Самсон и Роберто. Неожиданное наследство

Амбьернсен Ингвар

 

 

1

На самой восточной окраине города, где почти никогда не светит солнце, а в небе клубятся бурые дымы, поднимающиеся из фабричных труб, жили-были пес с котом. Они ютились в жалкой хибарке. Пса звали Самсоном. Это был совсем некрасивый, клыкастый пес с желтыми зубами. Самсон никогда не ел досыта и почти никогда не радовался жизни. Во сне он видел куски мяса и мозговые косточки, а наяву у него не было и сухой корочки. Самсон старался побольше спать.

Кот Роберто тоже спал целый день на пролет. По ночам он иногда выползал из промозглой хибарки, где дуло изо всех щелей, чтобы помяукать на дворе, и, помяукав для порядка, возвращался на место.

Так и жили они день за днем и ночь за ночью самой нищенской жизнью.

Однажды в четверг — дело было в конце апреля — Самсон и Роберто сидели друг против друга за кухонным столом и понарошку завтракали. За окном шумел проливной дождь.

— Пожалуй, съем-ка я еще котлетку! — сказал Самсон и клацнул зубами, как будто поймал что-то в пустоте.

— Бери уж сразу две! — сказал кот, мысленно представляя себе, что перед ним лежит на блюде большущая треска.

На самом деле на столе было пусто. А жизнь была такой же серой и тоскливой, как вчера и как позавчера, а в животе бурчало от голода.

Вдруг Самсон поднял морду и навострил уши.

— К нам кто-то идет! — сказал он.

— Брось! Тебе, должно быть, послышалось, — лениво отозвался Роберто. — К нам никто в гости не ходит. У нас и знакомых-то нет. Да и не нужны мне знакомые. Что в них хорошего!

— Это идет поросенок, — сказал Самсон. — Поросенок-почтальон.

Самсон и Роберто посмотрели в окно. Так и есть! По улице в плаще и зюйдвестке к их хибарке, похрюкивая, семенил поросенок с почтальонской сумкой через плечо. По его розовому пятачку скатывались капли дождя. Голубые поросячьи глазки с любопытством вглядывались в приятелей.

Роберто отворил окошко.

— Письмо Самсону! — сообщил почтальон.

— Наверное, это ошибка — перепугался Самсон. — Мне в жизни никто не присылал пи сем!

— Когда-нибудь все бывает в первый раз, рассудительно прохрюкал поросенок и достал из своей сумки большущий коричневый конверт. — Все правильно, — продолжал он. Тут написано: Самсону. И адрес правильный. Так что не сомневайся, это письмо тебе!

— Что это за беда на мою голову! — жалобно заскулил Самсон, нехотя высунулся из окна и взял у поросенка письмо. — Ведь я и читать-то не умею!

— Зато я умею! — сказал Роберто и выхватил у него конверт.

Внимательно изучив надпись, кот подтвердил:

— Поросенок правильно говорит. Это письмо тебе.

— Вот видите! — радостно хрюкнул поросенок.

— Да! Да! — гавкнул Самсон. — Ты не виноват, так что спасибо тебе, что принес. Но только добра от этого не будет. Ох не будет!

— А вы не хотите вскрыть конверт? — спросил поросенок.

— Конечно хотим! — ответил Роберто. — Но только после твоего ухода.

— Как нехорошо! — воскликнул почтальон и так затопотал копытцами, что вода из лужи фонтанами брызнула во все стороны.

Роберто вздохнул и, поддев клапан острым когтем, разорвал конверт. Затем он извлек из него большой белый лист и принялся читать.

Закончив чтение, кот вальяжно развалился на стуле.

— Ну же! Рассказывай! —   в один голос закричали Самсон и поросенок.

Умер твой старенький дядюшка Рин-Тин-Тэй, — сообщил Роберто.

— Как это печально! — воскликнул почтальон. Он был искренне огорчен.

— Печально, конечно, — отозвался Самсон. — Но только я никогда слыхом не слыхал ни о каком дядюшке Рин-Тин-Тине…

— Рин-Тин-Тэе, — поправил его Роберто. — То, что ты о нем не слыхал, не так уж важно. Главное, ты теперь получил наследство — пансионат «Раздолье над Фьордом», плюс четырнадцать крон и пятьдесят эре.

