Зеленые святки

Авдюхина Софи

Козинаки Марина

В древних подземельях под Росеником друзья становятся свидетелями странного разговора двух незнакомцев. Затем из города при загадочных обстоятельствах исчезает всеми уважаемый профессор Звягинов. Кто и зачем похитил могущественного мага? И какое отношение к этому имеет замкнутый и нелюдимый внук главной наставницы? Друзья ведут собственное расследование, желая найти разгадку. Все тайны раскроются на Зеленые святки. Жизнь в Заречье потечет своим чередом: Мите и Севе предстоит наконец-то пройти Посвящение, младшим колдунам – получить Руны отличия. А потом всех ждет грандиозный праздник в честь Летнего солнцестояния и окончания учебного года. Но станет ли это концом истории?

 

© М. Козинаки, С. Авдюхина, 2015

© М. Козинаки, фотография на обложке, 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

 

Глава первая. Похищение

Автомобиль летел сквозь снежную бурю по бесконечному шоссе. По обеим сторонам дороги сливались в неразборчивые пятна сосны вперемешку с березами – типичный лес для этой местности. Снежинки, на большой скорости врезающиеся в лобовое стекло, напоминали планеты, а ночь за окном – бескрайнюю вселенную.

– Мне казалось, этот путь должен быть намного короче… Странно. Проверь еще раз по карте, – сказала женщина на пассажирском сиденье, обращаясь к мужу.

– Навигатор барахлит, – мужчина неуверенно кивнул на прибор с погасшим экраном.

– Вот уж не вовремя! – Она уже минут пять слышала шорохи, доносившиеся с заднего сиденья, но боялась обернуться – сын наверняка проснется голодным и расплачется. Она надеялась дотянуть до ближайшей заправки, чтобы разогреть еду и не останавливаться посреди ночи в лесу.

Машина внезапно стала терять скорость и все-таки затормозила у обочины. – В чем дело? – спросила женщина.

– Хочу проверить навигатор, – муж сдернул навигатор с крепления и нажал кнопку сбоку – Еще одна такая развилка без указателей, и мы уедем совсем не в ту сторону… Без карты тут не обойтись.

– Мам, – вопросительно раздалось из-за спины, и молодая женщина повернула голову.

Мальчик приподнялся на коленях и глядел в окно, словно там происходило что-то интересное. На деле же только бешено сыпал снег, да покачивались в свете фар макушки деревьев.

– Потерпи, сынок. Мы скоро приедем.

– Мам, там огоньки. Огоньки! – Палец уперся в стекло, под ним расползался темный теплый след.

– Да-да, конечно. Посмотри на них, а мы пока разберемся с картой.

Мужчина все еще крутил в руках навигатор, но тот не желал включаться:

– Наверное, придется ехать так, все равно пока по прямой. Может, дальше будут хоть какие-то знаки.

– Огоньки, огоньки, – сонно твердил кроха с заднего сиденья. – Это город, мама?

– Конечно, город. Волшебный! – успокаивающе ответила женщина, наблюдая за тем, как замигал и снова погас прибор, без которого можно было заблудиться окончательно. И только тут вдруг крутившаяся уже пару минут мысль достигла своей цели, и женщина удивленно подумала: «Огоньки? Какие еще там огоньки?»

Она повернулась к окну и всмотрелась в темноту леса – туда, куда глядел ее малолетний сын, но кроме бархатных заснеженных кустов ничего не увидела.

– Вот же! Город! – чуть радостнее воскликнул мальчик. – Окна! Огоньки!

– Где? – Что-то странное шевельнулось внутри, необычное ощущение, от которого стало зябко.

– В лесу.

– Дорогой, это не город… Это…

Внезапно лицо ее вытянулось, а затем исказилось гримасой ужаса. На уровне темных стволов померещилось движение.

– Едем! Быстро! – вскричала она.

– Что? – муж от испуга выронил бесполезный навигатор и тут же завел машину.

– Быстро! Уезжаем сейчас же!

Женщина отвернулась от окна, за которым всего в нескольких метрах от шоссе, в снежной тьме, окутанные метелью, словно тонкими шалями, стояли три или четыре фигуры в рогатых масках – огромные, жуткие, покрытые лохматым мехом.

Автомобиль взвизгнул на скользкой дороге и рванул с места.

* * *

– Полина! – Маргарита бросилась навстречу Водяной колдунье.

Полина, обернувшись на зов, выронила все сумки, которые держала в руках:

– Маргарита!

– Я как будто лет сто тебя не видела!

– Да, так и есть!

Они обнимались, наверное, целую минуту, смеясь и раскачиваясь из стороны в сторону, даже чуть не упали на проходившего мимо рыжеволосого колдуна Славу.

Над Белой Усадьбой густо и тихо падал снег. В небе не было звезд, его затягивали облака, почти не видимые этим вечером. Дорога от заброшенной железнодорожной станции до ворот подсвечивалась праздничными фонариками. Маргарита мысленно еще слышала стук колес поезда «Мурманск-Владимир» и до сих пор не верила, что поезд действительно остановился у старой платформы Росеника. Все пассажиры в купе спали, хотя было только шесть вечера, и предупредить о скорой остановке пришла не проводница, а какой-то высокой господин, чья одежда лишь отдаленно напоминала форму работников железной дороги. Вместе с Маргаритой господин не вышел, сказав, что «кое-кого нужно подбросить до Зорника», зато у заснеженного маленького вокзала ее уже ждал извозчик. Лошадь была укрыта нарядной попоной, на оглобле позвякивали бубенцы.

Теперь же Огненная колдунья стояла в холле старинного особняка, медвежья голова на стене бросала расплывчатую и неправдоподобно большую тень на значительную часть помещения, кристаллы-светильники горели ровным теплым светом, а свечи на столе домового Батмана, наоборот, помигивали. Маргарите казалось, что она не виделась со своей соседкой по избушке не две недели, а гораздо дольше. Полина Феншо выглядела все такой же худенькой и бледной, ее волосы, подстриженные выше плеч, выбивались из-под темно-вишневого берета и смешно торчали над объемным шарфом.

– Ты как? Уже давно здесь? – спросила Полина.

– Я приехала час назад! Не знаю, что тут произошло в наше отсутствие, но я только что видела Арсения Птицына и его подружку Аленку. И на них обоих были кудрявые шубы на пять размеров больше и маски с козлиными рогами.

– Ты точно хорошо спала в поезде? – засмеявшись, спросила у подруги Полина, пока они поднимались на второй этаж.

Девочки быстро разложили свои вещи по шкафам и снова встретились на этаже, чтобы отправиться на небольшую вечернюю прогулку На ступеньках крыльца лежали целые сугробы. Дорожки парка давно не чистились, и там, где хватало света от закрепленных на елках светильников, виднелись глубокие вмятины – наверняка это Воздушные колдуны прыгали туда с высоких веток.

– Как прошли твои… каникулы? – спросила Маргарита. – Если это можно назвать каникулами… здесь почти никто не употребляет такое слово, ты заметила?!

Полина улыбнулась:

– Я хотела тебе написать обо всем. Но перед самым Новым годом мы отправились во Францию, и у меня возникли проблемы с местной почтой. Никак не могла объяснить почтовой фее, куда нужно отправлять письмо. И вообще не скажу, что каникулы получились такими уж веселыми. Конечно, Микоэль не давал мне скучать – мы отмечали Ноль вместе с его друзьями из Франции и Ирландии, сходили на рок-концерт и побывали с потусторонней соседкой в Диснейленде, а вот в Москве все обстояло не так хорошо. Я встретила свою бывшую лучшую подругу. И мальчика из класса, который мне раньше нравился.

– Что-то не слышу радости в твоем голосе, – иронично заметила Маргарита.

– Это все так странно. Я не смогла больше с ними общаться, – Полина пригладила свои короткие русые волосы. – Мне показалось, что я стала… какой-то не такой.

– Конечно! Ты теперь чувствуешь настроение воды и знаешь, что предком человека может быть нечисть! – рассмеялась Маргарита.

– Но ведь это не делает меня лучше потусторонних? – неуверенно произнесла Полина. – А я именно так себя и чувствовала… Будто что-то важное понимаю, а они – нет.

– Знакомое чувство.

– Знаешь, тетя подарила мне новый телефон, но я оставила его дома. Моя подружка решила бы, что я сошла с ума.

– А если бы ты взяла его сюда, тогда Анисья решила бы, что ты сошла с ума.

– Точно, – согласилась Полина. – Кстати об Анисье! Ты не знаешь ничего нового о ней?

– Она писала мне, что у нее есть важные новости, хотя о них нельзя сообщить в письме, – ответила Маргарита.

– Василиса как-то дозвонилась до меня и сказала то же самое.

– Ха, так они нас с тобой поделили!

– Да, я это уже давно заметила, – сказала Полина. – Анисья предпочитает общаться с тобой. Меня она как-то недолюбливает.

– Не расстраивайся. Наверняка она мечтала родиться Водяной колдуньей и теперь не может пережить, что вся слава досталась тебе.

– Ты все шутишь, Марго!

Тем временем подруги совершили небольшой круг по заснеженному парку и теперь неторопливо двигались обратно к крыльцу. На улице давно стемнело, приближалось время ужина.

– В столовую пойдем? Говорят, там сегодня что-то экзотичное на десерт!

– Экзотичное? – переспросила Полина. – Неужели устрицы?

– Да, устрицы в шоколадном сиропе, как тебе? – почти серьезно предположила Маргарита.

– Фу, это ужасно, должно быть, – засмеялась Полина и последовала за Огненной колдуньей, свернувшей ко флигелю, где располагалась столовая.

От резной двери, за которой скрывалось теплое помещение, наполненное аппетитными запахами разнообразных блюд, их отделяло лишь несколько шагов, когда девочки заметили недалеко от входа невысокую колдунью в длинном светлом плаще, разговаривающую с каким-то юношей. Те обменивались фразами на повышенных тонах и, казалось, не обращали внимания на проходящих мимо людей.

– Это допрос? Какая разница, где я провел эти дни? – немного устало и раздраженно произнес колдун.

Полина взглянула на Маргариту: та замедлила шаг, делая вид, что разглядывает красивый ледяной рисунок на окне столовой.

– Это Дима, – тихо шепнула она подруге. – Огненный маг. Вроде бы он уже прошел Посвящение. По крайней мере, я пару раз видела его в обществе старшего колдуна Василия, который продает настойки. И он был на том шуточном посвящении, когда мы только попали в Заречье.

Разговаривающие стояли чуть в стороне от протоптанной в снегу широкой тропинки, ведущей к столовой. Полина сама не понимала, почему они с Маргаритой вдруг решили подслушать не касающийся их разговор, но ничего не могла с собой поделать, а только, вопреки голосу совести, все медленнее передвигала ногами.

– У меня создается ощущение, что тебя совершенно не волнует, что произошло.

– Что здесь делает Велес? – прошептала Полина, узнав по голосу главную наставницу. – Она уже вернулась из своей поездки?

– Пару часов назад, когда я приехала в Белую Усадьбу, ее тут еще не было. Я слышала, как Батман говорил об этом Нестору.

– А что я могу сделать? – возразил Вере Николаевне юноша. – Я всю жизнь перед вами в чем-то виноват.

– Я не обвиняла тебя ни в чем. Просто спросила, – стальным голосом произнесла Велес.

– Просто спросила? Да вы же все уверены, что я Темный, – с невеселой усмешкой ответил колдун. – Но это не так, к сожалению, – Дима сделал акцент на последнем слове. – Хоть в чем-то оправдал бы ваши ожидания.

Внезапно Полина почувствовала какое-то движение под своей правой ногой, а в следующую секунду сухая ветка, на которую она случайно наступила, предательски хрустнула. Маргарита успела притянуть подругу к себе, прежде чем Велес повернула голову в их сторону. Достигнув наконец двери, они вбежали внутрь и, поспешно скинув куртки прямо в руки домового, очутились в шумном зале.

Маргарита тут же решительно прошла вперед и, приблизившись к столу с блюдами, стоящему посередине первого этажа, принялась с притворным интересом разглядывать тарелки с пирогами. Полина тоже делала вид, что никак не может выбрать себе подходящее блюдо, и косилась на входную дверь. За время каникул привычный флигель с ажурными столиками и стульями, словно сплетенными из растений, застывших под действием заклинания, довольно сильно изменился. Он был пышно украшен еловыми ветвями, венками из шишек и разнообразными рогатыми масками. На всех столах горели свечи и стояли корзинки со сладкими рогаликами. Прямо посреди столовой возвышалась уже немного осыпавшаяся ель, ее лапы украшали фигурки животных и прозрачные шары, внутри которых можно было рассмотреть засушенные цветы.

