В выделенные мне комнаты я почти бежала, не обращая внимания, поспевает ли следом Кариффа. Что там опять случилось?

— Саэр Арвит прислал официальное приглашение на ужин. — Савард встретил меня в гостиной, быстро обнял и тут же отстранился. — Нам обоим.

— Но…

— Кэти, я бы предпочел оставить тебя здесь и никуда не водить. — На лице мужчины мелькнула досада. — К сожалению, глава рода Арвит — саэр старой закалки, подобное поведение он сочтет недопустимым.

«Старой закалки»… И это все объяснение?

— Сколько у нас времени, господин? — а вот старуха определенно поняла гораздо больше.

— Не так много, постарайтесь поскорее. Потом можешь быть свободна. Гарден с Идаром проводят Кателлину в мои апартаменты.

И исчез.

— Наставница? — повернулась я к Кариффе.

— Голубое шелковое или розовое атласное? — ответила она вопросом на вопрос. — И какие украшения?

— Все равно.

Вот уж это меня сейчас меньше всего интересует.

— Юнна, приготовь купальню, — последовало громкое распоряжение. — Ида, голубое платье и малая сапфировая парюра. Быстро! — И уже тихо, почти на ухо мне: — Род Арвитов всегда славился приверженностью старым обычаям и строгим соблюдением традиций. По сравнению с другими высокородными их мужчины более суровы и требовательны, а женщины — молчаливы, скромны и покорны.

Поежилась. Это куда же меня занесло на сей раз?

— А какое отношение это имеет ко мне? К обязательному присутствию на ужине?

— В подобных семьях наид не зовут к общему столу — даже своих, не говоря уже о чужих. И никогда не приглашают в гости. Участь женщины для утех — сидеть в покоях в поместье господина и терпеливо ждать его прихода.

Угу. И мою любимую «Счастливую звезду наиды» с утра до вечера читать. Вдруг что-нибудь случайно упустила.

— Тем не менее я здесь.

— Вот именно. — Кариффа успевала одновременно и со мной разговаривать, и внимательно следить за тем, что делают служанки. — Советник императора выразил желание посетить резиденцию Воздуха в сопровождении Кателлины Крэаз. Официальное уведомление об этом скрепил своей подписью и личной печатью Повелитель. — Ехидная усмешка. — Сама понимаешь, об отказе со стороны Адана не могло быть и речи.

— И он спокойно со всем смирился?

— Спокойно или нет, не знаю, — хмыкнула наставница, — но смирился. А что ему еще оставалось делать? И тут вступило в действие другое правило: ты официальная спутница сиятельного, его единственная… законная женщина. Невероятное стечение обстоятельств — у советника императора еще нет супруги, но уже есть одобренная стихией наида, и именно она сопровождает Крэаза во время визита. В этом случае хозяева обязаны принимать саэра и прибывшую с ним сирру на обедах, ужинах, балах и прочих мероприятиях. Вместе. Так требует обычай, и Арвит никогда не решится его нарушить, даже если очень этого хочется.

— А что, подобное уже случалось? — Неопределенно помахала в воздухе рукой.

— Подобное — нет, — рассмеялась Кариффа. — Ты уникальна, Кэти. Но иногда — крайне редко, но и такое бывает — супруга погибает, умирает, тогда наида остается единственной сиррой высокородного. Ненадолго, пока он не женится вновь. — Старуха помолчала, а потом добавила, растеряв всю веселость: — Обычно эти месяцы женщина для утех просто сидит под замком. В ожидании новой хозяйки дома.

— Госпожа, купальня готова, — Юнна неуверенно переминалась поодаль, явно смущенная тем, что ей приходится вмешиваться в беседу благородных дам, — вы приказали поторопиться.

— Иди, Кэти.

Больше мы ничего обсудить не успели. Лишь в дверях, когда я, закутанная в голубой шелк, искусно причесанная и обвешанная драгоценностями, уже собиралась идти к Саварду, наставница ненадолго придержала меня за руку.

— На ужине по случаю прибытия высокого гостя появится вся семья. Поскольку советника императора сопровождает наида, собственную женщину для утех Адан тоже приведет. Таковы правила. Помни, Арвит — сторонник старых устоев. Не разговаривай, не поднимай глаз, отвечай только с разрешения господина. И, девочка, я понимаю, ты иномирянка и некоторые наши обычаи считаешь странными, но, богиней заклинаю, не показывай своего истинного ко всему отношения. А то у тебя иногда такие выразительные гримасы бывают.

