Arena

Антохин Евгений Сергеевич

Книга на тему любви и дружбы. На что способны люди в экстремальных ситуациях? Каково предназначение каждого? Арена — жестокая игра, в которой на одной чаше весов слава и богатство, на другой — жизнь игрока. Гладиаторы — богема современности, они законодатели мод, они те, кому подражают и на кого ровняются. Хозяин Арены — Линдон Вивариус, человек богатый и эксцентричный. Он играет жизнями людей легко и непринужденно. Своих звезд он может сделать из кого угодно, и для того чтобы заставить человека сражаться на Арене, применит любые способы, даже шантаж. Это порок Вивариуса и неотемлемая часть его самого. Но и он может сделать неправильный выбор, попытавшись заставить простого таксиста Джея сражаться на Арене за жизни его друзей. Джею придется поставить на кон дружбу и любовь, а потом понять, что эти вещи слишком важны, чтобы играть на них со смертью. P.S: Прошу читателя не слишком судить это творение за его «реалистичность». Это было написано под впечатлением от компьютерной игры Unreal Tournament 2003. Я не задавался целью написать реалистичный роман и ни в коем случае не претендую на его «научность». Фактически, он о любви, а все остальное — лишь фон.

 

Глава 1. Похищение

Пришлось прищурить глаза от слепящего солнечного света. К счастью, в кармане были припрятаны солнечные очки, которые ему когда-то подарила Селли. Ему не очень то нравилось их носить, но Селли настоятельно посоветовала: "Ты живешь в городе, где всегда светит солнце, так ярко, как нигде больше — они тебе просто необходимы, к тому же — они тебе идут".

Это был ее первый и последний подарок, а сама она первой и последней, ради которой готов был пойти на что угодно, даже сразиться с сотней самых кровожадных мутантов из самых далеких уголков Вселенной. Но, увы, она ушла, он не стал ее держать. Расстались друзьями, может, так было даже и лучше для них обоих. Он знал наверняка, что дружба у них крепкая, а брак штука ненадежная. Мутанты мутантами, а вот жениться…

А с тем адвокатом у нее тоже ничего не получилось. Они расстались, кажется, месяца через три, так она писала ему в письмах. Селли очень романтична, ей нравится писать письма, хотя, это несколько неудобно, да и вообще, экзотично, есть же куда более совершенные и практичные способы связи, но, кажется, ей они ни к чему, а для него — подпространственный интернет, голограферы, обычные видеотелефоны и вообще, все то, что наполняет жизнь рядового обывателя.

Зал ожидания постепенно наполнялся. Люди собирались здесь, готовясь куда-нибудь улететь. Все куда-нибудь улетали, пусть многие по работе, но улетали, путешествовали, знакомились с новыми людьми, видели что-то новое.

Ему нравился город, в котором он жил, здесь все, что нужно для современного большого города, а кроме всего прочего, здесь всегда светит солнце. Иногда хотелось дождя, и он знал, что где-то там идут дожди. Где-то там…

Работа занимала слишком много времени, она не давала ему возможности путешествовать, но работать он любил, и назвать работу причиной всех его бед он не мог.

Днем водил такси, а по вечерам работал вышибалой в ночном клубе — график плотный, но он привык, к тому же, неплохо платили. А таксистом он стал по двум причинам: первая — потому, что любил колесить по городу, он изучил его от и до, а вторая: потому, что любил водить. Вот по этому у него был едва ли не самый лучший и самый быстрый в мире глайдер, и часто, по выходным, для него не было ничего лучше, чем носиться на огромной скорости, разрезая воздух где-нибудь в безлюдных местах, поднимая за собой клубы пыли, и в погоне за ветром, врезаться прямо в закат.

Он посмотрел на часы, стратолет Селли должен был уже прилететь, и с точностью почти до секунды диспетчер объявила о посадке.

Селли с друзьями всегда прилетала к нему на день рождения. Ее даже не нужно было приглашать, но она никогда и не была нежеланным гостем, она это знала. А что касается ее друзей, то ее друзья и его друзья тоже.

Сегодня вместе с ней должен был прилететь ее дядя Озборн или Оззи, как его всегда все называли. Когда-то он носил гордое звание чемпиона мира в гоночном спорте. Но, все звезды когда-нибудь гаснут, погасла и его тоже. Он ушел из большого спорта из-за травмы, так он это представил всему миру, и, только самые близкие знали, что настоящей причиной была его жена. В прошлом году она умерла от сердечного приступа. Реактивный Оззи долго переживал ее смерть, но смириться так и не смог до конца. Успокоился, спасибо Селли, она дядю любит больше чем себя.

И дядя Оззи после Селли был, конечно же, самым желанным гостем. Кроме дяди она еще обещала привезти с собой своего нового избранника — кажется, он какой-то дипломат: "Эх, Селли! Не сидится тебе на нашей грешной земле! Все тебе в облаках летать".

Наконец, стало известно, что необходимо подойти к боксу N3. Когда он появился, там уже во всю встречали. В толпе он попытался разглядеть знакомые лица, но вот последний из пассажиров покинул зону бокса N3, а Селли так и не появилась.

Могло, конечно, случиться что-нибудь непредвиденное, но тогда она бы нашла способ сообщить об этом, и кто знает, что он подумал бы еще, если бы его не окликнули:

— Эй, Таксист! — Селли разразилась веселым заливистым смехом и с разбегу обняла его по-дружески — крепко-крепко. Он даже не успел в ответ поздороваться, поднял ее в воздух и тоже рассмеялся.

— А мы думали, что ты не приехал нас встречать, я звонила тебе домой и на работу, — восторженно говорила Селли, она широко улыбалась и не сводила с него столь же восторженного взгляда.

— Я немного опоздал, пока искал этот бокс N3, вот и пропустил вас. А где остальные?

В ответ на его вопрос дядя Оззи похлопал его по плечу, чем немного удивил, потому, что незаметно появился откуда-то сзади.

— С днем рождения, Джей, — сказал он и пожал руку, — у вас здесь потрясающий сервис, надо заметить, они экономят время клиентов, а это радует.

— С днем рождения, Джей, — произнесла Селли и вручила ему небольшую коробочку, перевязанную праздничной лентой.

— Ты не возражаешь, если я потом посмотрю? — слегка виновато спросил Джей.

В ответ она, не сводя с него взгляда, еле заметно покачала головой, что, мол, не возражает.

Джей убрал коробочку в карман, она была такая миниатюрная, что почти не чувствовалась там, можно было бы легко о ней забыть. Но главный подарок он уже получил — они наконец-то снова увиделись.

Потом подошли остальные: их было четверо. Троих Джей знал с прошлого знакомства: Терри — какой-то родственник Селли, он студент технаря и вундеркинд, в области, кажется, физики или химии, короче, все в одном флаконе, Макс — одноклассник Селли со школы и девушка Таня с какой-то сложной фамилией. Джей еще обещал ей, что приедет в гости, но так и не сдержал это обещание. Она поздоровалась с Джеем, и одарила его слегка укоризненным взглядом, Джей в ответ только развел руками и улыбнулся.

Четвертым был человек в строгом сером пиджаке, при галстуке, в темных очках, от него пахло дорогим одеколоном. Дипломат — догадался Джей.

— Это Виктор, Джей, знакомьтесь, — представила их друг другу Селли.

Виктор подал руку для знакомства:

— Селли много про вас рассказывала, — немного подождав, добавил, — много хорошего, вернее, кроме хорошего, больше ничего, — и улыбнулся. Даже улыбка в нем выдавала дипломата — натянутая, отработанная до автоматизма, сухая.

— А мне Селли ничего про вас не рассказывала, — серьезным тоном ответил Джей. Повисла недолгая пауза, и он добавил, — Просто, еще не успела. И Джей тоже улыбнулся, вполне по-дружески.

— Эй, а что там у нас с транспортом, молодой человек? — спросил дядя Оззи и посмотрел на кучу чемоданов, стоящую рядом.

— Я позволил себе наглость взять напрокат микроавтобус, — ответил Джей, — он на стоянке, думаю, там даже останется место.

После этого они погрузили все чемоданы на гравитележку и, не спеша, проследовали к микроавтобусу.

*** *** ***

— Лейтенант Деррек, присаживайтесь, пожалуйста.

Деррек присел в кресло напротив начальника полиции Рочестера-Макферсона, последний пристально смотрел на Деррека, как бы прикидывая в уме, сможет ли этот парень выполнить поставленную перед ним задачу.

Деррек старался вести себя естественно, но у него не очень хорошо получалось, волнение сказывалось сильно, ведь он не знал, для чего его сюда пригласили.

Этот разговор должен был быть строго конфиденциальным — в этом Деррек не сомневался. Кроме начальника полиции округа Рочестера-Макферсона в этой комнате присутствовал его (Деррека) непосредственный начальник Джерри Гринн (он как раз и рекомендовал Деррека, как лучшего своего офицера), двое парней в черных строгих костюмах — федеральная безопасность (что самое интересное, они все носят абсолютно одинаковые черные костюмы с бронежилетами под рубашкой, и можно без особого труда определить принадлежность этих парней к ФСБ), представитель военной разведки Метью Коннел замыкал круг лиц, присутствующих здесь, в этом кабинете сейчас.

— Ну, пожалуй, можно начинать, господа. — Произнес Коннел.

Слово предоставили одному из федералов. Он снял темные очки, поместил их в карман пиджака, не спеша, достал из кейса черную тонкую папку и раскрыл ее. Там была всего одна фотография. Он придвинул ее ближе к Дерреку и спросил:

— Вам знаком этот человек?

Деррек взглянул на фото, а затем ответил:

— Да. Это Линдон Вивариус — организатор и ведущий смертельных состязаний под названием "Арена".

— Верно, — согласился федерал, — что вы думаете об этих состязаниях?

— Ну, я лично, подобные вещи не очень одобряю, но этот вид спорта, то есть я хотел сказать, что на Арене убийства законны. — Честно ответил Деррек.

— Линдон Вивариус весьма уважаемый в высших кругах человек. Его не интересуют деньги, у него их уже слишком много. А вот власти ему, видимо, маловато. Он слишком высоко поднялся по трупам, лейтенант Деррек, купил очень многих влиятельных лиц, сильные мира сего его поддерживают. Но, у нас есть законы, по которым преступники должны нести наказание за свои преступления.

— Должен ли я сказать…, - начал Деррек, но осекся, поймав на себе пристальный взгляд своих начальников.

— Говорите, не стесняйтесь, лейтенант.

— Нет, я лучше вас послушаю, — ответил Деррек, забыв напрочь мысль, которую хотел только что высказать.

— Соревнования на Арене не такие уж и законные.

— Я в этом и не сомневался, — ответил Деррек, и пробежал взглядом всех присутствующих, соображая, не сказал ли какую-нибудь глупость.

— Видите ли, лейтенант, подробный отчет о том, что творится на острове у нас уже есть и мы можем предъявить обвинение Вивариусу по очень многим статьям, например о похищении людей с целью шантажа, принудительное участие в его шоу, впрочем, есть дела и посерьезнее. На острове у нас есть агент. Он работает уже достаточно долго, и у него накопился материал, подтверждающий причастность Вивариуса к некоторым очень серьезным делам. Нам нужен этот материал, но мы потеряли контакт с нашим агентом. Ваша задача будет заключаться в том, чтобы найти его, а так же собрать доказательства причастности Вивариса к похищениям людей с целью шантажа. Возможно, вы найдете свидетелей.

Слишком просто, как показалось Дерреку, и что-то во всем этом его смущало, что-то не вязалось, но сказать что именно, он бы сейчас не смог.

— А в чем уловка? — спросил Деррек.

Федералы переглянулись и тот, который беседовал с Дерреком, ответил:

— Уловка тут действительно есть, лейтенант. С одной стороны все может показаться просто: что сложного в том, чтобы найти человека, зная, где искать? Весь фокус в том, что никто на острове не будет знать, что вы офицер полиции, они будут думать иначе, а вам придется играть роль.

— Как я попаду на остров?

— Под видом претендента, желающего принять участие в состязаниях на Арене.

Это несколько насторожило Деррека, все может случиться, а что если его в нужный момент не смогут вывести из игры и тогда придется сражаться, а это почти наверняка смерть.

— Я не требую от вас ответа немедленно, у вас есть время: ровно два часа.

После этого Деррек встал с кресла и вышел за дверь, у него было ровно два часа, чтобы все взвесить и дать ответ, но теперь он наконец-то понял, что его так во всем смущает, это был не приказ, а предложение. Будь то приказ, ему не дали бы тех двух часов. В таких делах таких вещей, как просьба, не существует. И фокус был совсем не в том, что нужно будет играть роль добровольца-самоубийцы, а в том, что это не приказ, а просьба. А это куда хуже.

*** *** ***

Дядя Оззи разместился на переднем сидении около водительского, остальные вместе с багажом в салоне.

Джей не спеша, вел микроавтобус по шоссе, соблюдая все правила безопасности дорожного движения.

— Я ведь серьезно, Джей, ты мог бы перебраться к нам в столицу, и стать гонщиком. Я готов поручиться за тебя.

Дядя Оззи знал, что скорость у Джея в крови. Когда-то именно он научил Джея водить гоночный глайдер, и тот довольно быстро освоил технику вождения. Многие, прежде чем сесть за руль гоночного глайдера, осваивают теорию, потом учатся водить симуляторы, и, только когда все эти этапы пройдены, можно сказать: выйдет из них пилот-гонщик или нет. Дядя Оззи был готов спорить на что угодно — из Джея получился бы чемпион мира.

— Нет, я для этого уже староват. Ведь у вас в клубе учатся совсем мальчишки, а я там буду как болван-второгодник…

— Напротив. Я не понимаю, почему ты отказываешься. Ты мог бы этих мальчишек даже чему-нибудь научить. Послушай, на будущий год мы организуем соревнования в клубе. Там примут участие гонщики из других клубов. Приедут воротилы гоночного спорта, они отберут лучших для подготовки к соревнованиям за выход в лигу полупрофессионалов. Я мог бы тебя зачислить в нашу команду. Подготовка начинается через месяц. Решайся, это твой шанс. Я верю в тебя.

Дядя Оззи так горячо высказался, что Джей даже растерялся немного. В одно время Джей всерьез подумывал вступить в один из таких клубов, но ему все время что-нибудь мешало. Как бы там ни было, но причиной всему была его недостаточная самооценка. Он сомневался, что у него есть шансы на победу, а между тем, не мог понять, откуда у него такой пессимизм.

Вскоре микроавтобус выехал на скоростное шоссе, и Джей прибавил скорости. Дядя Оззи, откинувшись в кресле, решил вздремнуть, а Джея прямо таки одолевали противоречивые мысли по поводу того, что сказал дядя Оззи.

С одной стороны, это был выход из всех его проблем разом. В столице гораздо больше возможностей, да и смена обстановки не будет лишней. А с другой стороны, у Джея уже были кое-какие планы на будущее, и если принять предложение Озборна, то они все пойдут коту под хвост. Джею предстояло решить, что для него будет важнее, но он пока оставил эту проблему на потом — день рождения как-никак.

Чем хорошо ездить по скоростному шоссе, так это тем, что машин, как правило, практически нет и можно позволить себе такую скорость, на которой не страшно ехать самому, но вот этот глайдер явно как-то подозрительно себя ведет. Водитель, видно, собрался устроить гонку. Эдакий лихач-самоучка. При других обстоятельствах, Джей, может, и утер бы нос наглецу, когда в салоне пассажиры, лучше не стоит этого делать, и Джей немного снизил скорость, чтобы пропустить лихача вперед, однако, тот тоже снизил скорость, чтобы сохранять дистанцию.

Джею стало интересно, что бы это могло значить, и он снова увеличил скорость — лихач проделал тот же маневр.

Джей собрался, было уже проигнорировать маневры лихого водителя, но тот, вдруг, начал догонять микроавтобус. Вот он уже на уровне с Джеем. Затемненное стекло мешало разглядеть пассажиров, но их было двое. Тот, что сидел рядом с водителем, явно разглядывал Джея. Наконец, стекло опустилось, и Джей увидел преследователей. Они оба были в форме черного цвета, на подобии той, которую носят охранники, с какой-то эмблемой на рукаве.

— Тормози, — обратился один из преследователей к Джею.

Впереди Джей увидел, как дорогу преграждают еще пара таких же микроавтобусов, и несколько людей в черном: в руках у них было оружие.

Джей разбудил дядю Оззи и остановил глайдер. Один из людей в черном подошел к микроавтобусу, заглянул внутрь и спросил:

— Вы, Озборн Дениелс, выйдете из машины.

— А кто вы такие? — спросил дядя Оззи, но тот человек вытащил из-за пояса оружие и повторил свои слова.

— Джей последовал примеру Озборна, тем более, что ему тоже велели выйти из машины.

Один из тех в черном уже построил всех остальных вдоль шоссе, угрожая автоматом. Никто не решался сказать хоть слово.

— Отлично, все садитесь в нашу машину, вот сюда.

Всех разместили в салоне черного микроавтобуса и закрыли дверцу.

— Что происходит? — только и успел спросить Озборн, но ответа не получил.

В салоне было абсолютно темно. Вдруг, резко захотелось спать. Джей пытался бороться с нахлынувшей сонливостью, но это было выше его сил и, через несколько секунд, он провалился в глубокий сон, как и все остальные.

*** *** ***

Итак, что-то явно странное происходило сейчас. С одной стороны все выглядело вполне логично. Есть задание особой важности, но кто в полиции предлагает выполнять такие задания, откровенно дурно попахивающие.

Деррек направлялся домой, чтобы собрать кое-какие вещи для предстоящей командировки.

У Деррека с мальства было очень тонкое чутье, во многом из-за этого его бывший школьный учитель порекомендовал, ему идти служить в полицию и Деррек пошел. Он не помнил таких случаев, когда его шестое чувство подводило, вот и сейчас оно во всю глотку орало ему, что большие боссы затеяли нечистую игру.

Ему дали указание до четырнадцати часов следующего дня появиться в Вивариус-сити на острове Арены, сообщить о своем прибытии и ждать дальнейших указаний. Ему придумали легенду, дали новое имя и документы. О прикрытии, в случае проверок его личности, конечно же, не стоило беспокоиться, и в этом его заверили.

Ему не сообщили, как зовут агента и где его найти, но как догадался Деррек, деятельность этого агента как-то связана с Ареной, ведь только по этому по легенде значилось, что его (Деррека) зовут Кори Тейлор, что он родом с орбитальной станции и прибыл на остров Арены, чтобы стать гладиатором.

В общем, Дерреку не нравилось это задание, но он полицейский и это его долг, выполнять такие задания, долг совести, если хотите. Он немного волновался и не знал, что его ждет, и больше всего его беспокоило треклятое чутье, оно не замолкало ни на секунду: опасно, уловка, грязная игра.

 

Глава 2. Нет выхода

Когда он почувствовал, что просыпается, то испытал весьма странное ощущение. Если то, что произошло не что иное, как сон, то почему он спит в одежде и на кожаном диване? Он открыл глаза, слишком темно, чтобы хоть что-то различить. Теперь он уже окончательно убедился — то, что произошло, сном не было.

Джей поднялся на ноги. Глаза понемногу привыкли к темноте, и через пару минут он мог различать очертания предметов интерьера комнаты. Немного неожиданно высветилась командная консоль, вероятно, сработали датчики движения. Джей выдал голосовую команду: «Свет». Стало светло и пришлось прищурить глаза с непривычки, но адаптироваться к свету удалось быстрее, опять же, помог компьютер, в распоряжении которого находилась вся эта комната.

Обстановка напоминала дорогую гостиницу, но почему-то совсем не было окон. Компьютер предложил Джею различные варианты освещения, но тот не согласился ни на один из них.

Чтобы хоть чем-то себя занять, Джей принялся изучать систему на предмет услуг, которые она ему могла предложить и, в конце концов, остановился он на выборе дорогих вин, которых в арсенале было довольно много. Джей выбрал бутылку с понравившейся ему этикеткой и заказал себе бокал. Тут же в стене открылся зеркальный бар, и на блестящем подносе для него стоял его заказ. Дальше Джей обслужил себя сам и с бокалом в руке начал осматривать комнату.

Его внимание остановилось на командной консоли, а вернее, на экране. Там светилась заставка с эмблемой, которую носили на шевронах те люди в черном.

— Компьютер, что за эмблема? — спросил Джей

— Арена, — ответил приятный женский голос.

Джей догадался, о чем речь. Смертельная игра, гладиаторский поединок с огнестрельным оружием — одно из самых жестоких шоу. Вот почему эмблема была так знакома Джею.

Сам он не очень то интересовался этим шоу, но у него было множество фанатов во всей обитаемой части Вселенной. Смысл этого шоу заключался в том, что команда из трех человек противостоит такой же команде на какой-нибудь арене на Земле или в космосе, и чтобы победить, необходимо уничтожить команду противника — жестокая игра со смертью.

Все дело в том, что на Арене убийства законны. На каждый поединок отводится определенный лимит времени, в течение которого участники могу убивать, по истечении этого времени, убийство перестает быть законным, и, участники могут понести уголовную ответственность, если нарушат запрет на убийство. Впрочем, существуют разные варианты поединка, в некоторых, например, устранить команду соперника — обязательное условие для победы, тогда убийство законно до тех пор, пока все члены одной из команд не будут убиты другой командой. И много чего еще, о чем Джей толком ничего не знал, либо слышал от кого-то, либо узнавал из различных источников средств массовой информации. А слушать разговоры об Арене ему приходилось часто, на работе многие его коллеги, друзья и знакомые обсуждали отдельные поединки, или целые турниры. А, кроме того, одним из очень прибыльных предприятий на Арене был тотализатор. В основном, большинство играло по мелкому — ставка на игрока, на один поединок или что-то вроде, но находились и те, кто играл по крупному, правда, это были люди, как правило, состоятельные. Вряд ли они испытывали сильное огорчение, проиграв крупную сумму денег, главным во всем этом был не тотализатор, а зрелище — жестокое, порой до тошноты жестокое зрелище.

Кто мог разрешить подобное? Этот вопрос для Джея оставался открытым, и он не мог понять, как же можно добровольно пойти убивать за деньги, ведь риск при этом, быть убитым самому, слишком велик, до безумия велик. Умереть ради нескольких дней славы — по мнению Джея это было одной из самых величайших глупостей в этом мире. Но Джей подозревал, что не так все просто, как кажется. Не ради одной славы и денег люди идут туда убивать, рискуя жизнью — должно было быть что-то еще. И это что-то должно было быть сверху закона, то, что нужно было бы пресекать.

Но, никто, похоже, делать этого не собирался, может, в этом просто не было смысла. Слишком хорошо все это поставлено на конвейер незаконных финансовых средств, тех самых, которые идут в карман людей известных, и может быть, даже отстраненных от Арены вовсе, по крайней мере, на первый взгляд, а то, что все они повязаны, должен понимать любой мало-мальски грамотный современный простой обыватель. Но в том то и проблема, что как раз этому обывателю Арена и нужна больше всего, и совсем не ради прибыли, тем более незаконной, а ради зрелища. Адреналин, переполняющий нутро да чтоб на краешке стула…

Можно думать о гладиаторах все, что угодно, кто-то их осудит, кто-то посмеется (и такие найдутся), но совершенно очевидно одно — гладиаторы Арены — герои сегодняшних дней. Их обожают, на них молятся, им завидуют и хотят быть похожими на них. Они кумиры, законодатели мод, лейблы, да кто угодно, боги, наконец. Эпоха Арены в самом расцвете, ее хозяева довольны, гладиаторы довольны, фанаты довольны, все замечательно!

Но, рассуждая на эту тему, нужно задавать не этот вопрос, другой: зачем нужна Арена? Деньги, зрелище — это все понятно, но дело не в этом. Люди жестоки по своей природе. Вряд ли найдется хоть один человек, который бы не хотел, например, оторвать своему соседу голову за то, что у него дома слишком шумно, или своему боссу, за то, что он ко всем относится с большим уважением, чем к тебе. Это естественно и не надо этого стыдиться или открещиваться от этого, все мы грешны, что тут говорить. И если не Арена, то война, а из двух зол выбирают меньшее.

Арена нужна как отдушина, куда можно направлять все самые жестокие и необузданные страсти человеческие, наверное, она все же необходима этому миру.

Что ж, герои будут меняться, будут меняться хозяева, а толпа с еще большей жестокостью будет требовать крови, крови и еще раз крови.

В комнату вошел человек. Он пригласил Джея следовать за ним. На вопросы, которые Джей пытался ему задавать, он не ответил. В итоге, Джей понял, что от этого сопровождающего он не добьется ничего путного, и предпочел помолчать до самого конца их маленького путешествия по коридорам здания, в котором находилась та уютная комната без окон и с потрясающим винным баром.

Когда они подошли к большой металлической двери, сопровождающий попросил Джея подождать его немного здесь, а сам проследовал куда-то дальше по коридору.

Спустя несколько минут, металлическая дверь открылась, и Джей счел, что это приглашение войти внутрь, что он и сделал.

Комнатой назвать то помещение, в которое попал Джей было абсолютно нельзя, размером оно как раз соответствовало спортивному залу, но при этом во всем чувствовалась странная умиротворенность и даже уют, хотя, обстановка не была лишена определенного своеобразия.

Был тут и бар, и мягкие диваны, и множество мониторов вокруг, развешенные по стенам, сцена, танцпол и еще куча всего, а в самом конце, у стены напротив, размещался импровизированный рабочий кабинет: большой и очень дорогой стол, несколько кресел, и огромное голографическое изображение символа Арены на стене.

Джей проследовал прямо к этому импровизированному кабинету, и пока он, не спеша, шел, к нему обратились с риторическим вопросом:

— Джеймс Теодор Райбак, полагаю?

Кресло развернулось, в нем сидел человек в дорогом строгом костюме: среднего роста, слегка лысоватый и в модных солнцезащитных очках. Он улыбался во все свои тридцать два отменных зуба и держал в руке дымящуюся трубку.

— Я знаю вас, — начал Джей, — вы Линдон Вивариус.

— Собственной персоной, — поклонился тот, — а впрочем, меня все знают. Наверное, мне не стоит особо обольщаться по поводу того, что вы меня узнали. Ну что же вы стоите, присаживайтесь, пожалуйста.

Джей присел в одно из кресел, стоящих напротив рабочего стола Вивариуса, сам он занял свое и уставился на Джея, все с той же глуповатой улыбкой на лице.

— Как вам наши удобства? — наконец спросил Вивариус. Улыбка, как приклеенная, оставалась на его физиономии. Он не позволил Джею ответить на его вопрос, он сделал это сам:

— А, знаю, знаю, вы от них в восторге. У нас здесь лучше, чем у президента.

Затем он начал смеяться, примерно с минуту, остановился, извинился и спросил:

— Вам, наверное, интересно, а что вы, собственно, здесь делаете? Так ведь? Конечно так. Вы уже догадались, что это за место, и чем здесь занимаются, думаю, вам тоже не нужно объяснять.

— Да, я знаю, здесь убивают. — Ответил Джей.

— Ну, — согласился Вивариус, — такая игра. А вы, простите, за кого болеете?

— Ни за кого, — ответил Джей немного резковато. Он хотел добавить в свои слова нотку отвращения, но в последний момент передумал, и сказал эти слова с интонацией полного безразличия.

— Жаль, а я то думал…Ну, да ладно. Вас похитили. А знаете для чего? С целью шантажа.

Вивариус произнес последнюю фразу с еще большим безразличием, он даже зевнул от скуки.

— У меня ваши друзья, и они вам дороги. Знаете, я ведь люблю играть. По крупному. Я сам человек азартный и люблю азартных людей. Вот вы, Джеймс, к примеру, азартный человек?

Джей не нашелся, что сказать в ответ. Он открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но Вивариус и теперь не дал ему договорить:

— А это тоже не столь важно. Даже если бы вы сказали, что нет, я бы вам не поверил. Я знаю, что каждый человек в той, или иной степени азартен. Вопрос только в том, на сколько азартны вы.

— Я не понимаю, к чему вы клоните, — честно признался Джей, — если это шутка, то мне ваш юмор не понятен, если же нет, тогда вы просто маньяк.

Эту тираду Джей выдал на ходу, не слишком соображая, что он сам говорит. А Вивариус напротив, рассмеялся, так, будто ему сделали комплимент.

— Хорошо, перейду сразу к делу. Итак, вы у меня в заложниках. Я могу сделать с вами все, что захочу. Ну, наверное, я маньяк, мистер Райбак. Сначала я хотел заключить эту сделку с мистером Дениелсом. Только представьте себе, звезда гоночного спорта у меня на Арене. Какая неплохая реклама, мне, конечно, в первую очередь. Но, я не рассчитал его возраст. Газ подействовал слишком сильно, он чуть не покинул нас с вами, бедный мистер Дениелс. Но, сейчас то все в порядке. Слава Ему, мистер Дениелс пребывает в нормальном состоянии, правда, еще не окреп, но все самое страшное уже позади. Итак, я повторюсь, чтобы вы уловили смысл: с мистером Дениелсом, к моему великому сожалению, ничего не получится, и я решил предложить пари вам, мистер Райбак. Подумайте, иногда звездами становятся обычные смертные. Так сказать — из грязи в князи. Что скажете?

— Вы говорите загадками, я ничего не понимаю. — Озлобился Джей. Он понимал только то, что он крупно влип во что-то, но что за пари, так ему и не было ясно, и тогда Вивариус, наконец, объяснил все как есть.

— Я рассчитывал, что мистер Дениелс будет сражаться у меня на Арене за ваши жизни, но в виду того, что он физически не сможет этого сделать, его можете заменить вы.

— У меня есть выбор? — Спросил Джей.

— Конечно, — ответил Вивариус, — либо вы примете мое предложение, выиграете турнир, и тогда я всех вас отпущу, либо, вы откажетесь, но тогда мне придется вас всех убить.

— А если я не выиграю турнир? — спросил Джей, — меня ведь могут убить.

— Я все равно всех отпущу, — ответил с улыбкой Вивариус, — обещаю.

Джей ему не верил, он сидел перед этим человеком в полном смятении, в голову не приходили вообще никакие мысли, тем более хорошие.

— Вижу, вы не верите мне, молодой человек. И правильно делаете, я бы на вашем месте тоже не верил мне, я же маньяк, а как можно верить маньякам? Но, у вас нет выбора, хоть он и есть. Такая дилемма, понимаете?

Происходившее напоминало кошмарный сон, но это была реальность, не верилось, что же, черт возьми, происходит и почему именно со мной. Не может со мной такого происходить, но, происходит же! Черт!

Хотелось верить, что есть какой-нибудь нормальный выход, но он был всего один — раздумывать было некогда. Джей, не помня себя, согласился.

 

Глава 3. Команда

— Назовите свое имя, — равнодушно проговорила женщина в черной форме с эмблемой на рукаве. Забавно, но Деррек подумал о том, что есть таки места, где форму выдают не за боевые заслуги, а за то, что просто сидишь себе в чистом и тихом помещении и регистрируешь добровольцев в смертники. Определенно, форма этой женщины напоминала военную и символ Арены шевроном красовался на левом рукаве в довесок к импровизированным погонам и особенному пошиву, как у военных.

— Кори Тейлор, — сказал Деррек и посмотрел на дисплей монитора, его данные ловкие пальчики «вербовщицы» успешно занесли в базу данных.

— Проходите, мистер Тейлор, в эту дверь, — «вербовщица» указала Дерреку на металлическую дверь прямо перед ним (как будто тут еще двери были), и Деррек, не задерживаясь, прошел.

Дверь сама перед ним открылась, и там он увидел еще одну «вербовщицу», чуть моложе, в такой же форме.

— Ваше имя, — холодно спросила она, даже не взглянув в сторону Деррека.

Деррек во второй раз повторил свое вымышленное имя, которое «вербовщица» N2 незамедлительно отыскала в своей базе данных.

— Вас разместили в номере 204 на втором этаже, мистер Тейлор, — сказала она и выдала Дерреку магнитную карту-ключ от двести четвертой.

Как на убой, подумал Деррек, взял карту-ключ и отправился в апартаменты за номером 204 на втором этаже.

Деррек прошел очередной коридор, поднялся на лифте, нашел двести четвертую и воспользовался ключем-картой, чтобы войти.

Стандартный номер. Как в недорогой гостинице, а на большее он и не рассчитывал. Деррек сосчитал кровати — «трешка». На одной из них уже лежали чьи-то вещи — сумка и верхняя одежда. Деррек прислушался, шум воды в душе красноречиво говорил о том, что еще один «завербованный» решил перед убоем помыться. Деррек присел на краешке свободного дивана, и решил дождаться соседа молча. Он вспомнил студенческие годы, тогда он учился в полицейской академии и тоже жил в подобной комнатушке со своим однокурсником Барри Монком (сейчас он служит в полиции где-то в глубоком космосе).

Деррек принялся рассматривать двести четвертую, похоже, третий «герой» еще не появлялся.

Тут звук плещущейся воды прекратился и из него вышел высокий мускулистый детина с полотенцем на бедрах. Он яростно вытирал вторым полотенцем мокрые рыжие волосы. Когда он закончил эту процедуру, заметил Деррека. Некоторое время они молча глядели друг на друга, потом детина слегка улыбнулся и поздоровался:

— Нейтен Соммерс, — произнес он и протянул руку. Деррек пожал ее в ответ и тоже представился.

— Кори Тейлор, — сказал он.

— Еще один отчаянный герой-смертник? — с каким-то непонятным выражением спросил Соммерс и продолжил вытирать свою огненно-рыжую шевелюру, но уже менее яростно.

— Что-то вроде, — согласился Деррек. — Третьего еще не было?

Соммерс отрицательно покачал головой.

— Вообще — то здесь не принято заводить друзей, но раз уж так случилось, предлагаю познакомиться, — сказал Соммерс. Он покопался в сумке и достал бутылку спиртного.

— Что значит, не принято заводить друзей? — спросил Деррек.

— В этом нет смысла. А если придется убивать друг друга? — с иронией ответил Соммерс. — Знаю, приятель, это скотство, но без этого никуда. Может, мы и попадем в одну команду сначала, но не все из нас смогут выжить в первых турах, а потом команды сформируют заново и так до тех пор, пока не останутся несколько человек в финале. А там каждый сам за себя и победитель будет только один.

Деррек вздохнул и пододвинул стул ближе к импровизированному столику, на котором Соммерс уже разложил стаканы, нехитрую закуску и бутылку виски.

Они все сидели в тишине и смотрели в пол. Случилось что-то невероятно злое, и никто из них не мог поверить в то, что это происходит на самом деле и что поделать ничего нельзя.

— Я, честное слово, не знал, что еще можно поделать. Он мог бы вас всех убить…

— Перестань, — нервно, почти крича, произнесла Селли — Разве ты не понимаешь, нас и так всех убьют, не зависимо от того, выиграешь ты или проиграешь этот треклятый турнир, только ты будешь первым.

— Дорогая, я не думаю, что тебе сейчас стоит так нервничать, начал Виктор.

— Что?! Успокоиться?! Да вы все что, с ума, что ли сошли?! Надо же что-то делать!

Последние слова Селли произнесла с отчаянием, но никто ничего не смог ей ответить. Странно, но в этой ситуации только двое активно реагировали на происходящее: Селли кричала и возмущалась, Джей согласился участвовать в турнире. Дядя Оззи хранил холодное спокойствие, хотя, по его лицу было видно, что он также как и Селли в отчаянии, остальные пребывали в состоянии прострации. На их лицах отчетливо нарисовался тихий ужас. Ситуация казалась неестественной. Все должно было произойти как-то не так. Или все же так?

Джей поймал взгляд Селли и крепко зацепил его. Сейчас он не знал, что сказать ей, да и всем остальным. Он понимал, что он единственная надежда этих людей и далеко не лучшая. Джей никогда не держал в руках оружие и тем более, никогда не убивал. Он был всем своим существом против убийства и старался не думать о том, что будет потом, когда придется. Джей до последней минуты ждал, что вот сейчас выйдет из-за ширмы какой-нибудь знакомый и скажет: "Шутка!". Не дождался.

Когда-то он боялся гоночных соревнований, потому, что считал свои шансы на победу ничтожно малыми, а теперь ему предстояло сражаться на смерть, да не только за свою жизнь, а еще и за жизни шестерых человек. Он не мог смотреть в глаза им, так, будто был в чем-то виноват перед ними. Сейчас все предпочитали молчать и только Селли ходила по комнате, как загнанный лев и не находила себе места.

— Неужели ничего нельзя сделать? — вскрикнула она. Ее дружно поддержали гробовым молчанием.

Джей вдруг понял, что искать пути решения этой проблемы глупо. Не имеет смысла, он сделал уже все, что от него зависело, и что из этого получится, тоже от него и зависит.

— Джей поднялся с кресла, подошел к двери и произнес:

— Я надеюсь, что мы еще увидимся. Я не могу вам ничего обещать, но я сделаю все, что в моих силах.

Потом он вышел из комнаты и быстрым шагом отправился в гостиницу, где его должны были разместить до начала соревнований.

Он спешил к лифту и не оглядывался, он почти молился, чтобы Селли не побежала за ним следом с просьбами все ей объяснить, вся дрожащая от страха и на нервах, он был благодарен остальным, что выслушали его, не проронили ни слова и не стали давать советов. Может, они вошли в его положение, может, нет. Он не знал, о чем думали эти люди, не знал, суждено ли ему увидеть их еще раз, он, и не представлял на пороге каких событий сейчас стоял.

— А ты, для чего ты здесь? — Спросил Соммерс.

Деррек рассказал придуманную легенду о том, что простому парню надоела его скучная работа в шахтах орбитальной станции, и он решил испытать судьбу да за одно и себя на прочность.

Для Соммерса это прозвучало не убедительно и даже глупо (хотя, что тут глупого, когда все поголовно сейчас так и делают). А Соммерса пробрал смешок — этакий снисходительный жест в роде парень-ты-в-своем-уме.

— Что за ерунда? Хочешь проверить себя на прочность, попробуй устроить драку в баре с парой мордоворотов. Вынесешь их — значит крепкий. И тебе проверка, и живой остался. Нет… не понимаю я. То, что ты здесь делаешь, вовсе не делает тебя героем.

Соммерс расставил все так ловко, что ему нечем было даже возразить. Деррек чувствовал себя ослом, но не мог же он рассказать о своей настоящей причине.

— Хорошо, а что ты здесь делаешь?

Соммерс налил себе и Дерреку еще виски и коротко произнес:

— Месть!

Затем он залпом выпил свою порцию и продолжил:

— Здесь, на Арене, погиб мой брат. Я знаю, он сам сюда пришел, его никто не заставлял. Но он был моим единственным родственником, и тот ублюдок, который его прикончил, будет сражаться на этом турнире. Я доберусь до него и убью, на остальное мне плевать.

Соммерс посмотрел на Деррека и словно бы почувствовал, что тот хочет ему сказать, и Соммерс ответил на вопрос своего собеседника, не дожидаясь пока тот его озвучит:

— Ты, наверное, думаешь, какого, мол, дьявола? Месть ни к чему не приведет. Знаю. Мне не станет легче, но это единственное, что я могу сделать для брата, я никогда и ничего для него не делал. Я всю жизнь пытался себе доказать, что ненавижу его, но когда его не стало, я понял, что всю жизнь был самым последним скотом и идиотом.

Соммерс наполнил свой стакан до краев и залпом его осушил.

Как раз в это время дверь открылась, и в двести четвертую вошел Джей. Он из под лобья посмотрел на Деррека и Соммерса.

— А вот и третий смертник. Ну, милости просим, выпить с нами за знакомство, — громко произнес Соммерс.

Джей снял с плеча сумку, в которой у него были вещи, что он приобрел здесь же, на острове, бросил ее где-то в дверях, медленно прошел к столику и присел.

Соммерс уже достал третий стакан и разлил крепкий напиток на троих.

— Я Нейтен Соммерс, это Кори Тейлор, — представил себя и Деррека Соммерс.

— Джеймс Райбак, — произнес Джей.

— Вот и отлично! — произнес Соммерс, — за знакомство.

Выпили за знакомство. Джей послушал, кто, зачем пришел на Арену, рассказал, как он оказался здесь сам, и его удивила реакция этих двоих: подумаешь, какое дело, похитили, шантаж.

— Тебе не повезло, парень, сказал Соммерс, — только и всего.

— Это сделал Вивариус? — спросил Деррек.

Вопрос Деррека остался без ответа, но Джей уже ответил ему на этот вопрос. Возникла пауза, которую прервал Деррек, он обратился к Соммерсу:

— Послушай, ты, вроде бы знаешь что-то про эти соревнования…

— Я все знаю, — перебил его Соммерс.

— Расскажи, а мы послушаем.

Соммерс порылся в своей сумке и достал какие-то глянцевые журналы. Он предложил их в качестве наглядного пособия Дерреку и Джею, а сам принялся рассказывать:

— Скажу, что нас ждет через два дня. Это называют «мясорубка». Это еще не турнирное состязание, а только отборочный тур. Народу соберется много, но, в турнир должны попасть не все — только сильнейшие, или везучие. Мясорубка — командное состязание, и смысл его лишь в том, чтобы остаться в живых. Надо больше убивать. Важна реакция, замешкался — считай труп. Где она будет проходить — не знаю, но у нас будет карта местности, на ней отметят маршрут до телепортера. Дошедший до него соответственно победит и выйдет в турнирные соревнования. Команда здесь пока только формальное явление — ни имен, ни названий.

— А дальше? — спросил Деррек.

— Дальше? Дальше неизвестно, программу состязаний еще не придумали, но туда войдут стандартные варианты сражений, битва по сценарию, на время, на машинах, почитай в журнале — там все есть.

— Что значит "по сценарию"? — спросил Деррек.

— Ну, как сказать. Придумают задание и команда должна его выполнить. Команда противника должна не допустить, чтобы это случилось, ведь они тоже хотят победить.

— А что за гладиаторы Высшей Лиги? — поинтересовался Джей.

— Те, кто уже сражался на прошлых турнирах. Они могут принять участие по собственному желанию, причем в любом сражении, у них, как у бывших чемпионов, есть право выбора.

— Значит, на турнире можно выжить? — заключил Джей.

— Можно, ведь не всегда обязательным условием для победы является убийство всех членов команды соперника. Проигравшие, но оставшиеся в живых, все равно получают статус гладиаторов Высшей Лиги и право выбора.

Джей рассматривал фотографии участников прошлых состязаний. С некоторыми ему, возможно, придется сражаться, при условии, конечно, что он пройдет эту самую мясорубку, а потом, если очень повезет, то доберется до серии игр в Высшей Лиге. Это были существа разного калибра — от Homo Sapiens до… какого вида этот вот урод? Почитав немного то, что про них пишут, Джея охватил тихий ужас, перспектива дойти до самого турнира вдруг, стала такой мизерной, что вряд ли разглядишь в самый мощный микроскоп.

— Что, приятель, страшно? — спросил Соммерс — Ты вот что. Боятся все. Я, вот он боится, — Соммерс указал на Деррека, — мы все на равных. Просто надо это почувствовать, и станет легче поверить в победу, в свои силы.

Легко сказать, подумал про себя Джей, но вот возможно ли сделать?

— Пройдем мясорубку, станем командой. Будут у нас имена, эмблема, флаг, фанаты… Я предлагаю выпить за то, чтобы это все случилось. Черт меня дери, если из нас только один человек здесь не по глупости своей, но кто верит в удачу, тот уже победитель. Или я не прав?

Соммерс обвел глазами своих новых знакомых. Кажется, тост был неплохой, хоть и звучало все как-то банально, и слегка высокопарно.

— За партнеров по команде!

Партнеры по команде осушили стаканы. На подготовку к отборочному сражению оставалось всего два дня, и за эти два дня нужно было ох как постараться.

 

Глава 4. Подготовка

Кажется, удачный момент. Вокруг никого нет, можно передать небольшое сообщение. В тренировочном ангаре никого не было, и Деррек решил, что самое время немного поиграть в шпионов. До этого он еще ни разу не передавал секретные шифровки, потому, что не приходилось быть шпионом. Он не представлял, как это делается не в теории, да и назвать секретной шифровкой телефонный звонок своему начальнику, пусть и на кодированной частоте, в общем-то, было с трудом можно.

— Лейтенант Деррек, мы ждали вашего звонка несколько раньше, — сказал знакомый голос на другом конце провода.

— Есть свидетели, пока живые. Вивариус и его люди по горло в дерьме, если поторопимся. Действуйте, может быть поздно.

Деррек отключился, он ничего не стал объяснять подробно, короткое сообщение, его поймут. И, конечно же, он уверился в том, что парни уже подняли тревогу и спешно готовятся перебросить на остров основную бригаду. Часики затикали, но, то, что тикать им предстояло еще очень долго, Дерреку в голову тогда и не пришло.

Сделав простой звонок своему начальнику, Деррек не знал, во-первых: некто все же не пропустил мимо ушей этот маленький разговорчик, во-вторых: ребята тревогу поднимать и не собирались.

— Значит, он коп. Что же, ему крупно не повезло, пусть пока поиграется, уже не уйдет. — Я хочу знать обо всех его шагах и мыслях, можешь идти.

Шпион покинул кабинет Вивариуса, а последний развернулся в кресле к стене, он окинул взглядом эмблему Арены и закурил трубку. Они решили меня уничтожить, они не знают, с кем связались.

— Вот, я выбрал черный. Мне кажется, это в самый раз.

Соммерс продемонстрировал Дерреку и Джею свою форму.

— Этот костюм легкий, и не стесняет движений. Он водонепроницаем и выдерживает большие температуры.

Костюм плотно облегал мощный торс Соммерса, похоже, ему безумно нравилось, как костюм сидит на нем.

— Пожалуй, я тоже возьму себе такой же, — согласился Деррек.

— А если я оставлю свою джинсу? — спросил Джей.

— Не советую, «мясорубка» будет проходить на Геоне — это очень болотистая планета. Там твоя джинса быстро промокнет, и это будет тебе мешать. Лучший вариант — это вот.

Соммерс в очередной раз продемонстрировал, как на нем сидит его костюм, чем окончательно убедил Джея приобрести такой же.

— К тому же, это здорово смотрится, мы — команда и у нас своя форма, — Соммерс улыбнулся.

С формой вопрос был решен, теперь оставалось натренироваться в обращении с оружием. Что касалось Соммерса и Деррека, то им было проще, они уже имели дело с настоящим оружием, а вот Джей от роду не держал в руках хотя бы простой офицерский бластер.

— Современное боевое оружие делается с применением пластиков, по — этому, оно легкое и удобное. Даже эта, на вид абсолютно неподъемная махина, — Соммерс указал Джею на огромный ракетомет, — весит как пушинка.

Он ловко водрузил ракетомет на плечо.

— А впрочем, не совсем как пушинка, скорее, как много — много пушинок. Система прицеливания — самая последняя разработка. Наведи дуло пушки на противника и произведи выстрел. Дело сделано, вероятность попадания — девяносто девять и девять десятых процента.

Затем Соммерс передал ракетомет Джею, рукоять так хорошо ложилась в руку, словно эту пушку проектировали специально для Джея.

Вместе с ракетометом Джей побегал по залу, стараясь держать прицел на импровизированной мишени. Ему казалось, что это он сам так ловко прицеливается, а на самом деле за него это ловко делал компьютер.

— А как с отдачей? — поинтересовался Джей у Соммерса. Тот вместо ответа предложил ему заряд.

— Куда стрелять? — Джей не смог придумать ничего лучше, как этот простой, глупый, риторический вопрос.

Соммерс указал на ряд мишеней у дальней стены. Тир — что же, неплохо, подумал Джей, зарядил ракетомет, и прямо с ходу, не прицеливаясь, выпустил ракету прямо в первую попавшуюся мишень — ее разнесло в клочья, а отдача почти нулевая.

Джей снял с плеча ракетомет и решил испытать «игольник». Он по размерам гораздо меньше и компактнее ракетницы, зато, менее мощный — оружие для снайперов. «Игольник» стреляет сверхтонким лазерным лучом. Вторая мишень вскоре стала напоминать решето. Джею не очень понравился «игольник» во многом из-за его низкой скорострельности.

Зато, испытав автоматический бластер, Джей более чем остался доволен. Скорострельность поражала воображение, а мощности одного залпа хватало, чтобы от противника осталась лишь бесформенная масса.

Дальше на очереди стоял плазмоген, подобно сверхмощному горячему урагану, плазменный луч растопил мишень, превратив ее в горячую субстанцию вроде тянучки.

После этого Джей попробовал звуковую пушку и освоил обычный автомат, стреляющий свинцовыми пулями — Т-240.

Кроме всего этого Соммерс прочитал небольшую лекцию об использовании различного рода передатчиков, в которых сам понимал едва ли не все, что можно понимать в передатчиках вообще.

Джей неплохо усвоил довольно объемный материал, но только лишь в теории, практики ему явно не доставало.

— Итак, завтра у нас последний день перед сражением. Займемся подготовкой тактики боя. А сегодня уже поздно, надо отдохнуть. Лично я иду в номер, — объявил Соммерс. Джей последовал за ним, а Деррек, сославшись на кое-какие недоделанные дела, остался в тренировочном зале. Когда все ушли, он попытался связаться с Грином, но безрезультатно. Этого не должно было быть, если эта частота не работает, значит, сам Грин ее отключил, и связи теперь между ними не существовало вообще.

С момента первой выхода на связь прошло шесть с половиной часов. Этого должно было хватить на мобилизацию отряда спецназа и полиции. Операция по устранению Вивариуса должна была уже начаться, но ничего не происходило — это посеяло в Дерреке тревогу и тень сомнения, в том, что вообще кто-то что-то собирается делать. Если операцию отменили, почему его не выводят из игры?

Деррек просчитал несколько возможных вариантов такого развития событий, и любой из них мог подойти в качестве того, который имел место. Дерреку не нравилось, когда дела идут не по намеченному плану. Самое страшное, что пришло ему в голову, это то, что его здесь просто забыли.

Однако, Деррек решил надеяться на лучшее и подождать еще немного. Но, если ничего не произойдет, то, что делать тогда?

После всего этого Деррек вернулся в номер. Соммерс безмятежно спал на своем диване, а Джея в номере не было.

Дерреку не спалось этой ночью, он все ждал поворота событий. Если подтвердятся самые страшные предположения, то ему придется сражаться на турнире — назад пути нет, так он себе сказал, так он был воспитан с детства, так его учили в полиции — не отступать.

Еще одно не давало Дерреку покоя: если все же его кинули, кто за этим стоит? Грин? Не хотелось в это верить, но он выдвинул кандидатуру Деррека на выполнение этого задания. Грин вроде неплохой человек, то, что он хороший коп, это да, как человека Деррек его знал плохо, но не думал, что Грин способен на подобное.

В итоге Деррек решил, что он не может сделать именно в данный момент абсолютно ничего, и ему остается только ждать дальнейших событий, ждать и вести себя как можно естественнее, никому пока себя не выдавать.

Время шло медленно, будто издеваясь над ним, он просидел всю ночь в кресле, устроившись как можно более неудобнее, чтобы не заснуть.

— Убейте его, и делов — то, — предложил собеседник.

— Как все просто по вашему сейчас, — с издевкой ответил ему Вивариус, — А когда вы собирались мне обо всем сказать?

— Не стоит, все уже отменили, я постарался привести самые убедительные доводы, что эта операция не имеет шансов на успех. Есть только одно маленькое обстоятельство, которое все портит, это лейтенант Деррек и его начальник Джерри Грин. Со вторым мы разберемся, что касается Деррека…

— То вы оставили мне это грязненькое дельце! — усмехнулся Вивариус, — Спасибо!

С этими словами он раздраженно прервал сеанс связи. Вивариус не любил непредвиденных обстоятельств, они, как правило, доставляли ему массу неприятностей, хотя бы мелких, и изрядную порцию головной боли. Больше всего его бесило то, что они решились остановить его, но не на того нарвались.

Джей решил прогуляться по городу. Вечером здесь многолюдно. Жить на острове Вивариуса недешево, поэтому всех, кого Джей видел вокруг, были люди, которые в состоянии себе позволить недешевую жизнь.

Здесь все было: и казино, и боулинг-центры, публичные дома, масса других развлечений, и все это сверкало, манило, соблазняло, привлекало, а вместе с тем, и обманывало. Такая красота создана для того, чтобы выкачивать деньги из тех, у кого они есть. Прямо в центре города возвышалась резиденция Вивариуса — гигантский небоскреб. А впрочем, может, он и не был таким уж гигантским, просто таким его делало величие самого хозяина Арены. Он считался человеком, занятым в сфере развлечений (пусть и настолько жестоких), и далеким от политики, но вместе с тем, это был один из богатейших людей мира. Наличие у него такого количества денег, без сомнения открывало ему любые двери, давало любые привилегии, и конечно же, власть, которой у него было более чем предостаточно. По крайней мере, так казалось Джею, что он мог знать о власти? Простой таксист. И, тем более, что он мог знать о том, когда ее много, и бывает ли такое вообще?

Джей смотрел на небоскреб Вивариуса, там сейчас Селли и все остальные, Джей мог без труда сейчас с ними увидеться, но ему не хотелось, ему нечего было им сказать, хотя, Джею хотелось увидеть Селли прямо сейчас, но зачем, он точно не знал. В голове вроде бы проносились воспоминания, о том, что было раньше, как с ней было интересно, но в тоже время Джей не мог сконцентрироваться на чем-либо конкретном, все было как-то расплывчато и несобранно.

Джей сидел в кафе напротив небоскреба Вивариуса и отдыхал, спокойствие ему так нравилось, он старался отвлечься от дурных мыслей и страхов по поводу будущего, которое его ожидало. Здание чем-то напоминало Джею рождественскую елку, только вместо звезды на макушке, здание Вивариуса было увенчано четырьмя мощными прожекторами, которые, видимо, освещали посадочную площадку.

После очередного глотка Джей заметил, что напротив него за соседним столиком сидит девушка и пристально смотрит на него. Он взглянул на нее, и она отвела глаза в сторону. Где-то он ее уже видел сегодня. Он постарался вспомнить. Ну да! В тренировочном ангаре.

Что-то Джея словно ударило, но решил, во что бы то ни стало, подойти и спросить у нее что-нибудь.

Джей допил свой кофе залпом, поднялся и подошел к столику, за которым она сидела, так толком и не придумав, что у нее спросить.

Она посмотрела на него, когда он подошел и спросил:

— Привет, мне кажется, я видел вас в тренировочном зале сегодня днем, или я ошибся?

— Нет, не ошибся, — немного резковато ответила она.

Тут Джей вспомнил, что чуть раньше видел ее в гостинице:

— А потом в гостинице?

— Да, — тот же тон.

— Теперь здесь.

Повисла недолгая пауза, Джею показалось, что он довольно четко сформулировал вопрос: чего вам нужно?

— Вам что-то нужно? — озвучил он этот вопрос, видя, что все-таки не достаточно четко.

— Нет, — коротко ответила она и слегка скривила рот, уставившись из под лобья.

— Извините тогда, — сказал Джей, и, обойдя медленно ее столик, направился в гостиницу.

Джей не поверил ей.

Джерри Грин уложил в сумку кое-какие личные вещи и вышел из кабинета. В участке оставалась лейтенант Эшли.

— Лейтенант Эшли, — обратился он к ней. — Я еду по срочному делу, если кто-то будет интересоваться моей персоной, вы не знаете где я, но меня предупредите. Я постараюсь быть завтра утром.

И это будет правдой, если Эшли скажет, что не знает, куда уехал Грин. Она коротко кивнула ему, и тот поспешно удалился.

Перед входом Грина уже ждал глайдер-такси. Он заранее оплатил эту поездку и указал маршрут. Он направлялся в ближайший узел телепортации, хоть это и дорогое удовольствие, но время терять нельзя.

Грин очень волновался, в том, что за ним следят, он не сомневался, но уйти от слежки он попытается только когда прибудет на место. Но и в этом он не видел особого смысла, все равно они знают, куда он направляется, так что по месту прибытия его тоже будут ждать. Единственное, чего Гринн сейчас опасался, это того, что его могут попытаться убрать, правда, если они рискнут, то у них получится. Он слишком стар, чтобы играть во все эти шпионские игры, а эти люди не будут церемониться с ним. Впрочем, сейчас он рассчитывал на то, что ему все же удастся встретиться с Дерреком. Но и это его тоже заботило не меньше: что ему сказать при встрече? Ведь он не глуп, и, скорее всего, уже обо всем догадался. Может, его уже убрали: такого поворота событий Грин тоже должен был ожидать, ведь он полицейский. И как старая ищейка, он был готов к этому, зато как человек — нет.

Он не мог допустить, что так все получится. По официальной версии, операцию свернули из-за непредвиденных обстоятельств. И, разумеется, эти непредвиденные обстоятельства не разглашались. Но, он то знал наверняка, что кто-то нечист на руку. А парня Грину по- человечески было жалко, вину за положение, в которое сейчас попал Деррек, он возлагал только на себя.

 

Глава 5. Шпионские страсти накануне сражений.

Соммерс очень удивился, когда на утро в комнате остался только он и Джей. Деррека нигде не было, и куда он мог подеваться в столь ответственный момент, конечно же, никто не знал. Сегодня решено было отработать тактику командного боя. Соммерс немного обиделся на Деррека, хотя причин этого, он не понимал сам. Словно маленький ребенок на своего товарища, который не дал списать контрольную. Может, виной тому было недобросовестное отношение к распоряжениям Соммерса, как капитана команды, пусть и условно капитана. Обижать лидера в Соммерсе было очень болезненно для него самого.

В любом случае, тактику они отработают, но в реальном бою придется действовать совсем по-другому. С Кори или без него, но надо делать дело — решил Соммерс. Преследуя свою цель, он был уверен в том, что никто ему не помешает, не посмеет.

Что значит вести сражение в команде? Пожалуй, это понятно только профессиональным военным, полицейским да гладиаторам. А что касается новичка, пусть даже, хорошо знающего эти вещи в теории, это трудное и очень непонятное дело. К тому же страх. Он даже самых смелых может сломать. Вообще то на его месте должно быть какое-то другое чувство — Соммерс, например, сейчас не знал, как это чувство назвать, но появится оно только после того, как все будет пройдено. Глупо и несправедливо — должно быть совсем наоборот, но вместе с тем, неизменно и неоспоримо. Так было всегда.

Команда должна существовать для новичка всегда, но его мысли заняты не этим, а только лишь тем, как уцелеть самому, тем более, что как таковой, никакой команды еще нет вообще. Правда, есть слово, данное людям, которые на тебя рассчитывают. Соммерс готов был побиться об заклад, что он сделает все, чтобы сдержать это слово.

Итак, Соммерс знал дело только в теории, умел пользоваться оружием, знал кое-какие армейские премудрости, никогда не стрелял в людей, но при этом, был абсолютно уверен, что сможет при надобности. Правда, при этом, он знал, что прежним он уже не будет. Но на такую жертву он готов был пойти. И все выше перечисленное он считал вполне достаточным, чтобы заявить о себе, как о лидере.

Что касается Джея, то парень из кожи вон лез, стараясь выполнять все, что Соммерс ему говорил. Но видно было, что дается ему это с большим трудом. По мнению Соммерса, Джей не был создан для таких вещей, маловато в нем было ярости, агрессии и жестокости. С другой стороны, иногда сама ситуация меняет людей, и все нужные качества могут проявиться в самый ответственный момент. Соммерс надеялся, что в случае с Джеем так и будет, тем паче у парня довольно веская причина победить.

Кори казался Соммерсу каким-то странным типом. Он не верил в то, что Кори пришел на Арену с чисто спортивным интересом. Раскусить бы его конечно Соммерс не смог, но то, что парень что-то скрывает, было ясно как день. Впрочем, Соммерса не интересовали причины Кори выступать на Арене. Его больше интересовали другие его качества: оружием Кори владел неплохо.

