Эшли тихонько вошла в дом, закрывая дверь, она еще раз помахала немецкой овчарке на прощание. Внутри было тихо. «Странно». Эшли прошла в прихожую и увидела на столике записку, что мама ушла в магазин за продуктами. Она уже думала быстро прошмыгнуть в свою комнату, как послышался голос из гостиной.

– Пришла, наконец! Есть разговор!

Отец был не в настроении, Эшли сразу поняла это. Пожалуй, ему доложили про архив. Сейчас начнется!

– Привет!

Она попыталась выдавить улыбку. Не самое подходящее время, тем более, когда со своими родителями она хотела разговаривать меньше всего. Эшли прошла в гостиную и уселась на диван.

– Где ты была? Во что вы с Нэнси ввязались?

– То есть? Я была, то есть мы с Нэн были у Мегги на день рождении, я еще маме звонила, что мы останемся с ночевкой.

«Ложь, сплошная ложь».

– Сколько еще ты намерена лгать? Мне звонила мама Нэнси, она дома не появляется уже два дня, не звонит, она в панике! Куда пропала Нэнси? Она опять подсела на наркотики, и ты ее покрываешь?

«Лучше бы наркотики!».

– Я никого не покрываю!

– И где ты сама была? Мама Нэнси звонила матери Мегги, вас там не было! Сначала кража, теперь что? Допустим, я поверил в предыдущую историю, что ты теперь придумаешь?

Отец начинал злиться. Но Эшли тоже понемногу выходила из себя. Как он смеет так говорить, когда сам ей врет всю жизнь!

– Я ничего не придумывала! – выпалила Эшли, – а по поводу историй, это тут, кто, что еще должен мне рассказывать.

Эшли сказала последнюю фразу на повышенных тонах, и Роберт от неожиданности присел в кресло.

– Как ты смеешь со мной так разговаривать?!

– А как вы смеете скрывать от меня, что у меня был брат-близнец?!

Выпалила Эшли, сама того не ожидая. В прихожей послышался грохот. Джема только-только вошла в дом и от неожиданности услышанных слов, она уронила все пакеты с приобретенным.

– Эшли, доченька, с чего ты взяла…? – начала, было, мама, но Эшли отмахнулась.

– Не нужно делать из меня дурочку! Я все знаю, и теперь вы меня не будете больше обманывать! Хватит уже!

Эшли просто кипела вся от злости. Она встала с дивана и начала метаться по гостиной.

– Как можно было скрывать от родной дочери, что у нее есть еще один брат?! – недоумевала девушка.

– Еще один родной ребенок, взять вот так вот и просто выбросить из головы, из памяти, из жизни!

– Ты не понимаешь, – начал Роберт, но Эшли его прервала.

– Да! Я не понимаю! Как?! Родная кровь!

– Он прожил всего двенадцать дней. Мы даже из роддома вас еще не успели забрать…

Джема расплакалась, и Роберт принялся ее успокаивать.

– Отлично! Значит, я даже к брату на могилу не могу сходить, потому что ее НЕТУ!

Эшли носилась по комнате, словно ураган. Она была такая злая на всех: на своих родителей, на Тома, на окружающий жестокий мир. Ей было жаль своего крошечного брата-близнеца, который, возможно, и имя не успел получить.

Эшли резко остановилась:

– У него было имя?

Джема кое-как успокоилась, Роберт вытирал ей слезы со щек. Он тоже шмыгал носом, и Эшли на секунду стало их жаль. Все-таки, они потеряли сына. Но как только она услышала имя, все вокруг стало вращаться с бешеной скоростью, и Эшли забыв о родителях, побежала прочь из дому.

Она неслась по знакомой уже дороге изо всех ног. Нужно ему все рассказать. Теперь все стало на свои места само собой. Как же всего три слова может изменить абсолютно все! Даже одно, подумала девушка. Она неслась, как на пожар. Еще один поворот и вот – она на месте. Она не успела подойти к двери, как дверь распахнулась и голос произнес:

– Он в библиотеке.

