Баба Яга на новогодней елке
Рождественская сказка
В заснеженном лесу, на большой поляне, в окружении стройных высоких сосен, елей и пушистых елочек стоит бревенчатый домик с резным крылечком и узорчатыми окнами. Здесь живет сам дедушка Старый Год. Еще немного, и закончится его время, сдаст он свои полномочия молодому Новому Году, а сам уйдет на покой и отдых.
Решил напоследок дедушка Старый Год малых деток порадовать — пригласить к себе на новогоднюю елку, чаем с пирогами, сластями угостить да с горок ледяных на своих санях покатать.
Лесные зверюшки помогли нарядить самую красивую елочку, что под окнами растет. Все принимали участие в подготовке праздника: зайцы подавали белочкам новогодние игрушки, которые те, ловко прыгая с ветки на ветку, развешивали на высокой колючей красавице. А птицы, взяв в клювики дождинки и мишуру, ловко обмотали елочку в серебристый кокон. Только один медведь не участвовал в новогодних приготовлениях и хлопотах. Он крепко спал в своей берлоге, свернувшись калачиком. Но будить Мишу не стали, пожалели — больно сладко причмокивал тот во сне. Наверное, снилось, как ест вкусный мед.
«Вот и подошел к концу мой год. Сколько дел было сделано-переделано, не сосчитать. Теперь можно и на покой отправляться. Э-хе-хе, как время-то быстро летит! Да, пора место молодым уступать», — так думал дедушка Старый Год у окна в своем домике, разглядывая стоящую напротив елку. Он в последний раз окинул хозяйским взглядом нарядно убранную, сверкающую мишурой и новогодними игрушками лесную красавицу, удовлетворенно покачал головой.
«Елочка получилась на славу, чудо как хороша! Приготовления к празднику окончены. Елка наряжена, Дед Мороз со Снегурочкой предупреждены, приедут ребятню с праздником поздравить, уже и подарки приготовлены. Можно теперь и праздновать. Пора собираться в путь-дорогу, готовить свои сани да за детьми ехать».
А в это время на самом краю дремучего леса, в другом домике (который на курьих ножках) шли другие приготовления. Задумала Баба Яга праздник детям испортить. Обиделась она. «Как это так, соседушка дорогой забыл пригласить меня, Ягу, на праздник! Так и пришлось бы Новый год опять с Лешим и с женой его, Кикиморой Болотной, встречать. Что за радость и веселье под елкой в карты играть да песни распевать, за триста лет надоело — одно и то же. А у соседа-то, у Старого Года (ворона новость принесла), веселье намечается, гостей — полон дом пригласил. Будто бы подарки всем приглашенным сам Дед Мороз раздавать будет, пирогами угощать и на санях катать. А про меня-то ведь никто и не вспомнил. Ну ладно, я вам устрою праздник! Попробуйте-ка повеселиться без Деда Мороза и подарков, а я посмотрю, что из этого выйдет», — такие черные мысли роились в голове у Бабы Яги. И решила она вот что: подкараулить Деда Мороза со Снегурочкой, когда они на праздник поедут...
Все рассчитала, все продумала хитрая Яга. Послала к Морозу Ивановичу свою подружку — ворону, чтобы та узнала, какой дорогой тот поедет. Потом позвала соседа Лешего, попросила помочь срубить самую большую ель, что у обочины дороги стоит.
— К Новому году готовишься, соседка? Так вроде такая ель тебе ни к чему, в избушку не пролезет, высока больно, да и игрушек не хватит новогодних, чтоб ее украсить, — с недоумением произнес Леший, почесывая затылок. — Вот Дед Мороз прознает, кто в его лесу хозяйничает, он тебе покажет.
— Да что ты, милой, какой Новый год, у меня дрова кончились, топить печь нечем. Я вот тесто поставила, хочу пирогов к празднику напечь. На еловом дымке да огоньке, знаешь, какие пироги вкусные получаются? — схитрила Яга. Не хотелось ей никого посвящать в свои планы. — А Дед Мороз разрешение мне выдал в честь праздничка, вроде новогоднего подарка, — ухмыльнувшись, проговорила Баба Яга.