Ну и, наконец, еще одна проблема. Враг! Каким бы он страшным не казался, он не может быть непобедимым. Все что нужно сделать, это изучить его, найти слабые места и ударить по ним. Снова теория, что это значит, на практике Соммерс не знал. Он никогда не отличался наблюдательностью.

Мясорубка — не время искать ахиллесову пяту противника, их там слишком много, и все разные, все напуганы, и все хотят выжить. Юлить нет смысла, просто не позволят, да и отсидеться где-нибудь в укромном местечке не получится, там таких нет.

В этот день тренировочный ангар был забит до отказа. Тренировались здесь только представители вида Homo Sapiens. Остальные претенденты проводили тренировки в других, специально отведенных для них местах. Такова политика кампании.

Здесь применялось тренировочное оружие — нет смысла губить друг друга до начала представления. Компьютер сообщал в наушники, что ты либо убит, либо ранен, в кого ты попал, и вел статистику твоего опыта.

По началу Джея «убивал» каждый второй участник тренировочного сражения, но к середине дня Джей начал постепенно повышать мастерство и его уже не так то просто стало выводить из игры.

Он не чувствовал усталости, его охватил азарт. Джей, забыв обо всем на свете, с муляжом боевой винтовки бегал по коридорам зала, методично «отстреливая» противников. Компьютер то и дело сообщал ему в наушники о том, каким образом убит враг: прицельным в голову или очередью в корпус.

Сначала тренировка проходила по принципу: каждый сам за себя. Затем решили разделиться на команды и отработать тактику ведения командного боя.

Вот здесь и пригодились знания Соммерса в этой области. Он оправдал свою уверенность в себе, хотя этот бой и был лишь игрой. А Джей неплохо усвоил уроки Соммерса.

Во второй половине дня появился Кори и тоже присоединился к тренировкам. Это позволило оценить и его способности. Соммерс был приятно удивлен как тот, на кого он еще утром обижался, с первого раза влился и так удачно, будто всю свою сознательную жизнь только этим и занимался. Не зря Соммерс подозревал, что так и будет. Но знать о том, что Деррек принимал, и не раз, участие в полицейских операциях, Соммерс не мог.

Так что, по правде говоря, это Деррек должен был занять место капитана в их условной команде, и Соммерс это прекрасно понял во время тренировки, но тот не выказал желания, так что все осталось, как договорились. Дерреку отводилась «должность» "прикрывающего" лидера, Джей прикрывал всех со спины.

Такую тактику разработали для себя эти трое. Вполне справедливое распределение обязанностей — каждому по способностям. Соммерс начинал все больше и больше верить в свою команду — тем более что к концу тренировок они втроем выигрывали у остальных с большим перевесом в количестве «трупов» и меньшим количеством поражений.

После тренировок Соммерс собрал всех в номере и решил это дело немного отметить. На троих была распита еще одна бутылка виски, и хоть эта победа была игрушечной, она того стоила.

Грин прибыл на остров Вивариуса, оставалось не слишком много времени, чтобы найти Деррека. Вот-вот начнутся первые состязания, и тогда уже может быть поздно. Сейчас Гринну было все равно, что будет с ним. Деррека уже раскусили, это Грин знал наверняка — по-другому быть не может. Он сам, наверное, уже догадался. Вряд ли ему дали это понять, теперь его тоже постараются убрать, он знает тех, кто был тогда в кабинете начальника полиции.

Самым надежным способом будет нанять убийцу под видом участника состязаний. Так они и поступят, скорее всего.

Еще одно беспокоило Грина — за ним следили, он это знал наверняка. Он отчаянно пытался избавиться то слежки, но преследователи не упускали его из виду. Можно было бы сделать вид, что он о них не знает, но тогда что они сделают: позволят ли ему встретиться с Дерреком?

Думая как лучше уйти от слежки, Грин совсем выбросил из головы мысли о том, что почти наверняка убьют и его тоже. Он стал слишком стар, чтобы просчитывать абсолютно все, и сейчас им управляло отнюдь не полицейское чутье, а какая-то непонятная горячка.

Грин уладил все необходимые проволочки с документами на въезд в Вивариус-сити и посмотрел расписание транспорта. Слишком долго, подумал он про себя и решил использовать телепорт. Секунда и он на месте, хоть это и дорого стоит, но время сейчас было куда дороже.

Грин заказал маршрут и встал в очередь.

— Он хочет воспользоваться телепортом. Что делать? — спросил один из агентов.

После того, как он получил инструкцию о дальнейших действиях, оба агента направились в справочную, где регистрировались и вводились в компьютер маршруты клиентов, использующих телепорт.

Предъявив документы службы безопасности, один из агентов вежливо отстранил оператора телепорта и вызвал информацию о пункте назначения Джерри Грина. Компьютер тут же выдал ошибку — никакой Джерри Грин не значился в базах данных.

— Он под псевдонимом, что делать? — справился агент. Получив ответ, возразил: — Но мы не можем отменить все маршруты, он что-нибудь заподозрит и сбежит… Конечно, мы держим его в поле зрения постоянно, — агент дал знак своему напарнику, чтобы проверил, на месте ли Грин, то есть в очереди.

И, конечно же, его не было там. Это был неслабый просчет агентов, понадеявшихся на некомпетентность в этих делах старого полицейского.

А тем временем, Джерри Грин благополучно взял такси до Вивариус-сити и уже пять минут направлялся к городу. Хвост ему удалось сбросить, в последний момент чутье полицейского включилось, и он выиграл таки этот раунд, но он хорошо понимал, что даже при таком раскладе, слежку нетрудно возобновить, достаточно только проследить все наиболее возможные пути, по которым он может попасть в город и все возможные места, где он появится. Зависит, конечно, от того, как у них тут все это поставлено, а, судя по всему, не так уж и слабо, ведь остров жестко контролируется службами безопасности Вивариуса. Рано или поздно ему снова сядут на хвост. Вообще-то, это было лучшее, на что можно рассчитывать, потому, что в следующий раз они могут просто не размениваться на такие мелкие вещи как слежка, а просто тихо убрать ненужного свидетеля. Только теперь, сидя в такси, Грин подумал об этом. Во всяком случае, у него было какое-то время на передышку. Он усиленно обдумывал дальнейшие действия.

— Так, где ты был с утра? — спросил Соммерс у Деррека. Тот скривил губы и махнул рукой, дав понять, что не хочет об этом говорить, но Соммерс настоял, и Деррек все-таки рассказал.

— Мне кажется, что за мной следят. И не спрашивай почему, я не знаю.

Конечно же, он знал, но сказать об этом не мог.

— А почему ты так уверен в этом? — спросил Джей.

— Ну, все время мне попадается на глаза одна и та же женщина, куда бы я ни пошел…

— Светленькая, чуть более длинные, чем до плеч волосы, собранные в хвост. Большие губы, выразительные глаза, упругая грудь, стройные ноги с хорошо выделяющимися икрами? — перебил Деррека Джей, тот удивился столь подробному описанию внешности той женщины (признаться, даже сам Деррек не столь хорошо ее запомнил), у Соммерса отвисла челюсть.

— Откуда ты знаешь? — спросил Деррек.

— Я говорил с ней вчера вечером, когда гулял по городу.

— О чем? — удивился Соммерс и, прихлебывая из своего стакана, немигающим взором уставился на Джея.

— Спросил, что ей нужно, — сказал Джей.

Повисла недолгая пауза — Соммерс и Деррек ждали продолжения рассказа и Джей, уловив этот немой вопрос, продолжил:

— Она сказала, что ничего не нужно, и я ушел.

Деррек и Соммерс продолжали таращиться на Джея — первый с каким-то непонятным интересом в глазах, второй — со стаканом виски у рта.

— Что, просто ушел? — с видом крайнего удивления и интонацией спросил Соммерс.

— Ну да, а что мне оставалось еще делать? — ответил Джей.

— Ну, ты мог бы с ней поговорить о чем-нибудь еще… Узнал бы кто она… — предложил Деррек.

— Извини, не догадался, — оправдался Джей.

— А может, вы оба ей нравитесь, и она к вам присматривается, — с улыбкой предложил версию Соммерс. И хоть он и пытался показать, что ему это все параллельно, в тайне слегка завидовал обоим. Эх, вот бы к нему так девки клеились, он бы не терял времени на пустую болтовню.

— Ну а ты когда ее последний раз видел? — спросил Джей у Деррека.

— Сегодня утром в тренировочном зале.

— Что?! Так значит она одна из претендентов? — удивился Соммерс, и чуть было не опрокинул свой стакан на пол. — Так это же просто, она, наверное, где-то здесь. Пойдем, найдем ее, да узнаем чего ей от вас надо. К тому же, может, я ей понравлюсь больше.

— Вот еще что, у нее на левом предплечье татуировка — символ, вроде тех, что рисуют на флагах гладиаторские команды. Я даже уже где-то видел именно такой же.

— А именно? — спросил Соммерс, и полез за журналами в сумку.

— Щит, а на нем подкова кажется, или что-то вроде.

— Ага, — Соммерс пролистал журнал и показал Дерреку фото в журнале.

— Точно, этот, — подтвердил Деррек.

— "Солдаты фортуны" — одна из лучших команд прошлого сезона.

Соммерс пролистал еще несколько страниц и остановился на одной из них.

— Ее имя Лаура Йоргенсон. Либерти — так ее знают на Арене.

После этого Соммерс показал всем большую фотографию той самой блондинки со стройными ногами и татуировкой. В боевых доспехах с ракетометом на плече она смотрелась куда лучше, чем фотомодель в нижнем белье на подиуме.

— И ты подумал, что бы это было нужно от тебя профессиональной гладиаторше? Так ведь? — спросил Соммерс у Деррека и ответил, не дожидаясь пока он скажет что-нибудь: — Это, приятель, сложный вопрос, и я не могу дать тебе на него хоть, сколько путный ответ.

Только в голове Деррека уже выстроились возможные варианты. Например, она могла работать на кого-то, кто был заинтересован в персоне Деррека. Правда, причем здесь еще Джей? Он связан договором с самим Вивариусом. Дело приобретало крутой оборот. Впрочем, это были лишь домыслы, а интуиция редко подводила Деррека. Если сейчас был как раз тот самый случай, когда интуиция молодого офицера полиции ошибалась, то ничего страшного, но если нет, то вся команда могла быть в опасности. Деррек почти был уверен, что это будут наемники и расправятся с ними прямо во время мясорубки.

В городе Вивариуса, как и в любом другом большом городе, много транспорта и движения на дорогах бывает затруднено. И, конечно же, Джерри Грину удалось попасть в одну из пробок. После того как он провёл в такси примерно полчаса в ожидании продолжения поездки, терпению его пришёл конец.

— А отсюда далеко до гостиницы, где размещают участников соревнований? — спросил он у таксиста.

— Ну, если пешком, то далековато, а если воспользоваться подземкой, то доберётесь минут за двадцать — станция так и называется "Арена".

Грин заплатил за проезд и торопливо направился к подземному переходу, там нашёл вход в метро и если ему никто не помешает, то минут через двадцать он встретит Деррека, а вдвоём они придумают план действий.

В этот вечер накануне соревнований, все гостиницы в городе забивались до отказа теми, кто приехал воочию увидеть всё, что будет происходить на арене.

Разумеется, увидеть всё в живую невозможно, потому что сами соревнования проводятся по большой части, вообще не на острове, а на других планетах, куда участники попадают при помощи телепортирующих устройств, а уже там наблюдения за ходом сражений ведётся с воздуха, с помощью видеокамер, установленных везде, где только можно на полях сражений, и выдаётся гигантские телеэкраны — самые большие и самые лучшие, конечно, внутри Колизея Арены — овальное здание — место, откуда участники попадают на поле, и где собирается большинство зрителей.

Там же расположены рабочие места комментаторов и на дисплеях выводится информация о количестве убийств совершаемых участниками — всё это в виде таблиц, где их размещают в соответствии с местами, которые они занимают на данный момент. Эта информация постоянно меняется и, конечно же — существует тотализатор.

От этого идёт неплохая прибыль: в первую очередь организаторам, а уж потом и игрокам, на которых делается больше всего ставок, и которые остаются в живых, разумеется.

Колизей Арены не может принять всех желающих поглядеть на смертельные состязания, поэтому на площади и ещё во множестве специальных мест на период прохождения турнира, устанавливаются гигантские телеэкраны, а, кроме того, по специальным каналам, соревнования транслируются на телевидении по всему миру и в Интернете.

Нередко на улицах города случаются массовые беспорядки. Для предупреждения их, во время трансляции состязаний, на улицах дежурят полицейские кордоны, и случается так, что в таких вот сражениях болельщиков с полицией, неслабо достаётся и тем и другим.

Приготовление к торжественному открытию очередного турнира, как всегда, проводится в суете.

Так же было и в этот день. Все куда-то бегали, что-то не успевали сделать, нервничали, и только Джей, Деррек и Соммерс ни о чём не беспокоились.

Их команда уже официально была зарегистрирована пока без названия, но оно и не требовалась — в мясорубке это и не важно, там важно выжить и только когда они доберутся до пункта назначения (если доберутся), только тогда и объявят их имена, и только после этого они придумают себе название и псевдонимы, под которыми будут выступать на турнире.

 

Глава 6. Мясорубка.

В гостинице Грин оказался только часов в семь вечера, и случилось то, чего он больше всего опасался — он опоздал. Всех участников перевели в Колизей. Там уже шла подготовка к торжественному открытию турнира. Оно должно было, состоятся вечером, и продолжаться до семи утра, а в это время начнётся отборочный тур или мясорубка, как его называли, но Грину туда попасть уже не суждено, потому что: во-первых — сами участники слишком заняты, чтобы отвлекаться на посторонние дела (хотя ради того дела, по которому сюда приехал Грин, Деррек с удовольствием бы отвлёкся), а во- вторых — просто потому, что его, Грина, туда не пустят.

И он оказался в сложном положении — увидеть Деррека ему теперь удастся только после мясорубки и то, только если того не убьют, а если убьют, тогда бессмысленно было вообще сюда приезжать.

Проникнуть нелегально не удастся тоже — не те годы уже, может, когда-то он и смог бы, но не сейчас. Он разозлился на себя, свою беспомощность и прибывал в состоянии нервозности, отчаянно пытаясь что-либо придумать, но не одной хорошей мысли не приходило в голову.

— Вы ведь Джерри Грин — начальник участка, где работает офицер Деррек? — услышал он у себя за спиной, когда выходил из здания гостиницы.

Грин обернулся — к нему обращалась блондинка с выразительными глазами и упругой грудью, а также с татуировкой на левом предплечье.

Он не знал девушку, раз она знала его и Деррека,

то глупо было открещиваться.

— Кто вы? — спросил Грин.

— Меня зовут Лаура Иоргенсон, — ответила девушка. — Не спрашивайте, откуда я знаю всё. Вам надо встретится с офицером Дерреком, но это не возможно сейчас, так ведь? А я могу это сделать и передам ему всё, что вы скажете.

Джерри замялся с ответом. Он и сам толком не знал, что сказать Дерреку. О том, что его подставили, он и сам уже догадался, а остальное слишком долго — это нужно с глазу на глаз, и Грин решил ограничиться минимумом того, что мог сказать.

— Передайте ему, что я здесь, что не могу встретиться с ним сейчас, что нужно много чего сказать, — он помолчал недолго, — пусть будет осторожен. Я надеюсь, что после первых сражений ещё смогу его увидеть. Это всё.

Лаура не стала уточнять и переспрашивать. Просто кивнув головой, направилась своей дорогой. Грин окликнул её.

— Да и ещё. На случай, если мы больше не увидимся, скажите ему, что я сделаю всё возможное. Он поймёт.

Легче ему после этого не стало, но это всё, что сейчас он мог сделать. Теперь ему предстояло ждать и молиться, чтобы с Дерреком ничего не случилось — тяжесть только увеличилась на душе старика.

Соммерс посмотрел на часы — без малого девять вечера — открытие турнира сейчас должно начаться. Сначала всякие выступления, вроде торжественной речи Вивариуса под шквал аплодисментов. Вообщем-то, все без ума не от него самого, а от его детища — соревнований на Арене. На втором месте, после зрелища, симпатия к сильнейшим игрокам, ну а аплодисменты Вивариусу — это как дань уважения создателю и не более того.

Кроме Вивариуса, выступают ещё различные спонсоры, привлечённые к организации турнира. В большинстве своём — это представители властвующей верхушки с тех самых планет и колоний, где будут проходить сражения.

И как всегда — это море плоских шуток, от которых представителей не важно каких рас, воротит как после весёлого гуляния с прилично выпитым количеством спиртного.

После выступлений организаторов, на арену выйдут игроки, чтобы выслушать наставления всё тех же, первых, вроде: "И пусть победит сильнейший!". Затем, аплодисменты, аплодисменты и ещё раз аплодисменты.

Начнутся первые приготовления к отправке игроков на поле сражения — они получат инструктаж, карты местности и оружие. Время пролетит быстро и вот уже без малого семь утра.

Джей старался о чём-то подумать — не получалось. Голова основательно была забита предстоящей мясорубкой. Он даже, иногда стал на время забывать, почему он здесь. Он ненадолго вспоминал Селли, Озборна и остальных, но ему не хотелось о них думать. Он так хотел закрыть глаза, досчитать до десяти, открыть их и с облегчением вздохнуть, узнав, что всё происходящее — сон, а вовсе не реальность. Он с ужасом осознавал, что потерял надежду — всё стало для него лишним и ненужным — он почти сознательно шёл на смерть, и ему было всё равно. Он, как всегда, в себя не верил.

Деррека тоже давила мысль о предстоящей заварушке, но в отличие от Джея, он не был настроен так безнадёжно пессимистически. Свои шансы на то чтобы выжить, он расценивал примерно также как и на то, что его убьют, то есть пятьдесят на пятьдесят. О том, что произошло там, на "большой земле", почему его предали, он сейчас не думал вообще — какая теперь разница. Чтобы хоть как-то себя подбодрить он мрачновато пошутил, что если его отправят на тот свет, то прежде чем он попадёт в рай (а на меньшее он не рассчитывал), обязательно сидя на облаке, досмотрит, чем всё закончится.

Соммерс, как ни странно, единственный, кто верил в свою команду. Он хорошо помнил, зачем он здесь и сложить голову, не начав настоящий турнир, он не собирался. Он почти наверняка знал, что мясорубка не так уж страшна, как о ней говорят, если правильно действовать и не впадать в панику, но какая-то часть его самого говорила ему, что рассчитывать только лишь на себя и на команду нельзя — нельзя не верить в удачу и не надеяться на неё.

Время пролетело быстро, будто секунда и настал тот час, когда предоставляется возможность "проверить себя на прочность" как выразился Кори (он же Деррек).

— Готовы?! - бодро спросил Соммерс у Джея и Деррека.

Джей промолчал, Деррек улыбнулся.

— Запомните, когда прибудем на место, обговорим план действий, карты местности у меня, задачу мы знаем, и да помогут нам небеса.

С этими словами, Соммерс во всеоружии, ступил на платформу телепортирующего устройства и буквально через секунду он исчез, оставив на сетчатке глаз наблюдавших его телепортацию хищную улыбку и острый взгляд из под лобья.

За ним последовал Деррек и потом Джей.

Раньше Джей никогда не телепортировался и ощущения, которые он испытал впервые, осуществляя перемещения в подпространстве, запомнились ему как не самые приятные. Казалось, что его тело разлетелось на атомы и все их этакой тучкой понесло с огромной скоростью неизвестно куда. По прибытии он ощутил жар во всём теле — всё закололось и зачесалось, он сам того не замечая, начал бегать по кругу и махать руками — это как ему казалось должно помочь и что самое удивительное, помогло. Вскоре он окончательно пришёл в себя — тело перестало чесаться, и он почувствовал приятный холодок внутри, пот просочился наружу, он вытер лицо перчаткой.

Рядом уже сидел Деррек, окончательно пришедший в себя чуть раньше, он тяжело дышал, как после забега на длинную дистанцию и двумя руками сжимал дуло и рукоятку своей автоматической винтовки.

Соммерс появился неожиданно, он уже успел разведать обстановку снаружи — всё было чисто.

— Ну, как вам путешествие сквозь тернии к звёздам? А? — весело усмехнулся он и разложил на бетонном полу карту поля сражения.

— Итак, здесь сейчас мы, — он указал на карте место их переброски. — А вот сюда нам нужно попасть — место сбора — финиш. Отсюда мы вернёмся обратно на Землю.

— За сколько мы можем добраться до туда? — спросил Деррек, оживившись немного.

— Ну, если не считать того, что нам будут мешать, то, пожалуй, в темпе, где-то, за час — полтора, а так — не знаю.

— Что есть в распоряжении кроме трёх автовинтовок с магазином и по два запасных на человека? — спросил Джей.

— Есть рации. Они позволяют прослушивать радиоэфир, так что будем в курсе всех событий. Можно было бы, попытаться настроиться на свою частоту для переговоров, чтобы нас не слышали, но нет времени, так что будем побольше слушать и поменьше говорить по рации — это понятно? — Деррек кивнул, Джей тоже согласился.

Соммерс продолжил.

— Вот здесь склад оружия. Доберёмся туда и у нас будут пушки помощнее этих пугачей. Так, теперь как будем двигаться. Я впереди, Кори, прикрываешь меня слева на расстоянии десяти — пятнадцати шагов, не теряй меня из виду. Джей — ты прикрываешь нас обоих — идёшь за Джеком на таком же расстоянии — тоже не теряйся. Всем всё ясно?

Оба молча кивнули.

— Тогда вперёд.

Соммерс свернул карту и убрал в карман сумки с боеприпасами.

Условия на Геоне не многим отличаются от земных, во всём благодаря тому, что планета находится примерно на таком же расстоянии от своего солнца, как и земля от своего. Разве что, климат здесь более жаркий на большей части планеты, так как Геона в пол раза меньше Земли. Вероятно, так выглядела Земля когда-то очень давно, когда на ней появились зачатки жизни.

Сначала пришлось бежать примерно с километр по относительно сухой лесной местности. Деревья и кустарники лишь издали напоминали земные, на самом же деле здесь всё было чужим, даже запахи и те были незнакомыми. Затем земля под ногами становилась всё более сырой, а местность всё более болотистой, деревья стали выше, кустарники гуще, а когда в наушниках послышались голоса, крики, выстрелы, то ситуация стала постепенно накаливаться, а пульс всё более учащаться.

Джей старался не упустить Деррека из виду, и у него это получалось с трудом, потому что он не мог концентрироваться только на этом, ему нужно было ещё выбирать путь для себя и оглядываться по сторонам.

Наконец, Деррек сделал знак рукой, что нужно остановиться, вероятно, Соммерс решил разведать обстановку, а может он засёк врага где-то поблизости. Глаза Джея бешено бегали из стороны в сторону — он боялся пропустить знаки Деррека и, возможно, невесть откуда появившегося врага.

Деррек кивнул Соммерсу, а затем сделал Джею жест рукой — пора двигаться. И они двинулись дальше, но менее быстро.

С учётом приближения к месту основной резни, в наушниках стали слышны автоматные очереди и крики тех, кто уже вступил в схватку.

Деррек остановился и подозвал Джея рукой. Соммерс тоже подбежал, на ходу доставая карту.

Вот здесь сейчас жарко — сказал он, указывая на центральную область на карте — мы можем попытаться обойти её с севера — вот так, — он показал на карте обходной путь, — но таких хитрецов как мы много, по этому приготовьтесь стрелять. Зря патроны лучше не расходовать, но при этом надо стараться держать плотный огонь, чтобы заставить противника прятаться. Впрочем, это по обстановке. Вперёд.

Теперь их путь уходил круто под гору — мешали кем-то поваленные деревья, их тут было как следов на кабаньей тропе. Непонятно, толи они сами повалились естественным путём, толи это их специально повалили, чтобы создать больше трудностей участникам.

И хоть костюмы считались водонепроницаемыми, всё ровно ноги промокли почти до костей, и хлюпанье грязи стало действовать на нервы хуже, чем крики в наушниках.

Стараясь не упустить из виду Деррека, Джей всё же умудрился это сделать. Сердце заколотилось ещё сильнее, ему хотелось крикнуть, но что-то внутри не позволяло ему. Он отчаянно пытался не поддаваться панике, но она им овладела целиком и полностью, появился комок в горле. Он, как ему показалось, свернул куда-то не туда, но продолжал бежать, надеясь, что в десяти метрах впереди него вот-вот увидит знакомую фигуру Деррека.

Случилось так, что Джей первым столкнулся с противником нос к носу. Откуда-то, перед ним появилась фигура какого-то здоровяка с оружием — он направил свою винтовку Джею в грудь, а Джей свою в его грудь, и так они застыли на какое-то время. Что произошло дальше, было чудесным спасением — не иначе…

Выстрел прогремел одновременно с выстрелом противника, и Джея наверняка бы пробило насквозь, если бы, за мгновение до того как заряд на винтовке противника рассёк воздух на том месте, где только что стоял Джей, Деррек не сбил его с ног и не спас от верной гибели.

Противник упал замертво, а Деррек с Джеем катились кубарем под горку. Наконец падение прекратилось. Деррек быстро поднялся на ноги и помог Джею.

— Ты как? В порядке? — спросил он. У парня глаза едва ли не повылезали из орбит и остекленели. Казалось, он вовсе и не был живым — бледный как смерть.

— Вставай, бежим — крикнул Деррек, помог Джею подняться, и они вдвоём побежали куда-то сквозь кусты, которые больно хлестали по лицу, но ни Джей, ни Деррек этого не чувствовали сейчас.

Где-то недалеко шла перестрелка, и в ней принимали участие не менее трёх — четырёх человек. Джей с Дерреком бежали, пригибая голову как можно ниже к земле, Деррек во время заметил Соммерса и направил, в буквальном смысле, Джея в сторону капитана.

Соммерс сразу же дал команду следовать за ним, бежать быстро, как только можно и пригибаться ниже к земле. Вскоре они отбежали на безопасное расстояние от места перестрелки, и звуки выстрелов стали менее слышны.

— Значит так, — начал быстро говорить Соммерс, — придётся сделать ещё один маленький обходной манёвр — бежим, не останавливаясь, вот туда, — он указал рукой направление, — минут через десять доберёмся до оружейного склада. Всем ясно? Вперёд, — скомандовал он, и все трое побежали.

Ног уже не чувствовал никто, а скорости придавал страх, дыхание постоянно сбивалось и вдыхать воздух ртом становилось больно.

Сколько длился забег по пересечённой местности, не известно точно, но это время пронеслось как ураган и вот, уже вдали показалась поляна, а на ней невысокое бетонное сооружение — вероятно оружейный склад. Соммерс дал знак остановиться и приникнуть к земле так, чтобы не высовываться из травы и не стать для возможного противника мишенью. Сам он ползком пробрался вплотную к складу, встал на ноги и прижался к холодной бетонной стене, прошёл вдоль неё с оружием наизготовку и заглянул за угол.

По-видимому, всё чисто, он подал знак Джею и Дерреку, чтобы тоже подбирались к нему, оба повторили его манёвр и вот уже все трое около ворот ведущих на склад. Джей остался охранять вход, а Соммерс и Деррек вошли внутрь, — действовать нужно было быстро, с собой взять только то, что можно унести и при этом оставаться максимально мобильными. Деррек захватил два бластерных автомата для себя и Джея, а также сумку боеприпасов, несколько противопехотных ручных гранат, аптечку и шок-ружьё. Соммерс водрузил на плечи ракетомёт и взял несколько боеприпасов к нему в специальной кассете, которая крепилась за спиной, не мешая при этом передвигаться. Также он захватил пару зарядов мощной пластиковой взрывчатки и на выходе заминировал небольшое бетонное сооружение.

Отбежав на достаточно безопасное расстояние, Соммерс привёл часовой механизм в действие, с помощью дистанционного управления, и через десять секунд оружейный склад разнесло на мелкие кусочки. Это не дало возможности остальным участникам запастись боеприпасами — дерзкая и гениальная мысль Соммерса на долго запомнилась всем, без исключения: и участникам состязаний, которых охватила неимоверная злость, и зрителям, которые внимательно за всем наблюдали, и по достоинству оценили поступок, и даже организаторам соревнований, которые сразу же прикинули в уме прибыль, что будет получена от ставок на этого пока ещё неизвестного героя.

Имея при себе более мощное оружие, появилась и уверенность в успехе предприятия. Половина пути была пройдена — и она как раз являлась самой сложной.

Многие участники соревнований решили отбросить тактические приёмы в сторону, и сразу вступить в малоперспективную бойню, имея ничтожные шансы выжить — за то и поплатились, большая часть их осталась лежать на поле битвы, навсегда похороненными в болотах Геоны. А те, кто выжил, остались без оружия, и им пришлось дальше сражаться с тем, что есть.

Когда до финиша оставалось примерно с четверть пути, Джей заметил в зарослях движения, о чём и поспешил сообщить Соммерсу и Дерреку. Решено было послать Деррека на разведку, Джей с Соммерсом держали его в поле зрения, и он был под надёжным прикрытием.

Сначала Деррек ничего подозрительного не замечал, он внимательно осмотрелся и подал знак Соммерсу, что никого не видит.

Ему повезло, что стрелявший промахнулся, буквально на полметра левее и Деррек как раз бы занял одно из зрительских мест там, на облаках, чтобы досмотреть турнир.

Он отскочил в сторону и дал пару залпов в слепую, также поступил и Джей, чтобы прикрыть товарища по команде.

Усилиями обоих кустарники на довольно приличной площади оказались почти аккуратно подстриженными, и заросли заметно поредели. Но противника не было видно, а между тем кто-то ещё одним залпом метко угодил Дерреку прямо в колено, ранение оказалось довольно серьёзным, так что бежать, да что там бежать, идти Деррек уже не мог, он вскрикнул от боли, закатился куда-то в кусты и затих.

Джей краем глаза успел заметить, откуда был произведён выстрел и знаками сообщил об этом Соммерсу — тот поднял голову вверх и заметил на дереве врага — снайпер, хотя, впрочем, и не очень умелый, надёжно схоронился, но не долго ему там оставалось находиться.

Соммерс знаками объяснил Джею, чтобы по команде бежал с аптечкой к Дерреку, а он в это время прикроет его из своей ракетницы.

По счёту три, Джей поднялся и опрометью побежал к тому месту, где лежал раненый Деррек, а Соммерс прицельным выстрелом выбил снайпера, из его укрытия, заодно свалив пару — тройку деревьев, которые с громким треском повалились, образовав проплешину в довольно густом лесу. Даже если Соммерс и не попал прямо в снайпера, всё равно тот вряд ли выжил.

Деррек лежал, не двигаясь, и смотрел в небо, он ровно дышал, болевой шок понемногу отошёл, и теперь осталась только менее сильная пульсирующая боль.

Джей впервые видел подобную рану, но не испугался такого количества крови. Он раскрыл аптечку и первым делом обработал рану анти септическим гелем.

— Держись, я наложу шину — сказал он Дерреку.

Шина представляла собой кусок вещества напоминающего пластилин, цвета человеческого тела.

Джей облепил поражённое место этим веществом, и через некоторое время шина затвердела, правда идти теперь было немного затруднительно, но минут через десять-пятнадцать шину можно было снять — в совокупности с гелем она обладала почти моментальным заживляющим эффектом.

Джей помог Дерреку подняться, последний облокотился на плечо джея и слегка подпрыгивая, они вместе прошли несколько шагов.

Таким образом, далеко они уйти вряд ли смогли бы, но решено было продолжать путь, на этом настоял сам Деррек.

Соммерс шёл рядом с ракетомётом наперевес, готовый стрелять в любого, кто только попадётся под его прицел.

Некоторые теряют рассудок в подобных ситуациях, и в этот раз нашлись такие. Неожиданно для всех, прямо в десяти шагах, дорогу преградил какой-то, явно тронувшийся в этой кровавой резне участник турнира — он направил на троицу автоматическую винтовку и, выпучив огромные, не то от страха, не то от природы глаза, проговорил, чётко выговаривая фразы:

— Ну, всё, мать вашу так! Допрыгались! — Он передёрнул затвор и угрожающе прицелился, но ему не суждено было спустить курок, его в ту же секунду продырявили насквозь несколькими очередями со спины, он, от удивления, наверное, раскрыл глаза ещё шире и упал ничком там же, где и стоял.

И тут началась настоящая заварушка. Соммерсу, Джею и Дерреку удалось все же угодить в засаду.

Несколько команд объединились между собой и методично отстреливали остальных, используя численное превосходство и плотный огонь.

Шум стоял как при взлёте космического корабля, так что закладывало уши. Джей лежал на земле, стараясь вжаться в неё, рядом Деррек, кажется, он ругался, проклиная всех и вся, на чём свет стоит. Соммерс сжимал рукоять ракетомёта, и ему не терпелось пальнуть в кого-нибудь, но, как назло, на мониторе прицеливания никого не было видно.

Должны же у них закончиться боеприпасы, — подумал Соммерс, — пусть только прекратят стрелять, уж я то не промахнусь — это точно, — обещал он стрелявшим про себя.

Вот, наконец, стрельба прекратилась и наступила тишина, такая приятная, долгожданная и такая опасная.

— Что они задумали? — Спросил Джей шёпотом.

Соммерс пожал плечами и осторожно поднял голову, сразу заметив четверых, направлявшихся в их сторону с оружием.

Сначала в слепую расстреляли нас, а теперь решили устроить зачистку — понял Соммерс.

Он шёпотом объяснил Джею, как действовать, и они приготовились.

Джей отполз подальше и спрятался за деревьями так чтобы видеть противников с удобной для стрельбы позиции. Соммерс сделал то же самое и, поймав в прицел сразу двоих, выпустил по ним ракету.

Раздался мощный взрыв, и обоих подняло в воздух, оттащив ударной волной назад. Остальные пригнулись, спасаясь от взрыва, и Джей принялся расстреливать их очередями из бластерного автомата — двоих уложил сразу же, один, вероятно поняв, в чём же дело, рванул, бросив оружие, наутёк.

— Не уйдёшь, подлец! — Крикнул Джей и бросился вдогонку. Его охватила волна ненависти и жестокости к убегавшему, что повлекло за собой желание набить подонку физиономию, и пока Джей методично преследовал беглеца, эти чувства нарастали в геометрической прогрессии.

Наконец, он оказался чуть впереди убегавшего, (а тот, похоже, не догадывался о погоне), и пересёк ему дорогу, на бегу ударив прикладом в спину. Беглец, вскрикнув от боли, и неуклюже повалился, подвернув ногу. По инерции Джея немного занесло вперёд, но он резко остановился и набросился на свою жертву, стараясь что-нибудь выкрутить подлецу, или причинить как можно больше боли.

— Что, стервятник, отстрелялся и бежать? — Проревел взбешённый Джей и развернул жертву лицом к себе — это была девушка. На лице её имелась боевая раскраска, она с ненавистью, не меньше чем у Джея сейчас, смотрела на последнего, отчаянно пытаясь вырваться и шипя подобно змее.

— Что пялишься?! сволочь?! - Прокричала она, — собрался убивать? Убивай! Подонок!

Джей смотрел на неё и уже не собирался делать то, что хотел чуть раньше. Он надавил ей прикладом в грудь, она вскрикнула и заплакала.

Подошли Соммерс и Деррек, у которого уже затянулась рана. Они окликнули Джея, он обернулся — взгляд его напоминал взгляд сумасшедшего, он ничего не сказал, никак не мог сообразить, что происходит. Он по-прежнему сидел на той девушке, сжимая ей грудь прикладом, а она по-прежнему ждала от него самого худшего.

Соммерс с Дерреком какое-то время наблюдали эту картину, потом Соммерс спросил: "Всё в порядке?".

Джей согласно кивнул головой и посмотрел на девушку — она просто не хотела умирать, а он не мог её убить. Джей отпустил её, поднялся на ноги и медленно пошёл прочь, все ровно куда. За ним последовали Деррек и Соммерс, оставив девушку лежать на земле.

В голове Джея крутилось множество мыслей и они были, своего рода, прозрением. Где-то глубоко он осознавал, что понял что-то важное, но не в силах был это сформулировать.

Он не чувствовал ни себя ни действительности — всё было как во сне — как в бреду.

— Стойте! — услышал он за спиной. — Та девушка, вся заплаканная, взъерошенная, слегка хромая, догнала их. Джей, Соммерс и Деррек развернулись и окинули её взглядом.

Она не чего не произнесла, слёзы текли по её щекам, размывая камуфляжную краску.

Ей никто ничего не ответил, все просто молча развернулись и пошли дальше своей дорогой, она молча последовала за всеми.

Никто не считал, сколько прошло времени, в наушниках стоял только треск.

Бойня завершилась, выживших осталось немного, и именно они и войдут в состав команд, которые будут сражаться на турнире.

Земля с ликованием встречала победителей, оглушая диким радостным воплем, когда оставшиеся в живых после мясорубки проходили по арене Колизея. Тысячи зрителей хлопали в ладоши героям.

Джей смотрел на всё происходящее и его кошмарный бред продолжался, ему вдруг, стало так плохо и захотелось только одного — забыть всё как можно скорее.

 

Глава 7. "Кулак Правосудия"

Прозрачный стакан в пятый раз наполнился до краёв янтарного цвета жидкостью и уже в следующее мгновение опять опустел. Горечь во рту не чувствовалась, и эффекта никакого тоже не было. Джей упрямо продолжал вливать в себя спиртное, тщетно надеясь, что вот-вот оно свалит его и так в беспамятстве он пролежит, пока турнир не завершиться, организм упрямо не хотел усваивать алкоголь, предпочитая оставаться с чистым, как стёклышко рассудком и страшной усталостью.

После часа такой вот жестокой пытки над мочевым пузырём, Джей начал надеяться, что хотя бы захочется спать, но и сон тоже улетучился. Это было не честно.

Не понимал он, что было бы лучше — может умереть там, так нет же — угораздило его выжить, а значит, опять придётся убивать.

Он ни как не мог примириться с тем, что ему было всё ровно, что он стал убийцей, и пусть ради какой-то там высокой цели, ему было всё равно. А где же совесть? — удивлялся он и задавал себе другой вопрос: а что это такое?

Хорошо, что Селли его не видела сейчас, что бы она подумала тогда? Вот так начинается моральное разложение личности. Это нужно остановить — подумал Джей, залпом осушил последний стакан, заплатил по счёту и вышел на улицу, больно ударившись плечом о дверной косяк.

Хоть в голове было ясно как в солнечную погоду днём, почему-то захотелось проветрить мозги, погулять по улицам, в надежде нарваться на драку — так и хотелось выплеснуть куда-нибудь переполнявшую его энергию, и желательно, чтобы не начинать первым.

Сколько он слонялся и где не знал, верно, и Господь Бог, а драться с ним никто упорно не желал и тогда Джей решил, что панацеей от всех бед сейчас будет спортивный зал.

Туда он и направился и единственное, что он там делал до самого вечера — это колотил грушу, пока тренер не подошел к нему и не попросил прекратить, мотивировав это тем, что пора закрываться.

К тому времени Джей протрезвел окончательно и, наконец-то, появились первые признаки сонливости — глаза начали слипаться, а голова сильно заболела. Оставалось только вернуться в гостиницу и лечь спать.

Когда Деррек увидел Грина, не знал наверняка, что ему делать радоваться или наоборот.

— Когда вы прилетели? — Спросил Деррек. — Вчера, — ответил Грин. — А девушка? Разве она не чего не сказала, она обещала.

— Какая девушка? — Спросил Деррек.

— Лаура Иоргенсон. Я говорил с ней на кануне соревнований, — немного удивлённо сказал Грин. — Впрочем, ладно, я рад, что ты остался жив.

Старик замолчал. Деррек смотрел на него, и без того было ясно, о чём он думал. Он думал, что Грин, как и все — принял решение оставить здесь Деррека, а может, нет, но, тем не менее, он уже меньше доверял Грину — это точно.

Поверь, я не мог ничего сделать там. Когда отключили твою частоту, уже тогда я понял, что всё это грязная игра. Я прилетел сюда, как только смог…

— Зачем, Грин? Чтобы сказать мне как тебе жаль? — Вежливо, с иронией спросил Деррек. — Пойми, теперь уже всё равно. Пусть кто-то всех предал. А может, они все предатели, что толку? Ты, я, кто сможет доказать что-нибудь, кто их сможет остановить?

Грину нечего было ответить. Он молчал, хотел сказать, вернее, напомнить Дерреку кто он есть по званию, но сейчас это выглядело бы, по меньшей мере, глупо, а, кроме того, Деррек был прав.

— Уезжай, Грин здесь нечего больше делать. И ещё, — Деррек достал из кармана куртки свой значок, — возьми, Грин. Я тут много чего понял на досуге и пришёл к выводу: если мне что-то и светило серьезного в полиции, то это быть такой же продажной шкурой как они все, либо быть честным посмешищем. Я не хочу ни того, ни другого. И я не держу на тебя зла. Просто всё изменилось. Спасибо, что приехал.

Деррек развернулся, и не спеша, пошёл прочь, оставив Грина с тяжёлыми мыслями и своим значком офицера полиции.

Грин не стал догонять Деррека, стараться что-то сделать, чтобы образумить парня или тому подобное. Если он решил, что не хочет служить в полиции больше, то так тому и быть.

К тому же, Грин всегда сможет принять его обратно, если Деррек захочет.

Грин спрятал значок Деррека в карман своего плаща и направился к ближайшему таксопарку. Деррек был прав — делать здесь, действительно больше нечего. Его «командировка» закончилась.

— Джерри Грин! — Окликнули его сзади, и старый полицейский обернулся. Это было последним, что он сделал в жизни, он не успел, даже, осознать происшедшее, когда стоя на коленях, рассматривал свои руки, залитые собственной кровью, в глазах почернело…

Вернувшись в гостиницу, Деррек застал Соммерса с карандашом в руке, он сидел на стуле, сгорбившись почти до нельзя, и что-то чертил на клочке бумаги, Джей спал мертвецким сном, вытянувшись на своём диване. Деррек завалился на свой диван и принялся разглядывать потолок.

— Знаешь, Кори, я вот всё думаю, — начал Соммерс, — что лучше? Лев, который разрывает передними лапами вражеский флаг? Или схематическое изображение воина в доспехах? — Он продемонстрировал оба эскиза Дерреку.

Тот внимательно рассмотрел оба рисунка и отрицательно покачал головой.

— Не знаю… Что значит твой лев?

— Я родился под знаком льва, — ответил Соммерс.

— А ты скромный, дружище, — заметил Деррек, тот понял, к чему клонит напарник, и с виноватой улыбкой развёл руками.

— Не могу ничего дельного придумать. Может, у тебя идеи есть?

Вместо ответа, Деррек изобразил простенький рисунок — некая статуя женщины с завязанными глазами, с мечом в одной руке и весами в другой. Он продемонстрировал своё художество Соммерсу.

— Что это? — Спросил тот.

— Это символ правосудия, — коротко ответил Деррек. — Мне кажется, правосудие — это как раз то, чего в этом мире не хватает. Конечно, это слишком громко сказано, но, тем не менее, в этом что-то есть, — загадочно пояснил Деррек и взял картинку в свои руки. — Видишь, из нас никто не добивается правосудия и причины, по которым мы здесь, далеки от этой высокой цели. Но главное — это добиться правосудия для себя самого, то есть я хочу сказать — отомстить. В нашем случае месть и есть правосудие. Если мир не хочет жить по законам, которые сам же и принял, значит их нет, значит каждый волен поступать так, как хочет и считает правильным, хотя бы здесь на арене, потому что, арена для нас и есть тот самый мир, в котором нет законов. Будем вершить свой суд, и карать преступников жестокой смертью. Это дерзко и, я считаю, правильно, — поставил точку в своей тираде Деррек.

— Мне нравиться твоя идея, — одобрил Соммерс, — как же нам назваться?

— Кулак Правосудия, как же ещё! — ответил Деррек, рассматривая свою картинку.

Он верил в то, что сказал сейчас на счёт мира, в котором нет правды. Он был зол на него и жаждал мести — и пусть не ждут пощады те, кто станут на пути его правосудия.

"Аминь" — так и хотелось добавить к этим мыслям, но язык не поворачивался, даже мысленно, сделать это. Нечего прикрываться чужими именами, нужно творить свои дела только от своего имени, какими бы они не были, — правильными или нет. В конце концов, все относительно и правосудие тоже, пусть попробуют доказать обратное, если смогут.

Ничего, когда придёт время ответить за всё — он ответит, он знал одно наверняка — чтобы без страха и сомнений идти вперёд — надо верить, что поступаешь правильно — он верил, а значит, ему нечего было бояться.

Вряд ли его поймут Соммерс и Джей, но это и не важно, они точно так же для себя будут решать что правильно, что нет и нужно ли это делать.

Что ж, достойное начало. Оно вкладывало какой-то смысл во всё. Пусть пока туманный, и, может быть, высосанный из пальца, но он был — это главное. Кроме этого, у Деррека ничего больше не оставалось, а что может быть страшнее и опаснее того, у кого ничего нет, кому нечего терять! Он раскрыл почти все карты — а его настоящее имя и то, что он час назад служил в полиции уже, ничего не значило. Он был доволен собой. Ему дали зелёный свет, и теперь он мог свободно действовать.

— Присаживайтесь, — любезно пригласил Вивариус, внимательно разглядывая своего гостя.

Тот поблагодарил хозяина этих апартаментов и присел в удобное мягкое кресло.

— Может быть, бокал вина? — Предложил Вивариус, — Так сказать, для установления взаимопонимания, — Вивариус хищно улыбнулся. — Виктор, кажется? Не ошибся?

— Нет, не ошиблись, — ответил Виктор и принял бокал вина из рук робота — секретаря, после чего последний, мигнув лампочкой на той части тела, что можно было идентифицировать как голову, бесшумно удалился.

— Итак, как я понял у вас ко мне дело, — уточнил Вивариус, искусно имитируя выражение крайне серьёзной задумчивости. Виктор, сделав маленький глоток, скромно кивнул головой.

— Что за дело? — спросил Вивариус.

Виктор немного замялся, не зная как начать разговор и, наконец, произнёс, почти побуквенно выговаривая слова: — Видите ли, девушка — Селли. Она очень мне дорога. И я хотел бы, чтобы с ней ничего не случилось. Джей уже сделал то, что должен был, а вы…

— Минуточку! — Прервал его Вивариус, подняв указательный палец вверх, — Вы не читали наш с ним договор, а там сказано, что для того, чтобы отпустить вас всех, он должен выиграть турнир, ну или, если его убьют, то я, может, тоже… — Вивариус старался изобразить свои мысли мимикой и руками, и у него это искусно получалось.

— Я так и думал, — с непонятной интонацией произнёс Виктор, прервав пантомиму Вивариуса. — По этому и хочу предложить сделку.

— Что ещё за сделка? — Без особого интереса спросил Вивариус. Он уже примерно знал, о чём пойдёт разговор, и решил, на всякий случай напомнить Виктору:

— Но имейте в виду. У меня всё есть. Что вы мне можете предложить?

Виктора озадачил подобный поворот дела, и он немного запаниковал:

— Ну, могу же я что-нибудь для вас сделать, — не очень уверенно произнёс он.

Вивариус задумался и сказал:

— Как я понимаю, вы хотите в обмен на что-нибудь, отправить свою девушку домой? Так ведь? Благородно, — одобрил Вивариус.

— И себя тоже, вместе с ней, — робко добавил Виктор.

Вивариус сморщил губу и посмотрел на Виктора как на нечто весьма и весьма неприятное.

— Я то думал, вы лучше, — заключил он.

— Ну, не будем судить, кто хороший, а кто плохой, вы ведь…

— Нет, — почти закричал Вивариус, — я не такой скользкий негодяй, как вы. Я совершаю преступления и предательства, смотря в глаза тем, кого предаю, а вы их отводите, ища оправдания своей трусости. Парень, так же как и вы не причём, но он согласился на мои условия, и знаете, я начинаю его уважать понемногу. Я почти уверен, что он войдёт во вкус и останется здесь, искренне преданным Арене. Вы же решили найти более лёгкий путь, и бросить всех и его тоже, а он рисковал своей жизнью ради вас. Думаете, он одобрит ваш поступок?

Виктор ничего не решался произнести, так как он знал, что не прав, а то, что ему сказал Вивариус, ни чем иным как правдой не являлось, но стыдиться он не собирался — каждый выкручивается, как может.

— Ладно, — сказал Вивариус, — к чёрту вас. Ваша совесть, сами с ней и боритесь. — Он небрежно поправил пиджак. — Вы, вроде дипломат какой-то? Бумажки подписываете?

Виктор согласился.

— Пожалуй, мы сможем найти общий язык. У меня только что появилась одна замечательная мысль. — Вивариус загадочно улыбнулся.

Она появилась неожиданно и, грубо взяв его за локоть, потащила куда-то по тёмным переулкам, ничего не объяснив толком.

Он не намерен был терпеть подобное от женщины, остановился и освободил руку.

— Пошли, не стой на месте! — Приказным тоном сказала она ему, на что он спросил:

— Куда?

— Туда, где можно спокойно поговорить! Идём же, — теперь почти умоляла она, и, казалось, чего-то опасалась, может, слежки.

— Говори здесь чего тебе надо, или я ухожу, — твёрдо произнёс Деррек.

— Грина убили.

После этого Деррек немного смягчился и в глазах появился интерес, но кому вздумалось убивать начальника?

Лаура достала из кармана джинсовки значок Деррека.

— Это было при нём.

Деррек молча забрал у неё свой значок.

— Чего ты от меня хочешь? — Спросил он каким-то отрешённым голосом, Лаура удивилась его тону, она рассчитывала на другую реакцию.

— Разве тебе всё равно? — Спросила она.

Деррек, вертя в руках свой значок, ответил ей вопросом на вопрос:

— Знаешь, почему этот значок был у него? — Он многозначительно поднял бровь. Лаура едва развела руками.

— Потому, что я ушёл из полиции, — пояснил Деррек. Лаура внимательно разглядывала черты его лица, наконец, встретила его взгляд.

— А я то думала, что… — начала она.

— Почему я это сделал? Есть много причин, но главной я даже сам не знаю. Это, представь себе, как озарение. Хлоп, и я прозрел, — съязвив, произнёс Деррек.

— Тебе всё равно? — Повторила Лаура, не понимая до конца, что он ей хочет сказать.

— Я не верю, что тебе всё равно.

Деррек усмехнулся:

— А ты меня что, хорошо знаешь? Что бы судить о том, что мне всё равно, а что нет? Знаешь, Грин был отличным копом, но большего я сказать не могу. Он не был для меня идеалом полицейского, просто начальником, и если бы я вёл расследование его смерти, я бы начал с тебя.

— Почему? — Спросила Лаура.

— Потому, что накануне Мясорубки ты говорила с ним и что-то пообещала мне передать, но не сделала этого…

Лаура прервала его речь:

— Я не говорила с ним вообще. Да, я иногда следила за тобой и Райбаком, я просто собирала информацию, но, клянусь, я не убивала Грина.

— Да кто ты, чёрт возьми, такая? — Спросил Деррек, прошипев сквозь зубы.

Лаура о чём-то задумалась, попятилась и, уходя, сказала:

— Иди, я найду тебя ещё. Имей в виду. За тобой следят и собираются подставить. Смерть Грина повесят на тебя. — После этого она развернулась и ушла прочь, плотно запахнувшись от ночной прохлады.

Деррек хотел догнать её и расспросить обо всём, но только посмотрел ей вслед и, покачав головой, тоже развернулся и пошёл в гостиницу.

Его не задели новости, сказанные Лаурой, о смерти Грина и о том, что эту смерть кто-то хочет приписать ему. Он не видел смысла в этом. И потом, поведение Лауры тоже нельзя было назвать вовсе не подозрительным. Откуда она знала его и Грина, и, судя по всему, знает всё: почему он, Деррек, здесь и всё остальное, но на кого она работает в таком случае?

Опять полицейское мышление, подозрения, теории, нет, хватит, — сказал себе твёрдо Деррек и не поверил, что это пройдёт. И значок, словно знак судьбы, вернулся к нему.

Он снова проклял весь мир. Ему уже показалось, что дальнейшее уже безоговорочно решено для него — Арена, месть и всё такое прочее, а теперь вот опять полицейские интриги.

Он хорошенько подумал и решил, что, может быть передумает, если Лаура ему всё объяснит. Некогда сейчас ему было заниматься всеми этими расследованиями — до турнира оставался один день — и он сосредоточился на этом.

 

Глава 8. "Кулак правосудия" против "Ангелы судного дня".

"Ангелы судного дня" носили доспехи тёмно-синего цвета. Их команда состояла из представителей вида HOMO SAPIENS. Ребята пребывали в отличной форме.

Их капитан — рослый парень по имени Гедеон, гордо держал знамя — символ Ангелов — золотые крылья с надписью названия команды на синем фоне.

Их приветствовала толпа, их имена были на гигантском экране. Помимо капитана, в команде числилось ещё двое игроков — Тремоло — стольже рослый крепыш, как Гедеон, и Ланселот — слегка полноватый и с виду неуклюжий.

Имена участников "Кулак правосудия" также значились на табло. Они носили чёрную форму и были лучше вооружены.

Разрешалось оставлять оружие, приобретённое в прошлом сражении. По этому, Соммерс держал на плече свой ракетомёт, а за спиной у него были прицеплены две кассеты зарядов — по пять в каждой. Теперь его все знали как Рыжий — он не смог придумать ничего лучше и Деррек сходу обозвал его так, а тот был не против. Сам Деррек остался при своём бластерном автомате и выглядел более мобильным, чем его напарник и капитан. На табло так и значилось Деррек — для простоты пояснил он. Джей также имел при себе автоматический бластер, как у Деррека, и на табло его имя значилось как — Таксист.

— Не бери на себя ответственность судить людей. На этой Арене есть только одно правосудие — наше! — Дерзко пояснил Гедеон Соммерсу. — И твоя базука тебе не поможет.

Соммерс улыбнулся, скривив рот, и сказал:

— Ты, щенок сопливый, заткнись сейчас и, может, я не убью тебя, — улыбнулся и добавил, — первым.

Эти слова взбесили капитана Ангелов, и он резко подскочил к Соммерсу, намереваясь ударить наглеца, но был остановлен дулом автоматического бластера Джея, направленного в грудь первому, а Соммерс, не шелохнувшись, стоял на своём месте, не обращая внимания на выпады со стороны Гедеона.

— Ну ладно, — тихо, почти дружелюбно сказал Ангел, — посмотрим ещё, кто будет скулить, моля о пощаде. — Он улыбнулся и поднял вверх руки, поприветствовав зрителей.

Толпа ревела, были сделаны ставки, наконец, дан старт сражению.

На этот раз, оно должно было проходить на астероиде КДТМ — 10 (Колония добытчиков тяжёлых металлов, 10 — порядковый номер).

Сам астероид имел форму чечевицы и довольно внушительные размеры. Когда колония имела место быть, там соорудили искусственную гравитацию, которая, впрочем, была слабее, чем на Земле.

Теперь шахты превратились в руины, как и поселения рабочих на поверхности, из этих разрушенных городов и планировалось начать соревнования, добраться до шахты и найти телепорт. Правила не сильно отличались от правил предыдущего состязания, но здесь время строго ограничивалось пятью часами.

На сколько реально было совершить почти десятикилометровый марш бросок за пять часов, судить не приходилось. Игрок, не успевший за этот лимит времени дойти до цели, выбывал из соревнований, да к тому же, необходимо было ещё и пострелять друг в друга, так что задание не сулило быть простым.

На этот раз переброска в подпространстве прошла легче, тело Джея вспомнило эти ощущения.

Трудность заключалось ещё и в том, что теперь каждый участник телепортировался в строго свою зону переброски, но Джею повезло больше остальных — он оказался примерно в пяти километрах от шахт — он изучил карту и определил маршрут. Связь пока почему-то не работала, он попытался настроить частоту и вскоре, вместо шумов в наушниках послышался голос Соммерса, а после подключился и Деррек. Они определили свои места нахождения и договорились встретится на финише ровно через четыре часа пятьдесят пять минут.

— До встречи, — сказал Соммерс и отключил свой переговорник. Джей и Деррек сделали тоже самое, и теперь оставалось только дойти до цели.

Сначала Джей шёл довольно уверенно. Вокруг были только развалины жилых массивов рабочих, кучи мусора, какие-то указатели, сломанный транспорт.

Спрятаться здесь можно было где угодно, но врядли противник сейчас находился где-то поблизости.

Джей отметил на карте точки переброски Деррека и Соммерса, пришёл к выводу, что телепорты находятся в углах шестиугольника, что позволило ему, достроив фигуру на карте, определить примерные места переброски Ангелов и его маршрут как раз проходил вблизи приблизительных маршрутов двоих из них.

Джей отметил про себя этот факт и был всегда на чеку.

Он посмотрел на часы — у него в запасе оставалось ещё пятьдесят четыре минуты, а отрезок пути, который он пробежал, составлял примерно полтора километра.

Наконец, он добежал до одной из точек переброски Ангелов, и его догадка подтвердилась — телепорт противника находился как раз там, где Джей и ожидал.

Сначала он осмотрел окрестности в бинокль. Врядли противник оставался в зоне своей переброски и выжидал появления кого-нибудь из «Кулака». Джей определил самый короткий маршрут до цели от вражеского телепорта и направился по нему, в надежде, вскоре увидеть спину противника. Не то чтобы Джей боялся вступить в перестрелку с одним из Ангелов, он убеждал себя, что ни один из них, ни в чём его не превосходит, но момент неожиданности Джею сейчас совсем бы не помешал.

Джей двигался короткими перебежками, регулярно осматривая в бинокль окрестности, но ни одной живой души поблизости не находилось, Джей упорно продолжал преследовать противника и его охватил такой азарт, что он на время забыл об осторожности, когда чудом удалось спрятаться за грудой искореженного металла от промелькнувшей впереди фигуры. Джей не успел сообразить, кто это был, ведь, может, свой.

Немного переждав, он вылез из укрытия и последовал туда, куда только что направился некто и вскоре вдалеке Джей увидел одного из Ангелов — кажется, это был Тремоло.

Тот, похоже, не замечал слежки и лёгким бегом двигался в сторону шахт.

Стрелять в спину Джею не позволила совесть, и он решил пока просто преследовать врага.

На часах светились цифры — 4:05 — значит оставалось еще четыре часа с небольшим, для того чтобы успеть.

Ангел бежал, не оглядываясь, и чем ближе к шахтам, тем быстрее. Джей решил, что тот выбрал самую простую тактику — как можно быстрее добежать до шахт и отыскать телепорт.

Ангел был вооружён автоматической винтовкой, стреляющей свинцом, это значило, что в предыдущем состязании он не получил другого оружия — более мощного, так там вообще мало кто получил, Соммерс на «отлично» постарался.

Купола шахт становились всё больше, Джей с Ангелом приближались к цели. Путь проходил через огромные металлические каркасы, вероятно, когда-то это были склады или что-то подобное, они уже основательно проржавели и покрылись грязью, на верхних балках висели куски, ржавого листового железа, грозя в любой момент упасть вниз, разбитые фонари, вывески с надписями, которые невозможно было прочитать и ещё много чего такого же прогнившего и испорченного коррозией.

Джей включил передатчик и настроился на волну своей команды, послышался треск — передатчики Соммерса и Деррека не работали. Джей отключил свой и осмотрелся — только что Ангел был прямо по курсу и, вдруг, исчез.

