Дневник Рины.

'Я не замечаю, как идёт время, наверное, потому что для меня оно уже не имеет какого-то особого значения. В последние несколько недель практически не появляюсь в учебных корпусах, за исключением спортзала и тира, судя по всему, Ришар решил, что мне вполне достаточно знаний. Несколько раз он отправлял меня ещё на задания, слава богу, без всяких подводных камней, вроде памятного посещения Унитры. Стрелять пришлось пару раз, и драться тоже, но в остальном ничего критичного.

Про Коурэна разговор пока не заходил, про вуду я уже столько всего начиталась, что по-моему и сама могла бы нашаманить что-нибудь в духе их жрецов. Ещё, несколько раз отдыхали на этом чёртовом горнолыжном курорте. Нафиг, лыжница из меня аховая, так что я категорично заявила, чтобы искали другие возможности знакомства с этим их вором. С парашютом прыгать я тоже отказалась... Перебрав ещё с десяток экстремальных увлечений этого товарища, лысый вдруг вспомнил, что Коурэн любит на тачках гонять, и я встрепенулась, ухватившись за эту возможность. Скорость сама люблю, чего уж тут, как и водить. Ришар пообещал устроить мне пару экскурсий на ночные гонки, и я была счастлива, как младенец, которому подарили погремушку. Судя по всему, встречу с Коурэном мне подстроят именно там, ну и хорошо, хоть не облажаюсь. Конечно, я не слесарь-автомеханик, но и не тупая блонди, которая умеет только 'дёргать этот вот рычажок', и 'тыкать эту вот кнопочку'.

Смерть и Айсенс изобрели новое развлечение, помимо неизменной игры в карты по вечерам, для тренировки моей сообразительности. Излагалась какая-нибудь заковыристая ситуация, и я должна была рассказать, как собираюсь действовать. К сожалению, мне не всегда удавалось угадать правильное решение, логика - не самая моя сильная сторона. Поскольку играли на желание, естественно, а фантазия у этих двоих неслабая, мне доставалось по полной. Не могу сказать, что я была против, но иногда всё-таки их игры на грани оставляли какой-то тревожный осадок. И если Смерть оставался более-менее постоянен в своих пристрастиях, то Ришар с его страстью, переходящей в грубость... напрягал. А ещё больше напрягало собственное отношение, когда, даже несмотря на нежелание, я всё равно оказывалась с ним в постели, и моё сопротивление никого не волновало особо. Чёрт возьми, первый раз поймав себя на том, что мне нравятся не только нежности, впала в глубокую задумчивость, и полдня пыталась понять, что теперь делать. Потом осознала, что вариантов особо нет, и махнула рукой. Нравится и нравится, мне вообще в последнее время много чего нравится такого, о чём приличные девочки читают втихаря и под одеялом, с фонариком.

О чувствах, которые во мне вызывал Айсенс на пару с приятелем, я больше не думала. Ибо слишком страшно. Признать очевидное никак не хватало смелости, и я оставила в покое эту тему. Многия знания, многия печали, как говорится, только сердечных метаний мне не хватало до кучи.

Мда, вот правду говорят, негодяи почему-то всегда привлекали женщин сильнее приличных мальчиков. И уж чего-чего, а от себя такой подлянки не ожидала, втрескаться в непонятно кого, то ли человека, то ли демона, о котором знаю катастрофически мало, и ещё меньше понимаю, что творится в его голове... Хорошо хоть, Смерть не вызывал во мне столь сильных чувств, мне с ним просто хорошо, и не только в постели, а даже просто поговорить. Он на удивление интересный собеседник, кстати. И Ришар тоже. Блин!!! Не буду о них больше думать, не буду, не буду... Рина, ты дура, вот что я тебе скажу...'

Она проснулась ночью, от жажды. Специально для неё Ришар держал в кабинете сок, зная, что у Кареглазки есть такая милая привычка, вставать ночью и пить. Зевнув, выпуталась из рук Айсенса, почти не открывая глаз, сползла с кровати, и пошлёпала в кабинет, проигнорировав небрежно брошенный на стул халат. Если Смерть там, то что он у неё не видел, спрашивается, а если нет, то тем более нет смысла что-то надевать. Она всё равно собирается дальше спать потом.

Рина открыла дверь и переступила порог кабинета, ещё раз зевнув, и вдруг обратила внимание, что по обычно тёмному помещению разлит странный мертвенно-голубой свет. Она распахнула глаза, озадаченно уставившись на фигуру в просторном тёмном плаще и капюшоне, застывшую у окна, и вдоль позвоночника вдруг пробежала холодная дрожь. Рина обхватила себя руками, сонливость мгновенно исчезла. Сглотнув, она тихонько позвала:

- Лысый...

Ей показалось, фигура вздрогнула. Потом раздался странный, шипящий голос, отдалённо похожий на слышанный Кареглазкой много раз:

- Уйййди...

Она всегда отличалась упрямством и нездоровым любопытством, поэтому не послушалась, стиснув зубы.

- Что случилось?

- Я ссказал, уйди, Рина! - говоривший был явно раздражён.

- Ага, сейчас, - первый испуг прошёл, и она прислонилась к косяку, скрестив руки на груди. - Имею право знать, с чего это тебя так переклинило, если уж вы с Айсенсом впутали меня в ваши дела по уши.

- Вот ты ж упрямая, - фигура развернулась, и на Рину уставились пустые глазницы черепа, с горящими красными огоньками.

От неожиданности она всё-таки взвизгнула, отшатнувшись, сердце застыло куском льда в груди. Почти сразу ей на плечи легли чьи-то ладони, и резко развернули.

- Лысый, хватит пугать нашу женщину, - Рина услышала спокойный голос Ришара, и его руки обняли, крепко прижав к груди. - Возьми себя в руки и рассказывай, что так вывело тебя.

- Я её предупреждал, - судя по всему, Смерть не торопился успокаиваться. - Этот ссучий потрох лишает меня душ!!!

Рина пошевелилась и чуть повернула голову, снова осторожно глянув на взбешённого приятеля Айсенса.

- А теперь по порядку, - Ришар по-прежнему говорил спокойно. - И перестань уже наконец костями светить, а. Мы полюбовались, оценили, и хватит.

Красные огоньки мигнули, по фигуре пробежала рябь, и плащ распался клочьями тумана, явив взору Рины уже знакомый облик лысого. Только вот абсолютно чёрный глаз по-прежнему горел красным, а голубой полыхал яростной синевой, резко потемнев, и губы Смерти были плотно сжаты, выдавая сдерживаемую злость. Рина вздохнула, зябко поёжившись. Откуда-то появилось стойкое ощущение, что время отдыха закончилось.

- Иди, садись, - Ришар отстранил её и легонько подтолкнул к дивану, потом обратился к Смерти. - А ты, приятель, влей в себя чего-нибудь алкогольного, и приготовься внятно излагать. И желательно без перемены образа. Скелеты на ночь глядя меня совсем не вдохновляют, знаешь ли.

Рина послушно устроилась на диване, избегая смотреть на лысого, согнула ноги, и обхватила их коленями. Смерть молча прошёл к бару, достал бутылку и стакан, и плеснул жидкость.

- Прости, что напугал, - буркнул он. - Но повод есть.

- Да ладно, - Рина несколько нервно улыбнулась. - Давно пора мне напомнить, с кем имею дело.

Залпом выпив алкоголь, Смерть резко обернулся и впился в неё пристальным взглядом.

- Не смей от меня шарахаться, Кареглазка, - ровным голосом произнёс он. - Ничего плохого я тебе не сделаю, сколько раз говорил. Моё я отпускаю крайне редко и неохотно. А ты - моя.

Рина застыла, вновь почувствовав секундный приступ паники. Лысый говорил серьёзно, без всяких ужимок и шуточек, и от этого стало ещё неуютнее.

- Опять пугаешь? - на пороге спальни появился Ришар, уже одетый в штаны, и с халатом в руках. - Не обращай внимания, милая, он просто не в духе сегодня, - присев рядом, Айсенс накинул халат на плечи Рины, и обнял, слегка прижав к себе. Потом снова посмотрел на Смерть. - Ну, теперь рассказывай.

- Коурэн вызвал моего братца, младшенького, - сквозь зубы процедил лысый, и огонёк в чёрном глазу побагровел. - И теперь получает души, которые должны быть моими!

Ришар присвистнул, Рина озадаченно уставилась на Смерть, даже позабыв про испуг.

- А кто это? - поинтересовалась она, чувствуя, как постепенно согревается. - Ну, в смысле, брат твой? Вообще, не знала, что у тебя есть родственники...

- Есть, к сожалению, - лысый хмыкнул, и плеснул себе ещё алкоголя. - Барон Самеди зовётся. Слыхала?

- О, - только и смогла ответить Рина. Она читала про этого персонажа, когда изучала магию вуду, но почему-то не подумала, что он может существовать на самом деле. Так же, как и Смерть.

- Вот тебе и о, - Смерть осушил второй стакан. - Эти ушлёпки что-то нашаманили, и теперь Коурэн может получать души без всяких ритуалов с моей косой. Напрямую.

В кабинете повисло молчание. Рина рискнула уточнить:

- Что, все души?.. - тихонько спросила она.

- Нет, на его счастье, - лысый глубоко вздохнул. - Я не знаю, какая часть идёт к нему, но очень чётко чувствую, когда это происходит. Я... - он замялся, подыскивая слова, потом продолжил. - Я голодный остаюсь, чёрт возьми этого ублюдка вместе с моим братцем!

В комнате снова воцарилась тишина. Мужчины молчали, а Рина переваривала информацию, задумчиво глядя на Смерть. Страх пропал окончательно, несмотря на то, что она очень хорошо помнила его недавние слова. Улыбнувшись уголком губ, она мягко высвободилась из объятий Ришара, подошла к лысому, и обняла за пояс, прижавшись к спине.

- Похоже, пришла пора познакомиться мне с этим Коурэном поближе, да? - спокойно произнесла Рина, почувствовав, как на запястья легла ладонь Смерти.

- Видимо, да, - вместо него ответил Айсенс. - Раз такие дела серьёзные закрутились.

Она бросила взгляд на директора, и их глаза на мгновение встретились. Ришар тоже улыбался, но задумчиво. Рина тихонько вздохнула, и почти шёпотом сказала:

- Я не буду шарахаться. Мне хорошо с тобой...

Смерть развернулся в кольце её рук, и приподнял голову Рины за подбородок. Бордовый огонёк потускнел, а жёсткое выражение лица смягчилось.

- Спасибо, - он отставил пустой бокал, и пригладил немного растрёпанные кудри Кареглазки.

Она не видела, как лысый переглянулся с Ришаром, и последний едва слышно хмыкнул.

- Я посижу немного, обдумаю детали плана, - непринуждённо произнёс он и, встав с дивана, направился к столу.

Рина не удивилась, когда Смерть легко подхватил её на руки и молча пошёл к спальне. Прикрыв глаза, она прислонилась лбом к его виску, запретив себе думать о том, что творит и что говорит.

Хотя, какие разговоры... Едва Рина оказалась на кровати, Смерть буквально впился е в губы поцелуем, требовательным, яростным, она даже ощутила привкус крови - но ответила моментально. В какой момент он избавился от одежды, Кареглазка не поняла. Страсть пьянила, лёгкий запах алкоголя от лысого кружил голову, а его немного торопливые, обжигающие ласки срывали короткие стоны с её губ. Нежности не было, да Рина и не желала, как с удивлением поняла, прислушавшись к себе. Острые, и где-то даже болезненные ощущения заставляли выгибаться, судорожно цепляться за плечи Смерти, прижимаясь к нему, от быстрых, резких движений перед глазами вспыхивали серебристые звёздочки. Рина впилась ногтями в гладкие мышцы, запрокинув голову, теряя себя и растворяясь в наслаждении. Откуда-то она знала, что Ришар в эту ночь не будет торопиться присоединиться к ним. Смерти требовались эмоции, её эмоции, и Кареглазка с радостью готова была поделиться ими. 'Сумасшедшая...' - пронеслось перед тем, как окружающее потонуло в яркой вспышке, и спальню огласил её низкий, протяжный стон. Она не сомневалась, что это только начало, и буквально через несколько минут передышки получила наглядное подтверждение, что да.

Когда пальцы Смерти, вытянувшегося рядом с ней, начали неторопливое путешествие по её животу и дальше вниз, на губах Рины появилась ленивая улыбка. Бросив на любовника хитрый взгляд, она одним гибким движением выпрямилась и опрокинула его на спину, усевшись верхом. Ноготками царапнув грудь лысого, она склонила голову на бок.

- Ты что задумала, Кареглазая? - немного хриплым голосом спросил Смерть, перехватив её запястья.

- Ну, кажется, кому-то из нас требуется разрядка, да? - она рассмеялась мурлыкающим смехом. - Не всё ж тебе командовать в постели...

После чего высвободила руки, и, не сводя с него пристального взгляда, наклонилась и поцеловала. Потом спустилась ниже, на шею, и молча порадовалась, не встретив сопротивления. Да, Смерть и Айсенс редко давали ей волю, а сейчас Рине самой хотелось сделать то, что обычно она делала не совсем по собственному желанию. Скользя ладонями вдоль тела лысого, прокладывая дорожку из лёгких, дразнящих поцелуев, вдоль груди и живота, она чувствовала, как приятель Ришара вздрагивает от её действий, слышала его участившееся дыхание, и... это начинало заводить. А когда пальцы Смерти зарылись в растрёпанные кудри Рины, слегка сжав их, она вовсе почувствовала себя хозяйкой положения. Ночь продолжалась...

...Ришар задумчиво листал дневник, пробегая глазами строчки, и в обычно холодных серо-мраморных глазах притаилось странное выражение. В спальню он не спешил, судя по доносившимся стонам, там и без него всем было очень хорошо. А Смерти сейчас требовалось сбросить напряжение, иначе они снова будут иметь сомнительное счастье лицезреть его истинный облик. Откинувшись на спинку кресла, Ришар отложил дневник, и прикрыл глаза. Судя по прочитанному, цель достигнута в отношении Рины, но... откуда-то появилась твёрдая уверенность, что сломать её не удастся. Он вдруг с досадой поджал губы и резко встал, направившись к бару. Желание видеть Кареглазку прирученной и покорной куда-то пропало, а дразнить её нравилось всё больше. И это Ришару очень, просто очень не нравилось. Как и то, что на других женщин уже давно не тянуло. Залпом выпив коньяк, он подошёл к окну и застыл, глядя на тёмные здания Академии. Несмотря ни на что, от плана Айсенс не собирался отказываться, Рина должна встретиться с Коурэном, заинтересовать его, и добраться до косы. По-другому никак. Сильные пальцы сжали стакан, и толстое стекло жалобно хрустнуло. Ришар прислонился лбом к стеклу, сузив глаза: ну нет, поддаваться слабостям не в его привычках.

Вернувшись за стол, он решил дать Смерти ещё немного времени, а пока занялся проработкой плана, положив перед собой чистый лист и начав по пунктам расписывать, что следовало сделать в ближайшее время.