— А нас с Кикиморой пригласишь в гости? — оживился Леший. Он был страшный сладкоежка. — Только начинку из брусники и ежевики сделай. А то меня Кикимора одной клюквой потчует, говорит, что вредно много сладкого есть.
— Приглашу, обязательно приглашу, — закивала Яга, ехидно улыбаясь, думая про себя: «Пирогов с ежевикой захотел! А с поганками, мухоморами не желаешь?»
Полдня пропыхтел Леший, но дерево срубил, уж больно охоч до сладкого он был. Легло срубленное дерево прямо поперек широкой дороги, ни проехать, ни пройти. Теперь осталось Деда Мороза с внучкой подкараулить. А Дедушка Мороз не заставил себя долго ждать. Вдалеке послышались перезвоны бубенцов, потом показалась тройка.
— Тпру-у-у... — Мороз Иванович с трудом остановил лошадей перед сваленным деревом.
— Дедушка, что там? — спросила обеспокоенная Снегурочка, придерживая мешки с подарками.
— Да вот кто-то в лесу опять хозяйничает. Такую ель загубили! Прознаю, чьих рук дело, мигом заморожу! — Дед Мороз спрыгнул с саней и подошел к дереву, пытаясь убрать его с дороги.
Бабе Яге только этого и надо было. Вскочила в сани, хлестнула лошадей и, повернув их обратно, умчалась прочь. Только снежная пыль столбом после нее осталась.
— Дедушка-а-а! — эхом прокатился по лесу испуганный голос Снегурочки.
— Что такое?! — развернулся Дед Мороз: ни саней, ни внучки, чудеса, да и только!
Пока разворачивались в лесу эти события, в домике дедушки Старого Года было шумно и весело — ребятни собралось много. Все с нетерпением ждали приезда Деда Мороза со Снегурочкой и прихода Нового Года.
— Ну что, ребятки, ждете не дождетесь праздника? — спросил детей Старый Год. Приложив руку к уху, пряча улыбку в бороду, продолжил: — Слышу, слышу: идет, торопится малыш... А вот и бубенцы звенят, значит, и Дед Мороз совсем близко...
— Ура! — закричали дети, и все как один прильнули к окошку, откуда хорошо была видна дорога.
Вскоре и впрямь показалась тройка лошадей. Ребята, одеваясь на ходу, высыпали на резное крылечко. За ними вышел и дедушка Старый Год.
Сани остановились, и из них с трудом вылезла и направилась к ребятам... Снегурочка — вроде бы она, но в то же время и не она. Шапка, шубка, рукавички с валеночками — Снегуркины. Все остальное не ее: коса исчезла, да и постарела как-то снежная девочка, легкости нет в походке.
— Снегурушка, здравствуй, моя милая! Да ты ли это? А где же Дед Мороз? — заглядывая в сани, удивленно спросил Старый Год.
— Здорово, дедуля! — проскрипела хриплым голосом Снегурочка. Но, прокашлявшись, более нежно, нараспев произнесла: — Ой, как много ребятишек! И девчонок, и мальчишек! Здравствуйте, детки! С праздничком вас! Ну, ведите меня, показывайте свою елку, пора праздник начинать!
Дети, окружив Снегурочку-Ягу, а это действительно была Баба Яга, переодетая в одежду Снегурочки, повели ее чудо-елку показывать. Следом, ничего не понимая, пошел и дедушка Старый Год. Вскоре самозванка уже вовсю водила хороводы с детьми вокруг елки, распевала новогодние песни. С ее голосом явно было что-то не в порядке: он то скрипел, то хрипел. Не иначе, простудилась где-то.
Старый Год, почувствовав неладное, подумал: «Что-то никак не признаю в тебе Снегурку, девица-красавица. Кого-то ты мне напоминаешь, дай-ка подумать...»
— Дед, а дед! Когда елку поджигать будем? У меня вон и спички с собой! — Яга вытащила из кармана здоровенную коробку со спичками и потрясла ими.