Джей моментально сориентировался и сделал небольшой обход, предположив, что Ангел продолжит движение по прямой и тогда Джей перехватит его справа.

Случилось так, что Джей и сейчас оказался прав, но попал в небольшую засаду, уже на бегу, он заметил двоих Ангелов — того, которого преследовал, и Ланселота, они окапались за кучей мусора и подкараулили его. Вероятно, Ланселот находился где-то здесь, и заметил его, преследовавшего второго Ангела, вот и решили они вдвоём подстроить засаду.

Отскочив в укрытие от двух очередей, выпущенных по нему Ангелами, Джей неловко завалился, больно ударившись плечом об какую-то железяку, и краем глаза увидел мелькнувшего третьего Ангела, он обходил Джея вокруг — хотели взять в окружение. Джей поднялся на ноги и побежал наперерез третьему Ангелу, ведь он, скорее всего, не ожидал этого. Сверху свистели пули, заставляя Джея пригибаться, и буквально за секунду до того как Джей выбежал на относительно открытую местность, впереди пронёсся один из Ангелов, Джей, не долго думая, выстрелил по нему и одним прыжком оказался слева от него. Джей ранил Ангела в ногу, тот начал вслепую палить из своей автоматической винтовки, и хромая продолжал бежать.

Джей собрался, было обезоружить его, но с двух сторон на него посыпались свинцовые очереди — остальные Ангелы пришли на помощь своему товарищу и Джей, оказавшись в меньшинстве, спешно ретировался. Он бежал на автомате, соображая по ходу дела и вот, наконец, настала очередь и ему Джею, встретиться со своими — Деррек и Соммерс, бежали в вдалеке, прикрывая друг друга, к шахтам и Джей, побежал к ним на встречу.

Он решил, что теперь за ним должен отправиться в погоню один из Ангелов, другой, вероятно останется, чтобы оказать товарищу медицинскую помощь, и вскоре, Джей заметил преследующего его Ангела — Ланселота. Джей сейчас имел все шансы пристрелить преследователя, но что-то рука не поднималась, сделать это. Джей дал предупредительный слегка в сторону, и Ланселот, упал на землю прикрыв голову руками.

Вероятно, Соммерс и Деррек слышали выстрелы и уже спешили сюда, пока ещё не зная толком, кто в кого стрелял. Джей в бинокль наблюдал за их передвижениями, оставаясь в укрытии и следя за Ланселотом, который продолжал лежать на земле.

Наконец, он сдвинулся с места и перекатился, спрятавшись за кучей каких-то ящиков.

Джей пригнулся, потому что очередь, выпущенная вслепую, как раз просвистела у него над головой и, прицелившись, расстрелял ту кучу ящиков, он наблюдал, как летели куски, и как пригибался, вжимаясь в землю Ланселот.

По-быстрому перезарядившись, Джей оценил обстановку — до противника оставалось пробежать около сотни метров. Он лежал на земле и не оказывал сопротивления. Если сделать всё максимально быстро, то это секундное дело.

Он взглянул на часы — тридцать пять минут, чтобы дойти до шахты и отыскать телепорт. Осмотрел в бинокль окрестности в поисках Соммерса и Деррека — те были уже совсем близко, и Джей решился.

Он рванул из своего укрытия и быстро, как только смог, помчался туда, где лежал Ланселот. Джей постоянно держал противника в поле зрения и на мушке. И, едва, не попал под перекрестный огонь Гедеона и Тремоло, которые оказались тут как тут. Пуля продырявила землю, черканув ботинок Джея, и он, перевернувшись в воздухе через голову, распластался в какой-то канаве, на мгновение, потеряв сознание, вероятно, из-за удара головой.

Придя в сознание, Джей заметил, что Ланселот валяется там же, где и валялся, а по Гедеону и Тремоло Деррек и Соммерс вели непрерывный и мощный огонь. Ракета Соммерса разрушила укрытие противника, но оба гладиатора успели ретироваться. Они отступили, исчезнув где-то за кучами металлолома.

Джей подбежал к Ланселоту и ногой откинул подальше его винтовку, потом перевернул его самого на спину и нащупал пульс. Еле-еле в нем теплилась жизнь, Джей только сейчас заметил, что стоит коленом в луже алой густой крови, которая натекла из раны в области живота. Без вмешательства врачей Ланселоту не суждено было выжить. Все-таки Джей как ни старался стрелять мимо, попал. Он осмотрелся, Деррек бежал к нему, а Соммерс из укрытия прикрывал товарища по команде, хотя, возможно, сейчас это было немного лишним, противник отступил основательно — парней после бегства с поля боя и след простыл.

— Ты как? — Спросил Деррек, оказавшись совсем рядом.

— Отлично, если не считать подошвы моего левого ботинка, — ответил Джей.

— Что с ним? — Деррек кивнул в сторону лежащего ничком на спине Ланселота.

— Я его подстрелил, похоже, — ответил Джей, указав на лужу крови, — но, он еще жив.

— Оставь его, бежим, у нас мало времени, — сказал Деррек, и они вдвоем с Джеем направились к Соммерсу.

Оставалось не так уж много времени на то, чтобы добраться до телепорта. Ангелы, отступив, направились именно туда, им ничего другого и не оставалось — борьба за сохранение команды ими была проиграна, теперь уже шла борьба за время, ведь если даже Ангелы успеют дойти до финиша первыми, Кулак Правосудия проиграет сражение, не понеся потерь, и выйдет из игры.

Допустить этого было нельзя. Для Джея на кону стояли жизни шестерых человек, и он не имел права так проиграть. Для Соммерса это было делом принципа, чтобы встретиться в поединке с убийцей брата, ну а Деррек стремился к победе теперь уже за компанию.

Когда оставался в общей сложности час с небольшим, Кулак в полном составе прибыл на финишную прямую и парни столкнулись с неожиданной проблемой — шахты было три и в какой именно находится телепорт, они не знали. Команда приняла решение разделиться и обследовать все три шахты, связь восстановили.

Джей, забыв об осторожности и о том, что противник где-то рядом, бежал по коридорам шахты, ощущая свое сердцебиение, тупыми ударами отдававшимися в голове. Прерывистое дыхание и звуки шагов громким эхом разносились вокруг.

Лифт доставил Джея в шахту за три минуты, и, выйдя из него, он оказался в буквальном смысле над пропастью — передвигаться можно было лишь по системе металлических мостов, основательно изъеденных ржавчиной, грозившей в любую минуту обвалиться вниз.

Джей заметил несколько видеокамер, передающих изображение на главный монитор на Землю. Он впервые их заметил, почему-то захотелось расстрелять их, чтобы лишить зрителей волнующего финала кровавого шоу, но Джей сдержал себя. Он лишь косо посмотрел в их объективы и направился дальше, аккуратно передвигаясь по системе ржавых мостов. Камеры проводили Джея своим холодным взглядом, записав каждое его движение.

Похоже, телепорта в этой шахте не было. Зато появился противник. Он открыл по Джею огонь откуда-то сверху, автоматные очереди просвистели совсем рядом, Джей прикрыл лицо руками, затем бегло осмотрелся. На верхней секции системы мостов прятался один из Ангелов. Джей открыл по противнику неприцельный огонь, мосты затряслись и стали сильно раскачиваться. Джей потерял равновесие и выронил свой бластер. Пришлось ухватиться за края моста, чтобы переждать пока мост перестанет раскачиваться. А тем временем противник уже спустился с верхнего яруса на уровень Джея и с громким криком бросился на него.

Джей моментально отреагировал, поднялся на ноги, взял оружие, но воспользоваться им не успел — противник с налету выбил только что подобранное оружие из рук Джея и бластер полетел вниз, ударяясь о мосты и всяческие перекрытия. У Тремоло закончились патроны и он вынужден был вступить в рукопашную с Джеем.

Тремоло ударил Джея в грудь ногой, и того отнесло на полтора метра назад. Джей упал на спину, ухватившись за перила, мост снова начал раскачиваться.

Следующий удар нанес Джей: Тремоло попытался навалиться на первого, но тот отбился, удар ногой в лицо пришелся не слабым, и Тремоло повис над пропастью, чудом удержавшись за перила моста, к тому же сильно наклонив его в сторону.

Джей добрался по сильно качающемуся мосту до места, где висел Тремоло и попытался подать руку, но тот упорно не хотел, чтобы ему помогали.

— Дай руку! — Кричал Джей, — Не глупи, вы проиграли, но ты можешь остаться в живых, делай, что говорю!

Может, Тремоло боялся перехватиться, ведь мост сильно раскачивался, он мог в момент перехвата руки не удержаться и упасть.

— Послушай, дай руку. Я крепко держусь, не упадем! — Твердил Джей, но Тремоло продолжал висеть, и силы его были на исходе. Наконец, он сказал, заикаясь:

— Телепорт во второй шахте. Уходи! Там Гедеон! Я сам выберусь, поспеши, у тебя мало времени!

Джея опять прошиб пот, некогда было спорить, времени оставалось совсем мало.

Джей осторожно начал продвигаться к лифту. Оказавшись в лифте, он окликнул Тремоло: "Давай быстрее, я жду!".

Мост все еще сильно раскачивался, Тремоло продолжал висеть, даже не пытаясь подтянуться. Джей выругался и дал команду ехать вверх. Еще три минуты ушло на то, чтобы подняться на поверхность. На бегу Джей связался с остальными. Финишная прямая — вторая шахта, которую обследовал Соммерс, там же телепорт и Гедеон.

Во второй шахте дела обстояли не лучше, чем в первой и третьей. Такая же пропасть и система мостов, столь же ржавых и опасных. Догадаться, где противник было не сложно — где-то возле телепорта. Рыжий миновал систему мостов и оказался в длинном темном помещении, две фиолетовых лампы подсвечивали телепортирующую платформу. Стрелять ракетами здесь было рискованно — слишком высока была вероятность повредить телепорт. Что было бы в этом случае не известно.

Гедеон появился впереди, закрыв спиной телепорт, с оружием на изготовку. И хоть его автоматическая винтовка смотрелась как детская игрушка в сравнении с ракетницей Соммерса, у первого был реальный козырь в руках — он мог стрелять, а в него — нет.

— Ну что, Рыжий? — Спросил Гедеон, — Вот мы и встретились лицом к лицу. Осталось всего шесть минут. Как думаешь, успею я тебя порешить и отправиться на Землю!?

— Не тяни время, болван! — Закричал Соммерс. Стрелять в Гедеона он не мог, чтобы ненароком не разнести телепорт, но для этого приходилось подавлять в себе сильное желание это сделать. Гаденыш все продумал и отступал понемногу назад, подбираясь ближе к телепорту и продолжая заговаривать зубы.

— Пять минут!

Тут появились Джей и Деррек. Джей без оружия, Деррек с парой зарядов, он шепотом сказал об этом Соммерсу.

— А вот и кавалерия! Значит, как я понял, Тремоло тоже приказал долго жить! Жаль.

Он пятился назад, и оставалось сделать еще пару шагов. Деррек не решался стрелять по двум причинам: во-первых, потому, что боялся затеять перестрелку, в которой даже у троих против одного могло не оказаться шансов на победу, во-вторых, потому, что он с ужасом осознал, что его бластер заклинило.

Оставалось три с небольшим минуты, Гедеон попятился и обо что-то споткнулся. Он, падая, непроизвольно расстрелял весь свой боезапас в потолок.

Воспользовавшись моментом, все трое рванулись вперед — до цели оставалось буквально пятьдесят шагов. Гедеон довольно проворно встал на ноги и, может, успел бы добежать, но Соммерс с разбегу приложил его своей базукой. С громким криком тот повалился не землю.

— Кори, вводи координаты! — Крикнул Соммерс Дерреку.

Тот проворно набрал координаты Земли на панели ввода, и телепорт засветился, ярко озарив мрачное помещение.

Соммерс, не долго думая, прыгнул под луч и исчез, за ним Деррек и последним Джей.

Время вышло, но Кулак Правосудия в полном составе прибыли на Землю абсолютными победителями.

Их встречала ликующая толпа, эти трое снова показали результат, какой демонстрировали немногие: без потерь вернуться домой, оставив противника на поле боя.

Своей блистательной победой "Кулак Правосудия" сразу же заняли лидирующие позиции по очкам среди других команд.

Кроме Кулака в следующий этап попали еще четыре команды — на втором месте числились "Дети Веселого Роджера", затем «Иллизиум», "Поцелуй смерти" и "Ядерный апокалипсис".

Данные об убийствах, совершенных участниками соревнований, высветились на табло: Джею приписали две смерти — Тремоло и Ланселота, Соммерсу одну — Гедеона. Уверенности в том, что там кого-то убили, у Джея лично не было: может, Тремоло выбрался из шахты, Ланселот был еще жив, а Гедеона Соммерс просто оглушил.

Джей стоял в центре арены победителем и рассматривал толпу. Он не видел лиц, знал, что они довольны зрелищем, в их глазах он был героем, но сам он себя чувствовал противно.

В главной ложе Джей заметил Вивариуса а рядом с ним девушку — это была Селли. Что она думала сейчас? Может, радовалась, что остался жив, может, разглядывала новоиспеченного убийцу, Джей не знал наверняка. Ему было слишком плохо, чтобы думать о ком-то еще, он знал одно наверняка — тот Джей, которым он был раньше, пропал навсегда, и больше никогда не вернется.

— Эй, Таксист! — Окликнул Джея радостный Соммерс, — Мы лучшие! Мы всем им здесь покажем! Мы сделаем невозможное!

Джей сухо улыбнулся в ответ.

 

Глава 9. Электра, сотрудничество, философия и прочее.

И снова расхотелось всех их видеть. Может, так лучше? Но, почему? Джей чувствовал, что отдаляется от всех. Он уже не представлял себя в компании тех людей, он становился на них не похожим. Что-то в нем изменилось, но что именно, он никак не мог понять.

Например, Селли. Она отличная девушка, и еще буквально вчера он испытывал к ней нечто большее, чем просто дружбу, а сегодня она была для него женщиной, каких вокруг много, ну, может, чуть ближе.

Дядя Оззи. Раньше он был почти как старший брат. Он пытался объяснять кое-какие вещи так, как сам их понимал, но, никогда не брался учить. И раньше казалось то, что он говорил, правильно. Теперь, многое из этого Джей мог бы оспорить и доказать.

Джей понимал, что сейчас для него открывался новый мир, совсем другой, нежели тот, в котором он жил до этого. И в этом новом мире все было слишком сложно, до всего приходилось доходить опытным путем, учиться на чужих ошибках, не было времени.

Многие, казалось бы, естественные вещи, приобретали другую окраску. Они становились относительными. Если раньше Джей считал, что предательство сродни смертному греху, то теперь задавался вопросом: а если предать того, кто предал тебя — это будет считаться позором?

Или убийства. Раньше он и не подозревал, что сможет взять в руки оружие и стрелять в людей. Сегодня, если того требуют правила игры (всего лишь) он смог бы. Конечно, у него еще было много сомнений, но он знал наверняка, что прежний Джей уже никогда не вернется. Он взрослел над собой. И, хоть многие понятия для него изменились, все же смысла не утратили.

Наконец, самое главное, что его всерьез тревожило, то, что он начинал входить во вкус. Раньше он не одобрял таких вещей, как Арена, сегодня она становилась для него откровением. Он пробыл на Арене не так много времени, но она им завладевала. По началу он пытался сопротивляться, но постепенно оставил попытки и отдавался ей в распоряжение.

Первый раз, когда толпа аплодировала ему, он чувствовал себя невыносимо плохо. Казалось, кожа огрубела, иссохла и сдавливала душу. Хотелось вырваться наружу. Во второй раз все было проще — он сам по себе, толпа — тоже сама по себе. Первый раз ему казалось, что толпа смотрит на него, как на грязного убийцу. Джей ощущал себя как шлюха, ублажающая самые низменные потребности клиентов. Грязный убийца, но герой. Во второй раз он смотрел на толпу сверху вниз — он понимал что-то такое, что возвышало его над толпой.

Что это было? Может, тот самый новый мир, частью которого он становился? Никто из этой толпы не знает, что значит быть гладиатором, а он знал, пусть не все, но знал.

В первый раз ему казалось, что он навсегда запятнал свою душу кровью, во второй раз он знал, что очистил ее от предрассудков. Нет границ между плохим и хорошим.

В детстве, читая комиксы, он искренне верил, что хорошие парни, вроде Супермена — те самые парни, которые способны преобразить мир. Что зло порождает зло, что убийца не может быть хорошим человеком.

Общество породило слишком много шаблонов — примеров для подражания. Оно говорит, что каждый человек свободен и в тоже время отвергает тех, кто не подходит под стандарты. Оно диктует моду, создает героев и ставит условные границы между плохим и хорошим: сегодня хорошие могут убивать на Арене, завтра им разрешат убивать просто так. Это неправильно, но так есть и с этим можно только смириться.

Арена оказалась уменьшенной копией мира с шаблонами, сатирой, зеркалом, школой жизни, которую необходимо было пройти до конца. Пройти, чтобы никогда больше ни в чем не сомневаться. Джей знал теперь, что даже если у него будет возможность свернуть с этого пути, он пойдет дальше.

Погрузившись в волны философии, Джей доходил до самых ее глубин, и стакан виски, до которого он даже не дотронулся, тут был совсем не при чем, Джею откровенно не хотелось пить.

За соседний столик присела женщина и, Джей открыто покосился на нее, хотя мог этого и не делать. Ее черная кожаная куртка очень удачно сочеталась с короткой стрижкой, подчеркивала стройную фигуру, и, судя по всему, нисколько не стесняла движений.

Бросив на нее косой взгляд, Джей обратил внимание на ее физические недостатки: встроенный прямо в череп слуховой аппарат вместо левого уха и левая рука, затянутая в черную перчатку, по видимому, скрывающую повреждение кожи или что-то пострашнее. Джей посмотрел на женщину еще раз, но теперь она поймала его взгляд, и, он немного смущенно отвернулся, а в голове отпечаталась фраза: "Чего уставился, болван?". Наверное, это было бы справедливо, если бы она ответила ему на этот взгляд именно так, ведь он смотрел в первую очередь на искусственное ухо и перчатку. Где ж ей так досталось, бедняжке?

Джей всматриваясь в глубокое дно своего стакана, думал о ней: почему одна, может, кого-то ждет, стоит ли познакомиться поближе и зачем. Последняя мысль переключила Джея на поиски подходящего вопроса, а мысль о том, зачем ему это надо вселила неуверенности, и Джей еще раз взглянул на женщину в черной кожаной куртке. Та уже в упор смотрела на него и, демонстративно закатив глаза, взяла свой стакан, пересела за столик к Джею и сказала:

— Я могу тебе ответить на твои вопросы. Для начала ты мог бы спросить, как меня зовут, или сколько ты еще протянешь с мыслью о том, что тебе необходима женщина, пока не снимешь проститутку. Только не думай, что это намек с моей стороны.

Говоря все это, она подвинулась настолько близко, что Джей смог различить едва уловимый запах ее духов. Она посмотрела Джею прямо в глаза, томно облизала губы, потом на ее лице скользнула легкая улыбка, и она резко развернувшись, покинула бар. Теперь Джей точно знал, зачем ему захотелось с ней познакомиться: пожалуй, за всю его жизнь еще никто так прямо не говорил ему, чего он хочет. В голове Джея отчетливо стоял ее приятный голос, слишком приятный, слишком идеальный, от того слишком неестественный.

Он снова вертел в руках значок и думал, что делать, если удастся пройти Арену до конца: стоит ли дальше служить в полиции, или же остаться — на Арене слишком хорошо платили, это его соблазняло. Увидев сумму на его расчетном счету, который ему открыли в банке Арены, Деррек чуть с ума не сошел — за два сражения на Арене, он получил как за четыре года службы. С такими темпами он мог стать миллионером почти как по волшебству, если опустить подробности, о том, как ему достались эти деньги. С одной стороны богатство и достаток, с другой — риск не успеть всем этим воспользоваться. Как поступить с деньгами, которые у него уже были? Этим Деррек занимался весь день. Часть средств он перевел на счет своих родителей. Он довольно давно с ними не виделся: по правде сказать, тому виной стали натянутые отношения с отцом. Деррек записал голографическое письмо, в котором постарался настолько искренне, насколько у него это могло получиться, извиниться перед отцом, и пообещал вскоре навестить. Хотя, на это вряд ли стоило рассчитывать ему самому, и он это прекрасно понимал. Кроме этого он записал послание Соммерсу и Джею, в котором рассказал, кто он такой и как попал на Арену. На что он в этом случае надеялся, он не знал и сам, об этом он подумает позже. А пока Деррек просто нашел, чем занять день.

— Это было здорово, вы смогли удивить даже нас — завсегдатаев Арены, — сказала Лаура вместо приветствия, появившись незаметно и как всегда ровно во время. — Особенно, Райбак. Его считали малоперспективным игроком, многие из нас, кто делал ставки на его смерть, проиграли крупные суммы. Совершить два убийства в первом же сражении это нечто. Иногда удивляюсь, что Арена может делать с людьми.

— Он никого не убивал, — возразил Деррек, — все было совсем не так, поверь мне, я то знаю.

— Ладно, это не столь важно, на Арене иногда приукрашивают.

— К черту Арену. Кто ты такая? — спросил Деррек без особого расчета на то, что она ему ответит.

— Я Либерти, из команды "Солдаты Фортуны", разве не знаешь? — Уклончиво ответила Лаура.

— Знаю, только я не об этом сейчас говорю: кто ты на самом деле? Кто я такой — ты знаешь, а я не знаю, кто ты: тебе не кажется, что это слегка нечестно?

— Скажу, что не кажется: чем меньше знаешь, тем крепче спишь.

— Тогда чего тебе от меня нужно?

— Сотрудничества.

Как часто он слышал это слово, и как сильно оно ему осточертело. Посотрудничал уже и вот результат.

— Допустим, я соглашусь, что я должен буду делать? — Спросил Деррек, без особого интереса.

— Сначала согласись, — парировала Лаура.

— Ну, ты, хотя бы намекни, — не унимался Деррек.

— Скажи "да", — требовательно попросила Лаура.

Деррек поднялся и пошел прочь, он не любил, моменты, когда его более чем тонкий намеки не понимают, либо игнорируют вообще.

— Почему ты не хочешь? — Вдогонку спросила Лаура.

Деррек развернулся и ответил:

— Почему все умники, которые знают что-то, чего не знаю я, считают себя умнее меня? Ты хочешь втянуть меня во что-то сомнительное, и не говоришь ни слова, ни о себе, ни о том, во что именно мне придется играться. Ты не доверяешь мне и показываешь это открыто. Лично мне это кажется бессмыслицей. Я не хочу вешать на себя бремя еще одного обязательства, я устал и хочу разобраться в своих личных проблемах. Прости уж, но мне не до вас.

— А если я расскажу тебе? — Спросила Лаура, и Деррек почему-то остался.

Вернувшись в гостиницу, Джей в дверях столкнулся с той женщиной в кожанке.

— Сколько же я протяну без проститутки? — С ходу спросил Джей, но в ответ получил лишь холодный взгляд и "Посторонись, болван" слишком неестественно красивым голосом.

Джей посмотрел ей в след и покачал головой. Он снова поймал себя на мысли, что голос как-то странно звучит, и в этот момент у него в голове загорелась лампочка: она ни разу не открыла рта, чтобы произнести эти слова, но он ее слышал! Она читала его мысли, и телепатически общалась с ним!

— Что, приятель, засмотрелся? Будь с ней осторожнее, — предупредил Джея внезапно подошедший незнакомец в солнцезащитных очках, скуластый с коротким ежиком. Про таких говорят: гора мускулов.

— Я вас знаю, вы Молот, верно? Команда "Солдаты Фортуны".

Гора мускулов улыбнулась и протянула руку для знакомства:

— Уэйн Смитт, это Скарго, — Смит указал на высокого пришельца, подошедшего вслед за ним.

Раньше Джей никогда не видел пришельцев так близко. Скарго был похож на людей, его выдавало телосложение: руки, короче, чем должны быть у людей, уши посажены слишком низко и неестественно узкий подбородок.

Скарго кивнул Джею в знак приветствия и проследовал дальше своей дорогой.

— Он немногословен и слепо верит в дружбу. Среди людей вряд ли найдется напарник, более надежный, чем он, — объяснил Смитт. — Ты один из лидеров этого турнира, на тебя много ставят, мало, кто может похвалиться таким доверием. Я по опыту знаю, как по своему, так и по чужому, к чему такие вещи приводят. Можно либо очень низко упасть, либо высоко подняться. Если придется комплектовать новые команды, я бы хотел видеть тебя в своей.

— Но, ваша команда укомплектована.

— Скоро и нам предстоит сражаться, посмотрим, что тогда будет. Ну, бывай, Таксист.

— Постой, ты не сказал, почему она опасна.

Уэйн улыбнулся:

— Ее зовут Электра Сканиа. Она гладиатор Высшей лиги из команды "Спектр света". Она жестока на Арене — убивает, словно развлекается. Никто ничего про нее не знает, она особо ни с кем не общается, кроме своей партнерши по команде. В общем, сам черт не знает, что за ветры в голове этой девки. Темная лошадка. Говорят, она может читать мысли. А ты, если думаешь, что понравился ей… ну, смотри сам. Бывай, Таксист.

С этим они разошлись, Джей направился в номер. Что ж, раз говорят, значит не спроста.

В номере Джей застал Соммерса, который что-то мастерил. Он разложил на столе кучу разных приборов, некоторые были в разобранном виде. В данный момент Рыжий возился со своим передатчиком, пытаясь что-то в него встроить.

— Совершенствуешь амуницию? — С ходу задал вопрос Джей.

— Да, — ответил Соммерс, — это что-то вроде хобби, к тому же, полезно для дела, — Рыжий не отрываясь, скрупулезно продолжал копаться в мельчайших деталях.

Джей не стал допытываться, что именно так кропотливо мастерил напарник, он обратил внимание на груду глянцевых журналов, разложенных на диване.

— Почитай, свежий номер, там про нас такие вещи пишут. И где-то программа на следующие сражения.

Джей пробежал глазами программу наискосок. Боле всего его волновало, где и с кем им предстоит сражаться. Очередными соперниками оказалась довольно страшная на вид и опасная команда под названием «Оборотни». В составе команды числились три представителя вида Homo Sapiens, все трое с отдаленных земных колоний. Все трое на две головы выше Джея, выступают в жутких металлических масках волков, со светящимися желтыми глазами. Вожак стаи, он же капитан команды колонист по имени Галин носил отколотую с одного бока маску, так, что половина лица не была защищена и от того казалась еще страшнее. Волки отдавали предпочтение холодному оружию: ножи, кастеты, тесаки, но и были неплохо вооружены огнестрельным оружием. Галин гордо держал на плече огромный карборасщипитель с термическими ракетами. На счету Галина числились две жертвы, которым он вырвал сердце голой рукой. Поговаривали, что он съел сердца убитых. По легенде, оборотни съедают сердечную мышцу своих жертв, таким образом, Галин вселял страх в своих соперников, а может, снова постарались сказочники с Арены. Как знать, но соперник был и впрямь серьезный.

Джей вздохнул: "Как же нам дико везет на врагов". Джей вспомнил, что в их арсенале стало на один бластер меньше. Осталась шок-винтовка и Джею нужно будет использовать ее в предстоящем сражении. Он отбросил в сторону кипу журналов, и отправился в душ, а оттуда в тир на всю ночь — осваивать шокер.

Мысли его сейчас были заняты только предстоящим сражением, которое должно было состояться здесь на острове, в зоне, под названием Город мертвых. До него оставалось чуть больше суток.

 

Глава 10. Ночь оборотня. Остановившееся время города мертвых.

Джей испытал неподдельный шок, увидев воочию команду противника.

Толпа ревела, оглушая своими криками. Оборотни в полном составе медленно выходили на площадку арены, их глаза зловеще горели в полумраке, создавая впечатление, что они вовсе не люди, а настоящие монстры.

Галин вплотную приблизился к Джею, стоящему ближе всех остальных к команде монстров, и наклонился, так как был выше последнего на две-три головы.

Джей заглянул прямо в глаза Оборотню: один желтый и словно мертвый, второй — черный: в нем Джей увидел свое отражение.

— Я вырву твое сердце и сожру его! — Прорычал Галин.

— Подавишься, урод. — Почти вежливо проговорил Джей в ответ. Монстр растянул губы в улыбку.

Сражение в Городе Мертвых обещало быть одним из самых ярких и запоминающихся на турнире, а Оборотней боялись не только новоиспеченные команды. Ходили слухи, что даже закаленные в боях гладиаторы Арены не хотели бы встретиться в поединке с ними.

Предстоящий поединок философско-зловеще окрестили "Остановившееся время города Мертвых". Цель его заключалась в том, чтобы запустить часы на городской башне, а сделать это можно было только одним способом — ввести в компьютер команду, записанную на микрочипе, который еще предстояло отыскать. После того, как часы запущены игроком одной из команд, убийство прекращает быть законным, а проигравшая команда выбывает из состязаний.

И снова игроков раскидало по разным удаленным друг от друга точкам.

Оказавшись на месте, Джей первым делом включил пеленгатор, чтобы было легче найти микрочип с командой запуска часов. Чип помещен в контейнер с радиомаяком, испускающим сигнал. Джей сильно удивился, когда на дисплее пеленгатора появились сразу целых десять импульсных точек вместо одной, как предполагалось вначале.

Организаторы решили, что так будет интереснее — девять целей ложные, но чтобы вычислить нужный микрочип, надо добраться до всех целей. На связь вышли Деррек и Соммерс, они тоже были приятно удивлены.

Для простоты, "Кулак Правосудия" разделили себе цели по одной на человека ближайшие к точкам переброски.

Джей отключил свой передатчик и выбрался на улицу. По местному времени было около девяти вечера. Небо, затянутое густыми облаками, низко висело над Городом Мертвых, грозя обрушиться ливневым дождем с громом и молниями. В воздухе откровенно пахло сыростью, и все вокруг дышало непреодолимым желанием разрушать и убивать. Главная городская башня возвышалась в центре города, чем-то похожая на высокую острую скалу. Циферблат часов слегка отражал далекий свет огней Вивариус-сити, где сейчас на огромных экранах толпы фанатов Арены наблюдали за ходом поединка.

На экране пеленгатора сам Джей отражался красным треугольничком, цели — пульсирующими точками. До первой цели оставалось недолго. Джей приблизился, пеленгатор указывал, что сигнал находится где-то внутри массивного деревянного здания — имитация салуна — место, где когда-то давно собирались для того, чтобы выпить и отдохнуть, а также развлечься с платными девочками.

Двери представляли собой две створки, расположенные на высоте груди. Они абсолютно не загораживали вход — вероятно и тогда, в те времена, они носили чисто символическое значение.

Джей аккуратно раздвинул их дулом своего шокера. Он даже сквозь прорезиненную броню ощущал холод помещения, словно игрушкой в руках ему казалась шок-винтовка, он ей не доверял. Гораздо большее уважение он испытывал к автомату, удобно закрепленному за спиной на обыкновенном ремне. Джею хотелось сменить оружие, но что-то подсказывало ему, что еще не время использовать автомат. На этот раз Джей сильно проигрывал противнику в вооружении — даже ракетница Соммерса смотрелась смешно в сравнении в карборасщипителем Галина, да и остальные оборотни были вооружены гораздо лучше, чем "Кулак правосудия".

Джей осмотрелся — среднего размера помещение, сцена, бар, столы, стулья, лестница, ведущая на второй этаж.

Источник сигнала находился где-то там, наверху. Таксист, ориентируясь на показания пеленгатора, стал подниматься на второй этаж. Половицы жутко скрипели под тяжестью его шагов, как и каждая ступенька на лестнице. Он очутился в длинном коридоре — слева и справа двери — номера гостиницы. Источник сигнала находился за одной из этих дверей. Джей решил не задерживаться больше надолго в этом здании. Он без ошибки определил дверь, выбил ее ногой. Сигнал стал максимально отчетлив. Джей обыскал комнату и нашел контейнер, на котором горела красная лампочка-индикатор, означающая, что радиомаячек включен.

Джей отключил его и посмотрел на монитор пеленгатора, целей стало девять, значит, до остальных еще никто не добрался. Вскрыв контейнер, Джей улыбнулся — микрочип был на месте, но что-то слишком легко все получалось, Таксисту это не нравилось. Задача теперь усложнялась тем, что придется искать все микрочипы, и лишь один из них нужный. Какие-то достанутся команде почти даром, но будут и те, за которые придется драться, так что без крови не обойтись. Джей нахмурился, отступать некуда — как всегда.

Припрятав микрочип во внутреннем кармане жилета, Джей вышел на связь с командой. Все трое сошлись во мнении, что достать микрочип будет не легко, время поединка не ограничивалось, значит, его с лихвой хватит, чтобы умереть.

Еще у Джея возникло предположение, что даже если Оборотни найдут нужный микрочип, не запустят часы, пока не перебьют всю команду Соммерса, ведь Галин обещал Джею вырвать сердце, и Джей не сомневался, что этот псих попытается сдержать данное слово. Правда, это обстоятельство давало призрачную надежду на победу — шанс отвоевать чип, все же был, и беспокоиться на счет досрочного окончания поединка не стоило. Единственно верным решением можно было считать только одно — перебить всех Оборотней. Эта мысль ожесточила Джея и придала ему уверенности.

Думая обо всем этом на автомате, Джей приближался ко второй выбранной им цели. Взглянув на монитор пеленгатора, он заметил, что исчезла еще одна цель. Джей сразу же вышел на связь со своими — ни Соммерс, ни Деррек не подтвердили, что микрочип у них, значит, им завладели Оборотни.

Охота за чипами была в самом разгаре, напряжение росло, момент, когда противники столкнутся нос к носу в смертельной схватке за микрочип, неумолимо приближался.

Исчез еще один сигнал, на этот раз Деррек забрал микрочип. При других обстоятельствах можно было бы попробовать схитрить — не отключать маячки, чтобы ввести противника в заблуждение и заставить бегать за целями, где микрочипов уже нет. Но, такая мысль наверняка пришла в голову всем шестерым, а организаторы решили не тянуть время и не дали воплотить столь блестящую идею в жизнь — чтобы вынуть микрочип из контейнера, необходимо отключить маячек, но потом его уже нельзя включить.

Итак, счет два — один в пользу "Кулака правосудия". Пока…

Джей приближался ко второй цели. На сей раз, она находилась в здании, похожем на загон для лошадей. Джей осмотрелся и подошел к воротам — массивная деревянная дверь примерно метра два высотой запиралась на обычный механический замок с ключом. Так как ключа у Джея не было, замок он открыл простым движением приклада винтовки. Примитивный запирающий механизм поддался, и упал на землю, ворота плавно и бесшумно открылись.

Ангар. По центру дорожка на всю длину, слева и справа стойла, лошадей, разумеется, нет.

Пеленгатор показывал, что сигнал находится где-то у противоположной стены ангара. Джей направился туда, держа наизготовку шок-ружье.

Красную лампочку контейнера не заметить было просто невозможно — он спокойно лежал возле стены. То, что это ловушка, Джей почувствовал кожей.

Один из Оборотней где-то прятался и наблюдал. Все внутри Джея сжалось в комок, нервы напряглись до предела, Таксист болью ощущал на себе ледяной взгляд жутких желтых глаз, но где здесь можно спрятаться?

Конструкция строения проста: ряд массивных столбов по периметру, обитых досками, а сверху через каждую пару столбов, располагающихся друг напротив друга, перекинута балка, к ней крепятся стропила, образующие каркас крыши.

Он наверху! — догадался Джей, но не подал виду, что раскусил противника. В этот момент в голове Джея стали лихорадочно перебираться мысли о том, как выкарабкаться из этой ситуации.

Джей сообразил, что сейчас ему не выстоять против оборотня в настолько тесном помещении. У противника бластерный автомат, плотность огня которого слишком высока. Рассчитывать на малейший шанс, что он промахнется, не приходилось — малейшее движение и сразу труп. Выход здесь только один, но добежать до него тоже не удастся. В столь сложной ситуации Джею пришла в голову только одна рациональная мысль — бежать через второй выход, который еще предстояло сделать самому.

Джей присел на корточки возле контейнера и принялся его одной рукой открывать, второй рукой он незаметно вытащил из кармана куртки малую плазменную гранату, такие применяет полиция во время штурмовых операций. На осколки она не разлетается, а разбрызгивает активное вещество, выжигающее все, на что попадает в считанные секунды — идеально для того, чтобы продырявить в деревянной стене проход радиусом метра два-три.

Одной рукой Джей достал из контейнера микрочип, выключив маячек, второй рукой набрал на таймере десять секунд до взрыва.

Убрав маячек в карман на брюках, Джей перехватился удобнее за свой шокер и приготовился сделать резкий выстрел с разворота — Джей знал, что Оборотень сейчас смотрит прямо на него сверху, нацелив бластер, надеясь, что как бы ничего не подозревающий Джей развернется к выходу, чтобы получить пулю прямо в лоб.

Джей запустил таймер и бросил гранату в угол ближайшего стойла, резко развернулся и произвел выстрел по противнику, который пристроился на одной из потолочных перекладин.

Оборотень не ожидал такого исхода и не успел выстрелить, а, только, закричав, попытался заслониться руками от выстрела Джея и рухнул с громким треском вниз.

Сработала граната, выход получился что надо, вел прямо на широкую улицу перед ангаром. Джей поспешил выбраться наружу, решив, не проверять, жив ли противник. Ввязываться в драку Джей сейчас не спешил — всему свое время, побег давал ему в этой ситуации преимущество: он мог занять удобную позицию для стрельбы.

Перебежав через улицу, Джей нашел укромное местечко, где можно было надежно укрыться, и откуда просматривались оба выхода из ангара — тот, через который Джей зашел, и тот, что самостоятельно проделал в стене.

Джей посмотрел на экран пеленгатора: шесть маяков были отключены, оставалось четыре. Три из них принадлежали Кулаку, один — Оборотням, о судьбе еще двух Джей решил узнать, связавшись с Соммерсом. Капитан сказал, что один у него, второй у противника.

Джей вкратце описал свое положение и примерный план действий. Можно было рискнуть и все же проверить: жив ли Оборотень либо мертв. Если да, то можно завладеть его оружием, если же нет, то это чревато схваткой, в которой было куда больше шансов проиграть, чем выстоять победителем. Мог ли Джей пойти на такой риск? Его терзали сомнения. После краткого раздумья Джей все же решил продолжить охоту за чипами, он отправился к следующему ближайшему маяку. Соммерс в это время подбирался ко второму из оставшихся, Деррек к третьему.

Клык, который только что неудачно упал с крыши и вывернул руку едва не сломав, бежал по улицам Мертвого города с одним только желанием — отыскать подонка Таксиста и порвать его на куски.

Надо же было так облажаться! Нужно было сразу вытащить этот чертов чип из контейнера, а теперь он достался противнику. Этот прокол сильно ударил по самолюбию Клыка, который до этого считал себя высококлассным профессионалом по части устройства засад. Он был вне себя от злости и досады. На связь вышел капитан Галин, узнать, как обстоять дела. Клык пояснил ситуацию. Он сейчас направлялся к следующему маяку. Оборотни владели только двумя микрочипами: один у Галина и второй у Цербера.

Игра становилась все напряженнее азарт, пробрал до мозга костей всех без исключения игроков. До финальной развязки было еще далеко, а нервы уже натянуты до предела.

Следующая цель Джея находилась в недрах огромного циркового шатра.

— Этого еще не хватало, — выругался шепотом Джей. Он осматривал в бинокль окрестности. В пределах видимости никого не было, тепловой датчик не фиксировал крупных живых объектов поблизости: дорога свободна.

Убрав бинокль, Джей приготовился пересечь улицу, как заметил два желтых огонька, приближающихся с северной стороны улицы. Значит, один из противников тоже выбрал цель под шатром цирка. Теперь от сражения никуда не денешься, отдавать врагу чип нельзя!

Пока огоньки приближались, Джей разработал план действий. Он залез на крышу какого-то сарайчика, так, чтобы видеть противника на открытой позиции и поразить одним прицельным выстрелом. Вся проблема заключалась в том, что винтовка Джея не была оборудована каким-либо прицелом, кроме, конечно, собственных глаз владельца, так, что пришлось полностью положиться на них, а фосфорицирующие огоньки на маске оборотня вполне годились в качестве ориентира.

Джей прицелился по центру и чуть ниже, там, где должна была быть шея, и произвел выстрел. Огоньки пропали. В инфракрасном диапазоне через бинокль Джей увидел следующую картину: противник лежал на земле, рядом — его оружие.

Теперь Джей спустился с крыши и приближался к тому месту, где лежал поверженный противник. Он старался ни на минуту не выпускать врага из поля зрения, но в какой-то момент пришлось это сделать, когда Джей выбирался из под горки. Выбравшись, Джей заметил, что оборотень исчез вместе с оружием. Проклятье! Теперь он где-то затаился. Джей лихорадочно озирался по сторонам, но никого вокруг не было. Джею показалось, что оборотень спрыгнул откуда-то сверху, он всей своей немалой массой навалился на Джея.

— Вот мы снова и встретились! — Прорычал Клык.

Джей выронил шокер, когда Клык сбил его с ног, и теперь валялся на земле, перед глазами маячили разноцветные круги и пара желтых лампочек.

Клык победно вышагивал над Джеем, распластавшимся на земле. Он отбросил в сторону свое оружие и сжал кулаки — с полголовы Джея каждый!

— Вставай! Сразимся один на один без оружия! Я порву тебя голыми руками, щенок паршивый! — Рычал Клык, не унимаясь.

Джей поднялся на ноги, что лежа на земле он задирал голову, чтобы посмотреть в лицо противнику, что стоя на ногах: Клык был слишком высок для Джея, и, конечно, в рукопашной Джею вряд ли светило победить его.

— Не переживай! Я не псих, как Галин, не стану тебе сердце руками выдирать, просто убью! — Клык громко рассмеялся, затем резко разбежался и ударил Джея плечом в грудь. Джея отнесло назад, он снова завалился на спину. Он попытался подняться на ноги, но получил неслабый удар под ребра. Клык разбежался и вновь отфутболил Джея ногой, тот, пролетев в воздухе по баллистической траектории, оказался на земле в третий раз. От перелома ребер Джея спасли только прорезиненные доспехи.

Основательно побитый Джей, путая в голове мысли, пришел к выводу, что если срочно что-либо не предпринять, то этот поединок станет для него последним.

Когда Джей снова поднимался на ноги, заметил на земле блестящий предмет. Это был один из ножей Клыка. Вероятно, когда Джей его подстрелил, нож выпал. Тогда он сделал вид, что ему трудно подняться и в этот момент незаметно для противника взял в руку во время появившееся холодное оружие, а Клык повелся на этот трюк. Оборотень снова разбежался, чтобы нанести очередной удар, но Джей, собрав все силы, неожиданно резко ушел в сторону от удара и воткнул нож в живот Клыку, туда, где доспехи имели сочленение для сгиба, холодная сталь вошла в тело по самую ручку. Клык взревел от боли и повалился на землю, а Джей, не теряя времени, поднял с земли бластер противника и когда тот, вытащив нож из тела, приготовился всадить его в Джея, с громким криком расстрелял врага, не дав осуществить свою ужасную месть.

То, что осталось от Клыка после этого, нельзя было назвать даже мертвым телом — это был кисель из плоти, костей и резины, обильно приправленный кровью. Джей, тяжело дыша, отбросил бластер в сторону, и, стараясь не смотреть на кровавый кисель, побрел за своим шокером. Он нашел оружие и пеленгатор там, где Клык напал на него в первый раз. Он проверил наличие микрочипов в кармане на брюках, те были на месте. Третий находился где-то под цирковым шатром.

Деррек пытался выйти на связь с Джеем довольно долгое время, но не получалось, могло случиться что угодно, даже самое страшное, однако, Деррек надеялся на то, что просто вышел из строя переговорник.

У Деррека уже были два микрочипа, которые ему достались без боя. Он носился по городу, отыскивая их по сигналам радиомаяков в самых нелепых местах. Первый он откопал из стога сена в каком-то сарае, второй нашел на колокольне церкви.

Деррек посмотрел на монитор пеленгатора — устройство регистрировало только один сигнал, значит, остался ненайденным только один микрочип. Соммерс сказал, что у него два микрочипа, значит, если не считать оставшийся ненайденным, из общего количества чипов, еще один может быть у Джея, либо у противника: Деррек надеялся на первое.

Пробегая мимо циркового шатра, Соммерс заметил изуродованное тело Оборотня, рядом лежала маска: глаза зловеще фосфорицировали желтым цветом, чуть дальше автомат с пустым магазином из которого, как догадался Соммерс, и был застрелен противник. А еще чуть поодаль Соммерс нашел автоматическую винтовку Джея и его же переговорник, раздавленный в лепешку. Соммерс связался с Дерреком и ввел его в курс дела по этому поводу. Складывалась неплохая ситуация: Джей жив, с тремя микрочипами, один из Оборотней мертв. По-прежнему главное сражение оставалось впереди. Пеленгатор более не принимал сигналов — охота на чипы завершена. Оставалось только одно — бежать к башне, там все скоро должно было завершиться.

Вблизи башня часовни казалась гранитной, но, как и весь город, была сделана из досок.

Джей при себе имел только шокер, он хромал, на лице, вероятно, были синяки и ссадины, ребра ныли так сильно, что их, пожалуй, можно было и сосчитать, ориентируясь только лишь по болевым ощущениям. Он не знал наверняка, есть ли кто в башне, может, он первым пришел сюда, не знал, где сейчас Соммерс и Деррек, и все ли с ними в порядке. Ждать своих не было времени, и Джей направился прямо к входной двери в башню.

Соммерс оказался возле башни в одно и тоже время с Дерреком, все же у них работала связь.

Довольно высокая башня казалась неприступной, а внутри устроена в виде лабиринтов — еще один маленький сюрприз. Здесь можно было надежно схорониться в сотне мест, и Соммерс кожей чувствовал, что Оборотни уже где-то спрятались и выжидают момент, чтобы нанести удар. Они с Дерреком разделились и стали медленно пробираться к лифту, ведущему наверх в часовню.

Коридоры лифта походили друг на друга как две капли воды. По началу Деррек решил, что ходит кругами, но когда, наконец, забрел в тупик, его подозрения окончательно рассеялись. Он выругался про себя и повернулся назад.

Оборотень поджидал его на выходе из тупика, и, не сразу сообразившему Дерреку, нанес удар прикладом по голове. В последний момент Деррек все же успел уклониться, так что задело его вскользь, однако, запутавшись в ногах, тот повалился на пол. Молниеносная реакция поставила Деррека на ноги, и он увернулся от очередной попытки ударить все туда же в голову, и нанес противнику не менее слабый удар в живот.

Прорезиненные доспехи Цербера оказались слишком крепки для того, чтобы прикладом бластера, нанести ощутимый урон. Оборотень перехватил руку Деррека в очередном замахе и вывернул, бластер выпал, а Цербер поспешил отшвырнуть оружие ногой подальше. В этот момент Деррек изловчился и поднял противника над землей, но не удержал и вместе с ним повалился на пол. Оба принялись душить друг друга, катаясь по полу. Маска Цербера не позволяла как следует обхватить шею и Деррек, скорее, просто слегка сдавливал ее с боков, зато Цербер очень удачно одной рукой зажал горло Дерреку, а второй пытался освободиться от захвата последнего и вскоре, Деррек сдал позиции. Цербер отбросил его в сторону и попытался подняться, но, не удалось: Деррек навалился сзади, и теперь уже более удачно сцепив руки в замок, с новой силой принялся душить противника.

Теперь уже маска мешала Церберу, он не мог добраться до рук Деррека, чтобы их расцепить, он начал брыкаться и рычать, насколько ему позволяло его охрипшее горло. Он смог вырваться из захвата, но поник на колени, придерживаясь о стену, перед глазами плыли круги, от нехватки воздуха он тяжело дышал. В это время Деррек поднял свой бластер и нанес сокрушительный удар по затылку — Цербер крякнул, снова повалился на пол, а Деррека обуяла невероятная жестокость к врагу, и он принялся со всей силы наносить удары прикладом, попадая то по голове, то по спине. Наконец, приступ жестокости прошел, Деррек понял, что противник мертв. Он глубоко вдохнул, проверил пульс, не было. Бегло осмотрел тело врага, похоже, в порыве ярости, он умудрился сломать черепную коробку. Приходя в себя, Деррек не мог поверить, что только что почти голыми руками убил человека — это было для него впервые, но времени на то, чтобы обдумывать ощущения не было. Деррек обыскал тело Цербера, но чипов не нашел, значит, они все у капитана оборотней — Галина. Деррек подобрал трофейный бластер Цербера и со всех ног помчался искать лифт.

Лифт поднимался, как назло, долго, и Соммерсу казалось, что он сейчас вот-вот оторвется и полетит вниз. Он держал свой ракетомет наготове, хотя, стрелять снова было нельзя, теперь ракета могла повредить компьютер и тогда часы не запустить. Он выругался вслух и приготовился к худшему.

Двери лифта медленно разъехались в стороны, и Соммерс оказался в длинном узком коридоре. Впереди располагалась дверь: она то и вела в часовню.

Соммерс в два прыжка преодолел расстояние, разделяющее его и дверь, но, не успел даже открыть ее — Галин с громким криком набросился на него сзади — он прятался в шахте на крыше лифта, выбил ракетомет Соммерса и принялся наносить удары в лицо.

Учитывая то, что кулаки Галина как раз с голову Соммерса, то удары ими по голове можно было сравнить с ударами кувалдой. Несмотря на то, что Соммерс был не из самых слабых, все равно потерял сознание. Он бы вполне мог ответить Галину, но на стороне оборотня на руку сыграл элемент неожиданности, и он им сполна воспользовался.

Галин не стал терять время на убийство беззащитного противника, а обыскал Соммерса и завладел двумя его микрочипами — пять из десяти — неплохой шанс, подумал Галин и, собрался, не спеша, в часовню, однако, двери лифта открылись, и появился Деррек с двумя бластерами.

Какое-то время оба смотрели друг другу в глаза, Деррек чуть позже понял, что враг безоружен и начал стрельбу, когда тот уже с разбегу выбил дверь и оказался в часовне. Деррек, не долго думая, перепрыгнул через Соммерса и погнался за Галином.

В часовне у Галина наготове был его карборасщипитель один выстрел и от Деррека не осталось бы и мокрого места, но тот вовремя успел расстрелять пушку Галина, испортив ее, чудом не задев термические ракеты на пусковых рельсах карборасщипителя.

Галин взревел и бросился на Деррека с ножом, а тот не успел перенацелиться и в итоге, его бластеры оказались на полу. Сам Деррек получил сильнейший удар коленом в грудь, и его отнесло к стене.

Не успев опомниться, Деррек почувствовал, как горло сдавило, словно клещами, пол ушел из под ног, он понял, что его подняли в воздух.

Деррек отчаянно пытался расцепить руки Галина, сдавившие его горло, но силы покинули его, он почувствовал, что задыхается. Судорожно глотая воздух и, одновременно пытаясь сопротивляться, Деррек терял сознание, воздух не поступал в легкие. Еще немного и все могло закончиться плачевно, но Деррек, вдруг, почувствовал, что горло свободно, а сам он лежит на полу, хотел встать, но, не получилось — силы совсем покинули его, сознание провалилось в темноту.

Джей, увидев, как Галин душит Деррека, со всех сил ударил монстра в висок — маски на нем не было. Оборотень взревел, повалился на пол, а Джей набросился сзади и сдавил шею врага дулом шокера, для опоры, уперев колено в спину.

Джей и так был ослаблен в схватке с клыком, а Галин оказался для Джея слишком силен. Он перекинул последнего через себя. Они оба теперь вцепились в шокер, но, уже Галин душил Джея со всех своих немалых сил.

— Ну, вот, щенок! Ты и дожил до своей смерти, хорошенько меня запомни! Я — твой палач! — Ревел Галин, продолжая напирать.

Джей напрягся до предела, но сопротивляться оборотню уже не было сил, тогда, изловчившись, Джей упер ноги в живот противнику и смог его оттолкнуть от себя. Тот повалился на спину и ударился головой об стол.

Джей быстро, как только смог, поднялся на ноги и ударил Галина шокером в лоб, оружие выпало, а Джей, схватив первое, что попалось под руку, а именно, — металлический стул, принялся остервенело дубасить им оборотня, нанося удары в лицо.

Вскоре ему пришлось остановиться, стул выпал из рук, они устали от перенапряжения и выронили безобидную вещь, превратившуюся в смертельное оружие. Галин был мертв.

— Собаке — собачья смерть! — Сквозь зубы проговорил Джей и обыскал оборотня — все микрочипы теперь были у Джея, если не считать тех двух, что остались у Деррека. Джей помог напарнику подняться на ноги, глаза его были полузакрыты, он еле двигался и не мог говорить. Джей усадил его возле стены, проверил как Соммерс — тот все еще лежал без сознания, но был жив.

Джей подошел к компьютеру и начал по очереди загонять микрочипы пока не нашел нужный. Компьютер бесстрастным голосом запросил подтверждения ввода программы. Джей заорал от злости и ударил кулаком по сенсорной панели ввода — часы на городской башне возвестили о финале поединка.

Джей прислонился к холодной стене и скатился вниз — он дико устал, он не чувствовал на себе живого места и с трудом верил, что остался жив.

Когда они выбирались из города, на выходе их встретила толпа ликующих фанатов. Джей и Деррек тащили на себе Соммерса. Все вокруг смешалось в кашу — шум толпы, яркое утреннее солнце, земля под ногами, собственное дыхание и громкий бой часов на башне, салютующий их первую, по-настоящему трудную победу.

 

Глава 11. Становление легенды.

В этот раз в баре, куда обычно приходил Джей пропустить пару стаканчиков после сражений, было много народу — в общей массе — гладиаторы. Некоторых он знал в лицо, некоторых видел впервые. Когда Джей вошел, все взгляды остановились на нем, и шум поутих на какое-то время.

— За блистательную победу Таксиста! — Поднял тост один из сидящих в баре. Он поднял стакан виски и осушил его одним залпом. Кое-кто поддержал и они сделали тоже самое, Джей, слегка улыбнулся в ответ. Эта ситуация его смутила. Он подошел к стойке бара и заказал себе выпивку, бармен уже знал Джея и заранее приготовил ему заказ.

— Это действительно было блистательно. Ты совершил почти невозможное, Таксист.

— Спасибо, Сэмюэль, — ответил ему Джей, — я думаю, что мне просто повезло. Эти ребята вряд ли были мне по силам, просто… — Джей замялся, не в силах описать то, что он испытал во время этого поединка.

— Ненависть и осознание того, что он слаб. Это придает силы. — Подсказал Сэмюэль. — Я ведь когда-то тоже был гладиатором, мне все это знакомо, — сказал он, сосредоточенно протирая белым полотенцем безупречно чистый стакан.

Джей сделал глоток янтарной жидкости и уставился на бармена, словно ребенок на мать, рассказывающую сказку.

— Ты прошел турнир до конца? — Спросил Джей.

— Нет, усмехнулся Сэм, — я дошел до сражений в Высшей Лиге, и наша команда проиграла. Я чудом остался жив. Тогда мой бой был лимитирован по времени, оно поджимало, вот, видимо, со мной и не стали возиться.

— Давно это было? — Спросил Джей, чтобы поддержать разговор, тем более было видно, что Сэм не прочь похвастаться своими боевыми подвигами.

— В те времена, когда Арена только становилась популярной. Так что я, в каком-то смысле динозавр. Сэм, наконец, вытер свой стакан и поставил на стол, налил немного виски и тоже поднял тост:

— За лучшее! — Он профессионально осушил стакан и спрятал его где-то под стойкой.

— А что есть лучшее? — Спросил Джей, не разделив с барменом его тост.

— За то время, что я пробыл на Арене, я понял, что нет ничего лучше спокойной жизни, и решил открыть этот бар. У меня посетителей всегда хватает, мне нравиться такая жизнь и другой я не хочу. Арена как наркотик. Она дает славу, деньги, но отнимает за это жизнь. Важно знать, когда остановиться, везение однажды прекратится и тогда все. Многие на этом погорели.

Джей понял слова Сэма, он хотел предостеречь от глупой и бессмысленной смерти. Он, вздохнув, ответил:

— Да я бы рад бежать отсюда подальше. И слава эта мне не нужна, и деньги тоже, просто, мне нужна победа.

Сэм задумался о чем-то, вряд ли он понял слова Джея. В конце концов — каждому свое.

Джей задумался над своими словами. Договор есть договор, и он его подписал. Хоть это и звучало глупо, но совесть ему запрещала останавливаться или искать отговорки. Он знал, что назад дороги нет.

— Эй, Таксист! — Услышал он знакомый голос и обернулся.

Селли улыбнулась и присела рядом. Джей выдал в ответ что-то вроде улыбки и даже попытался пошутить:

— Ищу истину на дне стакана, а ты, какими судьбами?

— Да я вот… Представила себе: как мы с тобой в дорогом отеле в ванной. Я такая вся… — Селли взмахом руки показала, какая он вся. — Там еще куча других женщин, они все тебя хотят, но увидев меня, ты сразу их всех выгнал и… — Дальше у нее не получилось договорить, они оба начали громко смеяться, Джей чуть не упал со стула.

Отсмеявшись, он вспомнил:

— Ты чего-нибудь хочешь? У меня теперь денег полно. С роду столько не видел, прямо, не знаю, куда их девать.

— Я дам тебе номер моего счета, перечисляй туда. — Пошутила Селли. — Почему не приходишь?

Джей уставился на свой стакан, он в раз забыл, что только что смеялся и над чем. Он не нашелся, что ответить.

— Дядя сказал, что это из-за меня? — Она вопросительно уставилась.

В общем, он был не так уж и далек от истины, но, причина крылась, все же, в другом, в чем именно: Джей не мог толком понять.

— Понимаешь, что-то изменилось во мне, я хочу понять что именно. Для этого мне нужно быть одному сейчас. Это как ответственное дело что ли. Его выполняешь, и надо, чтобы не мешали.

— Разве я мешаю тебе? — Тихо спросила Селли.

— Нет, Сел, ты не поняла… — Он хотел сказать совсем другое. И начал оправдываться. — Я не знаю, как тебе это объяснить.

Селли улыбнулась, она все понимала.

— Знаю, я не могу тебе мешать, я же твоя муза, или как ты тогда говорил… — Она прищурила один глаз, наморщила лоб: — Муза, Солнышко, Девочка…

Джей снова рассмеялся, а Селли, ударив его дружески по плечу, с ироничной обидой произнесла:

— Не смейся, так все и было.

— Помню, Сел. Но, вообще-то, я многих женщин так называл… — После этих слов он получил очередной дружеский удар по плечу, снова оба залились веселым смехом, Сэм тоже улыбался от уха до уха, протирая стаканы в сторонке от этой веселой парочки.

Так действительно когда-то было, но сейчас они оба понимали, что все изменилось давно и бесповоротно. Потом, чуть посидев в полном молчании, Селли ушла. Она попрощалась и помахала рукой, улыбнулась и исчезла в дверях бара. Джей еще какое-то время смотрел ей в след, он подумал о том, что, наверное, настоящая крепкая дружба с ней, это лучшее, что могло с ним случиться в этой жизни. Селли очень умная женщина, она все знает и понимает, ей не нужно ничего объяснять.