Как только Маргарита определилась с ужином, дверь распахнулась, и, бряцая связкой амулетов на шее, Вера Николаевна вошла в столовую. Длинные седые волосы ее перехватывала лента, в многослойных одеждах, ниспадающих до самого пола, сочетались несколько оттенков коричневого, на шали были вышиты яркие лубочные цветы.

– Как ты думаешь, она поняла, что мы подслушивали? – спросила Маргарита, когда они сели за один из столов, уютно скрытых за резным столбом, упирающимся в потолок.

– Не знаю… Надеюсь, подумала, что мы просто проходили мимо. Она сейчас разговаривает с Лисой? – спросила Полина, повернувшись спиной к столу, за которым как раз сидела Дарья Сергеевна. Конечно, нужно было подойти и поздороваться со своей наставницей, но момент сейчас явно был не самым подходящим.

– Вера Николаевна, наконец-то вы здесь! – в ответ на вопрос Полины до девочек донесся веселый голос наставницы Воздушных магов. – Я так понимаю, вам уже известно, что некоторые колядующие снова пугали у дороги потусторонних?

Полина поняла, что речь шла не о них с Маргаритой, но все же предостерегла подругу:

– Слушай меня, Лиса читает мысли. Я уже привыкла, но не знаю, как защищаться от этого. Так что постарайся не встречаться с ней взглядом и вообще лучше не подходи близко.

– Судя по выражению лица Дарьи Сергеевны, ей сейчас не до нас, – протянула Маргарита, украдкой бросая взгляды на разговаривающих наставниц. – Кажется, будто Велес только что сообщила ей какую-то ужасную новость.

– Надеюсь, она расстроилась не из-за того, что ее воспитанницу уличили в подслушивании, – невесело усмехнулась Полина. – Не хочу, чтобы Лиса, а тем более Велес, знала, что мы слышали этот разговор. Хотя, если честно, я не поняла его сути.

– Я тоже, – отозвалась Маргарита. – Но Дима вел себя очень странно. Велес ведь не просто наставница – она самая главная наставница!

– И удивительно, что она ему ничего не сказала по этому поводу, правда?

* * *

Утром Маргарита проснулась с ужасной головной болью. То ли будильник Петушок действительно пел настолько пронзительно, то ли слух слишком обострился из-за недомогания, но она пообещала маленькой золотой птице выбросить ее в окно, если та еще хоть раз посмеет издать столь раздражающий звук.

Помимо сваленных в кучу книг, восковых свечей разных форм и размеров, склянок для зелий и стопок бумаги, сделанной, по словам продавца, из лепестков кувшинок, на ее столе стояла большая круглая чашка с кристально чистой водой. «Коляда» – гласила надпись на приложенной к ней записке. Маргарита с минуту непонимающе смотрела на чашку, стараясь сообразить, что с ней надо делать. Но окончательно проснувшись, вспомнила об одном Обряде, на котором Марья Кощеевна рассказывала о снеге, собираемом в канун Зимнего солнцестояния со стогов сена. Снег этот считался целебным, в растаявшем виде он хранился в закромах всех лекарей.

Маргарита взяла чашку и пошла в ванную комнату умываться. Ледяная вода мигом вернула бодрость, а пульсирующая в голове боль приутихла.

К тому времени как Маргарита оделась и спустилась в столовую, Полина уже сидела там в компании Светослава и Забавы: все трое разглядывали каталог амулетов «на удачу», каким-то образом оказавшийся на столе.

– Привет, – улыбнулась Маргарита, опустившись на соседний стул и поставив перед собой кружку горячего чая.

– Доброе утро, – отозвались ребята.

– Это новый шедевр от Розалии Павловны? – Маргарита вынула из стоящей на столе корзиночки мягкий рогалик.

– Их пекут в честь дня рождения Велес, – сказала Забава. – Его здесь отмечают до Водокреса.

Относительную тишину вдруг нарушил оглушительный грохот. Все повернулись на звук и увидели наставника по Огненной магии, Егора Маливиничка, распластавшегося на полу рядом со своим подносом с едой. Большинство присутствующих тут же снова повернулись к своим тарелкам, чтобы незаметно посмеяться над Маливиничком, и никто даже не сделал попытки помочь ему подняться. Маргарита бросила взгляд на стол наставников, за которым на этот раз сидела только Дарья Сергеевна, но и та лишь мрачно усмехнулась и опустила глаза.

– Нет, ну это нормально? – одной Маргарите было не до смеха. – Почему этот растяпа достался именно Огненным?

– Брось, Маргарита, он такой забавный, – ответил Светослав.

– Не вижу ничего забавного!

– Его ведь держат здесь не просто так – возможно, в его непосредственности скрыта мудрость.

– Ты издеваешься?

– О, можно я возьму почитать? – подала голос Полина, указав пальцем на свернутый трубочкой большой журнал.

– Да, – ответил Светослав. – Конечно. Ладно, я вас оставлю. Приятного аппетита.

Светослав поднялся со стула. Забава тоже встала и направилась к выходу, помахав всем рукой.

– Может быть, здесь есть что-нибудь про меня? – спросила уже ко всему привыкшая Полина. – Когда они успевают меня фотографировать, интересно? Я ведь даже этого не замечаю. О, Маргарита, смотри!

Полина положила «Тридесятый вестник» на стол и ткнула пальцем в портрет пожилого мужчины с пенсне на носу.

– Кто это?

– Слушай: «Вчера в Росенике, считающимся самым безопасным городом Светлых магов, было совершено нападение на дом профессора Звягинова и его жены. Из дома ничего не похитили. Ничего, кроме самого профессора. Он бесследно исчез. Улики, оставленные похитителями, указывают на борьбу. Видимо, профессор Звягинов не желал сдаваться без боя, в результате чего некоторые предметы мебели и артефакты, представляющие немалую историческую ценность, пострадали. Напомним, что жена профессора – Вера Николаевна Велес – является главным наставником Заречья и Белой Усадьбы, и не исключается версия, что похищение как-то связано с ее деятельностью. Теперь стражи порядка города Росеника опасаются за судьбу не только профессора, но и всего Светлого сообщества в целом. Если кто-то смог пробраться в дом главной наставницы, засекреченный и защищенный всеми возможными способами, то что говорить о безопасности жилищ простых граждан? Профессор Звягинов – крупнейший исследователь и ученый в различных областях магии. Его открытия в сфере использования артерий Семаргла уникальны и очень важны. Также, по слухам, профессор Звягинов является хранителем некой секретной информации, которая, возможно, и понадобилась таинственным похитителям».

Полина подняла удивленные глаза на подругу.

– Кто-то напал на мужа Велес и похитил его?

– Мне кажется, вчерашний разговор Веры Николаевны с Димой и это похищение как-то связаны между собой, – задумчиво произнесла Маргарита.

– Вероятно. Хотя причем тут Дима?

– Не знаю… Но меня не покидает чувство, что я уже слышала фамилию этого профессора.

– Правда? Нет, мне она абсолютно незнакома. Зато меня волнует… та Странница, которую мы случайно привели к дому Велес, помнишь? Боюсь, что она тоже связана с этим похищением.

– Странно, что вокруг не говорят об этом, – сказала Маргарита, притянув журнал к себе и внимательно вглядываясь в добродушное лицо Звягинова.

– Я уверена, что к обеду все прочитают статью и начнут ее обсуждать! Ой, мы опаздываем на Целительство!

* * *

Густав Вениаминович как раз пытался удержать в воздухе плакат с изображением каких-то разноцветных точек на теле колдуна, когда Маргарита с Полиной ворвались в его гостиную.

– Извините, – пискнула Полина и на цыпочках прокралась за Маргаритой к столу, где уже сидели Анисья с Василисой.

– Так-так, главные болтушки опоздали. Выспались? – с иронией в голосе поинтересовался целитель.

– Нет, никак не могли оторваться от десерта в столовой! – ответила невпопад Полина.

– Представляете, там подавали устриц в шоколадном сиропе! – закончила Маргарита.

– Устриц в шоколадном сиропе? – переспросила Анисья у давящихся от смеха подружек, когда те опустились на соседние кресла.

Полине показалось, что за эти неполные две недели она успела отвыкнуть от необыкновенной красоты Анисьи Муромец. Длинные золотистые кудри колдуньи были затейливо перевязаны шелковой лентой, а светло-зеленые, словно лист осины, глаза придавали ее лицу какую-то завораживающую таинственность. На первый взгляд в ней не было ничего яркого, но оттого лишь сильнее хотелось ее разглядывать: как красиво расходятся от переносицы брови, какого оттенка легкий румянец у нее на щеках, какая необычная, загадочная улыбка… и как при такой красоте она могла оставаться и несносной гордячкой, и одновременно такой талантливой колдуньей?

К этому моменту Жаба, как местные колдуны называли наставника по Целительству, умеющего оборачиваться этим земноводным, справился с плакатом, который закручивался то сверху, то снизу, и принялся рассказывать о растении под названием «белладонна». При этом рука его застыла на уровне глаз изображенного мага.

– Что там с Ярилиной рукописью? – спросила Маргарита, делая вид, что записывает слова наставника.

Анисья с Василисой переглянулись.

– Мы ее нашли.

– Что? – вскрикнула Огненная колдунья, и все присутствующие повернулись к ней.

– Что конкретно вы не поняли? – сказал Жаба, глядя на нее из-под лениво прикрытых век.

– Я… я, извините, все уже поняла, – Маргарита покраснела и уткнулась в лист шершавой «кувшинковой» бумаги – писать на бересте она так и не привыкла.

– Вы нашли Рукопись? Но где? Как? – в голове Полины возникла целая гора вопросов.

– Расскажем после Целительства, – таинственно отозвалась Анисья.

– Белладонна, – тем временем продолжал своим гнусавым голосом Густав Вениаминович, – это растение, которое еще называют «красавка» или «бешеница». Использовать его нужно крайне осторожно, неверное количество сока белладонны может превратить ваше зелье в смертельный яд или вызвать у принявшего его колдуна настоящее безумие.

– Но… нет, я не доживу до конца его монолога, – воскликнула Полина. – Я сгораю от любопытства!

– Но почему вы стали искать ее без нас?! – спросила Маргарита, и в ее голосе послышались ноты обиды.

– Все расскажем потом. Мы не могли ждать, у нас была всего пара часов, и такого шанса могло больше не представиться!

– А вы случайно не знаете, кто такой Звягинов? – спросила Полина.

– Это муж Велес. Он вроде бы какой-то профессор. А что?

Полина порылась в сумке и выудила оттуда помятую журнальную страницу, на которой был напечатан портрет мужчины в пенсне. Она передала страницу Анисье с Василисой, и те склонились над статьей.

– Белладонну используют для приготовления очень многих снадобий. Не подскажете, Анисья, благодаря какому свойству?

Густав Вениаминович вырос прямо за спиной колдуньи и неодобрительно взглянул на журнал, лежащий перед ней.

– Благодаря тому, я полагаю, что нет таких компонентов, действие которых это растение могло бы нейтрализовать, – не растерявшись, ответила Анисья.

– Конечно, это самое очевидное. Но я бы хотел получить другой ответ. И не советовал бы вам на Целительстве отвлекаться на всякие… – удивленный взгляд Жабы скользнул по портрету профессора Звягинова, – посторонние… вещи…

Он бесцеремонно взял журнальный листок с их стола.

– Итак, вернемся к свойству белладонны.

– Теперь понятно, о чем вчера весь вечер шептались родители! – тихо произнесла Анисья за спиной у Густава Вениаминовича, успев пробежать глазами статью. – И еще это срочное вече…

– Это еще не все, – отозвалась Маргарита и рассказала девочкам о том разговоре, который она и Полина подслушали вчера у столовой.

– Дима? Ты уверена, что это был Дима? – взволнованно переспросила Анисья.

– Да! – Маргарита немного удивилась от того, что Анисья, казалось, знала этого старшего Огненного колдуна. – Он вел себя просто ужасно. Так отвечал Вере Николаевне! Я бы выгнала его из Заречья, будь я на ее месте.

