История мировой физиологии богата именами блистательных ученых. Но вряд ли среди них можно найти такого, кто сыграл столь выдающуюся роль в становлении и развитии * этой важнейшей научной дисциплины как Иван Петрович Павлов. Исследования Павлова явились эпохой в развитии физиологии; они выдвинули его в ряды классиков естествознания, сделали фигурой, равной Ньютону, Дарвину, Менделееву. Идеи Павлова вышли за рамки физиологии и проникли в различные области медицины, в психологию, педагогику, кибернетику, животноводство, в процессы обучения сложным профессиональным навыкам и рациональной организации труда в условиях современного производства. Созданное Павловым учение о высшей нервной деятельности— одно из величайших достижений современного естествознания.

Павлов был многогранным ученым. В разные периоды своего шестидесятилетнего творчества он охватывал разнообразные области физиологии, оставляя в каждой из них глубокий след. Достаточно отметить его выдающиеся исследования по физиологии сердечно-сосудистой системы и особенно его классические исследования по физиологии пищеварения, снискавшие ему мировое признание и славу создателя этого важного раздела современной физиологии, за что он первым среди русских ученых и первым из физиологов мира был удостоен Нобелевской премии еще в 1904 г. Но подлинной вершиной его беспримерного научного подвига, наиболее крупным вкладом в сокровищницу мировой науки явилось материалистическое учение о высшей нервной деятельности, созданное главным образом после Великой Октябрьской социалистической революции благодаря исключительному вниманию и всемерной поддержке его исследовательской работы нашей партией и Советским правительством. Знаменательно, что еще в январе 1921 г., в тяжелый для страны и народа период, специальным постановлением Совнаркома РСФСР были созданы самые лучшие условия для научной работы Павлова и его сотрудников.

Академии наук и научные общества России, Англии, Франции, США, Германии, Италии, Аргентины и других стран мира избрали его своим членом. Научные заслуги Павлова и его высокие человеческие качества привлекали внимание ученых, писателей и других деятелей культуры. Знаменитый голландский физиолог Иордан в, одной из своих статей писал, что Ленинград (где жил и работал Павлов) стал своего рода Меккой для физиологов всего мира. Английский ученый Г. Берджер, обращаясь к Павлову на XV Международном физиологическом конгрессе (1935 г., Москва—Ленинград), сказал: «Я думаю, что не существует ни одной области естественных наук, которую одна личность возглавляла бы так бесспорно, как вы возглавляете физиологию. Вы — бесспорно первый физиолог мира». Описывая визит Павлова в США для участия в работе XIII Международного физиологического конгресса (1929 г., Бостон), американский ученый Дж. Келлог писал: «Недавний визит профессора Павлова... был триумфальным шествием, когда он от одного собрания ученых переходил к другому. Он был принят повсюду с такими овациями и уважением, какие редко выпадали на долю ученых всех времен». Через несколько лет Келлог писал Павлову: «Я не знаю ни одного человека, сделавшего более важный вклад в дело благополучия человечества, чем это сделали вы». Президент английского Королевского медицинского общества лорд Даусон оф Пенн назвал Павлова «русским гением» и говорил: «Движимые одним общим чувством, выдающиеся люди всех стран единодушно провозгласили Павлова своим героем». Советский физиолог А. Ф. Самойлов считал дар интуиции Павлова, дар нащупывания, отгадывания истин в области сложных реакций и соотношений организма совершенно исключительным и единственным в своем роде. «Кажется,— говорил он,— что сама истина идет ему навстречу. Мы встречаемся здесь с даром непосредственного, как бы поэтического откровения». Английский физиолог Дж. Баркрофт считал Павлова ученым, «который сделал больше кого-либо другого для экспериментального анализа умственной деятельности», а американец А. Карлсон писал о Павлове: «Его достижения теперь стоят как яркий маяк на вершине горы, как путеводитель для всех людей, во всех странах, во все времена». Английский физиолог А. Хилл назвал Павлова «романтической, почти легендарной лйчностьб», а прославленный русский натуралист К. А. Тимирязев — «великим физиологом земли русской».

