Свет!!! Свет колол тысячами игл мозг, а голова раскалывалась от боли.

Не от этого ли кричит новорожденный? Что он испытывает? Боль, холод, страх! Зачем все это? Разве для этого рождаются?

Глаза начали воспринимать окружающее пространство, и, кроме белого света, еще и зеленый цвет. Трава… От нее идет такая сырость… Тело начало это чувствовать. Голова пульсировала болью. Пытаясь остановить пульсацию, он схватился за макушку, и между его пальцами остались пучки рыжих волос.

Нужно встать. Выше светлей и должно быть теплей.

На том, кого боль заставила поверить в собственную реальность, надеты джинсы затерто-зелено-серого цвета, растянутый свитер крупной вязки, на ногах – стоптанные кроссовки 43-го размера, очевидно великоватые для новорожденного.

Перед внутренним взором предстало треугольное серо-зеленое лицо с огромными глазищами, маленьким носом и тонкими губами.

«Кто это? – подумал он. – Я такой? Нет, скорее, это тот, кого я видел до… До чего?»

Ого, а на ногах стоять-то как трудно! Он попробовал удержать равновесие, но тут же снова упал – крайне неудачно, потому что опять больно. Вместе с болью пришло и осознание того, что, оказывается, с живота вставать легче, чем со спины.

Он наконец поднялся и осмотрелся вокруг. Взгляд уперся в деревья, за которыми виднелся водоем. Можно попить! Только тину нужно разгрести.

Медленно дойдя до водоема и взглянув на отражение в воде, он увидел рыжебородого человека с взлохмаченной копной волос на голове и с красными опухшими глазами.

Живая вода бывает! Хотя она немного кислая и солоноватая, но она живая. Она дарит силы бороться с болью. Эти маленькие зеленые существа в мертвой воде жить не будут. Надо им сказать. Они должны это знать:

– Мы друзья! – Мелодия слов пролилась из сухого горла.

Но зеленые не оценили его признания и попрыгали в воду, стараясь скрыться. Зато после этих слов деревья стали как-то ровнее, не забегали друг за друга, не путались под ногами. Деревья хоть и тыкали в лицо ветками, но они хорошие, их можно обнять.

Где он? Кто он? Что вокруг?

После того как утолил жажду, возникли вопросы. Ответов не находилось, появилось первое чувство. Им был страх. Нужно что-то делать. Главное – не оставаться на месте.

– Так, а теперь куда? Впереди вода, туда мокро. Значит, от воды.

Шел он долго, но ноги несли его вперед, скорее по инерции. Казалось, со всех сторон за ним кто-то наблюдает. Кто они? Почему прячутся? Хотят напасть со спины? Ну и пусть, слишком тяжело часто оглядываться.

Опять захотелось пить, боролись два желания: отдохнуть и повернуть назад, чтоб опять попить живой воды. Снова хотелось пить, а еще хотелось лечь и не вставать. Но он все же шел – во многом потому, что у него не было сил принимать какие-либо решения.

И тут внезапно друзья-деревья расступились. Это оказалось для него неожиданно. Еще секунду назад ветки мешали идти, а теперь, когда их не стало, его словно лишили опоры. Голова закружилась, и поверхность земли принялась взбираться вверх. Одолев препятствие, он остановился и замер, надеясь, что и мир перестанет кружиться.

Ровная поверхность из неизвестного сплошного камня под ногами дохнула теплом. Значит, камень дает тепло?

Что-то белое и низкое пронеслось рядом с ним. Он инстинктивно отшатнулся и тут же, не удержавшись на ногах рухнул на землю.

– Убери этого алкаша с дороги, а то щас его КамАЗом раздавит, – громыхнул резкий голос откуда-то со стороны на ином, но понятном языке.

Кто-то за шиворот перевернул его на спину и потащил. Потом развернул и посадил к дереву спиной. Перед лицом возник овал, внутри которого можно было разглядеть четыре глаза. В следующее мгновение овал разделился на два мордатых лица. Один человек был помоложе, с темными волосами и с любопытствующим взглядом, направленным на «алкаша». Второй мужчина – лысоватый, постарше – вытирал пот со лба рукавом.

– Ты че, мужик, ошалел? На дорогу какого черта выскакиваешь? Или ты самоубийца? Так пошел бы утопился, зачем сразу на нашу трассу идешь? – проорал, дыхнув на него вчерашним перегаром, молодой человек и, обратившись к напарнику, улыбнулся: – Смотри, Дмитрич, какие лешие из чащи появляются.

Смысл их слов был ясен. Он был. Был где-то очень далеко. Интересно, на кого из них нужно смотреть?

– Ты что глазами водишь? Фамилияимяотчествоадреспроживаниягодрождения, – выпалил молодой брюнет одним словом.

Смысл так и не прибежал.

– Серый, иди из машины трубочки принеси, похоже, он пьяный, – скомандовал лысый. – По степени перегара и определим, что это за маринованный фрукт.

– Если маринованный, то скорее овощ.

– Судя по его бледно-зеленой физиономии, он – огурец.

Брюнет удалился в сторону белого пятна, стоящего поодаль. Потом в рот вставили стеклянный предмет и приказали подуть. Он подул, пытаясь понять «зачем», и с испугом принялся наблюдать за странным предметом.

– Глазами водит, и перегара нет, ответить не может, – задумчиво хмыкнул лысый. – А ну-ка, вены его проверь.

