс, милорд.

— Бесс, — повторил Тони официальным тоном, — позвольте представить вам леди Уилмонт.

Бесс проигнорировала его. Делия тоже никак не отреагировала на его слова.

— Леди Уилмонт, это мистер Томасон, замечательный парень. Он очень умелый специалист по управлению верблюдами.

Мистер Томасон почтительно приподнял шляпу:

— Приятно познакомиться, мэм.

Делия ответила слабой улыбкой, не сводя глаз с Бесс. Ей казалось, что с Бесс лучше быть все время настороже.

Тони кивнул мистеру Томасону, который немедленно выкрикнул какую-то неразборчивую команду верблюдице. По мнению Делии, он мог точно так же приказать ей сидеть, стоять или убить кого-нибудь. Бесс неохотно опустилась на колени, так что ее огромная голова оказалась на одном уровне с головой Делии.

Делия осторожно подошла ближе. У Бесс прелестнейшие глаза: большие, темно-карие, с длинными изогнутыми ресницами. Верблюдица выглядела довольно нежной и даже немного кокетливой. Но Делия решила не поддаваться ложному впечатлению.

Мистер Томасон приставил деревянные ступеньки к боку животного. На спине у Бесс лежал небольшой коврик и странное, но на вид прочное седло из кожи и дерева.

И тут в голову Делии пришла спасительная мысль.

— Я совсем не подумала о костюме для верховой езды. Тебе следовало предупредить меня. Я бы надела его. — Она с сожалением покачала головой и отошла назад. — Жаль, что я не смогу покататься на Бесс в платье.

Делия надела темно-зеленое платье для прогулки. Ей не хотелось одеваться сегодня в черное, и она меньше всего заботилась о последствиях нарушения правил траура — одного из тех строгих правил общества, о которых упомянул Тони.

— Действительно, прелестное платье, — задумчиво подтвердил Тони. — Но я думаю, ты все-таки сможешь испытать приключение.

— О, я хотела бы, однако…

Тони без предупреждения подхватил ее на руки, и не успела она запротестовать, как он взобрался по ступенькам и поместил ее в седло на спине Бесс. Он действовал удивительно быстро.

— Теперь сядь так, как садятся в дамское седло. Ты знаешь, как ездят верхом на лошади?

— Нет, — резко парировала она, затем смиренно вздохнула. — Конечно, знаю.

— Прекрасно.

Он помог ей занять правильную позицию, в результате которой у нее с виконтом возник тесный контакт, вызвавший в Делии волнующее чувство, немного сгладившее охвативший ее ужас. Сейчас в ней проснулась решимость. Она не позволит Сент-Стивенсу и его верблюду одержать над ней верх.

Мистер Томасон передал ей поводья, но, слава Богу, продолжал удерживать верблюдицу за удила.

— Если вы будете держаться за переднюю часть седла, миледи, я прикажу Бесс подняться на ноги.

Делия приподняла подбородок и постаралась придать своему голосу легкость.

— Я знаю.

Она услышала, как Тони недоверчиво фыркнул, однако не повернулась, чтобы наградить его сердитым взглядом, который он заслужил. Она решила устроить ему тоже какую-нибудь гадость, если останется живой.

Верблюдица без предупреждения поднялась на ноги, и Делия подалась вперед, крепко вцепившись в седло. Зажмурившись, она с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Бесс сопровождала свое движение громким фырканьем, которое не вселяло доверия.

— Для начала не так уж плохо, — послышался голос Тони откуда-то сбоку.

Делия осторожно открыла глаза. Тони сидел рядом на лошади немного ниже ее.

— Откуда у тебя взялась лошадь? Он засмеялся:

— Она находилась здесь все время. Очевидно, ты не заметила ее.

— Я занималась другим объектом, — ответила Делия высокомерно.

Сейчас она уже не испытывала прежнего ужаса. Она сидела не намного выше, чем на лошади. Правда, шея лошади находилась значительно ближе. Шея же Бесс оказалась от нее очень далеко, отчего возникало неприятное чувство пустоты. Может, ее пугала незнакомая порода животного, и она вообще не планировала приключения с его участием.

— Хорошо. — Тони кивнул. — Тогда едем!

— Что значит едем?