Самсон не знал, что такое пансионат, поэтому с перепугу удрал и забился под кровать. Жизнь и без того не баловала бедного пса, а тут, как назло, еще получай в наследство какой-то пансионат! Пансионат! Слово-то какое страшное! Поди догадайся, что это за неприятность такая, в которую угораздило ввязаться дядюшке Рин-Тин-Тэю!

— Возьми себя в лапы, Самсон, и сейчас же вылезай из-под кровати! — сказал ему Роберто.

Но Самсон ни за что не хотел вылезать, пока Роберто не растолковал ему, что пансионат это примерно то же самое, что гостиница, только поменьше.

— Правда? — удивился Самсон и впервые за долгое время повилял хвостом.

— Конечно же правда! — подтвердил Роберто. — Теперь ты у нас, можно сказать, владелец пансионата.

— Вот продадим пансионат и получим кучу денег, — сказал Самсон.

— Мяаау, — задумчиво сказал Роберто на кошачьем языке. — Помнишь, что у нас вышло с деньгами в прошлый раз?

— А как же! — оживился Самсон от приятных воспоминаний. — Мы их все сразу истратили. Ух как было здорово!

— Вот именно. И на другой день проснулись такими же бедными, как прежде.

Самсон снова погрустнел.

— Да, такая уж наша дурацкая доля, — промолвил он, уронив тяжелую морду на стол. —  Видно, стоит однажды впасть в бедность, как уже ни за какие деньги от нее не спасешься.

— Зато если у тебя будет пансионат, ты можешь сам все время зарабатывать денежки, — сказал Роберто. — Знай себе работай и получай плату. Решено! Переезжаем в «Раздолье над фьордом»!

— Хорошо тебе говорить. Но как же я там буду? Я ведь коренной горожанин, — возразил ему Самсон.

— Ну и что! — сказал на это Роберто. — Ты только подумай, сколько там деревьев, возле которых ты можешь делать пипи!

— И правда! — обрадовался Самсон.

И они стали собирать чемоданы.

День выдался чудесный. Когда они вышли из города, на небе засияло солнышко, а с моря повеял свежий ветерок.

— Слышишь, как хорошо поют птички! — сказал Самсон.

— Слышу, — буркнул Роберто. — Голодный я очень!

— Да ведь нам с тобой, кажется, не привыкать к голодовкам!

— Что правда, то правда. Но теперь с этим покончено. Скоро у нас будет много богатых постояльцев, а там, глядишь, и разбогатеем.

— Ты знаешь, правильно ли мы идем? — забеспокоился через некоторое время Самсон. — А то как бы нам не заблудиться! Мир-то вон какой большой!

— Я чую, где море, — сказал Роберто. — А «Раздолье над фьордом» должно быть где-то возле фьорда.

Самсон остановился и сосредоточенно потянул ноздрями воздух:

— Так вот, оказывается, как пахнет море!

— Да, вот так. Море пахнет рыбой, соленой водой и гнилыми водорослями.

Целый день они шли не останавливаясь. И еще целую ночь. Взошла луна и озарила путников голубым сиянием. Самсон временами подвывал, собакам отчего-то всегда делается немного тоскливо, когда светит луна.

Наутро, когда взошло солнце, друзья набрели на придорожный магазинчик. Домик был старенький, за пыльными стеклами витрины были выставлены корзинки с хлебом и большие банки с медом, с разными вареньями и соленьями.

Самсон жалобно заскулил и начал скрести лапой по земле. Он был так голоден, что у него все двоилось в глазах, а от этого голод тоже удвоился.

— Пойдем! — сказал Роберто.

Зайдя в лавку, они так и застыли возле порога, изумленно оглядываясь по сторонам. Там оказалось множество удивительных вещей! Под потолком висели окорока и мушиная ли пучка, высушенные цветы и четыре велосипеда. А все полки были заставлены всевозможными консервами, футбольными мячами и стеклянными банками с загадочными маринованными овощами. В углу стояло чучело аиста.