Деррек был посвящен. От него ждали ответа. Он уже успел четко и ясно понять для себя, что ему нужно, однако, Лаура предложила альтернативу. Она сказала, что он не знает ничего, ровным счетом ничего. Ему показалось издевкой то, что она дала время подумать, потому, что думать было не о чем. Вариантов лишь два: как всегда да или нет. Если да, то к чему это все приведет? Жить, постоянно от кого-то убегая, одновременно, в погоне за чем-то. Деррек знал таких, и ему их искренне было жаль. Больше всего он не хотел, чтобы кто-то также жалел его. Казалось бы, ответ очевиден: сказать нет. Но, всем своим нутром он был против, словно боялся, что, отказавшись, мимо него пройдет что-то важное, может, единственно важное в его жизни. А может, это были лишь ломки сиюминутных впечатлений, он не знал.

Сволочи, все сволочи! Это они виноваты, что сделали меня таким. Проклятые инструктора полицейской академии, отец… Зачем они все намертво вдолбили мне все это дерьмо? Зачем мозг сверлит понятие долга? Что и кому я должен?

Лаура слишком пунктуальна, чтобы опоздать хоть на секунду.

— Ну так что ты решил? — С ходу спросила она.

— Слушай, ты когда-нибудь радовалась таким простым вещам, как, например, встреча со старым приятелем, или…

— Брось. Что ты решил?

— Присядь. — Примирительно сказал Деррек.

Лаура, словно опасаясь, что с лавочкой что-нибудь случится, опасливо присела на краешек.

— Я согласен, но, — Деррек акцентировал внимание на этом "но".

— Что?

— Я должен знать все. Кто главный, что я делаю, зачем, в общем, все.

Лаура согласно кивнула.

— Так и передай им.

Деррек встал из-за стола, подмигнул ей, и медленно пошел вдоль улицы. Ему не нужно было ждать разъяснений, вопросов или чего-то подобного. Лаура получила то, за чем пришла, а если он им понадобится, они его найдут. Самое страшное, что с ним могло сегодня случится, случилось. Неужели теперь кто-то когда-то будет его жалеть?

После сражения с Оборотнями, Соммерс получил серьезную травму головы. Врачи объяснили, что в черепной коробке трещина, что нужен покой, чего в ближайшее время просто не могло быть.

Рыжий улыбнулся во весь рот, когда увидел в дверях своих больничных покоев Джея.

— Здорово, Таксист! — Радостно возвестил он.

Джей взял стул и присел рядом.

— Врачи говорят, тебе не долго осталось, но, умрешь без лишней суеты, — пошутил Джей.

— Ладно заливать! Я здоров как бык, если не считать, что в голове моей дыра, которая никогда не зарастет. Клянусь, у этого парня кулаки были как таранные бревна, я и не подумал, что он может быть наверху… Знаешь, Джей, я вам с Кори жизнью обязан… Спасибо…

— Да ладно, забудь, будь ты на моем месте, сделал бы тоже самое.

— Пожалуй, — тихо согласился Соммерс. — И еще, Джей, я не должен быть капитаном команды. Тогда я почему-то считал, что чем-то лучше вас с Кори, но, я ошибался. Капитаном должен быть ты.

Не было практической разницы, кто в команде капитан, по крайней мере, в их команде. Просто, на капитане лежат обязанности организатора, все новости и необходимая информация о предстоящих поединках сообщается капитанам, а принятие решений в бою, в их команде, все равно останется за всеми.

— Ладно, пока забудь. — Отмахнулся Джей.

— Что нового? — Спросил Соммерс.

— Серия сражений одной четвертой в группе претендентов еще не завершена. Только к вечеру будет известен полный список команд, вышедших в полуфинал. Я узнаю и сообщу. Кстати, когда ты вернешься в гостиницу?

— Врачи оставляют меня еще на ночь. Завтра к обеду.

— Отлично. — Джей хлопнул в ладоши, так, что хлопок звонко разнесся по всей комнате. Дальше Джей распрощался с Соммерсом и направился в гостиницу.

Деррека в номере не было. Кругом валялись журналы Соммерса, прибраться было лень. Джей принял душ и решил вздремнуть немного до вечера.

В последнее время он перестал задумываться, где и с кем ему предстоит сражаться, какие трюки придумают в очередной раз организаторы турнира, ему было все равно. А вот о чем он действительно задумался, так это о деньгах, которых у него теперь и впрямь было немало. Если удастся пройти Арену до конца, пожалуй, вполне можно стать миллионером.

Соображая, как потратить свои миллионы, Джей поймал себя на том, что разглядывает цветную рекламу, выпавшую из журнала Соммерса. Он взял глянцевый листок в руки и прочитал: Эдвин — место, где сбываются все мечты. Так гласил заголовок под фотографией двухэтажного дома с бассейном во дворе и аккуратно подстриженными газонами. Джей что-то слышал о таких вот долинах, вроде Эдвина. Вдали от городской суеты, а быстрая и удобная связь с цивилизацией посредством подпространственного перехода. Дорого, но и рассчитано на людей с деньгами.

Эта идея имеет право на жизнь. Там можно будет начать все с чистого листа. Купить дом, жить себе спокойно и работать как Сэм. Он прав, нет ничего лучше спокойной жизни. Все складывается как нельзя лучше, можно заняться делом — продажей глайдеров, например. Стартовый капитал в перспективе, взять в партнеры Соммерса и Кори, разделить с ними финансовые вложения и навсегда забыть Арену и все, что с ней связанно. Это достойно того, чтобы к этому стремиться, вопрос, на сколько реально пройти Арену до конца и остаться живым? Последняя мысль все омрачила.

Джей продолжал предаваться мечтам о светлой и счастливой жизни и не сразу понял, что с ним говорят. До него дошло, только когда он услышал в голове очень четкий, красивый, нежный женский голос:

— Оглох что ли?!

Джею уже было знакомо это — голос в голове тогда, когда его на самом деле нет. Он повернул голову в сторону двери: Электра стояла, оперевшись о дверной косяк. Джей поднялся с койки и поприветствовал ее.

— Что ты здесь делаешь? — Спросил Джей.

— Не знаю, просто проходила мимо и решила зайти поздороваться. Электра пребывала в каком-то расслабленном состоянии, ее глаза блестели, и она как-то томно смотрела на Джея. Или она, выпивши или, под кайфом, решил Джей.

— Я не принимаю наркотики уже очень давно, от них никакой пользы, и не пью. — Услышал он в ответ на свои мысли. — Не обращай внимание на мой вид, я в порядке… почти… Она облизала губы языком, как тогда в баре, словно соблазняя, что ли. Нет, что-то с ней не в порядке.

— Ты пройди, не стой там, — пригласил ее Джей, — тут, конечно, бардак, но я тебя не ждал все таки.

Она прошла грациозно, словно кошка, критически осматривая комнатушку, и все стой же загадочностью, поглядывая на Джея.

— Так, чем обязан? — Спросил Джей, ему было жутко интересно, зачем она к нему пришла.

— Ты можешь далеко пойти здесь. Ты уже почти живая легенда. То, что ты сделал в последнем бою, достойно уважения. Тебя кое-кто даже побаивается.

— Ты пришла только чтобы это мне сказать?

— Нет, я же говорю, просто проходила мимо.

Джей не поверил. Воображение моментально выстроило совсем другие ответы, но, лишь те, которые он хотел бы услышать. По крайней мере, как ему казалось. Электра улыбнулась, смотря ему прямо в глаза. Сейчас ее взгляд откровенно говорил ему, что она читает его мысли как с листа бумаги.

— Эй, мне это не нравится. — Сказал он.

Электра сделала примирительный жест, означающий, что больше не будет читать мысли, если они не обращены напрямую к ней. Ее поведение менялось с каждой секундой, у Джея возникло ощущение, что ей становилось хуже, но говорить о причинах столь резкого изменения состояния он упорно не желала.

— Ладно, — проговорила она, — мне пора, до встречи.

После этих слов она стремительно покинула гостиничный номер Джея. Он вышел в коридор секундой позже, не для того, чтобы ее догнать, просто посмотреть ей в след, но ее уже не было. Джей задумался об этом странном визите и вернулся обратно в номер.

Электра спешила домой. Как такового, дома у нее не было. Сражаясь на турнирах, она снимала номера в гостиницах, в остальное время много разъезжала, не останавливаясь подолгу на одном месте. Она бы не прочь была остаться с ним, но у нее имелась причина, по которой было нельзя. С этим она жила, и ничего не в силах была поделать. Добравшись до своей гостиницы, Электра заперла дверь.

Снова эти приступы, она готова была лезть на стену, хуже зубной боли. Одна она знала, чего ей стоило себя сдерживать. И помочь могло только одно — боль, жестокая, сильная, но, спасительная.

Пребывая в состоянии полного неконтролирования своих действий, она не заметила, как у нее в руках оказался острый армейский нож. Холодная сталь, подчиняясь неосознанным автоматическим командам Электры, принялась безжалостно резать гладкую кожу, причиняя страдания и, одновременно, избавляя от них.

 

Глава 12. Двойной блеф или игра в шарады.

"Кулак правосудия" во главе с новым капитаном вышли на арену Колизея под оглушительный шквал аплодисментов. Люди буквально сходили с ума, эта троица уже выиграла сражение за зрительские симпатии. Ставки как на команду в целом, так и на отдельных ее участников делались космически высокие. Имена всех трех звучали на устах фанатов, словно имена богов.

В этот раз Джей ощущал полное спокойствие, он был готов к схватке, не смотря ни на какие уловки и сюрпризы, он привык к опасности.

Мир двух солнц готов был встретить гладиаторов обширными песочными пустынями, жарким, палящим солнцем и вторым, менее жарким солнцем. Планета Песочная обращалась вокруг двойной звезды в системе Халиф и находилась на расстоянии восьмидесяти четырех световых лет от Земли. Официально необъявленная нейтральная территория, поделенная на зоны влияния между землянами, кэйлонами и догонами. Сплошь усеянная военными базами планета являлась местом постоянных стычек между тремя расами. Умереть там гораздо проще, нежели в вооруженных конфликтах в отдаленных колониях. Со временем кэйлоны по какой-то причине стали покидать планету, оставив свои базы, предварительно их опломбировав, догоны тоже в последнее время уменьшили свое военное присутствие на Песочной. В виду сложившейся ситуации Земная Федерация тоже приняла решение сократить контингент своих войск там, в результате чего на планете осталось большое количество земных военных баз, одну из которых Вивариус присвоил себе в качестве полигона для проведения поединков. Такое далекое путешествие Джею предстояло совершить в третий раз. Вряд ли стоило ждать от этого массу приятных впечатлений. На Песочной его не ждало ничего, кроме еще нескольких часов игры в догонялки со смертью.

В чем состояла задача, никто не знал. Изюминка сражения в том и заключалась, чтобы выяснить это на месте.

Команда противника на этот раз попалась куда как ни самая уродливая из всех, принимавших участие в состязаниях.

"Ядерный апокалипсис" — порождение зон радиоактивного заражения космических колоний. Вырожденцы неизвестно каких рас, никем не признанные, расходный материал, идеальные представители для кровавых шоу, вроде Арены. Свирепые мутанты тихо мирно стояли на арене Колизея, опасливо озираясь на толпу своими не то человеческими, не то звериными глазами. Джей не видел ничего отвратительного в них, просто ему было жаль этих существ и еще, ему не хотелось с ними сражаться.

Джей никогда не общался с мутантами. Говорят, что некоторые представители этой породы существ обладают аномальными способностями как предвидение будущего, психокинеза, а некоторые даже могут исцелять наложением рук. В основном мутанты безобидны и миролюбивы, наверное, поэтому их все так сильно ненавидят. Джей не мог разделять со всеми эту ненависть, не хотел.

Что касается "Ядерного апокалипсиса", то это была очень неординарная команда. Они ловко прошли мясорубку на Геоне, не понеся потерь, и обошлись без жертв, а за тем также без убийств, прошли отборочные состязания и дошли до полуфинала. Похоже, ребята решили доказать, что в играх насмерть можно побеждать, не убивая. Джей не мог с этим согласиться, игру не обмануть, против ее правил не всегда можно идти.

Телепортация прошла так легко, словно Джей прошел не через подпространство, а через порог настежь открытой двери. Он оказался в небольшом бетонном сооружении, внутри которого был лишь телепорт.

Джей вышел наружу и увидел кругом лишь пески, простирающиеся на многие километры. Без карты он не знал, куда идти и что делать. Он залез на крышу бетонного сооружения и осмотрел окрестности в бинокль — нигде ни малейшего намека на какую-либо военную базу. Джей достал из кармана солнечные очки и надел, одно из Солнц Песочной большое, желтое, яркое и горячее беспощадно жгло пустыню, но амуницию снимать нельзя, в конце концов: жар костей не ломит, в отличие от свинцовых пуль и смертоносных лучей. Второе солнце еле-еле светило издалека, как бы выглядывая из-за спины своего брата, отражаясь на полуденном небе необычайно яркой звездой.

Джей настроился на волну своей команды. Вскоре, услышал голос Рыжего в наушниках — все трещало, эфир забился жутчайшими помехами, словно Соммерс находился где-то на другом конце планеты. Он описал вокруг тоже самое, что видел Джей — пустыня и никакой базы.

Некоторое время спустя в эфир вклинился Деррек, он, вероятно, хотел всех удивить рассказом о том, что находится посреди песочного океана. Ситуация казалась не случайной. Очевидно, существовал способ добраться до места назначения быстро, не пересекая пустыню вслепую. Надеяться на удачу, затеяв подобное путешествие, не приходилось. Джей какое-то время сидел на крыше бетонки и сосредоточенно пытался сообразить, в чем секрет, в голову ничего не приходило.

В небе на небольшой высоте проплыл внушительных размеров летательный аппарат — очевидно, камера. Джей проводил гигантскую чечевицу взглядом, пока он не скрылась за барханами.

На связь вышел Деррек. Он рассказал о своих безуспешных попытках пересечь пустыню в двух направлениях. Ему пришлось возвращаться к бетонке, чтобы, не дай бог, не потеряться. А Соммерс вообще никуда и не думал отходить, он, как и Джей, сидел на крыше и пытался найти решение.

— Соммерс, — обратился Джей к напарнику, — ты чечевицу в небе видел?

— Что? Какую чечевицу? Ты о чем?

— Я видел, — сказал Деррек. — Минут пять спустя после моего прибытия. Двигалась со средней крейсерской скоростью. Похоже, камера.

Джей посмотрел на часы. С момента его прибытия прошло примерно полчаса. Если примерно определить скорость в сто пятьдесят — двести миль в час и если предположить, что это была одна и та же чечевица, тогда Деррек должен был находиться где-то в сотне миль от Джея. Снова, казалось бы, блестящая идея разбивалась, не успев сформироваться во что-либо конкретное. Слишком далеко. Если догадка верна, то Джей знал лишь направление, куда ему следовало бы двигаться, проблема: на чем, по-прежнему висела в воздухе.

Была у Джея в голове какая-то мысль, но смутная. Что-то, о чем он подумал, когда только прибыл в пустыню. Мысль не давала покоя, что-то он пропустил важное. Джей спрыгнул вниз с бетонки и зашел внутрь, ничего не изменилось, лишь ветерок нанес песка на металлический пол.

Такое уже было, и Джей хорошо знал этот момент, когда, наконец, удается поймать мысль, которая маячит где-то на "заднем плане". Так случилось и сейчас, он вспомнил, что по прибытии в зону телепортации, предположил, что база может находиться под землей, а пол бетонки вполне мок оказаться дверью. Дух захватило в преддверии разгаданной шарады, в следующее мгновение Джей принялся отметать песок с пола, чтобы найти кнопку, рычаг, что-нибудь, чтобы открыть дверь, и через некоторое время его поиски увенчались успехом. Разгребая очередную кучу песка, он заметил в полу пластину. Казалось, что она просто влита в пол, как орнамент, но на поверку оказалась крышкой, скрывающей сенсорную панель. Джей приложил руку к ней и пол медленно, но плавно стал опускать его вниз. Наконец, Джей оказался в довольно обширном помещении с командной консолью, освещение автоматически включилось, и взору Джея открылся подземный тоннель, а на старте его ждала транспортная капсула. Секрет перемещений был разгадан Джеем. Теперь он активировал командную консоль, и на экране появилось улыбчивое лицо Вивариуса, Джей насторожился.

— Поздравляю! Ты отгадал первую загадку. Отсюда ты сможешь отправиться по одному из трех направлений, но, советую подумать, выбор может оказаться неправильным.

Лицо Вивариуса сменила карта подземных тоннелей, по которым курсировала данная капсула. Он сказал подумать, значит, выбор нужно сделать единственно правильный. Джей рассмотрел, куда примерно ведут все три направления, и одно из них как нельзя лучше подходило под то самое, где по догадке Джея мог находиться Деррек: девяносто семь миль. Другие два по протяженности были слишком большими, и оба вели на северо-запад, как утверждала карта, третий тоннель вел на юг. Джей на свой страх и риск коснулся изображения третьего тоннеля, и дверь капсулы автоматически открылась. Джей занял место в кресле, дверь бесшумно закрылась, и в следующее мгновение он ощутил быстрое движение капсулы по тоннелю. Не известно, с какой скоростью она двигалась, но уже менее чем через десять минут движение прекратилось, автопилот отрапортовал о прибытии выводом сообщения на экран голографического монитора, и дверь капсулы открылась, вместе с ней отключились магнитные ремни, выпуская Джея из кресла. Он снова оказался в аналогичном подземном бункере, только больше размером и там находилась еще одна капсула, курсирующая по другому тоннелю.

Джей сразу же активировал командную консоль, и снова на экране появилось лицо Вивариуса.

— И снова мои поздравления. Ты выбрал правильное направление. Теперь, прежде чем отправиться далее, подумай, что можно сделать еще. Удачи.

Джей знал и без намеков, что можно сделать еще. Он уже почти был уверен, что Деррек должен находиться наверху. Джей отыскал сенсорную панель управления гравитационным лифтом, и часть потолка в форме окружности стала медленно опускаться вниз.

Деррек почувствовал легкую вибрацию, как ему показалось, под землей. Он уже какое-то время не мог связаться с Джеем. А теперь пол на его глазах стал уходить под землю. Деррек насторожился, и на всякий случай спрятался за стеной бетонки, нацелив дуло своего бластера на центр пола бетонки. Через какое-то время он услышал снизу:

— Эй, Кори, ты там?

Это был Джей, и Деррек ответил ему:

— Да. Как ты здесь оказался?

— Спускайся вниз, расскажу.

Внизу они оба встретились, и Джей рассказал, что нашел способ добраться до базы, по подземным тоннелям. Он активировал карту тоннелей второй капсулы, оказалось, что она курсирует только по одному маршруту, это все упрощало.

— Что еще за шарады, Джей?

— Загадки, чтобы пройти состязание, надо знать, в чем состоит задача. Эту информацию необходимо отыскать.

Вторая капсула оказалась двухместной. Сомнений в том, что она доставит, куда нужно, у Джея больше не оставалось, но что их ждет там, куда они прибудут? Пока капсула стремительно уносила двоих гладиаторов к месту назначения, Джей думал о том, происходит что-то неладное. У него складывалось впечатление, что эти шарады придуманы специально для него.

По прибытии на станцию Джей первым делом связался с Соммерсом и узнал, что тот уже в курсе относительно подземных капсул и тоннелей. Он как раз только что тоже прибыл на такой капсуле на какую-то базу, и проводил первичный осмотр. Они договорились держать связь.

Что касается их самих, то они с Дерреком решили разделиться и осмотреть свою базу. Целью их поисков должна была стать командная консоль или что-то другое, откуда можно было бы узнать о дальнейших действиях.

— Что у тебя, Кори? — Спросил Джей, напарника, следуя по извилистым коридорам базы.

— Пока ничего. Я в гараже. Тут много поломанной техники.

— Найдешь что-то интересное, докладывай.

Их переговоры были четкие и отрывистые. Времени на светские беседы не было, и засорять эфир лишней болтовней тоже не следовало.

Коридоры заканчивались лифтами, ведущими на верхние уровни здания. Джей предположил, что необходимо добраться до оперативного центра, консоль могла находиться там.

Поднявшись на лифте на следующий уровень (выше лифт не поднимался), Джей попал в еще один коридор, но теперь он был просторный и с дверями, ведущими в различные помещения. Открыть их Джей не смог, так как не активировались запирающие системы, и ему ничего не оставалось, как пробираться по коридору к лифтам, ведущим на следующие уровни.

Напрочь забыв об осторожности, Джей чуть не стал жертвой своей собственной неосмотрительности. Не заметив лазерной ловушки, он включил систему безопасности, и в результате, компьютер задействовал лазерные пушки, которые начали выезжать из стен под потолком.

Моментально сообразив, в чем дело, Джей рванул со всех ног по коридору к лифтам, на ходу сбивая некоторые из появляющихся орудий. Он успел нажать кнопку лифта и заскочить в него, когда по нему грянули первые выстрелы, но, Джей уже поднимался на следующий уровень, весь мокрый от пота и задыхающийся.

— Кори, что у тебя?

— Поднимаюсь на второй уровень, — коротко ответил напарник.

— Будь осторожен, тут ловушки, я чуть не попался только что.

— Понял тебя.

Теперь уже Джей пробирался с максимальной осторожностью, досконально проверяя наличие лазерных ловушек и других подозрительных вещей. Так он прошел весь этаж. Деррек был где-то в другом крыле, и Джей не стал его дожидаться. Он добрался до лифта и поднялся на следующий уровень. Он ожидал увидеть нечто другое. Это был не оперативный центр, в прямом смысле этого слова, помещение, в котором он оказался, больше походило на зал для презентаций. Здесь были большие голографические мониторы, камеры слежения, а так же указатели в виде стрелок на полу, и Джей, ориентируясь по ним, направился куда-то, куда они его уводили. Чуть позже он встретил Деррека. Тот поднялся на уровень с помощью грузового лифта в другом крыле сооружения.

— Мы сейчас глубоко под землей, — сообщил Деррек. — Я нашел план здания, мы лишь на третьем уровне, над нами еще пять этажей.

Это и не удивляло Джея, строить оперативный центр военной базы на поверхности глупо, так что под землей ему как раз самое место, если конечно оперативный центр находился на данном уровне либо вообще существовал.

Проходя по залу с колоннами, Деррек заметил движение впереди. Снова работала охранная система здания, теперь в виде трех боевых андроидов. Цели были опознаны и гладиаторы поспешили занять оборону, спрятавшись в стенных нишах, предназначенных, вероятно, для установки какого-то грамовского оборудования. Вскоре, из-за колонн, впереди, показались три фигуры. Это были андроиды, устаревшей модели, А-300. В таких зашивались простые боевые программы на обнаружение и уничтожение целей, предназначенные, в основном, для обороны военных объектов во время штурмовых акций. Роботами управлял центральный компьютер базы. Одного Джей сразу же разнес одним залпом из своего бластера, другие двое принялись вести по нарушителям плотный шквальный огонь. Спасало то, что андроиды двигались медленно, а также, ниши в стенах надежно прикрывали от осколков стен, летящих мелкой шрапнелью. Это давало возможность отступить, в случае необходимости.

Наконец, огонь прекратился. В полнейшей тишине заработали сервомеханизмы орудий андроидов. Они перезаряжались. Это была единственная возможность нанести ответный удар по ним, и гладиаторы ей воспользовались. Второго робота Джей уничтожил почти так же быстро, как и первого, залпом из своего бластерного автомата. Деррек расстреливал третьего из автоматической винтовки, но свинцовые пули плохо брали броню андроида, отскакивая рикошетом и не нанося серьезных повреждений. Дело было окончательно довершено, когда Джей опробовал альтернативный огонь своего оружия — залп направленного электрического разряда нарушил работу цепей андроида и тот, потеряв ориентацию, сначала врезался в стену, затем упал на пол и какое-то время продолжал беспорядочно биться в конвульсиях. Чуть позже он перестал подавать признаки жизни, но Джей, не выходя из своего укрытия, подбросил гранату в качестве контрольного выстрела. Прогремел взрыв, и андроида разнесло на части.

Воцарилась тишина. Слегка потрескивали разорванные проводки искореженных частей металлических агрессоров. Теперь они вряд ли могли причинить какой-либо вред.

Если познания Джея в обустройстве военных баз хоть сколько-нибудь соответствовали тому, что было на самом деле, то место, в которое они с Дерреком попали спустя какое-то время после блужданий по коридорам, наверное, можно было назвать оперативным центром. Работало далеко не все. Вероятно, организаторы сочли, что тратить слишком много энергии на запуск всех компьютеров базы вовсе не обязательно, деньги не бывают лишними. Но, того, что было задействовано, должно, по логике вещей, хватить. Деррек сказал, что это не оперативный центр, а тот, что работал, не центральный компьютер, впрочем, на выяснение этих подробностей, не было времени.

— Кори, ты в компьютере разобраться сможешь? — Спросил Джей, после того, как его попытка не увенчалась успехом.

— Да, если только они не исковеркали там все.

Деррек попытался получить доступ к файлам компьютера, но, оказалось, что базы данных пусты. Получить информацию оказалось невозможным, из-за отсутствия таковой. Но, тогда зачем нужен этот компьютер. По логике вещей было понятно, что в этом крылась очередная головоломка, но, долго над ней ломать голову не пришлось. Если компьютер не содержит ценной информации, то его можно использовать как средство связи. И он вполне позволял это сделать, только, кому звонить, если не знаешь номера?

Пока Джей и Деррек пытались определить, кому бы можно было позвонить, компьютер информировал их, о том, что получено видеосообщение.

— Показать! — Скомандовал Джей, и компьютер, подчиняясь голосовым командам пользователя, начал показ видеофайла.

На экране расцвел в своей неизменной улыбке Вивариус.

— Сначала, мы хотели, усложнить вам задачу, но подумали, что в этом случае ваша эпопея может перерасти в бесконечную мыльную оперу. Вы и так уже достаточно потрудились, за это полагается информация. Итак, целью этого сражения является спасательная операция.

На экране монитора появилось изображение военной базы, а Вивариус продолжил:

— Она называется Сверхновая. Самая большая из всех, что есть на Песочной. Ныне покинутая, но, не забытая совсем. Где-то на территории есть наземный бункер, а в нем люди — заложники. Их то и надо спасти. Но сделать это можно только, открыв электронный замок, код которого содержится на чипе. Чип, разумеется, у противника, а их задача — уничтожить бункер. Кстати, они не знают, что в бункере люди. Пусть тоже убивают, надо играть по правилам, как все.

Вивариус ехидно улыбнулся, что могло означать только одно: есть еще что-то:

— Найти противника вам необходимо как можно быстрее. Примерно через три часа в бункере закончится кислород, а система подачи воздуха, к сожалению, сломалась. Удачи.

Состояние Джея в этот момент мог понять только сам Джей. Все самое плохое, что можно было себе представить, произошло. Зачем было кого-то сажать в бункер? Эти люди не игроки, они могут погибнуть ни за что. Джей ни за что не смог бы понять, что двигало человеком, которому пришло в голову подобное. Джея обуяла невероятная ярость и ненависть, но рвать и метать, не было ни времени, ни смысла.

— Три часа, Кори. Нужно уложиться!

После того как Соммерс разгадал секрет с подземными капсулами, он переместился на ней в какую-то глушь, похуже той пустыни, где находился до этого.

Выбравшись наружу, он осмотрел местность. Когда-то здесь был настоящий оазис в центре пустыни. Остатки некогда пышной растительности окружали проржавевшие каркасы ангаров, наполненные столь же безжалостно съеденными временем остовами военной техники. В том, что опасности эта глухомань в себе не таила, Соммерс понял сразу же. Он даже не пытался прятаться или выискивать потенциального противника, потому, что здесь никого не было. Соммерс обошел территорию по периметру, исследовал огромный желоб с потрескавшимся дном — когда-то это было довольно глубоким озером, убедился, что на многие километры вокруг никого нет, и принялся за осмотр ангаров.

В одном из них он обнаружил оружейный склад. Здесь выбор оружия был гораздо богаче, чем на Геоне. Хотелось взять все и побольше, но пришлось ограничиться двумя кассетами с зарядами для ракетомета, аптечкой и бластером РД-7, как прекрасно зарекомендовавшим себя видом легкого вооружения на турнире. Опустошив немного оружейный склад, он отправился в самое большое и самое прогнившее здание во всем комплексе. Для важности исследовал и его от подвала до потолка. В рабочем состоянии там пребывало лишь оборудование в бункере командного пункта. Так как ничего другого не оставалось, Соммерс принялся изучать файлы главного компьютера, в надежде найти карты местности либо инструкции к дальнейшим действиям.

Пока он занимался поисками какой-либо информации, на связь с ним вышел Джей. Он обрисовал ситуацию и рассказал о людях в бункере, которых надо спасти, чтобы выиграть сражение.

— Говоришь, оружейный склад. Мы знаем, где ты находишься. Это в пятнадцати милях южнее Сверхновой.

— Пешком до вас я добраться не успею. Поищу какой-нибудь транспорт.

— А капсула? — Поинтересовался Деррек.

— Похоже, только та, на которой я сюда приехал, но она курсирует только по одному маршруту — от бетонки до оазиса и обратно. Бесполезно.

— Что есть в компьютере? — Спросил Джей.

— Большинство файлов повреждено. Нормально работает только редактор голографических изображений. Похоже, его использовали для создания ложных целей, или проводили эксперименты. Ничего интересного.

— Ясно. Ищи транспорт и будь на связи. Времени у нас мало.

— Понял. — Ответил Соммерс и отправился искать транспорт.

По прибытии на базу Сверхновая Джей и Деррек определили свое местоположение. Бункер мог находиться где угодно, и простым исследованием базы, его можно было бы теоретически отыскать примерно за сутки. Столько времени у Кулака Правосудия не имелось. Значит, существовали подсказки, очередные головоломки, которые надо было быстро найти и разгадать.

— Здесь центр управления базы, — размышлял Джей, изучая голографическое изображение карты Сверхновой, — может, очередная консоль?

— Не спеши с выводами. Заметь, на карте показаны основные рабочие узлы, куда подается энергия. Это не спроста. Нет смысла задействовать все объекты базы, лишь самые основные. Можно задать параметры поиска. Пусть система идентифицирует все узлы схемы и найдет устройство подачи воздуха. Это и будет бункер.

Проговаривая вслух свои мысли, Деррек ввел в центральный компьютер команды, и тот начал процесс идентификации узлов сети электропитания. Меньше чем через минуту выдал сообщение о том, что поиск завершен и результатом стал отчет, содержащий информацию об узле с кодом 308, которым в схеме обозначались устройства подачи и очистки воздуха.

— Есть! — Радостно воскликнул Деррек. Это оно, даже таймер показывает, что через два часа и пять минут, устройство будет отключено.

— Быстрее туда. Может, мы взорвем дверь. К черту этот чип. — Сгоряча выдал идею Джей.

— Будь у нас даже ракетная установка класса «Молния», мы бы ее не взорвали. Бункер выдержит прямое попадание. — Охладил его пыл Деррек.

— Что же делать? Где искать мутантов?

— Не знаю. Но могу попытаться открыть дверь через центральный компьютер, взломать замок, если за полчаса не справлюсь, считай бесполезно.

— У тебя есть под рукой программы взлома? — Удивился Джей.

— Представь себе. — Ответил Деррек.

— Дерзай, а я отправляюсь к бункеру. Не могу сидеть здесь. Может, придумаю что-нибудь. Будь на связи.

— Смотри аккуратнее, Джей. Полчаса, не больше.

Джей бежал. Он не мог двигаться медленнее. Словно неведомая сила заставляла его бежать. Ему казалось, что время специально потекло так быстро, как никогда, будто кто-то мог управлять его течением. И этот кто-то был отнюдь не бесплотным, очень даже наоборот. И имя у него было, которое застряло у Джея в горле, как рыбья кость. Джей впервые в жизни по-настоящему пробовал на вкус ненависть, и ему было страшно. В кого он рисковал превратиться? А может, он уже стал кем-то другим?

Пробегая по коридору Джей, вдруг, заметил консоль, но он мог поклясться, что ее не было, когда они с Дерреком проходили тут чуть раньше. Джей непроизвольно задержался. Он встал как вкопанный, и уставился на прозрачный экран монитора консоли. Джея словно загипнотизировало, он не мог пошевельнуться или моргнуть. Он ждал, но чего? И ответ пришел к нему буквально спустя маленькую вечность, проведенную в странном спонтанном ступоре. Экран монитора консоли засветился и вновь с неизменной улыбкой на сухощавом лице явился Вивариус. Он помолчал, криво улыбаясь, и смотрел Джею прямо в глаза, вряд ли это был эффект картинки.

— Ты еще не понял? Это прямая трансляция с Земли. Мы можем говорить. А, впрочем, я лучше покажу тебе.

Экран сменила другая картинка: Селли нервной походкой ходила взад-вперед, словно загнанная львица, по какому-то тесному помещению, а на полу сидел дядя Оззи, загораживая лицо руками. Помещение, в котором находились Селли и Озборн, было заставлено поломанной техникой, а стену за их спинами украшал огромный темный монитор. Джей спустя еще одну маленькую вечность понял, что это и есть тот самый ангар, а Селли и Озборн — заложники. Джей захотел расколоть консоль, будто она во всем была виновата, а совсем не Вивариус.

Снова появился самодовольный владелец Арены и спокойно произнес:

— Даю слово, это последний сюрприз. И держу пари, он тебе не понравился, но, к делу ближе. Мутанты нашли микрочип, и сейчас они в районе бункера, но, не взорвут его, пока не убьют тебя — это одно из условий для их победы. Я специально подготовил этот поединок для тебя. А чип ты бы не нашел, у мутантов были подсказки. Есть еще кое-что. Соммерс блокирован на своем островке, он оттуда не выберется. Его заберут после поединка. Деррека тебе лучше оставить в командном центре, потому, что замок можно открыть только напрямую через главный компьютер. Ты достанешь чип, перешлешь с него код Дерреку, и тот откроет замок, только так, иначе ничего не выйдет, не теряй зря времени, мой тебе совет. Только ты и противник. Это твой звездный час, Таксист, покажи нам шоу.

После этих слов трансляция резко прекратилась, Вивариус исчез с экрана. Джей пережил еще одну маленькую вечность, длиной в секунду, и побежал к бункеру. Он не знал, как победить врага в одиночку, но пока бежал, в его голове созрел план, почти утопический, но терять было почти нечего, а жизни он поставил на кон уже давно.

Пробегая по улицам, Джей не озирался по сторонам в поисках противника, спрятавшегося за очередным углом, а чем ближе подбирался к бункеру, тем и вовсе сменил бег на медленный шаг. Подождут! Без него ничего не произойдет. Это его звездный час, он в главной роли, но дери тысяча чертей эту трижды проклятую планету, сейчас он играл по собственным правилам, и от этого ему было не по себе. В других обстоятельствах он бы не позволил так глупо рисковать жизнью, но сейчас он начал то, что останавливать нельзя. И пусть это будет сюрпризом для всех и в первую очередь для режиссера Вивариуса. Актер импровизирует! Всем аплодировать!

Вокруг как будто никого не было, но мутанты притаились где-то здесь, Джей чувствовал. Он потерял счет времени и не знал, сколько его осталось у Селли и Озборна. Джей поднял свой бластер вверх над головой и демонстративно его разрядил, потом отбросил магазин и вслед за ним оружие. Он дал понять врагу, что хочет говорить. Сердце стучало в бешеном ритме, отдаваясь глухим стуком в висках, пот прошибал кожу, литрами выливаясь наружу через все поры сразу, руки дрожали, во рту пересохло.

Через пару минут появились все трое. Они опасливо подбирались с трех сторон, толи боялись Джея, толи были излишне осторожны. Они все трое сразу смотрели Джею в глаза, а он им. Он пытался понять, как они себя поведут, они пытались понять, что затеял Джей. Воздух накалился до предела.

— Господа! — Начал Джей, когда мутанты приблизились к нему на достаточное для разговора расстояние.

В глазах капитана команды "Ядерный апокалипсис" Джей отчетливо прочитал немой вопрос: "Что происходит?". С ним он и начал разговор:

— Вы бы опустили оружие, я ведь это сделал.

— Говори, — прошипел капитан, именно с шипением можно было сравнить этот голос. Рот мутанта при этом не открывался, словно он произносил слова каким-то другим органом.

— Начну с того, что у нас очень мало времени. Что-то около пятнадцати минут. — Джей изо всех сил пытался продемонстрировать железное спокойствие. — Здесь, в десяти милях южнее, есть оружейный склад. Знаете, что обнаружил там мой напарник по команде? Целых три ракеты, начиненные ядерными боеголовками малого радиуса действия. По моей команде он запустит одну прямо сюда. Он пожертвует мной ради победы, а вы проиграете. Бункер выдержит взрыв, они найдут способ открыть его. Я покажу, что не блефую.

Джей связался с Соммерсом и указал мутантам на горизонт. Там спустя какое-то время раздался маленький ядерный взрыв. Он не был похож на гриб, скорее на купол, который после короткой яркой вспышки разросся немного и резко исчез, оставив после себя клубы черного дыма.

— Ну, вы, ребята, как хотите, а я приму противорадиационную пилюлю, — сказал Джей и заглотал маленькую красненькую таблеточку.

Мутанты стояли ошарашенные происходящим. Верить ему или нет.

— Я не чувствую радиацию, — прошипел второй мутант.

Джей осознал свою первую ошибку. Имей он дело с людьми, все могло бы быть куда более естественным, но некоторые мутанты могут, например, чувствовать (или даже видеть) повышенный радиационный фон.

— У вас три минуты на раздумье. Если по истечении этого срока другой мой товарищ не получит сообщение, что чип у меня, следующая ракета взорвется здесь.

Джей произнес эти слова максимально правдиво, он сжался внутри как пружина, теперь осталось подождать еще две минуты — еще одну маленькую вечность на сегодня.

— Отдай ему чип, — прошипел капитан Апокалипсиса, и один из мутантов вручил Джею чип. Джей тут же переслал код с чипа Дерреку на главный компьютер и, наконец, вздохнул полной грудью, но, как выяснилось, рановато…

— Кто сказал тебе, что ты уйдешь отсюда живым? — Словно прочитав мысли Джея о том, что надо бы убираться отсюда, спросил капитан Апокалипсиса. Все трое мутантов навели стволы своих оружий на Джея.

— Ах да, запамятовал, — сказал Джей и расстегнул медленно куртку. Взору мутантов представилось следующее: тело Джея, обвешанное взрывчаткой и на детонаторе светилась красненькая лампочка.

— Она подключена к датчику, фиксирующему мое сердцебиение. Убьете меня, сердце остановится и бомба взорвется. Я понимаю, что вам терять нечего, но я тоже продам свою жизнь подороже.

— На что ты рассчитывал, человек? — Спросил капитан вражеской команды.

— На то, что в твоей уродливой башке хватит мозгов, чтобы не стрелять в эту чертову бомбу. Я хочу жить, черт возьми, и надеюсь, что и ты тоже. Внутри этого бункера люди, которые мне дороги я хочу им помочь.

Джей сказал эти слова искренне, для этого ему не нужно было изображать из себя героя.

Мутант прищурился, опустил оружие и стал отходить назад, двое остальных последовали его примеру.

— Сегодня тебе сильно повезло, но когда ты будешь сражаться дальше, возможно, сильно пожалеешь, что не умер здесь быстро и безболезненно. — Прошипел напоследок капитан Ядерного Апокалипсиса и мутанты ушли, оставив Джея одного возле бункера, гордого за свою победу с пуговицей во рту.

Джей не знал наверняка, поверили ли мутанты во всю эту мишуру с голограммой ядерного взрыва, пуговицей "против радиации" и «бомбы», собранной наспех из того хлама, который попался под руку. Но, он добился своего — одержал победу, не пролив ничьей крови. А, хорошенько поразмыслив, Джей понял, что победу ему просто подарили. И мутанты оказались гораздо умнее, чем он думал, даже не умнее, а разумнее.

Джей связался с Соммерсом, тот вопил от счастья:

— Ребята, сделайте одолжение, вызовете кто-нибудь такси до дома.

Джей выключил рацию и посмотрел вверх. Большая черная чечевица медленно пролетала на фоне вечернего неба, он долго провожал ее взглядом, пока она не исчезла за горизонтом.

 

Глава 13. В преддверья черной полосы.

Слишком хорошо все, слишком правильно, как в кино. Это хуже, чем ожидание смерти. Я хотел бы остановиться, так хотел бы остановиться и бежать подальше отсюда. Все равно куда, лишь бы никогда больше не брать в руки оружие, никуда не бегать, никого не спасать, ничего не решать, ни кого и не за кого не бояться.

Разве это так уж много — желать свободы и спокойствия? Мне не нужна вся эта сомнительная слава и власть. Я хочу, чтобы никто не заставлял меня делать то, что я не хочу. Я знаю, что даже если бы сейчас мне разрешили бежать отсюда, я бы не смог. Что- то держит меня, что-то, чего я не сделал до конца. Так трудно дойти до финала, возможно ли? Страшно. Что-то меняет меня, а я хочу остаться прежним, но не в силах противостоять. Я боюсь, что когда все это закончится, я уже не смогу жить без того, что держит меня здесь.

Арена — наркотик. Она дает славу и деньги, но отнимает за это жизнь. Да, Сэм, ты чертовски прав! Почему она так нужна мне сейчас? Что я пытаюсь доказать и кому? Там, в сражении начинаешь понимать, как важна победа и как страшно поражение. Это даже не смелость или мужество, это безумие. Как мотылек летит на свет, чтобы сгореть, идешь в бой, и если остаешься в живых, снова и снова стремишься вернуться, испытать опьяняющий восторг новой охоты. Кровь переполняет адреналин, опасность придает остроту чувствам, цель игры заполняет пустоту обыденности и создает иллюзию смысла жизни. А что если мутант прав, что если выдержке придет конец, терпение лопнет? Срыв. Что тогда? Тогда придется пожалеть, что я все это начал, но, был ли выбор?

Я даже напиться нормально не могу. Как все это выплеснуть, как забыть?!

— По крайней мере, не так. От этого только голова на утро заболит. А завтра опять все вспомнишь. И так снова и снова. Это порочный круг. Из него сложно вырваться, легче умереть.

С ходу Джей решил, что это его собственные мысли, потом сообразил, что даже когда он думает, в голове не звучит женский голос. Он обернулся. Электра сидела за последним столиком, как обычно, одна. Он не стал ждать приглашения и переместился из-за стойки бара за ее столик, однако, неожиданно для себя, разговор начал слегка грубовато:

— Если ты можешь читать мысли, это не дает тебе право копаться в чужих мозгах и давать советы, когда тебя не просят. — Произнес он.

— Я не могу общаться по-другому, мои голосовые связки не предназначены для того, чтобы создавать шумы. Я просто хотела поговорить, но, как видно, ты не настроен, извини…

— Нет, нет, нет, — заторопился остановить Электру Джей, когда она собралась уходить. — Это ты меня прости, я не хотел тебя обидеть, просто, это как…, - он не нашелся что сказать.

— Как отдушина, — подсказала ему она, прочитав мысли. — Тебе нужно выговориться, но, никого нет, и ты решил, что наехать на меня — неплохая перспектива сбросить тяжелый груз с души.

— Прости, — повторил Джей, Электра улыбнулась.

— Вижу, ты искренне извиняешься.

Обмануть ее Джей не смог бы, даже если бы и захотел, ведь она вопреки его запрету, свободно читала его, как открытую книгу. С ней нельзя быть неискренним, он это понял сразу, но, и сразу же понял другое — быть с ней неискренним у него не получится, он просто не хотел этого.

После недолгой паузы, во время которой они смотрели пристально друг другу в глаза, Джей заметил, что она очень красива. Так бывает иногда, словно глаза открываются. И даже ее легкие физические недостатки не имели в этот момент абсолютно никакого значения, они, наоборот, дополняли ее красоту, придавая ей какую-то особенную экзотичность.

— Я не замечал раньше, ты очень красивая и тебе очень идет улыбка, — сказал Джей.

— Что ты делаешь? — Спросила она. — Ты же не знаешь, что я такое на самом деле, зачем ты это делаешь? — Этот вопрос мог показаться либо неправильно построенным, либо глупым и непонятным кому угодно другому, но, только не ему. Со стороны этот разговор между Джеем и Электрой выглядел странно, ведь произносил слова вслух только Джей, а Электра молчала.

— Вот я и хочу узнать, — ответил Джей.

— Я боюсь, что когда ты узнаешь, то уже не захочешь от меня больше ничего, — ответила честно Электра. Этим она полностью раскрывала свои слабости и страхи перед ним, но почему-то, она делала это без боязни за то, что он воспользуется этим. Еще толком не зная его, Электра уже готова была довериться. Подобное с ней происходило в первый раз, и ей было и страшно и интересно сразу. Куда это могло привести?

— Откуда тебе знать, ты разве видишь будущее? — Спросил Джей. Электра отрицательно покачала головой. — Когда ты приходила ко мне в номер, то очень странно себя вела. Я, конечно, не психолог, но мне показалось, что с тобой что-то странное происходило. Не хочешь немного объясниться?

— Ты вряд ли сможешь что-то сделать для меня, никто не сможет. — Ее голос в этот момент звучал тихо, словно шепот. Джей понял, что не время говорить о ее проблемах, в конце концов, при первом знакомстве говорят не об этих вещах, есть куда более интересные и простые вещи. Всему свое время, дойдет дело и до психологических травм.

— У тебя очень красивый голос, нет, правда, не смотри так на меня. Он, слишком идеальный, что ли.

Электра улыбнулась.

— Это иллюзия, у меня не может быть голоса. — Прозвучало в голове Джея нечто напоминающее звериное рычание в купе с человеческой речью.

Джей поморщился:

— Нет, оставь прежний, он лучше, — попросил Джей, — что ты еще умеешь, летать? — Джей все время смотрел ей в глаза и пытался понять ее настроение. Казалось, она была раскована с ним, но в тоже время не подпускала его близко. Джей то и дело напарывался на ее мощно выстроенную психологическую защиту. Впрочем, он не был за это в обиде на нее. Доверие надо заслужить, а еще было слишком рано. Как можно человеку сходу доказать, что ты положителен со всех сторон? — Кто ты, расскажи о себе.

— Ты уверен, что хочешь знать?

— Я же прошу.

— Хочешь, пойдем со мной на берег.

Конечно, он хотел. К морю, на край света, куда позовет.

К его немалому удивлению, море он видел впервые в жизни. Почему-то раньше он не задумывался об этом, лишь теперь словно осознал, что чуть не потерял что-то очень важное в жизни. Море было для него как целая Вселенная — без преувеличения. Волосы развевались на ветру, он чувствовал вкус соли во рту и невероятную легкость во всем теле. Захотелось бежать навстречу бушующей стихии, чтобы раствориться в ней и обрести свободу.

— Если бы у меня всегда были такие мысли, то я бы считала, что вполне счастлива, — услышал у себя в голове Джей.

— Я никогда не видел море, — ответил Джей и сделал глубокий вдох.

— Когда я была маленькой, мы ходили гулять на берега Мертвого озера, я представляла, что это море. Хотелось купаться, но было нельзя, озеро отравили отходами промышленные корпорации. Они понастроили на его берегах свои заводы. Никого не спрашивали, да и некого было спрашивать. Я думала, что никогда не выберусь из той проклятой дыры. Повезло. И теперь я здесь. Но, я мечтала совсем не об этом.

— Откуда ты?

— С одной из самых дальних и богом забытых колоний. Я и названия то не запомнила. И не хочу вспоминать. То, что там произошло, сделало меня такой, какая я сейчас.

Электра смотрела, как волны накатываются друг на друга, разбиваются о скалы, и Джей заметил, что она изменилась — ее взгляд стал холодным и пронзительным. Злоба, которую она затаила в себе на весь мир, из-за того, что произошло на ее родине, душила ее. Джей испытывал смешанные чувства к ней. Ему было жаль ее, но, вряд ли ей была нужна его, да и чья либо вообще, жалость.

— Что там произошло? Расскажи, чего ты так боишься. — Попросил Джей.

Она посмотрела ему в глаза и расстегнула куртку. Затем медленно сняла ее и бросила прямо на песок. Она осталась в одной тонкой майке, перчатка скрывала часть левой руки чуть меньше чем до локтя. Джей не мог оторвать взгляд, он не понимал, что она делает. Электра сняла майку и печатку, бросив все это рядом с курткой. Она стояла перед ним по пояс нагая, а он молча рассматривал ее тело: целые участки кожи, начиная от шеи и до бедер, заменяли металлические пластинки. Они с ювелирной точностью сочетались с кожей, плавно в нее переходя, образуя неровные узоры. Казалось, что они были влиты в тело Электры с рождения.

Джей дотронулся до одной из пластинок и она, вопреки его ожиданиям, оказалась теплой, как тело, и на ощупь, точно кожа — руки Джея неясно отражались, словно в воде, это был определенно металл.

— Бионика, — объяснила Электра. — Живой металл. Видимо, у пластического хирурга, который делал мне операцию, было только это, либо, извращенное чувство юмора. Видишь, — Электра продемонстрировала левую руку, пластинки здесь были аналогичны по структуре, только словно золотые, тогда как остальные блестели серебром. — Авария изуродовала мое тело.

Джей продолжал трогать пластинки руками. Он чувствовал сердцебиение Электры и тепло тела через них, а ей так нравились его прикосновения. Электра что-то говорила, но Джей не слышал ее:

— Я больна, психика испорчена, приступы ярости… — она не могла больше говорить, она уже сама прижимала руки Джея к себе — ей так хотелось нежности, которой она никогда не знала.

А потом щелчок. Джей словно очнулся от дурмана и отдернул руку. Трудно описать, что она почувствовала и подумала при этом, но еще труднее описать, что почувствовал Джей. Он хотел Электру сильно как ни одну другую женщину в жизни.

— Ты… — Джей не нашел, что сказать, он просто обнял ее, так крепко, словно она была единственным по-настоящему дорогим человеком в его жизни.

Море бушевало, ветер становился все сильнее, волны, ударяясь о прибрежные камни, холодными брызгами разлетались во все стороны, окатывая с ног до головы подобно проливному дождю.

Деррек минут десять пытался рассмотреть глаза федерала за солнцезащитными очками, ему не нравилось, когда собеседник прячет глаза. У Деррека создавалось впечатление, что его пытаются обмануть и темные очки скрывают лукавый колкий взгляд.

— Мы бы хотели, чтобы вы попытались привлечь к этому делу и Райбака тоже. Только сначала присмотритесь к нему. Поговорите с ним о том, как он относится к таким вещам. Короче, прозондируйте почву. Да что я вам говорю, вы же офицер полиции, сами понимаете, как надо действовать.

Пока федерал говорил Деррек, внимательно следил за его мимикой, жестами, интонациями. Ему показалось, что тот смотрит куда-то в другую сторону, а мысли его и подавно далеки от обсуждаемой проблемы.

— Составьте психологический портрет Райбака. Считайте, что это ваше первое задание.

Дерреку было абсолютно все равно, что исполнять, но это показалось ему просто глупостью. Он мог хоть сейчас же рассказать федералу, почему Джей не согласится. Проблема лишь в том, что будет весьма трудно объяснить это человеку, который уверен, что сотрудничество с ним просто необходимо Джею. А Джея эта сверсекретная информация может заинтересовать ровно на столько же, на сколько корову рога на задницу. Деррек предпочел не вступать в словесные перебранки с федералом.

— А что вы вообще знаете? — Он когда-то поставил условие, что должен быть посвящен во все целиком и полностью, вот и решил напомнить.

Лаура, сидевшая до этого в сторонке и не влезавшая в разговор, оживилась и вопросительно уставилась на Деррека, потом перевела взгляд на федерала.

— Мы знаем, кто был непосредственным исполнителем убийства твоего шефа. Мы догадываемся, на кого он работает, но нам нужны доказательства.

— Вам нужны доказательства, но что вы сделали, чтобы их достать? Вы только теории строите. Вы знаете, кто убил Грина. Так почему бы его ни арестовать и наказать по всей строгости закона. Черт меня дери, если вы не в силах выбить из этого подонка признание. Какие же вы тогда органы правоохранения? Я не могу понять, почему, для того чтобы кого-то привлечь к ответственности, заведомо зная, что он виновен, нужно искать доказательства там, где их нет?

Деррек слегка нагрубил, неожиданно даже для самого себя, однако, федерала это не задело. Его реакция на разговор не изменилась вообще. Деррек успокоился и замолчал.

— А то, что вы рассказали про Райбака и заложников — у вас есть доказательства?

Этот вопрос показался Дерреку уже даже не глупостью, а наглостью. Он сдержался от очередного всплеска эмоций. Какие у него могли быть доказательства? Разве что, добровольное признание самого Вивариуса. "Но уж это было бы слишком жирно для вас" — подумал Деррек, скривив рот в брезгливой улыбке.

— Нет у меня никаких доказательств, если понимаете о чем я.

Федерал о чем-то призадумался и снова посмотрел куда-то вдаль:

— Пожалуй, да. В общем, пока все. Я найду вас, когда понадобится.

Он поднялся и молча направился в одному ему известном направлении — куда-то вдоль улиц, где побольше народу — вероятно, чтобы раствориться в толпе.

Лаура проводила своего коллегу взглядом, потом сказала:

— Ты ведешь себя так, будто ты тут главный. Сотрудничество…

— Вот именно, сотрудничество предполагает информирование меня, а он мне врет. Хватит. Я уже посотрудничал с такими же, и вот результат!

— На Вивариуса работает человек, которого у нас называют Хамелеон. Никто никогда не видел его настоящее лицо, и не знает его настоящего имени. Тогда, перед сражением на Геоне, Грин тебя искал, и разговаривал яко бы со мной. На самом же деле, он говорил с Хамелеоном, и он же его убил.

Хамелеон способен как-то менять внешность. Мы не можем знать, как он будет выглядеть в данный момент. Поэтому, не можем элементарно вычислить.

Инферно — победитель прошлого турнира был личностью загадочной и неординарной. Для него не существовало таких понятий, как жалость. Идеальный убийца без принципов и предрассудков. Что сделало его бездушной машиной, знал только он сам. Его боялись почти все, а те, кто утверждал обратное, лишь прикрывали свою трусость наигранной бравадой.

Даже товарищи по команде побаивались Инферно и старались не проявлять инициативу, а последнее слово оставляли за ним. И надо сказать, команда "Адское пламя" состояла в Высшей лиге на верхних планках. Мало кто мог похвастаться подобным мастерством тактикой и жестокостью.

Бои в категории новичков уже завершились и теперь в игру вступали команды Высшей лиги.

Далеко не всем новым командам удалось сохранить свой первоначальный состав, да и некоторые команды профессионалов Арены тоже не могли этим отличиться, по этому для соревнований в Высшей лиге команды по мере надобности планировалось доукомплектовывать, а инициативу выбора игроков в свою команду оставляли за самими участниками соревнований.

Скоро должны были начаться самые интересные сражения турнира, и в преддверья этих боев делалось множество ставок на игроков, всерьез обсуждались шансы отдельно взятых на победу, по телевидению транслировались многочисленные интервью с участниками команд, в которых они обещали друг другу выбить мозги, сломать шеи, пустить кровь и совершить еще более страшные зверства. Чем страшнее обещание, тем громче шквал аплодисментов в студии.

Соммерсу тоже предложили дать интервью, но он отказался, сославшись на отсутствие свободного времени. Он просто не мог представить себя сидящим в кресле напротив одного из шоуменов и отвечающим на глупые вопросы типа: "А что ты почувствовал, когда оторвал башку своему первому противнику?", или кричащим в камеру: "Я всем вам задницы оторву!!! Слышите меня, сынки потные!!!". Рыжий ненавидел за это остальных. Но, они делали это ради денег, верили, что их никогда за это не забудут. Но, Соммерс знал как немногие цену этой славы. И память о похождениях этих героев останется лишь на страницах дешевых глянцевых журналов, выходящих в тираж, едва успев выйти в свет. Когда-нибудь в будущем прыщавый студент зайдет в библиотеку и спросит что-нибудь про Арену, а скучный библиотекарь ответит ему: "Посмотри на последнем стеллаже, кажется, пара журнальчиков еще осталась". И ни на что большее рассчитывать не стоит.

Иногда за свои действия очень трудно ответить, и осознаешь содеянное, когда уже ничего нельзя поправить.

Поставив стакан на стол так, что донышко треснуло, Соммерс, расталкивая все, что попадалось на пути, подошел к мирно сидящему за столиком человеку с угловатым лицом и копной непослушных, торчащих во все стороны волос, окрашенных в пепельно-белый вперемешку с иссиня-черным цвет.

Соммерс без приглашения уселся за столик и нарочно громко ударил по нему ладонью, так, что стакан сидящего за столиком подпрыгнул, а часть содержимого пролилась.

— Чем могу? — Вежливо спросил сидящий, и смерил Соммерса стальным холодным взглядом.

— Я считаю, что ты самый последний ублюдок в мире. И готов избавить его от тебя. — Четко выговаривая слова, сказал Соммерс.

В баре воцарилась полнейшая тишина, и теперь все взгляды были прикованы к столику у дальней стены.

— Даже не представляю, что я мог такого натворить, за что ты так ненавидишь меня, Рыжий. Правильно? — С издевкой проговорил тихоня.

— Такуэр Соммерс — Стальной таран. Ты убил его выстрелом в спину, а потом стоял и смотрел, как он захлебывался своей собственной кровью.

— А, кажется, вспомнил. Он был такой же рыжий и наглый как ты. Он получил свое, не больше и не меньше. — Спокойно произнес Инферно. — Таковы правила, он знал, на что идет.

— Он был моим братом, и я здесь, чтобы тебя за это прикончить. Ты понял? И плевать, что тебя тут все боятся. Ты сам трус, только трусы стреляют в спину из-за угла.

— Ну, каждому свое. А я мог бы тебе помочь осуществить твою маленькую месть. Прямо сейчас, я все устрою. Выбор оружия и зоны сражения за тобой. Ты и я, что скажешь? — Инферно окинул Рыжего скептическим взглядом.

— Идет! — Согласился Соммерс, и с грохотом поднялся из-за стола.

Тишина в баре стала почти ощутимой, когда все с недоумением уставились на Рыжего — все, кроме самого Соммерса, уже знали заранее, чем закончится его сумасшедшая затея.

 

Глава 14. Месть Рыжего (Путь обреченных).

Узнав о том, что затеял Соммерс, Джей поспешил отговорить его, пока не случилось то, что случится обязательно. Похоже, все, кроме Соммерса понимали: Инферно убьет его. Но, Рыжий был слишком горд для того, чтобы мыслить трезво. Идти на попятную он не собирался, о чем и поспешил напомнить Джею, когда тот появился в тренировочном зале.

Соммерс уже приводил в боевую готовность свой ракетомет.

— Эй, ты, что еще придумал? — Начал Джей, но Рыжий не дал ему договорить.

— Джей, это мое решение. Я знаю, ты капитан, но сейчас извини, это не играет абсолютно никакой роли. Я пришел на Арену ради этого, и ты это знаешь…

— Я прошу тебя не как капитан, как товарищ по команде, Нэйт, как друг…

Соммерс задумался о чем-то на время, потом сказал:

— Помнишь, Джей, я говорил, что здесь нельзя заводить друзей? Так вот, я ошибался. Все эти сражения мы никогда бы не выиграли, если бы были просто партнерами по команде. Ты и Кори теперь мои лучшие друзья и я знаю, как глупо все то, что сейчас происходит, но отступить я не могу. Я это начал, я должен довести до конца. Это мой поединок, Джей. Не с ним, нет, с самим собой…

— Разве стоит умирать из-за своей гордости, Нэйт. Мы вместе непобедимы. У тебя будет еще шанс поквитаться с ним, но не сейчас…

Соммерс уже давно все решил, и никто не мог его отговорить от этого, ни за что на свете. Он по-дружески хлопнул Джея по плечу, криво улыбнулся и бодро проговорил:

— Ты рано меня хоронишь, Таксист, мы еще повоюем вместе, друг!

