Угнать параболоид с открытой площадки спецподразделения, дислоцированного в Южном Китае, не составляло никакого труда, и юного принца Гамлета подмывало так и сделать – но его Хозяин был против.

Он считал, что надо подождать, пока уляжется тревога и появится возможность вылететь в Северную Евразию без лишнего шума.

Откровенный угон опасен тем, что в погоню за похищенным параболоидом обязательно бросится сразу несколько боевых машин, и далеко не факт, что от них удастся отбиться.

И хотя землянин был в симбиозе главным, доводы ксена убедили его не торопиться. Особенно после того, как выяснилось, что в скором времени на базу «++6147» должен отправиться транспорт за теми бойцами спецгруппы, которые все еще остаются там.

Беда в том, что транспорта у подразделения было слишком мало для той интенсивной деятельности, которую оно осуществляло. Параболоиды без конца прилетали и улетали, и в те минуты, когда они оставались на стоянке, за ними никто не следил – как не следит за машиной с открытой дверью и ключом в замке зажигания человек, выбежавший к ларьку купить сигарет.

Это облегчало угон, но осложняло незаметный отлет. Вылет на север планировался только через несколько дней. А Гамлет сгорал от нетерпения.

Как знать – возможно, он, не выдержав ожидания, все-таки сел бы в первый попавшийся открытый параболоид и рванул к дому, невзирая на погоню, или заставил бы Хозяина сэнсея перенести отлет на более раннюю дату. И в том, что он этого не сделал, виноват был как раз сэнсей.

Он решил обучить мальчика азам восточных единоборств. И Гамлет так увлекся, что почти забыл о доме.

При этом остальные члены спецгруппы были уверены, что сэнсей опекает мальчика по поручению сверху. И не видели в этом ничего странного.

Ходили слухи про какой-то особый эксперимент, цель которого – превратить благородных танов в хороших солдат, не боящихся смерти. И такой знаток боевых искусств, как командир одного из лучших в Евразии подразделений прямого подчинения, представлялся прекрасной кандидатурой на роль инструктора.

Он и правда был превосходным учителем, и если бы не мысли о маме, то Гамлет, возможно, вообще не захотел бы покидать китайский полигон.

Но не одна лишь тоска по маме влекла принца домой. Он не забывал и о своей гвардии, а главное – о своем предназначении.

Если ребенку с младенческих лет говорить, что он принц – он обязательно поверит, что так оно и есть на самом деле, даже если взрослые считают это игрой.

Гамлет Аривераман Тен-тави искренне считал, что ему суждено стать великим королем земли и неба и приведет партизан к победе над антропоксенами.

То, что он теперь сам стал антропоксеном, мало что изменило в его мыслях. Статус благородного тана с феноменальными способностями только добавил Гамлету уверенности в себе и в том, что он может справиться со своей великой миссией.

Ксена в своем мозгу принц воспринимал примерно так же, как слепой воспринимает собаку-поводыря.

Слепой в симбиозе с собакой тоже главный, но без собаки его возможности сужаются во много раз.

Прошли считанные дни с того момента, как Гамлет обрел Хозяина, а теперь он уже не представлял, как жил раньше без него.

Правда перед посадкой все в тот же параболоид с десантным модулем Гамлет решительно отверг план Хозяина, который гарантировал полное отсутствие проблем.

Тен-тави из гнезда Тен-но предлагал спокойно долететь до 47-й базы, высадиться там и незаметно уйти в лес, после чего пешком добраться до стойбища воеводы Вадима.

Все выглядело идеально. Для Тен-тави не составило бы труда запарить мозги сэнсею и сопровождающим его лицам, так что никто бы век не узнал, куда девался таинственный мальчик с телепатическим глазом во лбу.

Но Гамлету эта идея не понравилась категорически.

Он слишком хорошо знал о главной мечте всех партизан – похитить у антропоксенов хотя бы один параболоид, дабы использовать его в своей борьбе.

А теперь параболоид буквально сам плыл в руки.

Поэтому принц на сей раз не сел в десантный модуль. Он забрался в кабину параболоида, и сэнсей последовал за ним.

Гамлет уже решил, что раз ему остаться в Китае с сэнсеем нельзя, то надо просто переманить учителя в Россию.

За время общения с господином Хасимото принц успел понять, что сэнсей служит антропоксенам не из идейных соображений, а просто потому, что так повернулась его карма. А чтобы развернуть ее в другую сторону, надо только заговорить личинку-мунгара.

Хасимото неоднократно пытался сделать это сам с помощью медитаций и тайных приемов из учения дзэн, но прекратил попытки, не добившись успеха.

А для Гамлета Ариверамана Тен-тави с его гипнотическими способностями заговорить личинку было парой пустяков.

