Через год я проснусь в своей комнате в общежитии академии. Потянусь, слегка приоткрою глаз, и снова попытаюсь уснуть, но затем резко, как камень, на меня упадет целый поток мыслей и воспоминаний.

Не о том, что я здесь в опасности, не о Клаусе Огрусе, непонятно зачем убивавшем людей в разных мирах, а о Дэне.

Здесь для меня это уже произошло. Вспоминала я все довольно смутно, воспоминание будто бы покрыла пелена, но понимала, что с ним случилось еще год назад. Как он пытался меня защитить, как погнался за тем типом и как они вместе улетели в пропасть. Почему-то я не смогла сделать ничего, будто мое тело охватил паралич.

От воспоминаний слезы накатились на глаза, искажая картинку комнаты. В душе что-то рвалось. Я тихонько хныкала, даже не пытаясь вытирать их. Не знаю как долго это продолжалось. Несколько минут? Полчаса? Час?

— На пары идешь? — над головой послышался голос Беатрис. Я открыла глаза и увидела сожительницу в домашнем халате и с зубной щеткой во рту.

— Иду, наверное, — ответила я и лениво поднялась с кровати. А затем вспомнила, что первой парой у меня «Иллюзия» у мистера Огруса. Идти туда совершенно не хотелось. Черт его дери, он убил того парня в Абдене просто передав ему что-то. Что это было — не представляю. Что-то пропитанное ядом или смертельной магией?

Я боялась Клауса Огруса. И все же понимала, что лучше бы не упускать его из виду, присмотреться к нему, понять, зачем он делает то, что делает.

Вытерев слезы и умывшись, я принялась одеваться. Нацепила на себя что сверху лежало — темно-синие джинсы, толстовку с эмблемой академии, старенькие «Конверсы». Как-то так я и была одета когда мы с Дэном ходили покупать мне бальное платье, потом сбегали от антисущности, а потом у нас было прекрасное романтическое утро в Зуберии.

Вспоминать было неприятно. Я схватила сумку, перебросила её через плечо и вышла из комнаты.

В коридоре было необычно тихо. Краем глаза я заметила полицейского, стоящего рядом с троицей карсекорцев. Надевая по очереди на студентов свою широкополую шляпу правды, полицейский задавал им какие-то вопросы. Наверняка кто-то или приволок в общежитие наркотик, или обдолбившись им, что-то совершил.

Я прошла через портальную дверь внизу, увидела мадам Ренуа, которая непривычно для себя не улыбалась и сидела на своем месте за столом как статуя. Выглядела она высушенной и истощенной, будто с неделю голодала, а потом вмиг постарела на десяток лет.

— Здравствуйте. Что-то случилось? — спросила я.

Она молча подняла на меня взгляд.

— А ты что, не слышала? Все об этом гудят. Полицейских полная академия.

— Что произошло? — с опаской смотрела я.

— Убили парня.

— Кого?

— Где бледные живут? В Зуберии?

— В Карсекоре.

— Значит, из Карсекора. Высокомерного такого. Сына какой-то тамошней шишки.

— Ранзар?

Я сразу поняла, что это он, но решила переспросить в надежде что все-таки ошиблась. Миссис Ренуа поспешно кивнула.

— Где?

— Рядом с академией.

Как можно быстрее я спустилась по лестнице на изумрудную лужайку, посмотрела в сторону тонущей в лучах солнца академию, как можно быстрее, сбивая дыхание, побежала туда.

Если бы Ранзар умер несколько дней назад мне было бы плевать. Но сейчас мы узнали друг друга получше, и если Огрус прикончил его…

Чтоб его все! Он был не таким и плохим парнем, каким я считала его раньше. Вспомнилось, как он целовал меня, одновременно раскаляясь как уголек в печи. Как признавался в чувствах, хоть я и не принимала их. Стало жаль карсекорца и в то же время страшно.

Огрус знает. А значит, я следующая жертва.

Внезапно я услышала чьи-то шаги за спиной. Не оглядываясь бросилась вперед, услышала за спиной чей голос и обернулась, тут же почти потеряв равновесие.

— Это я! Не кричи! — послышался голос Марка, а затем его руки отпустили меня.

— С ума сошел так пугать! — прошипела я. — У меня чуть…

— Тише! — сказал он, приложив указательный палец к губам. Мой одногруппник явно нервничал. Выглядел так, будто только что занимался тяжелым трудом или бежал марафонскую дистанцию. А вот Наташа Призрак, которая оперлась о ближайшее дерево, была абсолютно спокойной. Она стояла закрыв глаза, будто оторвавшись от всего мира.

Я же не могла восстановить дыхание, а сердце стучало так, что я и впрямь начала бояться что оно выпрыгнет из груди.

— Не советую туда идти, — сказал Марк, а его хорек тем временем выпрыгнул из рюкзака и уселся на плечо одногруппника.

— Ранзара убили! — почти прокричала я.

— Потому и не советую. Кто-то видел тебя с ним в Абдене. Кто — не знаю. Но кто бы то ни был — лучше тебе не попадаться ему на глаза. Лекции все равно нет, полиция опрашивает всех, кто хоть немного знал Ранзара.

— Как его убили? — поинтересовалась я.

— Магией. Ему навеяли иллюзию, Ранзар умер от страха. Такой способ не отследишь, это не телекинез какой-то. Магических отпечатков нет, причина смерти по сути не зависит от наложенного заклинания, — спокойно объяснил Марк.

— Иллюзией, значит? — я посмотрела одногруппнику в глаза. — Кажется, понятно кто это.

— Ошибка, — не открывая глаз, подала голос Наташа. — Огрус был на Альпелье в момент убийства. Это видно по грязи на его обуви. Такая грязь и её давность не соврет. Но он мог приготовить галлюциногенную пыльцу.