Кивнув, она побежала. Повернув направо, она вбежала в комнату и возле ближайшего стеллажа врезалась в вампира.

– Филипп!

– Да, извини. Я услышал тебя и хотел встретить. Что стряслось?

– Нет, Филипп!

Парень непонимающе посмотрел на нее.

– Да, я Филипп.

Эшли перевела дыхание.

– Моего брата зовут Филипп. Звали. Моего брата-близнеца!

Грудь девушки поднималась и опускалась, ей было тяжело говорить. Она глубоко вдохнула и выдохнула.

– А прожил он двенадцать дней! Вот и связь.

Филипп внимательно посмотрел на нее, он взял ее за руку и отвел на ближайший диван.

– Садись. Расскажи все.

– Но это все и есть. Я узнала лишь то, что он прожил двенадцать дней, и звали его Филипп. Но я думаю в этом и есть весь смысл! Ты сам говорил, что между близнецами есть особая связь, вот и смотри. Близнец Филипп умирает после рождения через двенадцать дней, остаюсь я, Уильям и выбирает меня, возможно, через всю эту магическую связь с числом двенадцать. Потом ты: ты тоже близнец Филипп, которого нужно убить, другими словами тебя тоже ждет смерть. Выходит, что Уильям из вас двоих считает себя сильнейшим.

Она немного помолчала, а потом добавила.

– Ну, а так, как у меня забрали брата, который был слабее, то я встречаю тебя, и между нами возникает связь, дабы восстановить какое-то равновесие что ли.

Филипп улыбнулся.

– Наверное, это звучит глупо.

Эшли опустила глаза.

– Вовсе нет, в твоих словах есть логика. Древняя магия не заключается в какой-то абракадабре. Все скрыто гораздо глубже.

И парень засунул выбившийся локон волос Эшли за ухо и приблизился чуть ближе к девушке. Эшли замерла в ожидании, но Филипп резко остановился. Он посмотрел Эшли на грудь и сморщился. Девушка проследила взглядом, на что смотрит Филипп. Из-под футболки выбился крестик, который подарил ей Том.

– Ааа, это подарок Тома. На шестнадцать лет.

Филипп хотел убрать цепочку обратно под футболку, но та его обожгла, и вампир попятился назад. Эшли удивленная вскинула бровь.

– Значит, правда? Он может тебе навредить?

Парень сморщил нос:

– Он освященный.

Что?

– Не думала, что Том мог подарить мне освещенный крестик. Всегда думала, что это просо кулон, подарок на день рожденье.

Эшли подняла глаза и увидела Филиппа, который смотрит на нее так, словно еще секунда и он не сдержится. Он смотрел на девушку, словно каждое мгновенье ожидания ломило ему кости, а ждал он будто века. Было видно, что его тянуло к ней, как и ее к нему. Эшли посмотрела еще раз на крестик, на Филиппа – поднесла руку и сорвала цепочку с шеи.

Филипп накинулся на нее в страстном поцелуе, которого ждал, казалось, вечность. В принципе, как и Эшли. Он повалил ее на диван, уложив на спину. Его губы нежно прикасались к ее собственным. Его леденяще горячее тело жгло Эшли, но она испытывала неописуемое удовольствие. Хоть они и были знакомы всего два дня, за это время столько всего произошло, что Эшли казалось, словно они знали друг друга вечность.

Филипп провел рукой по ее скуле еле слышно и медленно отстранился.

– Ты мне нужна.

– Как и ты мне.

И Эшли обвила вампира руками вокруг шеи, вжавшись ему носом в плечо. Он поцеловал ее сначала в ключицу, потом в шею, затем отстранился и наградил ее снова поцелуем в губы, но на это раз короче.

– Мне нужно тебе кое-что показать.