Рина недоверчиво огляделась: двухуровневая квартира с большой террасой и двумя ванными представлялась хоромами, в которых можно с лёгкостью заблудиться.

- Нафига мне одной столько места?.. - пробормотала она, ни к кому конкретно не обращаясь.

- Ну почему одной? - Ришар лениво улыбнулся, развалившись на диване и не сводя с неё пристального взгляда. - Мы будем наведываться в гости... - он сделал паузу, и закончил. - Регулярно.

Кареглазка фыркнула, скрестив руки на груди.

- Кто бы сомневался, - буркнула она, и заняла кресло - посиделки на диване рядом с Ришаром скорее всего закончатся приставаниями, судя по его взгляду. - Итак, обрисуй, чем мне заняться в ближайшее время.

- Обживаться, - невозмутимо ответил Айсенс. - Здесь всё есть, одежду я купил. За машиной пойдём завтра утром.

- Это понятно, - Рина кивнула. - Дальше-то что? Ты говорил, Коурэн регулярно гонки посещает.

- Посещает, - согласился Ришар. - Мои люди отслеживают его посещения, но пока мы с ним пересекаться не будем. Тебе надо влиться в эту среду, - он помолчал. - Меня знают, естественно, под другим именем, но вместе нам показываться не стоит. Потренируешься, погоняешь пару раз, тогда можно будет и перебежать Коурэну дорожку. Ни меня, ни Смерти, естественно, рядом быть не должно. Он моментально нас почувствует.

Рина задумчиво прищурилась.

- А как связь держать будем? Снова через артефакт? - она не удержалась от ехидной усмешки. Выходку со Стеллой Кареглазка уже простила.

- Нет, - Айсенс покачал головой. - Опасно, Коурэн чувствует подобные вещи. Пока будем просто встречаться здесь, и ты расскажешь. Я подумаю, что можно сделать, чтобы мы могли наблюдать. Не подпускай его слишком близко к себе, по крайней мере, в первое время. И про эту квартиру он тоже не должен узнать ни в коем случае.

- Так мне надо его соблазнить или нет? - Рина изогнула бровь, внимательно наблюдая за Ришаром. - Давай уж начистоту, Айсенс.

Он помолчал.

- По обстановке, - медленно ответил он наконец. - Твоя главная задача - попасть в его Академию. Ну или, если Коурэн таскает косу с собой, стащить её здесь.

Рина решила пошалить, и усмехнулась.

- Ба, я не узнаю тебя, дорогой мой. Ты не собираешься подкладывать меня в постель к очередному мужику? Странно, странно...

Договорить она не успела: Ришар одним плавным движением встал с дивана, и в два шага оказался рядом, опёршись ладонями на ручки кресла, и нависнув над ней.

- Риночка, если бы я ставил себе целью именно это, ты бы уже давно оказалась в постели Коурэна, - обманчиво вкрадчивым голосом ответил он, сузив холодно блеснувшие, потемневшие до цвета графита, глаза. - Но знаешь, если он захочет тебя трахнуть, то даже спрашивать не будет. Он просто это сделает.

Рина не испугалась. Давно прошло то время, когда она боялась Смерти и Айсенса. Откинувшись на спинку кресла, Кареглазка с вызовом посмотрела в глаза Ришара.

- А тебе это не нравится, да? - усмешка не сходила с её губ, а сердце забилось быстрее, едва она заметила огонёк во взгляде собеседника. - Собственник, значит? С каких пор, Ришар?

Томительно долгое мгновение они бодались взглядами, а потом Айсенс ухватил её за подбородок и поцеловал.

- Какая тебе разница, что мне нравится, а что нет? - небрежно обронил он, оторвавшись от губ Рины, но не отпустив.

Она каким-то шестым чувством поняла, что тема для Ришара скользкая, и отчего-то обрадовалась. Подавшись вперёд, Кареглазка медленно улыбнулась, облизнувшись.

- Стрёмно, да, представлять, как твою женщину будет иметь твой заклятый враг, а, Айсенс? - проворковала она, прекрасно понимая, что ходит по грани со своими провокациями. Но так хотелось хоть раз вывести Ришара из себя... Рина просто не могла удержаться от соблазна.

- Ну что ты за женщина! - прорычал директор, и в следующий момент, ухватив Рину за руку, он выдернул её из кресла, легко перекинув через плечо.

- Эй! - возмутилась она, а сердце ёкнуло в предвкушении.

- А не будешь затрагивать ненужные темы, - Ришар легонько шлёпнул её по попке, обтянутой штанами - она ещё не успела заглянуть в гардероб и переодеться. - Совсем страх потеряла, надо наказать.

Далеко он не пошёл, донеся ношу всего лишь до дивана.

- Значит, я тебе всё-таки небезразлична? - Рина на миг испугалась собственной смелости, но слова сказаны.

- Заткнись! - отрывисто бросил Ришар, и одним резким движением дёрнул рубашку в стороны - пуговицы с шорохом разлетелись по ламинату.

Женщина немного хрипло рассмеялась, не препятствуя его действиям.

- А Смерть в этом смысле более решительный, - ремень полетел на пол, за ним - штаны Рины. - Он просто поставил меня в известность, что я - его.

Ришар замер, посмотрев на неё долгим взглядом, потом уселся сверху, и начал медленно расстёгивать свою рубашку.

- Как делить будете? - закинув руки за голову, Рина снова не сдержала усмешку. Возбуждение огненными ручейками стекалось к низу живота, и ей уже не надо было никаких предварительных ласк.

- Никак, - кратко ответил Айсенс, отбросив рубашку. - Заткнёшься уже или нет? Или я найду твоему ротику более приятное применение, чем зря языком болтать.

- Какие мы грозные, - мурлыкнула Рина, ни разу не возмутившись его грубости. Она её только больше заводила. - Так что, мне давать или не давать Коурэну?

Серые глаза прищурились, и Ришар рывком расстегнул ремень на джинсах.

- В ближайшее время давать ты будешь исключительно мне, - негромко ответил он. - И так, как я захочу. И хватит уже про этого ублюдка. Давай, детка, поработай, - ухмыльнувшись, Айсенс медленно расстегнул ширинку, и Рина почему-то не удивилась, увидев, что под джинсами у него больше ничего нет.

Она приподнялась на локтях, посмотрев прямо в глаза Ришару. Его действия и поведение больше не вызывали волны раздражения, рождая совсем другие эмоции и чувства.

- Да не вопрос, - Рина довольно улыбнулась.

Реакции Ришара на её слова хватило с лихвой, чтобы подтвердить смутные догадки, и даже если принять во внимание его актёрское мастерство, уж слишком сердито сверкали серо-мраморные глаза при упоминании Коурэна. Рина подумала, что при следующем разговоре обязательно дожмёт Айсенса, а пока действительно можно заняться гораздо более приятными вещами.

Дневник Рины.

'Всего пару слов, поскольку больше мыслей нет. Факт, что я, как последняя дура, втюрилась в Ришара Айсенса. Также факт, что Смерть мне тоже нравится. И, блин, я буду не я, если господин директор не имеет ко мне чего-то, подозрительно похожего на чувства. Иначе он бы не завёлся так, упомяни я о Коурэне. Приятно, чёрт... Хочется верить, что для него я не просто очередная пешка в его бесконечных играх. А то, что между нами происходит - ну, не всякий мужик легко принимает, что его тянет к одной женщине. В общем, время покажет. Пока же - вперёд, на баррикады. Цель - Коурэн, а в конечном итоге, коса лысого. Почему-то не сомневаюсь, что справлюсь. И возможно даже, без постели. Ну вот не хочу я больше никого, кроме Смерти и Айсенса, и точка. Глупо? Факт, с этим не поспоришь. Не буду думать, анализировать, пытаться найти причины... Всё, пора собираться, сегодня по идее должна произойти моя первая встреча с Коурэном. Зуб даю, Айсенс взбесится, когда увидит, в каком виде я пойду на неё...'

Рина окинула себя придирчивым взглядом, и осталась довольна. Трикотажное красное платье с открытыми плечами сидело, как влитое, очерчивая изгибы тела, и не оставляя практически ничего для фантазии мужчины. Отросшие локоны уложены в художественном беспорядке, макияж безупречен. Усмехнувшись отражению, она вышла из спальни и спустилась вниз, в гостиную, где ждал Ришар.

- Я готова, - негромко известила она.

- Я вижу, - оценивающий взгляд туманно-серых глаз родил стадо мурашек, пронёсшихся вдоль позвоночника.

Рина изогнула бровь, и сделала несколько шагов в сторону дивана, где развалился Ришар.

- Ну, тогда я поехала?

- Давай, - он кивнул.

Кареглазка удержалась от вопроса, будет ли он ждать. По договорённости, она должна была в этот раз только заинтересовать Коурэна, чтобы потом уже он искал с ней встречи. Рина усмехнулась, и направилась к выходу из квартиры. Буквально через несколько мгновений её крепко обхватили за талию, и знакомый голос сказал:

- Буду ждать тебя, Риночка, - лёгкое касание губ в основание шеи, и Айсенс отступил, отпустив.

Сглотнув, Рина нажала ручку двери, не обернувшись.

Коурэн остановился у линии старта, даже не удосужившись посмотреть на соперников. Слева стояла тёмно-зелёная тачка, он не рассмотрел марки, а справа - ярко-красный 'Мерседес-компрессор' с тонированными стёклами. Впереди девица в ультра-коротких шортиках и топике подняла руку с белым платком, и он сжал руль, с предвкушением улыбнувшись.

Неожиданно стекло у машины справа поехало вниз, и Коурэн, скосив взгляд, узрел брюнетку в платье под цвет машины, смотревшую прямо перед собой. Расслабленная вроде бы поза не обманула, потому что на лице женщины блуждала точно такая же улыбка, как у него. Коурэн пренебрежительно хмыкнул и тоже опустил стекло, обронив:

- Детка, кто тебя за руль пустил? Педальки не перепутаешь? - он вообще крайне негативно относился к женщинам, участвующим в гонках, и при каждом удобном случае это отношение показывал.

Она плавно повернула голову, улыбка превратилась в снисходительную усмешку. Показав неприличный жест, женщина произнесла:

- Я тебя сделаю, сладкий мой, влёгкую, - немного хриплый, низковатый голос Коурэну неожиданно понравился.

Но вот нахальство самоуверенной бабы напрягло.

- Да неужели? Маникюр сломаешь, куколка.

Она послала ему воздушный поцелуй, и тут девица в шортах резко опустила платок. Женщина на 'Мерседесе' нажала на газ на доли секунды быстрее, и Коурэн отметил хорошую реакцию незнакомки. Пробормотав ругательство, он стартовал следующий, твёрдо намеренный показать ушлой бабе, где её место.

...Красный 'Мерс' пришёл первым, опередив злого Коурэна буквально на несколько мгновений. Довольная женщина вылезла, принимая поздравления, и повернувшись к нему, нахально подмигнула.

- Учись, мальчик мой, - рассмеявшись, она захлопнула дверь, и затерялась в толпе.

Коурэн, прищурившись, посмотрел вслед изящной фигурке, затянутой в весьма откровенное платье под цвет машины, и неожиданно даже для себя, улыбнулся. Медленно и с предвкушением.

- Я её хочу, - вполголоса произнёс Коурэн.

Охотиться он тоже любил, особенно на женщин. А в последнее время лёгкие добычи ему изрядно надоели. Насвистывая весёлый мотивчик, он направился к тем, кто собрался поглазеть на гонки, планируя узнать личность владелицы 'Мерседеса'. Обычно, даже если она тут первый раз - а поскольку Коурэн раньше её не видел, значит, да, - хоть какие-то слухи да ходят, а там уже можно и потянуть за ниточку. В том, что ему удастся уложить нахалку в постель, Коурэн не сомневался, а большего ему и не надо. Там-то он покажет, кто тут диктует условия, и кто кого сделал.

Рина зашла в квартиру, закрыв дверь, и остановилась на пороге большой гостиной, небрежно бросив маленькую сумочку на столик. Её взгляд скользнул по Ришару, привычно развалившемуся на диване, и щёлкавшему пультом по каналам. Однако едва она появилась, как серо-мраморные глаза остановились на Кареглазке. Губы Рины дрогнули в намёке на улыбку, она отвернулась и сделала несколько шагов в комнату, делая вид, что не замечает гостя. Хотя какой он к чёрту гость...

- Как гонки? - спросил наконец Ришар, по её мнению, слишком спокойно.

- Неплохо, - невозмутимо отозвалась Рина, выудив из декольте пачку зелёных купюр, и бросила к сумочке.

Она намеренно не воспользовалась кошельком, посчитав, что так будет эффектнее предъявить Айсенсу выигрыш. Снова молчание, нарушать которое женщина не торопилась.

- Коурэн? - следующий вопрос, и тот же ровный тон.

Рина спиной чувствовала напряжённый взгляд Ришара, и про себя посмеивалась.

- Был, - так же ответила Кареглазка, и, прислонившись спиной к стене, уже открыто усмехнулась, скрестив руки на груди.

В непроницаемых глазах ничего нельзя было прочесть, но она каким-то образом ощущала, что Ришар... беспокоился? Нервничал? И чёрт возьми, ей это безумно нравилось. Как и дразнить его, выдавая информацию по кусочкам.

- Он тебя заметил? - директор чуть прищурился.

Рина изогнула бровь, склонив голову на бок, и не отводя взгляда.

- Да, - улыбка Кареглазки стала шире.

Губы Ришара чуть заметно поджались.

- Риииина, не дразни меня, - тихим голосом произнёс он. - Вы общались?

Она отошла от стены, и медленным шагом направилась к бару около длинного обеденного стола.

- Немного, - Рина кивнула, и налила себе мартини, потом развернулась к собеседнику, опёршись на край стола.

- И как он тебе?

Этот допрос забавлял её, чем дальше, тем больше. Она сделала вид, что задумалась.

- Мм, решительный мужик, - протянула Рина, сделав глоток. - А что? Неужто ревнуешь, Айсенс? - она снова усмехнулась, откровенно насмешливо. - Знаешь, он так смотрел на меня, прямо раздевал глазами, - Кареглазка продолжила игру, заметив, как в серых глазах Ришара зажёгся опасный огонёк. - Кажется, я его таки зацепила.

- А может, и не глазами тоже раздевал? - вкрадчиво поинтересовался Айсенс, но Рина поняла: он раздражён, и сильно.

- Может, - проворковала женщина, немного откинувшись назад.

Ришар вдруг одним плавным, стремительным движением встал с дивана и в два шага оказался рядом с Риной. Его ладони легли на стол по обе стороны от собеседницы, а лицо оказалось очень близко.

- Так может, или было? - его губы почти касались её, и в голосе Ришара слышались предупреждающие нотки.

- А тебе не всё равно? - мурлыкнула Рина, чувствуя себя хозяйкой положения, и села на стол, чуть раздвинув ноги.

То, что Ришар на взводе, не пугало ни разу, только сильнее заводило её саму. Айсенс резко втянул воздух, в потемневших глазах огонёк стал ярче. Рина взяла бокал и отпила, но глотать не торопилась.

- Ах ты...