— Приключение предполагало катание верхом, не так ли? И ты хотела прокатиться на верблюде, а не просто сидеть на нем. — Он усмехнулся. — Стало быть, приключение только начинается.

— Чудесно. — Делия сделала глубокий вдох. Она зашла слишком далеко, и теперь придется совершить хотя бы короткую прогулку верхом на верблюде.

Погонщик повел животное вперед, и она мысленно благодарила его за то, что он не оставил ее одну. Вообще она считалась превосходной наездницей. Во всяком случае, на лошади. Насколько же отличается езда на верблюде?

— Я чувствую себя словно маленькая девочка на пони, — пробормотала она.

Разница проявилась незамедлительно. Верблюд двигался совсем не так, как лошадь. Он так странно раскачивался, что создавалось впечатление, будто находишься в лодке. Но его покачивание нельзя назвать неприятным. Напряжение Делии постепенно спало. Она вполне могла бы ездить верхом на верблюде. И даже получать удовольствие.

— Как интересно, — тихо проговорил Тони. Делия вздрогнула.

— Что-нибудь не так? Он засмеялся:

— Пустяки. Просто я заметил, что Бесс переставляет сразу обе ноги с одной стороны тела, затем обе ноги — с другой стороны. Совсем не так, как лошадь. Просто очаровательно.

— Несомненно.

Спустя несколько минут Делия почувствовала, что не так уж и очаровательно. Боковая качка при ходьбе Бесс вызвала неприятные ощущения в животе у Делии.

— Милорд, Тони. — Она старалась глубоко дышать, чтобы избежать тошноты. — Теперь я хотела бы спуститься на землю.

— Почему? Ты выглядишь очень впечатляюще наверху. Совсем как королева пустыни.

— Тем не менее мне уже достаточно.

— Но ты едва проехала несколько футов.

— И таким образом совершила поездку верхом на верблюде. — Делия не могла признаться, что чувствует себя нехорошо, и заставила себя засмеяться, правда, смех скорее напоминал жалобный писк. — Действительно, необычайное приключение, и я очень благодарна тебе за него. А теперь…

— Ну, не знаю, — уныло покачал головой Тон. — Не уверен, что такую короткую и медленную прогулку верхом можно считать настоящим приключением. Я планировал более резвую езду. Может, даже галопом или тем ходом, который считается у верблюда галопом.

— Я очень признательна за такое предложение, но…

— Меня начинает беспокоить твое поведение, и мне кажется стыдным…

— Тони, — резко произнесла она, — сними меня отсюда сейчас же!

— Хорошо, Делия… — Он присмотрелся к ней. — Ты знаешь, что выглядишь совсем зеленой?

— Я и чувствую себя соответственно.

Тони сделал знак мистеру Томасону, и Бесс остановилась, затем опустилась на колени. Тони быстро спешился и бросился помочь Делии слезть с верблюда.

Когда ноги Делии коснулись твердой почвы, колени ее подогнулись.

— Проклятие. — Тони подхватил ее. — Боже милостивый, Делия, прошу прощения.

Она застонала и поблагодарила небеса за то, что еще не ела сегодня.

Тони усадил ее на деревянные ступеньки и опустился перед ней на колени.

— Опусти голову и дыши глубже.

— Голова у меня не болит. — Тем не менее она последовала его указаниям. После нескольких глубоких вдохов желудок успокоился, и она почувствовала себя значительно лучше.

— Делия? — Тони осторожно коснулся рукой ее шеи. Она подняла голову и взглянула на него.

Его извиняющееся лицо выражало раскаяние и беспокойство, отчего она простила его немедленно. Но не совсем. Он покачал головой:

— Я очень сожалею. Никак не думал, что ты… Она прищурилась.

— Я решил, что цвет твоего лица отражает цвет твоего платья. — Беспомощный тон его голоса почти располагал к себе. Почти. — Я надеюсь… — Он замолчал с выражением нерешительности на лице. — То есть…

— Да?

— Ты ведь не держишь зла на меня? — Он нахмурился. — Я устроил такое приключение с добрыми намерениями. Я просто хотел, чтобы сегодняшний день навсегда запомнился тебе.

— Ты, безусловно, преуспел. Я его никогда не забуду. Лицо его просветлело.