— Ау! — осторожно позвал Самсон. — Есть тут кто-нибудь?

— Конечно же я здесь! — послышалось из глубины дома. — Где же мне еще быть? Не ужели кто-то вообразил, что я могу позволить себе уйти в отпуск?

Вскоре за прилавком появился живой аист.

Самсон и Роберто растерянно взгляд с чучела на живую птицу.

— Это мой батюшка, — сказал живой аист и выпустил из клюва колечко голубого дыма. —  Такова была его последняя воля. Кстати, у нас еще закрыто. Я сейчас завтракаю. — Аист взглянул на часы. — Приходите через семь с половиной минут.

— Ох, мы уже больше недели ничего не ели, — жалобно простонал Самсон, — и всю ночь провели в пути.

— Ну тогда другое дело, — сказал аист.

Вскоре все трое уже сидели за столом в каморке позади лавки и с жадностью уплетали завтрак. Аист угостил их лягушачьими лапками и рыбьими потрохами, а Самсону досталась большая кость от лося, которого недавно переехал на дороге грузовик.

— Один из лучших моих клиентов! — сказал аист. — И вот погиб в одночасье. Ужасный случай! Кстати, моя фамилия — фон Страус. Я аист, а фамилия — фон Страус! Ничего не поделаешь, приходится с этим жить. Если вам кажется, что это смешно, то лучше уходите прямо сейчас, скатертью дорожка. За свою жизнь я столько натерпелся из-за этого оскорблений, что сыт ими по горло.

Самсон и Роберто тоже представились фон Страусу.

— Мы получили в наследство пансионат «Раздолье над фьордом». Кажется, он находится где-то рядом.

Фон Страус молча воззрился на гостей.

Один его глаз, в который был вставлен монокль, казался вдвое больше другого.

— Что-то не так? — спросил Роберто.

— Мало сказать, что не так, — подтвердил фон Страус. — Бедные вы, бедные!

— Уж расскажите! — испуганно попросил Самсон.

— Тут и рассказывать-то особенно нечего, но все равно это ужасно! Добрый старый Рин-Тин-Тэй хозяйничал в пансионате много лет. Но по том заболел, какая-то болячка на левой задней лапе. Болезнь не проходила, и в конце концов ему пришлось переселиться в богадельню. Не сколько лет он все пытался продать свой пансионат. Но тщетно. Старик помер нищим, как бродячий пес.

— А почему же ему не удалось продать «Раздолье»? — поинтересовался Роберто.

Аист наклонился к ним через стол и смерил обоих строгим взглядом:

— А вы стойкие ребята? Хватит ли у вас мужества выслушать суровую правду без прикрас?

— Ой, нет, нет! — так и взвизгнул Самсон.

Аист ткнул пальцем в сторону двери:

— Тогда лучше уйди! Возьми, если хочешь, медовый пряник из кувшина, что стоит на прилавке. Но смотри не трогай удочки!

Когда Самсон затворил за собой дверь, фон Страус еще ближе придвинулся к Роберто.

— В «Раздолье» завелось привидение, сообщил он шепотом. — И с ним шутки плохи.

И вот Самсон и Роберто снова отправились в путь по лесной тропинке, которая вела к морю.

— Ну как эта правда-то? Очень суровая? — осторожно спросил Самсон.

— Очень, — сказал Роберто.

— Так, может быть, лучше уж мы вернемся домой в свою хибарку?

Роберто покачал головой:

— Нет уж. Мы слишком устали, чтобы возвращаться.

Тут и Самсон почувствовал, что устал. Устал ужасно. Он до того устал, что его качало из стороны в сторону, а чемодан стал таким неподъемным, точно он весил целую тонну, хотя на самом деле в нем не было ничего, кроме маминой фотографии.

Наконец они поднялись на вершину невысокой горы. Внизу они увидели зеленые луга, а за ними бесконечный морской простор. Вдалеке виднелся маяк. На дне долины текла извилистая речка. Вид был очень красивый.

— А вот и «Раздолье у фьорда», — сказал Роберто и показал лапой на большой белый дом, стоявший почти на самом берегу.