Уговорить сэнсея и пилота лететь не на 47-ю базу, а дальше, к стойбищу воеводы Вадима, было еще проще.

На этот раз на борту параболоида не было координатора из Службы исследований, хотя в случае необходимости Гамлет смог бы заворожить и ее.

На 47-ю базу сэнсей передал, что собирается поискать своих пропавших без вести в районе боев. Это не вызвало никаких подозрений, поскольку это был его параболоид, и люди были тоже его. Спецгруппа сэнсея Хасимото не подчинялась командованию вспомогательных войск, которым принадлежала 47-я база, так что с его стороны уведомление о задержке было простой любезностью.

Персоналу 47-й базы вообще было не до этого параболоида. Там готовились к отправке пленных, захваченных во время большой облавы.

Вывозить их предстояло по железной дороге и после инцидента на реке все боялись повторения. То есть, все, кроме самих пленных, которые, наоборот, надеялись на него.

Транспортная служба, которая обеспечивала перевозку, запросила усиленную охрану, но получила приказ справляться своими силами.

Все свободные войска региона были привлечены к операции по внеплановой зачистке Питера, и поговаривали, что эта акция знаменует собой первую стадию окончательного приобщения Земли к цивилизации истинного разума.

Якобы антропоксены выбрали Питер в качестве испытательного полигона для полного преобразования по стандартному плану.

Понятно, что в этой ситуации перевозка какой-то партии пленных была делом второстепенным. Но и откладывать отправку дальше тоже было нельзя.

Во-первых, на 47-й базе отсутствовали условия для содержания такого количества пленных. И хотя зондеры и мужики из обслуги очень радовались обилию женщин, которых можно безнаказанно насиловать и склонять к мирному сожительству, для командования базы это была одна головная боль.

На базе не было продовольствия, чтобы кормить эту ораву, и своих солдат было слишком мало, чтобы ее надежно охранять. Ведь пришлые зондеры, которые проводили облаву, едва добравшись до базы, улетели к месту постоянной дислокации.

Восточных единоборцев из спецгруппы они с собой не взяли, и эти азиаты оказались хорошим подспорьем, но теперь и за ними вылетел транспорт из Китая.

Было бы очень хорошо успеть отправить пленных раньше, чем базу покинет и эта группа усиления.

Так что на 47-й базе даже обрадовались, что командир спецгруппы решил сделать крюк и задержаться для поисков пропавших без вести.

Это означало, что его подчиненные, которых волею судьбы занесло на объект «++6147», пробудут здесь еще несколько часов и помогут без эксцессов погрузку пленных в поезд.

А параболоид спецгруппы тем временем улетел на двести километров к западу. Хозяину даже не пришлось напрягаться и вспоминать историческую карту Земли. Все данные о стойбище воеводы Вадима имелись в памяти бортового компьютера параболоида.

Вообще история с этой картой была большим проколом Гамлета и его Хозяина.

Тен-тави из гнезда Тен-но подвела логика. Когда возникла проблема поиска места назначения, он пошел по логическому пути. Самая точная географическая информация находится в компьютере – значит, надо найти того, кто имеет допуск к этой информации.

А между тем, существовал гораздо более простой путь. Ведь никто не мешал Гамлету сразу обратиться к единоборцам из спецгруппы, которые знали место, где они захватили мальчика, не хуже любого компьютера.

Но увы, принц слишком поздно узнал о том, что азиаты все еще находятся на орбитальной станции. И спасло его только нетерпение.

Хозяин и тогда предлагал повременить и обдумать все варианты, но Гамлет хотел убраться с орбитальной базы как можно скорее.

Феноменальное везение лунной ведьмы, наверное, передалось ее сыну по наследству. Параболоид спецгруппы отправился на землю где-то за полчаса до общей тревоги.

Но сама тревога могла иметь для Службы исследований крайне неприятные последствия. Блокировав орбитальную базу изнутри и устроив лихорадочные поиски у всех на глазах, Служба исследований фактически расписалась в собственном бессилии, признавая тем самым, что она сотворила нечто такое, с чем не в состоянии справиться.

Если бы Гамлет сбежал со станции максимально скрытно, то дело можно было как-то замять. Сказать, что никакого Гамлета не было вообще или обвинить в его похищении тех же азиатов.

Но тревога все изменила.

Лучшего подарка военным нельзя было придумать. У них сразу появился мощный дополнительный козырь. Теперь Службу исследований легко было обвинить в вопиющей безответственности и неспособности справиться с творением рук своих. И можно было не сомневаться, что военные такого шанса не упустят.

Но Гамлету было на это наплевать. Он возвращался домой.