Иван Петрович ПАВЛОВ

Возвышенные слова о Павлове говорили также ученые с мировыми именами — Е. Старлинг, А. Роже, Дж. Фултон, Дж. Уотсон, К. Холл и др. Великолепно отзывался о Павлове Максим Горький: «Он — изумительно целостное существо, созданное природой и работой как бы для познания самого себя». Герберт Уэллс, посетивший два раза лабораторию Павлова (в 1920 и 1934 гг.), считал Павлова звездой, «которая освещает мир, проливает свет на еще неизведанные пути», утверждал, что через «сто лет его работы еще более будут цениться, чем при его жизни».

Отношение деятелей науки и культуры к Павлову подытожил советский физиолог Л. А. Орбели: «Пусть же благодарное человечество чтит память одного из лучших своих представителей, отдавшего всю свою жизнь выяснению законов человеческой жизни, приложившего всю силу и мощь своего дарования к раскрытию и анализу законов человеческого мышлепия».

Исследования Павлова по физиологии сердечно-сосудистой системы, проведенные им в начальном периоде своей научной жизни, не имели широкого резонанса в мировой науке, хотя, как мы увидим, содержали много оригинальных и ценных фактов и идей. Но уже последующие работы по физиологии пищеварительной системы, основные результаты которых были суммированы в классической монографии «Лекции о работе главных пищеварительных желез», снискали ему мировую славу и были увенчаны в 1904 г. Нобелевской премией. Касаясь этих исследований Павлова, профессор Даусон оф Пенн говорил: «Этот русский гений в годы своего расцвета заложил для нас фундамент большей части наших знаний о пищеварительных процессах и проложил путь для лечения желудочно-кишечного тракта». Не будет преувеличением сказать, что до сих пор эти поистине классические труды служат отправным пунктом и базой всех исследований в области физиологии пищеварительной системы. Но венцом научного творчества Павлова, наиболее крупным вкладом в сокровищницу мировой науки стало материалистическое учение о высшей нервной деятельности. Исследованию по физиологии условных рефлексов Павлов посвятил более 35 лет своей жизни. К сожалению, эти исследования, создавшие «истинную физиологию» большого мозга, долгое время практически не вызывали интереса у зарубежных физиологов, они не упоминались в учебниках физиологии (единственным исключением был учебник английского физиолога У. Бейлиса), о них ничего не говорилось даже в специальных трудах по физиологии мозга. Более того, известные физиологи Ч. Шеррингтон, В. Тренделленбург, Г. Винтерштейн и др. отнеслись к новому слову в науке враждебно. Лишь некоторые представители экспериментальной психологии, например Э. Торндайк, Дж. Уотсон, а позже К. Лешли, К. Холл и др., заинтересовались результатами работ Павлова по физиологии условных рефлексов и даже использовали их в своих собственных экспериментальных и теоретических работах.

Но поступательная сила прогресса неодолима. Ходом исторического развития учение об условно-рефлекторной деятельности мозга вскоре после кончины великого физиолога вышло за пределы отечественной науки и распространилось по всему цивилизованному миру.

Деятельность мозга как самого совершенного творения природы привлекала исследователей с давних пор. Отрывочные сведения о мозге были известны многим предшественникам Павлова, но честь создания истинной физиологии мозга принадлежит нашему соотечественнику. Разумеется, до сих пор многое в работе мозга остается загадкой и интерес к дальнейшему углубленному его изучению неуклонно возрастает, в особенности за последние десятилетия. Это обусловлено не только внутренней логикой развития науки о мозге и быстро растущими потребностями медицины, но в значительной мере и тем, что современный человек все чаще и больше сталкивается со сложной автоматикой, в результате чего резко возрастает удельный вес умственного труда во всех сферах человеческой деятельности. Поэтому специалисты в области изучения деятельности мозга — психологи, психиатры, невропатологи и, наконец, нейрофизиологи — должны были обратиться к учению Павлова. Более того, интерес к условным рефлексам появился у математиков, кибернетиков, биоников, биохимиков и гистологов.