Тут и понял дедушка Старый Год, что в образе Снегурочки перед ним стоит его соседка — Баба Яга.
«Ну сейчас выведу тебя на чистую воду, соседушка!» — подумал Старый Год. А вслух проговорил ласково:
— Не торопись, красавица, отдохни с дороги. Вот Дед Мороз подъедет, тогда и елочку зажжем, а спички-то дай мне, а то ведь так и весь лес спалить можно.
Яга, неохотно отдавая коробок, лихорадочно придумывала, что бы такое соврать:
— Дак это... того... Дед поотстал малость, — и, неопределенно махнув рукой куда-то вдаль, затараторила: — Там где-то тащится... И что ему дома не сидится в такую-то погоду? Надумал вот за тридевять земель топать... Говорю ему: дед, я сама зараз управлюсь, я молодая, прыткая — одна нога здесь (показывает), другая — там! Раздам подарки кому надоть и назад мигом ворочусь. Нет, говорит, какая елка без Деда Мороза, надо идтить. Вот и идет! Может, к концу Нового года и придет, вот сиди его и жди!..
А знаете, что? — повернувшись к ребятам, проговорила Яга, — давайте, пока деда нет, поозорничаем, сто лет не озорничала, вот скукотища-то! Ну-ка расступись, народ, Снягурушка петь идет, и-и-их!..
Забыв про все правила приличия, Яга, истосковавшаяся по празднику и веселью, пошла припевать да выплясывать:
Баба Яга, наплясавшись, в изнеможении чуть не упала в объятия Старого Года, тот, растерянно придерживая шуструю Снегурочку, покачал головой: «Ну и дела!»
Яга же мечтательно вздыхает: «Хорошо-то как, век бы плясала да пела!..» Тут мечтания самозваной Снегурочки были прерваны сердитым постукиванием посоха. За песнями и плясками никто и не заметил, как сам Дедушка Мороз пожаловал. Но почему же он без подарков и сердитый такой?!
— Здравствуйте, ребятки мои дорогие, простите за опоздание. Беда со мною приключилась: ехали мы, торопились к вам с внучкой моей Снегурочкой. Вдруг дорогу нам перегородила большая ель, кто-то красавицу под самый корень срубил. Я слез с саней да пошел к дереву: убрать его с дороги и разобраться, чьих это рук дело. Не успел оглянуться, а... саней как не бывало! Ни Снегурочки моей, ни саней, ни подарков! Спасибо вот зверям лесным, помогли мне добраться до вас...
Старый Год, лукаво улыбаясь, проговорил:
— Снегурочка-то нашлась, только странная очень, такое тут вытворяет... Да где же она? Только что тут была, песнями, плясками нас развлекала...
А Яга, как только увидала сердитого Деда Мороза, с перепугу под елку-то и спряталась. Как кинулись все ее разыскивать, она только еще дальше уползла.
Догадавшись заглянуть под елку, дедушка Старый Год обнаружил Ягу и допытался вытащить ее. Но, визжа и толкаясь, самозванка никак не хотела вылезать из своего убежища.
— Что пристали? Мне и здесь хорошо!
— Мороз Иванович, вот она — пропажа наша! Нашлась! Вылезай, девица, вылезай, красавица, покажись-ка дедушке своему родному! — смеясь, проговорил Старый Год.
Дед Мороз заглянул под елку и присел от удивления:
— Батюшки мои, да ведь это же Яга! Ну-ка вылезай из-под елки немедленно, опять за старое принялась? Вот я сейчас как посохом-то постучу да как заморожу тебя, в миг в сосульку превратишься! Сказывай, куда внучку мою, сани да подарки, для ребят приготовленные, подевала, а?
Баба Яга нехотя вылезла из-под елки и, отряхиваясь от колючек, кокетливо произнесла:
— И незачем так орать, я прекрасно все слышу. Ты что, дед, не признал, что ли, меня? Я — внучка твоя, Снягурушка, вон и ребята подтвердят... Я их, между прочим, пока тебя не было, развлекала: песни пела, плясала, хороводы вокруг елки водила.