Надо же, а мне казалось, за месяцы пребывания на Эргоре я уже научилась держать себя в руках и ничему не удивляться. Видимо, недостаточно хорошо еще получается.

И так-то на ужин идти не очень хотелось, а теперь и последнее желание пропало. Только боги ведают, о чем хозяину придет в голову спросить.

Зря переживала.

Ужин прошел в гробовой тишине.

Парадная столовая, в которой я имела честь., нет, не есть — вкушать, подавляла величием. Большая комната с высоченными резными потолками, огромными дверными и оконными проемами, многоярусными висячими светильниками. Рельефные изображения каких-то гербов на стенах, мраморные колонны, повсюду бронза, хрусталь, фарфор, а посередине — массивный стол с полированной столешницей из красного дерева, стоящий на ножках с когтистыми звериными лапами. Такой необъятный, что за ним спокойно поместилась бы по меньшей мере рота солдат.

Когда Адан занял одну сторону этого грандиозного плацдарма для приема пищи, а мы с сиятельным — противоположную, я сразу поняла: вопросов со стороны хозяина дома опасаться не стоит. Переговариваться друг с другом мы смогли бы только с помощью рупора.

Помимо меня, Саварда и самого Арвита в столовой присутствовали еще четверо. Его супруга, хмурая и неприветливая сирра Лагаста, которую я уже видела на Поединке Стихий. Блеклая, незаметная женщина одного возраста с Лагастой — судя по всему, наида Адана, на ее лице застыло выражение недоумения, даже некоторой растерянности. Юноша с красивым, но ужасно высокомерным лицом. Ага, вот и Лесан. Старшая дочь, наверное, уже замужем, а младший сын еще не допускается на подобные мероприятия. Ну и конечно же Эонора в образе смиренной и покорной воспитанницы главы рода Арвит.

За спинами тенями скользили слуги, меняя блюда и стараясь двигаться бесшумно. Арвит с Крэазом с непроницаемыми лицами спокойно ели. Лесан старался им подражать, но время от времени не выдерживал и с любопытством косился на меня. Облаченные в шелка и бархат, обильно украшенные женщины, не поднимая глаз, клевали что-то из своих тарелок. А мне кусок в горло не лез. Когда подали десерт, даже вздохнула с облегчением: неужели эта пытка скоро закончится?

— Мясной пирог сегодня явно не удался, — проскрипел неожиданно Арвит. — Вы перестали следить за прислугой, любезная сирра.

Лицо Лагасты залила восковая бледность, а Адан, не обращая больше на супругу никакого внимания, церемонно произнес уже совсем другим голосом:

— Саэр Крэаз, не желаете ли пройти в кабинет? Бокал бранского и мужская компания — что еще нужно для хорошего завершения ужина?! А ваша… спутница пока пообщается с женщинами. — И уже жестче: — Лесан, свободен.

Савард-бросил на меня внимательный взгляд.

— День выдался долгим и утомительным, а Кателлина еще не до конца оправилась после болезни. Боюсь, она не сможет сегодня провести в обществе благородных сирр рода Арвит много времени. — Мне досталась ободряющая улыбка. — Кэти, я пришлю за тобой Кариффу.

Они с Аданом встали и, переговариваясь о чем-то вполголоса, вышли из комнаты. А я осталась, настороженно ожидая, что за всем этим последует.

— Прошу за мной, сирры.

С уходом мужа к Лагасте вернулась прежняя невозмутимость. Она величественно поднялась и, ни на кого не глядя, двинулась к небольшой боковой двери. Эонора, безмятежно улыбаясь, быстро вспорхнула со своего места. Безымянная наида тенью сползла со стула и покорно присоединилась к молчаливой процессии. Пожала плечами и пошла следом за ними.

Посмотрим.

Мы очутились в небольшой гостиной, казавшейся особенно маленькой и уютной по сравнению с торжественно-монументальной столовой. Высокие панели из светлого дерева, щедро украшенные объемными резными гирляндами, мягкие овальные формы окон — все это делало помещение похожим на волшебную шкатулку. В нише одной из стен звенел, переливаясь на свету брызгами, крошечный фонтан, выложенный майоликой с изображением диковинных птиц и зверей.

Очаровательная комната.

В другое время с удовольствием полюбовалась бы причудливым интерьером, но сейчас было не до него. Я лихорадочно пыталась сообразить, как себя вести.