Договорить ему она не дала, обхватив за шею и прижавшись к губам. Поцелуй с привкусом мартини вышел ни разу не нежным, и Рина чуть не задохнулась от гремучей смеси желания и злости, которые Ришар не очень-то и скрывал. Его ладони переместились на бёдра Кареглазки, резким движением задрав платье почти до пояса, и Рина приподнялась, чтобы Айсенсу удобнее было поднять тонкий трикотаж сзади. Немного откинувшись назад, и разорвав страстный, жёсткий поцелуй, она медленно улыбнулась, раздвинув ноги шире.

- А я решила трусики не надевать сегодня, - прошептала Рина, облизнувшись.

Пальцы Ришара болезненно сжали попек женщины, и у Кареглазки мелькнула мысль, что наверняка синяки останутся. 'Да и фиг с ним... Чёрт, как я его хочу...'

- Для меня или для него? - сквозь зубы спросил Ришар, резко придвинув её к себе.

- Есть разница? - Рина изогнула бровь, и коснулась ремня на штанах Айсенса.

- Детка, не дразни меня, - он перехватил её запястья одной рукой, а другой сам расстегнул пряжку.

- Тебе, значит, можно, а мне нет? - она и не пыталась высвободиться, игра на грани возбуждала до головокружения.

Вместо ответа Айсенс снова поцеловал её, болезненно, грубо, прикусив губу. И в следующий момент руки Рины оказались за спиной - Ришар, не отрываясь от дела, обмотал их ремнём и затянул. По телу женщины прокатилась дрожь предвкушения, а между ног всё свело от накатившего желания. Она судорожно вздохнула, зажмурившись, и едва сдержав стон.

- Забыла, тут я командую, Риночка, - вкрадчивый голос Ришара раздался у самого уха. - А ты меня порядком разозлила сегодня, знаешь ли.

До неё донёсся тихий щелчок, и Рина распахнула глаза, с лёгким недоумением и тревогой уставившись на лезвие ножа в руке Ришара. Она сглотнула, подумав, не перегнула ли палку... Не сводя с неё пристального, тяжёлого взгляда, Айсенс медленно опустил нож вниз, и оттянув подол платья, легко поддел его ножом. С тихим треском материя разошлась до самого верха, и директор отбросил безнадёжно испорченный наряд. На Рине остался только крошечный бюстгальтер без лямок. Её дыхание участилось, а сердце, казалось, сломает рёбра, так бешено колотилось. Облизнув пересохшие губы, она ждала дальнейших действий Ришара.

Он с предвкушением усмехнулся, и одним резким движением перерезал бельё точно посередине - при этом лезвие слегка царапнуло кожу, и Рина снова вздрогнула. Саднящая боль странным образом только добавила огня в и без того неслабый коктейль, полыхавший уже в каждой клеточке тела, а когда Ришар, нагнувшись, слизнул выступившие красные капельки, Кареглазка тихонько всхлипнула и снова зажмурилась, откинув голову. Запястья ныли, но не настолько сильно, чтобы причинять неудобство. Пальцы Ришара зарылись в отросшие пряди на затылке, и горячее дыхание опалило её шею.

- Никогда не смей дразнить меня, Кареглазка, - тихо произнёс директор, и его свободная ладонь уверенно скользнула по животу Рины вниз.

Она хрипло рассмеялась, наслаждаясь происходящим.

- Накажи меня, Айсенс, - осторожно опёршись на связанные руки, женщина выгнулась, не сдержав стона - Ришар прекрасно знал, как в считанные минуты довести её до грани.

- И буду делать это долго и со вкусом, - жёсткая усмешка на красивом лице, и в следующий момент Рина оказалась лежащей на спине, а её ноги - на плечах Ришара.

Кареглазка ничего не имела против такого плана действий. Лишнее подтверждение вдруг проснувшихся инстинктов собственника у Айсенса грело душу, а резкость и грубость только усиливали удовольствие.

...Несколькими часами позже они сидели в огромной ванной на втором этаже, больше похожей на маленький бассейн, Рина расслабленно откинулась на грудь Ришара, прикрыв глаза и чувствуя приятную усталость. Запястья немного саднило, и остались красные следы, но это её особо не волновало. К завтрашнему вечеру пройдёт. Айсенс легонько массировал плечи, что только добавляло кайфа.

- Ну так что, мне надо соблазнять этого Коурэна или нет? - лениво поинтересовалась Рина, млея от действий директора Академии.

- А хочешь? - раздался спокойный голос Ришара, и его ладони с плеч спустились ниже, на грудь Кареглазки.

Она слегка сморщилась.

- Да не особо, если честно. Он не в моём вкусе, слишком брутальный и наглый.

Послышалось хмыканье, и Рина уловила довольные нотки. 'Осторожнее, подруга', - мелькнула мысль.

- Но, по ходу, другого способа подобраться к нему ближе я пока не вижу, - задумчиво продолжила Рина.

Ришар ничего не ответил, легонько сжав её грудь. Однако продолжить столь содержательный разговор им не дали. Дверь в ванную распахнулась, и на пороге появился лысый с недовольной физиономией.

- Вот вы где, а я по всему дому ищу, - ворчливо произнёс он, ногой прикрыв дверь и начав расстёгивать рубашку.

Рина довольно улыбнулась. Можно пока не думать о Коурэне и как втереться к нему в доверие, миновав стадию постели. Вечер продолжался...

- Так, мужики, повеселились, и хватит, - Рина затянулась тонкой сигаретой, и внимательно посмотрела на сидевших напротив, на диване, Смерть и Ришара. Она выбрала кресло, дабы не возникало соблазна, так сказать. - Теперь о деле. Коурэн запал на меня, безусловно. И он из тех мужиков, которые, уложив тёлку в постель и доказав самому себе, что крут, разворачиваются и уходят. Так? - Айсенс кивнул. - Значит, мне надо сделать так, чтобы он захотел, чтобы я осталась с ним подольше, - от Рины не ускользнуло странное выражение, промелькнувшее в глубине серых глаз Ришара. - В каком виде эта коса твоя сейчас, лысый?

Тот пожал плечами.

- Она может принимать любой удобный вид. Оружия, конечно. По наблюдениям наших людей, сейчас это нож.

- Коурэн его всегда с собой носит? - уточнила Рина.

- Вряд ли, - теперь ответил Ришар. - Скорее всего, оставляет в своей берлоге, в Академии. И берёт с собой, только если ему лично надо кого-то убить. Он так развлекается, частенько.

- Значит, пока я не подберусь ближе к этому ножу, мне надо оставаться рядом с ним, - невозмутимо подвела итог Рина, и задумчиво улыбнулась. - И, кажется, я знаю, как это сделать.

- И? - Ришар изогнул бровь.

- Коурэн охотник, и пока я буду для него дичью, он не успокоится, - пояснила Рина. - С такими типами я умею играть, - она усмехнулась.

- Он может действовать жёстко, - обронил Смерть. - И любит подчинять.

- О, - Кареглазка откинулась на спинку кресла. - Ну, мальчики, в этом он недалеко от вас ушёл, между прочим.

- Что ты собираешься делать? - снова спросил Ришар.

- Водить его за нос, сколько возможно, а потом сделать так, чтобы одна ночь его не устроила, - Рина пожала плечами. - Если он любит послушных женщин, в моём лице у него не будет такого удовольствия.

- Коурэн не любит, когда его дураком выставляют, особенно женщины, - негромко заметил Смерть, прищурившись.

- Разберусь как-нибудь, чего он там любит, а чего не любит, - Рина хмыкнула. - Меня больше интересует вопрос, не засечёт ли он каким-то образом, что я, мягко говоря, не совсем живая? - взгляд Кареглазки остановился на Ришаре.

- Нет, - он покачал головой. - Это может почувствовать только лысый, или его братец, младшенький, - с ухмылкой добавил Айсенс, покосившись на помрачневшего приятеля.

- Хорошо, - Рина кивнула. - И последнее, пожалуй. Никаких наблюдающих артефактов, - жёстко добавила она. - Если Коурэн такой параноик, то не стоит давать ему лишнюю пищу для размышлений. Сама буду рассказывать.

- Ты уверена? - Ришар чуть нахмурился.

- Ты хочешь, чтобы я косу вернула? - вопросом ответила Рина. - Вот и не дёргайся. Или сомневаешься в моих способностях? - женщина изогнула бровь. - Попробует применить силу, огребёт.

- Поосторожнее, - лысый чуть сморщился. - Коурэн не просто очередной мужик, обладающий бессмертием. Не надо слишком показывать ему свою независимость. Он и обозлиться может.

- Хорошо, хорошо, - Рина вздохнула. - И последний вопрос. Как я вернусь, и куда?

- С этим проще, - Айсенс достал из кармана штанов небольшую коробочку. - Одна из последних разработок с Тавенора, спящий артефакт с возможностью персональной настройки, - он открыл крышку, и Рина узрела широкое золотое кольцо с россыпью небольших бриллиантов. - Не фонит, и засечь можно только в момент активации.

- И что же он активирует? - Кареглазка не сводила взгляда с украшения, вдруг поняв, что соскучилась по драгоценностям.

- Портал, - продолжил объяснения директор, - настроенный на Академию. Активируется просто, снимаешь и ломаешь, - Ришар усмехнулся. - Детка, не переживай так, я тебе хоть с десяток таких куплю, если тебе жизненно необходимо иметь такие цацки.

- Дурак ты, - пробормотала Рина. - Любой женщине нравятся драгоценности, между прочим. А я уже сто лет их не то, что не носила, не видела даже. Ты ж меня не балуешь, - она тоже усмехнулась в ответ.

- Виноват, исправлюсь, - невозмутимо отозвался Ришар. - Иди сюда, Рина.

Поколебавшись, она всё-таки встала и остановилась около Айсенса. Однако когда протянула руку за кольцом, он отвёл коробочку, и сам достал украшение. Смерть хмыкнул, но никак не прокомментировал.

- Давай руку, - серые глаза пристально смотрели на Рину, однако она ничего не могла прочитать по непроницаемому взгляду.

Она медленно протянула чуть дрожащие пальцы, не понимая, что происходит, и к чему весь этот цирк. На несколько мгновений, пока Ришар надевал ей кольцо - Рина почувствовала растерянность.

- Только не заиграйся, Риночка, - негромко произнёс он, и неожиданно легко коснулся губами прохладных пальцев.

Кареглазка поджала губы, и выдернула руку, резко развернувшись и направившись к лестнице на второй этаж.

- Постараюсь, - бросила она через плечо. - Спокойной ночи, и только посмейте в ближайшие часов шесть-семь разбудить меня своими приставаниями.

Смерть молчал, пока до них не донёсся звук закрывшейся двери.

- Поправь меня, если ошибаюсь, но по-моему ты таки ревнуешь, приятель, - спокойно сказал лысый, посмотрев на директора. - И тебе очень не нравится, что Рина всё-таки окажется в постели Коурэна. Хотя изначально так и предполагал, между прочим.

Айсенс резко встал с дивана, и остановился перед большим панорамным окном, скрестив руки на груди.

- Она хочет поиграть, пусть попробует, - неожиданно зло отозвался он. - Коурэн тоже любит игры. Жестокие игры. Он не даст ей долго бегать от себя. Считает себя шибко самостоятельной и уверенной в себе, флаг ей в руки. Сопли потом утирать не собираюсь.

Смерть изогнул бровь, а в разноцветных глазах промелькнуло насмешливое выражение.

- Чего ты так завёлся, Ришар? И не думаю, что Рина будет сопли распускать только потому, что кто-то с ней жёстко обошёлся. Скорее, она потом сама накостыляет ему по первое число.

- Если будет в состоянии, - сухо добавил Айсенс. - Коурэн - это не отморозки из мужской казармы, он скрутит её в два счёта. А потом будет долго доказывать, как она была не права, подняв на него руку.

- И, конечно, ты не будешь её об этом предупреждать, - утвердительно произнёс Смерть.

Ришар повернул голову, и долго смотрел в разноцветные глаза приятеля.

- Нет, - уголки губ дрогнули и поднялись. - Как ты думаешь, к кому Рина придёт потом, искать справедливости, а?

Смерть помолчал, и усмехнулся.

- Она не из тех, что жалуются и требуют мести. Скорее, сама мстить начнёт.

- Ну, это уж моя забота, как разговорить её, - Ришар отвернулся от окна и направился к лестнице. - Всё, я тоже спать.

Лысый, посмотрев ему вслед, тихонько, почти шёпотом, произнёс:

- И всё-таки, приятель, похоже, запал ты конкретно на Кареглазку.

В отличие от Айсенса, его этот факт ни разу не раздражал, а только повеселил.

Рина, прищурившись, посмотрела в глаза небрежно облокотившемуся на стойку бара Коурэну. После очередных гонок, где она снова сделала этого светловолосого, с неприятным, цепким взглядом голубых, словно выцветших, глаз, Кареглазка решила расслабиться в баре. Учитывая, что смерть ей не грозила, она могла позволить себе выпить, даже будучи за рулём. А тот, кто спёр косу лысого, конечно, направился за ней.

- Не надоело ещё со мной тягаться? - она изогнула бровь и отпила глоток разноцветного коктейля.

Сегодня Рина надела короткие джинсовые шортики, футболку с круглым, низким вырезом, и короткую же джинсовую курточку. На пальце правой руки поблёскивало кольцо с бриллиантами.

- Я не люблю, когда меня обставляют, - негромко ответил Коурэн. - А тем более бабы.

- Бабы, милок, в деревне на сеновале, - Рина смерила его холодным, высокомерным взглядом. - Я - женщина.

- Я вижу, - он в ответ окинул её фигурку, особо не оставлявшую простора для фантазии, откровенным оценивающим взглядом. - А знаешь, ты мне нравишься, - его ладонь по-хозяйски легла ей на талию, вознамерившись придвинуть Рину ближе к себе.

- Правда, что ли? - насмешливо отозвалась она, и преувеличенно аккуратно убрала нахальную конечность. - Я многим нравлюсь.

- Гордая, да? - голубые глаза прищурились.

- Разборчивая, - Рина залпом допила стакан, и слезла с высокого барного стула. - Удачи на дорогах, приятель.

Развернувшись, она направилась к выходу из бара. И не видела, как Коурэн до хруста стиснул зубы, и кивнул двум людям около двери. Это были его помощники, на всякий случай, для улаживания всяких второстепенных дел, типа вот этого. Когда надо проучить зарвавшуюся стервочку. Они вышли, а Коурэн, заказав ещё виски, некоторое время неторопливо наслаждался напитком. Он тоже мог себе позволить алкоголь, будучи за рулём.

А минут через двадцать Коурэн вышел, с предвкушением ожидая увидеть скрученную и присмиревшую темноглазую недотрогу... И натурально остолбенел: на асфальте около бара валялись его люди, один с расквашенным носом, надсадно кашляя и гнусаво ругаясь, а второй - сдавленно постанывал, держась за пах. Девица же, как ни в чём не бывало, прикурила сигарету, и невозмутимо посмотрела на Коурэна.

- Твоё барахло? Забирай, - отрывисто кивнула на поверженных врагов.

Вот этого он точно не ожидал, что длинноногая фифа с точёной фигуркой и острым язычком умеет драться, и легко сделает двух мужиков далеко не хилой комплекции. Её точно стоило проучить, и как следует.