Дед Мороз, повернувшись к детям, спрашивает:
— Так ли было? Правду ли говорит Яга?
— Правду, правду, Дедушка Мороз! — дружно, в один голос подтвердили ребята.
Баба Яга в это время пыталась незаметно улизнуть, но тут на ее пути, осуждающе покачивая головой, возник Старый Год.
— Тогда сказывай, старая, куда мою внучку девала, да не ври, а то худо будет, ты меня знаешь! — Дед Мороз сердито потряс посохом.
Яга поспешно проговорила:
— Нечего меня посохом своим пугать. Уж и пошутить нельзя... Здесь ваша Снягурушка, вон тут, в кармашке, — порывшись с минуту в кармане, Яга вытащила маленькую фигурку Снегурочки.
— Я ее в елочную игрушку заколдовала: мы с ней в превращения играли, так я ее и заколдовала, а расколдовать не успела, вы помешали... кричать стали... сейчас расколдую. Как там, забыла с перепугу все слова волшебные... ага, вот:
Не успела Яга произнести последние слова, как живая Снегурочка стояла уже рядом, потягиваясь, будто после сна:
— Дедушка, какой мне сон приснился чудный! — удивленно проговорила она. — Ой, а где моя шубка, рукавички и шапочка? — вдруг воскликнула Снегурочка.
— Не спала ты, внученька, это Яга заколдовала тебя. — Дед Мороз негодующе замахнулся посохом на Бабу Ягу: — Ну-ка отдай немедленно тебе не принадлежащее!
Яга, нехотя стягивая с себя Снегурочкину одежду, примиряющим голосом проговорила:
— Ладно вам, не буду больше, я же сказала...
Старый Год миролюбиво проворчал:
— Уж больно вредная ты. Яга, поэтому и не любит тебя никто!
Баба Яга, опустив голову и теребя свои лохмотья, прошептала:
— А я, может, поэтому и вредная, что со мной никто дружбу водить не хочет, на праздник вон не пригласили... Детей малых мной пугают. Поэтому я и решила переодеться, чтобы ребятню на елке не распугать. Снягурушку вон как все любят. Может, у меня душа тоже праздника хочет... И совсем я не вредная, просто пошутить хотела.
Тут ребятам жалко стало Ягу, обступили Деда Мороза и ну теребить его:
— Дедушка, миленький, давай простим Бабушку Ягу, пусть на нашем празднике повеселится вместе с нами. Она такие песни веселые знает!
У Деда Мороза доброе сердце. Это он с виду такой суровый и холодный.
— Ладно, Яга, оставайся на нашем празднике. Но после праздника чтобы вместо одной срубленной ели десять посадила, поняла?
— Поняла, как не понять, Мороз Иваныч! А это... — торопливо затараторила Яга, смущенно улыбаясь и отводя глаза в сторону, — соседа моего, Лешего с женой, Кикиморой Болотной, можно пригласить на вашу елку? Он добрый, пироги с ежевикой, брусникой любит, а уж как пляшет да поет! С ним весело, а жена его сказки знает, загадки мудреные умеет разгадывать...
Дети радостно захлопали в ладоши. Никого не боятся пострелята: ни Ягу-Костяную Ногу, ни Лешего с Кикиморой!
Дед Мороз, переглянувшись со Старым Годом, сказал, пряча улыбку в бороду:
— Ладно уж, зови сюда всю свою лесную братию. Только чтоб у меня без всяких проделок! Возьми моих лошадей, управляешься ты с ними хорошо, и езжай за соседями своими. А то пешим ходом весь праздник пропустите.
Обрадованная Баба Яга вскочила в сани.
— Эй, подожди, Яга! — вдруг спохватившись, закричал Дед Мороз. — А подарки-то где, куда ты их подевала?
— Да вот они. Тут в санях и лежат. Что уж я, совсем без совести что ли? — с этими словами она вытащила из саней два мешка, набитых доверху подарками, и поставила на землю. — Ничего не пропало, получайте!