Соммерс откозырял ему и направился на место назначенного рандеву со своим главным противником турнира. Это был звездный час упрямца, и теперь он начал понимать бессмысленность своего поступка. Соммерса начали одолевать сомнения, в нем поселился страх. Он никогда и никого не боялся, а теперь страх его обезоруживал и убивал в нем надежду, а гордость предательски подталкивала все ближе и ближе к краю пропасти. Он даже толком не знал, чего боится больше: умереть в поединке или услышать за спиной «трус», отказавшись от дуэли. Но, и в том и другом случае он уже слишком далеко зашел, чтобы это осознавать.

Инферно ждал возле установки телепортации, там же собрались и кое-какие зрители в лицах участников турнира, которым было интересно посмотреть на первую в истории Арены дуэль двух гладиаторов, некоторые привилегированные зрители, из числа друзей самого Вивариуса, и, конечно же, он сам — великий и ужасный.

— Вот уж не ожидал, — мягко с улыбкой произнес он, обращаясь к Соммерсу. — Дуэли — это интересно, стоит их официально узаконить на турнире…

— Вот именно, узаконить, а сейчас это надо прекратить, — вмешался Джей. Он не терял надежды остановить дуэль. — Вы же можете, просто запретите им и все!

— Сожалею, Таксист, но я не хочу этого делать. К тому же, об этом никто не узнает. Покажем дуэль только избранным.

— Я для тебя — мистер Райбак, — ответил Джей Вивариусу. Теперь его последняя надежда окончательно рухнула. Джей посмотрел молча на Соммерса и слегка кивнул, тот ответил тем же и после того, как Инферно телепортировался в зону сражения, ступил на платформу подпространственного транспортера. Еще секунда и Соммерс исчез под лучом, дуэль началась.

Местом ее проведения Соммерс избрал подземелье одного из старинных замков. Он находился на территории острова Вивариуса и использовался как зона сражения под названием "Путь обреченных". Подземелье этого замка ни чем не уступало классическим подземельям старинных замков, которые существовали в истории планеты Земля. Сырые, темные, кишащие крысами, лягушками, насекомыми и другими тварями. "Путь обреченных" отличался обилием человеческих останков, закованных в бронекостюмы, принадлежащие тем безумцам, что рискнули пройти по коридорам лабиринта в надежде найти заветный свет в конце тоннеля. Тяжелый запах сырости и гнили выворачивал желудок наизнанку, вода, местами по колено, мешала нормально передвигаться, хотя коридоры были вполне широкими, чтобы человек с ракетометом мог чувствовать себя максимально мобильным, передвигаясь почти вслепую — свет здесь был в явном дефиците. Он лишь отражался по системе зеркал, выведенных на поверхность, да кое-где висели, чудом не задетые шальной пулей, лампочки. Стены обросли лишайниками и тиной, покрылись плесенью и трещинами. Время медленно, но верно пожирало древнюю кирпичную кладку. Когда-нибудь вся эта конструкция похоронит под собой несколько отчаянных смельчаков, которые тоже рискнут бросить вызов судьбе.

А пока еще, более-менее крепко, стены держались и ждали того, кто останется здесь в очередной раз.

Соммерс тысячу раз пожалел, что взял с собой ракетницу, а не легкий бластерный автомат. Почему его выбор пал на "Путь обреченных", а не на какую-нибудь открытую, сухую и хорошо освещенную зону. Для такого особенного случая он захватил очки ночного видения и вывел на них прицел ракетомета. Захватил одну кассету боеприпасов малого калибра, класса «Игла». Здесь, где обвал стен может устроить ему самому каменную могилу, большой калибр ни к чему. К тому же, побродив по коридорам лабиринта, он заметил, что стены в некоторых местах все же сужаются до таких размеров, что приходилось пробираться боком или низко пригибаясь. Стрелять из таких откровенно неудобных позиций, да еще и с ракетомета, было весьма неудобно.

Со своей бандурой, Соммерс пробирался сам не зная, куда его выведут извилистые коридоры рокового подземелья. Под ногами хлюпала вода, постоянно мешались какие-то веревки, цепи, сетки, свисавшие с потолка, кто-то пищал в темноте, и постоянно со всех сторон доносилось гулкое эхо, похожее на то, что можно услышать на торфяных болотах.

Соммерс постоянно себя подбадривал и старался не волноваться, но руки потели так сильно, что можно было бы с собой захватить полотенце, вместо этого, Соммерс постоянно вытирал их о брюки, которые, кстати, уже порядком отсырели. Сердце колотилось в груди, словно там играла целая барабанная установка, и удары его горячими толчками отдавались в висках. Дыхание то останавливалось, то учащалось, в горле периодически пересыхало. При малейшем шорохе, Соммерс готов был стрелять, и ему стоило больших усилий, чтобы себя сдерживать.

Ему показалось, что он виляет по лабиринтам подземелья уже битый час, а то и больше, но кроме крыс, злобно сверкающих глазками в темноте, он никого больше не замечал. Ни звука шагов противника, ровным счетом ничего, что могло бы выдать его присутствие в лабиринтах вообще.

Впрочем, Соммерс и ожидал чего-то подобного. Из того, что он слышал про Инферно от других, кто имел место его немного знать — у парня была склонность к тактике выслеживания противника, маскируясь во всевозможных темных уголках. Стрельба в спину, из-за угла — подлая тактика, но, на войне все средства хороши — с этим не поспоришь. Именно за это Соммерс так ненавидел Инферно. Последний не дал его брату ни единого шанса выжить. Тот выстрел в спину закрепил за Инферно славу охотника-невидимки, во многом благодаря этой тактике, он выжил на Арене до сегодняшних дней.

Сначала и Соммерс хотел поступить так же, но потом решил, что если они оба будут маскироваться и прятаться, пока кто-то первым обнаружит противника, пройдет слишком много времени. Ждать Соммерс не хотел. Единственным желанием его было поскорее разделаться с врагом и вернуться обратно к себе в номер гостиницы, чтобы напиться и завалиться спать. Не все желания сбываются, и это больно било по нервам. Ожидание хуже смерти. Он почти смирился с тем, что роль ходячей мишени досталась ему, хотя он отнюдь не считал себя таким уж безнадежно пропащим, и свои шансы оценивал примерно как шестьдесят на сорок в пользу пепельного блондина. Трезвый расчет, впрочем, нисколько не успокаивал, наоборот, раздражал.

За время пребывания в подземелье, Соммерс понемногу привык к отраженному свету и уже мог различать в темноте кое-какие детали без датчиков инфракрасного видения. Когда предметы стали в темноте более отчетливыми, он пришел к выводу, что где-то поблизости яркий источник света — окошко или отдушина, возможно, там более-менее просторно, и что если Инферно там?

Соммерс воспользовался тепловым сканером, встроенным в прибор ночного видения, но все, что фиксировали датчики, имело слишком малые размеры. Крысы — их тут много, питались всяческой мертвечиной. Перспектива быть съеденным этими маленькими грязными тварями Соммерсу не нравилась. Эти мысли лишь подливали масла в огонь легкого панического безумия. Он чувствовал, что уже не может подавить в себе страх и плохо контролирует ситуацию, но продолжал упорно врать себе самому, убеждая себя в обратном. А крыс он мог видеть и без помощи тепловизора, по их маленьким красным форесцирующим глазкам и противному писку. Они путались под ногами, их тут было как волос на собачьей шкуре.

— Что приближение смерти чуете? — Спросил Соммерс маленьких тварей. — Ну, скоро вам будет, чем поживиться. Надеюсь, это будет пепельный блондинчик.

Соммерс, вдруг, отчетливо увидел световую дорожку, протянувшуюся вдоль коридора по воде, а потом и небольшое оконце, ведущее на поверхность — вентиляционная шахта. А, кроме того, здесь имелись еще и решетки в каменном полу, через которые излишки воды, по идее, должны были утекать куда-то еще глубже. Похоже, там внизу были какие-то еще более древние сооружения — склепы или канализация. Однако, решетки настолько проржавели и засорились, что не выполняли своих функций.

Соммерс от души пожелал, чтобы не пришлось туда лезть. Ему и здесь хватало всей этой мерзости и сырости, а теперь еще и самых настоящих человеческих скелетов, которых он обнаружил у себя под ногами. Здесь же валялись насквозь проржавевшие бластерные автоматы, трассеры, игловинтовки, доспехи, даже болванки ракетных зарядов. Когда-то здесь произошла самая настоящая резня, Соммерс не завидовал этим парням, чьи бренные останки старался уважительно переступать. На одном из скелетов что-то слегка блеснуло, и Соммерс нагнулся рассмотреть свою случайную находку. То была серебряная табличка с надписью: "Я презираю смерть". Повертев на ладони табличку, Соммерс оставил ее владельцу.

— Интересно, смотрел ли ты своей смерти в лицо, парень? Я бы не хотел. Страшно мне. — Сказал Соммерс, смотря в глубокие глазницы черепа мертвеца, потом продолжил свою экскурсию по мрачному подземелью.

У него не выходили из головы слова, написанные на брелке. А зачем смерть презирать? Хотя, может он и прав. Смерти многие боятся — все хотят в рай, но никто не хочет умирать. Соммерс пришел на Арену не за тем, чтобы бояться смерти или презирать ее, он пришел отомстить, но для этого надо выжить самому. Должен ли он бояться смерти? Или уважать ее? В чем разница? Нет, это лишь чертова философия. Кого я хочу обмануть? Опять себя. Видит Он — не хочу я здесь подыхать, в этом мрачном крысятнике. Путь обреченных, так его!

Соммерс принялся в полголоса ругаться, на чем свет стоит. Ему, вдруг, так сильно захотелось выбраться наружу, туда, где свет, где под ногами не сырость, где за спиной не бродит по пятам смерть и туда, где не придется умирать, презирая ее. Он ощутил сильную головную боль, сдавившую виски, его взбесило все происходящее, он пожалел, что Таксист не вырубил его чем-нибудь тяжеленьким там, в тренировочном ангаре. Глядишь, очнувшись, еще и спасибо сказал бы. Не хватило у него аргументов. А, черт! Распустил слюни! Идиот! Надо собраться.

Соммерс шел быстрыми шагами, не беспокоясь о том, что создавал при этом слишком много шума, что разносился громким эхом по коридорам. Соммерс остервенело отбивал всяческие свисающие с потолка предметы, мешающие ему идти и только что заметил, что воды уже почти по пояс. Он выругался еще громче, стараясь применить самые тяжкие ругательства, в надежде, что это поможет двигаться, но становилось только хуже.

Новая волна страха накатывала и беспощадно уносила за собой в бездну. Сопротивляться страху уже не было сил — страх постепенно перерастал в дикий необузданный ужас. Соммерсу казалось, что вот-вот грянет выстрел в спину, он часто разворачивался и шел спиной вперед, падал, вставал и снова шел.

В висках стучало как в кузнице в час-пик, вены на лбу вздулись, затылок горел, Соммерс начинал вдаваться в панику — он никак не мог понять, что с ним происходит. Он ведь никогда и никого не боялся! Ах, Джей, ты был чертовски прав — вместе мы непобедимы. Один же я — обречен. Неужели же смерть и вправду чувствуют, как я сейчас? Нет! Хрен дождется у меня этот пепельный блондин моей смерти! Поганец трусливый.

Теперь Соммерс начинал потихоньку сходить с ума, не в прямом смысле, но что-то толкало его на опрометчивые поступки, и он закричал:

— Ну, где ты?! Иди сюда, ублюдок чертов!! И я порву тебя на куски! Спрятал свою задницу и выжидаешь?! Иди сюда и сражайся честно!

Тут Соммерс совершил еще один глупый поступок: он бросил ракетомет в воду, туда же кассету с зарядами, снял всю лишнюю экипировку, которая, вдруг, стала ему мешать. Остался только кастет, который Соммерс с яростью надел на пальцы и сжал руку в кулак до боли, но ее уже не чувствовал.

Он шел по лабиринтам по колено в воде и громко кричал.

В темноте заметил красный огонек, подумал, что крысы, но присмотрелся и понял, что это камера. Их тут много, наверное, он и раньше их встречал, только не обращал внимание. Соммерс с размаху двинул кулаком в объектив, руку обожгла неприятная, хотя и не сильная боль, огонек погас. Соммерс продолжал идти напропалую, выкрикивая ругательства в адрес своего противника. Ему уже было все равно. Он и не догадывался, что хоть еще и не смотрел смерти в глаза, уже презирал ее.

И, конечно же, потерял счет времени, давно потерял. Он устал, измотал себе нервы, и хотел, чтобы все закончилось как можно быстрее.

— Все!!! Слышишь?! Я дальше не пойду! Иди сюда сам и убей меня, если сможешь!

Соммерс едва успел понять (в темноте он не мог видеть), что сзади на него пытаются напасть, чем-то замахнувшись. Он инстинктивно пригнулся и Инферно промазал. Опять же, ничего не видя, Соммерс перехватил руку противника в двух местах, но как-то неловко, Инферно вывернулся и нанес Соммерсу сильный удар в лицо кулаком.

Соммерс повалился и едва не захлебнулся водой, попавшей в нос, он быстро поднялся на ноги, используя в качестве опоры скользкую холодную стену. И не успел увернуться от еще одного удара в челюсть, только уже чем-то угловатым. Удар пришелся скользящим, и Соммерс снова упал.

На Инферно были надеты очки ночного видения, они подсвечивались зеленоватым, и только по ним Соммерс ориентировался, чтобы хоть как-то наносить ответные удары.

После очередного падения Соммерс проворно оттолкнулся обеими руками от пола и с разбегу навалился на противника всем телом, но Инферно устоял на ногах, а Соммерс неуклюже поскользнулся и завалился на одно колено. В этот раз Инферно нанес Соммерсу очередной удар, теперь, ногой по затылку.

Соммерс разозлился и, наконец-то, тоже достойно ответил противнику размашистым ударом в лицо, кастет сделал свое дело — Инферно вскрикнул от боли и выронил свое оружие, очки ночного видения тоже слетели и булькнули, утонув где-то под ногами.

— Теперь на равных! — Усмехнулся Соммерс, в этот момент, к нему вернулась надежда на победу.

Соммерс принялся наобум махать кулаками, довольно часто попадая по противнику, преимущественно, в лицо, тот даже не сопротивлялся, только старался иногда слегка отмахиваться, впрочем, безуспешно.

Соммерс решил, во что бы то ни стало, добить противника, но тот поразительно стойко держался на ногах.

Инферно все же перехватил руку Соммерса и ответил ногой в колено. Сломать — не сломал, но Соммерса подкосило, и он снова оказался на полу, а Инферно со всего размаха пересчитал ему ребра тяжелой подошвой армейского ботинка.

Соммерс распластался на полу, вода снова залила все, что можно и он снова чуть не захлебнулся. Продрав глаза, он увидел, что Инферно готовится нанести очередной удар с разбега, и, изловчившись, откинул противника назад, ударив обеими ногами в живот. Хоть там и было темно, Соммерс увидел, как Инферно плавно пролетел пару метров, описав в воздухе дугу, а потом, тоже наглотавшись воды, принялся откашливаться.

Соммерс двинулся в направлении противника с намерением отправить в нокаут, расхотелось его убивать.

По коридорам лабиринта разнесся громкий шум выстрела и Соммерс свалился, будто подкошенный, сильная боль прожгла левый бок в области живота. Он не понял, что произошло, и снова на автомате поднялся на ноги.

Еще выстрел, еще подсечка, теперь уже правый бок в области ребер. Стало трудно дышать. Соммерс уже в конец ничего не понимал, снова поднялся, а может, так ему только показалось. Он стоял на ногах и не мог двигаться, тело его не слушалось. Третий выстрел, но уже без эха и чернота перед глазами стала какой-то другой. Пропали мысли, пропали чувства…

Инферно тяжело дышал. Он откинул винтовку в сторону, постоял немного на месте и побрел к выходу.

Джей не мог поверить в то, что только что увидел на экране. Вдруг, куда-то пропали все остальные, и все поглотила тьма, только она, он и экран монитора, на котором в зеленых тонах высвечивались стены, вода и Соммерс, безмятежно лежащий на спине.

Джей поймал себя на том, что ждет, когда напарник поднимется и пойдет искать телепортер, но Джей ждал невозможного, Соммерс был мертв.

В голове вертелось: "Нэйтон Соммерс, напарник, партнер по команде. Кулак Правосудия. Мы еще повоюем, друг. Нэйтон Соммерс, друг, друг, друг…".

Нехорошие предчувствия одолевали Деррека, когда он подходил к дверям гостиницы, но он не предавал этому значения, просто воспринимал все как тяжелый день, апатию — это пройдет.

Но, в двери гостиницы он не прошел.

— Офицер Деррек? — Обратились к нему со спины, и Деррек развернулся, чтобы посмотреть, кто обращается к нему по имени.

Это был сухощавый высокий человек в строгом костюме серого цвета. Он предъявил документы и представился:

— Инспектор полиции Вивариус-сити, Майерс.

— Чем могу быть полезным? — Спросил Деррек. С ходу он решил, что этот Майерс по делу от федералов и не стал выяснять, откуда ему известно его, Деррека, имя.

— У меня приказ, доставить Вас в участок. Вы арестованы по обвинению в убийстве Капитана Джерри Грина. Прошу, за мной.

Какое-то время Деррек не мог поверить в происходящее. Лаура предупреждала его, о том, что это случится. Сопротивляться аресту было глупо, и он решил, что как только окажется в участке, сразу же свяжется с Лаурой, если только тут не отменили право на телефонный звонок.

Деррек, не долго думая, отправился вслед за Майерсом. Около входа их ждал глайдер, а в нем водитель.

Инферно появился на платформе телепортера весь мокрый и злой. Он тяжело дышал. Его ледяной взгляд с ненавистью смотрел на зрителей, что только что посмотрели его поединок. Он медленно прошел сквозь толпу, удостоив Джея лишь косым беглым взглядом, но Джей отчетливо прочитал: "Ты следующий". Он проводил Инферно взглядом, пока тот не скрылся в дверях.

Джей только теперь осознал, что не может сдвинуться с места. Ноги отекли и не слушались его, он никак не мог поверить, что Соммерса больше нет.

 

Глава 15. Поражение "Кулака Правосудия"

Команды больше не существовало. Заменить Соммерса вряд ли кто смог бы, но это было необходимо, чтобы продолжать сражаться. Джею было сейчас не до этого. Он никогда не терял близких друзей, а Соммерс стал для него именно близким другом. Если на кого Джей и мог положиться, как на самого себя, то это на Соммерса. Так заведено — уходят самые лучшие, всегда самые лучшие и никто никогда не был в силах это отменить, и никогда не будет. Жуткая несправедливость. Джея гложили злость, ненависть и вина. Он абсолютно точно знал, почему зол на себя, на весь мир — он ненавидел этот мир. Впервые в жизни он так сильно ненавидел мир, в котором жил. И так проклинал себя за то, что не остановил Соммерса. Будучи капитаном, он не смог повлиять на убеждения парня, значит, его собственные убеждения ничего не стоят. И Джей не мог поверить в то, что случилось до сих пор. В голове не укладывалось, что такое могло произойти именно с ним, с кем угодно, но нет. Злость росла в геометрической прогрессии с каждой новой мыслью, и становилось только хуже и хуже. От бессилия что-либо поделать с этим, хотелось кричать, но крик лишь немой потребностью застыл в горле.

Мысли Джея скомкались и загустели тяжелой смесью, он с огромным трудом выносил всю эту психологию абсурда. Безумно хотелось забыть хоть на час, но выпивка не помогала, да и напиться он нормально не мог, даже любая жидкость становилась ему поперек горла. Его тошнило от одного вида янтарного зелья. Все осточертело, его разрывала энергия изнутри, способная взорвать этот проклятый мир. Кому же строить новый? А кто вернет его жизнь обратно? Его самого?

Если Ты есть, если Ты действительно все это создал, куда же ты смотришь? Разве тебе все равно? Как же Ты можешь быть таким жестоким?

Ведь еще пару часов мы были командой, которую нельзя победить, которую уважали и боялись. А теперь только слегка подули Ветры перемен, и мы никто. Больше не команда… мы огрызок, нас перебьют по одному и все — не останется ничего. Разве стоила свеч игра, если ее вот так глупо предстоит проиграть? Нет, никогда не понять то, что не имеет объяснения. Оно просто происходит, а люди иногда умирают, даже лучшие друзья. Это нечестно и подло.

Гнев снова нарастал, Джей чувствовал, как внутри все закипает, он не мог уже просто сидеть за стойкой бара и перебирать в память осколки событий, которых не должно было произойти, он хотел разрушать — мятежный дух жаждал разрушения.

Джей с трудом, но все же подавил в себе нарастающую агрессию. Карман куртки слегка давил вниз и Джей ощутил, как что-то сквозь тонкую подкладку куртки неприятно скребет грудь.

Он вытащил из кармана подарочную коробочку Селли, он забыл о ней. Джей развязал бантик и открыл коробочку. Внутри лежала более чем скромная записка без подписи: "Лучшему другу от лучшей подруги". К записке прилагался маленький серебряный брелочек на цепочке в виде подковки, на которой было выгравировано изображение змеи, из которой вылезла вторая, а из нее, в свою очередь, третья, которая должна проглотить первую, но подкова обрывается, и значит, третьей змее никогда не проглотить первую. Разорванный порочный круг. Джей повертел брелок в руках и надел на шею.

— Здравствуй, Джей.

Селли в этот раз была серьезной. Джей молча пригласил ее присесть рядом. Она понимала, что что-то не так.

— Соммерса убили, — сказал Джей, забыв, что она не знает, кто это такой, и добавил, — Рыжего.

Казалось, Селли никак не отреагировала, она молча посочувствовала. Она не знала Соммерса лично, поэтому, это единственное, что она могла сделать.

— У меня тоже есть новость, — тихо сказала Сэлли, — я свободна.

Джей от удивления раскрыл рот, пожалуй, это была самая хорошая и единственная хорошая новость, которую он слышал за последнее время. Правда, Сэлли он радостной не назвал бы.

— Виктор оказался такой сволочью.

— Почему? — Спросил Джей.

— Это он официально оформил Вивариусу липовые документы о том, что дядя сам согласился сидеть в том бункере. В обмен на свободу — мою и Виктора. Я послала его куда подальше, и он уехал.

Джей задумался о чем-то, потом сказал:

— Уезжай отсюда, дядя тебя поймет, остальные тоже. Здесь тебе нечего делать, не место. К черту их всех, уезжай, чтобы они тебя не достали.

— А тебе здесь место? А дяде и остальным? Джей, им всем здесь место?

Похоже, она начинала расходиться, и Джей ее поспешил успокоить:

— Нет, не место, но ты с этим ничего не сможешь поделать. А я хотя бы попытаюсь. Чем дальше ты будешь отсюда, тем мне будет спокойнее. Я буду знать, что часть пути пройдена, будет проще идти дальше… А может, не будет… Я не знаю…

Теперь уже Сэлли успокоила Джея:

— Виктор предал тебя, а я не смогу этого сделать.

Джей снисходительно усмехнулся — как ты наивна, Сэл. Ведь я то знаю, что ты тут не при чем, и уж конечно, я никогда бы в жизни не решил, что ты способна меня предать.

— Сэл, не говори ерунды. Вивариус тут всеми вертит. Плевать я хотел на Виктора. Он помог тебе, так воспользуйся же этим. Я не стану тебя судить, если ты этого боишься. Обещай, что сделаешь это, уедешь? Сэл?

Джей даже готов был прямо сейчас сорваться и проводить ее до вокзала, но она его снова осадила:

— Не проси, не сделаю, пока ты не выиграешь турнир.

Она верила в него, а он в себя — нет. Откуда им обоим было знать, что самое трудное еще впереди. Джей отвернулся, он не мог заставлять ее делать то, что она не сделает все равно — проклятое упорство Сэлли, если задумает что-нибудь — хоть кол на голове теши.

— Ты останешься на острове? В гостинице?

— Да, — робко ответила та.

Джею, вдруг, надоело сидеть и киснуть, задаваясь глупыми вопросами, он решил перестать обо всем этом думать хоть на пару часов.

— Хочешь погулять по городу?

Сэлли согласилась.

Место, куда Майерс с напарником привезли Деррека, меньше всего напоминало полицейский участок. Скорее, клуб или что-то вроде, тем более, подъехали они к нему явно с черного входа — обычно, в полиции так не принято.

Майерс указал Дерреку на дверь — та сама открылась, но когда они вошли туда, попали в длинный мало освещенный коридор. В принципе, Деррек сразу почувствовал подвох, но не знал, как действовать, но до последнего надеялся, что Майерс — федерал. Вернее, даже знал, но он словно впал в ступор.

— Майерс, это не полицейский участок. — Обернулся Деррек.

— Да, — ответил ему тот, и Деррек получил неслабый удар шокером в живот. Разряд оказался слишком сильный и Деррек ничком повалился на пол. Лежа на полу, он с ужасом осознавал, что не сделал что-то крайне важное. Он, вдруг, понял безнадежность своего положения.

— Что с ним делать, убить? — Донеслось до Деррека откуда-то издалека.

— Нет, ждать указаний. А пока надень на него наручники, и отнеси наверх.

Это было последнее, что услышал Деррек, пока его не покинуло сознание.

В этот раз в кабинете Вивариуса было шумно. Генерал полиции Рочестер-Макферсон что-то упорно и громко пытался доказать заместителю начальника военной разведки, но тот с ним не соглашался. В углу на диване сидел Инферно и молча слушал перепалку двух чиновников. А сам Вивариус, занимавший расслабленное положение в своем кресле, пристально разглядывал потолок.

Инферно презрительно фыркнул, глядя на генералов. Взрослые неглупые люди вели себя не соответствующе своему статусу. Они уже давно играли в эту опасную игру, их привлекали деньги, и то, что они здесь делали, никак не перекликалось с их прямыми обязанностями, но все равно, было противозаконно. Вивариус в своем окружении держал людей со связями, это полезно для дела, а с этими двумя он уже немало делишек переделал. За свои шкуры они тряслись теперь не по-детски, но большой проблемы лично Вивариус, или даже Инферно, в сложившейся ситуации не видели. Подумаешь, убрать пару свидетелей, не в первый раз.

— Деррека необходимо убить и немедленно, — сокрушался Рочестер-Макферсон.

— В данный момент он выступает на соревнованиях и сотрудничает с федералами, а на соревнованиях выступает один из их агентов…

— Минуточку, господа, — прервал всех Вивариус. — Все улажено, Деррек больше не помеха, он у нас.

— Что вы намерены с ним делать? — Спросил Коннел.

— Пусть отдохнет пока немного, может, он что-то знает…

— Да что он может знать?! Он свидетель и очень опасный, он может… — начал гнуть свое начальник полиции, но Вивариус, который терпеть не мог, когда так бестактно прерывают, осадил его:

— Я сказал, мы его не тронем!

— А что там с этим агентом федералов? — Спросил Коннел.

— Лаура Йоргенсон. Она абсолютно не опасна. По крайней мере, пока. И, похоже, даже не догадывается, что ее давно раскрыли, так что нет смысла ее трогать. Пусть себе продолжает играть в шпионов.

— К тому же, начинаются соревнования в Высшей лиге — ее могут убить. — Вмешался в разговор Инферно, Вивариус жестами поддержал его.

На этот раз доводы Вивариуса убедили обоих чиновников, они были вынуждены согласиться с тем, что не стоит, пожалуй, пороть горячку. Можно переусердствовать в обеспечении своей безопасности.

До соревнований в Высшей лиге оставалось совсем не долго всего лишь сутки. Состав участников уже был вполне определен, однако, тот факт, что некоторые команды не имели полного состава, впереди были мероприятия по укомплектованию команд.

Из команд новичков в Высшую лигу пробились "Дети Веселого Роджера" в полном составе, «Иллизиум», потеряв одного игрока, «Трио», так же ставшее дуэтом, двое участников команды "Верхний предел" и девушка по имени Фурия из команды "Поцелуй смерти". Конечно же, добрался до Высшей лиги и "Кулак правосудия", потеряв одного участника, но Джей и не знал еще, что дела обстоят куда хуже.

Что касается представителей той самой Высшей лиги, то это были "Солдаты Фортуны", показавшие в прошлом турнире неплохой результат. По каким-то причинам, они добровольно покинули соревнования тогда, но привилегии «высших» заработали. По этому команда осталась в полном составе и была представлена двумя игроками вида homo sapiens и пришельцем по имени Скарго.

Следующая команда "Спектр Света", без одного участника, состоящая из двух женщин — Электры Сканиа и Елены Баркли. Обе прославились как самые жестокие представители человеческой расы слабого пола на прошлом турнире, а на предстоящем всерьез рассматривались аналитиками, как наиболее опасная команда, способная составить достойную конкуренцию даже таким отъявленным мясникам, как веринионские охотники.

"Далекие уголки Вселенной" — представляла из себя команду из трех наиболее удачливых охотников, принадлежащих расе веринионцев. Никто не знал толком, где их родная планета, да и о них самих мало что было известно. Лет двадцать назад они добровольно вступили в контакт с людьми, и между двумя расами был заключен договор об обмене технологиями. Воевать они не собирались тогда, и не собираются по сей день, однако, жестокие человеческие игрища оказались по душе некоторым представителям этой мало известной расы. Время от времени, их команда прилетает на турниры, чтобы принять участие не более чем в одном сражении. Как правило, победа остается за ними, и ребят, не скрывая страха, боятся. Лишь отчаянные выскочки готовы сразиться с ними, а впрочем, и такие всегда найдутся. Ввиду свободы выбора оружия, установленной организаторами кровавых соревнований, веринионцам разрешили пользоваться своими видами индивидуального вооружения, так что биомеханические лазеры с функциями трансформации считаются самым ценным трофеем на состязаниях, правда, никому пока не доставшиеся.

Но, какими бы страшными ни были охотники с Веринионы, их команда в расчет не бралась, так как они никогда не ставили своей целью победить на турнире, а потому венцом зловещего списка команд Высшей лиги были "Адское пламя". Собственно, такую славу она получила, потому, что возглавлял эту команду сам Инферно. А впрочем, не только он заработал команде славу. На счету остальных двух участников команды числилось приличное количество жертв.

Кроме этого, на рассмотрении организаторов имелись кандидатуры на укомплектование из числа тех, кто принимал участие на турнирах тех лет, когда Арена только становилась популярной. Парни, решившие от скуки тряхнуть стариной, были не прочь подзаработать, но для них все зависело от потребностей действующих участников. В любом случае, соревнования в Высшей лиге не могли быть представлены командами с неполным составом.

Вернувшись вечером в гостиницу, Джей нигде не мог найти Деррека. Он начинал беспокоиться, ведь до первого сражения в Высшей лиге оставалось уже теперь меньше суток, а команду требовалось укомплектовать еще одним участником, а кроме того, подготовиться.

В фойе гостиницы Джей столкнулся с Молотом, тот его поприветствовал:

— Таксист, говорят, вы человека потеряли? — Спросил он.

— Да, Рыжий погиб на дуэли с Инферно. Я пытался его отговорить, но… — Джей только развел руками.

— У нас начинаются веселые деньки, Таксист. Мне очень хочется надеяться, что не придется с тобой сражаться. Здесь много тех, кого мало просто убить, они не достойны даже этого. По моему скромному мнению, конечно. — Здоровяк улыбнулся слегка. — Я говорю про Инферно, например. Я считаю, что его методы не согласуются с правилами…

— Разве на Арене есть правила? — Спросил Джей.

— Сначала на Арене были правила, но о них забыли, так то вот. А Инферно просто трус. Всех, кого он убил, убил "со спины".

— Тебе виднее, конечно, но знаешь, как говорят: "На войне все средства хороши". Что-то мне не нравится все это, мой второй напарник куда-то тоже пропал.

Молот подумал о чем-то, потом сказал:

— Ладно, вижу у тебя дел полно. Бывай, Таксист.

На этом они разошлись каждый по своим делам. Джею срочно нужно было найти Деррека, он поспрашивал дежурных в фойе, но его никто не видел, никаких сообщений он тоже не оставлял, и когда Джей вернулся в комнату, его плохие предчувствия полностью оправдались.

Сам Вивариус лично связался с ним и объяснил, что Деррек по личным причинам покинул состязания, однако, не конкретизировал. Джей понял, что эти причины не в банальном добровольном уходе из команды, что все куда хуже, но на разбор полетов не было времени.

Итак, Джей остался один. Он должен был продолжать состязания и не мог ничего поделать, чтобы узнать судьбу Деррека, покинувшего его в такой ответственный момент. И Джей знал, что к этому таинственному исчезновению причастен Вивариус. По началу, Джея охватила легкая паника, но потом он собрался с мыслями, взял себя в руки и принялся искать решение проблемы. Он рассмотрел информацию о составах команд и ответ нашелся, оставалось только реализовать свою идею, если еще не было слишком поздно.

 

Глава 16. Высшая лига (Иллюзии "Звездного странника")

Толпа ревела так неистово, что голоса комментатора почти не было слышно. На гигантских дисплеях транслировали какие-то звездные системы, а также, орбиту планеты, на которой висел исполинский космический корабль под названием "Звездный странник".

Наконец, в игру вступали команды Высшей лиги. Их уже знали и с нетерпением жаждали увидеть вновь в деле. И хотя первый поединок в категории профессионалов выпал на долю "Детей Веселого Роджера" — команды, недавно вступившей в Высшую лигу, у них уже были поклонники.

Против них выступали "Спектр Света". Двух очаровательных и смертельно опасных дамочек решили бросить на амбразуры в первых рядах. Третьего участника команды "Спектр Света" до самого начала поединка не знал никто. Это был сюрприз от самого Вивариуса и он лично объявил выход Спектра.

"Дети Веселого Роджера" уже во всю позировали перед толпой фанатов, выделывая всяческие финты — мол, вот мы какие и вы нас любите! Да! Капитан Детей — забавный малый, по прозвищу Рапира, улыбался во весь рот, раздавая налево и направо дружественные жесты. Он что-то кричал толпе, и улыбался в ответ на ее сумасшедший восторг. Его шляпа с загнутыми вверх полями и пиратским символом — собственно, череп с костями — тот самый Веселый Роджер, задорно висела на макушке. По его виду нельзя было сказать, что этот парень гладиатор Арены. Он скорее походил на разодетого актера, рекламирующего зубную пасту, и уж конечно, нельзя было и предположить, что он умудрился совершить три убийства, срубив световым мечом головы своих жертв.

Двое его товарищей — Шкипер и Буканьер меньше финтовали перед толпой, отдавая все лавры главного заводилы капитану. Шкипер гордо держал знамя своей команды — самый, что ни есть пиратский — зловеще улыбающийся череп с костями на черном полотне.

В это время на арену вышли "Спектр Света", объявленные Вивариусом. Под небольшое светопредставление, сопровождаемые не менее диким шквалом аплодисментов толпы, "Спектр Света" медленно прошествовали в центр арены.

Джей, как обычно, спокойно вышагивал, искоса поглядывая на толпу, рядом с ним Электра в полном своем боевом облачении, вооруженная плазменной винтовкой и возглавляла это шествие третья участница команды — Елена Баркли, которую на Арене знали как Нимфу. Она разбрасывала воздушные поцелуи, искусно отточенными движениями вытанцовывала незамысловатые пассажи и соблазнительно вертела бедрами.

— Стоит немного поработать на толпу, — сказала она Джею.

Он улыбнулся слегка и поднял вверх руку, поприветствовав тем самым толпу.

— Для начала — неплохо. — Одобрила Нимфа и подарила Джею свою бесподобную улыбку, он подмигнул ей в ответ. Электра страдальчески закатила глаза, Джей развел руками.

Рапира удивился появлению Джея в составе Спектра не меньше, чем толпа. Не то чтобы он боялся его, но, слегка побаивался. Чтобы хоть как-то выразить свое отношение к Джею, как к сопернику, он сначала указал на себя, потом, на Джея, жестом «срубил» себе голову в основании шеи, снова направил указательный палец на Джея, состроил ангельские крылышки, помахал ими с мученическим выражением лица, которое мастерски имитировал — мол, я тебе срублю голову, ты отправишься на небеса.

Джей досмотрел эту идиотскую пантомиму, беззвучно фыркнул и отмахнулся — мол, руки коротки.

Поединок, как и все в Высшей лиге, организовали с размахом, чтобы у зрителей разжечь интерес, а участникам устроить побольше трудностей.

Когда-то давно, когда человечество прочно обосновалось в пределах своей галактики Млечный путь, межзвездные путешествия были обычным делом. Человечество стремилось дальше в глубины Вселенной, и когда открылись технологии полетов в подпространстве, стало засылать в эти самые глубины множество кораблей-разведчиков. Корабль с донельзя банальным названием "Звездный странник" был одним из первых таких научно-исследовательских станций.

Пролетев несчетное количество парсеков, он обнаружил планетную систему вокруг одной из звезд Дагобар, родины рептоидов.

Энергоресурсы корабля исчерпались со временем, и он обосновался на орбите планеты D5, которую исследовал. Качать ресурсы с нее не представлялось возможным, и единственная надежда экипажа оставалась только на родную Земную Федерацию.

К тому времени, как на корабле почти полностью закончились продовольственные продукты, команде было не до исследований. Людей охватила паника, потом сумасшествие, пришлось драться за продукты питания, пищевые автоматы из-за отсутствия биомассы, не производили больше полуфабрикатов. В итоге, жалкие остатки ученых принялись охотиться друг на друга, а потом…

Впрочем, о судьбе экипажа корабля достоверной информации не было. Зато корабль, чья автоматика в отсутствии людей, перешла на аварийный запас энергии, сумела послать сигнал бедствия и только через двадцать лет земляне нашли свой корабль, безмолвно вращающийся по орбите планеты D5, ставшей тюрьмой для "Звездного странника". И вот теперь настало время вернуться домой…

Вивариус выкупил корабль на одно сражение, обязуясь доставить его на Землю и передать в руки ученых Земной Федерации, если…

На орбиту D5 прибыл корабль технической поддержки с командой специалистов на борту. Они восстановили энергоснабжение, обновили систему управления, напичкали камерами слежения, и теперь оставалось только загрузить в компьютер программу полета, которую еще предстояло отыскать. И сделать это должны будут гладиаторы. Та команда, которая успешно ликвидирует соперника, найдет чип с программой полета и вернет корабль — выиграет сражение. Убийство команды соперника в этом поединке не являлось обязательным условием, зато время жестко ограничивалось десятичасовым лимитом, потому что как только участники соревнования окажутся на борту корабля, автоматически запустится программа самоуничтожения, и если в течение десяти часов компьютер не получит новые данные, по орбите планеты D5, вместо целого корабля, будут безмолвно вращаться обломки "Звездного странника". И уж конечно, ученые Земной Федерации не получат свою исследовательскую станцию обратно (а впрочем, Вивариус заплатил немалую сумму за использование корабля, так что его потеря для Земной Федерации не принесет катастрофического разочарования).

Состязание обещало быть одним из самых ожесточенных и динамичных на турнире, а, кроме того, помимо прочего, гладиаторов на борту ждала еще масса сюрпризов.

— Где мы? — Спросила Елена, когда последний участник команды завершил телепортацию в зону сражения.

В отсеке переброски Спектра царили тишина и тьма. Свет пробивался только сквозь небольшого размера иллюминатор — там снаружи, на корпусе, имелся сигнальный маячок, он и служил для темного отсека солнышком. Едва-едва различались очертания предметов, по обстановке можно было примерно догадаться, куда забросили команду.

— Похоже на склад. Мы в грузовом отсеке. — Ответил Джей — Интересно, есть здесь нормальное освещение? — Задал он самому себе риторический вопрос и решил осмотреть помещение на предмет включателей, но не нашел их.

Электра включила миникомп и загрузила файлы, содержащие карты отсеков корабля. Время уже тикало, о программе самоуничтожения сообщили только перед телепортацией, на все оставалось без малого десять часов.

Требовался план действий, потому как надо было с чего-то начинать поиски чипа, но инструкций о его местонахождении никто не давал — как всегда, такие вещи по ходу дела.

— Где может находиться чип? — Спросила Елена.

— Да где угодно. Нам и года не хватит, чтобы обшарить весь корабль, он слишком большой.

— Вот по этому чип там, где его не нужно искать. — Сказала Электра, внимательно изучая карты отсеков.

В слабом свете от монитора миникомпа Джей заметил тонкие царапины на руках Электры. В памяти всплыли ее слова о каких-то приступах, которые она произносила там, на берегу. Он не стал спрашивать, откуда они — это сейчас было ни к месту. С Электрой снова творилось что-то, это было видно и без света.

— С тобой все в порядке? — Спросил он ее, она подняла взгляд, ее глаза блестели.

— Да, нормально, — услышал он в ответ и не поверил.

— Так что будем делать? — Поинтересовалась Елена.

— Кто-то очень мудрый, Елена, сказал: "Ничего не делай, и все само получится". — Ответил Джей, состроив наисерьезнейшее лицо. — Надо искать "Детей".

— Зачем? — Не поняла его она.

— Чтобы убить их, — подмигнул ей Джей, но она этого не увидела. — Разделимся, и будем держать связь.

— Эй, кто тут главный? — Спросила Электра.

— Я и не думал командовать, просто предложил, — примирительно развел руками Джей.

Решено было действовать так, как предложил Джей, но держаться недалеко друг от друга.

Для чего искать команду противника, было понятно, но разгадывать очередные шарады Джей был не в состоянии. Его мозг не работал продуктивно в этом направлении, даже под угрозой неминуемой смерти в результате полного уничтожения корабля. Он слишком привык чувствовать дыхание смерти за спиной.

Джей не думал даже о том, что нужно сражаться с командой противника, он думал об Электре, и мысли его носили неопределенный характер. В голове четко вырисовывался ее образ, крутилось ее имя, но чего он хотел, не понимал. Он понимал, что надо сосредоточиться на другом — не получалось.

В коридорах света было больше, но, в целом, освещение оставляло желать лучшего. Через гигантские иллюминаторы Джей видел планету D5, испещренную кратерами и покрытую туманной дымкой. Атмосфера там была, но пригодна ли для кого-нибудь? Какая разница, думал Джей, все равно, через десять часов я либо буду далеко отсюда, либо меня вообще не будет. Любоваться орбитальными пейзажами Джею мешала скука.

Еще две недели назад он не мог себе позволить поездку даже в соседний город, теперь он побывал на двух планетах, одной колонии, и вот теперь на борту исследовательской станции на орбите планеты, которая так далеко от родной Земли. Он захотел домой, но его ждала очень долгая дорога туда, а он не мог сделать даже первого шага. Это место держало его.

Джей постоял немного и направился вдоль по коридору. Вдали маячили осветители, то, выключаясь, то, снова включаясь — свет неприятно и зловеще моргал.

То, что произошло потом, резко вывело Джея из состояния скучающего ступора. Сердце начало бешено колотиться — он увидел впереди фигуру человека. Сначала, ему показалось, что это кто-то из своих, затем — кто-то из команды противника. Присмотревшись, он понял, что ни то, ни другое. Это был человек одетый не в доспехи гладиатора, а в униформу, которую носят члены экипажей гражданских судов — белые брюки с красными полосками по швам, черные лакированные туфли, небесного цвета пиджак с двумя рядами пуговиц и белая фуражка.

Но это было не возможно, ведь на корабле, кроме гладиаторов никого не должно было быть. Не могло это быть и галлюцинацией, Джей отчетливо видел, как незнакомец медленно направлялся навстречу, сложив руки за спиной и гордо выправив осанку. Он даже не шел, а словно летел по воздуху, лица Джей не разглядел, но создавалось впечатление, что человек не видит Джея.

А тот стоял, остолбенев, дыхание сбилось, взгляд приковало к странной фигуре.

Наконец, человек остановился, Джей сглотнул, но ком в горле остался. Джей ждал, что будет дальше. А дальше произошло совсем уж невероятное — человек развернулся на девяносто градусов и прошел сквозь стену, словно призрак.

Джей не мог поверить глазам. Он связался с остальными и рассказал о том, что видел.

— Ну! Призраки команды корабля? Забавно. — Усмехнулась Елена. — Ты уверен, что не ошибся?

— Я же не слепой, да и с головой у меня все в порядке, — немного раздраженно ответил Джей.

— Где ты? — Спросила она.

— Не знаю. Похоже, какой-то переход между отсеками… Здесь большие иллюминаторы.

— Я сейчас приду к тебе. Вместе поищем твоих призраков. — Нимфа отключилась.

Джей резко направил свой РД-7, но во время осекся — Электра появилась за спиной почти бесшумно.

— Ты напугала меня, — оправдался Джей, и вытер рукой пот со лба.

— Мне кажется, что-то не так, — прозвучал в голове у Джея голос Электры. — Этот корабль необитаем. Здесь только мы и противник, но ты и впрямь что-то видел.

— Да, он прошел сквозь стену, — растерянно ответил ей Джей.

— Я не верю в призраков. Это какие-то галлюцинации. Пока не знаю какие, но… О, боже!!! - Электра схватилась за голову обеими руками, осела на пол, и ее лицо исказилось в гримасе боли.

— Что с тобой?! - Подхватил ее Джей.

Ее стало трясти, боль не отпускала, она кричала, пытаясь что-то сказать, но Джей не воспринимал ее мысли четко, слыша лишь отдельные непонятные обрывки фраз. Вдруг, Электра резко открыла глаза, боль прошла, шум, который только что разрывал голову на части изнутри, исчез. Все стало как раньше. Джей держал ее за плечи и непонимающе смотрел в глаза.

Девушка осмотрелась, как она оказалась на полу, прижавшись к стене, не помнила. Она отыскала свою плазменную винтовку, лежащую рядом, и вдруг, кошмар начал продолжаться снова, на этот раз — визуальный. Прямо за спиной Джея появилось чудовище — мерзкая тварь с горящими красными глазами. Его лицо было сжато устрашающей гримасе, а пасть, увенчана двумя рядами длинных клыкообразных зубов. На монстре было что-то одето — теперь все изуродовано, и лохмотьями свисало до пола. Чудовище приближалось медленно и беззвучно. Электра схватила винтовку и приготовилась стрелять в монстра, но Джей почему-то отвел ствол резко вверх и выстрел не удался.

— Да что с тобой?! - Закричал Джей.

Электра ощутила что-то вроде удара по лбу, и все стало каким-то другим, более настоящим, чем минуту назад, когда она очнулась от боли и шума в голове. Она снова чувствовала себя, контролировала и ничего не понимала в происходящем — почему она на полу, а Джей ее держит, почему кричал. Она вспомнила про монстра и про то, как Джей зачем-то не позволил ей убить его. Но монстра не было, зато вместо него рядом стояла Елена. Неужели, это сумасшествие? — подумала Электра.

— Что с ней? — Спросила Нимфа.

— Если б я знал. — Коротко ответил Джей.

Он помог подняться Электре на ноги.

— Здесь творится что-то странное, — заметил Джей, — Елена, сколько у нас времени?

— Почти девять часов.

— Надо поторапливаться.

Елена вовсе не считала себя круглой дурой, а скорее, наоборот. В свое время она получила высшее образование, и почти стала кандидатом в доктора наук. Но, попала на арену и забыла об этом. Так вот, она предпочитала не полагаться на непроверенные данные, тем более, на такую спорную тему, как существование призраков. Всему и всегда есть рациональное объяснение — этот постулат она зазубрила еще в университете, и он так и остался для нее главной незыблемой истиной.

А Электра совсем «расклеилась» после того, что с ней произошло. Ее руки дрожали, она неровно дышала и не могла собраться. Джей и Елена приняли командование парадом на себя.

— Прости, Лена. Я, кажется, схожу с ума. — Тихо извинилась Электра, за то, что чуть не отправила подругу на тот свет.

— С ума не сходят по одиночке. Джей ведь тоже что-то видел. — Ответила Елена, она понимала всю странность ситуации, ей было не до обид.

Вернулся Джей. Он прошел вдоль коридора и осмотрел обстановку — ничего призрачного он не увидел и не услышал. Теперь команда решила держаться вместе, ввиду того, что один игрок пребывал в неудовлетворительном состоянии.

— Думаю, надо попасть на капитанский мостик. Там должно быть что-то в компьютере. — Заметил Джей.

"Дети Веселого Роджера" после телепортации оказались на противоположном конце корабля, в жилом отсеке. Здесь располагались отдельные каюты для членов экипажа, в них остались даже личные вещи. Все лежало в полном порядке, так если бы на корабле еще кто-то из экипажа обитал, но этого быть не могло, потому что с тех пор, как последний живой человек бесследно исчез с корабля, прошло двадцать с лишним лет. Трудно поверить, что кто-то до сих пор влачил здесь жалкое существование, ведь ему элементарно, нечем было бы питаться.

Однако, все выглядело так, что корабль был обитаем, но слишком театрально и неестественно. Инсценировка — не больше. Для игроков команды капитана Рапиры это было ясно как день. Ребята осмотрелись довольно живенько. Наиболее полно изучили все дыры, куда можно было бы залезть. Им было важно составить представление о корабле, они не искали что-то конкретное, а микрочип, по их мнению, мог находиться только на капитанском мостике, чтобы его можно было бы запросто найти.

Время поджимало, угроза провести дальнейшее существование на орбите планеты D5 среди обломков Странника не вдохновляла на легкую схватку, но в живых из команды Спектра парни решили никого не оставлять.

Чтобы не терять драгоценное время, команда разделила обязанности: капитан Рапира вместе со Шкипером отправились на поиски и устранение команды противника, а Буканьер на капитанский мостик за чипом, и в случае, если его там не окажется — отыскать любую информацию относительно его — чипа — местонахождения.

Джей двигался чуть впереди, за ним Электра и Елена прикрывала этот марш-бросок по отсекам корабля до капитанского мостика с тыла. Приходилось часто сверяться с картой. Коридоры походили друг на друга как две капли воды и иногда Джею казалось, что они бегают по кругу.

Судя по карте, капитанский мостик находился на втором уровне корабля в самом центре. Весь вопрос заключался в том, как попасть на второй уровень. Ни лифтов, ни каких-либо других переходов не было вообще, а единственная похожая дверь, что встретилась на пути, оказалась грубо заварена плазменной сваркой.

Тот же самый вопрос мучил и Буканьера. Ему казалось, что он вдоль и поперек избегал первый уровень, а способа подняться на второй так и не нашел. С интервалом примерно в пять-семь минут он держал связь со своими. Рапира и Шкипер противника пока не нашли. Корабль на поверку оказался слишком большим.

Вдруг, впереди между дверями кто-то прошел медленно и скрылся за поворотом. Буканьер, стараясь как можно меньше греметь доспехами, направился вслед. Он вышел на связь со своими и узнал, что они находятся далеко от него, значит, этот кто-то был из команды противника. Буканьер решил, что сегодня его день, а тому парню не повезло. И вот, впереди снова показался тот, кого он видел только что. По коридору двигался человек, облаченный в скафандр для работы в открытом космосе. Он был без шлема и без оружия. Буканьер почуял подвох — почему на парне был рабочий скафандр, почему он без оружия и кто это вообще такой.

Буканьер направил на космонавта свой бластер и окликнул:

— Эй, стой на месте, подними руки, чтобы я их видел!

Человек остановился и развернулся лицом к гладиатору, но это был не противник. Абсолютно посторонний мужчина с каштановыми волосами, угловатыми скулами и широким покатым лбом. Глаза его словно смотрели в пустоту, и напоминали глаза манекена.

— Кто ты такой? — Задал вопрос Буканьер, но человек молчал и просто продолжал стоять на месте, не двигаясь и вообще никак не реагируя на то, что в руках Буканьера оружие, направленное ему в грудь.

— Что ты молчишь? Я задал вопрос. — Повторил Буканьер, на что человек снова ничего не ответил. Он указал Буканьеру рукой, так, будто у него за спиной что-то было.

Сердце гладиатора прибавило в темпе, пот прошиб все тело, оборачиваться не хотелось, чтобы не выпускать космонавта из виду ни на секунду, а тот продолжал настойчиво указывать куда-то за спину. Буканьер обернулся буквально на секунду, а когда снова посмотрел в сторону космонавта, того уже не было, словно его и не было вообще. Гладиатора разобрал нервный смех. Он достал коммуникатор, чтобы связаться с капитаном, но воспользоваться не успел, за спиной раздался выстрел, и буквально в метре от головы воздух прожгло плазменным лучом. Он сразу же забыл про связь и призраков, помчался со всех ног дальше по коридору, прикрывая руками голову. Он в два прыжка преодолел расстояние в десять метров и скрылся за дверью какого-то помещения. Из своей засады он дал наугад пару выстрелов, связался с остальными, сообщил, что атакован противником и вынужден сопротивляться. На этот раз сомнений, что это враг у него не было, он даже знал, кто именно в него стрелял.

Электра так неожиданно начала стрелять в кого-то, а потом пустилась вдогонку. Джей и Елена не разобравшись, поспешили за ней.

— Что там? — Спросил Джей, подбежав к Электре и прижавшись к стене.

Здесь коридор резко уходил вправо и вел в какие-то служебные помещения. Противник укрылся в одном из них и огрызался время от времени бластерными очередями.

— Думаю, скоро здесь будут другие двое! — сказал Джей. Елена в это время охраняла позицию с тыла. Вообще, воевать в стенах отсеков этого корабля было очень опасно, лучевое оружие, конечно, не рикошетит, но свинцовые пули заденут.

— Он связался с остальными, они скоро будут здесь. — Сказал Джей. Елена охраняла в это время тыл — именно оттуда должны были прийти двое других «Детей». "Спектр света" загнали себя в ловушку — не такую уж безнадежную, но, ловушку.

— Оставь этого мне, а вы с Еленой проконтролируйте коридоры. Расставьте мины на подходах к нашим позициям, пока еще не поздно! — Услышал у себя в голове Джей, и не успел сказать в ответ ни слова — пришлось уворачиваться от неприцельной стрельбы Буканьера.

Джей не стал спорить с Электрой. Пройдя примерно полтора десятка метров они с Еленой заложили первую мину и чуть дальше еще одну — теперь ситуация кое-как контролировалась и позиции Спектра были защищены.

А Буканьер продолжал отстреливаться, и Электра никак не могла выбраться из своего укрытия, чтобы ответить ему. Боеприпасами парень раскидывался, словно они у него лились из рога изобилия, и вот, наконец, огонь прекратился.

Огонь прекратился, Электра смогла осмотреться — дверь, ведущая в помещение, где скрывался Буканьер, была открыта. Сам он уже не стрелял, значит, либо у него закончились боеприпасы, либо… Он удрал куда-то!

Электра оценила свои шансы на то, чтобы добежать до двери и укрыться за стеной — не очень большие, но ей пришлось пойти на риск — упускать шанс такой победы над противником она не собиралась, да и дело тут было, в общем-то, в другом: она уже не контролировала себя — беспощадный и ненасытный смертями охотник уже в который раз взял верх. Теперь только холодный расчет да нестерпимое желание убивать.

В такие моменты Электра абстрагировалась от реальности, были лишь она, оружие и враг, которого надо убить. Повинуясь инстинктам убийцы, Электра добежала до двери — сотня метров показалась ей вечностью, но когда этот рубеж был преодолен, она не стала задерживаться и просто влетела в помещение, где укрывался враг, но там уже никого не было. Она принялась бегло осматриваться в поисках лазейки, через которую противник ушел, и обнаружила вентиляционную шахту под потолком — оплавленная решетка валялась тут же на полу, и ящик, который использовали в качестве подставки.

Электра взбесилась и начала расстреливать стены и потолок из своей плазменной винтовки, луч резал стены, как горячий нож — масло, и если противник был еще близко, то эта пальба должна была его убить. В порыве бешенства Электра не заметила, как энергоблок винтовки нагрелся до критической температуры, система охлаждения не справилась и вышла из строя, винтовка отказала стрелять. Электра бросила оружие на пол и решила проверить результаты своей стрельбы, подтянулась слегка и заглянула внутрь шахты — там все было искорежено и продырявлено, но трупа не было — противник все же ушел.

Электра выругалась, свалилась вниз. Она высыпала содержимое своей сумки на пол: боеприпасы, компьютер, еще куча всего.

Заменив блок системы охлаждения, она собралась уже бежать дальше по ходу вентиляционной шахты. Агрессия смешалась с жестокой ненавистью, Электра забыла про команду, существовал только противник, которого надо во что бы то ни стало убить.

В этот момент в дверях появился Джей, и ему резко пришлось увернуться от одиночного выстрела, произведенного по нему Электрой — та на взводе уже не различала своих и чужих. И в ту же секунду она осознала то, что только что сделала. Озарение вернуло Электре рассудок, руки задрожали, она выронила винтовку на пол. Она уставилась на дверной проем, боясь пошевелиться.

Спустя какое-то время, Джей осторожно выглянул и увидел Электру, сидящую на полу, рядом валялись ее винтовка и сумка — содержимое в беспорядке разбросано здесь же, а, кроме того, стены и потолок теперь напоминали решето.

Он подошел ближе. Она дрожала, держась руками за голову, и с диким ужасом в глазах смотрела на него.

— Что с тобой? — Спросил Джей.

Она не ответила, и тогда Джей помог ей подняться на ноги, прихватил ее оружие и сказал, что надо убираться отсюда и поскорее.

Буканьер выбрался из вентиляционной шахты и с грохотом свалился на пол, пролетев вниз добрых два с половиной метра. Нога болела, и хоть кость не задело, икроножную мышцу просто спекло. Идти он не мог.

Попытка связаться со своими не дала результатов, рация не работала. Он достал аптечку и принялся залечивать рану ровно на столько, насколько это было возможно в данных условиях. Он понимал, что без помощи со стороны своей команды он не протянет, если его найдут "Спектр света", ему не выстоять против них.

Крови практически не было, рану основательно запекло лучом, кость не задело чудом, но если бы это произошло, то ногу бы просто отрезало. Хотя, в данной ситуации, если все же удастся вернуться на Землю живым, ногу все равно ампутируют. Хватит ли денег на протез?

Буканьер залил в рану весь антисептический гель, который был в аптечке, затем наложил тугую пластическую повязку. Через пару минут боль поутихла. Повязка хоть и годилась на роль шины, все же не была ею, но двигаться, сильно прихрамывая, скорее всего, получится. Сейчас это было самое главное — вернуть себе двигательную способность.

Теперь нужно было пять минут подождать, пока гель и повязка дадут эффект. Буканьер нацелил перед собой бластер на случай, если кто-нибудь появится у него на прицеле — не застанет его совсем уж беспомощным.

А в коридоре появился все тот же космонавт. Снова так же неожиданно, словно ниоткуда. Он посмотрел своим невидящим взглядом на гладиатора, и пошел, нет, даже полетел куда-то, свернув налево.

Буканьер не знал, что заставило его подняться на ноги и последовать за космонавтом. Боли гладиатор уже не чувствовал. Хромая, он дошел до конца коридора и свернул налево, космонавта не было, вероятно, он снова исчез.

— Черт! Черт! Черт бы побрал этот корабль! — Выругался Буканьер. Он шел и громко выкрикивал все, что накопилось за эти два часа, проведенных на Звездном Страннике.

И опять, как в прошлый раз, по нему открыли стрельбу. Теперь он получил ранение в руку и выронил оружие. Он вскрикнул от боли и, потеряв равновесие, повалился на пол. Голова закружилась, и нога снова начала сильно болеть.

Не успел он опомниться, как его прижали к полу ногой, и Буканьер рассмотрел холодное дуло бластерного автомата, направленное ему в лицо.