- Не думаю, что это хорошая идея, - она покачала головой, словно прочитав его мысли. - Мне некогда тут ещё и тебе морду чистить. Счастливо.

Наблюдая за плавно покачивавшимися ягодицами, обтянутыми коротенькими шортами, Коурэн прищурился, засунув руки в карманы: у него появилась простая и безотказная идея, как разобраться со строптивой девицей. Он вообще не любил отказов, и таких вот самоуверенных стерв, и при каждом удобном случае старался обломать их как можно жёстче. Ему нравились послушные, и нравилось приручать независимых и ершистых.

Медленно улыбнувшись, Коурэн перевёл взгляд на своих людей.

- Встали, отряхнулись, подобрали сопли, - равнодушно произнёс он. - И чтобы я больше не видел, как баба вас метелит.

Развернувшись, он направился к своей машине.

Рина была довольна: Коурэн оказался задет, и вряд ли теперь оставит её в покое. Собираясь в следующий раз на очередной заезд, она с лёгкой улыбкой размышляла, что он попробует предпринять на сей раз, в попытке добиться её внимания. Смерть и Ришара Рина выпроводила, строго-настрого запретив появляться в квартире, и мотивировав тем, что с Коурэна станется проследить за ней. А поскольку у него в голове полно тараканов, то мало ли что ему в голову взбредёт. Правда, совсем без связи Кареглазку не оставили.

- Дашь знать, когда можно будет появиться, - кратко объяснил Айсенс, вручив ей замысловатую конструкцию из переплетённых металлических лент - смотрелась она просто как диковинное украшение интерьера. - Нажмёшь сюда, - он показал на вделанный в подставку крупный прозрачный камень.

- Хорошо, - Рина кивнула и поинтересовалась. - Не фонит? Что это вообще такое?

- Маяк, - Ришар поставил штуку на полку в гостиной. - Не фонит, не переживай, за хорошие артефакты я выкладываю кругленькие суммы. У меня на Тавеноре лучшие поставщики, - он усмехнулся.

- Всё, иди, - Кареглазка хмыкнула. - Мне собираться пора.

И хотя Айсенс вёл себя, как обычно, она успела заметить в самой глубине безмятежных серых глаз огонёк раздражения. Сдержав довольную усмешку, она поднялась в спальню, одеваться. Учитывая жаркое лето, выбрала шёлковый сарафан тёмно-синего цвета, на тонких лямках и с короткой юбкой-клёш. Дополнял наряд шарф в тон и - шпильки. В машине Рина их, естественно, снимала, и ехала прямо босиком. Отросшие до плеч волосы просто прихватила с двух сторон заколками, чтобы не мешались, захватила сумочку-клатч, и вышла из квартиры. Ей нравилось дразнить Коурэна, и видеть на его лице раздражение, Рина чувствовала себя хозяйкой положения. И, чего греха таить, очень хотелось утереть нос Ришару и поскорее уже добраться до ножа. Поэтому сегодня Кареглазка решила быть помягче с белобрысым, хотя он ей особо и не нравился.

...В этот раз она решила не участвовать в гонках, а побыть наблюдателем - надо же дать возможность Коурэну выиграть. Болтая с приятельницами, которых уже успела тут завести, и с удовольствием отмечая откровенные взгляды мужчин, Рина улыбалась, краем глаза следя за широкоплечей фигурой с коротким светлым ёжиком волос. Пока Коурэн не торопился подходить к ней, наблюдая издалека. Кареглазка решила взять инициативу в свои руки. Словно случайно обернувшись, она на мгновение встретилась взглядом с Коурэном, немного рассеянно улыбнулась, и отвернулась, направившись к располагавшемуся неподалёку уютному кафе.

Как всегда, сработало: хотя шагов Рина не слышала, но спиной ощущала, что кто-то идёт следом, на достаточном, правда, расстоянии, чтобы это не выглядело как преследование. Мысленно усмехнувшись, женщина открыла дверь и вошла в прохладный зал. Выбрав столик у стены, села - намеренно спиной к двери, - заказала официантке чашку эспрессо, и вытащила сигарету.

Через плечо протянулась рука, и щёлкнула зажигалкой. 'Бинго', - Рина молча поаплодировала себе. Она и не сомневалась.

- Может, уже познакомимся наконец? - Коурэн сел на свободный стул, в упор посмотрев на женщину.

Она пожала плечами, выпустив дым тоненькой струйкой.

- Ира, - Кареглазка решила воспользоваться давно забытым прежним именем, мало ли что. Может, у этого белобрысого с мёртвым взглядом тоже хорошие шпионы.

- Очень приятно, Коурэн, - он наконец улыбнулся, но Рина едва не передёрнула плечами - тепла в этой улыбке было, как в Арктике зимой.

Она только подняла бровь, изобразив вроде как удивление от необычного имени. Девушка принесла эспрессо, и Кареглазка сделала глоток, зажмурившись от удовольствия.

- Так откуда ты взялась, а, Ира? - продолжил разговор блондин, откинувшись на спинку стула.

- Живу тут, - невозмутимо отозвалась она.

- И давно гонками увлекаешься?

Рина хмыкнула и снова отпила кофе.

- Машины - моя страсть, - она мечтательно улыбнулась, почти не покривив душой. - Обожаю скорость и спортивные тачки.

- Понятно, - Коурэн помолчал, не отрывая от Рины взгляда. - Ты одна здесь?

- А незаметно? - она насмешливо хмыкнула, и допила кофе. - Ладно, приятель, мне пора. Счастливо оставаться.

Кареглазка встала... и неожиданно пошатнулась: стены слегка поплыли перед глазами. Ухватившись за стул, она нахмурилась, пытаясь понять, что происходит.

- Тебе плохо? - вдруг проявил участие Коурэн, поднявшись и поддержав её за локоть.

- Н-нет, просто голова закружилась, - пробормотала она, чувствуя, как ноги охватывает непонятная слабость.

- Давай, помогу, - рука блондина обняла её за талию, и Рина осторожно выпрямилась, не возражая.

В голове зашумело, звуки то становились громче, то сливались в непонятный отдалённый гул, дышать отчего-то стало немного тяжело. Она смутно помнила, как добралась до выхода, поддерживаемая Коурэном, как они подошли к машине - какая-то часть сознания отметила, что это не её 'Мерседес', - и сели на заднее сиденье. Кареглазка чувствовала себя очень странно, но бороться со своим состоянием сил не было. Дальше она помнила отрывками, которые соединились в одно гораздо позже...

...Горячие, сухие, жадные губы Коурэна, сминающие её рот, болезненно-жёсткий поцелуй, и бесцеремонные пальцы, забравшиеся под сарафан...

...Прохладная кожа сиденья под спиной, тяжесть мужского тела, и довольный, но при этом равнодушный голос:

- Будешь знать, как вредничать, недотрога...

...Резкая, неприятная боль между ног, тем не менее, не сумевшая разогнать проклятый туман в голове, и тяжёлое дыхание у самого уха...

...Странные, неприятные, но однако на грани удовольствия, ощущения, и отстранённое осознание, что, кажется, её грубо трахают в машине...

...Уже квартира, спальня, и на ней совсем нет одежды, а руки связаны за спиной, и пальцы Коурэна, больно сжавшие её волосы на затылке, неумолимо нагибают вперёд, к внушительных размеров члену...

...Собственный хриплый крик, когда Коурэн резко вошёл сзади, совершенно не заботясь об удобстве Рины...

...И постоянно звучащие слова, что это только начало, и она ещё легко отделалась, и что он всё повторит, когда Ира придёт в себя, и пусть даже не надеется уйти отсюда утром...

Пробуждение было ужасным по ощущениям. Всё тело ломило, между ног поселилась тупая, саднящая боль, во рту распухший и шершавый как наждак язык ворочался с трудом, а запястья горели, будто их чем-то натёрли. С усилием сглотнув, Рина разлепила глаза, стараясь не шевелиться, и сначала оценить обстановку: последнее ясное воспоминание ограничивалось кафе и разговором с Коурэном. Дальше начинался странный калейдоскоп, вспоминать который Кареглазка не испытывала никакого желания, поскольку догадывалась, что случилось потом.

Но она не привыкла отступать перед трудностями, и жалеть себя тоже уже давно разучилась. Стиснув зубы, она выпрямилась, стараясь не стонать в голос, и с облегчением и мрачной радостью обнаружила, что уже позднее утро и в спальне кроме неё никого нет.

- Ну, оценим ущерб, - хрипло произнесла она, оглядев себя. - Мда...

На бёдрах красовались синяки от слишком крепко сжимавших её пальцев Коурэна, запястья покраснели и кое-где виднелись достаточно глубокие царапины, а бросив взгляд на смятую простыню, Рина заметила несколько бурых пятнышек. И она даже знала, откуда они: боль между ног не проходила, и сидеть тоже было очень некомфортно. Внутри поднялась мутная волна ярости, холодной и яркой, Рина сузила глаза, на мгновение замерев и уставившись в стену неподвижным взглядом.

- Он труп, - чётко произнесла Кареглазка. - Я его кости тупым ножом вырежу, и заставлю жрать собственную печень без соли и перца...

Да, ей нравился секс, даже грубый, но - вот так, когда её трахали, как резиновую куклу, по-всякому, предварительно налив какой-то дряни в кофе, - кстати, как он ухитрился это сделать, сунул что ли бабки официантке? - от которой мозг отключился почти в ноль?! Да ещё и наставив синяков?! До боли вонзив ногти в ладони, Рина встала, отыскала сарафан, и надела - о белье можно даже не вспоминать, наверняка осталось где-то на заднем сиденье машины, в которой они сюда ехали. Кареглазка молилась, чтобы Коурэна не оказалось дома, ибо одно из двух: либо он снова затащит её в постель, либо она его убьёт. Голыми руками. Или по крайней мере, попытается это сделать.

- И плевать, что он бессмертный! - выплюнула она, сузив глаза.

Время близилось к полудню, и Рине повезло - квартира, обычная скромная двушка с безликой мебелью, оказалась пуста. Женщина не собиралась проверять, выскочил ли Коурэн на пять минут, или надолго ушёл куда-то. Наскоро умывшись, она доковыляла до двери, и грязно выругалась: замок стоял хитрый, и открывался только ключом, как изнутри, так и снаружи.

- А вот хрен те в дышло, - криво усмехнулась Рина и сняла с волос чудом удержавшуюся там заколку.

Зря что ли Ришар учил её? Разогнув зажим, она несколько минут ковырялась в замке, пока наконец внутри что-то не щёлкнуло. Издав тихий радостный вопль хриплым голосом, она вывалилась на лестничную площадку, страстно желая оказаться наконец в своей квартире, в горячей, душистой ванной, и на некоторое время позабыть об этой ночи.

- Но только для того, чтобы вспомнить всё до мельчайших подробностей, сссучий выкормыш, - прошипела Кареглазка, нажав кнопку лифта.

Дело прежде всего, и она знала - эта встреча не последняя. Пока коса не окажется у неё, Коурэна придётся терпеть. Прикурив сигарету - пачка обнаружилась на тумбочке около двери, - Рина затянулась, подметив, что пальцы немного дрожат. Судя по всему, белобрысый вор задался целью сломать её, подмять под себя, выдрессировать, как, возможно, сотни женщин до неё. И, видимо, думает, что одна ночь в стиле грязного порно может это сделать. Кареглазка усмехнулась искусанными и потрескавшимися губами.

- Ты плохо меня знаешь, ублюдок, - мурлыкнула она, но тёмные глаза опасно блеснули. - Оооочень плохо, Коурэн...

Добравшись наконец до дома, Рина, помедлив, не стала активировать маяк - сначала надо привести себя в порядок, хоть немного. Иначе Ришар может наделать глупостей. А в том, что ему совершенно не понравится, как Коурэн обращался с его женщиной, Кареглазка не сомневалась. Горячая вода оказалась и блаженством, и испытанием: царапины и другие повреждённые места обожгла боль, и Рина зашипела, зажмурившись и вцепившись в края ванны. Мужественно перетерпев, она расслабилась, выкинув пока мысли о мести. Стоило продумать дальнейшие действия, и как себя вести при следующей встрече с Коурэном. В том, что она будет, Кареглазка тоже не сомневалась. Косу-то надо свистнуть...

Её уединение довольно скоро было нарушено. Дверь распахнулась, и на пороге появился - к удивлению и недовольству Рины - Ришар собственной персоной. Она уставилась на него с плохо скрываемым раздражением.

- Я что, маяк активировала? - сухо поинтересовалась женщина.

- Нет, - засунув руки в карманы, Айсенс прислонился к косяку, глядя на неё прищуренными глазами.

- Тогда какого хрена? - Рина порадовалась, что добавила пены, и синяки на теле не видны.

- Ты вчера ушла с Коурэном.

- Следил, что ли? - сквозь зубы поинтересовалась Рина.

- За ним, не за тобой, - последовал невозмутимый ответ. - Не люблю терять из вида врагов. И не я следил, мои люди.

- Параноик, - пробормотала Кареглазка. - Ну, ушла, и что? Кажется, мы уже обсудили, что это рано или поздно должно было случиться. Пришёл устраивать сцену ревности, что ли?

Лучшая защита - это нападение. Рина не собиралась посвящать Ришара в подробности своего близкого общения с блондином. Жаловаться не в её привычках.

- Нет, - его серьёзный вид нервировал Рину, казалось, Ришар прекрасно знает, что случилось. - Ну-ка, встань.

- На х** пошёл, - грубо ответила она, и не собираясь подчиняться.

Он молча приблизился, и опустив руку в воду, ничуть не заботясь, что рукав рубашки тут же намок, схватил её за плечо и резко поднял.

- Твою мать!.. - Рина зло уставилась на него, попытавшись выдернуть руку, но Айсенс держал крепко.

Его взгляд медленно прогулялся по её телу, задержавшись на красных, исцарапанных запястьях и синяках на бёдрах.

- И что там было? - спросил он ровным голосом.

- Секс там был, - огрызнулась Рина, чувствуя себя ужасно неуютно. - Такой ответ устраивает?

- Я вижу, - по непроницаемому лицу Ришара невозможно было понять, что он думает по поводу увиденного. - Вылезай.

- Да сейчас, - Рина всё-таки выдернула руку. - Мне и здесь хорошо.

- Вылезай, я сказал, - серо-мраморные глаза в упор посмотрели на неё, и Рина заметила в глубине огонёк раздражения. - Лечиться будем.

Поджав губы, Кареглазка молча вышла, сдёрнула с крючка полотенце, и вытерлась, стараясь не морщиться - и всё это под внимательным взглядом Ришара.

- Только руки или что ещё? - снова спросил он.

- Заботливый, блин, выискался, - буркнула Рина, и невольно ощутила румянец на щеках. - В доктора решил поиграть?

- Прекрати, а, - в следующее мгновение она оказалась на руках Айсенса. - Судя по всему, ты не шибко горела желанием трахаться с Коурэном. Я вполне представляю себе последствия. Так что ещё болит?