– Велес не может его выгнать, – мрачно ответила Анисья. – Он же ее внук.

Подняв голову, она встретила изумленный взгляд двух пар глаз.

– По одной легенде, белладонна обладает исключительной особенностью: с помощью этого растения женщина может сделать мужчину своим рабом, он будет исполнять любые ее прихоти.

Среди ребят раздались смешки.

– Но это всего лишь легенда. В это уже давно никто не верит. Другое же свойство белладонны, более реальное, которое применяется на практике, – то, что она может возвращать зрение, отнятое при помощи заклятия. Для этого необходимо приготовить определенное снадобье. Белладонна используется и в других целях, например…

– Так это был ее внук… – протянула Полина, в чьей голове начала понемногу складываться сложная картинка. – Вы помните мое гадание? Тот гороскоп, который я составила Велес?

– Я сейчас тоже о нем подумала, – сказала Василиса. – Ты предсказала поездку, да? И она состоялась. Я знаю, что Вера Николаевна была в Небыли. А потом обман! Обман близкого человека!

– Да, но обман этот должен был раскрыться и обрадовать Велес! Глупость какая-то! – Полина почесала лоб. – Скажите, а это правда так страшно, что Темные похитили Звягинова? Он правда много знает?

– Да, – кивнула Анисья. – Звягинов возглавляет все секретные исследования в области Огненной магии. Ему доступны такие тайны, которые… Маргарита, что с тобой?

Маргарита хлопнула ладонью по столу и вытащила из сумки толстую книгу под названием «Огненная магия, ее постижение и применение. Первая ступень».

– Это ж надо быть такой дурой! Звягинов Эдуард Юрьевич – автор моего пособия по Стихии! Вот почему эта фамилия казалась мне знакомой! Даже просто со страниц книги он объясняет огненное колдовство лучше, чем Маливиничок вживую.

* * *

И все-таки Земляные колдуны имели много преимуществ перед представителями других стихий. Митя бежал так быстро, что Сева еле поспевал за ним, а в конце концов отстал от друга не меньше чем на пару десятков метров. Спасала только телепортация, но на нее пока что расходовалось слишком много сил. От бега на морозном воздухе разболелось горло и растрепались и без того взъерошенные волосы.

– Вон они, – сказал Муромец, забегая в столовую с улицы и уворачиваясь от пролетевшей мимо стаи чашек.

– Да, они разговаривают о Рукописи, – ответил Сева, стаскивая куртку.

За столом у окна Водяная колдунья сидела в компании своих подруг, и Анисья, размахивая руками и качая головой, что-то говорила.

– Но тут послышались голоса! – воскликнула она.

Митя и Сева подошли к девочкам и сели на свободные стулья.

– О! Вот и вы, наконец-то! – Анисья оторвалась от своего повествования. – Где же вы были? Мы столько всего должны рассказать.

– Привет всем, – кивнул Сева.

Девочки приветливо улыбнулись – даже Полина, которая после захватывающего рассказа Анисьи позабыла, что в присутствии Воздушного колдуна должна вести себя сдержанно и равнодушно.

– Во-первых, Анисья, – начал Митя. – Спасибо за подсказку насчет Рарога и оружия. А еще за предложение подходить к книге по очереди.

– Так вы тоже там были? – изумленно воскликнула Василиса. – Вы спускались в подземелье?

– Ради такого можно и пропустить встречи с некоторыми наставниками, правда? – отозвался Митя.

– Угу, было бы из-за чего, – сказал Сева.

Девочки переглянулись. Сева, уловив направления их взглядов и обрывки мыслей, добавил:

– Не стоило туда идти ради того, чтобы ничего не увидеть.

– Что ты имеешь в виду? – Анисья нахмурилась, словно пытаясь понять смысл произнесенных Севой слов.

– Что значит, ничего не увидеть? – переспросила Василиса.

– Ой, да бросьте вы! – встрял Митя. – Неужели вы не признались подружкам, что книга оказалась пустой?

– Пустой? – хором отозвались Василиса с Анисьей.

– Да, – Митя кивнул. – Мы видели Ярилину рукопись сегодня утром, и страницы в ней были чистыми. Конечно, есть предположение, что это вовсе и не та книга, которая нам нужна…

– Страницы в ней не были чистыми! Мы видели заклинания, тексты! – Анисья повысила голос.

– Ну я же не слепой, Анисья!

Сева, удивленный таким поворотом событий, на секунду прикрыл глаза и сосредоточился на Анисье. Врала девчонка или нет? Тут же перед его внутренним взором замелькали отдельные картинки: потемневшая от времени книга, да, та самая, до которой всего несколько часов назад дотрагивались Севины пальцы, берестяные страницы, исписанные рунами, которые вдруг принялись изменяться и перемещаться по листу «Земля, три, воин» – обрывки какой-то фразы, написанной на современном языке. Витиеватый заголовок, выполненный красными чернилами…

– Они говорят правду, – сказал Сева, и его друг удивленно моргнул. – Это точно.

– Но как… Почему мы ничего не увидели? – Митя поглядел на Василису, будто та могла дать ему ответ. – Рукопись лежала в квадратной комнате на невысоком постаменте, так? Но никакого сияния и свечения, про которое Анисья написала мне в записке, не было. Мы подошли ближе, открыли книгу, но… там не оказалось ни слова! Я не понимаю, почему?

– Не знаю, может быть, Лиса успела предупредить Велес о чем-нибудь? – предположил Сева. – Мне кажется, она смогла прочесть часть твоих мыслей, пока мы отмывали комнату, и Вера Николаевна каким-то образом заколдовала Рукопись.

– Но при чем тут Вера Николаевна? – спросила Анисья.

Сева уставился на нее и только тогда сообразил, что девочки даже не подозревали, в чьем доме хранилась Ярилина рукопись.

– Так вы были у нее в гостях, – с улыбкой отозвался Митя и засмеялся, увидев их вытянувшиеся лица. – Сегодня мы друг друга удивляем, не правда ли? Мы ничего не увидели в книге, зато вы не знали, куда ходили. Да-да, руной Марса отмечен дом главной наставницы Заречья, а на воротах изображена Рарог, а не жар-птица, как мы ошибочно полагали. Так что же вы увидели в книге?

– Я успела спросить только про то, как вернуть у Рарога свою магию. Книга отвечает на вопросы или что-то вроде этого, – ответила Василиса.

– А я ничего не увидела. Точнее, увидела, но не поняла. Не смогла так быстро разобраться с древними языками.

Сева покосился на Анисью. Он был уверен, что не ошибся: видел ее мысли и четко разглядел слова, написанные на современном языке.

– Постойте-ка! – воскликнула Водяная колдунья. – Выходит, что вчера днем Анисья и Василиса были в доме Веры Николаевны! И вчера днем из этого же самого дома похитили профессора Звягинова! Кхм…

– Что ты сказала про Звягинова? – Митя повернул к ней голову.

– Настала наша с Маргаритой очередь вас удивлять, – улыбнулась Полина и рассказала все о похищении мужа Велес и о подслушанном разговоре наставницы со своим внуком.

– Она обвиняла Диму? – уточнил Митя.

– Не совсем, – пояснила Маргарита. – Дима счел ее слова обвинением. Еще он сказал про то, что вся семья считает его Темным колдуном, но что на самом деле это не так.

– Конечно, вся семья Велес считает его Темным колдуном! – со злой иронией произнес Сева. – Это кто ему сказал? Кажется, парень решил добавить себе важности. Из него такой же Темный колдун, как из меня… прекрасный принц.

– Он мне не очень нравится, хоть и Огненный, – сказала Маргарита.

– Зато сам Дима терпеть не может Заиграй-Овражкина, – усмехнулся Митя. – Представляете, они однажды даже подрались.

– Все, Муромец, это уже слишком! – оборвал его ДРУГ.

– Постойте, мы забыли кое о чем, – тихо сказала Василиса. – Я так и не объяснила, почему не успела задать Ярилиной рукописи все интересующие меня вопросы. Нас с Анисьей прервали. Мы услышали голоса за стеной: говорили двое мужчин. Один из них сказал что-то про убийство. Кого-то убьют из-за кольца или из-за того, что она, наверное, какая-то женщина, все узнает. И я только сейчас поняла вероятный смысл сказанных вторым человеком слов. Он ответил: «Мне все ясно, молодой человек. У меня нет выбора».

– Молодой человек? – удивленно спросила Маргарита.

– Да, меня поразило, почему он так странно обратился к своему собеседнику. Может быть, мы слышали разговор Звягинова и… Димы?

– Согласись, довольно нелепо называть собственного внука «молодым человеком», – сказала Полина.

– Но Звягинов не приходится Диме родным дедом, – ответил Митя. – Эдуард Юрьевич – второй муж Велес. И он с Димой никогда не был в особо теплых отношениях.

Повисло молчание.

– Что же получается, – неуверенно начала Маргарита. – О Ярилиной рукописи все знали?

– А мы с Василисой удивлялись, – разочарованно протянула Анисья, – почему же никто из родителей не догадался о карте… Да просто она никому не была нужна, все и так знали, где хранится книга!

– И тайна подземного хода, очевидно, никакая не тайна для древних семей, – подхватила Василиса. – Вот почему мы так легко разгадали, куда нужно идти, и как проникнуть сквозь Врата Велеса.

– Н-да, верно, похоже на то. Наверняка наследникам древних родов все это открывают после Посвящения. Но это не главное, – сказал Митя. – Сейчас гораздо важнее то, что мы вывели Странницу к дому Велес. Я уверен, это мы поспособствовали похищению профессора.

– Может быть, стоит рассказать Велес о том, что слышали Анисья с Василисой, когда были в подземелье? – предложила Полина.

– Что? Я не стану говорить Вере Николаевне, как пробралась к ней в дом!

– Но Анисья! Вдруг Звягинов в опасности? А те голоса, что вы слышали…

– Анисья права, – холодно заметил Сева, и Полина осеклась. – Сообщать Велес о том, что Анисья была в ее доме, не стоит. Все-таки она Муромец, а ее семейство не простит ей такую оплошность.

Анисья довольно улыбнулась. Полина вспыхнула:

– Да какое сейчас это имеет значение! Ее родители только порадуются, если узнают, что она помогла в поисках Звягинова!

– Но при этом узнают о том, что их дочь с кучкой друзей сначала вывела Странницу к его дому, а потом еще и сама пробралась в тайное хранилище, где лежит Ярилина рукопись. А это, поверь мне, их расстроит.

– Да ладно, хватит вам, – встрял Митя. – Полина тоже права: мы должны кому-то рассказать все, что знаем. Единственное, о чем предлагаю умолчать, так это о подслушанном разговоре Велес и ее внука.

– Я это и имел в виду, – пояснил Сева. – Если бы ты дал мне закончить, я бы сказал, что самой Велес мы не должны ничего сообщать, но с кем-то уж точно надо поделиться.

– Но с кем? – спросила Василиса.

– Давайте сначала обсудим все еще раз. Книга находится в подвале поместья Велес, и вы эту книгу видели и даже читали. Мы оказались в том же месте на следующий день, но не смогли увидеть в книге ничего. У меня есть предположение, что Дарья Сергеевна могла прочесть мои мысли в то время, когда я думал о подземелье и о том, что вы направляетесь к дому главной наставницы. Отсюда можно сделать вывод, что она предупредила Велес, и та наложила на книгу какую-то защиту.

– Это нечестно, когда наставница читает мысли! – воскликнула Анисья.

Сева бросил на нее неопределенный взгляд и продолжил за Митю:

– Сначала показалось, что Странницу, или тех, кто на самом деле похитил Звягинова, интересовала Рукопись. Это самый ценный предмет, который вообще можно себе представить. Но тогда почему никто не сделал попытки проникнуть в хранилище? Если принять за данность то, что Анисья с Василисой были в то время возле книги и слышали именно голос похитителя, выходит, что его не интересовала книга так, как интересовал непосредственно профессор Звягинов. А значит, можно предположить: либо похитители просто не знают о Ярилиной рукописи или месте ее нахождения, либо сам Звягинов знает нечто такое, что является гораздо более ценной информацией, чем все магические тайны, собранные в книге Ярилы.

– Но что это может быть? Что может быть важнее Ярилиной рукописи? – удивилась Василиса.