Подойдя к пансионату, они увидели, что «Раздолье» сильно обветшало от старости. Вблизи оно оказалось скорее серым, чем белым. В окнах было много разбитых стекол, а на крыше зияла большая дыра.

Открыв дверь, они попали в просторный зал с красивым старинным прилавком вдоль одной из стен. Повсюду, словно гардины из тонкого тюля, колыхались пряди паутины.

— Вестибюль, — сказал Роберто шепотом. — Здесь мы будем встречать постояльцев и записывать их имена в большую книгу.

— Зачем записывать? — спросил Самсон.

— Сам не знаю, — ответил Роберто. — Но так полагается. А потом мы будем складывать их деньги в сундучок.

— Как ты думаешь: тут дорого стоит жить?

— Дорого… Только сперва нужно все отмыть и залатать дыру на крыше.

— И вставить новые стекла! — добавил Самсон.

Роберто кивнул:

— Но сперва нам надо хорошенько вы спаться.

Друзья поднялись по скрипучей лестнице на верхний этаж и нашли там комнату с целыми окнами. Посередине стояла большая кровать. Роберто и Самсон моментально заснули.

Когда они проснулись, была уже ночь.

В окно постукивали мелкие капли дождя. — Ты слышал? — тревожно спросил Самсон.

— Что? — пробурчал Роберто.

— Вот это, — шепотом сказал Самсон.

— Ложись и спи! — сказал ему полусонный Роберто. — Тебе просто что-то приснилось.

— Да нет же! — сказал Самсон. — Мне никогда ничего не снится, кроме еды, а еда не кричит. Во всяком случае та еда, которая мне снится. А сейчас только что кто-то кричал, да так жутко. Я никогда не слыхал такой жути.

— Я ничего такого не слышал, — ответил Роберто. — Я проснулся от твоего тявканья.

И тут они оба услышали этот крик. Какой то незверский вой нарушил тишину ночи. Самсон прижался к Роберто и крепко зажмурился.

— Давай вернемся домой! — захныкал он. — Оставим это наследство кому-нибудь другому! Авось найдется кто-нибудь, кто захочет купить этот жуткий дом.

Роберто ничего не ответил. Он встал с кровати и подошел к окну.

— Как странно!.. — пробормотал Роберто.

— Совсем не странно, просто это сумерки! — сказал Самсон.

— Но сумерки какие-то странные, — стоял на своем Роберто. — А ну-ка пошли посмотрим!

Самсон стал спорить и говорить, что ему не хочется, но когда Роберто надел куртку и стал спускаться по лестнице, ему ничего не оставалось делать, как тоже пойти.

На дворе было темно. Но временами тьму озаряла вспышка молнии, за которой следовал раскат грома. Дождик усилился, и оба приятеля сразу промокли. Они двинулись вокруг дома, Роберто впереди, Самсон за ним следом.

— Глянь-ка туда! — сказал вдруг Роберто. — Вон то странное, что я разглядел в сумерках!

Лужайка перед домом была вся изрыта, черные борозды мокрой земли пересекали ее вдоль и поперек.

Самсон уткнулся носом в землю и принюхался.

— Воняет! — сказал он. — А чем воняет, непонятно. Такого запаха я еще не встречал.

И тут вдруг случилось такое, отчего вздрогнули и Самсон, и Роберто. Яркая молния озарила весь сад. И в тот же миг раздался жуткий вой, от которого у них похолодела кровь. И в голубоватом электрическом свете молнии перед ними промелькнуло и скрылось в кустах привидение в развевающемся белом саване. Самсон и Роберто взвыли от страха, опрометью бросились в дом и там забились под кровать.

На следующее утро Самсон решительно заявил, что надо убираться восвояси.

Но Роберто не согласился. Он думал над случившимся всю ночь. И теперь сказал:

— Что-то мне тут не нравится.

— Еще бы понравилось! — сказал Самсон.

— Понимаешь, — продолжал Роберто, — хотя я не очень-то разбираюсь в привидениях, однако никогда не слыхал, чтобы привидения были пахучие. А потом, посмотри-ка сюда! — сказал Роберто, показывая на пол.