В результате Рина оказалась на кровати, и несмотря на сопротивление и ругань, Ришар раздвинул ей ноги, осматривая особо повреждённые места. Отчего-то Кареглазка чувствовала ужасную неловкость, хотя казалось бы, чего тут стесняться, что он там не видел. Когда Айсенс достал из кармана баночку с какой-то мазью, Рина с подозрением уставилась на него, приподнявшись на локтях.

- Ты что, знал, что так будет?! - прошипела она.

- Рина, блин, ты меня за дурака держишь? - раздражённо отозвался он, набрав на палец мази со странным зеленоватым цветом. - Ты пьяная была вчера или что? Мне сказали, ты почти висела на нём. И да, я в курсе, что Коурэн с женщинами не церемонится.

Она без сил откинулась на подушки, прикрыв глаза.

- Мне не мог сказать? - тихо спросила она, вздрогнув от ощущения прохлады.

- Это что-то изменило бы? - осторожные прикосновения приносили облегчение, жжение и боль постепенно притуплялись. - Да, он грубый и жестокий. Это ты хотела услышать? И потом, ты ж хотела поиграть с ним, - Рина услышала смешок. - Вот и поиграла. Понравилось?

- Скотина ты, - пробормотала она. - Очередной урок, да? Или всё-таки ревность, а? И да, эта тварь что-то подлила мне в кофе.

- В его стиле, - спокойно ответил Айсенс. - Коурэн привык добиваться своего любыми способами. Да, Риночка, урок. Ты была такой самоуверенной, что захотелось спустить тебя немножко с небес на землю. Кстати, как он отпустил-то тебя?

- Сама ушла, - злиться на него сил не было. - Он куда-то вышел.

- Понятно. Что дальше собираешься делать?

Рина неожиданно почувствовала усталость, да ещё и сонливость накатила - ночка выдалась не из лёгких.

- Ещё не знаю, - она зевнула, прикрыв глаза. Ришар уже занялся её запястьями, аккуратно втирая крем в повреждённую кожу нежными, медленными движениями. - Но яйца отрывать ему пока подожду... Сначала дело, а потом месть...

- Руки забинтовать надо, - Ришар встал. - Полежи пока.

...Когда он вернулся, Рина крепко спала, свернувшись калачиком и положив руки рядом с головой. Айсенс некоторое время стоял на пороге, глядя на Кареглазку, и непроницаемое выражение лица сменилось на задумчивое. Потом, чуть улыбнувшись, он осторожно присел рядом, и, взяв безвольную руку Рины, перебинтовал запястье. Она не проснулась, только глубоко вздохнула, пошевелившись. Перевязав вторую руку, Ришар снова некоторое время смотрел на женщину, потом вдруг лёг рядом, и аккуратно переложил её голову к себе на плечо. Рина и тогда не проснулась - что-то пробормотав, она устроилась поудобнее, снова затихнув. Уставившись в потолок неподвижным взглядом, Ришар рассеянно погладил плечо Кареглазки, даже не пытаясь понять, почему рванул сюда, едва наступило утро. Ему стоило большого труда удержать эмоции, когда он увидел последствия общения Рины и Коурэна. Однако отступать от задуманного не собирался: косу надо вернуть, и избавиться от блондина тем более. А уж с собственным братом Смерть разберётся как-нибудь сам.

Рина проснулась одна. Потянувшись и широко зевнув, она вдруг заметила на подушке след - рядом явно кто-то лежал. Хотя, почему кто-то, кроме Ришара некому. Хмыкнув, она поднялась, оделась, и решила прогуляться немного. Стоило несколько дней подождать с очередной встречей с Коурэном, пока не заживёт всё, ну и заодно всё же продумать дальнейшую стратегию поведения.

Айсенс не появлялся, чему Рина была и рада, и не рада. С одной стороны, так нужно для конспирации, мало ли что, с другой - она начинала скучать. И по Смерти тоже, как ни удивительно. Кареглазка настолько привыкла к их присутствию рядом, что сейчас чувствовала себя несколько неуютно по вечерам в большой квартире. На третий день, проснувшись и спустившись позавтракать, Рина обнаружила на журнальном столике в гостиной продолговатую бархатную коробочку и красную розу в высокой тонкой вазе. Подняв брови, она приблизилась к столику и открыла подарок: изящный браслет из белого золота, украшенный тёмно-красными рубинами, заставил Рину удивлённо распахнуть рот.

- Охренеть, - пробормотала она, и надела украшение. - Неужели Айсенс сподобился на подарок?

И угадал её любимые камни, надо же. Кареглазка довольно улыбнулась, хмыкнув. Такие вот неожиданные, хотя и редкие, знаки внимания от Ришара ужасно нравились Рине.

А на четвёртый день, как обычно, проснувшись, умывшись, и набросив халат, женщина вышла из спальни и замерла на лестнице, расширенными глазами уставившись на неожиданных гостей.

- А у тебя ничего квартирка, Ирочка, - небрежно улыбнувшись, произнёс Коурэн, развалившись на диване. - Что ж ты так быстро убежала от меня? Мои люди с ног сбились, разыскивая тебя по городу.

Рина покосилась на тех самых двух широкоплечих мужиков, которых отметелила у бара, и неожиданно сглотнула, почувствовав что-то, подозрительно похожее на страх. Они не сводили с неё глаз, в которых горел странный огонёк. 'П***ц', - пронеслась краткая мысль.

- Молчишь? - Коурэн поднялся, и Рина с трудом подавила порыв отступить на шаг назад, и только крепче сжала верх короткого шёлкового халата, наблюдая за блондином прищуренным взглядом.

- Что ты здесь делаешь? - ровным голосом осведомилась Рина. - Ты меня трахнул, чего ещё надо?

- Так ты почти ничего не соображала, - Коурэн издал смешок, и начал подниматься по лестнице, неторопливо, ощупывая её жадным взглядом. Кареглазка немедленно ощутила желание помыться. - А мне бы хотелось, чтобы ты была во вменяемом состоянии.

- Разбежался, - Рина хмыкнула, и всё же отступила на шаг, лихорадочно прокручивая в голове стратегию дальнейшего поведения - сопротивляться или всё же дать ему то, что он хочет? Если первое, опять вся в синяках будет, а то и чего похуже. Если второе... Да всё равно, если Ришар правду говорил, так и так ничего приятного её не ждёт.

С другой стороны, главную задачу никто не отменял: заинтересовать Коурэна на как можно больший срок, и за это время придумать, как же добраться до ножа. Или заставить его взять с собой сюда... Рина мысленно улыбнулась. Этот блондин с мутными глазами хочет её приручить? И думает, грубостью на грани жестокости сможет справиться с задачей? 'Ой, приятель, вот как раз этим ты только разозлишь меня, но никак не сломаешь', - хмыкнула она про себя. Умереть не умрёт, а синяки заживут. Касаемо гордости и прочего - ну так один раз её уже изнасиловали трое, ничего, выжила. Месть - блюдо, которое едят холодным, сначала дело. Значит, надо позволить Коурэну получить то, за чем пришёл.

Он уже поднялся, и остановился вплотную к Рине.

- Сама разденешься или помочь? - его взгляд остановился на пальцах Кареглазки, сжимавших халат.

- Прямо здесь? - холодно осведомилась она, в зародыше задавив зашевелившийся было страх.

Поздно бояться, да и Рина не собиралась радовать Коурэна слезами и соплями. Он же именно этого хочет от неё добиться.

- А что, мальчиков стесняешься? - Коурэн неприятно улыбнулся. - Так они всё равно присоединятся.

Что-то вроде этого женщина и подозревала, заметив взгляды охранников, или кто они там были. 'Этим точно яйца отрежу и жрать заставлю', - отстранённо подумала Рина.

- Надо ж тебя наказать как-то, - улыбка блондина стала шире. - Ну и им, так сказать, компенсировать моральный ущерб. У парней тонкая душевная организация, они страдают, что им баба морды набила. Ты халатик-то снимай, Ирочка.

Презрительно хмыкнув, она с вызовом вздёрнула подбородок, потянула за пояс, и небрежно повела плечами, позволив тонкому шёлку соскользнуть на пол. Благодаря чудной мази Ришара синяки и запястья, как и остальное, практически зажили за эти дни.

- Быстро учишься, - Коурэн кивнул, медленно скользя по ней взглядом, и добавил. - А это, чтобы точно не сбежала, снова.

Вынув руку из кармана, он продемонстрировал Рине наручники. Настоящие, железные, а не из розового меха, как в секс-шопах. 'Твою мать!..' Кареглазка до хруста стиснула зубы, краем глаза отметив, что два отморозка в гостиной чуть ли не облизываются, однако не спешат подняться. Ну да, команды 'фас' от Коурэна не поступило.

- Резвый какой, - процедила она, прищурившись, и ещё отступила - всё-таки голодные взгляды мужиков нервировали больше, чем надо.

А эмоции сейчас будут совершенно лишними. Блондин вдруг схватил её за плечо и резко толкнул в сторону спальни.

- Шагай давай, разговорчивая, - улыбка пропала с его лица.

Рина толкнула дверь, стараясь не думать о том, сколько предстоит провести здесь времени, пока Коурэн созреет до нужного решения. И до какой границы доходит его грубость.

...Ришар сжал ручку кресла так, что она тихо хрустнула, не отрывая взгляда от изображения в замысловатой рамке. Встроенный в маяк передатчик исправно транслировал происходящее в гостиной.

- Не дерись, не дерись с ним!.. - пробормотал он, напряжённо глядя на беседующих Коурэна и Рину. Видеть, как заклятый враг наставляет женщине синяки, ему почему-то не очень хотелось.

Услышав же про двух охранников, Ришар прищурился, и серые глаза потемнели до графитового цвета.

- Грёбаный ублюдок, - выплюнул он.

- Эй, эй, Айсенс, уймись, а, - Смерть изогнул бровь и хмыкнул. - Сам её оставил там. Чего теперь бесишься?

Ришар глубоко вздохнул, и сцепил пальцы в замок, проводив взглядом Рину и Коурэна. Его взгляд задержался на наручниках. Похоже, придётся приготовить побольше мази... Директор Академии никак не думал, что увиденное всколыхнёт такую гамму чувств, от раздражения до холодной, яростной ненависти.

- Ладно, - отрывисто ответил он. - Что с Самеди будешь делать?

Смерть нехорошо улыбнулся, и на мгновение лицо превратилось в оскал черепа.

- Отучу у старшего брата воровать, как только косу получу, - вкрадчиво ответил он, и в чёрном глазу загорелся красный огонёк. - Этот урррод и так держит меня на голодном пайке, а тут ещё и Рины нет, - лысый поджал губы.

- Ну, пока, благодаря ей же, Коурэн будет слишком занят в ближайшие дни, - Айсенс холодно усмехнулся. - Можно прошвырнуться по мирам, заварить парочку локальных войн, голодный ты мой.

- Хорошая идея, - невозмутимо кивнул Смерть. - А то ты тут на говно изойдёшь, прилипнув к этому экрану. Толком-то всё равно ничего не увидишь, вряд ли их игры выйдут за пределы спальни. И не услышишь, Рина гордая, - добавил с усмешкой лысый. - Кричать не будет, даже если совсем хреново станет.

Ришар только поджал губы, но ничего не ответил. Ничего, он умел ждать. А уж учитывая, сколько лет длится их с Коурэном молчаливая вражда, блюдо под названием месть охладилось достаточно, чтобы приступить к его поглощению.

Где-то после седьмого дня - предположительно - Рина сбилась со счёта, сколько здесь находится. Спала она теперь тогда, когда имелась возможность, а не ночью, и не могла с уверенностью сказать, уснув при свете солнца и проснувшись при нём же, был это тот же день или уже следующий. К постоянной боли в разных, и порой неожиданных местах на теле она привыкла, и к тому, что частенько на простынях оставалась кровь после посещения спальни Коурэна, или кого-то из его людей, или всех сразу. Запястья, хоть и перебинтованные, представляли собой сплошные царапины и воспалённую, покрасневшую кожу. Рина молча радовалась, что её тело подчинялось несколько другим законам, чем у обычных смертных, и заражение крови не грозило. Наручниками Коурэн любил пользоваться часто...

Первые два дня она думала, что не выдержит: ей практически не давали передохнуть, трахая то втроём, то вдвоём, и совершенно не заботясь, нравится это Рине или нет. Стиснув зубы, и монотонно считая в уме, Кареглазка молчала, упорно молчала, несмотря на боль, и открывая рот только в одном случае - уж никак не для извлечения каких-то звуков. От неё отстали, только когда она, уткнувшись лицом в подушку и не реагируя даже острую, пульсирующую боль в пристёгнутых к спинке кровати наручниками запястьях, плавно уплыла в обморок. Тогда, придя в себя, Рина обнаружила, что, видимо, провалялась в беспамятстве долго: кто-то её вымыл и перевязал руки. По телу словно несколько раз проехались катком, а ноги было больно сводить вместе. Низ живота сильно, неприятно тянуло, во рту оставался мерзкий привкус. Сглотнув, Рина встала с кровати, тихонько постанывая, и дотащилась до туалета и ванной. Протошнившись и прополоскав рот, она дрожащими руками накинула халат, и осторожно выглянула из спальни. Ну естественно, двое охранников сидели в гостиной и смотрели телевизор. Кто бы сомневался, что её теперь оставят одну.

И понеслась... Коурэн жутко бесился, что Рина молчит, и даже не разговаривает, а она про себя усмехалась, уже точно зная, что на самом деле ему это нравится - о чём говорил довольный огонёк, мелькавший иногда в глубине мутно-голубых глаз. Видимо, с такими упрямыми, как она, блондин ещё не встречался. Кареглазка упорно не хотела ломаться и унижать себя слезами и мольбой о пощаде. Даже несмотря на затушенные о разные части тела сигареты и применённую не совсем по назначению пустую бутылку от шампанского. После последнего она снова потеряла сознание. Теперь от боли. Но даже подобное развлечение вырвало у Кареглазки сдавленный, глухой стон - она до крови прикусила губу, только чудом удержавшись от крика. Коурэн не трогал её дня два, кажется, пока Рина отлёживалась. Замечая всё чаще задумчивый, изучающий взгляд блондина, она молча молилась, чтобы её тактика наконец принесла плоды. Потому что, судя по отрывочным разговорам между охранниками, подслушанным несколько раз, Коурэн ещё никогда так долго не уделял внимание одной женщине. И судя по сокращению временных промежутков между посещениями Рины, происходящее ему всё больше нравилось.

- Ты что-то зачастил в тот мир, а, приятель, - Коурэн даже не вздрогнул, услышав за спиной вкрадчивый, шелестящий голос. - Дела совсем забросил.

Блондин пожал плечами, засунув руку в карман, и помешав в толстостенном бокале прозрачный джин со льдом.

- Дела не убегут. Всё на мази.

Тот, кто не так давно был старым жрецом вуду, скользящими шагами подошёл ближе, небрежным щелчком поправив на голове шляпу-цилиндр тёмно-синего цвета.

- Новую игрушку нашёл, что ли? - в голосе говорившего послышалась насмешка. - У тебя взгляд какой-то блуждающий.

Чуть повернув голову, Коурэн поднял бровь.