– Голоса говорили о каком-то кольце, – сообщила Анисья.

– И об убийстве, – добавила Василиса.

– Это мог быть только предлог. И пустые угрозы с целью выманить Звягинова из его дома, – сказал Митя. – Сомневаюсь, что кольцо, какими бы свойствами ни обладало, может сравниться с книгой. Склоняюсь к тому, что похитители вообще не знали о Рукописи.

– Вряд ли не знали, – ответил Сева. – За Рукопись велись войны. Не думаю, что Темные так быстро забыли о ее существовании.

– А что же насчет Димы? – напомнила Полина. – Он может знать и о Рукописи, и о тайной информации, которой владеет Звягинов! Может быть, он и правда как-то замешан в похищении?

– Может быть, он помогал Странникам или Темным? – подхватила Василиса. – Ведь не зря же его родная бабушка считает его Темным колдуном!

– Это он считает, что она считает… – начал Сева, но Митя его перебил:

– Я не думаю, что он имеет к этому отношение. Видите ли, мы знаем друг друга с раннего детства. Он тоже из древнего рода, и наши семьи тесно… – Он многозначительно посмотрел на сестру, но Анисья никак не отреагировала, – общаются…

– Да, – отозвалась Анисья. – Но я, напротив, полагаю, что он вполне мог совершить нечто подобное. Он не любит Звягинова.

– Мы запутались. Нам нужна свежая голова, – сказала Полина. – Чье-то независимое мнение. Объективное. Я все еще думаю, что мы должны рассказать кому-нибудь об этом.

– Определенно, – отозвался Митя. – Кому? Есть предложения? Дарье Сергеевне, например? Уверен, она и так уже знает о том, что девочки были в подземелье. Более того, она бывший неофит Веры Николаевны, хорошо знакома с Димой и Звягиновым.

– Нет, – вдруг сказал Сева. – Василиса, ты не могла бы вспомнить, что именно говорили голоса, которые вы слышали, находясь в хранилище?

Василиса моргнула, а Сева сосредоточился на ее мыслях.

– Что-то вроде… – начала рыжеволосая колдунья, но Сева уже ее не слушал.

Теперь он слышал только далекий мужской шепот, который отрывисто произнес: «Убьют… и ее… и всех остальных, ясно? Из-за кольца. Если кто-то узнает… тот, кто узнает, немедленно станет целью… у нас много способов это выяснить. Она даже не заметит, несмотря на всю свою силу».

– Нет, мы не можем рассказать Лисе.

– Но почему?

– Вы что, не слышали? – удивился Сева. – Василиса сказала, что «тот, кто узнает, умрет».

– Но ведь не ясно, что именно подразумевалось, – непонимающе протянул Митя.

– В том-то и дело. Мы совершили ошибку, выведя Странницу к дому Велес. Не хватало нам ошибиться во второй раз и подвергнуть опасности еще и Лису.

– Тогда можно рассказать Маливиничку, – тут же предложила Маргарита. – Его не жалко.

Все на секунду замерли, а потом дружно расхохотались.

* * *

Новость о похищении профессора Звягинова быстро разлетелась по всей Белой Усадьбе. Первые недели после происшествия воспитанников нередко можно было застать склонившимися над страницей из «Тридесятого вестника» с изображением исчезнувшего колдуна. Но стоило в поле зрения появиться главной наставнице, как все тут же делали вид, что спорят о свойствах горицвета или обсуждают особенности сезонных перевертышей. Вера Николаевна тем временем никоим образом не показывала мыслей и чувств, касающихся похищения ее мужа, разве что Земляные колдуны ощущали, что их наставница стала строже.

Анисья и Василиса медленно шли по белой тропинке, утопая по колено в сугробах мокрого снега. В этот день на улице стояла прекрасная погода: ясная и солнечная, и если бы не снег под ногами, можно было бы подумать, что наступила весна. Распущенные волосы Василисы искрились и переливались медными оттенками в пронизывающих воздух ярких лучах солнца, а кудри Анисьи отливали золотом. До встречи с Велес оставалось не меньше десяти минут, поэтому подруги могли не торопиться. Проходивший мимо колдун улыбнулся дочери знаменитых Муромцев, но та не подала виду, что заметила.

– Сегодня нужно будет рассказать и продемонстрировать все, что мы знаем о расщеплении. Но я почему-то ничего не помню.

– Не волнуйся, Василиса. Мы же нашли в нашей библиотеке древние свитки – наверное, самое старое упоминание об этом колдовстве! До такого уж точно никто не дошел! Если кому и стоит волноваться, то это Звездинке – у нее постоянно проблемы с теорией, да и с практикой тоже, – усмехнулась Анисья.

Именно в эту минуту мимо прошла Ася Звездинка, явно не случайно задев Василису плечом.

– Тебе не надоело с ней враждовать? – спросила Василиса, проводив Звездинку растерянным взглядом.

– Я не враждую ни с кем! Да и кто она вообще такая, чтобы я с ней враждовала? Наша семья уже давно обошла их.

Василиса решила не продолжать этот разговор, чтобы по сотому разу не выслушивать рассказ о самом богатом, самом древнем и непобедимом великом семействе Муромцев. Велес много раз твердила о том, что настоящие маги не испытывают таких чувств как ненависть, раздражение, гнев и зависть, но, наверное, это не распространялось на тех колдунов, чьи семьи враждовали столетиями.

– О чем вы спорили с Митей, когда я подошла? – спросила Василиса, останавливаясь на вытоптанной площадке, где уже собрались остальные Земляные колдуны.

– Он убеждал меня в том, что Дима не причастен к похищению Звягинова, – Анисья оглянулась по сторонам и перешла на шепот. – Не понимаю, с чего это мой брат вдруг встал на его сторону По-моему, все указывает именно на Диму К тому же я считаю, что он способен на подобный поступок.

– Ну, украсть мужа своей бабушки – это по крайней мере смело. Хотя ты права, Дима не внушает доверия.

Анисья хотела сказать еще что-то, но не успела: маленькая мышь, скользнувшая по белому снегу к центру поляны, обернулась Верой Николаевной.

– Я понимаю, – начала наставница без предисловий, – что сейчас не самый лучший сезон для практик на свежем воздухе, но сегодня это необходимо. В прошлый раз мы говорили о том, что Земляные колдуны способны расщепить некоторые окружающие их предметы на мельчайшие частицы. Но не буду углубляться в область физимагии. В боевой же магии это называется Физическим Щитом. Вы должны уметь расщеплять камень или дерево, если возникнет такая необходимость. В мирное время эти навыки чаще всего используют те, кто работает с различными природными материалами. Но никто не знает, какая ситуация может сложиться, – на секунду Вера Николаевна замолчала, и ее строгий взгляд, встречи с которым боялись многие колдуны, замер на снежинках, паривших в воздухе. Однако через пару мгновений она продолжила:

– Для начала я хочу, чтобы вы достали бересту и написали все, что знаете о расщеплении. Но главных вопросов два: какие предметы поддаются расщеплению, и по какому принципу расщепляется древесина. У вас есть несколько минут, затем перейдем к практической части. В ваших интересах ответить как можно быстрее, пока мы все тут не промокли, – она посмотрела на подол своего плаща, который потемнел от влаги подтаявшего на солнце снега.

Все начали рыться в сумках в поисках пишущих принадлежностей. Тем временем Вера Николаевна высушила землю под их ногами – оставшийся снег растаял буквально за несколько секунд, стоило ей провести над ним рукой, а вытоптанные участки земли высохли, словно солнце несколько часов уже грело по-летнему. Тут же рядом с каждым колдуном появились небольшие пни.

Анисья все никак не могла найти в своей сумке бересту и уже начала терять терпение:

– Да куда же подевалась эта чертова… Ой…

– Что такое? – Василиса повернулась к подруге.

– Все, теперь я точно не найду ее, – Анисья со злостью бросила белую сумку прямо на землю.

– Почему?

– Да как ты не понимаешь?! В детстве наша няня заколдовала все мои вещи, а вместе с ними, наверное, еще и книги – стоит мне сказать какое-нибудь ругательное слово, и я уже не могу их найти. Это сделано для того, чтобы дети не ругались. Особенно девушки из благородных семей. Но как этому следовать, если у тебя есть старший брат? – плаксивым голосом закончила Анисья.

Василиса прыснула:

– И сколько это длится? Теперь тебе всю жизнь нельзя произносить ругательств?

– Нет, но… это лишь иногда действует… – Анисья не договорила, поймав на себе довольный взгляд Аси Звездинки.

– И что тут веселого? – Анисья не смогла закончить свой выпад, ее прервал голос Веры Николаевны, которая до этого бегала между юными магами в обличим мыши, а теперь выросла прямо перед ней:

– Муромец! У вас осталась пара минут! Вы уверены, что хотите потратить их на разговоры?

Анисья метнула гневный взгляд на маленькую колдунью с длинными русыми волосами и опустила глаза, чтобы не смотреть на главную наставницу.

– Я забыла бересту…

– Что ж, тогда вам остается лишь надеяться, что кто-нибудь одолжит вам.

Пока Василиса строчила ответы, Анисья с ненавистью подумала про Звездинку: «Во всем виновата эта курица!»

Тут мимо ног девочки снова пробежала мышь, и мысли Анисьи тут же перекинулись на другой предмет, который не давал ей покоя в последнее время. С тех пор как исчез профессор Звягинов, прошел месяц, но никаких новостей не было. До сих пор никто не знал, где находится этот Огненный колдун и жив ли он. Подружки, как и Сева с Митей, пока не решились никому рассказать о своих зимних приключениях и о том, что видели Странницу в городе неподалеку от дома главной наставницы. После долгих обсуждений ребята пришли к выводу, что единственным человеком, с кем стоило бы поделиться этими знаниями, был Ирвинг, но тот пока не появлялся в Белой Усадьбе, а как связаться с ним, не вызвав подозрений и вопросов со стороны наставников, никто не знал. Более того, в глубине души девочки побаивались тех угроз, которые Василиса с Анисьей услышали в подвале поместья Велес. «Тот, кто узнает, умрет», – сказал таинственный голос, и подружки начинали понимать, что теперь и над ними нависла опасность: ведь они знали! Что именно? Это был уже другой вопрос. Анисья, например, знала, что Дима похитил Звягинова, Василиса же с Полиной и Маргаритой пребывали в твердой уверенности, что главную угрозу представляла их осведомленность о загадочном кольце, упомянутом похитителем. Сева с Митей делали вид, что не боялись ничего, однако больше остальных выступали за то, чтобы держать все в секрете от наставников.

«Как она может спокойно заниматься делами Заречья, когда ее муж находится неизвестно где? – подумала Анисья, глядя на Веру Николаевну, которая уже стояла в своем человеческом обличии в центре поляны. – Как она умудряется сохранять такое невозмутимое лицо? И почему Дима до сих пор как ни в чем не бывало разгуливает по Усадьбе? Все-таки Митя не прав».

Размышления Анисьи прервала Василиса, которая быстро справилась с вопросами и передала подруге писало. Анисья взяла его и уставилась на кусочек розовой бересты, который подруга положила перед ней. В голове все еще метались мысли о похищении Звягинова и об их визите в подземелье. Анисья не сомневалась, что один из голосов, услышанных ею тогда, принадлежал профессору, и этот голос называл своего спутника «молодым человеком». Вряд ли Эдуард Юрьевич стал бы так дружелюбно разговаривать с каким-либо другим похитителем. К тому же девочка просто не могла представить себе колдуна, который в одиночку пробрался бы в дом Звягинова и попытался украсть одного из самых сильных магов Росеника. Хотя, с другой стороны, полной уверенности в том, что похититель был один, Анисья не имела. Возможно, пока Огненный маг, сопровождаемый преступником, шел по темному коридору, в его доме наверху орудовали сообщники похитителя.

«Какая глупость! – воскликнула про себя Анисья, вспомнив, что из дома ничего не украли, а значит, никакие нарушители закона не рылись в ценных вещах Веры Николаевны и ее мужа, а погром в доме мог быть сымитирован. – Дима замешан в преступлении, точно! Но вот как это доказать?»