— Значит, ты не сердишься на меня?

Она посмотрела на него долгим взглядом, и ее охватило искушение помучить его немного, по крайней мере пока желудок полностью не восстановится. Однако она сама говорила, что хочет покататься верхом на верблюде. Он ведь не предполагал, что желание свое она выразила импульсивно. И конечно, он не знал особенности ее организма, который не переносил подобной качки. Почему она сама не подумала о последствиях?

— Нет, конечно, не сержусь. — Делия наградила его сочувственной улыбкой. — Очевидно, тебе доставило массу хлопот осуществление задуманного. Ты неплохо справился.

Он вопросительно поднял брови.

— А что ты скажешь о необычности приключения? Она не могла сдержать смеха.

— Ода. .

— Ты лучше себя чувствуешь?

— Намного.

— Прекрасно.

Он наклонился вперед и оперся руками о деревянную ступеньку по обеим сторонам от нее, поймав ее взгляд. Затем произнес низким интимным голосом:

— Значит, теперь я поднялся на строчку выше в твоем списке? Мой номер три?

Его губы находились в нескольких дюймах от ее губ. Стоило ей чуть податься вперед, и она могла бы поцеловать его, обнять и повалиться с ним на землю здесь и сейчас. Прямо перед мистером Томасоном и Бесс, а также на глазах у любого, кто случайно мог проходить мимо. Вот тогда совершилось бы настоящее приключение, и этот день непременно запомнился бы навсегда. Может быть, следует переставить пункты в своем списке?..

— Все зависит, милорд… — Она слегка наклонилась вперед и коснулась губами его губ дразнящим образом.

— Отчего? — Тон его голоса, его глаза и вся фигура выражали искушение. Очевидно, он понятия не имел о приличии. Как восхитительно!

Делия соблазнительно улыбнулась:

— Оттого, какие еще приключения ты запланировал на сегодня.

Он засмеялся и поднял ее на ноги.

— Боюсь, еще слишком рано для следующего приключения.

— В самом деле? — Она посмотрела на него и пожалела, что еще слишком рано для другого приключения, которое пришло ей на ум. — Что мы будем делать?

— Делия, — его взгляд жадно бродил по ее телу, — ты настоящая искусительница.

Или, может быть, не рано. Она озорно улыбнулась:

— Я знаю.

Он пристально посмотрел на нее и потряс головой, как бы проясняя мозги, затем обратился к мистеру Томасону:

— Я бесконечно благодарен вам, сэр.

— Рад был оказать вам услугу, милорд. Миледи. — Он коснулся края шляпы, отдавая ей честь. — Если вам опять потребуется верблюд, сэр…

— Не потребуется, — твердо ответила Делия, — но я тоже благодарю вас.

Тони рассмеялся, пожелал мистеру Томасону доброго дня, затем предложил Делии свою руку.

— Думаю, небольшая прогулка будет полезной для нас. — Его голос казался спокойным, но глаза возбужденно блестели. — После напряженной верховой езды, я имею в виду…

— Я простила тебя, Тони, и теперь ты, несомненно, поднялся на пункт выше в моем списке, но на твоем месте я бы не стала поднимать снова данную тему, — холодно предупредила она.

Он усмехнулся:

— Наверное, ты права.

Они бесцельно брели среди деревьев вблизи озера Серпентайн.

— Где ты нашел верблюда? — спросила она.

— О, я знаю джентльмена, который знаком с другим джентльменом, а тот, в свою очередь, знаком с еще одним.

— А что, если бы я захотела покататься на слоне?

— Я знаю человека, который может устроить и это.

— Весьма неопределенный ответ.

— Мне не хотелось бы, чтобы ты знала все мои секреты. — Он улыбнулся ей. — Тогда будет неинтересно.

— А я ведь рассказала тебе свой секрет.

— Ну, тот факт, что ты не твоя сестра, являлся секретом только для меня.

Она засмеялась:

— Возможно.

— Как приятно находиться в его компании! Ей казалось, что она хорошо знает этого человека, и оттого чувствовала себя свободно и спокойно. Может быть, как полагал Гордон, они были знакомы еще в прошлой жизни. Однако в настоящей она почти ничего не знала о нем. Так какие же у тебя секреты?