- А тебе что за дело? Нашёл и нашёл.

- Айсенс активизировался, - без всякого перехода известил тот, кого знали среди вуду как Барона Самеди. - Он развязал несколько войн, в разных мирах. Догадайся, куда души ушли. Он заказы перехватывает, Коурэн.

Светлые глаза прищурились, блондин сделал глоток джина.

- Плохо, - лаконично отозвался Коурэн. - Пара дней, и я вернусь. Комнату для обряда подготовь.

- Оу, - раздался смешок. - Никак, игрушка настолько понравилась, что решил её сюда привести?

- Завидно, что ли? - Коурэн усмехнулся.

- Да нет особо. Только... проверил бы ты эту игрушку, - задумчиво отозвался Барон. - Сколько она у тебя уже?

Блондин пожал плечами.

- Не знаю, не считал. Ну, недели две есть.

- Выносливая, - хмыкнул бывший жрец. Он был в курсе специфических развлечений Коурэна.

- О, очень, - тот негромко и довольно рассмеялся. - Даже не представляешь, насколько.

Его собеседник ответил не сразу.

- Тогда точно проверить надо, - задумчиво протянул он.

- Вот и проверишь, когда сюда приведу, - Коурэн допил джин и неуловимым движением достал из широких ножен на поясе нож. - Но не думаю, что твоя паранойя подтвердится. Она обычная баба, просто упрямая до невозможности. Мне такие нравятся, - он улыбнулся, проведя по лезвию пальцем.

- Думаешь, её надолго хватит?

Коурэн в упор посмотрел в ставшие абсолютно чёрными, без зрачка и радужки, глаза бывшего жреца.

- А я умею растягивать удовольствие, - блондин издал смешок и направился к выходу из комнаты. - К ритуалу приготовь всё, будь любезен.

- Слушаюсь, господин, - в голосе Барона слышались издевательские нотки.

- Шут, - пробормотал Коурэн, и прикрыл за собой дверь.

Идея сделать Иру персональной игрушкой нравилось ему с каждым днём всё больше. Надо ж в конце концов сломить эту её дурацкую гордость и пренебрежение во взгляде. А полный арсенал развлечений у Коурэна имелся только здесь, в его Академии. Там, в том мире, это были цветочки, в чём Ире предстоит очень скоро убедиться.

Рина ухитрилась задремать даже в том неудобном положении, в котором её оставили: с прикованными к спинке кровати руками. Запястья саднили и стреляли искрами боли, сквозь бинты проступила кровь, а низ живота неприятно тянуло, как будто вернулись старые добрые критические дни. И несмотря на всё это, Кареглазка, едва прикрыв глаза, сумела расслабиться и уснуть. Не слишком крепко, но всё же на какое-то время она отключилась. Разбудил какой-то звук за дверью, и Рина разом вынырнула из вязкой темноты сна, уставившись на вход: вроде, шаги. Вдруг охватило странное, беспокойное чувство, что это не простой визит, и Кареглазка подобралась, устроившись поудобнее. Освобождаться от наручников её тоже научили, весьма болезненным способом, но по сравнению с последней парой недель, вывихнутый палец - не самое страшное, что с ней может произойти. Рина не сдержала кривой усмешки. Если это то, о чём она думает, Коурэна ждёт большой сюрприз... Хотя для начала стоит попытаться избавиться от 'браслетов' обычным путём, уговорив блондина снять их.

Нащупав кольцо-артефакт, Кареглазка проверила, насколько легко оно снимается, прикинув, успеет ли быстро активировать портал. И ещё, она надеялась, что Коурэн не собирается воспользоваться ножом прямо здесь и сейчас. 'Ришар же говорил, ему обряд какой-то требуется', - вспомнила Рина.

- Ну как, отдохнула? - Коурэн остановился около кровати, засунув руки в карманы, и глядя на неё непроницаемым взглядом.

Женщина чуть прищурилась, краем глаза отметив широкие ножны, и сердце радостно подпрыгнуло в груди. Неужели кошмар последних двух недель почти закончился?!

- Есть хочу, - отрывисто сообщила она хриплым голосом.

Рина общалась с Коурэном исключительно двумя-тремя фразами, сообщая только о самом необходимом: еда, туалет - последнее, это если её вот так оставляли, как сейчас. Блондин молча кивнул, снова подошёл к двери и высунув голову, отдал распоряжения. Потом вернулся, сел на кровать, продолжая сверлить Рину взглядом. Она прикрыла глаза, следя за Коурэном сквозь ресницы, и ожидая, что он будет делать дальше.

- Тебя здесь никто искать не будет, я выяснил, - негромко сказал он, и Рина изобразила на лице непонимающее выражение. - Я собираюсь забрать тебя отсюда.

По идее, следовало возмутиться и начать выспрашивать, откуда отсюда и кто он, мать его, вообще такой. Так повела бы себя обычная, пусть и слишком упрямая, женщина. Но обычная бы не выдержала столько дней в таких условиях. Рина изогнула бровь, и решила нарушить добровольный обет молчания. Надо ж потянуть время, и заодно придумать, как подобраться к ножу. Кольцо сломать она успеет.

- Я должна забиться в экстазе от великой чести, оказанной мне? - холодно обронила она.

Вместо ответа последовала увесистая пощёчина, от которой во рту появился металлический привкус.

- Тебя вообще можно чем-то пронять или нет? - Коурэн уставился на неё с каким-то нездоровым интересом.

- А хочется, ублюдок, да? - усмехнулась Рина, прекрасно понимая, что из них двоих, как ни странно, положение контролирует именно она.

- У меня есть способы, - блондин улыбнулся в ответ, и Кареглазка едва не поёжилась от этой улыбки. Нет, вот в гости к этому красавцу она точно не хочет. Как и узнать про способы.

Их разговор прервался: в спальне появился один из охранников с подносом. Окинув Рину ленивым взглядом - естественно, на ней никакой одежды не было, - он поставил поднос на кровать, и вышел. Покосившись на омлет, Кареглазка демонстративно пошевелила руками, отчего наручники тихо звякнули.

- Сама есть хочу, - отрывисто пояснила она.

На какой-то момент ей показалось, Коурэн откажет, и как часто бывало, сам начнёт кормить её. Но нет, достал из кармана ключи, и вскоре кисти были свободны. Подтянув поднос к себе, Рина осторожно взяла тарелку - израненные руки плохо слушались, но хоть не дрожали, уже хорошо, - и принялась молча есть. Вариант, как добраться до ножа на поясе Коурэна, собственно, один: надо, чтобы он оказался как можно ближе к Рине. Женщина мысленно поморщилась. Она после последнего их тесного общения не совсем ещё в себя пришла... 'Ладно, мне ж только нож этот дурацкий взять, и всё, и свалить из этого весёлого местечка'.

Доев омлет, она развернулась и села на кровати, собираясь направиться в ванную - точнее, надеясь, что так подумает Коурэн.

- Куда собралась?

'Подальше от тебя, м***к озабоченный', - мысленно огрызнулась она, но вслух ничего не сказала, просто пожав плечами и встав. Рина прекрасно знала, что такое поведение злило Коурэна больше всего.

- Я, мать твою, кого спрашиваю?!

Оглянувшись через плечо и отметив, что блондин встал, она хмыкнула и спокойно ответила:

- Всего лишь в ванную. Или мне и этого уже нельзя в собственной спальне? - насмешливо добавила Рина.

Светло-голубые глаза прищурились, и Кареглазка поняла, что своего добилась: Коурэн разозлился. А значит, так просто теперь не уйдёт. И оказалась права. Блондин в два шага приблизился к ней, и ухватив за плечо, рывком притянул к себе.

- Слишком много говорить стала, Ирочка. Давно рот не затыкали, а? - процедил он сквозь зубы, и другой рукой начал расстёгивать ремень на джинсах.

Рина воспользовалась моментом, и стянула кольцо с пальца, зажав в кулаке. 'Надеюсь, Айсенс не соврал, и оно действительно легко ломается', - мелькнула мысль. Издав смешок, и глядя прямо в эти мутные, всегда с одним и тем же выражением, глаза, она непринуждённо поинтересовалась:

- Помочь? - и словно невзначай пальцами свободной руки провела по ремню, и коснулась ножен. Точнее, гладкой рукоятки, торчавшей из них.

- Руки убрала! - тут же отреагировал Коурэн, но перехватить запястье не успел.

Крепко стиснув нож, Рина одновременно сжала кулак, испытав кратковременный приступ паники, когда ей показалось, что кольцо не поддалось. Но мгновением позже реальность словно смазалась, и Кареглазка поспешно зажмурилась, успев услышать отборный мат и вопли Коурэна. Потом знакомый ветерок, отчего Рина покрылась гусиной кожей, и внезапная тишина. Осторожно приоткрыв сначала один глаз, а потом второй, она обнаружила, что стоит посередине кабинета, а на неё с дивана смотрят Ришар и Смерть, с одинаково непонятными выражениями лиц. Рина почувствовала, как её начала бить крупная дрожь, все синяки, царапины и повреждения вдруг заболели с удвоенной силой.

- В-вот эта хрень?.. - хрипло выдавила она из себя, на секунду подумав, что ошиблась и притащила просто левый нож какой-то.

Но тогда Коурэн бы так не матерился... Трофей выпал из ослабевших пальцев, глухо звякнув, а перед глазами Рины стены вдруг снова поплыли, теперь уже от слабости, и она пошатнулась, вяло подумав, что сейчас потеряет сознание. Тут наконец Айсенс отмер, и в два шага оказался рядом, и последнее, что запомнила Рина, прежде чем уйти в вязкую темноту, это ощущение тёплых, сильных рук, крепко обнимавших её.

Смерть медленно провёл пальцем вдоль бритвенно-острого лезвия, на его губах играла лёгкая улыбка, а в разноцветных глазах появилось отсутствующее выражение. Вторая рука крепко сжимала отполированную ручку. На тихий звук открывшейся двери лысый чуть повернул голову, и вполголоса спросил:

- Как она?

- Спит. К концу недели будет в норме, - Ришар сел в кресло напротив, и соединил кончики пальцев. - Не надо сверлить взглядом, - Айсенс хмыкнул. - Совести у меня нет, ты же знаешь. Но Коурэна поймаю, - серые глаза холодно блеснули. - И избавлюсь наконец от этой занозы в заднице раз и навсегда.

- Ловить тоже будешь с помощью Рины? - небрежно поинтересовался Смерть, продолжая поглаживать лезвие обретённой косы.

- Самый быстрый и лёгкий способ, - Ришар кивнул.

- Она потом уйти захочет, - задумчиво произнёс лысый.

Айсенс хмыкнул.

- Ну я же буду знать, куда, - на его губах появилась ленивая усмешка. - И потом, приятель, она меня любит. Сама призналась в дневнике, так что не думаю, что Рина на самом деле не захочет больше видеть ни тебя, ни меня. Скорее, просто отдохнуть немного, а это я могу ей предоставить.

Смерть молча покачал головой, ничего не ответив, и поднялся.

- Ладно, - он усмехнулся, но получился почти оскал. - Пойду, навещу родственничка, пока Коурэн где-то шхерится. Всё равно сам он никуда не денется.

- Удачи, - Ришар кивнул и пересел за стол. - Я пока отчёты разберу.

Лысый направился к двери, и его фигура постепенно окутывалась чёрным, непроницаемым туманом, превратившимся у самого выхода в плащ с капюшоном. Ришар, бросив на него взгляд, издал смешок.

- Выпендрёжник, - пробормотал он ехидно под нос, и углубился в бумаги.

- Сскотина такая, ушлёпок, говна кусок!! - шипел тот, кто когда-то был жрецом вуду, нарезая круги по гостиной. - Свалил, а меня разгребать оставил! Лопух, говорил же ему, проверь!!

Самое поганое было то, что без посторонней помощи в этом теле тот, кого называли Бароном Самеди, мало что мог. Даже уйти и избежать разговора с родственничком. В том что он состоится, сомнений не оставалось. Пробормотав ещё пару ругательств, Самеди выскочил из гостиной, и почти бегом направился в комнату для ритуалов. Зачем, он и сам не знал. Но там его ждал сюрприз, не слишком приятный.

- Привет, братишка, - вкрадчивый голос с шипящими нотками, и из тёмного угла выступила фигура, закутанная в плащ.

Самеди замер, прищурившись, и поправил цилиндр на голове.

- Поговорим? - гость поудобнее перехватил длинную косу с блестящим лезвием.

- Поговорим, - буркнул Барон, настороженно косясь в сторону фигуры.

Посетитель поднял руку, и сухо щёлкнул костяшками - в двери послышался звук закрываемого замка. Самеди выругался про себя, понимая, что эта партия проиграна. Гость скинул капюшон, явив взору бывшего жреца вуду ухмыляющийся череп со светящимися глазницами.

- Ты какого хрена ввязался в это дело, а? - Смерть приблизился к брату, благо тот не стал устраивать гонки в относительно небольшой комнате. - Думал, прокатит, да?

- Тебя забыл спросить, - оскалился Самеди, выставив вперёд руки.

- Понты не кидай, - презрительно отозвался Смерть, хмыкнув. - В этом теле ты мало что можешь, болезный.

Неуловимое движение, и несмотря на то, что Самеди дёрнулся в сторону, белые костяшки кисти сомкнулись на его горле.

- Ещё раз влезешь не в своё дело, о тебе никто больше не вспомнит, - прошипел гость, приблизив череп к перекошенному лицу Барона. - Заведуешь своими духами, и заведуй дальше, братишшшка! Но не пытайся захапать мои угодья! И не связывайся с неудачниками, - послышался смешок.

- Пусти, - прохрипел Самеди, вцепившись в костлявую руку. - Придурок!..

- Ой, боюсь, - мурлыкнул Смерть, и сжал пальцы чуть сильнее. - Клянись давай, что носу не сунешь в мои дела больше!

- Разбежался, скелет протухший! - выдавил из себя Самеди, чувствуя, что ноги оторвались от пола.

Клацнув челюстями, Смерть одним плавным движением прижал брата к стене, почти лишив возможности дышать.

- Хочешь совсем исчезнуть? - вкрадчиво поинтересовался он. - Я могу, ты знаешь.

Лезвие косы блеснуло совсем рядом с шеей, и Самеди почувствовал беспокойство.

- Может, поделим, а?.. - попробовал предложить он компромисс.

- Фига, - Смерть покачал черепом. - Тебе и так достаточно того, что твои последователи творят. А смертью и жизнью буду распоряжаться я. Клянись. Или твоё существование закончится здесь и сейчас. Ты меня ужасно разозлил, братишшшка.

Телу не хватало воздуха, и Самеди, задыхаясь, проскрипел:

- Клянусь не лезть в твои дела, чтоб мне исчезнуть... Пусти, идиот!..

Кончик косы прочертил линию на предплечье Барона, и на коже выступили тёмные капли. Подхватив костяшкой пальца каплю, Смерть поднёс её к черепу.

- Пррринято, - челюсти клацнули снова, и шея Самеди освободилась - он сполз по стенке, ноги смертного тела не держали. - Нарушишь - исчезнешь. Вон пошёл, - и не успел Барон что-то ответить, как коса снова совершила движение, теперь уже вдоль шеи бывшего жреца.

