Джером поехал домой и долго не вылезал из душа, прохладная вода которого умерила жар страстей. Потом он растерся жестким полотенцем, накинул халат и отправился готовить чай и что-нибудь перекусить. Включив телевизор, он уселся перед ним с тарелкой посмотреть пятичасовые новости.

На экране появилась хорошенькая дикторша с обаятельной улыбкой. Но ей было далеко до Бриджит, лицо которой в тысячу раз красивее… а фигура — в миллион. Джером был не в состоянии забыть ее упругие груди с розовыми сосками, то, с какой готовностью они отзывались на его прикосновение. Лежащая на атласном покрывале полуобнаженная Бриджит, испускающая сладострастные стоны, возникла перед его мысленным взором будто живая.

Джером с силой выругался. Он прилагал титанические усилия, стараясь не думать о Бриджит, но ее облик снова и снова всплывал в памяти, терзая тело и душу. Его тянуло приехать в офис, увидеть ее во плоти. К тому же у него есть масса убедительных причин заскочить сегодня на работу.

Он представил, как обращается к Бриджит, входя в кабинет:

— Надо еще поработать. Слишком много времени потерял днем.

Джером насмешливо улыбнулся. Легко вообразить, что бы она сказала, признайся он, о чем на самом деле думает: не могу дождаться субботнего вечера, дорогая. Не устроиться ли нам на столе для заседаний?

Нет.

Так она ответит.

Джером старался не попадать в ситуации, в которых приходилось признавать себя побежденным. Или дураком. Из чего следовало, что ему оставалось лишь терпеливо дожидаться вечера субботы, после чего сделать очередной ход.

Скрипнув зубами, он встал, выключил телевизор, заставив исчезнуть обаятельную дикторшу, и отправился в кухню, чтобы налить себе еще чаю.

Бриджит хотелось плакать. Она уже пятнадцать минут торчала в пробке, хотя до здания «Логан корпорейшн» оставалось каких-то двести ярдов. Пару раз она с трудом преодолевала искушение бросить машину и добраться пешком. Но разве она могла себе позволить так рисковать? Завтра ей предстоит продать эту красивую игрушку, за которую дадут больше, чем за две недели работы уборщицей.

Настойчивое желание Бриджит подзаработать уборкой помещений диктовалось не столько острой необходимостью, в чем она убеждала мать и Чарити, сколько гордостью и упрямством. Бриджит хотела доказать Джерому, что леность ей отнюдь не свойственна, что она не боится тяжелой работы. И надо же в первый день опоздать! Черт, черт и еще раз черт!

Наконец вереница машин тронулась вперед с черепашьей скоростью, и Бриджит, свернув, лихо вырулила к автостоянке. У шлагбаума ее остановил охранник и строго сообщил, что тут закрытая стоянка, а не гоночная трасса. Бриджит, не теряя самообладания, одарила его дружеской улыбкой, после чего показала служебный пропуск.

— Я временно замещаю уборщицу, — объяснила она. — Сегодня вечером впервые выхожу на работу.

Охранник хмуро оглядел дорогую машину, поднял шлагбаум и, хотя стоянка была почти пуста, указал на место в самом дальнем углу.

На шестом этаже Бриджит появилась, опоздав на двенадцать минут, и со всех ног кинулась к ожидавшей ее женщине, которая должна была объяснить, что и как делать.

Извинившись, она объяснила причину опоздания, и женщина, которую звали Ливви, помогла Бриджит облачиться в терракотовый комбинезон и вручила тележку с принадлежностями для уборки, а также большую связку ключей.

Бриджит узнала, что ее владения находятся на седьмом этаже, каждое помещение на котором предстоит привести в порядок и после уборки тщательно закрыть. Начинать лучше с дальнего конца коридора, где располагаются зал заседаний и кабинеты начальства. Нигде ничего не трогать, кроме мусорных корзин, которые необходимо опорожнять. И, наконец, предстоит помыть четыре туалетные комнаты, не считая небольшую туалетную, примыкающую к кабинету мистера Логана.

— Примерно в половине девятого можешь сделать часовой перерыв, попить чайку и чего-нибудь поклевать, — уже стоя в дверях лифта, сказала Ливви. — Да, и не волнуйся, если где-то будут сидеть люди. В этой конторе все трудоголики и порой вкалывают до поздней ночи. А ты себе убирай, не обращая ни на кого внимания. Да и они тебя замечать не будут. — Ливви внимательно осмотрела Бриджит и хмыкнула: — Мда… Беру свои слова назад. Такую милашку не заметит разве что слепой. Вот что: подбери волосы и не улыбайся так часто. У тебя всего пять часов, чтобы справиться с целым этажом, и болтовня в твои обязанности не входит.

