Ориентировалась Ева прекрасно. Она следила за нами с Лукасом с тех пор, как мы приехали в Майами, и успела изучить болото вдоль и поперек. Впрочем, Саванну Ева не выпускала из виду с момента своей смерти, желая твердо знать, что с ее дочерью все в порядке. Смотрела она за ней и сейчас. Это было строго визуальное наблюдение, поскольку Ева еще не научилась вмешиваться в дела мира живых. Неудивительно, что Богиням Судьбы не нравится ее деятельность ангела-хранителя. Такие вещи строго запрещены, не рекомендуется даже глядеть на любимых, как делала Ева. Чтобы начать жить в новом мире, нужно разорвать все связи со старым… но Ева не желала с этим соглашаться.

Нам пришлось пройти мили две, чтобы добраться до места, где в мире живых стояла наша гостиница. Я надеялась, что Джейми там. Если нет, найти ее может быть не просто.

Две мили – это относительно недалеко, учитывая размеры Майами. Но если идешь по болоту, чуть ли не по колено в грязи, прокладывая путь сквозь заросли, произнося заклинания вызова огня, то каждые несколько ярдов кажутся милями, К счастью, Ева уже проложила несколько тропинок, и одна вела к нашей гостинице. Иначе я не представляю, сколько бы мы до нее добирались – растительность казалась непроходимой. Последний раз Ева была здесь полдня назад, а плющ уже заполз на тропу, да и другие представители местной флоры времени зря не теряли.

Пробираясь по особенно заросшему участку, я подумала, что все-таки вижу, как растет папоротник, раскинувший перистые листья в неподвижном зловонном воздухе в нескольких ярдах впереди. Затем я поняла, что за папоротником что-то движется.

– Дерьмо! – выругалась Ева.

Нечто приближалось. В тусклом свете уже можно было различить отдаленно гуманоидную форму, и тут все погрузилось во тьму. Я сдержала крик и начала произносить заклинание огненного шара. Ева схватила меня за предплечье и прошептала в ухо.

– Это я, Пейдж. Это сделала я.

Сделала что? Я уже хотела спросить, но вспомнила, что Ева не только ведьма, но также и полудемон, зачатая аспицио. Сила аспицио в видении, и его потомство способно вызывать временную слепоту.

– Что? – прошипела я. – Не надо! Я ничего не вижу!

– Я этого и добивалась.

Грязь булькала – тварь пробиралась по болоту, приближаясь с каждым шагом. Я моргала, но видела только тьму.

– Ева! – прошептала я. – Прекрати это. Я уже не маленькая и многое повидала в жизни: демонов, трупы, ожившие трупы и все такое. Что бы там ни было, я справлюсь…

Я не закончила, застыв на месте – не от страха, а пойманная в обездвиживающий заговор. Волосы Евы защекотали меня за ухом, когда она склонилась ко мне.

– Может, ты и справишься, Пейдж, но это не нужно. Я гневно посмотрела на нее – или в том направлении, где она должна была находиться.

– Не беспокойся, – прошептала Ева. – Я встречалась с такими тварями. В большинстве случаев они сами уходят, если стоишь неподвижно.

Стоять неподвижно? Но разве у меня был выбор? Я ничего не видела, не могла пошевелиться, не могла произнести ни звука. Однако слух у меня работал. Я стояла, замороженная на месте, ослепленная, и прислушивалась, как жижа булькает под лапами неизвестного чудища, которое приближалось ко мне. Затем оттаял еще один орган чувств. Обоняние. Я почувствовала сладковатый запах, более мерзкий, чем вонь гниющей растительности. Меня скрутило.

По мере приближения чудовища я уловила еще один звук, напоминающий шелест бумаги. Он постепенно приобрел ритм, стал очень четким, ровным, скрипучим и резким «унг-унг-унг». Волосы у меня на руках встали дыбом. Запах усиливался, пока не заполнил собой все. К горлу подступила тошнота, рот наполнился желчью. Я прилагала огромные усилия, чтобы снять заговор, но ничего не получалось.

– Унг-унг-унг.

Судя по всему, тварь подошла уже совсем близко и сейчас находилась слева от меня, там, где стояла Ева. Звук прекратился: чудовище принюхивалось.

– Все в порядке, Пейдж, – прошептала Ева. – Дай ему себя обнюхать, и оно… – Чавкающий звук, резкий вдох. – Ты, трахнутый…

Она произнесла заклинание, которое я не узнала. Воздух пронзил вопль на высокой ноте, затем дикий рев и удаляющееся хлюпанье грязи.

– Да уж, беги-беги, – сказала Ева. – Проклятый…

– Унг-унг-унг! – Крик, теперь громкий, прозвучал откуда-то слева, ему ответил еще один справа.

– Вот дерьмо! – прошептала Ева.

Она сняла с меня обездвиживающий заговор, и я чуть не рухнула лицом вперед. Ева ухватила меня за руку и помогла удержать равновесие. Я разглядела трех, может четырех быстро приближающихся гуманоидов, перед тем как Ева развернула меня, и мы бросились бежать.

* * *

Мы неслись, у нас подворачивались и проскальзывали ноги. Твари, очевидно, не привыкли быстро бегать – у них проблем было не меньше. Мы следовали по тропинке, которую проложили по пути сюда, что позволяло ускорить движение.

Когда мы резко свернули, Ева чуть не упала на особенно скользком участке. Я подхватила ее.

– Терпеть не могу убегать, – бормотала она, снова пробираясь вперед. – Ненавижу, ненавижу, ненавижу.

– Остановимся и примем бой?

– Как только убежим достаточно, чтобы успеть произнести заклинания. Они ведь отстают, не правда ли?

– Похоже на то.

– Хорошо. Чертовы ублюдки. Не могу поверить, что они меня атаковали.

– Думай о хорошем, – сказала я, когда мы миновали еще один поворот. – По крайней мере, они не могут нас убить.

Смех Евы разнесся по болоту.

– Это правда. Пребывание на том свете имеет свои преиму…

Внезапно она потеряла опору. Явно собираясь выругаться, она открыла рот, но до того, как какой-либо звук успел вылететь, ее засосало с головой.

– Ева! – заорала я.

Что-то схватило меня за ногу. Я занесла другую, собираясь врезать неизвестной твари, но меня дернули так сильно, что я потеряла равновесие, и болото поглотило меня.