В казино не было окон. Как объяснил Джин, это делалось специально, чтоб клиент не задумывался, какое время суток в большом мире, и жил в этом замкнутом мирке с бесплатным алкоголем и услужливым персоналом, дарящим иллюзию всемогущества тому, кто готов сыграть в азартные игры с фортуной.

Рулетка раскрутилась, и шарик начал свой бег по кругу в противоположном направлении от ее вращения.

– Дорогая, сделай ставку, я знаю, что у тебя счастливая рука, – нежно приобняв свою очаровательную спутницу-брюнетку, проворковал Джин.

Дав ей в руку стопку фишек, он боковым зрением продолжал наблюдать за вращением колеса фортуны. Направляя руку девушки, Джин поставил фишки на цифру 21 на красном фоне.

– Раз ты считаешь, что выиграет это число, давай подстрахуемся и закроем соседние. – На этот раз Джин своей рукой поставил по нескольку фишек на цифры 2 и 4 на черном фоне.

Девушка, расслабленная красивым коктейлем, опьяняющим не только своим вкусом и составом, но и насыщенностью цветов, наслаждалась ролью игрушки в руках этого хозяина жизни, уже выигравшего больше денег, чем ее родители заработали за всю жизнь.

– Веня, а давай поставим на зеро! – проявила она излишнюю инициативу.

– Обязательно поставим. – Джин блеснул белозубой улыбкой и вполголоса добавил: – Но в другой раз. А знаешь, рисковать так рисковать. Давай сыграем ва-банк. Крупье, все фишки на 21 красное.

Глаза крупье невольно расширились от удивления при виде клиента, распоряжающегося такими суммами вопреки здравому смыслу и без всякой системы. Гул взволнованных голосов прокатился по залу. Маститые рабы чертова колеса подтянулись от соседних столов, желая наблюдать позор или торжество одного из них.

– Ставки сделаны, ставок больше нет, – подытожил крупье, промокнув пот с висков идеально белым платком.

Стольник смотрел в их опьяненные жадностью и дорогим алкоголем глаза, утратившие блеск души, и думал о словах Джина, сказанных по дороге в казино.

– Казино обыграть невозможно. Те, кто проигрывает сразу, – счастливчики. Они еще могут выпутаться из сетей иллюзии. Те же, кто выиграл, подсаживаются на крючок. Они начинают верить в свою удачливость, почувствовав приторно-сладкий вкус легких денег. Они приходят и с каждым разом проигрывают все больше и больше, не желая отказаться от веры в свою исключительность перед всем остальным миром. Но в итоге проигрывают гораздо большее, чем деньги, – они теряют веру.

Из динамиков машины по пути в казино звучал голос девушки, которая пела песню как будто про Джина – этого воина новой-старой Вековечной войны, красиво управляющего дорогой машиной на большой скорости и этим контролирующего жизнь своих пассажиров, лихо объезжая повороты смерти. Их спутницы танцевали, плавно водя плечами, закрыв глаза и пребывая в трансовом состоянии, для впадения в которое раньше требовалось несколько дней медитировать или долго кружиться в бешеной ритуальной пляске вокруг костра. Цивилизация упростила методы изменения сознания, но приблизило ли это людей к осознанию Всевышнего или увело в сторону? В любом случае, человеческим женщинам все происходящее явно доставляло удовольствие.

Алкоголь снял головную боль и притупил чувство тревоги, корябающее душу с их выхода из гостиницы. Может, он просто не привык к новому облику войны? Да и вообще, та ли это война, о которой он помнил? Ни в подземельях синтов, ни в казино людей не видно того солнца свободы, к которому стремился его народ. Народ, которого, похоже, уже нет.

Шарик утрачивал силы своего бессмысленного бега по колесу удачи. Зал замер, в мучительном ожидании затаив дыхание.

– 21 красное, – пытаясь сохранить профессиональное хладнокровие, сообщил крупье дрогнувшим голосом.

Еще целое мгновение длиною в вечность зрители не могли поверить в подобное. Только после объявления невероятной суммы выигрыша гул голосов стал нарастать, выплескивая эмоции восхищения, отравленного ядом зависти.

– Олечка, ты умница! Я верил, что ты принесешь мне удачу! – расплескивая вокруг показной восторг и обняв брюнетку, Джин напряженно осматривался.

Стольник тоже обратил внимание на охранников, усиленно переговаривающихся по рации, и на скрывшегося куда-то из зала управляющего.

Вика и Оля визжали от восторга, обнимали то друг друга, то своих спутников, казавшихся им королями жизни и от этого такими желанными. Они жили в той реальности, которую видели в кино и которую считали единственно правильной. Девочки еще не понимали, во что вляпались. Атмосфера микромира, вечно скрывающегося от лучей солнца, сгущалась, насыщаясь темными красками.

– Похоже, мирно уйти не удастся, – сделал вывод Стольник и встретился с понимающим взглядом Джина.

За столом сменился крупье. Перед Джином появилась невероятная куча разноцветных фишек.

Джин протянул Стольнику свой смартфон:

– Сфотографируй меня, – после чего сделал безумное выражение лица и раскинул руки над своим пластиковым богатством.

– Зачем это? – поинтересовался Стольник, возвращая телефон.

