На закате жители расположенной рядом с Цитаделью деревни собрались во дворе крепости на церемонию прощания с Тарне. В торжественной обстановке, со всеми подобающими почестями, прах героя был похоронен у стены Цитадели. Там, где уже лежали и отец Делраэля, Кэйон, и его мать Фьель.

Тарея задумчиво потирала замерзшие локти. Суставы у нее все еще побаливали, но уже не так, как раньше.

Простая и трогательная церемония. Один за другим выходили крестьяне и рассказывали о славных походах старого Тарне.

Джорт, смотритель игрового зала, поведал о том, как тот искал приключений вместе с легендарными Дроданисом и Кэйоном. Как Тарне мужественно сражался с ограми после смерти Кэйона, как он был ранен и как с тех пор его посещали видения будущих туров Игры. Молодой крестьянин Ромм рассказал о том, как старый воин предупредил их о грядущем нападении Гейрота, и о том, как Тарне отважно защищал Цитадель. Он описал тяжелые дни после падения крепости, когда Тарне помог им всем продержаться в изгнании, в лесах, до возвращения Делраэля.

А потом Тарея взяла шестиугольную пластину с именем Тарне и собственноручно укрепила ее на могиле. Она помнила этого тихого, обритого наголо человека вечно углубленным в свои одному ему ведомые мысли. Для нее он был ткачом, которого не влекли более ни сражения, ни слава. Глядя на стену, со слезами на глазах, Тарея рассказала собравшимся о схватке в ночи. О том, как Тарне в одиночку, глухой ночью защищал Цитадель от Раба Змея.

Сгустились сумерки, молодой Ромм зажег факелы. Церемония закончилась, но крестьяне не расходились. Казалось, со смертью старого ветерана они потеряли опору в жизни и теперь не знали, что им делать, как жить дальше. Тарея не могла их винить. К кому теперь им прислушиваться? К ней? Но ведь она живет здесь всего ничего, да и опыта в походах и сражениях у нее, прямо сказать, кот наплакал. Как же они могут ей доверять?

Всю свою жизнь Тарея провела за высокими стенами Ледяного Дворца. Когда дракон Трайос унес ее на свой остров, ей даже в голову не пришло попытаться самой вырваться из плена. Она сидела и ждала, пока кто-нибудь придет ее спасти. Хорошо, конечно, владеть Камнем Воды, и магией тоже неплохо, но опыта Тарее явно не хватало.

Рядом с ней стояла Сайя, мать Вейлрета. Она выглядела усталой и озабоченной. С тех пор как ее сын отправился в поход, она чувствовала себя одинокой и никому не нужной.

На небе загорелись первые звезды. Зеленым поясом протянулась Вуаль Леди Мэйры. Именно в ее сиянии, подумала Тарея, увидел Тарне свою смерть. Увидел и все равно пошел на бой с Рабом Змея.

В Цитадели царило молчание. Сиротливо стало здесь с уходом Делраэля, Вейлрета и Брила. А вот теперь не стало и Тарне. Некому больше учить молодежь воинскому искусству. Тишина и пустота. Крепость сейчас напоминала Тарее лежащий ныне в развалинах под снегом и льдом Ледяной Дворец, с его гулкими залами, не знающими звуков человеческой речи.

Оглядевшись, девушка увидела, что к ним с Сайей приближается пекарь Мостем. Тарея еще не успела как следует запомнить всех жителей деревни, но про Мостема знала, что у него есть три дочери. Сайя как-то упомянула о надежде пекаря выдать одну из них то ли за Делраэля, то ли за Вейлрета. Тарея не знала, как ей следует на это реагировать. Впрочем, не знала пока девушка и того, какие чувства она сама испытывает к этим молодым людям.

Мостем нерешительно переминался с ноги ногу, явно не зная, с чего начать. Судя по тому, как притихли все остальные жители деревни и как внимательно наблюдали она за пекарем, было ясно, что разговор у него серьезный.

– Вы тут теперь совсем одни, – наконец решился Мостем. – Вы уверены, что в Цитадели безопасно? Может, вам не стоило бы здесь оставаться?

Мы тут поговорили… – не дожидаясь ответа, продолжал он. – Я подумал.., может, вы согласитесь спуститься к нам, в деревню? Поживите у меня. Или у кого хотите.

Предложение пекаря удивило Тарею. Она не знала, что и ответить. Не знала, как бы на ее месте поступил Делраэль.

– Что? Уйти и бросить Цитадель? – возмущенно воскликнула Сайя. – Эта крепость стоит здесь уже несколько поколений. Это, в конце концов, мой дом! – Она сложила руки на груди. – Я останусь здесь.

– Мы же хотели как лучше… – бормотал Мостем, медленно отступая назад. Он не поднимал глаз.