— Полиция вовсе думает, что он сам то ли по ошибке, то ли желая свести счеты с жизнью выпил алхимической настойки, — сказал Марк.

Не из-за меня ли…

— Или у Огруса есть сообщник. Но зачем убивать Ранзара? — спросила я. — Его отец, так понимаю, тут все вверх дном перевернет.

— Уже переворачивает, — снова ответила Наташа. — Я видела труп. Судя по грязи на его обуви, он был в лесу. Где-то там…

Демонесса пальцем указала в направлении леса, а затем продолжила:

— Я там побродила немного. Нашла запахи коры пледора, кожи тефуния, несколько лепестков анеции, трупы жаб. Похоже на какой-то ритуал.

— Ранзар проводил ритуал? С трупами жаб? — удивилась я.

— Трупы жаб — побочный эффект. Они умерли от сильного магического возмущения. Там был еще кто-то. Есть следы еще одного человека той же давности. Судя по его шагам, обувь была ему велика. Скорее, он умышленно обул неподходящие башмаки, чтобы скрыть следы. Думаю, все было так — Ранзар что-то про кого-то узнал, решил проследить, стал свидетелем проведения ритуала, но его заметили и убили.

Черт!

— Что за ритуал? — поинтересовался Марк.

— Есть несколько ритуалов с использованием тамошних компонентов, — ответила демонесса. — Но больше всего тут подойдет высасывание чьего-то облика.

Про этот ритуал я слышала на лекциях. Он не был запрещенным и даже часто использовался в театре, когда один актер по каким-то причинам не мог выступить и его облик временно примерял на себя другой. Пользовались им и политики, желающие выставить место себя на трибуну дублера. Где-то была брачная традиция — перед браком какое-то время супруги должны были провести какое-то время в «шкуре» друг друга.

Запрещено было использовать его на человеке, который не дал согласия. К тому же лектор говорил, что без содействия отдающего ритуал пройдет для него очень болезненно.

Это не было иллюзией. В отличие от таковой человек полностью перенимал не только внешность другого, а и некоторые его знания и повадки. А еще принявшего чей-то облик таким образом почти невозможно было отличить от оригинала.

— Странно то, — продолжила Наташа, — что если он проводил такой ритуал, то должен был быть и тот, у кого он воровал внешность. Но следы там только Ранзара и неизвестного.

— Может, он пытался принять облик Ранзара? — предположила я.

— Следы не сходятся. Ранзар зачем-то следил за ним. И если честно, я бы не прочь взглянуть на комнату карсекорца, — сказала Наташа. — Но сейчас меня туда не пустят.

— Может, нам следует пойти в академию? — предположила я. — Лучше не вызывать подозрений.

Я пыталась казаться рациональной, хоть мысли были о другом — смыться из этого мира куда угодно и сидеть там как можно дольше. Просто забыть обо всем. Пусть мистер Д плетет свои интриги, пусть Огрус убивает, мне хотелось быть в безопасности.

Если бы был Дэн…

Зараза! Почему я не смогла ничего тогда сделать?

— Половина студентов разбрелись когда узнали, что пар не будет. Так что все в норме, — кивнул Марк.

— А если один из вас — на самом деле кто-то другой? — сказанная вслух догадка ошарашила меня и заставила сделать шаг назад. Вряд ли это Наташа. Она демонесса, а сымитировать демона трудно, если вообще возможно.

— Я это я! — ответил Марк, когда увидел как я смотрю на него. — Вчера мы ходили в музей. Встречались с мистером Бо и спрашивали его о ритуале. Если бы кто этой ночью занял мое место, он бы этого не помнил.

— Вытягивание облика частично переносит знания, — ответила я, собираясь связать его с помощью росшей под ногами травы. Трава под действием моего заклинания уже начала подергиваться так, словно по ней текло электричество.

— Он облик не менял, — спокойно сказала Наташа. — По крайней мере не за прошедшие сутки. Зато Артона Бока я нашла. Не самого Бока, а место, где он недавно жил. Может, и сейчас там живет.

Я попыталась успокоиться. Вряд ли демонесса мне врала. С её типом мышления неимоверно трудно говорить неправду. Мне всегда казалось, что демоны чем-то лучше людей. По крайней мере склонностей к вранью у них куда меньше.

— Это недалеко, — продолжила Призрак. — У него свой дом на третьем острове. Можем сходить, посмотреть.

Я «отпустила» траву под ногами Марка, хоть та по инерции продолжила неестественно дергаться. Мне нравилось управлять флорой. Еще в прошлом году на лекции я услышала основы этой техники и захотела узнать её лучше. Набрала книг в библиотеке, принялась учиться и уже через несколько месяцев могла заставить цветок вырасти в человеческий рост, а траву превратить в грозное оружие.

И тогда против антисущности я применила именно то, что умела лучше всего.

Проблема была в том, что тогда я даже не знала, что такая магия существует. Значит, я каким-то образом могла получать знания о будущем, видеть его, чувствовать, словно это происходило тут и сейчас.

О господи!

Я повернулась к пирамиде академии. Вокруг неё сновали полицейские в широкополых шляпах, напоминающих таковые в книге про трех мушкетеров. Похоже, они проводили какой-то магический ритуал. Расставляли под академией длинные палицы, что-то рассыпали между ними.

Это же не просто воспоминания о прошлом или видения будущего. Каким-то образом я находилась и в настоящем, и в прошлом одновременно. Будущее влияло на прошлое, как и прошлое на будущее.

А могу ли я оттуда все изменить? Сделать так, чтоб Ранзар остался жив, чтобы Огрус не убил того парня в Абдене…

…чтобы Дэн выжил.

Не знаю. Как только оказываюсь в одном времени, второе становится смутным, превращается в полузабытый сон.