Маска вежливой глупости и образ навязчиво-болтливой блондинки выручали меня в серпентарии Паальды и, наверное, сработали бы наедине с Лагастой. Но ее спутницы — Эонора и вторая, так и не представленная мне дама, — тоже наиды. Мою любимую «Счастливую звезду» читали и о том, что должна или не должна делать женщина для утех, прекрасно знали. Так что нести совершеннейшую ахинею мне никто не позволит.

Что же делать?

Все решилось само собой.

Лагаста не стала ни злобно коситься, ни презрительно фыркать, ни цедить сквозь зубы ядовитые любезности. Супруга Арвита не позволила проявиться ни единой эмоции — поступила так, как положено и предписано нормами, правилами и традициями.

— Располагайтесь, сирра Кателлина, — бесстрастно глядя сквозь меня, произнесла она неестественно ровным голосом. — Желаете чего-нибудь? Соки, фрукты?

Механическая кукла с набором вариантов поведения, один из которых — образцовая хозяйка дома.

— Благодарю, ничего не надо, — ответила в тон женщине. — Если позволите, я просто посижу, дождусь наставницу. Действительно немного устала.

— Как будет угодно, — откликнулась идеальная супруга главы рода Арвит и развернулась к наиде, не отходящей от нее ни на шаг.

Я устроилась на мягком диванчике возле понравившегося мне фонтана, прикрыла веки и приготовилась ждать Кариффу. Очень надеясь, что пронесет и мне не придется вести светские беседы, изображать из себя непонятно кого.

Не пронесло.

— Позволите присоединиться? — пропел серебристый голосок, и на соседнее кресло опустилась красавица Эонора.

Она сделала это так изящно и грациозно, что почудилось, будто рядом со мной, трепеща крылышками на ветру, села прелестная хрупкая бабочка. Вспомнила бесподобный танец на Дне выбора, страстный поцелуй, свидетелем которого я стала, и сердце неприятно заныло. Почему же Савард в конце концов выбрал меня, а не ее? Просто пожалел умирающую?

Взглянула на Лагасту — она казалась полностью поглощенной разговором с наидой Арвита и не обращала на нас ни малейшего внимания. Мне не оставалось ничего другого, как принять общество Эоноры.

— Пожалуйста, — пригласила подчеркнуто сухо.

— Вам понравилось поместье рода Арвит? — Воспитанница Адана словно и не заметила моего нежелания общаться. — Эфрада очень красива, но она не сравнится с резиденцией императора. Ах, я мечтаю побывать в Соот Мирне!

— Удивительно слышать от вас такое, — не сдержала я иронии.

— Почему же? — Глаза девушки странно поблескивали.

— Вы будущая наида, а традиции предписывают нам сидеть дома и ждать господина. Ваш опекун, насколько я знаю, поборник старых устоев. Разве он учил иному?

— О, — пренебрежительно протянула Эонора, — любые обычаи на то и существуют, чтобы их обходить. Кому, как не вам, это знать.

— Не понимаю. — Я мгновенно похолодела.

— Говорят, советник Повелителя теперь повсюду появляется — не с невестой, нет — с женщиной для утех. Водит ее гулять, возит на запретную территорию, даже на Поединок Стихий позволил явиться. Необычное поведение, особенно если учесть, что раньше он никогда не нарушал правил. — Девушка резко подалась вперед. — А ведь ты сейчас занимаешь мое место, — прошипела она, неожиданно скатываясь с официального «вы». — Я подала себя безупречно, мой танец завораживал, поцелуй очаровывал и пленял своей сладостью.

Ее место? Ну уж нет!

— Я выглядела не так эффектно, мое стихотворение и подарком-то назвать нельзя, поцелуй… уж точно был не столь умелым и настойчивым, но выбрал сиятельный все-таки именно меня.

Несколько мгновений мы не отрываясь смотрели друг на друга, а потом Эонора вдруг фыркнула и расслабленно откинулась на спинку кресла.

— Все, что ни делается, к лучшему, — многозначительно заявила она. — Саэры, разумеется, стараются заботиться о наидах, но в жизни разное случается. Иногда высокородным приходится искать себе новую женщину для утех. И уж их-то они берегут больше прежних. Просто пылинки сдувают. Вы так не считаете? — снова перешла на «вы» эта ехидна.