Анисья старалась не замечать, что ее логика и доводы были не такими уж убедительными. Почему она не узнала голос Димы в подземелье? Почему Звягинов не сопротивлялся Диме? Потому что тот угрожал? Но какой вред мог нанести этот только что прошедший Посвящение маг опытному и могущественному колдуну? Анисья снова посмотрела на Велес и подумала, что уж точно не смогла бы рассказать все это ей, но вот Ирвинг… Ирвинг – другое дело. И хоть Анисья почти никогда с ним не общалась, отчего-то ей казалось, что предводитель клана Светлых магов должен понять ее. Но даже ему пришлось бы долго объяснять, почему именно Дима представлялся ей злостным похитителем своего неродного дедушки.

На этот раз мысли Анисьи прервал голос Веры Николаевны, объявивший, что пора сдавать бересту.

– Я ничего не успела! И все из-за этой Звездинки! – капризно прошептала Анисья Василисе.

– Я думала, все дело в бересте, которую ты не нашла…

– Ты видела, как она улыбалась?! Уверена, это она заколдовала мою сумку, чтобы я ничего не могла в ней найти!

– Но ты же говорила, что это ваша няня…

– Можем приступить к практике. Начнем с простого. Попробуйте расщепить небольшие поленья, что лежат перед вами, – сказала главная наставница, снова обходя всех и позвякивая своими затейливыми амулетами, среди которых выделялся внушительного размера коготь. Перед юными колдунами в ту же секунду появились небольшие поленья на месте пней, на которых они только что сидели.

Маги начали отрабатывать расщепление. Дело продвигалось с переменным успехом. Анисья уставилась на деревянный брусок, лежавший перед ней. Она все еще злилась на Асю Звездинку, из-за которой, как теперь казалось, не успела ничего написать. «Теперь мне точно не избежать нравоучений от Велес, главное, чтобы это не дошло до родителей. Мама будет в бешенстве, узнав, что какая-то Звездинка смогла помешать мне выполнить задание главной наставницы». Боковым зрением Анисья заметила, что Василисино полено распалось на две части. Ее же оставалось целым и невредимым, как она ни старалась сосредоточиться на расщеплении.

– Анисья, – услышала девочка знакомый голос позади себя, но решила не обращать внимания на Звездинку. Однако это было не так-то просто.

– Что же случилось с известной силой Муромцев? – насмешливо продолжала Ася, пока Велес помогала колдунам в другой стороне поляны. – Раз у тебя не получается справиться с деревом, может, получится с камнем? Муромцы ведь славятся именно этим?

Анисья резко развернулась, чтобы высказать этой выскочке все, что думает о ней и ее семье, но вместо крысиного личика увидела вытянутую руку Звездинки, которая бросила в ее сторону небольшой камень. Вместо того чтобы быстро увернуться или пригнуться, белокурая колдунья вскинула руки. Весь гнев внезапно обратился в силу, которая выплеснулась на летящий камень, немедленно превратив его в россыпь мелких осколочков.

Ася Звездинка явно не ожидала, что Анисья справится с камнем, ведь это было колдовство, никак не сравнимое с расщеплением дерева. Она даже не сразу сообразила, что по ее руке течет тоненькая струйка крови – острый осколок камня впился прямо в тыльную сторону ладони.

Ребята, обернувшиеся на громкий хлопок, переводили изумленный взгляд с Анисьи на Звездинку.

– Ася, это, конечно, похвально, что вы решили поработать в паре, хотя я и не давала такого задания. Но не думала, что у вас такое плохое зрение, что вы перепутаете дерево с камнем, – холодно произнесла Вера Николаевна, только что возникшая перед девочками. – Земляные маги обычно этим не страдают. Пойдите к Густаву Вениаминовичу, пусть он обработает вам руку. А вам, Анисья, – она повернулась к белокурой колдунье, – не стоит быть настолько уверенной в своих силах. Камень мог угодить прямо в вас. Так что воздержитесь от провокаций. Не думаю, что Евдокия Муромец была бы счастлива узнать, что ее единственная дочь заполучила камнем в лицо!

– Но… – «но это она!» хотелось выкрикнуть Анисье, «она сама начала!», однако она осеклась и промолчала, со смешанными чувствами наблюдая, как Вера Николаевна повела Звездинку к лазу на краю поляны, чтобы отправить ее к целителю.

 

Глава вторая. Внук Велес

Целитель направился к воротам, над которыми красовалась большая надпись: «Южный тракт». Пространственно-временной туннель, находившийся здесь, вел прямиком в Небыль. Сама станция уже как будто говорила, что отсюда отправляются к морю, в воздухе ощущалась влажная духота, даже несмотря на зиму. Это было одно из любимых мест целителя в Росенике – город тут вплотную подбирался к густому лесу, портальная станция «Южный тракт» располагалась прямо между двух исполинских деревьев, а вход в пространственно-временной туннель помещался в дупле старого дуба. Свет не проникал в огромное, в человеческий рост, дупло, отчего оно казалось просто нарисованным на коре. Снег припорошил табличку и будку смотрителя, из окон которой лился теплый уютный свет.

– А, Даниил Георгиевич, какими судьбами?

Дверь будки хлопнула, и оттуда показался знакомый пожилой колдун из рода Брюсов – они уже давно заведовали портальными перемещениями Росеника. Золотые пуговицы блеснули на его костюме горчичного цвета, теплый плащ был впопыхах накинут на одно плечо. Появление уважаемого целителя смотрителя явно удивило.

– Добрый день. А вас разве не предупреждали? Я думал, на меня заказано…

– Одну минутку, проверю, – колдун повел целителя к дуплу, тем самым показывая, что не сомневается в его правоте. Там, в прозрачном ларце у входа действительно лежал небольшой свиток бересты. Смотритель достал его и кивнул: – Все верно, приглашение из Небыли! Что ж, значит, отправляетесь в тепло?

– Говорят, там не намного теплее, – улыбнулся целитель и пожал плечами.

– Зима. – Перед вашим перемещением, Даниил Георгиевич, я должен предупредить, что некоторые сплавы металлов, камни, а также не защищенное специальном образом стекло не переносят пространственно-временн…

– Да-да, я знаю, – целитель заметил взгляд смотрителя, направленный на его небольшой саквояж. – Тут нет ничего из вышеперечисленного, не волнуйтесь.

– Прекрасно, тогда счастливого пути.

Целитель шагнул в дупло старого дуба и оказался в начале туннеля. Здесь стояло уютное мягкое кресло с колесиками вместо ножек, а за ним туннель уходил куда-то вниз.

– Ну что ж… – пробормотал колдун, сел в кресло и покрепче ухватился за подлокотники.

– Готовы? – раздался над головой голос смотрителя.

– Да.

– Запускаю.

Раздался щелчок, и кресло сорвалось с места – словно с горы ухнуло в пространственно-временной туннель до Небыли.

Путешествие длилось около получаса. Кресло начало тормозить и двигаться тяжелее, будто на этот раз осиливало подъем. Затем остановилось под стеклянным куполом, вокруг которого виднелись одни лишь серые камни. Это и был пункт назначения, станция под названием «Остров Буян».

От портала «Остров Буян», расположенного в пещере со стороны моря, круто вела вверх каменная лестница. Целитель, пройдя должную проверку у местного смотрителя, стал подниматься по ступенькам. Где-то до середины подъема еще действовало защитное колдовство и нельзя было использовать телепортацию. Затем подъем пошел гораздо быстрее и легче. На самом верху скалы открывалась широкая площадка, ветер дул здесь нещадно, и казалось, доносил снизу брызги воды. Целителя уже ждали. Могучая фигура Ирвинга, предводителя Светлых магов, возвышалась на краю, холодный ветер остервенело трепал полы его плаща.

«Союз четырех стихий…» – почему-то пришло в голову целителю. С одной стороны, удивляло, что самый сильный Огненный маг жил в таком странном, даже немного враждебном человеку месте. С другой стороны – вместе с грозным, вечно беспокойным морем, безжалостным ветром и огромной каменной глыбой, на которой возвышалось его поместье Уточкино Гнездо, он составлял прекрасный союз равноправных стихий.

– Добрый день, Ирвинг. На что смотрите? – Даниил Георгиевич тоже подошел к краю, силой воли заставив ветер немного утихнуть.

– О, здравствуйте, Даниил. Я любуюсь Дивноморьем.

Целитель посмотрел на вздыбленную черными волнами воду, но ничего кроме моря не увидел. – Правда? А я ничего не вижу.

– О, я тоже! Но знаю, что оно там есть, – сказал Ирвинг и пожал целителю руку. – Приглашаю заглянуть ненадолго в мое поместье. У меня к вам дело…

Уточкино Гнездо одной своей частью буквально нависало над водой, как будто чуть сползая со скалы. Наружные стены были того же цвета, что и окружающие горы, к парадному входу вела широкая дорога, посыпанная ракушками.

Едва Ирвинг с гостем переступили порог поместья, как из полумрака длинного холла показался слуга, работавший тут еще при отце нынешнего предводителя.

– Письмо, – сказал он, сухо и без удивления кивнув целителю, будто видел его здесь каждый день. За спиной слуги действительно висело в воздухе письмо в коричневом конверте. На печати был изображен трехглавый змей.

– Позже, сейчас у меня важный разговор, – ответил Ирвинг, отмахнувшись от конверта.

– От Велес, – предупредил слуга, словно от этого могло поменяться решение.

– Неужели? – Ирвинг и впрямь приостановился и ухватил письмо двумя пальцами. – Тогда я прочитаю, вы не возражаете, Даниил?

Хозяин указал на вход в небольшую гостиную. За окном виднелось ненастное приморское небо, а на столе, накрытом на двоих, уютно горели свечи. Целитель поежился и сел в предложенное кресло. В воздухе витал дух тайны. На столе между бокалов и тарелок были рассыпаны каменные руны, на краю покоились какие-то схемы, часть из них была начертана на древней, сильно пожелтевшей бумаге.

– Ну и умеет же Вера Николаевна поднять настроение! – воскликнул Ирвинг, входя в комнату вслед за гостем и пробегая глазами письмо. – Она написала мне с жалобой на подопечную.

– Почему же это поднимает вам настроение? – улыбнулся в ответ целитель.

– Вера Николаевна не доверяет мне никаких дел, связанных с посвящением. Ей не нравится, если я даже просто интересуюсь делами юных магов. А тут она вдруг решила поделиться со мной своими тревогами.

– Ну… Звягинов исчез, вы понимаете… – начал целитель. – К кому, как не к вам, ей обратиться.

– Хотите услышать, что произошло? Анисья Муромец, наследница древнего рода, – вы, конечно, ее знаете, – повздорила с другой знатной девицей, Асей Звездинкой. Как написала мне Вера Николаевна, следствием этого явилось превращение Анисьей Муромец в мельчайшую пыль довольно большого камня. И все бы ничего, если бы главная наставница Заречья просто посчитала такое поведение недостойным. Вместо этого она предлагает немного изменить план ежегодного Шабаша и включить туда элементы каменной магии. И советуется в этом вопросе со мной! Невиданно!

– Она довольно благосклонна к девице Муромец? – поинтересовался целитель.

– Полагаю, да. Думаю, ее внук мог бы составить с ней хорошую партию…

– О, как я ее понимаю, – покачал головой Даниил Георгиевич.

– У вас же взрослый сын, как я не подумал! Вы тоже рассчитываете на брак с Анисьей Муромец?

– Не знаю, что должно случиться, чтобы я мог даже заикаться о подобном браке, – честно признался целитель. – У нас не бог весть какой род, а Муромцы…

– Вы наследники древней фамилии! И ваша уважаемая профессия…

– Когда Муромцам будет достаточно уважаемой профессии, мы первые придем к ним свататься.

– Вы правы, – добродушно усмехнулся глава Светлых магов. – Угощайтесь, пожалуйста. Мы вполне можем обсудить все во время обеда.

– Дело касается Звягинова? – прямо спросил целитель.

– И его тоже, – Ирвинг бегло взглянул на край стола, где лежали бумаги и руны. – Вы знаете, наверное, что прорицатели твердят о том, что он жив. Никто не чувствует его смерти.

– Звягинов жив, я в этом уверен. Мой целительский опыт вряд ли меня подводит, – подтвердил Даниил Георгиевич. – В мире мертвых его нет.

– Я тоже проверил… поднял кое-какие архивы по некромантии, – Ирвинг указал на пожелтевшие схемы. – Все говорит о том, что он жив. И на самом деле не так уж далеко отсюда.