Знаменитый американский специалист в области изучения функций мозга Дж. Фултон писал: «Павлов открыл миру новый подход к сложной проблеме п тем самым создал порядок из хаоса. Павлов был одним из немногих людей последнего поколения, который заставил мыслить в новой форме».

Современный этап развития учения Павлова об условных рефлексах знаменуется подлинным триумфом идей нашего выдающегося физиолога и характеризуется обширного масштаба исследовательской работой по экспериментальной и теоретической разработке его учения.

Коммунистической партией Советского Союза и Советским правительством всегда уделялось и уделяется огромное внимание делу дальнейшего творческого развития его материалистического учения. В результате неизмеримо возросли возможности организованного Павловым и ныне носящего его имя Физиологического института Академии наук СССР, а также созданного им Физиологического отдела Института экспериментальной медицины АМН СССР в Ленинграде, создано головное научное учреждение — Институт высшей нервной деятельности и нейрофизиологии АН СССР в Москве. В ряде институтов АПН СССР, в институтах Академий наук союзных республик, в некоторых медицинских и педагогических институтах страны организованы специальные лаборатории по изучению условно-рефлекторной деятельности мозга. Кроме того, в Московском, Киевском, Ленинградском и в ряде других университетов страны существуют кафедры высшей нервной деятельности и соответствующие лаборатории. Для публикации текущей научной продукции упомянутых научных учреждений в стране издается «Журнал высшей нервной деятельности». Кроме того, статьи, посвященные разным вопросам нормы и патологии высшей нервной деятельности, публикуются в ряде других журналов. Периодически созываются всесоюзные Павловские совещания по высшей нервной деятельности, эпизодически организуются симпозиумы, на которых обсуждаются актуальные проблемы учения И. П. Павлова. Во многих странах мира созданы специальные лаборатории и даже институты для изучения условных рефлексов. В США и Японии организованы отдельные научные общества имени Павлова, которые периодически проводят конференции и издают труды. Различные научные организации регулярно созывают международные симпозиумы и конференции, посвященные исследованиям в области условных рефлексов. За последние десятилетия такого рода конференции и симпозиумы были проведены в Марселе, Монреале, Брюсселе, Москве, Осечне, Либнице, Монтевидео, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Токио, Милане, Брайтоне, Яблоне и в других городах. За эти годы павловская условно-рефлекторная тематика стала занимать почетное место не только в программах международных конгрессов физиологов, но и в программах международных конгрессов психологов и психиатров.

Во многих странах систематически издаются как монографические работы, так и тематические сборники, посвященные актуальным проблемам учения Павлова.

Поистине Павлов стал символом эпохи и путеводной звездой в изучении функций мозга.

Жизненный путь Павлова на протяжении многих лет был тернист, полон лишений, горьких переживаний, разочарований и тяжелой борьбы. В мрачные времена царского режима в России, когда в университетах страны господствовал произвол чиновников, учиться и заниматься научной работой было чрезвычайно трудно. Особенно нелегко приходилось таким людям, как Павлов,— правдивым и честным, с демократическими воззрениями и бунтарским характером. В этом отношении много общего в судьбах Павлова и других выдающихся русских физиологов и биологов — Сеченова, Мечникова, Тимирязева.

Но скитальческая жизнь Сеченова оборвалась задолго до ликвидации царизма, Мечников умер на чужбине накануне Великой Октябрьской социалистической революции, Тимирязев увидел лишь первые лучи восходящего солнца Страны Советов. И. П. Павлов жил и работал при Советской власти два десятилетия, он сумел претворить в жизнь сокровенные мечты, стать активным участником строительства социализма.

Беззаветно любивший свое отечество, разделивший с ним горести и трудности периода гражданской войны и разрухи, он восторгался и гордился достижениями Советского государства. Подлинный интернационалист и гуманист, Павлов глубоко осознал самую жгучую проблему века — проблему мира — и был страстным пропагандистом высоких идеалов дружбы между народами. Его пламенная речь на открытии XV Международного физиологического конгресса в Москве в 1935 г. и сегодня звучит как призыв к неустанной борьбе за эти благородные идеалы прогрессивного человечества.