– Я обещала остаться в Цитадели, – прервала его Тарея. – Остаться и по мере моих сил защищать ее от врагов. Вы же знаете Правила. Я обещала и не могу нарушить данное мною слово. Я не из тех персонажей, которые бросают слова на ветер.

Они с Делраэлем уже как-то раз спорили на эту тему. Сейчас, как казалось Тарее, воин был бы на ее стороне.

– Кроме того, оглядитесь, – она показала на высокие двойные стены с острыми зубцами наверху, на тяжелые ворота с крепкими засовами, на окружающий Цитадель широкий ров. – Это самое неприступное место на много гексагонов вокруг. И не забывайте, у меня в руках магический Камень Воды. Более безопасного места нам просто не найти.

– А если вы действительно о нас волнуетесь, – Тарея повысила голос, чтобы ее хорошо слышали все жители деревни, – приходите жить к нам.

Мостем откашлялся и неуверенно посмотрел на своих односельчан. Как-то они отнесутся к предложению Тареи? Все ведь прекрасно помнили и смерть Тарне, и страшную угрозу Скартариса.

Но тут подал голос Ромм.

– Прекрасная идея, – заявил он. – Давайте жить здесь по очереди. Мы же готовы были сражаться с ограми вместе с Тарне, чего же нам трусить сейчас?

– Теперь, когда Тарне с нами нет, – сказала Тарея, воодушевленная словами юноши, – для защиты крепости нам потребуется больше сил, чем раньше.

– Это мы успеем обсудить и завтра, – кивнула Сайя. – Бросим кубик и выберем первый отряд защитников. Всем вам не помешает вспомнить, как работать мечом или стрелять из лука.

Когда крестьяне ушли, Сайя и Тарея крепко заперли за ними ворота. Пустые, темные здания выглядели так мрачно, что девушка решила оставить на ночь во дворе факелы.

Они проверили, все ли окна надежно закрыты, подбросили дров в камин главного зала. Такое мучение – каждый день заново разжигать этот громадный очаг. Вообще-то Тарея не видела особого смысла отапливать все главное здание, но не спорить же по этому поводу с Сайей. Пусть огонь горит всю ночь, раз ей так хочется.

К тому времени, когда Тарея добралась до постели, она уже буквально валилась с ног. Скинув парадное платье, надетое по случаю прощальной церемонии, девушка накинула на себя привычную рубашку и залезла под одеяло. Она лежала и думала о Делраэле и Вейлрете, об их походе, об их приключениях, которые наверняка войдут в историю Игроземья.

Даже в кровати Тарея не расставалась с Камнем Воды. Она часто вынимала его, чтобы полюбоваться холодным блеском голубых граней. Он напоминал ей о радужных ледяных залах и о сверкающих башнях. С этой мыслью она и задремала…

Разбудило Тарею странное, непонятное шебуршание. Огонь в камине еще горел, так что проспала она недолго. Скорее всего, было около полуночи. Казалось, в толще деревянных стен скребутся крысы. Но откуда они могли здесь взяться?

Дрова в камине осели, выплеснув в дымоход сноп искр, и звуки на миг смолкли. Потом опять возобновились.

Тарея протерла сонные глаза и подозрительно покосилась на ближайшую к кровати стену. И так и подскочила от неожиданности.

Стена кишмя кишела крошечными, размером с ладонь, существами. Вылезая из всех щелей, они бегали по полу, карабкались на стол, забирались на кровать. У них были маленькие волосатые ушки и вытянутые мордочки с острыми, выдающимися вперед клыками. Передвигались они на задних лапах, а рук у них было четыре – две росли из плеч, как у людей, а другая пара начиналась где-то в районе живота. На пальцах вместо ногтей торчали острые когти.

Скинув покрывало, Тарея вскочила с постели. Она потянулась за спрятанным под подушкой Камнем Воды, но что-то ее остановило. Не время еще обнаруживать его магию.

Крысоподобные существа метались по комнате, словно пытаясь что-то в ней найти. Они буквально по щепочкам разгрызали все дерево, какое только попадалось им на пути. Теперь, когда Тарея проснулась, они, не стараясь более вести себя тихо, громко пищали, как будто о чем-то переговариваясь.

Девушка хотела было позвать на помощь, но тут же поняла, что это бесполезно. Некого звать. В Цитадели этой ночью только она да Сайя. И никого больше. Сражаться придется ей.

Одна из ножек кровати затрещала и подкосилась, перегрызенная острыми клыками маленьких существ. Кровать с грохотом повалилась на пол.

Тем временем другие существа устремились к сундукам, где хранились собранные в походах сокровища Делраэля. Заработали зубы, выгрызая из дерева замки и скобы. Еще миг, и четверорукие твари принялись копаться в рассыпавшихся по полу драгоценностях, отбрасывая в стороны алмазы, золото и серебро так, словно все это ничего не стоило.