– Но… – вопросительно продолжил за Ирвинга целитель. – Вас это все равно тревожит?

– Наступают тяжелые времена… Святогора с нами нет, что происходит с моим другом Звягиновым, известно только богам. И я хотел бы попросить вас об одном одолжении… Необходимо, чтобы вы сопровождали меня на важные встречи, – брови Ирвинга нахмурились, лицо омрачилось тенью. – Встречи эти могут быть не только с представителями древних семейств, но и… с нашими врагами.

– Я понимаю, – лицо целителя выражало полное спокойствие. – Как ваш лекарь-хранитель, я должен был уже давно это делать…

– Как хранитель, вы обязаны отдать свою жизнь взамен моей, когда мне будет угрожать опасность, – начал Ирвинг. – Таков договор, я знаю. Но я не этого требую. Поберегите свою жизнь, у вас есть сын и дочь.

– Не этого требуете? А чего же тогда? – на этот раз целитель был искренне удивлен.

– Если моей жизни будет угрожать опасность, я передам вам одну ценную вещь.

– Вещь? – казалось, на этот раз изумлению целителя не было предела.

– Да. Но возможен и другой вариант. Если я не почую опасность заранее и не успею лично передать вам… это, – Ирвинг поднял над столом руку и указал взглядом на крупный перстень, надетый на указательный палец.

– Но… в чем смысл… Почему именно мне?

– К сожалению, я не могу открыть вам тайну этого кольца. Но знайте, что оно заколдовано. Снять его могу лишь я сам. Но если я буду мертв, оно может потерять всю свою магию…

– Если его не снять особым способом, – со знанием дела продолжил целитель.

– О, вы понимаете…

– Да, я знаю, как это делается.

– Поэтому вам-то я и доверяю это.

– Такое же кольцо было у Святогора? – вдруг вспомнил Даниил Георгиевич. – У предводителя Дружины?

– Именно. И у Звягинова. Но третье кольцо, мое, не должно попасть в руки Старообрядцев! Иначе случится непоправимое!

* * *

Сева оторвал взгляд от Словника целителя и покосился на Митю, который спорил с Арсением о законе сохранения магической силы в укороченных порталах. Аленка, девушка Арсения, успела заскучать. Воздушный маг прямо кожей ощущал ее неловкое положение – она сидела рядом с ним на диване и то и дело поглядывала на него. А Сева в свою очередь усердно изображал заинтересованность текстом книги, стараясь не встречаться с девушкой глазами. И вот, наконец, описание целительского обряда, тоже связанного с портальными перемещениями, а именно – с возможными травмами при использовании неисправных дверей-переправляек, его действительно увлекло, но Митя вновь отвлек его внимание очередным заявлением своей правоты в написании физимагического уравнения. Арсений доказывал обратное, тыча пальцем в кусок бересты и то и дело сверяясь с какой-то запутанной схемой. Сева вздохнул, отложил книгу в сторону и, улыбнувшись для приличия Аленке, отправился взять себе еще одну порцию рагу.

– Мне родители еще в детстве говорили, что Муромцы обладают такой силой!

Сева остановился, прислушиваясь к разговору двух младших колдунов. Но те, выбрав что-то на обед, направились к своему столу, и до Севы долетело лишь слово «Муромец», сказанное трепетным шепотом.

Воздушный колдун вернулся к друзьям, спор которых не утих.

– Тебе принести десерт? – обратилась Аленка к Муромцу. – А то ты совсем ничего не ешь.

Митя, сбитый с мыслей Аленкиным вопросом, бестолково заморгал. В голове его еще крутились примеры потери магического потенциала в портальных петлях, и он не сразу сообразил, о чем его спрашивали.

Сева искренне обрадовался, что Аленка переключила свое внимание на его друга, и вернулся к своему блюду, поглядывая на девушку, которой заинтересовался, едва войдя в столовую. Она сидела недалеко от их столика в компании подруг – поджав под себя ноги, сильно выгнув спину и явно погрузившись в собственные мысли – глаза ее были устремлены куда-то перед собой.

Сева на секунду сосредоточился и постарался отвлечься от громких голосов Мити, Аленки и Арсения. Девушка размышляла. Она так увлеклась своими раздумьями, что могло показаться, будто в уме пытается решить ту же задачу, над которой сейчас бились Митя с Арсением.

– Опять читаешь чужие мысли? Прекращай уже, – Митя пихнул его локтем и усмехнулся, заметив сосредоточенное выражение на лице друга.

– Я стараюсь, но остановиться тяжело, – признался Сева.

– Представляю. И о чем же думает девчонка, на которую ты смотришь?

– Не поверишь, о Русалках-Морянках, – отозвался Сева. – И мне интересно, почему она не пытается закрыться?

– Ну, – Митя пожал плечами. – Не все это умеют делать.

– Тогда купила бы себе обруч с плюрием. Похоже, она сама хочет, чтобы ее мысли читали.

– Ого, ты только посмотри, кто пришел! Эй, Анисья!

Митя даже привстал со стула, чтобы сестра разглядела его в толпе обедающих. Она только что появилась в дверях столовой в компании своих подруг, но вид у нее был не самый веселый. Севины глаза на миг прищурились, взгляд устремился вперед, но тут же вернулся к книге – Водяной колдуньи рядом с Анисьей не было.

Митина сестра неторопливо двинулась навстречу брату, сопровождаемая Василисой и Маргаритой.

– Так-так, до меня дошли слухи о твоем поступке, – произнес Митя, довольно-таки сильно хлопнув Анисью по плечу.

– Еще и от тебя не хватало выслушивать, – буркнула Анисья, занимая соседний стул и кивая Арсению с Аленкой. Глаза ее вдруг заблестели слезами: – Велес уже такого мне наговорила!

– Ты что, Анисья, – Митя улыбнулся. – Это же здорово. Превратить камень в пыль! Горжусь тобой! И мама с папой будут гордиться!

– Но я покалечила Звездинку, – произнесла Анисья.

– И правильно сделала! – парировала Маргарита.

– Покалечила? Да это просто царапинка! – воскликнула Василиса.

– За что хоть? – Сева оторвался от Словника целителя.

– Она швырнула в меня камень!

– Что? – недоуменно спросил Арсений.

– Да, – подтвердила Василиса. – Мы практиковали расщепление на примере деревянного полена. Звездинка стала задирать Анисью, а потом бросила в нее камень.

– Может, это случайно вышло?

– Нет, я видела ее лицо! – воскликнула Анисья. – Она знала, что делала.

– Бросить камень в наследницу Муромцев? Средь бела дня? При всех? – ужаснулась Аленка.

– Тогда тебе точно не надо переживать, – сказал Сева. – Вас, Муромцев, теперь вся малышня обсуждает, если не сказать, боится.

– Надеюсь, уже появились слухи, что Анисья расщепила указательный камень? Или избушку Яги? Или всех своих одногодок? – с надеждой спросил Митя.

– О Муромцах и их небывалой силе сложено немало сказок, – ухмыльнулся Арсений. – Вот и выясняется теперь, что все это – правда.

– Странно, что для тебя это только сейчас начало выясняться, – отозвался Митя с легкой обидой в голосе.

* * *

Когда Полина добралась до столовой, туда уже набилось столько народу, что могло показаться, будто все жители Росеника съехались на праздничный банкет. Вокруг стола с блюдами толпилось не меньше тридцати магов разных возрастов, и Водяная колдунья осталась ждать своей очереди, потирая урчащий от голода живот. В таком столпотворении найти подружек представлялось невозможным, но после долгого и внимательного разглядывания всех жителей Белой Усадьбы, решивших пообедать, Полина наконец заметила рыжую макушку Василисы. Девочки сидели за столом на втором этаже, недалеко от ажурной зеленой лестницы. За одним столом с ними расположился Митя, Арсений и миловидная девушка, с которой тот начал встречаться сразу после праздника Покрова. Севы видно не было, но Полина не сомневалась, что он тоже сидит недалеко от Мити, ей просто не удавалось отсюда его разглядеть. Мимо пронеслась Оля с полной тарелкой, затем показался Фаддей. Через несколько секунд из толпы вынырнул Светослав Рябинин и, приветливо кивнув, отправился искать свободное место. Полина нетерпеливо потопталась на месте и попыталась протиснуться ближе к блюдам с едой. Сегодня Лиса показывала ей, как обездвиживать перемещающиеся объекты, и Полина подумала, как было бы здорово сейчас заставить всех стоять на месте и не шевелиться: тогда она без помех взяла бы себе тарелку чего-нибудь вкусненького и скорее пошла к подругам. Вдруг она заметила Диму, внука Веры Николаевны. Дима не мог ее видеть, так как разговаривал с другим Огненным и не смотрел в Полинину сторону. Раньше она его совсем не замечала, но, с другой стороны, в Белой Усадьбе было еще столько незнакомых ей людей, что это вовсе не казалось удивительным.

Диму трудно было охарактеризовать одним словом, как, пожалуй, и всех колдунов, но больше всего к нему подходило описание «угрюмый». Он был высок и строен, с черными, недлинными, зачесанными вбок волосами. Такая прическа, хоть и не нравилась Полине, шла к его правильным чертам лица и белой коже. Дима повернул голову и раздраженно взглянул на толпу, словно совсем не ожидал встретить в столовой столько людей. Водяная колдунья не могла понять, была ли эта реакция чем-то напускным или он действительно с презрением относится к большинству окружающих его людей.

Пока толпа не рассеялась и шансов пробраться к еде не появилось, Полина продолжала изучать Огненного колдуна. Дима был одет в черную рубашку и черный жилет с множеством серебряных пуговиц, что придавало его образу еще большую мрачность и выделяло среди толпы пестро одетых обедающих. Полина вспомнила, что, по словам Димы, вся семья считала его Темным колдуном. Что ж, своим внешним видом он удачно поддерживал этот образ. Но было ли это просто случайностью или он специально придерживался такой роли? Полина поймала себя на мысли, что и сама невольно попалась на этот крючок, пытаясь разгадать, что же скрывается за внешней холодностью и высокомерием. Или же все дело было в словах Анисьи, которая пыталась убедить подруг в его причастности к похищению Звягинова?

Череду ее мыслей прервал прошедший мимо Сева: если он и сидел несколько минут назад вместе с ее подругами, то теперь уже спешил покинуть столовую. Волосы его торчали в разные стороны, лицо покрывали веснушки, придающие его виду невинность и теплоту, но внешность эта была так обманчива! Вот кто мог бы оказаться самым настоящим Темным колдуном. Вот кто манипулировал беззащитными девушками, без зазрений совести читал чужие мысли, заставляя ребят бояться его присутствия. По словам Лисы, он превзошел многих в телепатии и воздействии на чужой разум. И теперь даже не скрывал этого. Неудивительно, что, кроме Мити, Арсения и чудаковатого Огненного мага Василия, больше никто из парней не хотел с ним общаться!

Полина последний раз взглянула на Диму и смогла наконец пробраться к круглому столу, заставленному блюдами.

* * *

– О, наконец-то ты пришла! – весело воскликнула Маргарита, протянув руки навстречу Водяной колдунье. – Мы думали, суп остынет, пока ты доберешься до нас, и поэтому решили взять тебе только десерт.

Вслед за Севой, Арсением и Аленкой, которые отправились на практику по Стихиям, столовую покинул и Митя, оставив сестру наедине с подругами.

– Привет, – улыбнулась Полина. – Да, это правильно. Как дела?

– Ты уже слышала, что сделала Анисья?

– Да, – Полина покосилась на белокурую подружку, лицо которой приобрело странное выражение, не то радостное, не то опечаленное. – Если вы имеете в виду эту историю со Звездинкой, то я знаю. Дарья Сергеевна мне только что рассказала, я поэтому и задержалась. Она в восторге от твоего редкого умения. Сказала, что ты истинная дочь Муромцев.

– О! – Анисья слегка покраснела. – Спасибо.

– Интересно, а что сказала Велес Звездинке?

– Звездинке? – вспыхнула Анисья. – Ее все только пожалели. Ты не представляешь, какую ересь она несла! Будто это я сама напала на нее, просто так, без видимых причин!

– Но разве никто не видел, как все произошло на самом деле?

– Нет, конечно. Ребята были заняты расщеплением. Они не смотрели на эту коротышку. Зато, как назло, в момент моей… моего… колдовства все повернули головы на меня!