Через несколько минут в комнате для ритуалов лежало бездыханное тело негра с выпученными глазами, теперь уже мёртвого окончательно. В воздухе прошелестело трёхэтажное матерное ругательство, и всё стихло. Смерть удовлетворённо вздохнул, и нежно провёл костяшкой по лезвию косы.

- Вот теперь всё в порядке, - мурлыкнул он, и завернувшись в плащ, растворился в дальнем тёмном углу.

- Отпусти меня, Ришар, - устало попросила Рина, глядя на директора, вольготно расположившегося на кровати, и подтянула колени к подбородку.

- Как чувствуешь себя? - невозмутимо осведомился он, не сводя с неё глаз.

- Сносно, твоими стараниями. Ты обещал! - Кареглазка нахмурилась.

Сколько прошло со дня возвращения, она не считала, отсыпаясь, отдыхая, и терпеливо перенося перевязки. Лысого не наблюдалось, но зато рядом постоянно находился Ришар, непривычно заботливый, и внимательный.

- Обещал, - на лице Айсенса появилась улыбка. - Ты действительно этого хочешь?

- Да, - тихо ответила она, не опустив взгляда.

Ришар помолчал.

- Хочешь, уберу воспоминания? - неожиданно предложил он, осторожно погладив ногу Рины, укрытую одеялом.

Она криво улыбнулась.

- Неа. Хочу помнить, чем может закончиться сотрудничество с тобой, Айсенс.

Ришар хмыкнул.

- Риночка, я не смогу совсем оставить тебя, - вкрадчиво ответил он. - Те, кто отучился здесь, работают на меня. Так или иначе.

Нахохлившись, Кареглазка плотнее завернулась в одеяло.

- По-моему, я достаточно отработала уже, - глухо отозвалась она.

- Это мне решать, - последовал невозмутимый ответ.

- Скотина, - Рина скривилась. - Дай мне уйти, в конце концов!

Он молчал, только улыбался, глядя на неё. Женщина почувствовала себя неуютно. Казалось, Ришар знает что-то, о чём она не догадывается.

- Я всё равно буду знать, где ты живёшь, - наконец ответил Айсенс. - И смогу приходить.

Рина поджала губы.

- Сменю квартиру, - буркнула она.

- Мм, а я всё равно вычислю, - мурлыкнул он, придвинувшись ближе.

- Да что ж ты за ублюдок, а, - устало выдохнула Кареглазка, откинувшись на подушки и прикрыв глаза. - Ну чего ещё тебе от меня надо?! Косу вы вернули, дела пошли на лад, таких, как я, у тебя ещё наберётся!

- О, не принижай своих достоинств, куколка, - Ришар рассмеялся и выпрямился. - Ещё пару дней полежи, потом поговорим снова.

Приблизившись, он неожиданно нежно коснулся губами лба Рины.

- У тебя были трудные дни, милая, - тихим голосом произнёс Айсенс, и коснулся ладонью её щеки. - Отдыхай.

И Рина осталась одна. Пробормотав ругательство, и рассеянно коснувшись повязок на запястьях, она свернулась калачиком, и снова уснула. Долгожданный отдых расслаблял, но следовало как можно скорее определиться с дальнейшей жизнь. Рина хотела начать всё сначала, но уже не в Академии. И не с Ришаром. Сердце кольнуло сожаление, но Кареглазка задавила его недрогнувшей рукой. Рядом с ним нет будущего. Это однозначно. Чувства там или нет, но... они должны следовать дальше каждый своей дорогой. Рина совершенно не питала иллюзий, и не собиралась позволять Ришару дальше использовать её как персональную игрушку. Он и так слишком уж долго уделяет время ей одной. Это ей по секрету Смерть сообщил, когда заскакивал проведать, как дела. Обзаведясь косой наконец, он целыми днями пропадал где-то, по словам Ришара - 'по делам'.

Момент, когда Рина окончательно оклемалась, и всё зажило, настал, и она была настроена решительно: прояснить свою дальнейшую судьбу и по возможности избавиться наконец от опеки и лысого, и Айсенса. Только вот что-то ей подсказывало, что не всё так просто...

Уютно потрескивал огонь в камине, на столе стояли пустые тарелки и остатки завтрака. Смерть снова отсутствовал, и Рина даже почувствовала смутное сожаление - она начинала скучать по лысому. Кареглазка сидела на диване, точнее, на коленях Ришара, его руки крепко обнимали за талию, а подбородок лежал на плече Рины. В таком положении она чувствовала себя несколько неуютно, но протестовать не имело смысла, как и попытаться выбраться из объятий и пересесть в кресло. Айсенс в последнее время слишком подозрительно стал проявлять замашки нормального мужика, в том числе и собственнические. Правда, пока она всё же спала спокойно, никто не спешил к ней приставать, хотя Ришар ночевал с ней вместе.

- Так что насчёт моего переезда отсюда? - Рина решила начать разговор первой.

- Ну, квартиру я тебе уже подобрал, - огорошил её Айсенс. - Конечно, не такая шикарная, но что-то мне подсказывает, что одной тебе подобные хоромы ни к чему, мм?

- Одной? - Рина уцепилась за слово, подумав, что ослышалась.

- Я буду в гости приходить, - со смешком добавил Ришар. - Может даже на несколько дней.

Женщина с досадой поджала губы: слова директора вызвали смешанные эмоции, разобраться в которых было весьма сложно. Вздохнув, она всё же попробовала отстоять свободу:

- Послушай, Айсенс...

- Это ты послушай, Риночка, - оборвал он, и его пальцы медленно развязали пояс короткого шелкового халатика. - Я тебе ещё тогда говорил, когда мы договаривались о сотрудничестве, скажем так. Пока ты мне интересна, я тебя не отпущу. Мне плевать на мотивы моих поступков, честно, и копаться в себе не люблю, да и не вижу в этом смысла. Запомни, пока ты мне не надоешь, даже не пытайся сбежать от меня, - распахнув полы, Ришар обхватил ладонями грудь Рины, и тихонько погладил соски, уже собравшиеся в горошинки.

Кареглазка сглотнула, прикрыв глаза и откинув голову ему на плечо - она тоже соскучилась, и не собиралась сопротивляться его действиям. Но вот слова... от них стало немного страшно.

- И как тебе надоесть побыстрее, а? - хрипло спросила она, чувствуя, как ладони Айсенса неторопливо скользят вниз, по животу.

- О, а вот на это не надейся, - мурлыкнул он, слегка прикусив мочку уха. - Я знаю, как сделать так, чтобы интерес к тебе у меня сохранился надолго, Кареглазая моя.

- Значит, не отпускаешь? - пробормотала она, обречённо подумав, что где-то в глубине души не очень-то и хочет свободы от Ришара. Малодушно, но что поделать, если её угораздило влюбиться в самого неподходящего человека. Да и человека ли...

- У тебя будет свобода, Риночка, - руки Айсенса легли на бёдра женщины, мягко их раздвинув. - Я даже не буду против, если ты себе кого-нибудь заведёшь, - она услышала смешок, но ответить не получилось - пальцы Ришара нежно погладили Рину между ног, отчего она выгнулась навстречу и не сдержала короткого, судорожного вздоха. - А вот Коурэна найду и надеру задницу, - вкрадчиво добавил Ришар, продолжая ласкать Рину. - Никто не смеет поднимать руку на мою женщину...

Она уже ни о чём не думала, сорвавшись в пропасть долгожданного наслаждения, и одних только умелых пальчиков Ришара ей уже было мало. Изловчившись, она перевернулась, сев верхом на Айсенса, и взялась за ремень его штанов, облизав пересохшие губы. Их взгляды встретились, и Ришар медленно улыбнулся, заложив руки за голову.

- Я хочу тебя, засранец, - хрипло сказала Рина, улыбнувшись в ответ.

- Какие сладкие слова, Кареглазая моя, - низким голосом ответил Ришар, и его глаза потемнели до цвета графита.

Рина справилась с ремнём, и Айсенс приподнялся, чтобы ей удобнее было стащить с него штаны. Её дыхание участилось, едва она увидела наглядное доказательство, что их желания совпадают. Положив руки на плечи Ришару, Рина прикрыла глаза, и медленно опустилась, тихонько застонав от восхитительного ощущения полноты внутри. Тут же ладони Айсенса сжали её попку, и она начала медленно двигаться, словно дразня, но очень скоро Ришар перехватил инициативу, просто опрокинув её на спину, и вжав в диван. Очень скоро стоны Рины перешли в крики, она впивалась ноготками в спину и плечи Ришара, чувствуя, как он вздрагивает, и от этого заводясь ещё сильнее. 'Да к чёрту, нафига мне другие мужики?!' - мелькнула у неё последняя мысль перед тем, как сознание отключилось, и остались одни эмоции, накатывавшие волнами, уносящие куда-то далеко-далеко...

До спальни они всё-таки добрались. А ближе к утру вернулся Смерть, чему Рина тоже была очень и очень рада.

А потом, когда она проспалась и позавтракала, Ришар показал ей новую квартиру, где Рине теперь предстояло жить. Большая, трёхкомнатная, обставленная современной техникой, она женщине понравилась. Ещё ей вручили карточку.

- Ни в чём себе не отказывай, Кареглазая, - с усмешкой произнёс Ришар, коснувшись ладонью щеки Рины. - Твои честно заработанные деньги.

Следующие несколько недель она тоже вспоминала со странной ностальгией, потому что жизнь протекала спокойно, и как-то слишком уж приятно. Ришар приходил часто, и они проводили время не только в спальне. Гуляли по городу, катались, пару раз Айсенс даже устроил ей поездку на тот остров, где они как-то отдыхали втроём. Она почти поверила, что Ришар изменился, по крайней мере, в отношении неё, и Рина действительно имеет для него несколько большее значение, чем очередная женщина... По крайней мере, цветы и подарки он дарил часто.

Пока в один прекрасный день жизнь снова не сделала крутой поворот, и далеко не в лучшую сторону.

Ришар не появлялся уже несколько дней, как и Смерть, и Рина поймала себя на том, что скучает и слишком часто думает о них. Она настолько привыкла, что оба появляются ровно в тот момент, когда надо, что теперь не знала, куда себя девать. Работать не было нужды, денег на карточке имелось достаточно. Она поужинала в ресторане недалеко от дома, и решила сегодня устроить себе приятный вечер с бокалом вина и просмотром какого-нибудь фильма. Поднимаясь в лифте, Рина неожиданно поймала себя на смутном тревожном ощущении, но не придала ему значения. В дом просто так не пройдёшь, охрана знала всех жильцов в лицо, и просто так никого не пропускала - Ришар позаботился о безопасности.

Открыв дверь, она вошла, включила свет, сбросила босоножки. Напевая что-то под нос, Рина зашла в гостиную, и замерла, не веря собственным глазам и чувствуя дежавю: на диване сидел Коурэн. Злой, осунувшийся, помятый, но живой. И он держал в руке пистолет, дуло которого смотрело прямо в живот Рине.

- Ну ты заставила за собой побегать, подстилка Айсеновская, - ровным голосом произнёс Коурэн, не сводя с неё немигающего, холодного взгляда. - Удивлена, да? Забыла уже про меня? А зря...

Рина не двигалась, лихорадочно просчитывая в голове варианты, и понимая, что все они заведомо проигрышные. Умереть не умрёт - наверное, - но получить пулю в живот и посмотреть, что будет дальше, не хотелось. 'Чёрт, ну почему когда надо, Ришара неизвестно где носит!' - мелькнула раздражённая мысль. Паника стучала в ушах, но Кареглазка сохраняла невозмутимое выражение лица: показать врагу страх значило проигрыш окончательный и бесповоротный. 'Может ли он умереть сейчас, без косы? Хотя, он же знает вуду, наверняка имеет запасные варианты продления своей жизни...'

- Иди сюда, - последовал приказ, не подразумевавший возражений.

Рина медленно приблизилась и остановилась, стараясь не коситься на пистолет.

- Я долго думал, как же тебя наказать, сучка, - лениво произнёс он, и дуло пистолета коснулось её ноги - Рине стоило больших усилий не вздрогнуть. - Убить тебя было бы слишком просто, - Кареглазка отметила, что по ходу Коурэн не догадывается, что она тоже бессмертная в некотором роде. - А мне хочется, чтобы ты была моей. Со всеми потрохами. Скажи, когда Ришар тебя трахает, ты же ловишь кайф, да? Ловишь? - воронёная сталь медленно поползла по ноге, задирая подол короткого летнего платья, которое Рина сегодня надела.

- Он умеет обращаться с женщинами, - насмешливо ответила Кареглазка, с некоторым удивлением чувствуя, что паника отступает. Отчего-то внутри поселилась твёрдая уверенность, что ничего Коурэн ей не сделает. Ну может, оттрахает разок, так не в первый раз. Переживёт.

- О, я тоже, поверь, - Коурэн усмехнулся. - Ближе подойди.

Она приблизилась почти вплотную, и блондин задрал подол почти до пояса, внимательно уставившись на тонкую паутинку кружевного белья, которое было на Рине.

- Только нежности и ласки ты не заслужила, радость моя, - он поддел дулом резинку трусиков, и приспустил её. - Снимай.

Она подчинилась, небрежно отбросив ногой.

- А я, знаешь ли, от грубости как-то не ловлю кайф, - хмыкнула Рина.

- А придётся, - в голосе Коурэна прореались эмоции, и он снова приподнял подол платья оружием. - И это тоже снимай.

Пока Кареглазка освобождалась от одежды, незваный гость одной рукой расстегнул ремень штанов.

- Давай, - кивнул он, шевельнув пистолетом. - На колени, дорогуша. И это только начало. Я сделаю так, что ты будешь кричать от удовольствия, даже когда буду тушить об тебя сигареты.

Стиснув зубы, Рина опустилась, как никогда желая, чтобы появился Ришар. Коурэн свободной рукой ухватил её изрядно отросшие волосы на затылке, и больно сжал в кулак, пригнув к себе.

- Работай, девочка, - холодный, вновь без эмоций, голос.

И ей пришлось сделать это. Шальная мысль, возникшая в процессе, а не воспользоваться ли зубами, была отвергнута: пистолет Коурэн не выпустил из рук, и его холодное дуло прижималось к её щеке. Выстрелить успеет, а можно ли жить с мозгами, вытекающими из черепа, Рина не хотела выяснять. Всё происходило молча, и она мстительно вцепилась ноготками в бёдра блондина, надеясь, что он почувствует не только удовольствие.

- Хватит, - через какое-то время Коурэн снова дёрнул её за волосы, и рывком поднял. - Продолжим, детка.

Отложив пистолет, он быстрым движением достал откуда-то из-за спины нож с широким, блестящим лезвием.

- Садись, - последовал очередной приказ.

Она подчинилась, оказавшись лицом к лицу с Коурэном. Ощущения не из приятных, Рина же не хотела, но клинок у щеки не подразумевал отказа.

- Покажи мне, что ты умеешь, сучка, - нож медленно спустился по шее, а пальцы свободной руки блондина больно впились в её бедро, резко двинув к себе.