— Таксист! — Удивился Буканьер. — Ты же не будешь стрелять в лежачего? — Хриплым голосом спросил он, прокашлялся, сплюнул и добавил: — Похоже, сегодня не мой день. Эта девка сумасшедшая, клянусь тебе, ей все равно кого убивать. Она больная…

— Ладно, заткнись. Я не собираюсь в тебя стрелять. Где остальные?

— Если б я знал, — простонал Буканьер. — Я потерял с ними связь, когда отстреливался. А кстати, ты не видел здесь космонавта? Явно тронувшийся тип, появляется незаметно, исчезает, как призрак. Ну, что, думаешь, я сумасшедший? — Буканьер пребывал под сильным стрессом и чтобы подавить это предательское состояние, постоянно что-то бубнил, но тоже видел призраков!

— Вставай, — приказал Джей, осекся и добавил: — Ладно, лежи тут. Оружие я забираю, ты уж извини.

Глаза Буканьера расширились от ужаса — он указал в дверной проем:

— Смотри, что это?!

Джей развернулся и ничего не увидел.

— Там было нечто! Оно прошло только что! — Начал вопить Буканьер.

Тогда Джей дошел до двери и осмотрел коридор — ничего.

— Тут никого нет, но попытка была так себе, — улыбнулся Джей, собираясь уходить. Убегая, Джей услышал за спиной проклятья, вслед ему. Буканьер орал не своим голосом, словно его резали разделочным ножом:

— Таксист, подонок! Не оставляй меня здесь! Отдай оружие, сволочь!

И Джей вернулся. Буканьер судорожно пытался подняться на ноги, опираясь о стену, но он то и дело сползал на пол, раненые конечности мешали ему встать.

Увидев Джея, он почти жалобно простонал:

— Я не хочу умирать здесь, среди призраков. Думаешь, я сумасшедший?

— Что ж вы все такие мнительные? — Задал Джей риторический вопрос.

— Что ты тут с ним возишься? — Елена появилась в дверном проеме, с ней Электра.

— Он видел призраков, — сказал Джей, решая, что делать с этим обезумившим от страха гладиатором. Убить его Джей уже смог бы, да и позволять сделать это кому-либо другому тоже не стал, не считаясь с тем, что этого требовали правила. Джей чувствовал себя полноправным капитаном команды.

— Да, да и монстра какого-то, в драной одежде. Только что прошел туда. Клянусь!

— Там, в переходе, я тоже видела монстра. — Сказала Электра. — Потом он исчез, а на его месте оказалась Елена.

"Черт бы побрал этот корабль" — выругался про себя Джей.

— Мы знаем, как попасть на второй уровень, — сказала Елена, демонстрируя какие-то ленты.

— Это антигравитационные пояса. Там есть шахты. Просто включаешь поле и поднимаешься.

— Чего только не придумают, — заключил Джей. — Его возьмем с собой. — Скомандовал он.

Елена попыталась возразить, но Джей ее не слушал. Он отдал ей бластер Буканьера, помог парню подняться, и они вчетвером отправились к шахтам. В запасе оставалось не слишком много времени.

Рапира и Шкипер давно отыскали способ подняться на второй уровень, побывали на капитанском мостике, и нашли микрочип. Только он лежал в столовой, прямо в центре помещения, освещенный с трех сторон, чтобы без труда можно было догадаться, что это микрочип с программой полета, а не что-то еще.

Теперь, когда микрочип был у «Детей» и капитан Рапира, чья самонадеянность не имела пределов, решил, что дело в шляпе — осталось только ликвидировать команду противника и лететь домой. Это позже он поймет, что недооценил "Спектр Света".

Чтобы не усложнять себе задачу долгими и нудными поисками противника, Рапира активировал громкую связь и видеофоны по всем отсекам корабля, и передал Спектру сообщение.

На одном из дисплеев появилось изображение капитана «Детей». Он улыбался во весь рот и старался всячески показать как непринужденно и легко он играет.

— Внимание, "Спектр Света". Я бы назвал вас — неудачники, но должен уважать противника, по этому не буду. Говорит командующий ситуацией на Звездном страннике. Мы ведем репортаж прямо с капитанского мостика.

— Сам шучу, сам смеюсь, — проговорил Джей.

Просмотр этого «репортажа» поднял Джею настроение. Может это не правильно, но Джей больше не воспринимал Рапиру как соперника. Своим поведением тот больше напоминал заправского телеведущего какого-нибудь дурацкого шоу, какие смотрят по вечерам выходными любители скандалов и викторин. Будь у парня чуть больше мозгов, может, он и мог бы стать кем-то на телевидении. Кто ж его надоумил пойти на Арену и зарыть тем самым такой талант?

— Если будет себя хорошо вести, придется оставить его в живых тоже. — Сказал Джей.

— Так вот, микрочип у меня, а время идет и скоро корабль отправится к чертям собачьим, а вместе с ним и мы все, но я не активирую программу полета, если вы предпочтете отсидеться где-нибудь в ожидании времени. Так что я жду вас здесь. Приходите, и мы посмотрим, кто же из нас настоящий джентльмен удачи.

Сообщение закончилось.

Джей помотал головой, чтобы прогнать наваждение. Неужели этот цирк на самом деле происходит.

— Ну, на капитанский мостик и домой. — Джей никогда еще не чувствовал себя так уверенно.

Тишина на капитанском мостике, словно никого здесь и не было вообще, но Джей знал, что враг где-то здесь ждет. Нужно было действовать, но именно что действовать в соответствии с каким-нибудь планом, а не пороть горячку, играя в крутых ковбоев. Просто влететь на капитанский мостик со стволами наперевес, с наглыми злыми лицами равносильно самоубийству.

Джей разрядил бластер Буканьера, вручил хозяину и молча указал дорогу. Ужасно обрадованный Буканьер, которому вернули оружие с пустым магазином начал препираться, не стесняясь выражений, да в присутствии дам.

— Ты с ума сошел, Таксист! Я не пойду туда! Я не успею войти, как меня продырявят насквозь, я останусь! Это уже не игра, Таксист!

Джей понимал, что толкает противника на самоубийственный шаг, но это была именно игра, и выбора у перепуганного калеки не было, а Джею было не до благородства. Елена, которой тоже, видимо, надоела эта клоунада, не выдержала и слегка саданула парня прикладом П-Х:

— Иди! — Грубо приказала она.

Буканьер понял, что игрушки закончились, он, прихрамывая, поплелся к дверям капитанского мостика, где-то на середине пути, он громко крикнул: "Рапира, это я — не стреляй!". Тяжелая металлическая дверь открылась перед ним, он стоял, боясь переступить порог, свои ему не ответили.

Он все же переступил порог, что произошло дальше — для него было важно. Он лишь почувствовал тяжелый глухой удар в спину, потом он уже лежал на полу, ничего не чувствуя, и картинка в глазах гасла, он не успел осознать, что умер…

И тут началось самое жаркое, теперь уже было не до саркастических шуток. Противопехотная мина с магнитной ловушкой моментально убила Буканьера, разворотив при этом часть стенки напротив входной двери. Рапиры и Шкипера на мостике не было, да и ловушку они расставили не для своего, они не рассчитали, что может произойти нечто подобное, и не успели его предупредить.

Когда прогремел взрыв, капитан «Детей» и Шкипер выбрались из укрытия — собственно, они прятались чуть дальше по коридору, и открыли плотный огонь по Спектру.

Пришлось спешно ретироваться подальше от капитанского мостика. Далеко отступить не удалось — путь к отступлению отрезали две мины с дистанционным взрывателем. Взрывом разворотило стены и потолок, от осколков спасло то, что они были металлические и панельные, их просто погнуло и разбросало, зато вырубился свет, стало темно, кое-где включилось аварийное освещение, провода, свисшие с потолка, угрожающе искрили.

Джей выругался, кое-как ползком, удалось пробраться чуть дальше за раздолбанный сегмент коридора и «окопаться» там, потому что прятаться было больше не за чем — никаких дверей или ниш в стенах не было.

— Все целы?! - Спросил Джей и получил утвердительный ответ.

Джей открыл огонь по противнику вслепую, тоже самое делали и остальные, на расстоянии «Детей» держал плазменный луч Электры. Короткими смертельно опасными линиями она врывалась в темноту, на мгновение ее освещая. «Дети» огрызались, теперь уже менее активно, но их положение все равно оставалось более выгодным. Больше всего стоило опасаться быть закиданными гранатами, но таким образом можно повредить электропитание корабля, тем более что это и так уже было сделано. Возникала угроза ситуации, в которой ввести программу полета не удастся, вследствие банального отказа работы главного компьютера из-за разрушения энерговодов. Должны, конечно, быть аварийные, но чем черт ни шутит?

— Что, выродки! В штаны наделали?! Прячьтесь пока, ваши секунды сочтены! — Орал Рапира.

Джей перевернулся на живот, в поле зрения противника не было, но Джей знал, что они чуть дальше по коридору, где-то возле дверей, ведущих на капитанский мостик. Эту позицию они не сдадут, она наиболее выгодна, и выбить их оттуда не удастся. На ум ничего не приходило, но действовать было нужно быстро, потому что «Дети» долго молчать не станут, и начнут наступать — огневая мощь у них не слабая, но основную опасность представлял трассер Шкипера, до сих пор молчавший. Пули начнут рикошетить, и тогда пиши — пропало, если не прямым попаданием, то от стены, но в этом не слишком широком коридоре Спектру придет конец.

— Джей, ты куда? — Шепотом спросила Елена.

— Прикрой меня. — Ответил ей Джей и пополз вперед, к позициям «Детей», до предела вжимаясь в пол. Над головой бабахнули короткие очереди Елены и полыхнул смертоносный луч Электры.

Джей прополз метров десять, здесь коридор плавно загибался и он различил очертания дверей капитанского мостика — тусклое аварийное освещение моргало, на фоне дверей капитанского мостика появилась фигура противника — Шкипер, догадался Джей, по отсутствию шляпы и наличию трассера, тот готовился открыть огонь. Медлить было нельзя, и Джей произвел выстрел управляемым электрическим зарядом. Шкипера протрясло и отбросило назад. В то же время промелькнула фигура в шляпе, капитан «Детей» стремительно ретировался.

Джей погнался за Рапирой и догнал его довольно быстро. Тот, видимо, понял безысходность своего положения и не стал тянуть время. Он резко развернулся на ходу, вытащив световой меч. Шляпа слетела, она в любом случае ему мешала, он тяжело дышал и истерически смеялся.

— Не думаю, что тебе есть резон стрелять в меня током — при мне микрочип. Ты его повредишь. Может, разберемся в честной схватке, без оружия — Рапира намекнул на бластерный автомат Джея, хотя при этом сам он свой меч бросать вовсе не собирался.

— Не выйдет, у меня нет такой штуки, как у тебя, — ответил Джей.

Рапира понял опасения Джея и согласно кивнул, дав понять, что не бросит свою штуку. Он лениво вертел меч в руке, не подозревая о том, что компьютерная система бластера уже взяла в прицел руку Рапиры и перевела оружие в режим одиночной импульсной стрельбы, Джей подловил момент и произвел выстрел. Кисть руки Рапиры оторвало и снесло вместе с мечом куда-то назад. Сам он от неожиданности чуть не подпрыгнул на месте, схватился за отрубленную конечность в надежде, что боль прекратится, но этого не произошло, и он принялся скулить, жалобно и протяжно.

— Следующим выстрелом тебе снесет голову, — устало проговорил Джей. — А потом я без проблем заберу у тебя микрочип, не повредив его. Давай его сюда и останешься в живых.

Рапира вручил Джею микрочип, и они отправились на капитанский мостик — Джей — победителем, Рапира — побежденным.

— Сорок три минуты в запасе, — объявила Елена, — Пожалуй, это можно отнести к разряду рекордов.

Сыграл на руку тот факт, что время в этот раз решило не торопиться, шло размеренно, даже немного медленно.

Рапира единственный участник вражеской команды, остался в живых. Ему оказали посильную медицинскую помощь, и теперь он сидел в уголке, не мешая остальным работать, ведь теперь оставалось самое главное — вернуть корабль домой.

Джей знал, что победа уже в кармане, не смотря на то, что один из участников вражеской команды, остался в живых, хотя правила сегодня не требовали убить его. Просто он сдался, и убивать его не имело смысла. Джей в тайне гордился собой. Он мог вполне заслуженно назвать себя одним из самых результативных игроков, но скромность ему много не позволяла, в том числе, громко собой гордиться.

Джей покрутил в руках микрочип. Запустить программу в компьютер и домой. Обычно, по закону подлости, стопроцентная уверенность в чем-либо, оборачивается стопроцентным разочарованием. И, как правило, это в большинстве случаев, касается дурных вещей. Откуда появились эти монстры?

С красными глазами, в драных одеждах, они медленно, окружили капитанский мостик с явным намерением убрать чужих. Повисла недолгая, но томительная пауза, монстры медленно надвигались, Спектр сбились в кучку, готовые в любой момент начать стрельбу, и только непонятная сила удерживала сейчас троих гладиаторов от этого необдуманного поступка, могущего привести к полному уничтожению рубки управления кораблем.

Рапира вжался в стену до предела и ждал, что произойдет. У него не было оружия, и он мог стать легкой добычей для этой ужасной толпы.

— Это еще что за мать вашу так?! - Завопил Рапира, не выдержав, — Таксист, отдай мне мой меч!

Джей не обратил внимания на крики капитана Детей, он выбрал одного монстра и выстрелил в него — выстрел не причинил тому никакого вреда, более того, заряд прошел насквозь, проделав в стенке сквозную дыру. Стрелять в чудовищ с таким результатом не было смысла — извести впустую боеприпасы, да поднимать шум.

По лицам людей скользнула тень волнения, а монстры продолжали скалиться и медленно приближаться.

Что-то было не так, это беспокоило Джея, он чувствовал во всем наигранность, рассудок не верил глазам. И только камера бесстрастно снимала все происходящее на капитанском мостике Звездного Странника. Джею, вдруг, стало не по себе от мыслей о том, что происходит на Земле в Колизее Арены, о том, какие делаются ставки на тотализаторе. Джей разозлился, и почти не целясь, сбил выстрелом камеру. Все разом пропало — монстры исчезли. Джей не сразу понял, что сбил не камеру, а голографический проектор — призраки Звездного Странника оказались всего лишь голограммами. Стоило догадаться об этом раньше. Как всегда, выход нашелся случайно, сам собой, чудеса на этом закончились.

"Получены новые данные" — монитор главного компьютера высветил сообщение. "Идет обработка. Внимание, программа самоуничтожения отменена. Идет обработка координат точки входа в гиперпространство. Координаты определены. Проверка всех систем. Системы в норме. Идет активация гиперпривода. Экипажу занять места. Начинаю отсчет".

Далее пошли на убыль цифры, до вхождения в гиперпространство оставалось две минуты, экипаж корабля был уже на местах, и наблюдали на мониторах открытие подпространственного портала, сопровождающиеся яркими вспышками электромагнитных полей.

— Что скажешь, Таксист? — Спросила Елена. Она сияла едва ли не ярче, открывшейся в космосе дыры. Шел отсчет последних секунд до старта.

— Скажу, что спать хочется. — Джей улыбнулся и закрыл глаза.

 

Глава 17. Любовь Таксиста

— Кто его нашел? — Голос был знакомым, но никак не получалось вспомнить, кому он принадлежит.

Вообще, многое в памяти не имело четкости и законченности. Одни сплошные провалы. Трент Деррек Норман III — свое имя вспомнить все-таки удалось. Постепенно вернулись воспоминания — не удавалось вспомнить только то, что произошло в гостинице — лишь какие-то смутные лица.

Джей — вот чей это голос. Сколько же прошло времени?

Деррек открыл глаза — он лежал на больничной койке, частично перевязанный и подключенный к датчику, который ровно отсчитывал удары сердца и показывал состояние организма — Трент ничего не понял из показаний аппарата, ну и пусть, это нужно врачам, а ему достаточно ощущать себя в норме. Джей стоял возле изголовья койки и разговаривал с врачом.

— У него могут быть провалы в памяти, он получил довольно тяжелую травму головы. — Сказал доктор.

— Надолго?

— Трудно сказать, наблюдение покажет… Он проснулся.

Джей посмотрел на Деррека и поздоровался. Тот в ответ постарался выдать нечто вроде улыбки, но челюсть сильно болела, и пришлось отказаться от этой затеи. Хотелось пить и задать кучу вопросов, но сил, на то, чтобы произнести хоть слово, не было, и взять их откуда-нибудь не было возможности.

Джей догадался о том, чего хотел напарник и предложил стакан воды с трубочкой. Когда Деррек утолил жажду, Джей принялся рассказывать.

Сначала, про то, как узнал, где находится Деррек — Лаура сообщила перед сражением. Это случилось прямо после того, как "Спектр света" вернулись домой, пригнав на орбиту Звездный странник. Затем Джей рассказал, что "Кулак Правосудия" больше не выступает на Арене, а сам Джей в составе другой команды. Но если Джею удастся дойти до финального поединка, то там он будет выступать от имени своей команды.

Рассказал он и о гибели Соммерса, Деррек вспомнил, о том, что тогда в дверях гостиницы случилось что-то, о чем его предупреждали плохие предчувствия, и, как оказалось, они были не спроста.

Деррек знал, что все произошедшее — только его оплошность, но сейчас что-либо исправлять нет смысла. Джей должен продолжать соревнования, а сам он выбыл из игры. В таком состоянии Дерреку было не до турнира, да и он уже был списан — один из тех, кто по случайности остался жив на турнире помимо победителя. В этом тоже был свой огромный плюс. Деррек и рад бы помочь Джею, но, увы. Он попросил у Джея листок бумаги и карандаш. Джей выполнил его просьбу и Деррек написал номер личного счета банковской ячейки — там для него имелось голографическое послание.

По поводу безопасности Деррек не волновался вообще. Да и ему было просто плевать. Раз его оставили в живых, значит, Вивариусу он больше не нужен, в противном случае, Джей искал бы сейчас труп где-нибудь на выезде из города вместе с полицейскими ищейками.

После больницы Джей отправился в банк, но вежливый робот-оператор сказал, что заведение закрыто на один день по техническим причинам. Выяснять технические причины, по которым закрылся банк, Джей не стал, но возле парадного входа его поймал человек в темных очках и строгом темном костюме. От него за милю пахло федеральной безопасностью, так он и представился, даже продемонстрировал документы и пригласил Джея для важного разговора проследовать за ним.

Никакого транспорта у агента федеральной безопасности не оказалось. Они просто шли вместе с Джеем по улицам города без особой надобности в выборе какого-либо конкретного направления и разговаривали. Говорил, в общем, только федерал, а Джей только поддакивал ему, кивая головой.

Из того, что любезно поведал собеседник, Джей узнал, что Деррек работает в полиции и что Деррек — собственно его настоящее имя, узнал, как Деррек попал на Арену и о том, что последнее время сотрудничал с федеральными агентами.

Федерал признал, что их здорово обвели вокруг пальца люди Вивариуса, когда похитили Деррека практически из под носа, и при этом умудрились скрыться. А впрочем, цели по захвату этих людей тоже никто не ставил — все, что сейчас происходило, как понял Джей, это тотальная слежка за людьми хозяина Арены и им самим. Одно знали точно — в похищении Деррека главную роль сыграл Хамелеон — неуловимый наемник, работающий на Вивариуса. Федералы просчитались — Вивариус нанял людей для инсценировки ареста вместо того, чтобы отдать Деррека в руки полиции по обвинению в убийстве своего начальника, которое тоже было совершено Хамелеоном.

Джей не знал, что сказать. Он уже догадывался, что его собираются завербовать, потому что Деррек функции агента выполнять не мог. Джей мог бы просто отказаться, даже не слушая, что еще скажет этот загадочный тип, но что-то его останавливало, может, было интересно. И он продолжал слушать и вникать в тонкости сыскной деятельности агентства федеральной безопасности на острове Вивариуса. У Джея, конечно же, появилось несколько вопросов, но он не торопился их задавать, к тому же сыщик неплохо подготовился, и ответы у него были наверняка заготовлены заранее.

— Деррек что-то оставил для меня в банке. — Сказал Джей. — Какое-то сообщение.

— Вот это. — Федерал продемонстрировал голодиск. — Там все, что я сейчас рассказал вам. — Он вручил послание Джею.

— Полагаю, вы не просто так решили поболтать со мной по поводу всей этой детективной истории. Завербовать меня хотите? — Спросил Джей.

— В точку. — Ответил федеральный агент. — Деррек больше не может выполнять функции нашего агента по двум причинам: его состояние и собственно то, что он раскрыт. Скажу также, что, нанимая вас, мы допускаем, что они ждут от нас этого шага, но игра давно уже идет в открытую.

— И никто ничего не может доказать. Похоже на тупик, вы так не думаете? — Спросил Джей.

— Да, пожалуй, вы правы. Только от этого не становится легче. Скоро турнир завершится, и тогда на какое-то время мы окажемся не при делах. Все останется, как есть.

— Понимаю, вы хотите поймать Вивариуса с поличным. Единственное чего я не могу понять, так это того, что мог бы я для вас сделать в качестве вашего агента.

— Найдите Хамелеона. Есть версия, что он гладиатор и до сих пор сражается на Арене. Так называемый представитель Высшей лиги. Их не слишком много, по этому вам будет не сложно проверить всех. К тому же есть те, кого можно вычеркнуть сразу — пришельцы, например. Воспользуйтесь своим чутьем, Райбак. В вас я вижу огромный потенциал для такой работы, и признаюсь честно, нам нужна ваша помощь.

— С чего мне начинать? У меня нет зацепок.

— Лаура Йоргенсон поможет вам. В ее номере есть документы, я лично попросил, чтобы она оставила вам свои наработки.

— Вы только что сдали ее мне. Не боитесь, что я не соглашусь работать на вас и сдам ее Вивариусу?

— Не боюсь, потому что она раскрыта и потому что вы вынуждены согласиться. В конце концов, есть же кое какая ответственность граждан. Мало кто о ней вспоминает, когда приходится качать права. К тому же, поверьте, есть более убедительные методы, и я могу их применить к вам. Вспомните, наконец, то, ради чего вы здесь.

— Угрожаете? Я бы не начинал сотрудничество с угроз на вашем месте.

— Отнюдь, Райбак. Я просто знаю, что вы согласитесь. А то, что только что сказал — считайте расстановкой точек над "и".

— Ваша взяла, но что если я ошибусь, я ведь не сыщик.

— Как однажды мне сказал мой инструктор: "Талант сыщика прописан в генах".

— И что с ним случилось?

— Спился. Чтож, до скорого, Райбак. Загляните к Йоргенсон.

Больше федерал ничего не сказал, он просто пошел молча своей дорогой, оставив Джея в тягостных раздумьях по поводу только что совершенной им глупости. Так или иначе, Джей не был уверен, что у него вообще был выбор. Он постоял немного и пошел в гостиницу, в номер Йоргенсон.

В номере царил абсолютный порядок. Даже на первый взгляд казалось, что здесь нет вообще никаких вещей, а комната пустует. Но никаких документов на виду Джей не заметил.

Это озадачило его. Ведь он не рассчитывал, что нужно будет что-то искать. С другой стороны он мог бы просто уйти, но подумал, что, взявшись за дело, надо довести до логического завершения.

С чего же начать? Где обычно держат женщины то, что хотят спрятать, но при этом так чтобы кто-то определенный нашел? Джею сразу подумалось, что если спросить у сотни человек на улице, то большинство ответит: в ящике с нижним бельем.

Джей определил наугад один из таких ящиков и открыл. Угадал. Интересно, как на ней смотрится вот это кружевное белье? Он подцепил двумя пальцами черные трусики — одни сплошные кружева, резиночки да завитушки. Каждому свое — она хоть и гладиатор, но все же женщина. А каждой женщине свойственно выглядеть красивой. Интересно, а есть у нее кто-нибудь? Странно, если бы был. Гладиаторы что мотыльки — долго не живут. За исключением тех, кто во время уходит на покой. Среди такого обилия женского белья мысли Джея потерялись. Он забыл, зачем пришел, да и рыться в ящике ему больше не хотелось — нет там того, что ему нужно.

— Ай-яй-яй… Лазить в женском белье в надежде отыскать там вот это, — на столик рядом с диваном мягко упала черная тонкая папка с материалами, а на диванчик присел… Джей?!

Настоящий Джей замер, наблюдая за своим собственным лжеотражением. Кружева агента Йоргенсон так и остались висеть на пальцах. Потом, когда оцепенение прошло, он осторожно закрыл ящик и присел напротив себя.

Второй Джей ехидно улыбался, кем бы он ни был, он хорошо понимал состояние своего оппонента. А потом он как заправский фокусник, закрыл лицо руками, и через секунду открыв, на Джея смотрел уже совсем другой человек — Уэйн Смитт.

— Ты?! Как ты это сделал? — Спросил потрясенный Джей.

— Это у тебя тут, — ответил Уэйн, указав пальцем на висок, — Впрочем, не обращай внимание. Эх, вот интересно, что бы сказала Лаура, застав тебя, копающимся у нее в ящике с нижним бельем. А ты не такой уж и святой, Таксист. Я слышал, ты ищешь Хамелеона по заданию федералов. Честно говоря, я немного удивлен, что ты клюнул на их уговоры.

— Хамелеон — это ты! — Догадался Джей.

— Бинго! Вот и победитель нашей викторины! Да, Таксист, я Хамелеон. Я самая большая головная боль агентства федеральной безопасности, но самое интересное это то, что даже те, на кого я работаю, не знают о том, что Хамелеон это я. Иногда полезно иметь много лиц и не иметь своего. Просто так безопаснее.

— Как скажешь. Зачем ты все это затеял?

— Думаешь, может у преступника быть совесть? — Уэйн, не дожидаясь ответа, продолжил: — Может. Но чтобы ты правильно понимал вещи, как они есть, я объясню. На Арене убийства разрешены, и убивая, ты не чувствуешь вины. Но разве это так? Признайся, ведь тебе же снятся те, кого ты убил — Галин или Клык. Твоя правда в том, что ты не убивал не на Арене, но поверь, это тоже самое. Единственное, в чем разница, никто об этом не знает. Это привычка и очень вредная привычка. Создается впечатление, что ты больше ничего не умеешь кроме как убивать.

Я к чему это все? Не говори федералам обо мне, пока турнир не закончится. Я сам сдамся после. Не скажешь?

Джей растерялся. В этой ситуации его больше всего злило то, что все словно играли им, а он не мог сказать им: нет. Вот и сейчас, зачем спорить с Молотом, если он прав? Да и зачем бы он сам себя выдал, если бы не собирался сдаваться? Джей верил Уэйну

— Покаяться хочешь? — Спросил Джей.

— Что-то вроде, но не совсем. Впрочем, это мое дело. Личное. Тебя я прошу, чтобы ты просто ничего не говорил федералам обо мне. И вообще никому.

Джею уже было плевать, он знал, что не скажет, но фантом совести все еще продолжал его немного грызть.

— Да мне все равно, — сказал он, наконец, — это не мое дело вообще, да и признаться честно, я тебе верю. Только не пойму одного: что это вдруг все вокруг решились мне довериться? Вот даже и ты?

— Сегодня мы выиграли сражение, Таксист, а это значит, что мы попадаем в одну вторую финала, как и ты сам. Но в полуфинале наши команды объединят против двух других команд. И я скажу тебе, что это будет пострашнее, чем «Оборотни». "Далекие уголки Вселенной" и «Иллизиум». Что касается вторых — их я в расчет не беру, но вот «Уголки» — это серьезно. Они могли бы быть победителями сотни раз, но турнир их не волнует. Веринионцы прилетят сюда просто поохотиться. Убьют и улетят. Я бы все отдал, чтобы вернуться обратно после сражения с ними. Но, честно говоря, смысл в этом отнюдь совсем другой. Ты — всему причина в первую очередь. Прошел слух, что Вивариус тебя недолюбливает и собирается разделаться с тобой. На его взгляд, это самый простой способ — поставить тебя против охотников. А вот чем ему так насолил я — не знаю. Может, он и про меня догадывается… ууу… трудно сказать, но, тем не менее — это факт.

— А Инферно? И "Адское пламя"? Они что?

— Их поставят, скорее всего, против "Верхний предел". Команда не самая слабая, но и не гвоздь программы. Инферно в финал билет заказан — это точно. Он может второй раз стать победителем. Поживем — увидим.

Джея сразило наповал. Хамелеон сам нашелся, оказался не таким уж и плохим, и конечно, в голове у Джея встал совершенно резонный вопрос: что делать дальше? Не знаю — честно ответил он самому себе.

— А кто-то еще знает про тебя?

— Скарго. Но ему все равно. Он по-другому мыслит. Его не касаются личные дела других. Лаура не должна знать, что Хамелеон это я — у меня с ней хорошие отношения в команде, и я хочу, чтобы они такими и оставались.

Джей кивнул головой, вставая с дивана и собираясь уходить. Он думал на ходу о том, что слишком много на него свалилось за эти четыре часа, и слишком много ненужного, слишком много, чтобы забыть кружева Лауры.

— Ты копался в женском белье? — Услышал он у себя в голове. Это была Электра, Джей обернулся: все та же кожанка, застегнутая под самый подбородок, скромное, но изящное платье, плотно облегающее ягодицы, каким позавидовали бы лучшие топ-модели, черные чулки и ботинки.

— Хочешь меня?

Этот вопрос она задала серьезно, и они оба понимали, что не столь важна сейчас мотивация желания — любовь это или кружевное нижнее белье — важно, что желание есть и что оно обоюдно.

— Пойдем со мной.

Проснулся он на утро в постели Электры в номере гостиницы, которую они сняли накануне где-то на самой окраине города, чтобы им не мешали. Она крепко спала, свернувшись калачиком, обнимая его руку и прижавшись к ней щекой.

Смятение чувств, которое испытывал Джей, не поддавалось объяснению. Раньше он мог себя анализировать, теперь нет. Он очень боялся ее потерять, еще толком не начав отношений, он уже понимал, что не может без нее. И то, что может произойти в уже ближайшие дни может раз и навсегда забрать ее у него. Он хотел уберечь ее от этого, но не знал, как это сделать. Убежать с ней он не мог — совесть не позволила бы, запретить ей сражаться — тоже — каждый сам выбирает свою судьбу, и она свою уже давно выбрала.

Слишком много воздушных замков на ночь, слишком светлые мечты, обильно сдобренные наивным оптимизмом, слишком искалеченная душа и слишком хрупкая. Джей чувствовал себя слоном в посудной лавке. Он боялся оказаться другим для нее, разочаровать, не оправдать надежд, не суметь помочь. Нужна ли ей вообще помощь? Она никогда не просила помощи, а может, просто не озвучивала?

Джей аккуратно освободился от ее объятий и оделся. Потом он устроился в кресле напротив и принялся смотреть на нее.

На устах играла легкая улыбка, значит, ей снились хорошие сны, изящные веки прикрывали глаза как бы слегка, румянец на щеках. Одеяло скрывало обнаженное тело, подчеркивая красоту и правильность бедер и ног, биометаллические пластинки на груди, шее и руке отражали комнату. Почему она так стыдится их? Царапины на руке почти исчезли, Джей вообще их старался не замечать.

— Ты будешь глазеть на меня, если я тут проваляюсь до вечера? — Она улыбнулась и открыла глаза.

— Буду, — ответил Джей.

Электра приняла сидячее положение и потянулась, одеяло сползло, обнажив живот и груди.

Джей поднялся с кресла и пошел на кухню заварить кофе на двоих. Уходя, он указал на халат, лежащий на краю постели.

Некоторое время спустя появилась Электра — невероятно красивая, грациозная и свежая. Чуть раньше Джей сделал заказ, и вскоре им доставили в номер завтрак на двоих. Джею есть не хотелось, он, в основном, смотрел, как это делает Электра. В некоторые моменты ее это смущало, но она ничего не говорила, только застенчиво улыбалась. Джей расслаблялся — это было впервые за все время, проведенное им на Арене.

— Ты смущаешь меня, — улыбнулась Электра.

— Ладно, не буду, — успокоил ее Джей.

Какое-то время они молча сидели, глядя друг на друга. Электра читала мысли Джея, хоть он и не разрешил ей, однако, не делать этого она не могла и запретить себе была не в силах.

— Ты боишься меня потерять и еще ты боишься что то, что ты испытываешь ко мне — не любовь, а просто увлечение. — Выдала себя с потрохами.

— Я не разрешал тебе копаться в моих мозгах, — Джей поднял указательный палец, чтобы акцентировать тем самым внимание Электры на том, что она нарушила его запрет.

— Только самое поверхностное, — оправдалась она.

— Слушай, мысли о тебе — это не считается за "глубоко личное"?

— Я должна знать, что ты обо мне думаешь.

— Знаешь, в чем твоя проблема? Ты не доверяешь людям. Никому. Если этого не делать, то весь мир для тебя будет состоять только из врагов. Люди обычно сами рассказывают о своих чувствах. Я пока не готов. Я испытываю много сомнений, но это нормально — поверь. Так всегда бывает. Люди в большинстве своем не могут читать мысли, по этому сомневаются. Из сомнений рождаются убеждения.

Электра слушала Джея так, будто он был великим гуру и вещал истину, как она есть. Казалось даже, что она не моргала, чтобы не пропустить ни малейшего движения мимики, интонации голоса Джея и тем более, ни единого слова. И она сразу поняла — из сомнений рождаются убеждения — вот так ты живешь. Ей трудно было понять, что доверие людям это просто, и вряд ли смогла бы этому научиться. А ее обмануть не возможно.

Завтрак закончился, Джея занимали мысли все и сразу. Он ни о чем не думал, Электра продолжала смотреть на него, не отводя глаз, словно решила поставить рекорд по удержанию взгляда на одном предмете максимально долгое время. Джей ловил ее взгляд, и казалось, никак не реагировал, на самом деле, ему становилось неловко, ведь даже он сам не мог понять, о чем думает сейчас, а для нее, мешанина его мыслей могла быть понятной. Ей не составило бы труда прочитать их все. Она не сделала этого, занятая своими.

Они вдвоем вернулись в Колизей, нужно было ознакомиться с программой предстоящих сражений. Там, возле стендов, их встретила Елена. В отличие от своей подруги Елена была обыкновенной женщиной и такие простые вещи, как отношения людей друг к другу, могла видеть по лицам. Тот факт, что этих двоих объединяло нечто более близкое, чем простое партнерство по команде, она заметила еще до сражения на Звездном Страннике. И то, что это развивалось, тоже понимала хорошо. Электра стала другой, с тех пор как в ее жизни появился Джей. Не лучше, не хуже, но она изменилась. Она заряжалась от него. И Елена знала, что он сможет дать Электре то, чего у нее никогда не было никогда.

 

Глава 18. Дуэль Таксиста (Смертельная гонка)

С той ночи Джей не смог больше ни минуты не думать об Электре, и все свободное время, которого у него появилось, вдруг, предостаточно, он проводил с ней. Они гуляли вместе по берегу моря, по ночному городу, и вообще, делали все, на что хватало фантазии, вместе.

В кругу гладиаторов поползли слухи, что "Холодная Эля" наконец то нашла себе дружка. Джея эти разговоры вообще не волновали, он не хотел об этом говорить с кем-либо, да ему и не с кем было обсуждать свои отношения с Электрой Сканиа.

Иногда, охваченный этой бесшабашностью, он забывал, кто он и что делает на Арене. А время шло, и приближался поединок с охотниками. Будь «Уголки» обычной командой гладиаторов, Джей не думал бы об этом поединке так много, он привык не бояться людей. Но «Уголки» не были людьми, это была однозначная и горькая истина, с которой можно было только смириться. Как раз это примирение давалось Джею с огромнейшим трудом — в день по чайной ложке, так что отвлечься от тяжелых мыслей о предстоящем сражении ему никак не удавалось дольше чем на пять-десять минут. Факт невозможности что-либо поделать с этим морально убивал. Навязчивые мысли об этом словно пророчили беду.

То, что Джей знал об охотниках, не придавало мужества. Они могли сотню раз стать победителями сотен турниров, даже быть непобедимыми и бессменными хозяевами этой адской царь-горы, но существа эти мыслили иначе. Рожденные быть хладнокровными убийцами и сумевшие отточить искусство убивать до почти полного совершенства, эти существа были многократно опаснее любого, даже самого великого гладиатора-человека. Так о них отзывались те немногие, кто чудом остался в живых после схватки с ними. Веринионцы уважали правила игры — это был их конек. Стоит только пробить сигналу, после которого убийство прекратит быть законным, и любой может быть уверен, что охотники его не тронут. Так гораздо азартнее. Самая настоящая проверка на прочность, но победить можно и охотников тоже. В истории Арены, все же известны случаи, когда охотники проигрывали бои, и не один веринионец пал в сражениях за право быть единственным лучшим среди смельчаков, идущих на смерть.

Возможно, этот факт вселял маленькую надежду на победу, и как Джею было не стыдно в этом признаться, но он боялся охотников. Боялся как за себя, так и за Электру. Хотелось надеяться на лучшее, за надежду Джей цеплялся как за тоненькую соломинку, и она удерживала его от срыва в бурный поток данности.

Если бы Джей мог, то он бы непременно отговорил Электру от этого сражения, но он прекрасно понимал, что это невозможно. Она сделала свой выбор давно и без его согласия, и это тоже было данностью, с которой Джей мирился помимо своей воли. Здесь, на Арене, все сделали свой выбор, даже он сам. И многих держал на Арене контракт, подписанный с самим Вивариусом. Получая славу и богатство, гладиаторы отдавали взамен свободу. Лишь немногие были ничем не обязаны Арене, кроме добровольного интереса, их ни что не держало тут, как охотников, например, или кое-кого из Высшей лиги. Люди, которых не решался трогать сам Вивариус. Джей не был таким, пока не был. На самом деле, он еще и не догадывался, что хозяин Арены откровенно побаивается скромного таксиста и в тайне завидует ему. Если бы Джея спросили, что есть у него такого, чего нет у Вивариуса, он бы не нашелся, что ответить, а вот хозяин Арены не признал бы факт отсутствия у себя такого качества, как способность победить жестокую реальность равнодушием. Так он считал, что Джей равнодушен ко всему и ко всем, но он ошибался, был у этого человека другой секрет и Вивариус искал ответ на вопрос: в чем этот секрет.

На стол рядом с грохотом приземлился стакан, наполовину заполненный янтарного цвета жидкостью. Приземлился, расплескался и проскользил несколько сантиметров к краю. Затем, кибернетическая рука — протез, какие обычно ставят потерявшим конечности (за немалые, надо сказать, деньги) громко ударила по столу, и на соседний стул присел тот, кто по призванию не должен был быть на Арене — Рапира. Даже сейчас, жутко помятый вследствие беспробудного пьянства, по крайней мере последние пару суток, он производил тоже самое впечатление, что во время поединка на Звездном страннике. Его движения были неточными, плавающий взгляд с трудом фокусировался на отдельных предметах, и, наконец, широкая добродушная улыбка выдавала в нем безнадежно застрявшую наивность человека, отчаянно пытающегося стать "великим".

Приличное количество алкоголя в крови подогрело парня на излишне самоуверенный насмешливый тон по отношению к окружающим, в этом ключе он и начал разговор с Джеем.

Для начала, он снял шляпу и прикрыл ею со словом «оп» свой стакан виски.

— А, Таксист. — Нарочно громко произнес он, делая вид, будто только что заметил, кто именно сидит за этим столиком.

Сэм насторожился. Обычно, такие вещи заканчивались дракой, поломанной мебелью, пятнами крови. Сломанные кости участников драки Сэм во внимание не принимал, это их проблемы, но исправлять последствия — отмывать столы, полы, а также все, что окажется запачкано кровью, покупать новую мебель и посуду — это было уже его проблемой. По этому, на всякий случай, он приготовился зарезать потенциальную причину убытков на корню.

— А, Рапира. — Спокойно ответил Джей, делая вид, что только что заметил нахальную морду, некстати появившегося «великого» человека.

— А ты, я смотрю, возгордился собой, оставив меня в живых. Суровый, но справедливый Таксист вершит судьбы побежденных на Арене. — Передразнил Джея Рапира и рассмеялся своей шутке. Он ударил Джея «дружески» по плечу. Рука соскользнула с намеченного направления, и Рапира чуть не грохнулся под стол.

Джея это сильно раздражало, к тому же, он хорошо понимал Сэма и не хотел устраивать драку в баре. Правильнее было бы вывести наглеца на улицу и навалять ему там, но Джей очень не хотел драться с ним. Уйти молча не позволяла гордость.

— Тебе заняться не чем? — Раздраженно спросил Джей. — Иди, проспись и сразу все пройдет. — Джей отвернулся и попытался сосредоточиться на своих мыслях, в надежде, что Рапира последует совету и просто уйдет, но он ошибся:

— Нет, Таксист, ты не понял! — Почти прокричал Рапира и, встав на ноги, обратился, к сидящим в баре.

— Слушайте меня все! Господа! Я вызываю Таксиста на дуэль. Поединок на мотоглайдерах. Все уже подготовлено, и если есть желающие посмотреть как я оторву задницу этому герою, прошу за мной. — Тут он многозначительно поднял вверх указательный палец: — При условии, конечно, что этот герой, — Рапира нарочно громко выделил это слово, — не струсит и примет мой вызов.

Возникла немая пауза, и Рапира и все, сидящие в баре уставились на Джея, в ожидании, примет ли он вызов или уйдет молча.

Джей яростно сжал в руках стакан, так, что тот треснул. Он стиснул зубы, встал и тихо произнес:

— Ты тупой осел, благодарить меня должен, за то, что я тебя не убил там, а ты вместо этого продолжаешь нарываться. Клянусь, я раздавлю тебя как клопа, и глазом моргнуть не успеешь.

Джей принял вызов. Правда, через пару минут уже пожалел, но горячая кровь сыграла свою предательскую роль, а гордость поддержала.

На площадке уже собралась элита Арены во главе с самим Вивариусом. Джей появился и, ни с кем не поздоровавшись, сразу принялся за осмотр своего глайдера. По хитрой физиономии отца-основателя Арены Джей догадался, что инициатива проведения этого поединка исходила от него лично, да и не мог себе позволить Рапира такой дорогой протез.

При беглом осмотре, Джей вряд ли смог бы найти повреждения вроде порезанных проводков, сгоревших микросхем и гаек с сорванной резьбой. Он протестировал состояние машины компьютером, отрегулировал параметры голографического прицела, и произвел пару тестовых выстрелов по импровизированной мишени из двух пустых банок из под пива.

Чуть позже появился Рапира, протрезвевший и сосредоточенный. Он тоже проверил свой глайдер, но ограничился только беглым осмотром.

А потом, на площадку пришла Электра, и бесцеремонно расталкивая толпу зевак, пробилась к Джею.

Он молча посмотрел ей в глаза, слова тут были излишни, она хорошо понимала, что уже слишком поздно отговаривать его от этой глупой затеи. "Я буду ждать здесь" — сказал взгляд Электры и Джей ее понял без слов.

Вивариус объявил начало дуэли, которой предстояло состояться на арене под названием "Дорога в рай" — множество дорог, растянувшихся серыми щупальцами в самом центре пустыни Суммак на северо-американском континенте. Оказавшись на арене, поединок считается начавшимся, собственно, никаких правил, только мастерство управления скоростной машиной и умение хорошо стрелять — вот главное, что потребуется для того, чтобы выжить в поединке. А также на территории арены расположены заправочные станции и оружейный склад.

Джей чувствовал себя как рыба в воде. И мотоглайдер когда-то был для него коньком, просто потом он перешел на более сложную технику, такую как автоглайдеры, потому что они позволяли достигать еще больших скоростей.

В своих возможностях Джей не сомневался, но он не знал, на что способен Рапира. Что если он профессиональный гонщик, тогда Джей, по логике вещей, уступает ему в мастерстве, минуя все свои таланты, на которые намекал неоднократно дядя Оззи. А там, как знать. В любом случае, разрешить этот трудный вопрос могло сейчас только одно — честный поединок с Рапирой. Джей почему-то сомневался в честности этого поединка, и постоянно ожидал какой-то подлости со стороны противника.

Джей снизил скорость до нулевой и осмотрелся. Вокруг были горы, и шоссе круто уходило вниз, огибая самую большую гору — это наиболее опасный участок, потому как дорога всегда заворачивает и стремится к центру, нужно уметь держать постоянную максимально высокую скорость и при этом не свалиться в пропасть.

Джей решил спуститься вниз по шоссе и направиться вдоль гор. Наверняка где-то здесь и придется столкнуться с Рапирой. Относительно ровный ландшафт здесь был усеян каменными глыбами, ровными, словно специально выточенными, как декорации, специально для этой арены. Учитывая финансовые возможности Вивариуса и компании, это вполне даже нормальное явление.

Так вот пострелять друг в друга на ровной местности, наверное, проще, нежели делать это в горах, к тому же, валуны послужат в качестве укрытий. Можно вести невидимый бой, используя все те же валуны, однако, снижается «скорость» поединка, ведь между валунами нужно маневрировать, чтобы в них же не врезаться, а значит, нужно быть внимательнее вдвойне.

Еще один спорный фактор, спорный, потому, что неизвестно, на чью сторону он сыграет, оставались клубы пыли, поднимающиеся вслед за несущимся глайдером. Такой след можно легко увидеть невооруженным глазом за многие километры, при этом, будучи не в состоянии рассмотреть саму машину, значит, тот, кто первым обнаружит противника по такому следу, имеет чуть больше шансов на победу.

Джей пытался «ехать» по центру шоссе, но клубы пыли все равно поднимались, словно предательская метка — увидел, прицелился, произвел выстрел.

Серая лента шоссе тянулась далеко вперед, и быстро убегала под «колеса» глайдера (на самом деле, глайдер оснащен антигравитационным движком, и парит в воздухе на расстоянии метра с небольшим, существуют и более мощные двигатели, позволяющие поднимать аппарат на большие высоты, однако, мотоглайдеры такими не оснащаются).

Радиус действия радара, которым оснастили глайдер Джея, оставлял желать большего, к тому же валуны и горы постоянно его экранировали. Обнаружить врага "на дальних рубежах" таким устройством Джею явно не светило, визуально никаких признаков присутствия противника тоже не наблюдалось. С одной стороны, это подогревало охотничий интерес к поединку, с другой стороны, вызывало опасения, что вследствие чрезмерной увлеченности гонкой на больших скоростях, можно потерять бдительность и это сыграет на руку врагу.

Впереди показалась заправочная станция (собственно и горючего у глайдера нет, но электрогенераторы магнитных полей на больших скоростях садятся, так что аккумуляторы приходится менять). Генератор пока работал в нормальном режиме, и аккумулятор не требовал замены. Джей не стал останавливаться, он сверился с картой и отметил для себя следующий заправочный пункт, станция располагалась примерно в тридцати милях по шоссе по направлению движения. Пока доберешься до станции, аккумулятор разрядится.

Джей посмотрел на часы. Около сорока минут он уже носился по "Дороге в рай", но присутствия противника до сих пор ничем не отметилось. Но он был, не поблизости, но был. Рано или поздно они друг друга найдут, а пока Джей нарезал километры, то, ловя попутный ветер, то, двигаясь против него.

Тучи сгущались. На горизонте громоздились бордово-серые кучевые облака, они закрывали солнце, но оно их слегка подсвечивало. Еще немного, и небо полностью затянет серыми дождевыми тучами, чего доброго и ливень грянет. Джей очень надеялся, что до финала поединка дождя все-таки не будет. Например, система прицеливания собьется, да и под дождем на мотоглайдере, пусть и в специальном костюме, не самые комфортные условия, ко всему прочему, опять же из-за плохой видимости, визуальный контакт с противником затруднится, есть шанс не увидеть его первым, а значит, потерять инициативу лидерства.

Радар по прежнему никого "не видел", ни одной движущейся цели. Нервы начали сдавать, неужели спрятался где-нибудь. Выжидает, а потом атакует со спины — от Рапиры этого вполне можно было ожидать, он уже доказал, что не чужд в использовании таких методов.

Джей сверился с картой, до заправочной станции оставалось около трех миль. Как и предполагал Джей, аккумулятор начинал садиться. Перспектива быть настигнутым врагом в этот момент могла обернуться поражением — полудохлый аккумулятор сейчас волновал Джея больше всего. Включилась его осторожность, удовольствие от скорости пропало.

Около десяти минут прошло, когда заправочная станция показалась впереди, Джей снизил скорость и свернул на обочину. Валунов здесь было поменьше, по этому, если Рапира рассчитывал на элемент неожиданности, то это как раз то место, где он ему не светит.

На станции было тихо и спокойно. Джей запросил данные компьютера о посещениях станции и узнал, что они удаляются сразу же после того, как посетитель покидает станцию, так что вычислить, был ли здесь Рапира, Джей не смог. А жаль, так можно было бы прикинуть примерно, где сейчас находится противник несколькими простыми математическими расчетами.

Оставался только выбор правильного маршрута движения, то есть, его не было, маршрут один — вперед по шоссе. Обочина здесь имела сложный рельеф, лететь "по кочкам" не хотелось.

Джей зарядил аккумулятор и продолжил движение по шоссе в том направлении, в котором и двигался.

Джей прикинул, что если Рапира находится где-нибудь сзади на большом удалении, то как бы тот не старался, а догнать не сможет, да и Джей его тем более. Так они будут гоняться друг за другом бесконечно долго и абсолютно безрезультатно.

Сворачивать тоже не хотелось, свернуть можно и не туда, а значит не встретиться. Связи с Рапирой не было, не разрешалось правилами, так можно было бы договориться о встрече, чтобы не носиться впустую по дорогам в рай, а сразу решить все по-мужски и быстро.

Тем временем, тучи все сгущались и сгущались. По их грозному виду казалось, что ливень вот-вот начнется, но пока обходилось без него, а Джей все больше и больше желал увидеть на мониторе радара эту пресловутую точку.

Джей пролетал еще с тридцать миль, с таким же результатом. Думается, что собравшиеся посмотреть дуэль, скучали сейчас, пялясь в экран и засыпая.

Вдруг, долгожданное событие произошло. Экран радара определил движущуюся мишень, но лишь на мгновение, и тут же потерял. Но этого мгновения хватило Джею, чтобы вычислить направление, и он пустился в погоню.

Становилось уже интереснее. На мониторе радара ничего пока не появилось, но надежда ожила. Джей до рези в глазах всматривался в монитор радара и ждал, когда же он снова запеленгует противника.

Вот снова точка появилась и исчезла, Джей догонял противника, но тот быстро уходил из зоны действия радара. Дорога виляла, а горы экранировали радар. Джей сверился с картой, должен был начаться относительно прямой участок дороги, тогда есть шанс догнать Рапиру, может, понять, куда он движется, и как-то перехватить. В любом случае, надо было четко запеленговать Рапиру, и держаться крепко в хвосте. Рапира, наверняка, знал, что Джей видит его, у него ведь тоже есть радар, но вступать в бой сейчас Рапира явно не хотел.

Дыхание Джея участилось, он начал чувствовать пульсацию артерий во всем теле, пот прошиб спину и руки. Джей выругался, как всегда, в самый ответственный момент он начинал волноваться.

На какое-то время они снова потерялись, и хоть это были считанные минуты, Джею казалось, что проходят моменты вечности, он начинал терять надежду, но точка снова появлялась, потом снова исчезала, значит, противник держал дистанцию в десяток миль — зона действия радара, но куда он так быстро направлялся?

Джей сверился в третий раз с картой и понял — на оружейный склад. Там ведь есть более высокоточное оружие и его можно легко монтировать на глайдер. Например, магнитные ракеты с датчиком самонаведения. Стоит попасть в прицел такой ракеты и лучше сразу прыгать с глайдера — скорость ракеты вдвое выше, увернуться не реально, выключи двигатель, и ракета найдет цель "по привязке" — возмущения магнитных полей, вызванные движком глайдера. В общем, самое опасное оружие. Есть и еще много видов всякого рода вооружения — мины, сканирующие системы, защитные силовые поля, вопрос в том, что выберет противник и как быстро сможет установить. Джей почти не сомневался, что Рапира предпочтет магнитные ракеты, и допустить этого не мог.

Однако, если Рапира так спешил добраться до высокоточного оружия, значит, боялся, что не выстоит против Джея в поединке с обычным бластером, а это, в свою очередь, означает, что он слаб, либо в стрельбе, либо в управлении глайдером, а может, и скорее всего — и в том и в другом.

Джей даже уже и не смотрел на радар, с противником ему все было ясно. До склада оставалось около тридцати миль, Рапире — на десяток меньше. На установку ракетницы уйдет примерно минут двадцать, значит, как только Рапира окажется на складе, у Джея появится меньше двадцати минут на то, чтобы преодолеть десять миль и застать противника хотя бы в момент установки ракетницы, и, конечно же, помешать ему, это сделать. Есть еще надежда, что Рапира не сумеет отстроить систему захвата цели, тогда у Джея будет возможность уйти из под обстрела. В этом случае есть шанс на победу, потому как Джей смог бы выстоять против Рапиры и без высокоточного оружия. Сейчас все решала удача.

Скорость мотоглайдера Джея была на пределе, когда до оружейного склада оставались последние несколько миль. Склад, собственно, представлял из себя ангар, в котором оружие располагалось на специальных витринах: что называется, бери — не хочу. Для удобства ангар оборудовали двумя сквозными воротами, и Джей, не снижая скорости, пронесся внутри ангара, едва не сбив глайдер Рапиры, установленный на специальной платформе, для установки оружия. Рапира как раз уже почти закончил с установкой ракетницы, но Джей своим появлением нарушил все его планы, и тот, спешно седлав свой глайдер, погнался за Джеем.

Только Джей и не собирался никуда убегать. Пролетев через ангар, он на выходе резко снизил скорость и круто развернулся на сто восемьдесят градусов — по инерции его слегка снесло назад, но это не помешало ему остановиться и прицелиться. Как раз в это время, набирая скорость, из ангара вылетел Рапира, и сразу же произвел выстрел из ракетницы. Джей, предугадав маневр врага, попытался уклониться — ракета прошла мимо, значит, Рапира не смог настроить прицел и не активировал магнитные датчики ракет.

После выстрела Рапира ушел в сторону, а Джей как можно быстрее набрал скорость и принялся маневрировать разворотами, выискивая глазами противника, ведь не мог же он далеко уйти, у него на это было слишком мало времени.

Сделав восьмерку, Джей заметил, как Рапира собирается развернуться и произвести очередной выстрел. Джей, не долго думая, направил свой глайдер ему навстречу, а тот, похоже, не ожидал чего-то подобного и попытался увильнуть в сторону от выстрела Джея, произведенного наугад. Рапиру слегка задело, повредив доспехи, он разогнался и прошел почти вплотную возле Джея.

Джею снова пришлось делать резкий разворот, а противник уже почти снова вышел на линию огня и произвел второй выстрел из ракетницы — Джей снова ушел в сторону от ракеты — сыграла на руку скорость, набранная им чуть раньше, до выстрела Рапиры. Более того, у Джея появился шанс прицельно ответить врагу, и он воспользовался этим шансом сполна. Выстрелом снесло напрочь ракетную установку Рапиры и он остался только с бластерным автоматом — шансы сравнялись.

Рапира понял, на чьей стороне превосходство и поспешил ретироваться. Он разогнался до предельно возможной скорости и направился в сторону шоссе, Джей — за ним.

Клубы пыли, поднимаемые глайдером Рапиры, мешали Джею прицельно выбить аккумулятор магнитного поля — он располагался сзади, в специальной коробке под сидением. Пыль полностью скрывала эту коробку, а Рапира вилял, не позволяя Джею взять себя в прицел.

Оба мчались на предельных скоростях, так что догнать Рапиру у Джея не получалось, он лишь держал постоянную дистанцию.

Джей ждал, пока противник совершит ошибку, но гонка проходила по длинному и абсолютно прямому участку трассы — ни разворотов, никаких подобных кульбитов делать было не нужно, знай себе — гони на всех скоростях. В конце концов, Джей мог бы просто расстрелять Рапиру плотным шквальным огнем, но такую победу Джей не преследовал — предать то, во что он почти свято верил, а именно — в честный поединок, не мог, совесть не позволяла ему стрелять сопернику в спину, когда тот банально удирал. Да и убивать Рапиру Джей тоже не хотел, просто оставить этого выскочку в дураках — вот какую цель преследовал сейчас Джей.

В разгаре гонки Джей забыл про свой аккумулятор. Он посмотрел на приборную панель — устройство работало на пределе, но держалось, однако, еще немного, и он сдохнет. Меньше чем через семь миль располагалась заправочная станция — это около пяти-шести минут. Хватит ли заряда до станции? — вертелось в голове у Джея.

До станции хватило. Аккумулятор уже начинал изнывать, когда она появилась вдалеке. Вот здесь Джей уже не стал предаваться предрассудкам и сделал пару предупредительных выстрелов. Рапира снизил скорость и развернулся. Он не собирался стрелять — просто поднял вверх руку в знак того, что хочет что-то сказать. Джей приблизился на расстояние, достаточное для разговора и крикнул:

— Чего тебе?

Рапира снял шлем и ответил:

— Предлагаю паузу. У тебя и у меня здорово подсаженные аккумуляторы. Что, если мы их тихо мирно зарядим на этой станции, а потом продолжим?

Джей вынужден был согласиться на это предложение, так как без нормально работающего аккумулятора оставить в дураках Рапиру будет весьма проблематично, к тому же, можно поймать, наконец-то момент, и осуществить задуманное, а то гонка начала его понемногу доставать.

Не спуская друг с друга пристальных взглядов, оба зарядили аккумуляторы и приготовились продолжить гонку.

— Как будем действовать? — Спросил Рапира, имея в виду тот факт, что Джей в курсе по поводу несколько хитрых методов за обладание контролем над ситуацией, присущих себе лично.

— Считаю до трех, — прокричал Джей, — и начинаем!

— Не пойдет, — возразил Рапира. — Почему это ты должен считать?

Джей закатил глаза — какая то чушь, чтобы потянуть время.

— Да все равно! Считай ты! — Прокричал он в ответ.

Рапира одобрил такое решение: — Только я буду считать до четырех! — Предупредил он.

Джей ему немного раздраженно прокричал: — Да хоть до двух тысяч пятисот четырех! Только быстрее!

Джей довольно ловко успел отскочить в сторону от залпа, произведенного Рапирой в туже секунду, как он произнес сакраментальное «четыре», минуя при этом «два» и "три".

Глайдер Рапиры понесся прочь от станции, поганец снова пустился в бега.

Набрать максимально возможные обороты пока не удавалось ни тому, ни другому. Джей пытался зайти противнику сбоку, готовясь прицельно поразить двигатель глайдера Рапиры, но тот вилял восьмеркой, не позволяя Джею прицелиться.

Джей начинал испытывать раздражение. Тактика противника, похоже, принимала форму бегства, но долго ли так можно удирать?

Джей выжимал из своего глайдера все, на что тот был только способен, но догнать беглеца не получалось, во многом из-за того, что обе машины обладали одинаковыми параметрами, в частности — скоростью. Преимущество в управлении сильно не сказывалось, к тому же, Рапира тоже неплохо пилотировал свой глайдер, только постоянно убегал.

Джей старался выдерживать надоевшую ему погоню, как мог, подавлял в себе чувство злости и бешенства, удерживаясь от соблазна расстрелять противника со спины.

Погоня уже проходила не по шоссе, а по каким-то колдобинам. Пыль летела во все стороны, застилая глаза и добавляя элемент динамичности в происходящее.

Джей посмотрел на количество боеприпасов, оставшихся в магазине. Хватало, в случае использования их по прямому назначению — то есть поражение цели — Джей мог сделать еще девять — десять залпов.