– Потом поймешь, – усмехнулся куратор, производя непонятные манипуляции с телефоном.

Народ стал понемногу расходиться. Суеверные игроки считали, что снаряд два раза в одну и ту же воронку не попадает, и не хотели играть с фортуной за тем же столом, за которым ее сегодня уже обыграл неизвестный хлыщ.

– Прошу вас делать ставки, господа, – предложил новый крупье.

– Пусть посчитают это и принесут мой выигрыш, – вальяжно распорядился Джин, бросая крупье фишку, и небрежно указал на кучу пластмассовых кругляков, которые только еще предстояло обналичить, поменяв на бумажки, дарующие власть и свободу, придуманную для людей богами.

Вика прижалась к мужчине своей мечты.

– Дорогой, ты подарил мне рай! Спасибо тебе! Я еще никогда в жизни не чувствовала себя так… На седьмом небе! Вениамин хоть и радуется, воспринял выигрыш как должное. А со мной рядом мужчина, который даже бровью не повел от баснословного выигрыша своего друга. Тебя не волнуют такие суммы, но зато я помню, как сегодня я волновала тебя.

– Конечно, детка. Ты лучшая, – приобнял ее Стольник. Сейчас его волновало другое.

К ним подошел крепкий мужчина средних лет. Чувствовалось, что он боец, а не халдей.

– Господа, пройдемте со мной для получения выигрыша.

– Друзья, пойдемте на кассу, – широко взмахнул Джин, старательно показывая свое опьянение.

По дороге к выходу крепыш преградил им дорогу, показывая на неприметную дверь в стороне.

– К сожалению, в кассе не наберется такой большой суммы, поэтому придется немного подождать в ВИП-кабине.

– Пора возвращаться с неба на землю, – усмехнулся Стольник и подмигнул своей девушке.

– Да не проблема, мы подождем! – легко согласился Джин и, развернувшись кругом, пошел обратно в зал казино. – Мы со всеми нашими друзьями отметим. Кстати, смотри, моя фотография в соцсети с выигрышем из вашего казино набрала уже 1650 лайков, и это за десять минут после публикации.

Крепыш догнал его и ухватил за руку бульдожьей хваткой.

– Извините, сударь, но наше казино не нуждается в рекламе.

Глаза Джина резко протрезвели, своей кистью он сжал запястье неласкового хозяина так, что тот скорчился от боли.

– Тогда у вас полчаса, пока мы выпьем по коктейлю, а потом ты торжественно вручишь нам деньги, чтоб к вашему казино не осталось вопросов, и мы спокойно уйдем. Понял?

В ответ крепыш коротко закивал и, растирая поврежденную руку, бочком удалился к неприметной двери, за которой им не суждено побывать.

Стольник увел Джина в сторону и вполголоса поинтересовался:

– И что делать будем?

– Пока мы на виду, мы в безопасности. Громить свое казино они не будут. Деньги привезут.

– А потом?

– Потом видно будет. Как почувствуем деньги в руках, найдем, как уйти, они ведь всего лишь люди.

– А девочки?

– Пусть остаются. Им ничего не грозит, они ничего не знают.

Стольник сомневался. Его затуманенный алкоголем мозг пытался отыскать единственно верное решение, но оно было так же мнимо, как близость луны в безоблачное полнолуние.

– Мы должны их забрать, нельзя их бросать одних. Тем более они знают про гостиницу. Туда еще надо успеть добраться.

– Ладно, посмотрим, – нетерпеливо оборвал Джин и, подойдя к бару, щелкнул пальцами. – Как обычно, тройную водку безо льда.

– Мне тоже, – кивнул Харитон, отворачиваясь от ласкового взгляда Вики, но не имея возможности сбежать от ее ласкающих рук.

Из кармана Джина раздалась трель звонка, сопровождающегося гортанным женским пением на языке, созданном для признаний в любви. Покосившись на девушек, весело щебечущих с барменом и выбирающих напитки, Джин ответил:

– Алло. Привет, Рыжик. Да все нормально. Где? Конечно на работе, где же мне еще быть. Да, и ночью решаю вопросы, чтоб быстрее вернуться к тебе. Какие бабы? Мне ведь никто не нужен, кроме тебя. Ну, в казино. С коллегами по работе. Мужчинами. Пожилыми.

– Милый, я тебе заказала джин с тоником. Как ты относишься к джину? – крикнула Ольга, в веселом подпитии не замечая, что мешает разговору.

Джин отвернулся и прикрыл телефон рукой.

– Наливай, – отозвался Стольник, надеясь этим выручить напарника.

– Ну что ты опять истеришь?! Надоело уже. Нет, не ты, по тебе я соскучился. Тут много народу. Общаются между собой. Не позорь меня перед уважаемыми людьми. Все, успокойся, я тебе завтра позвоню и скажу о планах. Все, целую. Не плачь. Я тебя тоже.

Джин нажал клавишу отбоя и выдохнул.

– Врать нехорошо, – заметил Стольник, с иронией глядя на Джина.

– Женщины сами толкают мужчин на ложь, требуя правды, которой не способны понять, – пояснил Джин и переключил внимание на подошедшую Ольгу. – Спасибо, Ольчик, как ты догадалась, что джин мой любимый напиток?