Попрощавшись с Ливви, Бриджит закрутила волосы в неряшливый и, как она надеялась, непривлекательный узел на затылке и тыльной стороной ладони стерла с губ помаду. Она здесь не для того, чтобы терять время на отваживание желающих пофлиртовать нахальных клерков. Она пришла сюда убирать. Она докажет и Джерому, и себе…

Бриджит вышла в коридор, толкая перед собой тележку с тряпками-щетками-пылесосом. Ливви оказалась права — в некоторых кабинетах еще горел свет. Дверь справа от Бриджит внезапно распахнулась, и мимо нее проскочил человек в сером костюме, не удостоив девушку даже взглядом. Похоже, очень спешил.

Не этого ли Джером требует от своих подчиненных? — подумала Бриджит. Десятичасовой рабочий день — и ничего сверх того? Наверное, Джером и сам ведет такой образ жизни? Она припомнила, как изумилась секретарша, когда босс сказал, что днем его не будет. Сразу видно, что капитан нечасто отходит от штурвала.

Возможно, по причине того, что Джером пропадает на работе, его брак и потерпел крах. Чарити, кажется, назвала бывшую жену Джерома шлюхой. Может, Джером все силы отдавал бизнесу, поэтому жена, на которую он не обращал внимания, отбилась от рук? Такое бывает. Придется попросить Чарити вытянуть из отца все, что тому известно о женщине, на которой Джером был женат. Уж очень интересно, сколько длился этот брак и как давно завершился разводом.

Бриджит поежилась от внезапно пришедшей в голову мысли о детях. Ей бы не хотелось, чтобы у Джерома были дети. Строго говоря, ей не хотелось, чтобы у него и жена была. То, что в свое время он мог любить кого-то, было ей неприятно.

Но теперь-то, идиотка, он ни в кого не влюблен! — ехидно заметил внутренний голос. Во всяком случае, не в тебя! Ему надо сделать над собой немалое усилие, чтобы это случилось. А пока он хочет всего лишь затащить тебя в постель. Чем все и закончится, он сам это признает. В пятницу ты пыталась его соблазнить, и он наконец поддался искушению. Помни об этом и не начинай строить воздушные замки. Не может быть и речи о подлинном внимании, о нежности, о настоящей любви. Все дело в удовлетворении элементарной физиологической потребности.

У Бриджит болезненно сжалось сердце. Неужели Чарити права? Неужели я влюбляюсь в Джерома?.. Или уже влюблена?!

Этого она не знала. Да и откуда ей было знать? Она никогда не влюблялась и понятия не имела, что при этом чувствуешь. Может, ее просто снедает похоть? Во всяком случае, мыслям о Джероме неизменно сопутствовали нескромные мечты о сексе. Бриджит не могла не думать, как пройдет их близость. Субботний вечер еще нескоро. Решимость сказать Джерому о своей невинности заметно ослабла, когда Бриджит представила, как он тут же даст ей от ворот поворот: зачем связываться с неопытной девчонкой?

Вот этого ей не хотелось. Ни в коем случае. Бриджит надеялась снова ощутить ласки его губ, его рук, почувствовать приятную тяжесть его тела…

Боже милостивый, о чем я мечтаю?! — изумилась она. Если я не хочу, чтобы в первый же день меня выгнали с работы, надо выкинуть из головы все эти любовно-эротические бредни!

Но не думать о Джероме было совершенно невозможно, тем более когда Бриджит оказалась в его приемной. Орудуя тряпкой, девушка радовалась, что Кэти уже немолода, поскольку в противном случае непременно приревновала бы Джерома к секретарше.

Является ли ревность признаком любви? Или всего лишь страсти? Но в любом случае она — признак каких-то чувств. Бриджит часто слышала обвинения, что она бессердечна, что ее никто не интересует, кроме нее самой. Все обиды поклонников были Бриджит как с гуся вода, поскольку эти молодые люди ее ни капельки не интересовали. Ей и в голову бы не пришло ревновать к девице, покусившейся на Малкома Уитфилда или на любого из парней, с которыми она встречалась. Но мысль, что Джером может кем-то увлечься или проводить время с другой женщиной, доставляла Бриджит настоящую боль.

Она включила пылесос и яростно набросилась на ковровое покрытие. Любовь или страсть, если из-за них так страдаешь, ей категорический не нравятся!