Погоня, похоже, не думала приобретать иную форму, и Рапиру это, по-видимому, устраивало, а вот Джея, наоборот. И даже самые стойкие иногда теряют терпение, потеря его и Джей. Он обратил внимание на то, что противник значительно снизил скорость, появилась возможность его догнать, и Джей начал действовать всерьез. Он свернул слегка влево и начал набирать скорость, уходя в сторону и одновременно обгоняя противника. Тот заметил маневр Джея, но своей тактики не изменил. "Тем хуже для тебя" — решил Джей. Он удалился от Рапиры на расстояние примерно трех сотен метров и поравнялся, теперь они шли параллельными курсами на небольшом отдалении друг от друга. Теперь требовалось немного обогнать Рапиру и резко начать сближение, тогда в какой-то момент его глайдер окажется на линии огня, и пыль не будет мешать прицелиться.

Когда Джей оказался впереди, сразу же начал сближение, а Рапира вопреки логике, не стал сбавлять скорость, чтобы оказаться в хвосте у Джея, а он стал наоборот — удаляться от Джея в том же направлении, в котором Джей к нему приближался, и тем самым, позиция для атаки последнего только улучшилась.

На прицеливание и выстрел у Джея было три-четыре секунды, но ему их вполне хватило, и выстрелом он смог выбить аккумулятор глайдера Рапиры. В ту же секунду скорость последнего резко упала, и он оказался далеко позади. Джей резко развернул свой глайдер и направился к подбитому глайдеру.

Тот постепенно «останавливался», летя по инерции в воздухе. Двигатель глайдера Рапиры уже не работал, и этот короткий полет для него был равносилен тому, как если бы он летел на метле, запущенной с низко летящего самолета. В какой-то момент скорость Рапиры стала слишком низкой, и он просто свалился на землю, прочертив несколько метров носом твердую землю. Гонка закончилась феерическим падением для Рапиры, он снова остался в дураках, потому что каждому, из тех, кто следил за ходом этой гонки, было понятно, что Джей не добьет Рапиру.

Когда Таксист, не спеша, подлетел к поверженному врагу, Рапира валялся на земле. Он смеялся, и чем дольше, тем сильнее становился его смех. Джей не стал мешать Рапире, хотя не понимал причин такого веселья.

— Ну что, хватит с тебя? — Спросил Джей, когда Рапира немного отошел от внезапно нахлынувшего урагана смеха.

— Поиздеваться решил, Таксист? — Спросил Рапира, лежа на спине, продолжая при этом глуповато улыбаться.

— А то. — Ответил Джей, поглядывая сверху вниз на, чуть не ставшего "великим". — Чья была идея, твоя, или его? — Спросил Джей, имея в виду отца — основателя Арены.

— Какая тебе разница. — Махнул рукой Рапира, и с трудом поднялся на ноги, но тут же присел на землю, закружилась голова, он взялся обеими руками за лоб и слегка простонал. — Ну, вот еще, только сотрясения не хватало. Черт!

Джей окинул побежденного Рапиру скептическим взглядом, жалкое зрелище не вызывало у Джея отрицательных эмоций к этому человеку.

— Ну, ты сам дорогу найдешь, а мне пора. — Сказал Джей.

— Может, подбросишь? — Поинтересовался Рапира, не особо надеясь на то, что Джей согласится.

— Думаю, нам не по пути, — ответил Джей и унесся прочь, подняв за собой клубы пыли.

Ливень так и не начался, тучи немного рассеялись, и Солнце осветило дорогу. Джей несся по Дороге в рай, гордый собой и в приподнятом настроении. Его буквально распирало изнутри, это было необъяснимо, он ощущал в себе так много энергии, и ему не терпелось ее во что-нибудь обратить. Чувство победы опьяняло его, придавало уверенности, он начинал понимать, что может сражаться и побеждать.

Вечером Джей навестил Деррека в больнице, тот был в уже гораздо лучшем состоянии и мог говорить. Джей рассказал ему последние новости, о том, как блистательно выиграл гонку с Рапирой, и о том, что через несколько часов ему предстояло еще одно сражение — наверное, самое трудное для него сражение на турнире.

После он отправился к Электре, намереваясь провести с ней остаток свободного времени. Ему еще нужно было подготовить оружие, выспаться и сделать много чего еще. Он, как всегда, не успевал. И ждал, и это были самые тяжелые минуты ожидания в его жизни.

 

Глава 19. Цена за победу.

8 часов до сражения

На мониторе почти беспорядочно мельтешили рекламные картинки, и голос диктора что-то восторженно рассказывал. Остатки вчерашнего ужина лежали на столике: аккуратно сложенные блюдца, блестящие вилки, почти не тронутый десерт, наполовину полная бутылка дорогого вина, бокалы, и, как ни странно, свечи. Джей не хотел проводить вечер при свечах, но Электра уговорила его, она сказала, может случиться так, что это уже никогда больше не случится, и он поверил на слово.

Ночью Джей не спал, только под утро слегка вздремнул. Он ловил момент. Электру тоже мучили нехорошие предчувствия, хотя она об этом и не говорила, Джей это понимал, иначе, с чего бы это намекать на случай, который, может, больше никогда не представится? Во всяком случае, все, с кем он должен был разделить участь этого поединка на одной стороне, предчувствовали недоброе. А может, так всегда бывает, когда предстоит что-то по-настоящему ответственное. Джей, во всяком случае, чувствовал ответственность не за себя в первую очередь, а за кого конкретно, не мог разобрать. Сейчас, как никогда за все время, проведенное на Арене в качестве гладиатора, он понимал, что поставлено на карту. И хоть он сделал уже все, что от него зависело, чувство ответственности за других не покинуло его. Он знал, что его победу ждут. Он не мог так, нужно было что-то исправить, нужно было снять с себя часть всей этой тяжелой ноши, иначе, ему не выстоять. Он не хотел оставлять ее, она просила об этом вчера, и Джей обещал, что будет с ней все время до начала сражения. Обещание он не сдержал.

Личный кабинет отца-основателя пустовал. Здесь слишком много пространства, ничем не было заполнено, слишком много для одного человека. Слишком много ненужных вещей, кричащих о том, что их хозяин не нуждается ни в чем. Интерьер кабинета говорил, какая на самом деле крупная фигура этот маленький человек, с лысиной и трубкой. Большая, и в которой нет места для души, или наоборот, есть место, даже предостаточно, но нет самой души. В кабинете было холодно и мрачно, здесь пахло одиночеством и забвением.

— Мне сказали, что ты хотел видеть меня. — Голос Вивариуса на этот раз был подавленным, он не хотел этой встречи, но, наверное, понимал, что она неизбежна рано или поздно. Говорил он тихо, и, находясь в другой обстановке, Джей не услышал бы собеседника, однако, эхо вполне достаточно усиливало голос Вивариуса — усталый и дрожащий.

— Да, — тихо ответил Джей, — отпусти их, я же выполнил свою часть договора. Я никуда не денусь теперь.

— А я никого и не держу уже. — Пожал плечами Вивариус. — Просто, они не хотят видеть тебя. Озборн и Сельма Брекенридж еще здесь, они сами пожелали остаться, остальные уехали.

Джей не знал об этом, он не нашелся, что сказать. Это означало, что теперь его на Арене не держало вообще ничего из того, за что он начал сражаться, но уйти он не мог — полностью свободен, но все равно в клетке. Правда, эту клетку он выстроил себе сам. Он не жалел об этом, но этот отрезок жизни для него оказался слишком важным. На Арене он нашел то, что потерять не хотел, то, что принадлежало ему безоговорочно. Просто взять и уйти сейчас, было бы равносильно измене, но на такое он не был способен.

— Видишь, ты пытаешься обвинить меня в том, что я не держу свое слово. Я сказал — я сделал. Разве нет? — Вивариус оправдывался перед ним, но зачем?

Джей молчал, он не мог понять, как этому человеку удалось так ловко обставить все таким образом, что он выглядел сейчас правым. Куда, вдруг, подевалась вчерашняя ненависть к нему, все доводы, наспех изъятые из памяти, разбились о скалы сомнительной, но действительности.

— Что же ты молчишь? Или, может, я не прав? А ты знаешь, Райбак, что никогда они к тебе уже не будут относиться так же как раньше? Не знаешь, но догадываешься. Ты же герой для них, ты же сделал так много, а они никогда не смогут сделать для тебя что-то хоть сколько-нибудь соизмеримое.

— Они и не станут… — Джей попытался возразить, — не должны…

— Может и так, но если у человека есть хоть капля совести, то она не позволит ему остаться в долгу ни перед кем, а их вынудят обстоятельства. И они уйдут подальше от тебя. Хотя, поверь мне, не велика потеря, по крайней мере, для такого человека, как ты. Я могу помочь тебе стать действительно кем-то. Посмотри на все это вокруг. Это сделал я своими руками. Все, что у меня есть — мое до последнего. Но иметь все это можно, только если обладаешь определенным качеством. Нужно уметь играть судьбами, Райбак. Я умею, и не скрываю этого, и самое главное, в этом нет ничего такого, что противит морали. Есть кукловоды, Райбак — это я, а есть куклы — все остальные… Но… вот кто ты, я еще не решил. Не знаю.

Джей смотрел на Вивариуса и не мог поверить, что этот человек так ловко выбил у него из под ног почву. Все, что он сказал, неправда, но ответить нечего.

— Ты еще что-то хотел? — Спросил Вивариус, этим вопросом, он дал понять, что разговор окончен. Он предпочитал, когда последнее слово остается за ним.

— Да, — ответил Джей и молча ушел. Это сейчас ему нечего сказать, но последнее слово он оставит еще за собой, во что бы то ни стало.

Сельма Брекенридж уже не надеялась на то, что встретится с ним, за последнее время, он толи стал избегать ее, толи просто потерял интерес. Когда все только началось, у нее возникло чувство, что она больше никогда его не увидит. Правда, тогда она боялась, что он погибнет в сражениях, чего она боялась теперь — она точно не знала. На сегодняшний день для них все изменилось, он стал другим, даже не изменился, нет, стал совсем другим человеком, чужим для нее. Арена забрала Джея себе, отняла у нее, и Селли была не в силах вернуть его обратно. Говорят, что пока имеем — не ценим, потеряем — плачем. Селли готова была расплакаться, только сейчас она поняла, как на самом деле дорог был ей Джей. Она слишком увлеклась закладкой фундамента для своего светлого будущего, фундаментом мог стать Джей. Стремления достичь успеха иногда обыгрывают с людьми злые шутки, они занимают все мысли только собой, а тех, кто рядом просто незаметно. Джей оказался одной важной деталью в ее жизни, прошлом, настоящем и в том числе — будущем, а теперь этой детали не было, и Селли не знала, что делать.

Она хотела бы и могла попросить его начать все сначала… А могла ли? Она впервые в жизни была растеряна и не знала, где искать выход. Она не была уверена наверняка, захочет ли он теперь все возвращать обратно. Теперь он гладиатор, живая легенда, о нем говорят люди, его почитают и хотят. Он за короткое время стал недосягаем для нее. Одна ее половина, та, которая хорошо знала вчерашнего Джея, говорила ей, что он остался прежним, другая — та, которая лучше видела действительность, уверяла, что все кончено, Селли не понимала, которой из них верить.

Женщина, привыкшая жить для завтрашнего дня и верить только фактам, знала, что развеять все сомнения можно только одним способом — поговорить с ним. Но ей было страшно услышать ответ. А если он скажет «да», а ее желания снова изменятся? Селли безнадежно запуталась в самой себе. Трудно всю жизнь четко знать, чего хочешь, и в одно мгновение понять, что это лишь иллюзия, что на самом деле не знаешь ничего.

И его снова не было, он где-то пропадал, и никто ей не мог сказать, где он. Желание увидеться с ним подавляло все остальные желания. Казалось, она готова продать душу за простой, пусть даже короткий разговор с ним, просто узнать как дела, как погода, какие новости. Глоток воды, которого так не хватает. Никто не мог ей помочь, здесь она для всех была чужой.

— Зачем он вам? — Голос словно прозвенел в голове, и Сельма подняла взгляд в поисках того, кто к ней обратился. Люди, занятые своими делами, не обращающие внимания на нее, но ведь кто-то ее только что спросил. Какая-то женщина.

Непроизвольно, словно ее взгляд специально направили, против ее воли — Сельма увидела девушку в черном, моложе ее самой. Она казалась Сельме очень независимой, неприступной как скала, а взгляд ее проникающим, как рентгеновские лучи. Она сидела за столиком небольшого кафе под открытым небом напротив здания Колизея Арены, но слишком далеко, чтобы Сельма могла услышать ее, если бы она обратилась к ней. По началу, Сельма решила, что ее взгляд случайно зацепился на этой девушке, но вблизи больше никого не было, кто мог бы заговорить с ней. Продолжая смотреть в глаза девушке в черном, Сельма подошла к ней ближе и обратилась, начав с извинений:

— Простите, мне показалось, что вы о чем-то спросили меня?

— Да, я спросила, зачем вам Райбак, но можете не объяснять, я уже знаю это, и знаю кто вы. Он о вас рассказывал, Сельма.

Голос звучал в голове так звонко, будто разговор происходил в большом пустом помещении, Сельма испытывала странные чувства, общаясь с этой странной женщиной, но никак не могла понять, что же ее так смущает.

— Присядете? — Последовал вопрос, одновременно приглашение присесть за столик, и Сельма медленно, словно боясь, что ножки стула подпилены, присела напротив.

Сначала девушка долго изучала Сельму взглядом, и от этого последней стало неловко:

— Меня немного смущает ваш взгляд, я не понимаю, вы знакомы с Джеем? — Поторопилась начать разговор Сельма.

— Меня зовут Электра. — Представилась девушка.

— Очень приятно, — тихо проговорила Сельма, неуверенно улыбнувшись. Это странное знакомство действовало на Сельму как-то подавляюще, у нее закружилась голова и она почувствовала слабость во всем теле. Сельма сделала короткое движение официантке, дав знак, что хочет сделать заказ. Официантка — совсем молоденькая девочка молча приняла заказ — стакан холодного тоника, и молча отправилась его выполнять.

— Кто вы? — Спросила Сельма.

— Я и Джей в одной команде. — Коротко ответила Электра.

Женщина — гладиатор. Сельма никогда не общалась с подобными людьми, они казались ей такими далекими. Тем более, найти с ними общий язык, Сельма сомневалась, что такое вообще возможно. Круг ее общения ограничивался деловыми людьми, друзьями, с которыми она была на короткой ноге, которые были ей близки по духу, с одинаковыми стремлениями и вкусами. Джей был немного другим — проще, но он был особенным другом, из тех, какие бывают в количестве не больше единицы, тем, кому она могла доверить себя полностью. А что касается этой женщины, то Сельма не смогла бы никогда быть с ней на равных, она для Сельмы была слишком сильной личностью.

— Вы знаете, где он сейчас? — спросила Сельма.

— Нет. Он не говорит, куда уходит, но всегда возвращается. — Электра едва заметно улыбнулась, так чтобы ее собеседница заметила это.

А Сельма заметила, и плюс к этому, поняла, что эта девушка не сказала ей чего-то еще, самого главного.

— Вы говорите, что он возвращается. Именно к вам? Что вы хотите сказать? — Робко спросила Сельма.

— Женщины понимают друг друга без слов, верно Сельма. Он вернется ко мне.

— Что вы, я не имею в виду ничего такого… — попыталась оправдаться Сельма, но Электра перебила ее.

— Именно, это вы имели в виду. Вам страшно, оттого, что вы слышите это от меня, а не от него. Поймите, я не имею ничего против вас, но он к вам больше не вернется.

— А с чего вы взяли, что я собираюсь его вернуть? — Возмутилась Сельма. — Я не понимаю, чего вам от меня нужно?

— Ничего, но он принадлежит мне.

— Вы так говорите, будто он ваша собственность. Люди не могут принадлежать кому-либо целиком и полностью, они должны быть свободными, или, по крайней мере, сами решать, кому принадлежать.

— Взять вас, Сельма. Вы любите свободу и независимость, по этому он больше не с вами. Я знаю его лучше вас, поверьте, вы для него не более чем хороший друг. А ваша проблема в том, что вы сами не знаете, что для вас лучше: свобода и независимость, или же принадлежать кому-то. Вы легко предсказуемы, будь вы вместе, вы не позволили бы ему отнять у вас свободу. А он не смог бы быть с вами, принадлежать только вам, взамен не получая от вас того же. Он склонен к равноправию в таких вопросах.

Принесли тоник, Сельма коротко кивнула официантке и взяла в руки свой стакан. Слабость еще не прошла. Сельма никак не могла взять в толк, чего хочет эта женщина. Она говорила с ней как с соперницей, но ведь Сельма не давала ей повода для этого. Она не старалась увести у нее Джея, она просто хотела с ним поговорить и все, да и откуда этой женщине знать, чего хочет Сельма.

— Мысли, Сельма. Ваши мысли такие громкие. Как крик. Это крик обреченного. Вы не получите ответов, которые вас устроят, все чего вы так боитесь — действительность. Просто смиритесь с этим.

После этих слов слабость Сельмы внезапно прошла и теперь она почувствовала раздражение.

— У меня такое чувство, что вы мне угрожаете, — сказал она. Воспитание запрещало Сельме разговаривать с кем-либо на повышенных тонах, по этому она говорила тихо.

— Нет, просто, поймите, он вам больше не принадлежит.

— Это ему решать. — Криво улыбнулась Сельма и, оставив карточку электронной оплаты на столике, в качестве оплаты по счету за тоник, ушла.

Электра проводила ее взглядом и задумалась о том, что только что сейчас сделала: она впервые в своей жизни боролась за свою любовь, и впервые в жизни любила. Самое странное во всем этом было другое: она ради этого готова была на все, как за свою жизнь в поединке.

Что ж, оставалось не так уж много шансов. Эта девчонка любит его, похоже, он ее тоже. Теперь было понятно, где он пропадал все это время. Как ей не хотелось это признавать, но она проигрывала этот бой, Джея ей уже не вернуть, но винить, кроме себя самой, в этом было не кого, и одно только это больно кололо где-то в области сердца. Время лечит раны и заставляет забывать, а если не забывать, то мириться.

*** *** ***

Вечером прибыли охотники. Никого не допустили к месту приземления их корабля, все происходило в обстановке почти полной секретности. Пришельцев разместили в специальных условиях, о которых они попросили сами где-то на одной из секретных баз служб безопасности острова за пределами Вивариус-сити.

Охотники с далекой Веринионы не были в восторге от того, что им придется сражаться в союзе с другой командой, они бы предпочли разделаться и с ними тоже, но правила, которые не позволяли этого, пришлось уважить. Однако наотрез отказались от совместной тренировки, сказали, что им вообще не нужна тренировка, что они и так всегда в отличной форме, но свою экипировку все же принялись подгонять и готовить оружие к бою.

Что касается «Иллизиум», то парни сделали из всего вывод буквально следующий: еще не известно, кому повезло больше — соперникам или же им самим, что в союзе такая сильная, но непредсказуемая команда. "Всего можно ожидать от таких друзей" — сказали «Иллизиум», и отправились тренироваться в одиночку.

6 часов 48 минут до сражения. Тренировочный ангар.

"Спектр" и «Солдаты» предпочли не загружать себя изнурительными тренировками, стараясь проработать как можно больше сценариев предстоящего поединка. Джею лично казалось, что это невозможно в принципе, но на этом настоял Смитт. Из-за уважения к нему и его опыту гладиатора Джей не стал спорить. Но в одном все шестеро сошлись: лучше хорошенько отдохнуть перед боем, чем вымотать себя беготней да стрельбой по мишеням в тренировочном ангаре. Тренировку решили провести прямо перед сражением экспромтом, даже скорее не тренировку, а небольшое собрание, чтобы обговорить кое-какие важные моменты.

На полу разложили все оружие, какое только имелось в арсенале шестерых гладиаторов. Джей принес бластерный автомат с несколькими запасными обоймами к нему, шокер и автоматическую винтовку Т-240. Электра оставила себе свою бессменную плазменную пушку, на фоне остальных она выглядела самой мобильной.

Елена, как и большинство, обходилась бластерным автоматом РД-7 с противопехотным подствольным ракетометом.

Молот во всех поединках прекрасно управлялся с ракетницей, вроде той, что была у Рыжего, но на этот раз принес кое-что друге: здоровенный венумган — пушка стреляет капсулами с ядовитой кислотой, летящими со сверхзвуковой скоростью. Довольно приличного калибра капсула прямым попаданием может спокойно оторвать голову, а вдобавок, выбросит свое смертельное содержимое, которое даже при минимальном попадании на броню, разъедает ее за пару минут, а ядовитые испарения буквально обжигают незащищенную кожу, носовые пазухи и глаза. Даже если есть противоядие, воспользоваться им не получится, просто кислота довершит свое смертоносное дело раньше, чем успеешь применить антидот.

Скарго во всех поединках доверяет только оружию своей расы, по этому пользуется самым опасным — молекулярным деатомизатором, пушка испускает невидимые человеческому глазу лучи, которые при попадании на какой-либо предмет, разрушают его межмолекулярные связи, а мощность выстрела и, соответственно, процент нанесенного ущерба, зависят от интенсивности генерируемых лучей.

Йоргенсон осталась со своей излюбленной «игольницей». "Оружие мясника", стреляет пучком иголок. И если броня еще может сдержать попадание, то незащищенная плоть разрывается на куски, в считанные секунды. Довольно изощренный метод убивать для такой симпатичной женщины.

Играть в команде, значит полностью доверять друг другу. В гладиаторском поединке, это значит доверять свою жизнь. Не зная достаточно хорошо тех, с кем сражаешься в одной команде, трудно победить. Джей более-менее знал Электру и Елену, но как играют в бою «Солдаты», он не представлял. Одного того, что они одна из самых удачливых команд Высшей лиги, не хватало для того, чтобы полностью им доверять. Соммерс говорил, что на Арене друзей не заводят, может, он был не так уж далек от истины. Все, конечно, зависит от людей, но в некоторых командах ради победы раненых добивают. Джей не смог бы, наверное… Он уже сам не знал, что он смог бы, а что нет. Сыграть в бою по принципу дикой стаи Джею бы не удалось, скорее, как в войсках, там своих никогда не бросали и не бросают, даже мертвых с поля боя забирают. Впрочем, ситуации бывают разные.

Кто о чем думал перед поединком, могла знать только Электра, но иногда лучше не читать чужих мыслей. Знать заранее, что на уме партнера по команде, не всегда козырь в собственных руках. Жить без доверия не могут даже те, кого от рождения нельзя обмануть, Электра это всегда знала, но по-настоящему поняла только сейчас.

Елена боялась. Все то время, пока она сражалась на Арене, она боялась умереть. Страхи заставили ее однажды придти на Арену, и она победила их, появились другие, и самый страшный — страх смерти. Казалось бы, что может быть проще, чем просто уйти с Арены навсегда и жить себе спокойно где-нибудь вдалеке, может даже, стереть воспоминания об Арене, стать другим человеком. Но, нет. Страх собственной трусости оказался сильнее, и чтобы победить его, ей приходилось каждый раз бороться со страхом смерти.

Молот не знал своего будущего, он жил одним днем и его устраивал такой расклад. Если ты не такой как все, то и жизнь не такая как у всех, и эти слова были во истину про него.

Пришельца понять вообще не возможно. Вероятно, он, как и «Уголки», на Арене сражался из спортивного интереса. Впрочем, его душа — потемки. Он просто был, и таких, как он — свято веривших в дружбу, надо еще поискать. Например, Джей, знал точно, на него можно положиться, как на самого себя.

Что касается Йоргенсон, то, наверное, она единственная из всех, кто пришел на Арену, прекрасно осознавая, зачем. Прирожденный гладиатор, так она говорила о себе сама. Ничем другим в жизни заниматься она бы не смогла, да и не хотела. Подавляющему большинству это могло бы показаться глупостью. Кто-то верит в судьбу, а кто-то считает, что сам хозяин своей, так считала и Лаура — человек, сделавший себя сам. Можно трижды сомневаться в истинности подобных вещей, но никому и никогда не доказать Лауре, что она не права. Каждому свой крест.

По крайней мере, были здесь еще два человека, которым было что сказать друг другу, и что касалось только их двоих. Но, в силу обстоятельств, это был не очень подходящий момент для откровений. В этом оба не сомневались и так были устроены. Хотя, с другой стороны, может, это был для них вообще единственный случай сказать друг другу все, потому что через сутки максимум может статься так, что говорить будет не кому, останется либо кто-то один, либо погибнут оба. Электра смерти не боялась, но не хотела ее. Привыкшая ни о чем не жалеть, она знала, что если бы не Арена, встретить Джея ей бы не удалось.

Слишком простые истины, чтобы о них задумываться, и слишком мало времени, чтобы все хорошенько взвесить.

*** *** ***

— Здравствуй, Селли.

В этот раз Джей не был похож сам на себя. Его обыкновенная улыбка, извечная открытость, но за всем этим сейчас стояли другие переживания. Сельма знала, о чем и о ком он думает.

— Что ты делаешь здесь? — Джей улыбнулся. От внимания Сельмы не ускользнул тот факт, что он сейчас совсем не ждал этой встречи. Но раз уж они встретились, то придется поговорить с ним, не стоит откладывать на потом, потому что потом может и не быть.

— Я здесь с утра тебя жду. Честно говоря, уже собиралась уходить, но появился ты.

В большом и просторном холле Колизея Арены сейчас почти никого не было, кроме немногочисленных сотрудников здания, охраны и время от времени появляющихся людей из числа гладиаторов, либо других деловых людей, либо просто интересующихся новостями турнира, желающих купить билет или сделать ставки.

— Пойдем, в зоне ожидания есть столики. — Сказал Джей и повел Сельму через весь холл к дальней стене. Там и впрямь располагались удобные места, даже бар с прохладительными напитками. Заказывать ничего не стали, нашли укромное местечко возле стеклянной стены, открывающей прекрасный вид на город, и устроились так, чтобы никто не мешал им поговорить.

Разговор начался с молчания. Джей сделал вид, будто он ждет, пока Селли начнет говорить, а она не могла решить, с чего начать, однако, Джей прекрасно понимал, в каких тонах сейчас придется разговаривать. Но объяснить Селли, почему он так отдалился от нее, он не мог. Просто, надо было разобраться в самом себе, а этого он еще не сделал.

— Джей, скажи, почему ты просто не бросишь все? Ведь все уже кончено.

— Как Озборн? — Лучше было бы сразу сменить тему, потому что, тот, разговор, которого Джей так боялся, мог начаться.

— Хорошо. Он сказал, что придет обязательно, когда ты выиграешь турнир. И не раньше.

Джей молча одобрил такое решение Озборна. А Сельму он мог понять, она женщина.

— Но ты уходишь от темы. — Твердо произнесла Сельма.

Джей отвел взгляд, сквозь стеклянную стену, в такой полноте, он видел Вивариус-сити впервые. Такой вид на город, пожалуй, можно наблюдать только с вышки. Потом он резко повернул голову и посмотрел Селли в глаза, так, что ей стало не по себе.

— Сельма, — он никогда ее так не называл, — а почему ты решила придти сейчас, почему не после турнира?

Вопрос и тон сбили Сельму с ног. Она с ужасом осознала, что он стал совсем чужим для нее, никогда больше не вернется тот прежний Джей.

— Джей, я не понимаю тебя. — Тихо проговорила она.

И тут Джей понял, словно прочитал тот страх в ее глазах, когда она поняла, что он уже не тот, что был прежде. Но так нельзя было оставлять это, и он взял ее руку в ладони, и заговорил с ней совсем другим тоном, он постарался вернуться хотя бы на время, всего лишь на десять минут таким, каким она его хотела бы видеть.

— Селли, прости. Просто мне предстоит один важный поединок на турнире, и я просто очень волнуюсь. Это действительно будет сложно. У меня голова забита чем-то другим, но я никак не разберу чем — наверное, всем сразу.

— Успокойся, Джей. — Теперь и она сменила тон и говорила ласково, как раньше, и даже с искренней улыбкой. Теперь они видели друг в друге тех, кем они были раньше. Теперь они могли понимать друг друга, теперь они снова были лучшими друзьями.

— Да я то спокоен, главное, чтобы у тебя было все в порядке. — Джей улыбнулся.

— Ты любишь ее?

Вопрос сбил с ног теперь уже Джея, он не стал спрашивать, о ком она, он знал, но откуда знала она. Нужно было что-то ответить, но он замялся, будто забыл разом все слова, которые знал.

— Я познакомилась с ней сегодня чуть раньше. Мы сидели там, в открытой кафешке, прямо напротив этого здания.

— Да, я знаю, где это.

— Она красивая, хоть и странная очень. Знаешь, а тебе, наверное, повезло с ней…

После этого они оба начали громко смеяться, как тогда в баре у Сэма, и опять же, как тогда, все у них сводилось к шутке, хоть и говорили они серьезно.

— Я, знаешь… Она… я не могу объяснить, это как часть меня, понимаешь?

— Понимаю. Ты, наконец-то влюбился по самые уши. Ей удалось то, что не смогла я. — Селли улыбалась. Она изо всех сил старалась не показать ему, что на самом деле встреча с Электрой для нее была не самой приятной. Да и рассказывать Джею, о чем они говорили, она уже не собиралась.

— Тебе тоже кое-что удалось. — Пошутил Джей, на этот раз заливного смеха не последовало.

— Ты же выиграешь турнир?

— Конечно. Уже скоро можно будет отправиться домой.

— Куда ты отправишься, Джей. Ты же теперь сказочно богат. Построишь замок, наймешь прислугу, а может, на край Вселенной? Как тебе такая перспектива?

— Можно и на край Вселенной, только подальше отсюда.

Сельма посмотрела на Джея серьезно, потом спросила:

— А, может, ты лукавишь? Может, ты не хочешь отсюда никуда уезжать? — Спросила она это очень осторожно, но Джей сразу не ответил.

— Да нет, Селли, не хочу я здесь оставаться.

*** *** ***

5 часов 32 минуты до сражения. Кабинет Вивариуса

Он был слишком серьезен и молчалив. Пришлось отложить кое-какие важные дела и встречи. Раньше можно было и не смотреть все эти поединки, ребята из операторской держали в курсе дела, но только не сегодня. Этот поединок был важнее всяких встреч. Неужели же Таксисту повезет снова. Хотя, надо признать, выиграть шесть раз подряд — это не совсем везение, похоже на что-то врожденное. Как знать, может он действительно прирожденный гладиатор, но это в любом случае ничего не меняет.

Что будет, если он победит? Да, собственно, ничего не будет. Уже ничего не может быть, ведь договор, который они заключили, выполнен с обеих сторон. Тогда почему же чувство тревоги не отпускает, и Таксист ли тому причина? Скорее всего, нет. Тучи сгустились, но пришли с другой стороны, откуда? Кто-то из своих предал? Не так уж много кандидатур на роль стукача, мало кто знает о том, что происходит на Арене на самом деле. Мало кто посвящен в далеко идущие планы синдиката, собственно, сами его члены. Все эти агенты федеральных служб уже так достали, как назойливые мушки, бьются в стекло, на свет, а пробиться не могут. В одном точно можно быть уверенным — они ничего не смогут сделать, не смогут ничего доказать, не смогут ничего предъявить. Нужны им свидетели — пусть ищут их, пусть Таксист будет свидетелем — ничего это не меняет, ничего это не докажет. Но Таксист особенный. Никого так в жизни не боялся он, как Таксиста, а объяснить почему, не мог. Просто, бывают такие люди, и что-то в них есть, что заставляет их бояться.

Что будет, если Таксист победит? Слишком сложный вопрос, чтобы дать на него однозначный ответ. Он прошел закалку Ареной. Его мировоззрение изменилось. В нем нет ненависти и злости, есть немного славы и уважения со стороны гладиаторов или фанатов, есть деньги, вот, в принципе, все, что у него есть. А то, что ему можно предложить, несоизмеримо с тем, что у него есть сейчас. Кем он может стать? Но захочет ли? Умение разглядывать в глазах людей искорки — одновременно дар и проклятие. Что за искорки в глазах Райбака? Что за мысли? Что за желания? Никто еще никогда не отказывался от возможности прибрать к рукам этот паршивый мирок. Таксист ведь тоже обычный человек, тогда и ему должно быть не чуждо это желание. Как много вопросов и ни одного ответа, как много сомнений.

Этот поединок не финальный, но если Таксист его выиграет, станет главным претендентом на победу. Инферно ему не соперник, он боится его как огня, ничто не поможет ему выиграть, даже чудо. Про остальных даже и не стоит вести речь, они лишь расходный материал, таких на Арене хватало всегда и впредь недостатка не будет.

Чтож, покажет время, на сколько Таксист удачлив, сможет ли устоять против охотников и победить их? Победа Таксиста докажет и еще кое-что для самого Вивариуса — что его умение разглядывать искорки реально, а не иллюзия. Вивариус в тайне надеялся на победу Таксиста.

3 часа до сражения. Портера Колизея Арены.

Народу собиралось больше чем обычно, зрелище обещало быть исключительно интересным. Билеты на этот поединок расходились по астрономическим ценам, но желающих посмотреть это не останавливало. На одних только ставках кто-то мог сделать состояние, а кто-то полностью проиграться. Таких громких рекламных кампаний перед сражением Арена давно уже не знала.

Вивариус лично разрешил присутствовать Сельме на представлении бесплатно и предоставил ей представительское ложе для избранных. Благодарить его она за это не собиралась, сошлась на том, что для себя считала это платой за похищение. Дядя Озборн не пришел, сказал, что будет сидеть в номере гостиницы и будет ждать, что верит в победу, однако, Селли прекрасно видела, что он на самом деле сильно боялся, что случится самое страшное. Она знала с самого начала, что Озборн никогда не смирится с тем, что в долгу перед Джеем, знала, что Джей этот долг никогда не возьмет с него, и от этого Озборну было еще тяжелее. Никто и никогда не делал для дяди столько, сколько сделал Джей, да и для нее самой. Свою дружбу он стократно доказал, если бы дружбу надо было доказывать. Селли молилась, чтобы он вернулся. Пусть не к ней, но вернулся.

Последние приготовления перед выходом на Арену Колизея.

— Таксист, — Молот обратился к Джею. Тот повернул голову. — Ты боишься смерти?

Джей посмотрел в глаза Смитту, о чем-то подумал и ответил:

— Я больше боюсь не своей смерти.

Смитт понимающе улыбнулся и бросил мимолетный взгляд на хрупкую девочку с плазменной пушкой.

— Значит, боишься, — сделал заключение Смитт, — Это нормально, ее все боятся, и даже эти пришельцы из далеких уголков. Вряд ли смерть — избавление, скорее, наказание, по крайней мере — мне.

Арена Колизея.

Что происходило на Арене в это раз, Джей не мог понять. Толпа та же, шум, крики, светопредставление, но что-то не так. Как прощальная вечеринка, а все зрители провожали его в далекую-далекую поездку, из которой он никогда не вернется обратно.

Атмосфера угнетала и давила. Хотелось поскорее скрыться, не видеть эту толпу, не слушать взволнованный голос комментатора, не попадать под объективы видеокамер и еще много ему не хотелось делать, но приходилось.

Джей не смотрел на толпу ликующих фанатов, прятал глаза, рассматривая пол. Со стороны казалось, что он откровенно скучает, но это было не так. Комментатор даже пару раз сделал замечание, что Таксист как-то подавленно выглядит.

Под столь же оглушительный рев аплодисментов, на Арену вышли другие две команды. «Иллизиум» были относительно спокойны, лишь иногда поднимали вверх руки в знак приветствия, а «Уголки» высокомерно прошествовали ближе к платформам телепортеров и принялись ждать начала поединка там.

А может, Джею только показалось их высокомерие, может, они себя всегда так ведут. Многое казалось сейчас не таким, как обычно, воздух вибрировал от напряжения.

Старт сражению был дан. Гладиаторы проследовали к своим установкам — каждому отводилось строго свое место переброски в зону сражения. Напротив Джея располагалась платформа Веринионца. Под маской доспехов Джей не видел лица пришельца, но тот точно смотрел прямо в глаза, Джей даже готов был поспорить, что видит ироническую улыбку страшного соперника, потом все пропало — и пришелец, и толпа, и Арена, вокруг был лес чужой планеты, телепортер посреди вырубленной поляны и тишина. Солнце чужой планеты окрашивало небо в бордовых тонах, свежий воздух, наполненный неизвестными запахами, опьянял, а, смешиваясь, они напоминали запах крови.

Далеко на горизонте огромными махинами темнели горы, покрытые зелеными массивами леса, который, несмотря на свою умиротворенность, скрывал множество опасностей — там пряталась смерть, пока она лишь ждала своей минуты.

Джей осмотрелся, леса простирались по всем направлениям. С холма, на котором располагалась его бетонка, отлично просматривалась местность, правда, все покрыто лесом и где-то в паре километров из леса торчали две башни. Инструкции получил в этот раз Молот, он же и считался капитаном команды. Он должен был выйти на связь, чтобы все объяснить, а пока этого не случилось, Джей принял решение направиться к башням, чутье подсказывало ему, что туда необходимо попасть.

Так и случилось, связь заработала минут через пять после того, как Джей телепортировался в зону сражения. На связи были все, кроме вражеской команды — похоже, каждой команде выделялась своя закрытая частота. Добраться до башен — первое, что необходимо было сделать. Как выяснилось, сделать это можно было относительно спокойно, противник пока пребывал в другом секторе зоны сражения, а разброс участников по лесу был рассчитан на то, чтобы каждый гладиатор мог по возможности оценить поле боя и понять для себя, в каких условия предстоит вести бой. Может, расчет правильный, но подобная беготня может морально измотать.

Смитт пояснил, что Джея должны встретить, его проводят до главной площади, где соберутся все остальные. Там и будет ясно, что необходимо сделать для победы. Джей не представлял, что это за база, может, город, есть ли там люди, судя по всему, все-таки есть, и кто они такие. По крайней мере, на башнях ярко светились два фиолетовых огонька и чем больше на лес спускались сумерки, тем ярче они светились, указывая дорогу через лес.

Солнце стремительно уходило за горизонт и бордовый закат менял краски, небо окрашивалось в приятный темно-синий цвет, стали появляться первые звезды.

Около получаса Джей добирался до башен — они оказались чуть дальше, чем он предполагал. Лес редел по мере того, как Джей подбирался к башням, и вот уже в темноте появилась возможность различать смутные очертания некоего комплекса сооружений — Джей готов был поспорить, что-то вроде военной базы или засекреченной лаборатории. По крайней мере, когда-то оно могло этим быть, что там было сейчас, гадать бесполезно. Через некоторое время предстояло это выяснить. Мощные стены, закрытые ворота и охранно-оборонный комплекс по периметру базы внушали, но от кого защищались обитатели? И почему его так близко подпустили? Потому что знали о его прибытии.

Через какое-то время, Джей даже невооруженным глазом заметил две темные фигуры, направляющиеся со стороны базы к нему. Хоть он и прятался в зарослях, на всякий случай, они его, вероятно, заметили, в принципе, это было не мудрено, имея тепловой сканер.

Джей окликнул их, чтобы не тянуть время:

— Вас послал Смитт?

Фигуры остановились и принялись озираться, значит, не видели Джея.

— Кто такой Смитт? — Ответил один из них.

— Молот. Гладиатор. — Ответил им Джей.

Это подействовало как пароль, вероятно, они не знали настоящее имя Молота, только прозвище, или то, что их послал гладиатор.

— Ты Таксист? — Спросил снова один из встречающих.

— Да. Почему с вами не пришел кто-нибудь из гладиаторов?

— Твой капитан счел, что это необязательно. Нам велено проводить тебя на главную площадь, скоро генерал Климов начнет собрание.

Джей теперь отказывался что-либо понимать, что здесь делали солдаты, и каких войск?

— Кто вы такие? — Спросил Джей.

— Что-то вроде местного военного совета. — Пояснили ему бойцы. — Этот сектор планеты — частная собственность. Генерал Климов — начальник службы безопасности. Он здесь главный. Остальное тебе объяснят на собрании.

— Меня зовут Джей. — Представился Джей.

— Сергей, — сказал один из бойцов. Только он один и разговаривал, хотя уклончиво и мало. Второй боец — высокий, худощавый парень все время молчал.

Судя по именам, планета принадлежала кому-то очень богатому и влиятельному из Восточной Федерации. Русские казались Джею загадочными людьми. Вот и сейчас он в этом убеждался. Будь на месте этих двоих представители другого народа, они пошли бы на контакт более охотно. Хотя, с другой стороны, не столь важно, какой они нации, одним словом — военные. Им приказано проводить, значит говорить не положено и точка.

Кто бы ни был хозяином этого сектора, денег на безопасность он не жалел. Служба безопасности, если она таковой являлась, была вооружена вовсе не хуже, а то и лучше, чем специальное армейское подразделение. В ангарах "на приколе" стояли штурмовики, транспортно-десантные челноки, несколько автоматических боевых машин пехоты. Плюс ко всему, бойцы — команда настоящих профессионалов своего дела, такие в карман за словом не полезут, сначала стреляют, потом задают вопросы. И, в общем-то, имеют полное право — частная собственность — мир, где живут по внутренним законам и куда со своими лучше не соваться.

Однако вопрос оставался открытым: что за игру затеял Вивариус?

На площади уже все собрались, когда Джея привели двое бойцов Климова. Впрочем, от армии эти отличались заметно: например, здесь никто не отдавал старшим воинское приветствие, не говорил «есть», отправляясь выполнять приказы и так далее, но дисциплина чувствовалась, порой, в армии такой не увидишь. Впрочем, об армейской дисциплине Джей знал немного и по наслышке.

Но Климова Джей вычислил среди собравшихся на площади возле командирского джипа в три секунды. Плотно сбитый мужчина лет сорока, гладко выбрит, подтянут (если это была и не армия, то Климов точно там служил раньше), волевой подбородок, взгляд острый, пробивной, хитрый прищур, и руки он держал сложенными за спиной.

Джей кивком поприветствовал всех собравшихся, когда подошел к джипу, а Электре незаметно подмигнул.

— Ну, так я начинаю, — проговорил Климов, и обратил свое внимание и внимание остальных на самые обыкновенные бумажные карты местности, разложенные на капоте джипа.

Пока он произносил вводную часть, Джей успел подумать, как для этого человека важны эти карты. В них он находил ответы на все вопросы, словно по компасу, ориентировался по жизни, сверяясь со своими бумажными подругами, доверяя им как самому себе. Джея рассмешила эта мысль, он посмеялся про себя.

— Итак, господа. Хозяин этого сектора решил устроить небольшое сафари, целью которого будут отнюдь не слоны и даже не львы. Планета, где вы сейчас находитесь, представляет что-то вроде полигона для проведения экстремального отдыха для представителей сильных мира сего. Самое интересное это то, что она поделена на сектора, таким образом, есть границы нашей власти, где, переступив их, мы становимся самой обыкновенной дичью, которую просто и без разговоров отстреливают. А мы, в свою очередь, имеем право делать то же самое с любым, кто посягнет на наши границы. Так что, тут бывает трудно разобрать, кто охотник, а кто дичь. Но что-то подсказывает мне, что вам такие штучки не в новинку, и тем лучше для вас.

Это граничащий с нашим «вражеский» сектор, куда вам, собственно, предстоит сделать вылазку, чтобы уничтожить пункт управления орбитальным химическим лазером. А чтобы вы не сомневались в том, что это будет правая миссия, я вам расскажу немного о негласных, но все же существующих правилах этой планеты.

Есть кое-какие ограничения в видах вооружения, например, мы не используем здесь подобные установки: наш сектор могут спалить в считанные часы, а мы ничего не успеем сделать, чтобы защититься, к тому же, большие лесные массивы: здесь просто разыграется нешуточный пожар, который погасить вряд ли кому удастся. Просто здесь делают относительно честный бизнес, и есть договор, по которому соседям не мешают заниматься тем же. Но, орбитальный лазер — эта прямая угроза всем, и я снова повторю: есть договор, по которому этой установки здесь быть не должно. Так что, нужно жестко объяснить парням, что они не соблюдают договор, который тоже подписали вместе со всеми.

Тут Климов сделал короткую паузу, во время которой обвел взглядом всех присутствующих. Сделав вывод, что вопросов ни у кого нет, он перешел к технической стороне вопроса.

— Моя роль в этом мероприятии более чем скромная. Мои люди доставят вас к границам сектора, и когда вы сделаете дело, заберут вас в условленном месте. Вот здесь. — Генерал показал место на карте, куда нужно будет прибыть после выполнения миссии.

Молот изучил карту местности Климова, которую на самом деле, изучил еще раньше на Земле. Скептически прищурился и спросил: — А поближе нельзя? Это же почти десять километров бежать придется.

— Директива, — коротко ответил Климов.

— Правила, — печально согласился Молот.

На сборы хватило пяти минут, чтобы проверить боеготовность оружия. Еще одну тяжелую работенку предстояло выполнить, время тянулось медленно. Рассчитать — сколько его потребуется на выполнение операции, не представлялось возможным. Карты вражеской территории получил Молот, он же примерно раскинул план действий.

Климов выделил в качестве транспорта бронемашину пехоты. Джею еще не приходилось кататься на таких. Двигались быстро, и хоть внутри предусмотрено специальное кресло с ремнями безопасности, все равно порядком трясло. Добирались примерно минут двадцать — граница сектора оказалась не так далеко от штаб-квартиры.

— Как поездка? — Спросил Молот.

— Ничего, нормально, — ответил Джей.

Выгрузились мобильно, из машины вышел шофер:

— Дальше начинается чужая территория. Вам туда. — Он показал рукой направление, Молот прищурился, согласно кивнул:

— Знаю.

Водитель пожал руку Молоту, коротко откозырял остальным, завел свою машину и вернулся обратно.

Ночь на планете оказалась довольно светлой — огромный спутник, планета без названия, что-то вроде местной Луны, только ближе, а может, больше размером, эффектно висела над лесом, озаряя чистое звездное небо. Можно было не пользоваться очками ночного видения, по крайней мере, в пределах двухсот — трехсот метров. Хотя, предстояло еще углубиться в темный лес, там — то они понадобятся точно. Молот воспользовался тепловизором, устройство показывало в пределах видимости несколько крупных живых объектов, но это, по всей видимости, были местные животные, об этом свидетельствовал характер их перемещений. Так объяснил Молот, на чем он основывался, Джей не знал, по этому, предпочел молча согласиться.

Углубившись в лес, на пять сотен метров, Молот дал знак собраться. Говорил он отрывисто и строго по делу.

— Мы на вражеской территории. На нас уже объявлена охота. Мы пересекли границу, так что спутник уже зафиксировал наши маячки.

— Что за маячки? — Спросила у него Электра.

— В амуницию каждого из нас встроен маячек, чтобы зрители на Земле могли отслеживать наши перемещения со спутника — здесь ничего не поделаешь, того требуют правила игры. Мы не солдаты, а гладиаторы.

Короче, место расположения интересующей нас цели здесь. По крайней мере, мне так сообщили на Земле. — Молот показал на карте, где находится вражеская «штаб-квартира», там же пункт управления спутниковым лазером, который предстояло уничтожить.

— Далековато, — сделал вывод Джей.

— Ничего не поделаешь, Таксист. Мы легких путей не ищем. Разобьемся на пары. Ты со Скарго, я с Лаурой, и вы, девушки — вдвоем. Двигаемся на расстоянии пятидесяти метров друг от друга, постоянно держим связь, наша частота закрытая, противник нас не прослушает, но и мы его тоже. Вопросы?

Вопросов ни у кого не возникло. В этом поединке Джей был совсем не против отдать инициативу командующего более опытному Молоту. У него в голове не очень хорошо укладывался план действий. Штаб, наверняка охраняется такими же людьми, как у Климова, и явно много больше, чем гладиаторов. На сколько реально выполнить поставленную задачу силами шести человек? Вероятно, у Молота на этот счет имелись кое-какие соображения, просто решил придержать их до поры. Без продуманного за ранее плана действий, соваться в это осиное гнездо было равносильно самоубийству. Джей очень надеялся, что у Молота есть план, хотя бы схема.

Молчаливый высокий пришелец — очень опытный гладиатор, двигался в пяти метрах впереди, Джей за ним. Он вспомнил, как на Геоне он двигался таким же порядком за Соммерсом, теперь ему приходилось прикрывать Скарго.

Наконец, Скарго дал знак остановиться, Джей присел на одно колено, бегло осмотрелся по сторонам. Оказалось, что до цели осталось около пятисот метров, но охраны на подступах не было. Это наводило на мысли о ловушке, подстроенной командой противника. Что происходило впереди, пока было неясно, но тишина пугала, да и в глуши оказалось намного темнее, чем на поляне, где их высадил водитель Климова. С одной стороны, ночь даже на руку, можно подобраться к лагерю незамеченным, но с другой стороны, это на руку и противнику тоже — спрятались и выжидают.

Скарго подозвал Джея ближе и тот, пригибаясь как можно ниже к земле, подобрался к пришельцу. Появился Молот и объяснил план действий. Было принято решение штурмовать лагерь с трех сторон, для этого, сначала необходимо занять и сходные позиции. Такие позиции для каждой пары тоже уже были определены Молотом. Похоже, Скарго он все же посвятил в свои планы, значит, Джею оставалось только следовать за пришельцем, по крайней мере, до того момента, как начнется стрельба. Там уж придется действовать по ситуации, это Джей знал, как свои пять. Даже тщательно подготовленный план операции не может предусмотреть всех стремительных изменений ее хода. А в пылу боя можно вполне потеряться и тогда каждый будет сам за себя, главное, что все знают, какова цель этого поединка — просто нужно стремиться выполнить ее любым способом, разбор полетов состоится позже, если состоится вообще.

Когда пары заняли свои позиции, Молот принял решение разбить пары и окружить лагерь со всех сторон. Первым ушел Скарго, его задачей было поменять позицию, через пять минут за ним отправился Джей, отдалиться от первоначальной позиции ему предстояло на две сотни метров.

Когда все исходные позиции были заняты, Молот дал команду к продвижению к цели. В зарослях в тусклом лунном свете показались приземистые сооружения, вроде землянок, выполненные из сваленных деревьев. Это скорее напоминало временный лагерь, укрепления здесь, конечно, сильно уступали по мощности штаб-квартире Климова. Джей осмотрел территорию в бинокль — ни одной живой души, тепловизор показывал в радиусе пятисот метров только пять крупных целей — свои. Так хотя бы Джей знал, что они близко, но противника тут не было. Это вполне объясняло отсутствие охраны. Еще на подходе Джей заметил случайно на деревьях импровизированные наблюдательные вышки — но смотрящих не было. Возникло подозрение, что лагерь покинут. Противник решил сменить место дислокации, интересно, предполагал ли такой вариант Молот? Джей поделился такой догадкой с остальными — все гладиаторы сошлись во мнении, что так и есть на самом деле, но нужно было подтвердить подозрения, а для этого, лагерь необходимо было исследовать.

Молот принял решение, что в лагерь пойдут трое, остальных он оставил на позициях для прикрытия. Идти в лагерь выпало Джею, Молоту и Скарго. Теперь искать пункт управления в лагере было бесполезно, здесь ее точно не найти. Хуже всего то, что установка целенаведения могла оказаться, а скорее всего, так и было — мобильной. Судя по всему, далеко перепрятать цель противнику не удалось бы — времени на это имелось слишком мало, ведь нужно не просто собраться и уйти в глубь своего сектора, а еще и увести технику, если таковая имелась вообще. Вопрос о том, что представляет из себя установка целенаведения, оставался открытым. Выяснять это решили после проверки лагеря.

Джей осторожно продвигался по лагерю. Он держал оружие перед собой, готовый стрелять при малейшем движении в темноте. Чувства были на пределе, нервы сдавали, он старался держаться. Джей обошел вокруг невысокое построение, накрытое маскировочной сеткой. Он присел возле стены и принялся всматриваться в темноту. Он немного устал бегать по лесу, опасаясь нарваться на мину либо получить пулю в лоб, необходимо было перевести дух и успокоиться.

Джей совершенно забыл о том, что творилось у него за спиной. На связь с ним вышла Электра, в голове раздался ее звонкий голос. Похоже, она чем-то была взволнована.

— Ты где? — Спросила она.

— Почти в центре, — мысленно ответил Джей, — А вообще-то, не знаю, тут все одинаковое, я плохо понимаю планировку.

— Так, Джей, постарайся вести себя спокойно. На деревьях кто-то есть. Похоже, он видит тебя. Я сниму его, только мне надо занять удобную позицию. Не делай резких движений и будь осторожнее.

Пот прошиб лоб Джея, он буквально кожей почувствовал присутствие кого-то сзади. Он с трудом подавлял желание бежать и скрываться, ему может не хватить времени. Вдруг слева в траве появилась маленькая красная точка, появилась и тут же исчезла. Джею не нужно было объяснять, что это такое, и где была эта точка сейчас. Он, не долго думая, сорвался и побежал в чащу, даже не побежал, а просто перекатился в кусты. В это же время где-то слева и сзади раздался выстрел, кто-то вскрикнул, так, словно голос кричавшего, синтезировал компьютер, треск, ломающиеся сучья, падение на землю чего-то тяжелого.

Джей догадался, что произошло: противник пытался произвести выстрел Джею в затылок, но Электра опередила стрелка, теперь нужно было проверить, чем закончилась комбинация: смертью противника или промахом Электры.

Джей на автомате, не осознавая, что он делает, помчался в чащу леса, в том направлении, где должен был быть противник, но наткнулся лишь на сломанные сучья — Электра промахнулась. В пятидесяти метрах от Джея пронеслась огромная тень и направилась в сторону Электры. Это мог быть только Веринионский охотник, а значит, Электра была в опасности. Джей пустился вдогонку, но он проигрывал в скорости и маневренности. Гигант довольно ловко двигался в лесу и деревья ему не мешали, Джею же наоборот, сучья постоянно стебали руки и лицо. Он с трудом удерживал в поле зрения пришельца, азарт взял верх над осторожностью и Джей задался целью убить врага, правда, не осознавал реальной опасности этой гонки за противником. Имея столь явный перевес в маневренности передвижения, противник имел все шансы поменять роль жертвы на роль охотника, и вот тогда Джею бы вряд ли повезло в этой схватке. А потом Джей неожиданно для себя обо что-то споткнулся и неловко упал на плечо, едва его не вывихнув.

В итоге, сам Джей распластался на земле, оружие пролетело еще метра полтора вперед. Джей еле-еле пытался отдышаться, нужно было встать, взять оружие и продолжить погоню, но дыхание сбилось, и его пробрал жуткий кашель. Мог появиться противник и банально добить — Джей оказался беспомощным в результате этого падения, но вопреки самым страшным ожиданиям, появились Скарго и Электра.

Пришелец помог Джею подняться на ноги, тот сразу ощутил небольшой прилив сил, когда к нему вернулась способность двигаться. Джей молча взял оружие и, наплевав в душе на сильную боль во всем теле, побежал за остальными. Куда они бежали, Джей не знал, нужно было отыскать всю команду. Теперь выяснилось, что, во-первых: лагерь пуст и установки там не было, во-вторых: противник обладает тепловой невидимостью — амуницией, которая поглощает тепло тела, вот почему тепловизоры не показывали присутствия врага, тогда как он был совсем рядом.

И тут сработала мина, где-то впереди. Все трое машинально упали на землю и прикрыли руками головы. Последнее мгновение перед падением Джей запомнил тем, что раздался мощный взрыв, затрещали ломающиеся деревья и разлетелись щепками во все стороны, завалилось подрубленное взрывом огромное дерево — к счастью упало в другую сторону. А буквально через мгновение, такие взрывы начали рубить лес как по цепной реакции.

Шум стоял как при старте космического корабля, лес вокруг трещал и ломался, только чудом огромные стволы деревьев падали в стороне от лежащих на земле гладиаторов. Все сотрясалось и рушилось, в воздух поднимались щепки, земля и осколки взрывных устройств.

Взорвавшись по периметру лагеря, мины начали взрываться беспорядочно по всему лесу.

После того, как все закончилось, лес в районе лагеря превратился в лесосеку, деревья валялись вырванные с корнем, с перерубленными стволами, землю перепахало взрывами. В воздухе повисла дымовая завеса, пыль тоже медленно оседала и добавляла мути в этот туман, порожденный множеством адских взрывных механизмов. Стояла полная тишина, но в голове до сих пор взрывались мины.

Джей открыл глаза и осмотрелся. То, что он видел вокруг, напоминало полигон для ядерных испытаний, только в уменьшенном виде. Заминированный район устилали тысячи мелких щепок. Светало.

Джей поднялся на ноги и осмотрелся. Рядом лежали Электра и Скарго, засыпанные щепками и землей, уткнувшись лицами в землю. Джей помог Электре подняться на ноги, потом Скарго. Действовать было нужно как можно быстрее, времени на раздумья не оставалось. Связь не работала, в наушниках слышался только треск. Кажется, заглушили волну. Такое могли сделать только с Земли, потому что связь обеспечивали со спутника. Это подрывало ситуацию в корне. Нужно было искать Молота, Елену и Лауру, а эти поиски отнимут слишком много времени, к тому же, может статься так, что кто-то из своих оказался в зоне поражения, а это означало неминуемую гибель.

Так или иначе, но оставался еще и противник. Теперь нетрудно будет перестрелять уцелевших после минной атаки, все были сильно измотаны.

Все играло на противника, даже медленно наступающий рассвет. Джей теперь понял, что чувствую вампиры.

Противник наверняка рассредоточился по периметру вокруг лагеря и выжидает — малейшее движение и ты труп. Джей чувствовал себя загнанной дичью, и от этого ему было не по себе. Действительно, отличная тактика, Джей это признавал, от этого не открестишься. Охотников недооценили. Какие еще сюрпризы ждут впереди, неизвестно, а вдобавок, теперь полнейшая дезориентация — подробности операции знает только Молот, но его еще надо найти, у него же и карты. Без капитана как без рук, так что решено было искать Молота и остальных, потом думать, что делать дальше.

Теперь уже никакого строя и тактики в передвижениях по лесу. Трое гладиаторов неслись по лесу, что было сил, озираясь по сторонам в поисках знакомых фигур. Лес на столько разворотило, что найти под завалами кого-либо представлялось абсолютно нереальным. Оставалось рассчитывать исключительно на чудо.

Связь по-прежнему отсутствовала, надежда на то, что капитан выйдет на связь, не покидала Джея — этого не происходило.

Погруженный в свои мысли, Джей не заметил того, как благополучно потерялся. Ни Электры ни Скарго не было, хотя он мог поклясться, что только что они бежали за ним по пятам.

Джей остановился и принялся крутиться на одном месте, в надежде заметить их среди деревьев и кустарников. Хотелось крикнуть, но этого делать было нельзя — риск привлечь к себе внимание противника.

Покрутившись на одном месте. Джей немного неуверенно продолжил бег — он только не был уверен, что бежал в нужном направлении, лесные заросли стали для него одинаковыми, а впрочем, теперь ему было все равно куда бежать.

Выстрел прогремел откуда-то справа, и автоматная очередь просвистела над головой. Джей машинально пригнулся и ползком добрался до первого дерева с широким стволом — там он укрылся и принялся озираться по сторонам в поисках стрелявшего. Джей знал только одно — это был не охотник, они не пользуются автоматическими винтовками земного производства. Значит, кто-то и "Иллизиум".

Ну, где же ты? Покажись, чтобы я пробил твою тупую башку, — молил про себя Джей. Он очень боялся не успеть выстрелить первым.

И противник, словно услышав мольбы Джея, показался во весь рост. Он выбежал из чащи леса и остановился — осматривался, но Джея не замечал, хотя стоял буквально в десяти шагах от него.