– Стойте! – закричала Тарея, и твари на мгновение замерли.

Словно по команде, все они, как одна, остановились, глядя на девушку своими маленькими красными глазками. Тарее стало страшно. Вокруг сотни и сотни этих существ. С острыми зубами и когтями.

Затрещав, полки за спиной Тареи рухнули на пол. Лежавшие на них вещи покатились по всей комнате. Казалось, каждый кусок дерева, каждая щепочка, порождает новое существо, только и ждущее случая что-нибудь погрызть. Судя по звукам, доносившимся из соседних комнат, там творилось то же самое.

– Что вам нужно?! – в отчаянии закричала Тарея.

Она старалась выглядеть грозной, но это у нее не очень-то получалось.

Существа вновь повернулись к девушке. Быстро очистив центр комнаты, они своими телами составили ответ. Грубо сложенные, мохнатые буквы, но прочитать можно:

КАМЕНЬ ОГНЯ.

Скартарис знал, что Духи Смерти отняли у Энрода волшебный Камень. Знал он также, что потом Духи доставили Камень в Цитадель. Вот он и послал своих слуг на поиски.

Скартарис не ведал ни о походе Делраэля, ни о спрятанных в поясе Духах Земли. Если уж на "то пошло, то из-за Тарне он полагал, будто Делраэль вообще мертв. Вполне возможно, что он ничего не знал и о Камне Воды. Подбодренная этой мыслью, Тарея крепче сжала в руке шестигранный сапфир.

– Нет! – Тарея гневно топнула ногой, раздавив ненароком одно из слишком близко подобравшихся к ней существ. – Вам не получить Камня!

И она замерла, с ужасом ожидая, как вопьются сейчас в ее тело сотни, тысячи зубов и когтей.

Но существа не атаковали. Потеряв к девушке интерес, они деловито разбирали на части одну из стен комнаты.

МЫ ЕГО НАЙДЕМ.

Слово за словом выложили последние существа, прежде чем присоединиться к своим собратьям.

У себя в комнате громко закричала Сайя. Но то был крик злости, а не боли. Потолок над Тареей затрещал. Подгрызенные балки прогнулись.

Босиком, стараясь не смотреть, на что она ступает, Тарея кинулась к выходу. Она бежала по коридору, через главный зал, и, куда ни глянь, повсюду яростно трудились маленькие, ненасытные грызуны. Сквозь рассыпавшуюся опилками дверь девушка выскочила в двор крепости, под чистое звездное небо.

– Сайя! – закричала она. Со всех сторон до нее доносились треск дерева и крысиный писк. Твари атаковали все без исключения строения, всю Цитадель одновременно. Целая куча их разбирала крышу главного здания, бесцеремонно швыряя на землю осмотренные куски. Другая группа усердно копалась во дворе, роя настоящие туннели в земле и превращая в щепки столбы для упражнений с мечами. С ужасающим грохотом обрушился крепостной арсенал.

Тарея была вне себя от злости. Но она не знала, что ей делать.

Из дверей главного здания, с метлой в руке, вылетела Сайя. С безумными глазами, она махала своим оружием, расшвыривая мельтешащих перед ней существ в разные стороны.

– Убирайтесь! – кричала она, размазывая пару тварей по стене. – Оставьте дом в покое! Прекратите немедленно!

Ставни со стуком упали с окон. Они еще не коснулись земли, а из них уже лезли новые, усыпанные опилками, четырехрукие создания. Словно река, они накатились на стены, пожирая их прямо на глазах. Непогашенные камины рухнули прямо на обломки деревянных стен. Главное здание горело.

– Я должна что-то сделать, – сказала Тарея, кидая шестигранный сапфир на землю. Выпала четверка. Подхватив Камень, она применила свое первое заклинание.

Проснулся ветер. Температура, и так невысокая, упала ниже нуля. Снег клочьями ударил с небес. Еще миг, и ледяной панцирь намертво сковал Цитадель, превратив дерево в неподвластное зубам стекло.

Когда волна холода обрушилась на грызунов, они, почти все, съежились и исчезли. Оставшихся прикончила своей метлой Сайя. Наступила тишина.

– Сработало, что ли? – неуверенно спросила Тарея.

Но тут из-за бревен внешней стены крепости с яростным писком вывалилась новая армия четвероруких бандитов. Сверкая глазами, они устремились на приступ одетых в лед домов.

Двойная стена крепости разваливалась. Бревна падали, оставляя проплешины в периметре стены; земля, находившаяся между ними, высыпалась.

Прошло всего несколько минут, и вот, не выдержав натиска, с треском лопнул лед на главном здании. С торжествующим писком крысоподобные устремились в пролом.