Кони рванули с места, обдав всех снежной пылью.
— Без нас праздник не начинайте-е-е! — донеслось уже издали.
Не успел Дед Мороз подарки ребятне раздать, как Баба Яга с Кикиморой и Лешим прикатили. И им по подарку досталось. Не забыл Дедушка Мороз и про зверюшек — всех, от мала до велика, гостинцами одарил. Вот радости-то было!
А потом начался праздник. Дедушка Старый Год в последний раз зажег огоньки на елочке. Он произнес волшебные слова:
Красавица елка, вся окутанная в блестящую мишуру, засверкала разноцветными огоньками. Это тысячи светлячков одновременно зажгли свои фонарики, устроив для детей настоящую иллюминацию. Белочки, забравшись на деревья, кидали в толпу ребятишек разноцветное конфетти, а птички лесные сбрасывали серпантин. Зайцы же, крепко зажмурив глаза и прижав ушки, дрожа от страха, хлопали новогодними хлопушками.
Дедушка Старый Год, радостно потирая руки, приговаривал:
— Ну не чудо ли? Хороша, ой как хороша елочка!
Да, праздник получился на славу. Повеселившись возле елки, все отправились в домик Старого Года пить чай со сластями и пирогами. А потом, разместившись в двух санях, поехали кататься на резвых тройках. Вечером Старый Год и Дед Мороз отвезли сонных ребят домой. В двенадцать часов, когда взрослые встречали и праздновали Новый год, дети уже крепко спали в своих постельках, прижимая к себе подарки. Во сне многие дети чему-то счастливо улыбались...
А дедушка Старый Год и Мороз Иванович вернулись в лесной домик и стали готовиться к встрече Нового Года: поздравить нужно малыша с приходом да научить кое-чему, присоветовать. Хлопот много предстоит тому в следующем году.
А что же Баба Яга, Леший, Кикимора? Да ничего! После праздника одолжил своим соседям дедушка Старый Год сани. Те благополучно добрались до своих жилищ. Долго еще Леший вспоминал пироги, какими угощали на празднике. Кикимора мечтала устроить и провести такой же праздник с иллюминацией у себя, благо гнилушек полно болото. А в гости позвать всех болотных да лесных жителей, чем они хуже других?
Баба Яга же долго не могла уснуть в тот вечер, ворочаясь на своей печи с боку на бок и вздыхая. О чем думала Бабушка Яга? О прошедшем празднике или о своей невеселой жизни, проведенной среди коряг, в темной глуши... Кто знает! Только спустя некоторое время, проезжая по своим владениям, решил Дед Мороз заехать по пути к Яге. Хотел проверить Мороз Иванович, выполнила ли она свое обещание, посадила ли новые деревца взамен срубленной ели. Только с трудом большим нашел дедушка владения Бабы Яги. Спасибо, вездесущая ворона помогла, дала новый бабушкин адрес.
Домик, что на курьих ножках, перебрался подальше от коряг и пней, из темной чащи на новое место: солнечную полянку в сосновом бору. Внутри дом был чисто прибран, на окошках появились веселенькие занавесочки. Сама же хозяйка будто бы помолодела, скинув эдак годков семьдесят. Она приветливо встретила Деда Мороза, напоила крепким ежевичным чаем, угостила вкусными пирожками с грибами и брусникой да в дорогу еще дала — гостинец Снегурочке.
Вот такие дела приключились в лесу под самый Новый год. Хотите — верьте, хотите — нет, дело ваше. Только сказочка закончилась. Если она вам понравилась, будет у нее и продолжение...
Старая-старая сказка о том, как Весна Зиму прогоняла
Когда-то очень и очень давно, еще в те времена моя бабушка девочкой босоногой бегала, услыхала она эту сказку от своей бабушки, Авдотьи Петровны. Той, маленькой несмышленочке, в свою очередь поведал ее дед Тимофей Иванович, который утверждал, будто это и не сказка вовсе, а все случилось на самом деле.