Полина с Маргаритой весело переглянулись.

– Велес, наверное, разозлилась?

– Не то слово! – Анисья сокрушенно вздохнула. – Это было ужасно. Я пыталась объяснить, что Звездинка сама затеяла все это, но она и слушать не стала. Конечно, я понимаю, что это лишь тренировка для моей выдержки, слова и поступки какой-то Звездинки не должны задевать меня, не должны провоцировать… Но я же не камень! У меня есть чувства!

– Не огорчайся, – Василиса погладила подругу по руке. – Мне кажется, Велес тебе поверила… Просто она в последнее время всегда на взводе. Неудивительно: ее мужа до сих пор не нашли, а ей приходится каждый день являться в Заречье, встречаться с нами и изо дня в день изображать на лице спокойствие. Она просто сорвала на тебе свое волнение…

– Странно, что о Звягинове ничего не известно, правда? – подхватила тему Маргарита. – Меня не покидает чувство, что мы должны вмешаться. Все-таки его похитили из-за нас. Точнее, из-за нашей неосторожности.

– Мне гораздо более странным представляется именно то, что его вообще похитили, – отозвалась Анисья. – Эдуард Юрьевич – очень одаренный колдун. Вам, девочки, – продолжила она, обращаясь к Полине и Марго, – может быть, это пока еще трудно понять, но существуют такие колдуны, которых смогут одолеть лишь несколько сильных противников. Вот взять, к примеру, Ирвинга. Никому и в голову не взбредет его похитить. Ирвинг обладает таким могуществом, что способен справиться с десятком Темных колдунов в одиночку. Он очень опасен.

– Правда? – недоверчиво переспросила Полина. – А по виду и не скажешь. Выглядит совершеннейшим добряком.

– Да и Звягинов выглядит так же, только он, как и Ирвинг, – непревзойденный маг. Конечно, с боевой магией у него, может быть, все не так хорошо, он больше науками занимался, но пытаться похитить его, а тем более сунуться в его поместье – равносильно самоубийству. Понимаете, если уж Странникам или Темным удалось совершить такое, то под угрозой весь Росеник, все мы, – Анисья с таинственным видом замолчала.

– Но, Анисья, вспомни, Звягинов не сопротивлялся своему похитителю… Значит, незнакомец обладал явным превосходством… – сказала Василиса.

– А не заключалось ли это превосходство в том, что похититель просто-напросто был его родственником? – Анисья многозначительно покосилась на подругу.

– Опять обвиняешь Диму? Но как ты представляешь себе это? Дима просто попросил своего дедушку покинуть поместье и спрятаться, а тот безропотно согласился? – спросила Полина. – Василиса права, даже если Дима в этом и замешан, он должен был обладать чем-то таким, что заставило бы Звягинова подчиниться ему. Но я даже не могу представить, о чем может идти речь. Я только что разглядывала Диму, когда стояла в очереди, и ничего выдающегося в нем не обнаружила. На вид он совершенно мирный, да и никто ни разу не говорил о нем как о сверхсильном колдуне. О нем вообще никто из наставников никогда не упоминал.

– А разве они о ком-то упоминают?

– Да, я пару раз слышала, как они восторгались успехами твоего брата, а Лиса то и дело хвалит Севу, Жаба тоже ставил нам его в пример, помните? Да и еще о нескольких магах я слышала хорошие отзывы, особенно о неофитах. Это все мелочи, но они кое-что значат. Можно, конечно, поговорить с самим Димой, но меня не прельщает эта идея.

– Да, этот план стоит оставить на самый крайний случай, – улыбнулась Маргарита. – Если Дима и впрямь окажется связанным с Темной магией, нам лучше не подходить к нему близко и не выдавать того, что мы знаем о нем кое-что. Кстати, почему Сева с ним в таких плохих отношениях?

– Не знаю точно, – пожала плечами Анисья. – Они не поладили когда-то давно. Вроде бы даже подрались.

– Подрались? – удивленно переспросила Полина, не представлявшая дерущимися ни одного, ни другого: Сева был чересчур сдержан и слишком хорошо контролировал себя, чтобы совершить такое, Дима же просто казался абсолютно не заинтересованным в подобного рода действах. По ее мнению, должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы заставить этих двоих драться друг с другом. Или же это очередной странный слух про Заиграй-Овражкина.

– Ну да, Сева немного травмировал его каким-то колдовством во время этой потасовки. Хотя я могу и ошибаться. Брат мне ничего не рассказывает.

– А Сева? Спросила бы у него самого! – воскликнула Полина.

– Ему может быть неприятно вспоминать об этом! Нетактично об этом спрашивать, – Анисья взглянула на Полину так, будто та сказала ужасно глупую вещь.

Полина пожала плечами, подумав, что под этим благородным высказыванием Анисья, скорее всего, прятала истинную причину того, почему не поговорила с Севой на столь острую тему.

– Просто мне интересно, как такое могло произойти, – сказала она. – Дима не выглядит бунтарем. Хотя он выше Севы и шире в плечах, вряд ли талантливее его, как маг. Зачем бы он полез к нему драться?

– Ну, неизвестно, кто еще к кому полез, – улыбнулась Маргарита. – К тому же, хоть и противно это говорить, я слышала, как двое старших Огненных однажды обсуждали, будто этот Дима добился неплохих результатов в каком-то разделе магии. Я тогда не придала этому значения. А жаль. Теперь бы мы знали о нем немного больше. Кстати, Поль, ты сказала, что видела его в столовой? Странно, я его никогда не замечала здесь.

– Ага, он стоял у самой двери и шептался с каким-то колдуном из ваших, Огненных.

– Шептался?

– Именно. Он говорил так тихо, будто боялся быть услышанным окружающими.

– Так может, он и правда боится быть услышанным?

– Тем более что большинство магов здесь – Земляные колдуны, обладающие прекрасным слухом.

– Верно. Но знаете что, одними лишь разговорами мы ничего не выясним, – заключила Анисья.

– И что ты предлагаешь?

– Следить за ним.

* * *

Дни летели стремительно, сменяя друг друга и не принося никаких важных известий о местонахождении исчезнувшего профессора. Девочки ломали головы, наивно предполагая, что в их силах было разгадать эту тайну. Выбрав внука Веры Николаевны главным объектом своих подозрений, подруги старались не упускать его из виду, но вся слежка заключалась лишь в том, что они крутились возле него, пытаясь оставаться незамеченными. Но узнать что-либо, услышать какой-нибудь страшный секрет не удалось: Дима, как обычно, не слишком охотно разговаривал с малочисленными друзьями и не делал ничего такого, что могло бы его скомпрометировать. Если он и был причастен к похищению своего неродного деда, то никак этого не выдал. Иногда он загадочно исчезал, и девочки не могли понять куда. Они уже успели выяснить, что в Полнолуние и Новолуние Дима больше не отправлялся к себе домой, а оставался в Белой Усадьбе, однако порой его невозможно было нигде найти.

Полина все больше сомневалась в том, что Дима вообще мог быть связан с Темными колдунами. Он скорее производил впечатление сдержанного и серьезного колдуна, чем человека, способного выкрасть мужа своей бабушки. Его замкнутость и таинственность все больше казались ей чем-то наигранным, нежели реальными доказательствами его увлеченности Темной магией. Вскоре даже его необычные жилетки с разнообразными застежками перестали ее интересовать. Она не представляла, о чем говорила бы с ним, проходи они вместе Посвящение. И когда Василиса невзначай заметила, что он «довольно-таки симпатичный», Полина отозвалась:

– Ну не знаю, у него всегда такое скучающее лицо. Он, конечно, выглядит аристократично и богато, но слишком блекло и холодно.

– По твоим словам, и Сева выглядит холодно, – скептически заметила Анисья.

Полина призадумалась. Да, она ведь и вправду говорила такое про Заиграй-Овражкина. Как странно. Он ей тоже не нравился, но не так, как Дима. К Диме она относилась скорее равнодушно, чем отрицательно – он был нормальным парнем, который лишь по предположениям Анисьи, возможно, замешан в чем-то плохом, а Сева не нравился ей слишком уж бурно. Все ее существо восставало против него, едва он появлялся рядом. Все напоминало о его безнравственном обращении с девушками, о его эгоизме и себялюбии. И при этом где-то в глубине души зрела невысказанная обида на то, что он ни во что не ставит ее саму. Сева был сдержан и воспитан, но Полина иногда замечала, как он бросал свои хищные взгляды на Анисью и Маргариту; Василисе же он только улыбался, и в этой улыбке чувствовалась доброта, которую Полина так не хотела замечать… На нее же он не обращал никакого внимания. Просто-напросто не смотрел в ее сторону, а если и случалось обращаться к ней, то в его голосе всегда звучали ледяные нотки. И как защитная реакция возникла в Полине неприязнь к нему, будто что-то внутри нее говорило: «Ну, раз я тебе не нравлюсь, то и ты мне не нравишься».

Что же касается исчезновения профессора Звягинова, то это было не единственной плохой новостью, о которой сообщали все газеты. Стали подвергаться нападениям жители Росеника, Зорника и Небыли, и больше других страдали Охотники за Темными магами. Воспитанники Белой Усадьбы почти ничего не знали о происходящем за пределами парка, потому что даже их родные предпочитали утаивать от своих детей столь волнующие факты. Зато Маргарита, Василиса и Полина, прекрасно обо всем осведомленные благодаря Анисье и ее брату, начали замечать тревожное настроение наставников, которые иногда подолгу шептались, сидя за столом или сталкиваясь в коридорах. Просочились слухи (их, по словам Мити, доставил один из бессловников, работавших на Темной стороне), что Старообрядцы все-таки охотились за Ярилиной рукописью. Это немного не вязалось с тем, что они нападали на людей, не имеющих к этой книге отношения, не считая, конечно, профессора Звягинова. Непривычная тревога медленно проникала сквозь стены древней Усадьбы: она стелилась пылью по шкафам, темной паутиной окутывала дальние углы, тянула сыростью от замшелых краев каменных ступенек крыльца. Полина с Маргаритой и где-то там – за поворотом коридора – Арсений Птицын чувствовали, как добро и зло ставят каждого перед выбором. Чувствовали именно тут, потому что не привыкли замечать этого, живя среди потусторонних. И чем созидательнее звучали речи Дарьи Сергеевны на встречах с юными магами, тем мрачнее казались другие наставники. Чем невозмутимее выглядела Вера Николаевна, тем громче шепот раздавался за ее спиной.

За безопасность своих жизней продолжали беспокоиться и Муромцы, а Митя теперь прекрасно понимал важность предпринятых мер. Подземный ход под Росеником, связывающий их поместье с поместьем Велес, уже не мог считаться секретным: именно там Анисья с Василисой слышали голос похитителя. Дом Муромцев с некоторых пор охранялся Боевыми магами. Но Митя и Сева все же не преминули однажды воспользоваться Новолунием, проведенным в поместье, и повторили попытку добраться до Ярилиной рукописи. Дом Велес теперь тоже находился под усиленным защитным колдовством, однако в подземелье ничего не изменилось, как не изменилось и в комнате, где хранилась книга, будто никто так и не догадался, что здесь побывал чужак, похитивший Звягинова. Да и таинственный древний фолиант остался совершенно неизменным: страницы его были пусты, как и в прошлый раз, и друзьям пришлось вернуться домой ни с чем.

 

Глава третья. Темное прошлое

Пока Баба-Яга расхаживала по комнате, постукивая одной ногой, словно та была деревянной, и разливала зелье из котла по амагилям, Полина торопливо разворачивала бумажный пакет. Сегодня был день ее пятнадцатилетия, и в руках она держала подарок от Маргариты.

– Ого! – воскликнула Водяная колдунья, извлекая на свет темно-голубую сумку с изображенной на ней необычной рыбой, выполненной из серебряных ниток и переливающихся перламутровых камушков. – Ты сама это сделала?

– Да, – довольно отозвалась Маргарита. – Тебе же всегда нравилась моя сумка, вот я и решила вышить для тебя тоже.

– Спасибо, это очень красиво! Во Франции ты уже могла бы открыть дом моды.

– Маргарита, я жду от тебя аналогичного подарка, – заявила Анисья и засмеялась.

– Мой день рождения уже скоро, так что ты должна поторопиться.

– О, черт! – Маргарита получила в руки бутылочку с зельем и понюхала поднимающийся пар. – Сколько тут всего!