Пакет с сухим кормом, купленным вчера в лавке фон Страуса, был кем-то изорван в клочья, которые валялись по всей кухне, а корм из него исчез.

— Никогда еще не слыхал, чтобы привидения питались сухим кормом! — закончил Роберто.

— Ну и что! — сказал Самсон. — Нам-то какая разница!

— Нет, это большая разница, — возразил Роберто. — Потому что так нам уже не страшно. Мы больше не боимся.

— Точно не боимся? — тревожно спросил Самсон.

— Совершенно точно, — сказал Роберто. — А еще я придумал план. Но сперва нужно сделать ремонт в доме.

— Но я не умею делать ремонт! — воскликнул Самсон.

Роберто прыгнул на старое кресло и уселся, окутанный тучей поднятой пыли. На лестнице, ведущей на второй этаж, было пятнадцать расшатанных ступенек, а из прохудившейся крыши так и тянуло сквозняком.

— И я не умею, — сказал кот. — В школе у меня по труду была тройка с минусом.

— Вот видишь! — сказал Самсон. — Мы ни за что с этим не справимся.

Роберто кинул на Самсона сердитый взгляд:

— Может, хватит скулить? Сколько можно продолжать это нытье!·

— А я и не ною! — гавкнул на него Самсон. — Когда хочу, тогда и скулю, и тебя не спрашиваю!

Он схватил зубами старый башмак, валявшийся на полу, и принялся его трепать.

— Когда надо сделать что-то, чего ты сам не умеешь, всегда найдется кто-нибудь, кто сделает это за тебя, — сказал Роберто. — И кстати, после покупки сухого корма у нас еще осталось целых тринадцать крон с мелочью.

Самсон ничего не ответил, продолжая усердно жевать найденный башмак.

Роберто указал лапой на висевший за прилавком старинный телефонный аппарат:

— А ну-ка проверь эту старую дребезжалку! Вдруг она еще работает.

Самсон встал и выпустил из зубов башмак:

— Телефон, что ли?

— Ну да.

Самсон подошел к телефону и схватил трубку:

— Там что-то противно пищит.

— Отлично! — сказал Роберто и лениво сцепил лапы на затылке. — А раз есть телефон, то где-то должна быть и телефонная книга.

— Ты хочешь, чтобы я порылся и разнюхал, где она лежит? — радостно спросил Самсон.

— Именно этого я и хочу, — подтвердил Роберто.

Самсон принялся нюхать. На всех вещах лежал толстый слой пыли, и Самсон так расчихался, что слышно было, наверное, даже в городке. Однако уже через десять минут он откопал телефонную книгу, она лежала в самой глубине шкафа под грудой старых газет.

— Хорошая собачка! — похвалил его Роберто. — Тащи ее сюда!

Самсон принес приятелю телефонную книгу, сел на полу возле кресла и взволнованно ждал, что будет дальше. Бормоча что-то себе под нос, Роберто начал листать желтые страницы.

— Я думал, ты будешь ее кидать! — разочарованно сказал Самсон.

— Потом, потом, — рассеянно ответил Роберто. — Сначала мы посмотрим… Так… Так… Починка носорожьих рогов… Монтаж проводки «Летучая мышь»… Ремонт клювов и перепонок водоплавающих птиц… Так… Так… А вот то, что надо: выдра Улли — Мастерица-на-все руки! Скоро и споро! Технические услуги на любой спрос!

— Выдра на все руки? — удивленно протявкал Самсон.

— Да. Так здесь сказано, — ответил Роберто. Переписав телефонный номер на клочок бумаги, кот встал и, размахнувшись, кинул телефонную книгу в сад. Самсон радостно кинулся вслед.

Роберто набрал номер. На другом конце провода трубку сняли так быстро, точно только и ждали звонка:

— Улли у телефона! Чем могу служить?

— Мастерица Улли? — спросил на всякий случай Роберто.

— Почти на любой спрос, — ответила Улли. — Только если у тебя не в порядке зубы, Позвони лучше зубному врачу.

— У меня прохудилась крыша. Я звоню из пансионата «Раздолье над фьордом».