Это она сейчас намекает на мое отравление и происшествие на Поединке Стихий? Неужели Арвит и есть тот таинственный кукловод, что заморочил голову Хельме и каким-то образом натравил на меня Лроха?

Собеседница молчала, постукивая ноготками по подлокотнику, тонкое прекрасное лицо оставалось непроницаемо-спокойным.

— А иногда, — продолжила она после небольшой паузы, — судьба награждает за терпение. Надеешься стать наидой второго лица в государстве, переживаешь, что задуманное не получилось, а потом выясняется, что можешь обрести гораздо больше, чем ожидала. — Лицо Эоноры вдруг заострилось, стало хищным. — Ходят слухи, что наида Повелителя в последнее время совсем плохо себя чувствует.

А эта информация у нее откуда? О происшествии с Бионной знают всего несколько человек, и Арвит к ним уж точно не относится.

— У вас неточные сведения, — ответила твердо, — сирра Вионна болела, но сейчас все в полном порядке. — И, поколебавшись, добавила: — Император необыкновенно силен, быть его наидой… нелегкая участь. Зачем вам это?

— Для слабой сирры внимание Повелителя смертельно, — презрительно хмыкнула Эонора, — но не для нас.

— Не для нас?

— Вы, я, ваша наставница, бывшая наида Игерда Крэаза, — мы ведь особенные, верно? И должны держаться друг друга.

Впилась в собеседницу взглядом. Знает или просто предполагает?

— Что вы хотите этим сказать, сирра Эонора?

— О, ничего особенного. Просто предлагаю вам помощь и дружеское участие. Как наида наиде. — На пухлых губах расцвела улыбка, милая, приветливая, лишь в уголках по-прежнему пряталась язвительная усмешка. — За вами пришли, сирра Кателлина. — Девушка поднялась, указывая на появившуюся в дверях Кариффу. — Прощайте и… подумайте о нашей беседе.

Савард прислал не только наставницу, но и телохранителей. Они сопровождали нас до самых покоев, так что по дороге мы в основном молчали, лишь время от времени перекидывались ничего не значащими фразами. Побеседовать удалось только в гостиной. С трудом дождалась, пока женщина отошлет служанок с какими-то поручениями и сядет рядом со мной на маленькой софе в дальнем углу комнаты.

— Рассказывай, Кэти. — Блестящие птичьи глаза смотрели серьезно и прямо.

И меня как прорвало.

Постоянно ходить по краю и при этом держать все в себе, понимая, что не с кем посоветоваться, что никому твои чувства не интересны, — очень тяжело. Нет, откровенничать до конца с Кариффой я не собиралась. Но на сегодняшний день она оставалась единственным человеком, который знал правду о моем появлении в этом мире и поддерживал, пусть даже из соображений собственной выгоды. А мне необходимо было выговориться.

Старуха слушала внимательно, не перебивая. О предложении Эктара и моем отказе, о беседе с воспитанницей Арвита и страхе за Вионну, о том, что собираюсь разыскать школьную библиотеку. Когда я наконец выдохлась и затихла, она разлепила бескровные губы и задумчиво протянула:

— Занятная девушка эта Эонора. Показала, что о многом догадывается, и ничего толком не сообщила. Намекнула, что с ней лучше не ссориться, и тут же предложила поддержку. Скользкая как рийя и такая же ядовитая. Достойный противник.

Поразилась тому, насколько удачное сравнение подобрала наставница. Рийя — самая опасная змея Эргора. Не просто ядовитая, а еще и невероятно быстрая, агрессивная и очень злопамятная. Она могла бесконечно долго преследовать обидчика, кусать и впрыскивать яд малыми дозами, продлевая мучения. Эонора — это не раскормленные трусовато-ленивые гадючки из серпентария Паальды. Злая, умная, коварная, ненасытная, она уж точно пострашнее всех придворных дам вместе взятых.

— Противник? — Изобразила недоумение. — Почему не союзник? Девушка близка нам по крови и явно не в восторге от того, какая судьба ей уготована. А если она поможет нам найти храм богини?

У меня не было желания сближаться с Эонорой и уж тем более доверять ей, но хотелось понять, что по этому поводу думает Кариффа.

Женщина отрицательно покачала головой.

— Если младшая дочь рода Арвит и станет кому-то помогать, то только самой себе, — парировала она холодно. — Кроме того, Верховная о ней даже не упоминала. Богине нужны мы, Кэти, — ты и я, а не эта изворотливая рийя, мнящая себя самой хитрой на свете. Значит, так тому и быть, и без нее справимся.