Но беглый осмотр ничего не показал.

– Чистые вены, – протянул лысый. – Наверно, таблеток нажрался. Посмотри-ка у него документы.

– Следов нападения на нем точно нет, – согласился брюнет, выполняющий команды при обращении к нему «Серый». – Психушка есть поблизости? Может, дурик и сбежал?

– Поблизости нет. Километров двести до ближайшего дурдома.

Несколькими щелчками пальцев лысый привлек его взгляд к себе.

– Теперь, мужик, смотри на меня и отвечай на мои вопросы. Как тебя зовут?

Он понял, что от него хотят услышать его имя, но не знал, что ответить. От этого в душу закрался страх, отразившийся в глазах.

– Не бойся ты. Мы тебе поможем, просто должны понять, что случилось?

Он тупо смотрел на лысого. Не знал он, что случилось. Случилось ли? И что вообще случается? Зачем он пошел в эту неизвестность, а не лежал там, где вода?

– Ты немой? – предположил молодой. – Разговаривать умеешь?

Он попробовал ответить. В горле неприятно корябало. Язык распух и прилип к гортани, но в итоге получилось произнести «уху», что эти двое расценили как утвердительный ответ.

– Скажи честно, ты наркоман? Или, может быть, тебе помощь нужна? Если наркоман, иди спокойно помирай на обочине, мы тебя не тронем.

При этом слове не возникло никаких знакомых ощущений. Он отрицательно покачал головой.

– Дмитрич, в нашей глуши нет наркоманов, одни алкаши. Если только приезжий, – напомнил тот, который выполнял команды при обращении к нему «Серый».

– Что же с тобой делать? – вздохнул лысый и предположил: – Может, это какой-нибудь ученый заблудился? Говорят, вчера в этом районе видели летающую тарелку.

– Если НЛО ищет, значит, псих, – резюмировал молодой.

– Молодой ты и глупый, рано выводы делаешь, – менторским тоном произнес старший товарищ, подняв вверх палец. – В семидесятых годах ученые доказали, что пришельцы описываются в культурах и религиях всех народов мира. Фильм «Воспоминания о будущем» сначала посмотри. Ну, или «Колесницы богов». Люди просто боятся верить в то, что боги, которым они поклоняются, – это инопланетяне и все знания, которыми люди владеют, даны пришельцами.

– Значит, и ты, Дмитрич, псих! – заржал молодой. – Еще скажи, что он инопланетянин.

– Да пошел ты, – обиделся лысый и, насупившись, принялся обыскивать безропотно сидящего на земле «алкаша».

В результате профессионального шмона старший из этой странной пары нашел в одном из карманов стодолларовую купюру, которую тут же благополучно «изъял».

– Он не бедный, даже валюта имеется. А по виду бомж обычный. Думаю, он из туристического лагеря «Аркаим» сюда забрел, там как раз всякая непонятная публика собирается: экстрасенсы, шаманы, космоэнергеты, кришнаиты, чудики, короче, всякие, – предположил молодой.

– Не может быть, до «Аркаима» более пятидесяти километров, он бы не дошел в таком состоянии. Или оклемался бы, или помер по дороге.

– По дороге пятьдесят километров, а по степи напрямую, может, и меньше. Значит, его привезли и здесь бросили.

– Тогда уже криминал…Что-то здесь не так.

– Давай ППС вызовем, его отправим в трезвяк?

– Очень надо связываться! Если он из собирающейся в «Аркаиме» публики, то может быть кем угодно – от знаменитости до президента банка. А завтра объявится, и окажется, что он какой-нибудь заслуженный поэт-физик. И начнут нас раскручивать, куда делись его документы и сто тысяч долларов из кармана, – подумал вслух умудренный опытом лысый. – Надо от него как-то избавиться.

– А что они там делают в «Аркаиме»? Траву курят?

– Да черт их знает, говорят «место силы» какое-то, все силы организма открываются.

– Похоже, он вообще не соображает. – Молодой помахал перед глазами чудика рукой.

– Зачем нам тогда лишние отчеты писать? – подытожил лысый. – Э, мужик, ты ходить можешь?

– Ну, шел же. А ну давай его на ноги поставим, – предложил Серый.

Полицейские схватили «алкаша» под локти и поставили на ноги, после чего тут же отошли в сторону. Чтобы сохранить равновесие, ему приходилось смотреть на землю.

– О, стоит! Красавчик! А теперь иди.

Ноги сделали шаг. Потом второй. Он старался не гнуть ноги в коленях, чтобы легче было сохранять равновесие.

– Зомби встал и пошел! – снова заржал молодой гаишник. – Только тебе не в ту сторону! Ближайший поселок в другой стороне!

– Он не реагирует, – сказал старший, – давай развернем его.

Подойдя, они взяли его под локти и развернули на сто восемьдесят градусов.

– А теперь иди и не останавливайся, – приказал молодой.

– Стой, – остановил его лысый, – деньги забери.

И сунул ему в карман бумажку.

– Дмитрич, ты что, сто баксов отдашь? – встревоженно поинтересовался молодой.

– Спокойно! Была у него сотня и будет сотня, только не баксов, – заулыбался старший.

– А теперь иди, зомби, по обочине и на дорогу не выходи, – заботливо наставил его Серый.

Он пошел, слыша невнятное бормотание за спиной.