— Секреты? Помимо того, где я отыскал верблюда, ты имеешь в виду? — Он с сожалением покачал головой. — Потому что тайну поиска верблюда я не могу открыть.

— Понятно. — Она тоже шутливо покачала головой. — В действительности я подразумевала нечто более обыденное — заурядные подробности твоей жизни, о которых ты пока ничего не рассказывал.

— Поскольку моя жизнь ничем не отличается от многих, я не хотел утомлять тебя скучными подробностями.

— В данном случае скука для меня желанная передышка между стремительно развивающимися событиями. — Она насмешливо улыбнулась. — Может, тогда я смогу лучше оценить приключение.

— Наверное, нам не следовало начинать с верблюда. — Он засмеялся. — Что ты хочешь знать обо мне?

— Все! — отрезала она твердым тоном — Не исключено, что я могу выйти замуж за тебя, и ты сам говорил, что я должна получше узнать будущего мужа, прежде чем принять такое важное решение.

— Какой я мудрый, — тихо произнес Тони.

— Однако я не намерена снова выходить замуж за человека, о котором почти ничего не знаю.

— Даже в том случае, если ты сочтешь меня неотразимым?

— Особенно тогда.

— Очень разумно с твоей стороны. — Он прислонился спиной к дереву, скрестил руки на груди и улыбнулся. — Я весь в вашем распоряжении, миледи. Задавайте свои вопросы.

— Прекрасно. Теперь что касается вопросов… — Она сцепила руки за спиной и начала ходить перед ним на манер школьной учительницы. — Мой дядя хорошо отзывается о тебе, так что твоя репутация и семья не вызывают сомнений. — Она взглянула на него. — Я знаю также, что ты участвовал в войне. Что ты там делал?

Он немного помолчал, как бы решая, что сказать, затем тяжело вздохнул:

— Я занимался сбором информации.

Делия резко остановилась и уставилась на него:

— Ты был шпионом?

— Можно и так назвать.

— Я никогда раньше не встречала шпиона.

— И ты находишь такое занятие привлекательным? — В его глазах промелькнули насмешливые искорки.

Она засмеялась. Увидеть шпиона действительно казалось довольно привлекательным или по крайней мере интригующим.

— Ты до сих пор являешься шпионом?

— Увы, времена шпионов в британской военной разведке закончились вместе с войной.

— Что же тогда делают шпионы в отставке?

— Каждый занимается тем, чем может, хотя, конечно, потребность в бывших шпионах невелика. По крайней мере в нашей стране. — Он пожал плечами. — Я немного путешествовал после окончания войны и делал разнообразные попытки найти себе применение. В настоящее время я оказался в необычном для меня положении, приняв титул и обязанности виконта, к чему совершенно не готов.

— Насколько мне известно, ты унаследовал титул от своего брата.

Он единокровный брат. Мой отец женился на моей матери уже в пожилом возрасте. Она не пережила моего рождения. Мой брат был на шестнадцать лет старше меня. Отец умер, когда я еще ходил в школу, и обо мне заботился брат, проявив большое великодушие со своей стороны. — Тони рассказывал о своей жизни таким лишенным эмоций тоном, словно речь шла не о его жизни, а о жизни другого человека, которого он едва знал. Он излагал факты, словно отвечал вызубренную таблицу умножения или перечислял на память континенты мира. — Жена моего брата умерла несколько лет назад, и, поскольку не имела детей, я оказался единственным наследником.

— Вы любили друг друга?

— Между нами не сложилось ни особой любви, ни особой неприязни. — Тони покачал головой. — Нас с братом ничего не связывало, кроме крови. Я, конечно, сожалел, когда он умер, хотя едва знал его.

— Очень печально, — тихо промолвила Делия.

— Почему? — В глазах его светилось любопытство. — Я не испытывал особой печали. Просто такова жизнь.

— Ты мог почувствовать себя ужасно одиноким.

— Я никогда не считал себя таковым.

— В самом деле? Как странно. — Делия посмотрела на него с любопытством. — Я не могу представить жизнь без родственников. Я всегда имела кого-то, с кем можно поговорить, поделиться своими проблемами или своими…

— Приключениями? — насмешливо вставил он.