Тарея снова схватилась за Камень. Она хотела опять метнуть его, но вовремя остановилась. Вокруг, воздев когтистые ручки, собралась настоящая толпа грызунов. Они только и ждали, когда девушка попробует применить магию Камня. Тарея поняла: бросить сейчас Камень – значит больше никогда его не увидеть.

Она до боли прикусила губу. Как это невыносимо! Она не могла использовать Камень, а ее собственные заклинания были бессильны. Цитадель гибла, и она ничего не могла с этим поделать.

– Что им надо? – сквозь слезы спросила Сайя.

– Они ищут Камень Огня, – ответила Тарея, едва сдерживаясь, чтобы тоже не разреветься. – Скартарис хочет получить его обратно.

Сайя растерянно заморгала.

– Но у нас нет Камня Огня! – удивленно воскликнула она. – Он у Делраэля, который… – она махнула рукой на восток, – сейчас, наверное, уже в горах…

Все создания вокруг, все до одного, замерли, навострив свои волосатые уши. Попищав немного, они вдруг все исчезли, оставив после себя только разоренную крепость и окровавленные тела убитых Сайей сородичей.

– Что ты наделала! – крикнула Тарея. – Скартарис же считал Делраэля мертвым! А теперь он знает о своей ошибке. Знает и сможет подготовиться к встрече. Из-за твоих глупых слов, – Тарея зло посмотрела на Сайю. – Делраэлю и Вейлрету угрожает еще большая опасность, чем раньше!

Понурив голову, Сайя заплакала еще горше. Теперь она поняла, какую ошибку только что совершила.

Тарея тоже плакала. Она плакала, глядя на разрушенную Цитадель. Ведь Делраэль поручил ей охранять крепость. Он рассчитывал на ее способности, на нее…

Черный дым пожарища тянулся над рассыпавшимися в прах стенами.

Интерлюдия: ТАМ

Закинув руки за голову, Дэвид сладко потянулся. На его лице играла довольная улыбка. Мелани же, напротив, была так сердита, что ей хотелось заехать Дэвиду по физиономии. Или, по крайней мере, выплеснуть ему в лицо свою содовую.

– Ты уничтожил мою Цитадель! – задыхаясь от ярости, сказала она.

Ей вовсе не хотелось при всех выказывать свое волнение. Она хотела бы говорить спокойно, но не могла.

Эти злобные грызуны, дюжины бросков, описывающих атаки, падающие стены, пожар…

Если бы только ее персонажи были сильнее. Если бы только они сумели помочь…

– Теперь, – прикрыв глаза, негромко сказал Дэвид, – можно считать, что Скартарис официально узнал о походе. И о том, что Делраэль все-таки жив.

– Зато теперь персонажи Мел не знают, что Скартарису все известно, – подхватил Тэйрон. – Отлично сработано, – А это. Мел, означает, – ухмыльнувшись продолжил Дэвид, – что Скартарис может попробовать остановить твоих героев. Если только… – он пожал плечами, – если только я не решу взять да взорвать карту прямо сейчас. Вот и покончили бы мы со всей этой чепухой.

Похоже, он прямо-таки наслаждался своей властью над Игрой.

– Это было бы не слишком спортивно, правда? – спросил Скотт.

– Только чур не переходить на личности, – попросил Тэйрон, усаживая обратно на стул вскочившую было Мелани. – Мы же развлекаемся, не забывайте.

Мелани и Дэвид, дружно, так зло посмотрели на него, что Тэйрон, махнув рукой, поспешно ретировался на кухню за новым пакетиком чипсов.

– Настоящее развлечение начнется, когда Делраэль и его товарищи спустятся с гор на равнину, – зловеще пообещал Дэвид. – Моя первая линия обороны – город Тайр. Если не тянуть, мы покончить со всем этим прямо сегодня.

– Что за спешка, Дэвид? Почему ты так торопишься? – спросил вернувшийся с чипсами Тэйрон. – Вечером в воскресенье по телику все равно ничего нет.

– Потому, – стукнул кулаком по столу Дэвид, и его друзья даже подскочили от неожиданности, – что я не хочу видеть кошмарные сны об Игроземье. Я хочу покончить с ним и навсегда выбросить эту игру из головы!

Он судорожно сглотнул, словно сам себе удивляясь. На миг Мелани даже прониклась сочувствием к нему.

Ее тоже пугала просыпающаяся сила Игроземья. Но персонажи этого мира, его пейзажи, легенды, история – все это дарило ей вовсе не ночные кошмары, а сказочно прекрасные сны.

– Мелани, – не поднимая глаз, сказал Дэвид. – Твои персонажи идут в Тайр, и мне это только на руку.

Девушка заметила, что руки у него дрожат.

– Рада за тебя, – холодно ответила она. – Кончай болтать. Пора продолжать игру.