От сердца отлегло. Все-таки фанатизм тоже иногда приносит пользу.

— Я хочу найти библиотеку, наставница.

— Каким образом? — Старуха недоверчиво подняла брови.

— Пока не знаю, — ответила уклончиво. О снах я ничего еще не рассказывала. — Честно говоря, даже не представляю, с чего начать. Поместье Арвита совсем не напоминает храмовую школу. Никаких следов не осталось.

— Их и не могло быть… — Наставница лукаво прищурилась. — Древняя Эфрада находится не здесь, а в самом сердце Эаильма. Пески великой пустыни надежно хранят ее сокровенные тайны.

Еле удержалась от смешка. Когда речь заходила о Проклятой, Кариффу точно подменяли. Глаза загорались, голос становился торжественным и звучным. Интересно, оды в честь любимой богини она на досуге, случайно, не сочиняет?

— Тогда почему мы остановились здесь, в усадьбе этого сухаря Адана, а не в Эфраде? Так ведь удобнее.

— Удобнее? В развалинах? Не уверена, что там есть покои, подходящие для наиды советника императора.

Подходящие покои? Это когда много золота, блестящих камней, шкатулки полны драгоценностей, шкафы ломятся от новых нарядов, а все вокруг дышит беспросветной тоской и одиночеством? Прекрасно и без этого обойдусь. Эх, сиятельный даже не подозревает, что я еще и в походы ходить любила.

— А Савард? Он где поселится?

— Здесь, разумеется. Къор перенесет его в Эфраду и обратно очень быстро, да и порталом можно воспользоваться, если появится надобность. Насколько мне известно, в последнее время Крэаз посетил уже несколько древних хранилищ и всегда останавливался в резиденции одного из высших родов.

Томиться в поместье, маяться целый день от скуки, общаться с неприятными людьми, пока сиятельный ищет в храмовой школе способ помочь Альфиисе и спасти свой будущий брак? Меня подобный расклад совершенно не устраивал. Отчетливо и очень остро вдруг почувствовала: необходимо жить именно там, в древней Эфраде. Рядом с так и не найденной школьной библиотекой. Тогда таинственные сны станут ярче, загадки получат объяснение, а я найду ответы на многие неясные пока вопросы. И если решение зависит от Крэаза, значит, попытаюсь его уговорить.

Савард пришел поздно вечером, когда я уже легла. Приблизился неслышно, опустился на край постели — утомленный и хмурый. Как-то плохо на него влияют посиделки с Арвитом. Захотелось провести рукой по его волосам, взъерошить, зарыться в них пальцами. Потянулась, но сиятельный перехватил кисть, прижал к щеке и, закрыв глаза, осторожно потерся о ладонь.

Эта незатейливая ласка волной нежности омыла душу.

— Я соскучился, девочка.

— Я тоже…

Горячие губы, накрывшие мой рот, казались почти обжигающими, голодными и такими желанными. Как жаль, что Савард быстро отстранился. Стиснул мои плечи, выровнял дыхание и решительно поднялся.

— Сладких снов.

Он что, сбежать собрался?

— В Соот Мирне вы до утра оставались со мной, — от обиды снова перешла на «вы».

— Тогда ты была нездорова… — Мужчина растерянно замер.

— Нужно снова заболеть, чтобы вы задержались?

— Кэти, ты чудо! — Он неожиданно рассмеялся, чуть хрипловато и невероятно счастливо. — Сам себе удивляюсь, но я готов каждую ночь проводить в этих покоях, даже если придется просто спать, ничего больше. Странно, что и моей маленькой наиде этого хочется.

— Привыкла, — буркнула, отводя взгляд в сторону.

Сиятельный все еще колебался.

— Тебе лучше остаться одной. Позади трудный день, ты очень устала.

— Не больше, чем вы. — Сжала кулаки. Вот ведь упрямец!

— Мне не нужно много времени, чтобы восстановиться, — он снова сел на кровать, поднес мой кулачок к губам, поцелуем раскрывая его, — я мужчина.

— А я женщина… — Обняла Саварда за шею, привлекла к себе, прошептала, чувствуя, как тяжелеет его дыхание: — И быстрее всего восстанавливаюсь рядом со своим мужчиной.

Этой ночью, когда я уже почти задремала, пригревшись в надежном кольце сильных рук, мне впервые захотелось рассказать сиятельному о себе. Все, без утайки.