— Разумеется. — Она улыбнулась и покачала головой. — Должна признаться, мне очень страшно без людей, без семьи, когда я не могу ни с кем поделиться своими мыслями. После смерти мужа я провела несколько месяцев с родственницей моей матери в Озерном краю. Надо сказать, она очень замкнутая личность и почти так же необщительна, как и я. Тем не менее она нуждалась в моем присутствии.

— А ты нуждалась в ней?

— Нет. Как ни странно, я хотела только побыть наедине с собой и многое обдумать. Мои поступки…

— Ты имеешь в виду брак с лордом Уилмонтом? Она кивнула:

— И кроме того, причины, по которым я пошла за него.

— Любовь всех нас делает немного глупыми.

— Да, я тоже так думаю.

Она сдержалась, чтобы не сказать ему, что с Чарлзом у нее не было любви, а лишь страстное стремление испытать нечто волнующее, а также соблазн познать вожделение, что для порядочных, хорошо воспитанных молодых женщин не полагалось знать и тем более хотеть. Какое мнение он составил о ней? Вероятно, считал, что она вдова, опытная женщина, которая многое познала и испытала желания, неприемлемые для незамужней женщины. Она сочла разумным не раскрывать того, что случилось на самом деле.

И все же она хотела, чтобы он знал, что она питает к нему такие чувства, каких еще никогда не испытывала. Они походили на странную смесь нежности и желания, которую она не хотела называть любовью, хотя подозревала, что ее чувство именно любовь.

— Я тоже чувствую себя немного глупым. — Он протянул к ней руки и привлек в свои объятия.

— Нас может кто-нибудь увидеть здесь, милорд.

— Здесь никого нет. — Он склонил голову и прижался губами к ее шее сбоку. По спине Делии пробежала дрожь. — В такой ранний час в парке никто не гуляет.

— Вот почему ты его выбрал. — Она вздохнула, наслаждаясь его близостью, его теплом… и предвкушением чего-то неизведанного.

— Конечно, — пробормотал он, касаясь губами ее шеи.

— Тони. — Она отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Я считаю месяцы, проведенные в Озерном краю, чем-то вроде добровольной ссылки, своеобразного наказания, если хочешь. Я не могла там спокойно спать и не спала нормально после возвращения.

— Наказание продолжалось? — Уголки его губ насмешливо дернулись кверху.

— Вероятно. Мое состояние не менялось, пока я полностью не распрощалась с Чарлзом…

— Что? — Он нахмурился в замешательстве. Она замотала головой.

— Глупо, конечно, и не имеет реального смысла, однако после окончательного прощания с мужем я решила жить самостоятельной жизнью по своим собственным правилам.

— Ты уже говорила о своем решении.

Делия сделала глубокий вдох, набираясь храбрости. Она дала понять ему, что решила жить по-своему, если хочет стать частью ее жизни. В противном случае лучше сразу все выяснить и расстаться.

— Моя самостоятельная жизнь включает желание стать, — она постаралась не поперхнуться словами, — опытной женщиной.

Глаза его расширились, а брови удивленно взметнулись вверх.

— В самом деле?

— Да. — Делия приподняла подбородок и посмотрела в его темные глаза, наградив самой соблазнительной улыбкой. — Поскольку еще не настало время для моего следующего приключения, я, живя по своим собственным правилам, хочу поставить в своем списке пожеланий на первое место наше обоюдное стремление разделить твою или мою постель.

Лицо Тони расплылось в улыбке.

— Я знал, что верблюд — выдающаяся идея.

— Конечно, именно верблюд убедил меня сделать перестановку пунктов в моем списке. — Затем она подняла глаза к небу. — Однако есть условия.

Он застонал, но продолжал крепко обнимать ее.

— Как всегда, условия.

— Во-первых, — она прижалась к нему и слегка коснулась губами его губ, — я не хочу отказываться от оставшихся приключений, которые ты запланировал на сегодня.

— Согласен.

— А во-вторых, я вспомнила, что упустила еще кое-что, чего никогда не делала в жизни и что ты можешь легко восполнить.

— Оно тоже зачтется как необычайное приключение?

— Все целиком зависит от тебя, дорогой лорд Сент-Стивенс. Видишь ли, — она обняла его за шею и прижалась губами к его губам, — меня еще никогда не соблазняли в карете.