— Вот это славно! Я как раз специалистка по прохудившимся крышам.

— Тут еще почти все окна выбиты и лестница вот- вот готова развалиться.

— Здорово! Представляю себе, как это выглядит! Я рада, я так рада, ужас как рада! Скажем, я буду у тебя ровно через тридцать секунд. Хорошо? Договорились? Как тебя зовут, как звать тебя?

— Меня звать Роберто.

— Роберто? Надо же! Судя по голосу, мне кажется, что ты кот. Да? Может быть, ты итальянский кот? Хорошенький римский котик? Вот что, я прихвачу с собой немного новых водопроводных труб и электрических проводов разного цвета. Наверное, тебе нужен еще и маляр, а? Стены покрасить, а потом и садовник — привести в порядок сад. А как насчет грязной посуды? Место судомойки еще не занято?

— Я не знаю, хватит ли у нас денег, чтобы сразу все починить, — сказал Роберто с сомнением.

— Я всегда чиню все за один раз! — горячо заверила его Улли. — А счет обсудим после, ладно? Я обожаю, когда мне должны много-много денег! Можешь оставаться моим должником до скончания века! Ты, кажется, сказал «y нас»? Ты не один? Вас там много?

— Да нет, только я и мой старый друг, — сказал Роберто.

— Да я ведь только рада, если вас много. Обожаю работать там, где вокруг кишит много-много зверья. Чем больше, тем лучше! Как-то раз я делала уборку в старом осином гнезде. Вот где было весело — такой гудеж кругом и работа так и спорится! Так, значит, договорились. Жди меня через тридцать секунд, приятель! Мчусь!

Роберто положил трубку. Она так раскалилась, что обжигала ему ухо.

На пороге уже сидел Самсон, перед ним лежала телефонная книга.

— Ну как? Согласилась выдра-на-все-руки взяться за эту работу?

— Вроде бы да. Она сказала, что будет здесь через тридцать секунд.

— Кинь-ка мне еще разок телефонную книгу, — попросил Самсон.

— Не понимаю, какое ты в этом находишь удовольствие! — сказал Роберто.

— Я и сам не понимаю, — радостно гавкнул Самсон. — Но это безумно весело!

Не успел Роберто зашвырнуть телефонную книгу подальше в сад, туда, где росли фруктовые деревья, как выдра-на-все-руки уже объявилась у дверей.

Она была одета в видавший виды рабочий комбинезон и красную бейсбольную кепку.

В лапах она держала битком набитую сумку с инструментами.

— Вот это да! — сказал Роберто.

— А что такого? — удивилась Улли.

— Ни за что бы не подумал, что ты и впрямь придешь через тридцать секунд. Я понял твои слова в том смысле, что ты постараешься прийти как можно скорее.

— Я и постаралась прийти как можно скорее, — сказала Улли. — Мои слова всегда нужно понимать в прямом смысле! Пожалуйста, помни это, потому что иной раз я могу нечаянно сморозить не то. Однажды я сказала фон Страусу: «Какой же ты дурачок». Представляешь себе, как ему это понравилось! — Тут Улли вдруг обернулась и сказала: — А что надо этой страшущей собаке с телефонным справочником?

— Не знаю, — ответил Роберт. — Кстати, это Самсон. Он и есть наследник «Раздолья над фьордом».

Улли покачала головой:

— Вот и старина Рин-Тин-Тэй был точно та кой же. Любил носиться за палками и драными подошвами. День-деньской готов был гоняться. Ой-ей-ей, что же у вас тут делается! — Улли выскочила во двор и принялась трясти водосточную трубу. Труба оторвалась и с грохотом свалилась на землю. — Все проржавело! — с веселым смехом воскликнула Улли. — Долой ее! — Она ткнулась лбом в деревянную обшивку стены, посыпались щепки. — Нет, вы только посмотрите: вся южная стена насквозь прогнила! А сколько разбитых окон! Вот здорово-то! А впереди еще ждут старые водопроводные трубы и развалившаяся лестница — прямо не терпится до них добраться! — И с этими словами Улли юркнула в дом.