Может быть, то, что вы сейчас услышите, и правда, а может быть, и нет. Не знаю. Только известно мне, что мой прапрадедушка Тимофей Иванович в скучные зимние вечера, устроившись на теплой печи, любил рассказывать детишкам малым всякие житейские истории, которые якобы с ним приключились за его долгую жизнь. Все соседи знали, что Тимофей Иванович деревню свою ни разу не покидал, дальше околицы не хаживал. Откуда черпал свои истории — непонятно. Но слушать его было — одно удовольствие, рассказчик он был великолепный. Прямо дух захватывало от его историй, сказок, баек... Рот сам собой открывался от удивления. Да что там ребята малые! Взрослые часто подсаживались послушать, что «старый мелет». Иногда расходились по домам далеко за полночь. Давайте и мы с вами послушаем одну из сказок, которая лет триста тому назад еще рассказывалась...
...Зима выдалась тем годом лютая да холодная. С трудом ее крестьяне пережили. Хорошо хоть, что урожай осенью неплохой был: хлебушком перебились, кашей пшенной да клюквенным киселем. А скотинушка бедная, вот та изголодалась. Все сенцо, с лета припасенное, подъела давно, вот-вот от голода падет.
Ждут не дождутся люди, когда Весна-красна нагрянет, солнышко с собой, тепло принесет. Решили крестьяне поторопить Весну. Наскребли хозяйки в каждом доме остатки муки, замесили тесто, напекли птичек весенних — жаворонков и детям раздали. «Ступайте, детки, за околицу. Покличьте Весну долгожданную. Поторопите ее с приходом» — такой вот наказ получили ребята. Взяли они жаворонков, еще после печи не остывших, и бегом за край села своего. Взобрались на крыши сараюшек и амбаров, стали подбрасывать испеченных жаворонков да покрикивать:
Услыхала Весна призывы, принарядилась в праздничные одежды, в косы ленты алые вплела и в путь-дорогу отправилась. Где ступает Весна, там снег тает, травка-муравка лезет, почки на деревьях набухают, вот-вот лопнут. А уж как птицы радуются! Песни поют, гнезда вьют. Просыпается потихоньку ото сна земля, оживает природа. Мал и стар — все высыпали на улицу Весну встречать.
— Смотрите, смотрите, — кричали дети малые, показывая на птиц, кружащих в небе, — жаворонки прилетели, весну принесли!
— Жаворонки прилетели! Весна, весна пришла! — так и неслось со всех сторон.
— Пришла, пришла, голубушка, дождались насилу-таки, дожили! — радовались старики, подставляя лица жаркому солнышку.
— Здравствуйте, люди добрые! Рады ли мне? — певуче проговорила Весна-красна, низко кланяясь.
— Рады, ох как рады, девица красная! — отвечал народ.
— Вот и славно! Жаворонки ко мне прилетели, весточку на крылышках своих принесли, что ждут меня люди с великим нетерпением...
— Ох, насилу дождались, красавица, тебя. Думали, не доживем. Хлебушек подъели, дети кушать просят, скотинушка голодная ревет. Холодно и голодно нам, — стали жаловаться старики.
— Что ты нам несешь, Красная Весна? — с надеждой спросили гостью крестьяне.
— Красное лето, теплое лето! А еще хлеба обильные, урожай богатый, — улыбнувшись, проговорила Весна.
— Милости просим, матушка Весна! — приветствовали люди. Стали песни петь, водить хороводы, веселиться да Весну чествовать.
Все радовались приходу Весны, одна только старуха Зима своей клюкой ледяной об пол стучала да ногами топала:
— Меня с честью, почетом еще не проводили, за заботы не поблагодарили! А уже почести какие устроили молодухе! Рано радуетесь, людишки! Вот возьму и не уйду, уж испорчу вам веселье,— наливалась злобою старуха.
Потянуло вдруг холодом, сковало льдом землю, тучи свинцовые солнышко яркое заслонили. Не по себе стало людям, веселье разом потухло. Еще бы: сама Зима на праздник пожаловала. Злобно стучит палкою, на Весну замахивается. Та от неожиданности испугалась даже, лицо руками закрыла. Зима, довольно рассмеявшись, руки в боки:
— Что, не ждали? Почему меня не кликали?! Почему меня не гукали?! А? Рано, рано веселитесь, не собираюсь я еще с вами расставаться! Ужо подождите Весне-то радоваться, вот возьму и не пущу ее!