Между ног словно наждаком провели, Рина стиснула зубы, сдержав стон, но когда лезвие царапнуло кожу на груди, сильно прикусила губу. Коурэн медленно стёр пальцем выступившие капельки крови, и слизнул их, не сводя с неё пристального, тяжёлого взгляда.

- Это только начало, - 'обрадовал' он, и снова быстро сменил нож на пистолет. - Двигайся, детка.

Что он там задумал дальше, Рина так и не узнала, потому что за спиной раздался ленивый голос:

- Так-так, и что тут у нас происходит?

Она замерла, боясь оглянуться, потому что чёрное дуло упёрлось прямо ей в грудь.

- Здравствуй, потеряшка, - ласково произнёс Ришар. - Ты чего это с моей женщиной делаешь, ублюдок, а?

Последнее, что видела Рина, это спокойная, какая-то даже ленивая улыбочка Коурэна, и в следующий момент он нажал на спусковой крючок. Грохот выстрела, обжигающая боль в груди, и падение, бесконечное падение в темноту...

Сознание вернулось резко, рывком, и первое, что сделала Рина, открыв глаза, это схватилась за простреленную грудь...

- Шшш, - сидевший в кресле рядом с кроватью Смерть встал, заметив, что она пришла в себя. - Всё в порядке, девочка.

- Ааа... - хрипло выдавила она из себя, озадаченно глядя на целую и невредимую грудную клетку. - Как?..

Лысый улыбнулся и опустился на край постели, неожиданно нежным жестом убрав с её лба прядь.

- Ты умрёшь только тогда, когда я захочу, - разноцветные глаза пристально посмотрели на неё. - А не захочу я этого ещё очень и очень долго, как ты, наверное, уже поняла. Хочешь чего-нибудь? Пить, есть?

Рина откинулась обратно на подушку, и неуверенно кивнула.

- Пить, наверное. Что там вообще случилось потом?

- Да ничего интересного, - Смерть махнул рукой, направившись к выходу из спальни - как Рина уже поняла, она всё ещё находилась в своей квартире. - Нет теперь Коурэна. А ковёр в гостиной поменяем, кровь к сожалению очень сложно вывести.

На мгновение остановившись у двери, он обернулся.

- Ришар очень разозлился, - негромко добавил Смерть. - Я давно его таким не видел. Он очень за тебя испугался.

И вышел. Озадаченная Рина только хлопала ресницами, не понимая, к чему были последние слова. Ришар же знает, что она вроде как бессмертная, это только ей пришлось впервые ощутить прямые доказательства этого факта на себе. Чего испугался-то?.. Прикрыв глаза, она тихонько вздохнула. За окном было светло, значит, уже следующий день. Интересно, где сам Айсенс?

Словно в ответ на мысли Рины, дверь снова открылась, но вместо Смерти со стаканом сока зашёл собственно директор Академии.

- Привет, - он сел на край кровати и вручив ей сок, резким движением опустил одеяло с груди.

Рина едва не захихикала, наблюдая, как его пальцы медленно погладили то место, куда предположительно вошла пуля. На коже не было ни единой царапины, даже покраснения не осталось. Допив сок, она отставила стакан, и хмыкнула, аккуратно отведя руки Ришара.

- Эй, приятель, что за истерика? - Рина изогнула бровь. - Я не фарфоровая статуэтка, да и не ты ли говорил, что такие мелочи как пули, яды, ножи, для меня опасности не представляют?

- У Коурэна могли быть козыри, - серьёзно ответил Ришар, и серые глаза в упор посмотрели на неё. - Хотя этот лопух по-моему так и не догадался, что ты не обычная женщина, милая моя.

Рина почувствовала неловкость, и отвела взгляд. В обычно непроницаемой глубине она заметила странное выражение, и не хотела думать, что оно значит.

- Спасибо, - поколебавшись, произнесла она, разгладив складки на одеяле и по-прежнему не глядя на Ришара. - Но могли бы и пораньше появиться, между прочим, - не удержалась от шпильки. - Вот когда не надо, ты живо появляешься, а когда надо - фиг дождёшься тебя!

- Раньше нельзя было, Коурэн должен был поверить, что его никто не ждёт, - ответил вдруг Ришар спокойно.

Кареглазка замерла, потом медленно-медленно подняла взгляд. Мысли в голове двигались со скрипом, но всё же двигались. Она-то пошутила насчёт появления вовремя, но, похоже, и это всё было спланировано заранее?.. Стиснув несчастное одеяло в кулаках, Рина спросила ровным голосом:

- Это означает, что ты был в курсе происходящего? И специально дал Коурэну найти меня?

- Подумай сама, другого способа его поймать не было, - положив ладони по обе стороны от неё, Ришар наклонился вперёд. - Он слишком осторожный ублюдок, и слишком хорошо умеет прятаться.

Рина почувствовала на языке горечь, да такую сильную, что аж скулы свело.

- Ты опять меня использовал, втёмную, Айсенс, - тихо-тихо сказала она, сузив глаза. - В своих интересах, не поставив в известность. Скотина, да сколько можно, а?! - взорвалась она, и попыталась оттолкнуть его. - Я не игрушка, когда в твою тупую башку это дойдёт? Со мной можно на равных, придурок, я не одна из этих чучел из твоих казарм! У меня тоже есть мозги, и я ими даже думать умею, прикинь?! - поскольку Ришар не отвечал, только улыбался уголком губ, и даже не пошевелился, когда Рина упёрлась ладонями ему в грудь, онашумно выдохнула, сделав паузу, и изо всех сил стараясь удержать злые слёзы. - Бессердечный ублюдок, м***к!.. - почти шёпотом добавила Кареглазка, отвернувшись.

- Но ты же всё равно меня любишь, да? - Ришар коснулся пальцем её щеки, стерев одинокую слезинку. Его голос звучал непривычно мягко.

- Разбежался, - фыркнула Рина, внутренне напрягшись.

Как он мог догадаться, она ж ни словом, ни жестом не выдала себя?..

- Больно много чести для такого ушлёпка, как ты, - она дёрнула головой, прикосновение Ришара вызвало совершенно ненужные сейчас ощущения.

- Ириночка, - Кареглазка вздрогнула, услышав давно забытое имя. Айсенс ухватил её за подбородок и повернул к себе, заставив смотреть в глаза. - Не надо так бурно реагировать. Я всё равно знаю, что это так.

Рина выдавила кривую усмешку.

- Откуда, интересно? На чём основывается такая уверенность? В отличие от других баб, я прекрасно знаю твою гнилую сущность, что кроется за смазливой мордашкой. И не настолько дура...

Договорить ей не дал поцелуй, неожиданно нежный и долгий.

- Заткнись, - услышала она, когда Ришар отстранился, и его довольный голос снова поднял внутри волну раздражения и злости.

- Не заткнусь! - огрызнулась Рина. - Пусти меня и выйди из комнаты, слышишь?! И выбрось все мысли о какой-то там любви, я не идиотка!

- Неубедительно отнекиваешься, - она услышала смешок. - И я давно об этом знаю...

Или он умеет читать мысли, или гораздо более проницательный, чем ей казалось. 'Стоп. Читать мысли... Да ну нафиг?! Я же почти не оставляла дневник без присмотра!..' - а перед операцией с Коурэном, ещё в старой квартире, Рина вообще сожгла его, больше не чувствуя необходимости разговаривать с самой собой.

- Ришар, если сейчас на мой вопрос ты ответишь 'Да', - негромко произнесла Рина, буквально впившись в него взглядом, - ты меня больше никогда не увидишь. Ты... читал дневник?

- Думаешь, сможешь убежать от меня? - он изогнул бровь, усмехнувшись. - Наивная ты моя, Риночка.

Коротко размахнувшись, она ударила его по щеке, лицо обожгло румянцем.

- Сукин сын, - неестественно ровным, без эмоций, голосом произнесла Рина. - Можешь засунуть свои планы в отношении меня в задницу, Айсенс. Ноги моей не будет больше в этой квартире. Я видеть не желаю ни твою наглую рожу, ни твоего приятеля. Оставьте меня в покое, оба!!

Она попробовала встать, чтобы уйти подальше от Ришара, до боли прикусив губу, и чувствуя внутри полную пустоту. Рука директора тут же крепко обвилась вокруг её талии, не давая двигаться.

- Прекрати истерить, - его спокойный голос раздался у самого уха. - Никуда я тебя не отпущу, давно пора понять. Я тебя везде найду, Рина, и ты прекрасно знаешь это. Да и надо ли оно тебе, а, малышка? - от вкрадчивых ноток Кареглазку пробрала дрожь, но она продолжала молча отбиваться, не желая сдаваться на милость того, кто перекроил её жизнь, совершенно не спрашивая на то согласия.

- А тебе оно на кой хрен сдалось?! - процедила она наконец сквозь зубы, выделив 'тебе'. - Пусти, я сказала! Найди себе другую игрушку! А я человек!! Я свободы хочу...

- Ты не игрушка, - почти шёпотом ответил Ришар, легко коснувшись губами изгиба шеи Рины, и пощекотал кожу языком.

На том месте словно загорелся маленький огненный шарик, становившийся всё больше, и протянувший горячие лучи-усики дальше по телу.

- Ты моя Кареглазая, - продолжил Айсенс, и проложил дорожку из почти неощутимых поцелуев до ключицы. - У тебя будет свобода, но только не от меня, даже не надейся. Я же знаю, тебе не нужны все эти условности, кольца там, лимузины...

- Нет! - взвизгнула Рина, рванувшись в сторону: одна только мысль о Ришаре как о возможном муже вгоняла её в панику и рождала желание оказаться как можно дальше отсюда.

Тихонько рассмеявшись, Ришар уложил её обратно, прижав запястья к подушке и наклонившись низко-низко. Его лицо на мгновение стало жёстким, а в серых глазах мелькнул опасный огонёк.

- Я крайне неохотно отдаю то, что принадлежит мне, Риночка, - негромко сказал он. - И только попробуй сейчас заикнуться, что ты никому не принадлежишь. Я тебя нашёл, я сделал тебя такой, какая ты сейчас. И тебе не нужен никто другой, кроме меня, я знаю, ну, может, кроме Смерти ещё, - он снова улыбнулся, и холод ушёл из его взгляда. - И ты тоже это знаешь.

- Я тебе не верю, - беспомощно отозвалась Рина, чуть не плача. - Не верю, слышишь?! Тебе никто кроме себя не нужен, Айсенс, ты жестокий, бессердечный, равнодушный...

И снова он не дал ей договорить, заткнув рот поцелуем. На сей раз властным, требовательным, и жадным. Выпустив запястья Рины, он скользнул ладонями вдоль её плеч, а потом дальше, по телу, спуская одеяло.

- Да, я такой, - низким голосом ответил он, и едва Кареглазка упрямо упёрлась ладонями в его грудь, с усмешкой перехватил её руки. - А другие тебя не устроят, Риночка, ты ж сама мужиков ни в грош ни ставишь, - теперь запястья оказались прижаты над головой Рины, а губы Ришара продолжили путешествие по её шее.

Женщина всхлипнула, проклиная собственное тело, уже отозвавшееся на действия Айсенса. И что самое поганое, он же прав был, в каждом слове прав.

- Ненавижу... - прошептала Рина, сдавшись и перестав наконец дёргаться. - Ненавижу тебя, слышишь...

- Слышу, слышу, - Ришар отпустил её запястья, и быстро снял рубашку, небрежно отбросив на пол. - Ты вообще у меня разговорчивая, Кареглазая, но я знаю отличный способ решить эту проблемку.

Следующий поцелуй раздул тлеющие угольки желания до полноценного огня, и Рина вцепилась в плечи Ришара, прижимая его ближе, и уже ни о чём больше не думая.

- Вот так, моя малышка... - ей показалось, в голосе Айсенса проскользнули нотки триумфа, но в данный момент Рине уже на всё было наплевать - его поцелуи лёгкими бабочками спустились к груди, язык и губы Ришара поиграли с уже напрягшимися сосками, вызвав у Рины сдавленный стон, и ласки спустились на живот.

- Ришаааар!.. - снова простонала Кареглазка, вцепившись в его волосы: мягко раздвинув её бёдра, он, словно дразня, начал медленно целовать внутреннюю поверхность, где кожа стала просто очень, очень чувствительной. Рина вздрагивала от каждого прикосновения, как от удара тока.

Дальше всё утонуло в наслаждении, раз за разом заставлявшем её выгибаться навстречу и требовать ещё. Айсенс словно задался целью выяснить пределы выносливости Рины, и она ничего не имела против...

...Около окна в кабинете Ришара стояла фигура, укутанная в тёмный плащ, и её окутывали языки холодного голубого пламени. Вытянув вперёд костлявую руку, Смерть держал трепещущий лепесток цвета летнего неба, и если бы у него сейчас были губы, то улыбался бы.

- Вы мне потом спасибо ещё скажете, оба, - тихо прошелестел он, и поднёс руку к черепу, сдув лепесток с костяшек.

Он слетел, и рассыпался в воздухе стайкой ярких искорок, а где-то далеко отсюда двое лежали в объятиях друг друга, совершенно обессиленные и в кои-то веки умиротворённые...

Рина спала до следующего утра, совершенно без сновидений, и когда наконец проснулась, едва не охнула: тело ломило, как будто она всю ночь таскала мешки с картошкой, а между ног немножко саднило. Приоткрыв глаза, она убедилась, что одна в спальне, и быстро вскочила с кровати, мельком глянув на красную розу на тумбочке. Обрывки их вчерашнего с Айсенсом разговора и воспоминания о последовавшем секс-марафоне вызвали только хмыканье: Рина не собиралась сдаваться так просто.

Вытащив из шкафа сумку, она собрала самое необходимое, потом приняла душ, и переоделась в удобные джинсы и рубашку. Осторожно выглянув из комнаты, Рина прислушалась: в квартире царила тишина, но с кухни тянуло чем-то вкусным. Желудок тут же напомнил о себе, и Кареглазка направилась на запах, отчего-то уверенная, что кроме неё дома больше никого нет. В кухне на столе стоял завтрак - омлет с беконом и помидорами, чай, и тосты, и записка: 'Я на пару часов. Скоро вернусь. Твой бессердечный ублюдок'. Рина пробормотала ругательство, и смяла записку. Потом быстро расправилась с едой, захватила сумку, и захлопнула дверь квартиры, демонстративно повесив ключ на ручку.

- Я не послушная собачка, - сквозь зубы процедила она, сузив глаза. - И приручить меня не сможешь, сколько ни пытайся!

Спустившись вниз, Рина бросила вещи в машину, и выехала - она собиралась при первой же возможности продать её, обзавестись новыми документами, купить новую машину, и раствориться на просторах родного мира. Дорог много, путешествовать она любит, а по новым документам можно открыть ещё один счёт, куда окольными путями перевести деньги с карточки, которую дал ей Ришар.

- Не найдёшь, скотина, не найдёшь!.. - шептала она, как заклинание, давя на газ и покидая город.

Рина не замечала, что по щекам текут слёзы, глядя прямо на дорогу и вцепившись в руль, как в спасательный круг.