Джей прицелился и произвел выстрел. Уже в самый последний момент Джордан — так звали гладиатора, увидел Джея, но было поздно, и тот лишь успел попытаться уклониться от выстрела, в итоге, получил ранение в плечо. Он вскрикнул от боли, выронил оружие и повалился на землю.

Джей опрометью преодолел те десять метров, что разделяли его и подстреленного противника, и набросился на последнего, придавив прикладом бластера шею.

Джордан пытался что-то произнести, но Джей сильнее сдавливал ему горло. Коленом Джей придавил противнику рану и тем самым лишил возможности сопротивляться.

— Тихо, — проговорил почти шепотом Джей, — скажи, где эта чертова установка и я тебя не убью.

Джордан дрожащей рукой указал Джею куда-то за спину.

В последний момент Джей увидел красную точку прицела охотника и рванулся в сторону, а Джордана буквально разнесло выстрелом. Джей успел заметить, как полетели во все стороны кровь и куски плоти. Джей перевернулся на спину и увидел на дереве охотника, он сразу же открыл огонь, благо позиция была не самая худшая для стрельбы. И попал — пришелец издал звериный рык и свалился с дерева. Джей на бегу принялся беспощадно палить в противника шквальным огнем, не давая ему возможности встать, если тот был еще в состоянии это сделать, хотя Джей не видел противника и огонь вел вслепую, но все же попал и неоднократно. Подбежав ближе, Джей увидел лежащего ничком охотника там же, под деревом, куда он и свалился. Не долго думая, он открыл по нему огонь, все равно, как это называлось — контрольный ли выстрел, или нет, но так было надежнее. Вскоре последовал щелчок, после которого Джей перестал стрелять. Охотник лежал на спине, не подавая признаков жизни, пахло паленым. Все же, Джей решил провести зачистку, и ударил по лежащему веринионцу электрическим разрядом. Воздух наэлектризовался, сухие сучья загорелись. Кажется, противник был все-таки мертв. Оружие перегрелось. Загорелась лампочка-индикатор, что система охлаждения не справляется, но Джей перестал уже стрелять.

Он подошел вплотную к поверженному врагу, до сих пор не верилось, что удалось победить такого сильного противника.

Джей достал из чехла большой армейский нож и перерезал какую-то трубку, соединяющую оружие пришельца и его костюм, броня исчезла.

Теперь перед Джеем лежал охотник без доспехов — кожа напоминала чем-то кожу ящериц — цвета светло-коричневого, пальцы на руках и ногах заканчивались когтями, лицо одновременно напоминало и человеческое и морду ящерицы — того же светло-коричневого цвета, но более гладкое. Узкий, почти безгубый рот, небольшой нос — острый и поднятый вверх, грубые веки наполовину закрывали красненькие глазки с маленькими черными зрачками, слегка торчащие клыки придавали пришельцу устрашающий вид.

Джей поморщился и направил бластер в голову пришельцу, нажал спусковой крючок. Голову разнесло как гнилой арбуз, на Джея брызнула густая черная субстанция.

— Поздравляю, урод, тебе конец, — проговорил Джей.

Он собрал свое оружие, прихватил боезапас Джордана и помчался искать остальных — победа сразу над двумя противниками придала Джею уверенности.

Джей бежал сломя голову. Он не смотрел под ноги, не обращал внимание на ветки, которые больно хлестали по лицу. И слышал выстрелы, туда и бежал. Во рту пересохло и каждый новый раз, как он пытался сглатывать, горло словно резало ножом.

Крики, он слышал крики и бежал туда, где как ему казалось, они не смолкали. Казалось, что еще буквально пару шагов и он на месте, никого не было. Он уже начал думать, что у него начались галлюцинации, или это сумасшествие. Он бежал постоянно и никак не мог куда-нибудь прибежать, он закричал во все горло, но не услышал своего крика. Голова болела, виски пульсировали, хотелось оказаться где-нибудь далеко отсюда. Джей едва сдерживался. Он даже не заставлял себя бежать, ноги сами несли его куда-то.

Вдруг он споткнулся и упал. Лежа на земле, он чувствовал такое блаженство, что не хотел вставать, но сделать это было необходимо, и он побежал дальше.

Пробежал немного — около десяти метров, и остановился. Сначала он не осознал, почему, вдруг, решил остановиться, потом понял — потому что заметил тоненький лучик лазерного прицела, направленный куда-то в сторону. Джей проследил направление и увидел Лауру: она медленно пробиралась сквозь заросли и слегка пригибалась к земле. Она не замечала, что попала под прицел охотника.

А Джей, закричав во все горло, помчался к ней. Почему он поступил так, а, например, не наоборот — можно было отследить луч наведения и атаковать противника? Он не задумывался, просто действовал на автомате — делал то, что пришло первым на ум.

До Лауры он домчался очень быстро и свалил ее в прыжке на землю — в этот момент смертоносный луч прорезал воздух у Джея над головой, но с другой позиции — оба охотника были где-то рядом.

Свалив Лауру, они оба покатились под овраг, сосчитав ребрами все кочки и пеньки, какие попались на пути. Внизу их раскидало в разные стороны, а над головой вновь резанул воздух лазерный луч — охотник видел их и там, в овраге, но ему трудно было прицелиться. Он ради шутки стрелял не прицельно, чтобы погонять жертву. Ему было приятно смотреть, как они мечутся, пытаясь уйти из под обстрела. Мозг Джея работал на автомате. Он осознавал ситуацию, но не было времени обдумывать действия, все происходило спонтанно.

Джей быстро поднялся на ноги и поднял на ноги Лауру, она вскрикнула от боли, вероятно, ушиблась при падении, может даже сломала ребра, но сейчас главное было уйти из под огня противника.

Джей что-то кричал Лауре, она отвечала, но он не все понимал, забывал сразу же. Они бежали по лесу из последних сил, но лес здесь был таким редким, что совершенно не скрывал их, Джей даже краем глаза заметил, как охотник спрыгнул с дерева и погнался за ними.

Джей быстро среагировал, он крикнул Лауре, чтобы резко свернула в сторону, а сам резко развернулся и обстрелял наугад лесные заросли. Только что охотник был, теперь исчез. Джей немного запаниковал. Он развернулся и увидел, что Лаура лежит на земле пластом и тяжело дышит — только теперь Джей заметил, что она сильно ранена, и это было ранение не при падении. Из рваной раны на животе сильно сочилась кровь.

Джей подбежал к ней и положил ее на спину. Она глотала с трудом и очень тяжело дышала, ее глаза были наполовину закрыты и зрачки закатились под веки — она умирала.

Джей забыл про охотника, отбросил в сторону оружие и достал аптечку. Раскрыл ее, достал обеззараживающий спрей. Затем открыл упаковку с заживляющим пластиком и замазал рану, словно шпатлевкой — через минуту пластик затвердеет и начнется процесс восстановления тканей, но пока Лауре нужен был покой. Джей взял ее на руки и оттащил подальше в глубь леса, где заросли более-менее скрывали ее от глаз. Сам взял бластер и принялся ее охранять. Охотник куда-то пропал, может, его и вообще не было, а Джею только показалось, что за ними гнался пришелец? Так или иначе, но охотники были, потому что по ним вели огонь с двух разных позиций. А ранили Лауру еще раньше, по этому, она шла, пригибаясь так низко к земле, когда Джей ее заметил.

Джей вернулся к ней, спустя какое-то время, ей стало немного лучше, но в целом, ситуация не изменилась. Пластик снимать сейчас было нельзя, но он мешал ей передвигаться, и необходимо было уходить.

Джей поднял Лауру, ноги ее не держали, она просто беспомощно повисла на нем.

— Давай, милая, бежим отсюда к чертовой матери, оставаться здесь нельзя.

И они побежали, хотя бегом это назвать было вряд ли можно, Джей тащил на себе Лауру и сам уже еле двигался — выбивал из себя последние силы. Одной рукой держал Лауру, другой — бластер. Если бы пришлось стрелять, то в цель не попал бы.

Вдруг, снова прогремел выстрел из лазерной пушки. Джей вместе с Лаурой завалился на землю и больно ударился плечом. Поднялся и первое, что увидел, это мертвое тело Лауры — в спине зияла огромная запекшаяся сквозная рана.

Джей закричал от злости и бессилия что-либо поделать. Взял свой бластер и разрядил обойму "в молоко".

Заряды кончились, но Джей продолжал жать на курок. Наступила тишина, Джей слышал, как в висках пульсирует кровь.

Он смотрел перед собой в одну точку, словно ждал, что там появится противник, и он там появился. Охотник бежал прямо на Джея, готовясь произвести выстрел, а тот стоял на месте и не мог пошевельнуться — Джея охватил ступор.

То, что вывело его из этого состояния, был небольшой взрыв, которым охотника откинуло в сторону.

Джей не сразу понял, что чудом остался жив. Откуда-то появились Молот, Скарго и Электра и потащили Джея за собой. По дороге к ним присоединилась Елена.

Джей хотел спросить Молота, что происходит, он до сих пор не верил, что все остались живы. Все, кроме Лауры — перед глазами четко стояло мертвое тело девушки. В голове застряли какие-то тяжелые мысли.

Так они бежали еще километра три по лесу, затем выбежали на какую-то поляну, где их ждал джип Климова и знакомый уже водитель. Гладиаторы без лишних слов запрыгнули в кузов, и джип понесся по лесной дороге, оставляя за собой треск ломающихся сучьев.

В машине Джей сполз на пол и прислонился лбом к чему-то холодному. Все тело ломилось от усталости. Глаза закрывались, хотелось забыться во сне, хотелось покоя.

— Генерал решил, что просто так сидеть и смотреть за всей этой катавасией не интересно! К тому же, у него там разведчики постоянно дежурят. Они то и вычислили, куда переместился мобильный отряд. Их там много, человек пятьдесят. Из тяжелого вооружения плазменные пушки, а в основном, вооружены бластерами и автоматическими винтовками. Наши люди пока держат их, но проблема в боеприпасах. Генерал мог бы доставить их по воздуху, но это будет выглядеть как объявление войны…

— Как выглядит установка целенаведения? — Прервал Молот водителя.

— У них есть малая бронемашина — установка внутри. Обычный компьютер, подключенный к аппаратуре броневика. Его то и надо уничтожить.

— Понял. А есть риск, что они перегонят этот броневик?

— Есть, но не сейчас. Не успеют. Мы прибудем на место минут через десять. Разведка сказала, что они там немного увязли. Лесные дороги там кончаются, они заехали в самую чашу. Чтобы выехать оттуда, нужно лес валить, но у них нет средств. Так что они его окопали и обороняют.

— Хорошо.

Молот повернулся к своей команде, похоже, его нисколько не волновало то, что одного игрока уже потеряли — Лаура была партнером его команды, и сражался он с ней на Арене порядком давно. Но ни слова о ней он не произнес, даже улыбался изредка, так, будто ничего и не случилось.

Сейчас не время было для таких мыслей, но они сами рождались в голове Джея, он в какой-то мере почему-то винил себя в смерти Лауры, хотя прекрасно осознавал, что это не так.

Все же черствость Молота была Джею непонятной, он молча слушал капитана и старался выкинуть из головы тяжелые мысли, чтобы сосредоточиться на происходящем. Позже, когда все закончится, он обязательно спросит у Молота… А что спрашивать? Джей пока не решил, да и не известно еще, состоится ли это разговор.

— Таксист, ты у нас самый уставший, но не расслабляйся, еще не время, самое интересное только начинается. Перезаряди свое оружие, у тебя магазин пуст.

Джей совсем забыл о том, что впустую расстрелял свой боезапас, а еще вспомнил, что охотник на чем-то подорвался там — интересно, остался ли он жив? Пока нет уверенности, нужно считать, что потери противника составили две единицы — обе принадлежали Джею. Где-то еще два охотника и двое парней из "Иллизиум".

Через десять минут броневик остановился, водитель коротко пояснил, что прибыли на место. Церемониться особо не стали, гладиаторы вывалились гурьбой из машины. Джип укатил обратно по лесной дороге, а пятерым гладиаторам предстояло снова совершить небольшой кросс по лесу до места заварушки, которую устроили люди Климова конкурирующей организации. Где-то в лесу относительно недалеко доносились звуки автоматных очередей — шел ожесточенный бой, в который предстояло вклиниться. Молот шел уверенно, он явно знал дорогу. Все-таки он оказался отличным капитаном, Джей теперь хорошо понимал разницу между собой и Молотом — хороший капитан это не только человек, который умеет отдавать приказы в бою, а еще и тот, который продумает изменения ситуации на несколько шагов вперед. Откуда, к примеру, появился водитель Климова? Ведь предполагалось, что они вообще не станут вмешиваться в поединок. Но, похоже, правила игры разрешали пользоваться помощью со стороны, чем и воспользовался Молот. А помощь гладиаторам сейчас была ох как нужна. Все же надежды Джея на то, что у Молота есть план действий оправдались — это вселяло надежду, и давало призрачный шанс на победу.

Вскоре, стрельба стала доноситься где-то совсем рядом и гладиаторы добрались до небольшой укрепленной засады, которую устроили люди Климова.

Получилась стандартная ситуация — крепость на крепость. С одной стороны люди Климова, с другой — конкуренты. Численный перевес последних составлял порядка тридцати человек, но они предпочли уйти в глухую оборону, так что бой был достаточно изнурительным, с расчетом на то, что у бойцов Климова закончатся боеприпасы и они будут вынуждены отступить. Что касается последних, то они не решались нападать, в виду того, что их оружия не хватит, чтобы пробить мощную оборону противника, а к тому же — имелись убитые и раненые. Рисковать своим людям Климов запретил. В конце концов, здесь не война за свой народ, а всего лишь работа за деньги. В другой ситуации, может быть, генерал и отдал приказ прорываться любой ценой, но здесь в игру вступали гладиаторы. Ребята были немного лучше вооружены, и сегодня этот бой принадлежал им.

— Что у вас, Сережа? — Спросил Молот.

— Пятеро ранены, двоих убили, боеприпасов хватит примерно на час — полтора!

Приходилось кричать, потому что обстрел со стороны хозяев территории не прекращался ни на минуту. Над головой свистели пули и смертоносные лучи. Бойцы уже на столько привыкли, что спокойно отсиживались в укрытии, пока интенсивность огня не спадала, потом открывали ответный. Самую большую опасность, как и всегда, представляли снайперы. Собственно, число потерь среди бойцов Климова — двое человек, приходились на их долю.

— Это хорошо, часа нам с лихвой должно хватить. Джей! Слушай сюда, мы с тобой вдвоем идем в самое пекло. Установку взорвем мы. Скарго и девушки по моей команде произведут небольшой отвлекающий рейд — будет много фейерверка, поверь. Итак, — теперь Молот обратился к своей команде, — Все знают свою работу! Вперед!

После этих слов Скарго, Электра и Елена куда-то сорвались и побежали, вроде как в обходную, понял Джей.

— Джей, за мной! — Коротко скомандовал Молот, и они с Таксистом побежали тоже в обходную, только с другой стороны.

Предстояло сделать немаленький крюк, но так было надежнее. В принципе, хозяева территории заняли круговую оборону, но так как бойцы Климова атаковали их только с одного направления, то все основные силы бросили именно на этот фланг, по остальным направлениям кольцо обороны было куда слабее, на столько слабее, что силами пяти человек, видимо, вполне можно было обойтись. Самый главный козырь в руках у команды Молота был в том, что хозяева территории видно решили, что гладиаторов остановили охотники, подстроив ловушку еще в старом лагере. Так что гладиаторов они в счет не брали, и в этом сильно просчитались.

Итак, план Молота был прост до гениальности. Если гладиаторов не ждут с тыла, который плохо прикрыт, оттуда и надо ударить. Команда Скарго устроит яркий отвлекающий маневр, когда Джей с Молотом займут исходную позицию. Все тыловые силы сосредоточат на обороне, а тыл откроется, и останется только заложить взрывчатку на этом чертовом броневике — дело сделано.

Так, по крайней мере, выглядел план Молота в идеале, но всегда может что-то пойти не так, и к этому тоже нужно быть готовыми.

Усталость уже не чувствовалась совсем, тело одеревенело, но подчинялось командам. Дыхание выровнялось, и бег по пересеченной местности теперь был уже не в тягость. Минут десять потребовалось, чтобы выйти на исходную позицию, здесь действительно гладиаторов никто не встречал, это вдвойне окрыляло на скорую победу, и тогда останется только добраться до транспортного средства в условном месте, а там и до дома не далеко.

Джей по следам следовал за Молотом. Они взобрались на высокий бугор, откуда очень хорошо просматривались тыловые позиции противника. Редколесье позволяло рассмотреть дислокацию врага и даже сосчитать количество бойцов, охранявших территорию на этом фланге. До злосчастного броневика оставались какие-то сто метров. Возле него дежурили четверо человек, еще дальше метрах в трехстах просматривались укрепления посерьезнее, а уже еще дальше первая линия обороны, где сейчас шел во всю бой с разведчиками генерала Климова.

Во всяком случае, в тылу врага было относительно спокойно. Похоже, противник был на столько уверен в своих силах, что счел не нужным лишний раз перестраховаться и защитить тылы бойцами поумнее. Те, что охраняли броневик — он же передвижная станция целенаведения спутниковой лазерной установки, вели себя так непринужденно, будто здесь они были в абсолютной безопасности, и никакого ожесточенного боя совсем не велось.

По хорошему счету, можно было снять снайперским выстрелом сразу всех четверых и без шума заложить взрывчатку, отойти в глубь леса и взорвать установку. Почему Молот предпочел устроить шумное представление?

— Люблю я все делать с шумом, Таксист. Значит так, обстановка тебе в общем ясна. Там твоя исходная. — Молот указал Джею рукой, где он должен быть, внизу, недалеко от броневика. — Этих четверых я беру на себя, если что-то пойдет не так, поможешь мне. Вот тебе рация — подарок Климова. Как будешь на исходной, сообщи мне. А дальше дело техники. Сигналом к действию будет фейерверк, который я тебе обещал. Дальше ты знаешь что делать. После того, как заложишь вот это — Молот передал Джею — тонкий черный брусок, — У тебя будет ровно пять минут, чтобы смотаться оттуда как можно быстрее. Учти, через пять минут я взорву эту малышку, а встретимся мы здесь, на этом вот месте. Вопросы есть?

— Нет, — коротко ответил Джей.

— Тогда работаем.

С этими словами они разбежались каждый на свои исходные позиции. Теперь во многом все зависело от Джея. Дело казалось плевым, всего-то спуститься вниз, приклеить бомбу и вернуться обратно. Но, по закону подлости, как раз такие вот плевые дела и оборачиваются трудно выполнимыми проблемами. Здесь нужно действовать быстро и осторожно, на карту поставлено слишком много.

Джей спустился с холма вниз, стараясь двигаться по кустам, чтобы его не заметили раньше времени, там, где это было необходимо, полз на животе и в итоге ему удалось добраться до исходной с тем результатом, с каким и требовалось. Теперь уже с другой позиции он хорошо видел четверых охранников возле броневика, мог даже слышать, о чем они говорят. Один их них на столько расслабился, что не держал в руках оружие — оно лежало где-то на земле, рядом с какими-то ящиками.

Джей оценил ситуацию, она пока разворачивалась в его пользу. Теперь нужно было связаться с Молотом, Джей достал рацию, нажал кнопку вызова и коротко проговорил: — Я на месте. Ответа не последовало, но Джей знал, что Молот уже приступил к действиям.

И долго он себя ждать не заставил, произошло нечто действительно яркое, а именно — неожиданно где-то над самыми верхушками деревьев вдруг раздался хлопок, а затем последовала очень яркая вспышка. Пришлось прищуриться, но не надолго, уже через мгновение Джей открыл глаза и увидел следующую картину: четверо охранников в панике принялись обстреливать лес вокруг, одного сразу же убил снайпер — работа Электры наверняка. Затем оставшиеся трое бросились в панике наутек, оставив вверенный им броневик без охраны.

Это был как раз тот самый долгожданный момент, Джей во весь опор побежал к броневику. Буквально в два прыжка преодолев разделяющее его расстояние до цели, он укрепил взрывчатку под днищем броневика, и сразу же назад, на исходную. Чуть не забыл, что должен сообщить Молоту о том, что бомба заложена, на ходу вытащил рацию и коротко сообщил, что дело сделано. На этот раз Молот ответил короткой фразой: — Молодец! А Джей уже бежал сломя голову до места встречи на холме.

Все получилось, как и планировалось, это радовало, осталось совсем немного, и как раз в этот момент произошло то, чего не должно было произойти никак.

Джей напоролся на что-то вроде толстого сука дерева и упал на спину. Только это оказался ну сук, а рука охотника. Джей даже не успел подняться, охотник сам его поднял и буквально бросил об дерево. Оружие выпало из рук, при ударе Джей напоролся на что-то, в результате чего получил очень болезненный тупой удар в левый бок. А охотник, похоже, не собирался добивать Джея, решил, что есть время поиграть со своей жертвой.

— А, привет, урод, тебя сейчас только не хватало, — проговорил Джей хриплым голосом, пытаясь встать на ноги. В общем, это мог оказаться финальный момент поединка для Джея, потому что выстоять против охотника он бы не сумел, даже если бы был в отличной форме. Но, удача любит отчаянных, Джею повезло уже в который раз.

Когда охотник вытащил большой крючковатый нож, намереваясь освежевать свою жертву, раздался страшной силы взрыв прямо за спиной охотника. Молот не зря сказал, что любит все делать с шумом — броневик взорвался покруче фейерверка Скарго.

Огненная стена подпалила лес, землю встряхнуло так, что охотник не удержался и упал на колени, инстинктивно пригнувшись руками от щепок и земли, а Джей воспользовался случаем, быстро схватил свой бластер и угостил пришельца очередью. Правда, пока Джей вставал на ноги и поднимал оружие, охотник успел отскочить за ближайшее дерево, не удержался и свалился вниз с пригорка. А Джей предпочел не добивать врага, а скорее бежать на место рандеву с капитаном Молотом и остальными. Дело было сделано, осталось только добраться до транспортного челнока Климова, но сначала надо успеть встретиться с Молотом.

Джей уже не смотрел назад. Что случилось с охотником? Эти твари потрясающе живучи, одной очередью с бластерного автомата не обойдешься, в чем Джей успел уже убедиться. По этому, скорее всего, охотник остался жив, и пустится в погоню, а если учитывать, что есть еще второй охотник и двое парней из «Иллизиум», то еще далеко не все было кончено, и расслабляться было слишком рано.

Джей буквально взлетел на холм, где его уже ждали все остальные.

— Кто это тебя так саданул? — Успел спросить Молот, заметив ссадину на лице Джея.

— Там внизу охотник, я чуть было на тот свет не отправился только что! — Взволнованно объявил Джей. Здесь, в компании своих, он чувствовал себя гораздо увереннее, но шок сказывался на его состоянии.

— Тогда за мной! — Возвестил Молот, — Остался последний забег, дамы и господа! — Молот выглядел в этом бою достаточно бодрым и даже веселым, и это не смотря на то, что еще явно предстояло повоевать. И противник теперь был куда сильнее, чем куча наемных непрофессиональных солдат.

Бег по пересеченной местности расстоянием в пять миль преодолеть оказалось не так уж сложно, но на чем держались пятеро гладиаторов, знал только один Создатель. Атаки со стороны противника не происходили, но вот по какой причине: не известно, толи охотники отстали где-то сзади и безнадежно потеряли след гладиаторов Молота, либо ждали где-то впереди.

Враг дал о себе знать, когда уже до места прибытия транспорта оставалась примерно миля. Смертоносный лазерный луч прорезал воздух буквально в метре от Джея. Молот скомандовал не останавливаться. Может, это было вполне логично, по движущейся мишени попасть труднее, чем по стационарной, но охотники неплохо стреляли как по тем, так и по другим мишеням. Здесь им мешал разве что лес. Пробежав еще немного, гладиаторы получили в свой адрес очередной заряд когерентного света. Теперь, выстрел явно предназначался Электре, если бы она бежала чуть быстрее, то, как раз попала бы под луч.

Джей не мог допустить того, чтобы ее убили, он мысленно крикнул ей, чтобы падала на землю и затаилась. Молот тоже понимал, что нельзя так вот просто бежать на амбразуру, надо было что-то делать, умереть сейчас, когда до спасения оставались считанные часы, было бы чертовски обидно.

Пятеро гладиаторов прекратили бег и рассредоточились в зарослях, готовые сразиться, наконец, с пресловутыми охотниками и развеять миф об их неуязвимости.

Наступила долгая и томительная тишина — Джей пытался вглядываться в чащу, чтобы отыскать охотника, его тактика Джею была теперь хорошо известна — они выбирали для стрельбы высокие деревья со множеством сучьев и густой листвой. От листвы у Джея уже рябило в глазах, может, охотник смотрит прямо на него, а он не видит. Впрочем, искали среди зелени охотника и все остальные, наконец, Молоту повезло. Он жестами сказал Джею, что видит охотника, и показал где именно. Джей осторожно вгляделся в направлении, указанном Молотом и тоже разглядел на дереве фигуру пришельца. Правда, все осложнялось тем, что выстрелом из снайперской винтовки, например, того было не достать — его надежно скрывали ветви дерева и ствол, но если отвлечь охотника, то ему придется высунуться минимум на половину, тогда есть шанс сбить этого стрелка ядовитой капсулой. Отвлекающий маневр должен был по плану провести Джей, потому, что был самым крайним в укрытии. Все, что ему нужно было сделать, это во весь рост пробежать пару-тройку метров и спрятаться за каким-нибудь деревом.

Чтож, если больше некому, то Джею выбора не осталось. Он приготовился, Молот тем временем занял удобную позицию для стрельбы. По его команде Джей выбежал из укрытия в полный рост и побежал в сторону от укрытия гладиаторов, как бы уводя внимание пришельца.

План сработал на ура. Видимо, прицельная система охотника снабжена датчиками движения, и когда Джей пустился в бега, охотник сразу же отреагировал. Как и предполагалось, он высунулся из-за ствола дерева, в этот момент Молот произвел по нему выстрел. Тяжелая капсула легла на курс четко, не встретив сопротивления, поразила цель прямо в голову. Охотник не успел выстрелить в Джея, послышался громкий рычащий крик, треск ломающихся сучьев и глухой удар о землю.

Молот, не раздумывая, бросился к месту падения только что подстреленного им врага, Джей следом за своим капитаном, остальные гладиаторы короткими перебежками после Джея.

Близко подходить было нельзя — ядовитые испарения могли повредить дыхательные пути. Не добегая примерно метров пятьдесят до засады охотника, Молот остановился и дал знак Джею остановиться тоже. Дерево окутала зеленая ядовитая дымка, под деревом на боку валялся подстреленный охотник. В бинокль отчетливо можно было рассмотреть изъеденную кислотой маску и то, что должно было быть лицом охотника — кровавое месиво, от которого вверх поднимался едкий дым, кислота продолжала совершать свое разрушительное действие, грозно шипя и пузырясь.

Еще один охотник пал в этом сражении, объединенная команда соперника несла жесткие потери. Оставалось еще трое игроков против пяти. У команды Молота появился прекрасный шанс на победу. По мнению Джея, лучше парням из «Иллизиум» было просто сдаться. Что касается оставшегося охотника, то тот пойдет до конца, но его шансы при таком раскладе резко снижались.

Дальше лес заканчивался, начинался скалистый район. Здесь была отличная открытая территория, куда мог легко приземлиться транспортный челнок Климова. Собственно, на это и было рассчитано. Что ж, до места прибытия челнока гладиаторы добрались в полном составе, оставалось только ждать транспорт. Время неумолимо истекало. Одно из двух: либо охотника и игроков «Иллизиум» здесь нет, и тогда посадка на челнок пройдет без проблем, либо, они тут, среди камней, тогда можно ожидать чего угодно, даже самого худшего.

Наконец, на горизонте появился челнок. Он приближался очень медленно и осторожно, важно было не пропустить момент, ведь челнок не станет ждать опоздавших — короткий маневр на разворот, снижение и дальше он просто наберет скорость, и что тогда будет — лучше об этом не думать.

Молот достал рацию Климова:

— Вижу челнок, мы готовы.

В рации послышался голос Климова: — Понял вас, транспорт готов к маневру.

Это означало, что надо действовать, а именно, без промедления бежать к снижающемуся челноку, что и сделали гладиаторы по команде Молота. Он бежал первым, за ним, Скарго, потом Джей, Елена и прикрывала этот забег Электра.

Джей остановился и пропустил вперед себя "Спектр Света", таким образом, сам стал замыкающим. В этот момент произошло непоправимое, пятеро гладиаторов были атакованы на открытой позиции. Первым же выстрелом охотника был убит наповал Скарго. Молот закричал остальным, чтобы прятались хотя бы за небольшими валунами, все же было больше шансов не стать легкой добычей.

Джей упал на камни, больно ударился коленом и схоронился за первым попавшимся камнем. Он хорошо видел Молота, убитого Скарго, Елену, но вот Электру он потерял. Он принялся бешено озираться по сторонам, в поисках девушки, но все бесполезно. Куда же она могла деться, ведь только что бежала впереди него?

Ситуация в корне изменилась. Пилот челнока заметил это и доложил на командный пункт. Климов дал приказ не вмешиваться. Челнок совершил круговой облет территории и стремительно скрылся где-то за горой. Климов сообщил Молоту, что они должны ликвидировать опасность сами, только тогда челнок за ними вернется. Что ж, это была игра, а вернее, гладиаторский поединок, все честно. Нельзя было винить Климова в принятом решении, он руководствовался приказами человека, на которого работал. То, что он согласился ждать развязки, уже говорило в его пользу.

Просвистели несколько очередей совсем рядом с укрытием Джея — это уже старались парни из «Иллизиум». Выбираться из укрытия было опасно, на открытой позиции гладиаторы представляли из себя слишком легкие мишени.

— Таксист! У тебя гранаты есть? — Спросил Молот.

— Нет, но есть подствольник и два заряда!

— Уже лучше! Там, наверху, куча камней. Видишь? Двое там. Охотник где-то правее, и чуть выше.

Джей оценил ситуацию. Так случилось, что у него сектор обстрела был удачнее, чем у Молота, так что если кому и начинать ответные действия, то это ему. Собственно, главной задачей было просто уйти с открытой местности, потом будет проще, но для этого надо врага «ошарашить», тогда у Молота появится шанс занять более удобную позицию для стрельбы из своего венум-гана.

Джей оценил ситуацию: слева обрыв, впереди две невысоких скалы, в одной из трещин, наверняка охотник, чуть ниже, нагромождение валунов — там «Иллизиум». Обе цели в пределах выстрела из подствольника, два заряда — главное, не промазать.

Джей повернулся к Елене:

— Где Электра?!

— Не знаю! — Ответила девушка.

И в этот момент, Джей увидел, где Электра. Каким-то образом ей удалось подобраться почти вплотную к укрытию врага и при этом остаться незамеченной. Джей бросил быстрый взгляд к укрытию охотника — в трещине скалы, он действительно был там и в отличие от гладиаторов «Иллизиум», у того был реальный шанс подстрелить девушку. Джей не мог допустить того, чтобы она погибла и не долго думая, выбрался из укрытия и побежал за Электрой, оказавшись, таким образом прямо в прицеле у врага.

Молот выругался и все, что ему оставалось, это прикрыть Джея огнем, что он и сделал, Елена поддержала Молота.

Под прикрытием Джею не удалось добежать всего полторы сотни метров. На бегу он заметил охотника в расщелине, когда тот готовился произвести прицельный выстрел по Электре, тогда как той уже почти удалось подобраться к укрытию «Иллизиум» совсем близко и выбить их обоих оттуда. Джей на бегу прицелился и выстрелил по расщелине из подствольника. Прогремел взрыв, охотник увернулся, но по Электре огонь успел открыть, девушка вскрикнула, выронила оружие и упала на землю.

Джей сильно испугался, бросил свой бластер, налегке преодолел оставшиеся два десятка метров и присел на колени рядом с Электрой.

Ранение было серьезным, но Электра еще дышала.

В это время молот обстрелял укрытие «Иллизиум» двумя капсулами и парням пришлось ретироваться. В игру вступал Климов. Он отдал приказ своему пилоту, чтобы тот возвращался за гладиаторами и забрал их, во что бы то ни стало.

Джей не знал, что делать, у него под рукой не было аптечки, он кое-как забил рану куском материи, чтобы хоть чуть остановить кровь, по краям рана запеклась, но из центра все равно текла кровь. Электра побледнела и задыхалась. Потом Джей услышал крик Молота, он сказал, что транспорт уже на подлете. Джей взял Электру на руки и понес к челноку, который тем временем совершал посадку на краю оврага. Оставалось буквально сто метров до челнока, как Джей почувствовал сильную боль в правой лодыжке, его подкосило, и он упал на колени. Охотник, появившись откуда-то сзади, метко всадил Джею в ногу тот самый крючковатый нож, которым собирался освежевать там, в лесу, попал с двадцати шагов.

Джей был безоружен, ранен и с Электрой на руках. Он даже не сдвинулся с места, чтобы бежать, для него все было кончено.

Электра смотрела Джею в глаза, на ее устах играла легкая улыбка, девушка медленно умирала:

— Я тебя люблю… — Услышал джей у себя в голове ее звонкий голос. Это признание словно ножом резануло по сердцу. Джей, вдруг, осознал, что уже ничего не сможет сделать, чтобы спасти ее.

Он продолжал смотреть ей в глаза, с ужасом принимая неизбежность.

Охотник неторопливо подошел вплотную к Джею и направил дуло лазерной пушки в голову. Джей не смотрел на пришельца, он смотрел на Электру, было только нелепое ожидание собственной смерти. Электра уже умерла, теперь настал его черед.

Все вокруг пропало, были только они вдвоем, Джей держал на руках тело любимой женщины.

Прозвучал выстрел, на Джея брызнула черная кровь пришельца, охотник как подрубленный, свалился с обрыва вниз, не издав ни звука.

В ту же секунду Джея подхватили сзади и буквально донесли до транспортного челнока, а потом втолкнули в трюм. Молот продолжал отстреливаться от преследовавших их гладиаторов «Иллизиум», одного подстрелил сам, второго, Елена, но при этом Молот получил серьезное ранение. На секунду очнувшийся Джей, помог Елене затащить капитана в трюм, корабль стремительно набрал высоту и скорость, унося с поля боя оставшихся в живых.

— Мы сделали это, Таксист, — хриплым голосом проговорил Молот и тихо засмеялся.

Джей его не слышал. Для него не существовало больше реальности, он отчетливо видел глаза любимой женщины, а в голове звучало звонкое признание в любви.

Транспортный челнок уносил с поля сражения победителей — жалкую горстку искалеченных, уставших и морально разбитых людей. Солнце чужой планеты стояло в зените, предвещая о начале нового дня, и провожая героев домой.

 

Глава 20. Падение

Закат. Солнечный диск, медленно уходящий за горизонт, приносил тьму. День умирал так же тяжело, как и прошел. Он оставил только память и невыносимую тоску. Хотелось кричать, как будто крик был способен высвободить ту горечь, которая убивала изнутри.

Предчувствия не обманули, произошло все самое плохое, чего только можно было ожидать. Почему именно она? Зачем нужна эта победа такой ценой? Где же справедливость, о которой так много говорят? Похоже, ее нет здесь. Когда делаешь что-то для других и ничего не просишь взамен, разве так уж много желать того, чтобы тебе оставили то, что и так принадлежит тебе?

Нет, все это глупый бред. Как будто если кто-то ответит на эти вопросы, станет легче жить, а мир сразу преобразится.

Того, что случилось не изменить. Это трижды проклятое время не обратить вспять. Может, неосознанно, он попытался сделать невозможное — доказать, что один в поле воин, тем, кто наверняка знает обратное.

Теперь он остался один, как и было всегда. Теперь ход за ним, но он никому и ничего не собирался доказывать. Просто теперь пришло время стать таким же, как и все. Все, что нужно было понять, уже понято и осмысленно, все, что нужно было доказать самому себе, уже доказано, во всем, в чем был неправ, уже разубедился. Все, что имел, потерял, осталась только пустота и непримиримая неприязнь к действительности.

Сколько судеб и жизней ты погубила, Арена? Понятно, что эти люди сами пришли, сами выбрали свою судьбу — каждый сам творит себя — это не может быть заблуждением, но если бы не было Арены, кем бы могли стать все эти люди?

Дьявольски хитрая идея. Миру всегда нужно что-то вроде Арены. Такие вещи для него как приправа из специй. Дело даже не в желании получать удовольствие от жестоких игр, а в стремлении найти что-то особенное, чего не знают все остальные. Пройти закалку адом на земле, чтобы попасть в рай. Победить реальность? Она чудовищна, а значит, надо тоже превратиться в монстра. Зачем искать смысл там, где его нет? Почему бы ни попробовать построить, вместо того, чтобы разрушить? Потому что это всегда сложнее. Подняться так высоко на костях других опасно. Кости хрупки и ломаются, а с большой высоты больно и страшно падать.

Джей становился монстром, чтобы победить монстра. Пусть боятся те, кто рискнет встать на пути, потому что нет никого страшнее, чем тот, кому нечего терять.

Он падал, падал вниз, но его падение было лишь делом времени, ему не было страшно и не будет больно, потому что есть шанс все начать сначала. А еще он не боялся и смерти, потому что совесть его была чиста, а если это кому-то нужно доказать, он сделает это.

День умер. В мучениях он тянулся долго, создавая иллюзию того, что завтра уже не настанет, перестал быть нужным, потерял смысл, умирая, убивал.

Закат принес вечернюю прохладу. Потом стало холодно, пришлось запахнуться и поднять повыше воротник. Джей поежился. По хорошему счету, проще было бы пойти в гостиницу и завалиться спать, но там люди, кажется, даже пресса (только их сейчас и не хватает), они будут задавать вопросы, а так не хочется на них отвечать. Хочется побыть одному, просто необходимо. Да и в сон не клонит, потом резко подкосит, завтра или когда-нибудь еще, только не сейчас. Его ни для кого не было.

Тяжелые мысли о потере не давали отдыха. Это всегда так плохо с самого начала, постепенно пройдет, отпустит и заставит смириться. Да, она мертва, но он жив, надо продолжать жить. Не важно, что будет завтра, через неделю, через год.

На небе появилась Луна, та самая, под которой ничто не вечно, загорелись звездочки, а море так и осталось спокойным, как было днем. Ночь предпочла остаться светлой, и как положено ночи в большом городе — с его огнями и шумом. Там, за спиной, кипела жизнь, красивая, динамичная, многообещающая, изменчивая и такая привычная. А море лишь уходило далеко за горизонт, спокойное, размеренное, вечное. Серебром протянулась лунная дорожка.

На самой границе моря и земли изредка появлялись огоньки — корабли, яхты. Они медленно перемещались вдоль линии горизонта, и Джею казалось, что он слышал голоса людей, плывущих на этих судах. В небе проносились с легким гудением антигравитационного двигателя глайдеры — темные пятна на ночном небе, проносились и уходили туда же, за горизонт.

Стрелки часов отсчитывали время, проведенное на берегу. Все смешалось в голове, превратилось в фантасмагорию звуков, мыслей, и красок, тяжелели веки…

— Привет, как ты здесь оказалась, ведь ты же…

— Что я? — Прозвучал в голове вопрос, и Электра улыбнулась.

Джей замялся, он никак не мог понять, что происходит, почему она здесь с ним, этого почему-то не могло быть, но он не мог вспомнить, почему именно. Наконец, он вспомнил, и это его напугало:

— Ты же погибла… — произнес он.

Электра рассмеялась, сквозь смех она спросила:

— Но ведь я же здесь, с тобой, похожа я на мертвую?

— Нет, — ответил Джей. И в самом деле, она стояла перед ним, такая же, как и раньше, но в тоже время, совсем другая. Джея осенило:

— Твоя кожа, руки, ты так красива! — Джей от волнения чуть не задохнулся.

Пластинок больше не было, не было и других физических изъянов, Электра стояла перед ним самой обыкновенной женщиной, как все. Бархатная и нежная кожа, стройное тело, осанка настоящей королевы и вместо черной одежды, прозрачное бежевое платье — легкое и воздушное.

— Знаю, — ответила Электра. — Ты никогда не видел меня такой.

— Да, но как? Где мы?

— Оглянись.

Джей оглянулся и только сейчас понял — то самое место, откуда их забрал транспортный челнок Климова. Солнце чужой планеты, как и тогда, стояло в зените, горячие камни гудели под ногами, позади лес, они с Электрой стояли на краю обрыва. Джей посмотрел вниз, потом снова на Электру.

— Идем. — Позвала Электра и взяла его за руку, все это время они смотрели в глаза друг другу. — Осторожно. — Произнесла девушка и опустила глаза вниз, Джей посмотрел себе под ноги и то, что он увидел, больно кольнуло в сердце.

У него под ногами лежала Электра, такая, какой он ее запомнил в последний раз: в ее черном боевом костюме, броня пробита и уже засохшая смертельная рана. Глаза девушки были закрыты, лицо стало мервенно-белым. Джея поразила страшная мысль: "Она такая же, какой я ее здесь оставил"!

Он присел на колени рядом с телом любимой женщины, осторожно взял под голову, на глаза навернулись слезы. Прекрасный сон, смешался с кошмаром.

— Прости меня. — Сказал Джей, теперь он смотрел в закрытые глаза Электры и ждал, что она ответит ему.

— Почему ты просишь прощение? — Спросила та, другая Электра, которая стояла рядом, красивая и живая.

— Я не… знаю, я должен был спасти тебя…

Девушка улыбнулась, и в этой улыбке не было укора или какого-то другого немого вопроса, она просто улыбалась, искренне и красиво.

— Ты не должен был. Каждый сам отвечает за свою судьбу, и никто за чужую. Ты не мог меня спасти здесь, ты спас меня еще раньше.

Джей смотрел в глаза Электры и не знал, что сказать.

— Смотри, — сказала Электра.

Джей опустил взгляд — та, которую он держал на руках, вдруг, стала превращаться в песок, и рассыпаться. Джей поднялся с колен и отошел в сторону. Он смотрел как песок, которым стала Электра, прошел сквозь камни, а потом на этом месте выросли цветы. Сначала зеленые всходы, потом появились листья, бутоны и, наконец, бутоны раскрылись, превратившись в маленькие желтые лютики.

— Возьми меня с собой, — попросил Джей.

— Не могу, твое время еще не пришло.

— Почему? Кто это решает за меня? Ты же сказала, что каждый сам отвечает за свою судьбу, я хочу пойти с тобой.

— Нет, я не могу тебе объяснить сейчас. Ты поймешь когда-нибудь, позже поймешь, Джей.

Джей протер рукой влажные глаза.

— Ладно. Мне нельзя. А ты? Где ты теперь?

— Мы встретимся с тобой еще. У нас впереди целая вечность. Я буду ждать тебя, Джей.

Тут он почувствовал, что картина стала меняться, краски вокруг потускнели, а образ его Электры начал медленно таять. Он вспомнил, что так и не сказал ей главного:

— Электра, я люблю тебя.

— Я знаю. — она улыбнулась, и все пропало.

Пробуждение оказалось приятным. Все же он уснул прямо на берегу моря. Проснувшись, почувствовал себя невероятно свежим и бодрым. Еще вчера жутко болела голова, теперь боль отступила. Хотелось есть.

Джей встал, размялся, ноги немного затекли, он умудрился заснуть сидя. Вспомнил, что на берег пришел пешком, тогда чей это глайдер?

Аппарат стоял поодаль, вокруг никого не было. Сначала Джей решил пройти мимо, потом все же подошел ближе и увидел, что водитель спал, укрывшись курткой, на заднем сидении. Это была Елена.

Когда Джей подошел, она проснулась.

— Что ты здесь делаешь? — Спросил он ее.

— Спала, — ответила девушка.

Джей улыбнулся.

— Это у тебя хобби такое, спать в машинах? Или следить за людьми?

Вопрос поставил в тупик девушку, но Джей сразу же успокоил ее, мол, не держит на нее зла за это.

— Так, что ты здесь делаешь? — Повторил он вопрос.

Елена проснулась окончательно, заняла сидячее положение и сказала:

— Ты вчера был в таком состоянии. Я просто боялась за тебя.

Джей улыбнулся, за него боялись.

— И ты решила охранять меня тут? Спасибо за заботу.

— Всегда, пожалуйста, — улыбнулась в ответ Елена, — Сегодня ты выглядишь гораздо лучше. Это хорошо.

— Садись за руль. Поехали в город. — Сказал Джей, и Елена с энтузиазмом пересела за управление. Джей расположился рядом, глайдер слегка воспарил над землей и понесся вдоль прибрежной полосы в город.

В холле его уже ждали. Он коротко жестом пояснил Елене, что все нормально, и она проследовала дальше без него.

Знакомый агент федерального бюро медленно подошел ближе. Он снял очки и засунул их в карман пиджака.

— Вас есть, с чем поздравить, мистер Райбак. Не хотите прогуляться?

— Почему бы нет? — Согласился Джей.

Улицы Вивариус-сити днем заполнены народом. Если нужно поговорить о чем-то серьезном, то это как раз то самое место в городе, где никто никогда не подслушает разговор. Люди спешат по своим делам и им, по большому счету, не до чужих разговоров.

— Мы потеряли нашего агента, это плохо, очень плохо. — Сказал федерал.

— Вам и впрямь так жалко Йоргенсон? Вы же знали, что так может случиться. — Ответил Джей.

— Да, вы, пожалуй, правы. Мне не может быть ее жаль. Такая у меня работа. Но, вы то живы. Итак, я хотел бы поговорить о Хамелеоне.

— Вы его больше никогда не найдете, — ответил Джей.

— Вы знаете, Райбак, вы говорите загадками. Скажу вам откровенно, мне это не очень нравится.

Сегодня агент был раздражен чем-то. Может, что-то случилось по службе, а может, ему действительно не нравилось, когда говорят загадками.

— Ладно, договорились, — примирительно сказал Джей, — он мертв.

— Откуда вам это известно?

— Дело в том, что этим человеком был Уэйн Смитт, гладиатор по прозвищу Молот. Я лично сам видел, как он превратился в меня, потом обратно в Смитта. Не знаю, как он это сделал. Сказал только, что это у меня в голове. В последнем сражении он получил сильное ранение и по прибытии в лагерь, скончался. Вот и все, что я знаю.

Федерал о чем-то задумался, потом загадочно произнес:

— Преступник не наказан.

— Он собирался сдаваться вам, после поединка.

Тут федерал презрительно фыркнул и ответил:

— А вы наивны, Райбак. Это он вам сказал? Знаете, почему его назвали Хамелеон? Потому что он менял свое мнение, подстраивая его под того, кто ему был выгоднее. Он самый настоящий преступник, Райбак, и такие, как он, не меняются. Вы думаете, он только вам доверял? Чета с два. Он держал связь со мной, каждый раз с разных номеров звонил. Это он мне рассказал, где искать вашего бывшего коллегу по команде — лейтенанта Деррека. Рассказал еще про некоторых людей, намекнул, что мне с ними есть, о чем поговорить. И все. Он не очень то собирался раскрывать себя, потому что если бы он это сделал, то его бы посадили. А свобода, Райбак, куда лучше, чем сидеть за решеткой.

— Знаете, вы судите его как законник. А я знал его как партнера по команде. Поверьте, я отдал бы в его руки свою жизнь, если бы понадобилось. Там, в поединке трудно найти людей, на которых действительно можно положиться. Смитт был таким.

— Очень зря, Райбак, очень зря, что вы так думаете.

— Но вы за это меня не арестуете. У нас свобода мысли как никак.

— Верно, да дело не в этом.

— А в чем тогда дело?

— Преступник должен сидеть за решеткой.

Джей устал от этих проповедей.

— Да ладно вам, вы еще скажите, что вы святой, — съязвил Джей, но, похоже, федерала это нисколько не задело, а даже наоборот, он рассмеялся.

— Нет, не святой я. Впрочем, ладно, вижу, что вы устали от моих нравоучений. У меня к вам еще одно дело. Кажется, у вас с Линдоном Вивариусом какие-то счеты? Это так?

— Скажем так, могли бы быть. Но, теперь все изменилось. Больше мне от этого человека ничего не нужно.

— Пусть так, мы собираемся пресечь его деятельность.

— Закрыть Арену? Вы с ума сошли? — Джея рассмешили эти слова, большей глупости он в жизни никогда не слышал.

— А вы одобряете это? — Удивился федерал. — Мне казалось, вы не такой человек. Но, впрочем, я могу понять, деньги, слава…

— Ничего вы обо мне не знаете, и лично для меня деньги и слава значат куда меньше, чем для подавляющего большинства гладиаторов. Но, если честно, я считаю, то, что мне там платят, это честные деньги — я их завоевал, если хотите.

— Это деньги за убийства, — напомнил федерал.

Джея стал раздражать этот тип:

— Это деньги за то, что у меня отняли. Понимайте это как хотите.

— Ладно, ваша, правда, — примирительно перебил Джея федерал, — я знаю, что вы законно совершаете убийства на Арене, я не собираюсь предъявлять Вивариусу обвинения в том, что он возвел убийство в ранг обыкновенных вещей, но Арена, как вы ее видите, это лишь одна сторона монеты. Поверьте, вы даже и не представляете, какие дела творятся под маской смертельной игры. Вивариус метит гораздо выше.

— Для меня это, в принципе, не имеет значения. Мне все равно, чего хочет этот человек.

— А что, если я скажу, что это касается всех и каждого?

— Сомнительно. На сегодняшний день я только одно знаю наверняка — послезавтра состоится финальный поединок, и я собираюсь его выиграть, а потом пусть творится что угодно — мне плевать.

— Не верю, Райбак.

— Ладно, пусть так и Арена — прикрытие чего-то страшного. Что я могу сделать для того, чтобы изобличить этого человека и остановить Апокалипсис?

— Вы еще не готовы к таким вещам, Райбак. Простите, что отнял у вас время.

Больше Джею не хотелось говорить о чем-либо с этим человеком. На этот раз настала очередь Джея просто уйти, и он это сделал, но федерал его окликнул и спросил:

— Райбак, а почему вы считаете, что вас послезавтра не убьют?

— Потому что по-другому быть не может.

Елена давно уже не испытывала никаких чувств к лицам противоположного пола. Последний раз, когда с ней происходили подобные вещи, был в колледже. Она пыталась бороться с этим, потому что знала, к чему это приведет — к появлению новых страхов, а их у нее и без того хватало. Однако, симпатия, так она предпочитала, называть это чувство, к Райбаку накатывала мощной волной и Елена вполне понимала, что может не сдержаться под этим напором. Почему ей было так страшно сдаться? Ведь если это произойдет, ничего страшного не случится. Жаль, теперь рядом никого не было, чтобы поговорить с ней об этом, а такие вещи она могла доверить только очень близкому человеку. Так случилось, что ближе Электры у нее никого не было, а теперь нет и самой близкой подруги.

После того, как Электра начала встречаться с Райбаком, Елена начала избегать общения с ней, потому что боялась, что та прочтет ее мысли. Ведь в Райбака влюбились обе, но он выбрал Электру, а Елена просто не хотела мешать, теперь, вроде как ей ничего не мешало сказать ему об этом. Ничего, кроме одного: финальный поединок. Теперь команд больше не было — в финальном поединке каждый сам за себя от имени своей команды. Это значило, что их просто столкнут лбами, правда Елена знала, что Джей не станет с ней сражаться и она с ним тоже. Елена боялась других.

Кроме нее с Райбаком в финальный поединок вышел Инферно — капитан команды "Адское пламя", второй участник этой же команды — Вельзевул и один, оставшийся в живых игрок команды "Верхний предел" — совсем еще молодой парень. Поговаривают, что "Адское пламя" оставили его в живых, чтобы потешить самолюбие сопляка, потому что в финальном поединке ему точно не выстоять против более опытных и сильных гладиаторов, коими являлись все остальные.

Что ж, игра рассудит всех, но это пока не так сильно волновало Елену. Она не могла отделаться от вопроса: что ей делать с чувствами к Райбаку? Ее многочисленные фобии поставили ее же в тупик. Она боялась любить.

В дверь позвонили, и компьютер сообщил, что пришел посетитель, а когда Елена узнала, кто он такой, немного опешила — этого человека она никак не ждала в гости. Она отдала компьютеру распоряжение открыть дверь, и вскоре в гостиной появился Вивариус.

— Держу пари, вы не ждали меня. — Начал он вместо приветствия.

— Признаться честно, да. — Ответила Елена.

— Вы неплохо устроились, Елена. Надо признать, женщина остается женщиной даже в бронекостюме с оружием в руках. Я могу присесть? — Вивариус вел себя так, будто он сама скромность, но что такое могло привести этого человека к ней в дом? — Я бы не отказался от чашечки кофе, если вам не трудно, конечно. — Напросился Вивариус.

Кофе Елене было не жалко, по старинке, она делала его сама, по этому, гостю пришлось подождать, пока хозяйка дома сделает кофе и принесет в гостиную.

— Спасибо, Елена. — Поблагодарил Вивариус.

— Сахар сами добавите. — Сказала девушка.

Какое-то время они сидели молча, Елена изучала, как Вивариус пьет кофе, добавив две ложки сахара. Потом он спросил: "У вас курить можно?", на что Елена молча поставила перед ним пепельницу. Он достал трубку и принялся неторопливо набивать ее табаком.

— Так, что привело вас ко мне? — Спросила Елена, когда ей немного надоело молчание гостя, и этот странный визит начал чем-то походить на необъявленное свидание. Елена ничего не имела против этого человека, но она предпочла бы выпить кофе совсем с другим. Так что, в принципе, она хорошо понимала, что этот визит строго делового характера, но какое дело могло привести к ней отца-основателя Арены? Признаться честно, она была заинтригована.

Сразу Вивариус не ответил на вопрос Елены, он только лукаво улыбнулся и дал знак, что надо набраться терпения, пока он будет набивать трубку. Елена никуда особо не спешила, по этому согласилась подождать немного. Она взяла одну длинную сигарету из пачки и закурила, положила зажигалку на стол и выпустила вверх тонкую струйку синего дыма.

Наконец, отец-основатель набил свою трубку и тоже ее раскурил. Гостиная наполнилась тяжелым вишневым ароматом его табака.

— Так вот, — начал Вивариус, — во-первых: хотелось бы поздравить вас с победой, вам теперь придется сражаться в финальном поединке. Я понимаю, что может произойти что-то страшное, но не будем о плохом. Есть для вас интересная работа как раз по вашей части. — Вивариус загадочно улыбнулся.

— В каком смысле? — Не поняла его Елена.

— У вас, на сколько мне известно, высшее образование в области программирования наномашин? Кажется так?

Теперь становилось ясно, куда он метит. Похоже, интересы этого человека оказались куда более разносторонними, нежели просто кровавые игры. Оказалось, что этому человеку не чужды еще и научные изыскания, причем, в относительно запрещенных областях знаний.

— Вы, конечно же, осведомлены о том, что нанотехнологии рассматриваются сегодня как потенциально опасные для использования. Помните тот неудачный эксперимент, в результате которого пришлось закрыть на карантин целую планету? Не помню, как там она называлась. — Мягко спросила Елена.

— Ребус-4, - напомнил ей Вивариус, — но неужели же вы считаете, что если малосведущие в этом деле псевдоученые — неудачники облажались, то нанотехнологии — это оружие апокалипсиса для человечества. Вовсе нет.

— Лишь ограниченное количество институтов занимаются проблемой создания программируемых наномашин.

— Это только сегодня, а завтра, я уверен, проблема решится. Вот вы специалист в этой области. Подумайте сами, если вас готовили для этого, то зачем тогда рубить на корню столь перспективные исследования? Просто дело в том, что инцидент на Ребус-4 стал отправной точкой, скажем так — неудачной вехой в исследовании и создании программируемых наномашин. Мы уже сегодня можем предложить миру нечто совсем новое, то, что в корне перевернет его с ног на голову. Елена, я говорю о таких вещах, как бессмертие. Ни болезней, ни горя от потери близких — разве это не мечта всех и каждого?

— Я не слишком понимаю, что происходит, — сказала Елена, — но мне кажется, что вы несколько заблуждаетесь в своих оценках человечества. Вы слишком много хотите на себя взвалить, Вивариус. Вы и так уже построили целый культ убийства, чего же вам еще надо?

Несомненно, слова Елены льстили отцу Арены, красиво сказано, не в первый раз он слышал подобные слова, и готов был слушать их бесконечно долго.

— Как вы правильно говорите, Елена, — культ. Да, пожалуй, Арена это культ. Но поймите, нельзя же стоять на месте. Сегодня я предлагаю людям кровавое зрелище, а завтра оно перестанет пользоваться такой популярностью, и что тогда? Нужно двигаться вперед, нужно предлагать людям товар, но для этого нужно его создать.

— Так вы, значит, продавец, Вивариус? — Усмехнулась Елена, потушив в пепельнице окурок своей сигареты.

— Я не стыжусь этого, мой отец был продавцом, держал продуктовую лавку. Он мог бы стать действительно кем-то, но он сделал ставку не на тот товар. Просто я оказался более дальновидным. Но, он вполне может мною гордиться, верно? — Вивариус говорил непринужденно, казалось, у него есть ответ на любой, даже самый каверзный вопрос, способный поставить кого угодно в тупик.

Надо было признать, что собеседник он вполне интересный, а что касается этого вопроса, то Елена унаследовала от своих родителей склонность к выбору своего круга общения среди интеллектуалов. Видимо, по этому ей трудно было найти себе мужчину разносторонних интересов. На Арене смелых и отчаянных полно, жаль только, что почти все прирожденные отморозки, а вовсе не галантные кавалеры. Однако, Таксист был именно таким, но с ним у Елены было все так сложно. Она очень надеялась, что это временно.

— Ладно, я перейду ближе к делу, — сказал Вивариус. — Мне нужны такие талантливые люди, как вы, Елена. Я мог бы предложить вам работу в одной из моих лабораторий. Правда, она еще только строится, но можете быть уверенной, что в скором времени лаборатория сможет полноценно функционировать.

— Неужели же у вас нет более достойных кандидатур? Почему именно я? — Недоверчиво спросила Елена.

— Потому что вы и есть достойная кандидатура. — Ответил Вивариус.

Елена задумалась, когда-то она хотела чего-то подобного. Исследования в области нанотехнологий всегда было перспективной отраслью науки. Здесь можно было бы сделать карьеру, и Елене удалось бы это без особых усилий, потому что если в чем и была она по-настоящему талантлива, так это в программировании.

Той давней мечте сбыться не удалось, а карьеру Елена сделала, только совсем в другой области, весьма далекой от науки вообще. Так что вопрос для нее сейчас стоял совсем иначе: а насколько ей это нужно? И ответ на этот вопрос требовал времени на раздумья. Однако, был тут еще один вопрос, который в данной ситуации мог кое-что прояснить:

— Послушайте, Вивариус, ведь вы же сами сказали только что, что мне предстоит сражаться в финальном поединке, тогда где смысл вашего предложения сейчас, когда турнир еще не окончен? Меня могут убить. Я лично свои шансы на победу оцениваю здраво, и знаете, они не самые высокие.

— Понимаю, вас, моя дорогая. По этому, могу предложить вам следующую альтернативу: откажитесь от сражения в финале. Мотивируйте это тем, что хотите посвятить себя другим делам. У вас есть деньги, занимайтесь более безопасными делами, вы очень красивая женщина, Елена, вас ведь никто не осудит за такое решение.

Казалось, что это и есть единственно правильный выход из ситуации, выйти из игры. Не победить на турнире, так остаться в живых. Однако, не так то было тут вс