— Уходи, Зима, подобру-поздорову! — разгневанно топает ногой Весна. — Прошло твое время, мой черед настал!
— А вот не уйду! — стучит клюкой Зима.
— Не уйдешь, так прогоним! — наступает на Зиму Весна.
— Только попробуйте, я вам покажу! — прошипела Зима, вновь замахиваясь клюкой.
Притихли люди, ожидая, что Весна скажет. Последнее слово за ней осталось. Не заставила себя долго ждать Весна:
— Давай, Зима, померяемся силой. Кто сильнее, та и останется, а кто послабей — той уйти придется. Согласна? — предложила она после некоторого раздумья.
— Тут и думать нечего, я старше тебя, значит, ума, мудрости, силы у меня больше. Мне уважение и почет, а ты — ты иди, девица, туда, откуда пришла, — злобно ухмыляясь, проскрипела старуха.
— И не думай, не уступлю тебе свои права, не бывать этому! Люди без меня голодать будут, вся живность погибнет... Ты ведь, Зима, не добрая — злая, холодная. Ни обогреть, ни накормить не можешь. А я к чему ни прикоснусь, все оживает, все расцветает! — воскликнула Весна.
— Неправда твоя! Я золотом, серебром землю покрываю да людей в избы загоняю, чтобы не слонялись по улицам без дела-то, — не успокаивалась злая старуха.
— Так давай покажем людям, кто из нас сильнее, пусть они рассудят, — предложила Весна.
— А что тут показывать, и так ясно, если только для забавы... — высокомерно улыбаясь, нехотя согласилась Зима. Взмахнула она своей клюкой, подула, пошептала: серебристый снег запорошил все в округе; покрылись деревья ледяной коркою. Птичка, весело щебетавшая в ветвях, вдруг упала к ногам Зимы замертво, превратившись в ледышку. Ужас сковал сердца людей, не могут они от испуга ни моргнуть, ни пошевелиться.
— Вот полюбуйтесь, каково? Красота-то какая! — заявила Зима. — Сколько серебра! Как оно переливается, блестит, и все даром людям раздаю. Пусть знают мою щедрость.
Ахнула, руками всплеснула да ногой топнула от негодования Весна. Вырвалось солнышко наружу сквозь тучи свинцовые. Пахнуло теплым воздухом. Покрылись листвою зеленой деревья. Подняла Весна птицу мертвую. Дыханием своим согрела ее, к жизни вернула. Взмыла птаха в небо, полилась веселая песня.
— Видишь, Зима, ты все деревья своим дыханием холодным ледяной коркой покрыла, черною злобою своею птицу сгубила... Я ее, мертвую, к жизни возвратила. Зачем людям твое серебро, коли пользы от него никакой, одно лишь горе?
Дунула тут Весна на ледяной посох старухи. Глянула та, а в руках у нее вместо клюки веточка листочками зазеленела и зацвела. В ужасе оттолкнула ее Зима: от прикосновения бросило ее в жар. Тут старуха совсем растерялась. Столько лет живет на свете, никогда с ней такого не было.
— Да как вы смеете! Вы... — отступая, хрипела Зима.
— Не позволю тебе, Зима, зло творить! Прошло твое время, уйди по-хорошему, убирайся, слышишь?!
Взмахнула тут Весна платочком белым. Налетели откуда ни возьмись птицы разные, пчелы да шмели. Стали они клевать, жалить, прогонять злобную Зиму. Не выдержала та, бросилась бежать, насколько сил хватило.
— Кыш, кыш, окаянные! Ну ничего, я вам еще покажу, вы у меня попляшете и попоете. Доберусь я еще до вас — никому не поздоровится! — донеслось уже издалека.
Столько радости было потом! Ох и веселился же народ! А как же — Весна пришла!