И девочки, едва Баба-Яга отошла от них, принялись описывать ингредиенты, составляющие зелье. Прошло около получаса, и Маргарита осторожно подтолкнула Полину локтем:

– Сочетание чистоуста с чем придает успокаивающие свойство зелью? С аконитом?

– Аконит – это яд, – улыбнулась Полина. – Если Баба-Яга, конечно, хотела нашего вечного покоя, то могла добавить сюда аконит.

Маргарита тихо засмеялась.

– С асперулой, – шепнула Василиса. – Это то растение, из-за которого зелье так плохо пахнет.

– А, точно! – Маргарита вернулась к своей работе.

* * *

– Неужели Яга знает все эти названия трав? – спросила Маргарита часом позже, когда Снадобья, сегодня растянувшиеся на несколько часов, закончились, и подруги направились в комнату Полины, чтобы немного отдохнуть.

– Столько лет служа наставником в Заречье, она успела их выучить, – улыбнулась Анисья.

– Интересно было бы знать, сколько ей лет. Выглядит немолодо, – отозвалась Маргарита.

– Ой, боюсь и думать об этом. Мне кажется, ей, как и Илье Пророку, несколько столетий.

– А меня удивляет не преклонный возраст Яги и Ильи Пророка, а наоборот – то, что в Заречье так много молодых наставников! – сказала Полина. – Конечно, Велес, Ягу и Нестора Ивановича в расчет брать не надо, но вот хотя бы Дарья Сергеевна или Егор Маливиничок. Логично было бы представить, что все наши наставники должны быть древними старцами, а получается, что это не так.

– Кстати, раньше и впрямь здесь наставничали одни лишь столетние волхвы, – отозвалась Анисья. – Так было принято. Но с тех пор прошло много лет. Со времен террора Милонеги все окончательно изменилось.

– А кто такая Милонега? – удивленно спросила Полина, впервые услышав столь необычное и красивое имя.

– Как, ты не знаешь?

– Анисья, перестань уже удивляться, что я не знаю каких-то магов. Зато я знаю, что такое Интернет, но не тычу тебя в это носом каждый раз.

– Интернет… – протянула Анисья. – А, то, что потусторонние используют, чтобы связываться друг с другом?

– Поздравляю, ты почти угадала. Но давай вернемся к Милонеге?

– Милонега – самая ужасная Темная колдунья, – отрезала Анисья.

– Ого! И что же в ней такого ужасного?

– Сейчас уже ничего. Она давно умерла. Но вместе с собой унесла жизни еще нескольких очень могущественных Светлых магов. Мои прабабушка и прадедушки погибли, сражаясь с нею. То есть не с ней самой, а с ее сторонниками. Дедушка умер вскоре после окончания той войны, он не смог восстановиться после полученных травм.

– Так это была война?

– Да, несколько десятилетий назад. Тогда Милонега чуть не уничтожила Светлое сообщество. При ней даже не было Союза четырех стихий, она в одиночку добилась такого могущества, что чуть не поработила всех. Но в конце концов ее уничтожили. Говорят, Ирвинг сыграл в этом не последнюю роль, после этого он и стал предводителем клана Светлых магов.

– Но как могла она в одиночку обрести такую мощь?

– Темная магия очень сильна, – нерешительно произнесла Василиса, с опаской оглядываясь по сторонам. – Это Магия Крови. Она построена на убийствах и насилии, но во много раз сильнее нашего Светлого колдовства. Но все равно, с Союзом Стихий никакой, даже самый великий Темный не может сравниться. Однако во времена Милонеги этого союза не было ни у Темных, ни у Светлых. Пострадало множество невинных людей и колдунов. Милонега собрала превосходную армию и поставила своей целью подчинить себе всю магическую популяцию. Мои родные тоже погибли из-за нее, да и родственники многих находящихся здесь, я думаю.

– Ужас какой, – тихо сказала Маргарита. – Надо попросить бабушку, чтобы она рассказала мне об этом.

– И моего деда, – кивнула Полина. – Хотя нет, он же потусторонний. С какой стати он должен об этом знать?

– Да, ты права, дедушка твой, скорее всего, даже имени такого не слышал. Война колдунов не коснулась потусторонних, если только не считать того, что Милонега убивала их десятками.

– Убивала десятками? – в ужасе повторила Полина.

– Да. Кроме того, она была сильнейшим друидом – подчиняла себе животных и магических существ. На ее стороне воевала и нечисть. Это было страшно. Сейчас, даже несмотря на все нападения на Охотников, – мирное время, особенно по сравнению с тем, что творилось в середине прошлого века.

– Но что, если предводитель Темных тоже достиг такого могущества? Вдруг он развяжет войну?

– У Темных колдунов нет такого предводителя, – ответила Анисья.

– Нет? Почему?

– Потому что предводители у них меняются чуть ли не каждый год. После смерти Милонеги на Темной стороне развязалась междоусобная война, битва за власть. Появилось множество самозванцев, которые называли себя то ее сыновьями, то внуками, и претендовали на звание предводителя. Каждый хотел стать таким же великим, как и она. Они искали таинственные артефакты, якобы оставшиеся после нее, в которых была скрыта невиданная сила. В том числе и Ярилину рукопись, будучи уверенными, что книга эта бывала в руках Милонеги. Один ее «сын» убивал другого и занимал место во главе Темного клана, но затем его смещал следующий «сын», и так продолжается до сих пор. Поэтому они и не могут набрать силу, и поэтому Светлые маги пока имеют преимущество.

– Так у Милонеги не было настоящих наследников? – спросила Маргарита.

– О, этого точно никто не знает, хотя говорят, что у нее была дочь. Но куда она делась, неизвестно.

Конечно, каждая Темная колдунья считает себя потомком Милонеги.

– Как можно хотеть быть потомком такого чудовища?! – возмутилась Водяная колдунья.

– Полина, у Темных другие приоритеты. Говорят, что власть и могущество, которое получает Темный, применяя Магию Крови, ослепляет. Тебе этого не понять.

* * *

Был поздний вечер. За окном бушевал сырой февральский ветер, качая из стороны в сторону деревья в парке. Анисья полулежала на мягком диване, лениво перелистывая страницы книги по Звездословию, которую на время позаимствовала у Маргариты – свою тяжелую Звездницу ей не хотелось нести в столовую. Открыв раздел «Лунный календарь», она попыталась внимательно вчитаться в мелкие строчки, но мысли ее то и дело уносились далеко, в области, совершенно не относящиеся к фазам Луны. Маргарита пристроилась рядом на подлокотнике дивана, прижав ноги и положив подбородок на колени, и тоже читала. Ее длинные иссиня-черные волосы были распущены, и она то и дело убирала за ухо непослушную прядь. Василиса сидела за столом и ковыряла вилкой в тарелке с цветной капустой, поглядывая на Полину, которая, низко наклонившись над поверхностью стола, рисовала карикатуру на Густава Вениаминовича.

– До чего похож! – вскрикнула Анисья и захохотала, когда Водяная колдунья наконец закончила свое художество и показала подругам рисунок. – Особенно глаза! Давайте прикрепим это на дверь его комнаты? Нет, я серьезно!

Девочки отозвались дружным смехом.

В столовой почти никого не было. Только шумная компания Земляных колдунов сидела на втором или третьем этаже – оттуда то и дело падали листья и обломки веток. Анисья их не видела, но слышала громкие голоса. За одним из столов на первом этаже сидели три старшие колдуньи, так же, как и младшие девочки, занятые чтением. Полина, Маргарита, Василиса и Анисья расположились в самом углу столовой: здесь стоял их любимый стол, справа от которого через большое окно открывался прекрасный вид на парк, а слева, совсем недалеко, горел камин, в котором приятно и успокаивающе потрескивали поленья. На каминной полке стоял большой стеклянный ящик с разноцветными светлячками. Кухня с ее большими русскими печками находилась прямо за стеной, поэтому в этом дальнем уголке всегда было тепло и по-домашнему уютно.

Внезапно откуда-то издалека донесся приглушенный смех. Анисья заметила, как Полина вздрогнула и торопливо спрятала в сумку свой рисунок. В следующую секунду тяжелая дверь столовой бесшумно отворилась и впустила Митю и Севу. Последний что-то говорил белокурому Муромцу, а тот заливался от хохота, придерживая рукой свою шляпу с большим зеленым пером. Брат всегда смеялся так заразительно, что Анисья, не сдержавшись, улыбнулась. Маргарита с Василисой тоже развеселились и бросили заинтересованные взгляды в сторону мальчиков, Водяная колдунья же, наоборот, уткнулась в лежащую перед ней книгу, будто бы не заметив Севу и Митю.

«И почему она их так стесняется?» – подумала Анисья, недоуменно поглядев на Полину.

Сева с Митей тем временем взяли по кружке сбитня и тарелку с горой пирожков и окинули внимательным взглядом столовую.

Полина, на самом деле искоса наблюдавшая за ними, удивилась, что они направились к их столу Это могло значить лишь одно: Сева и Митя хотели что-то узнать или сообщить, как и в те считаные разы, когда они сидели все вместе.

– Привет, – сказал Митя, усаживаясь на диван рядом с сестрой, отчего той пришлось сменить позу и подвинуться ближе к Маргарите. Свою шляпу он пристроил на край стола.

– Привет, – отозвались девочки.

Сева не проронил ни слова, просто кивнув, но лицо его на этот раз не было таким серьезным, как обычно. Он сел напротив Полины, но внимание его тут же привлекли старшие колдуньи, которые занимали стол недалеко от входа в столовую. Водяная заметила, что он с нескрываемым интересом стал наблюдать за ними.

– Как прошел день? – спросил Митя и принялся за пироги. – Угощайтесь, если хотите.

– Пирожки на ночь? Ну уж нет, спасибо, – весело ответила Маргарита. – Не горю желанием.

– Мне тоже не хочется, – улыбнулась Василиса и немного покраснела.

Анисья облокотилась на плечо брата и устремила взор на его друга. Сева ужинал и рассеянно смотрел по сторонам. На его шее висел не развязанный до конца шарф, щеки все еще были красными от холода улицы. Анисья в который раз залюбовалась им так, что не могла отвести глаз.

«Через пару недель будет его день рождения, – думала она, пока ее подруги делились с Митей событиями прошедшего дня. – Что бы ему подарить? Нужно будет посоветоваться с братом».

Она вновь открыла книгу по Звездословию, но на этот раз обратилась к разделу «Знаки Зодиака» и быстро нашла описание основных черт характера Рыб. Поглядывая на представителя этого знака, сидящего сейчас перед ней, она принялась читать, очевидно, надеясь найти в тексте хоть какую-нибудь подсказку насчет подарка, который мог бы ему понравиться.

«…обладают прекрасной памятью и развитой интуицией. Если Рыбы предостерегают вас о чем-то, лучше им поверить… Добродушны, спокойны, порой безразличны к действительности…» – проговаривала про себя Анисья, пропуская строки, где Рыбы характеризовались еще и как «раздражительные, колкие и остро саркастичные».

«У Рыб красивые руки, выразительные глаза…» – Анисья подняла голову и посмотрела на Севу влюбленным взглядом: все это про него!

Но ей так и не суждено было заметить, что его «выразительные глаза» смотрели в противоположную от нее сторону, смотрели пристально и нагло, врываясь в мысли симпатичной девушки, сидящей за дальним столом.

– Не поверишь, – обратился вдруг Сева к Мите. – Она снова думает о Русалках-Морянках! Я смотрю, ее очень волнуют эти сущест…

Он не договорил, потому что девушка повернула голову и, заметив его взгляд, внезапно схватила свою сумку и кинулась прочь из столовой.

– Что это с ней? – удивленно спросил Митя.

– Не знаю… – уклончиво отозвался Сева, и тут же перевел тему, взглянув на сидящих рядом колдуний. – Мы, кстати, выяснили кое-что насчет поместий в Росенике, обозначенных рунами.

– Точно! – подтвердил Митя. – Сами понимаете, напрямую у кого-то спрашивать мы об этом не можем, чтобы не вызвать никаких подозрений, зато после долгих поисков мы обнаружили дом, обозначенный Серпом Мары. В нем живет Вещий Олег.

– Кто это? – спросила Василиса.

– Это наставник по Легендологии. У вас пока нет встреч с ним, они начнутся после лета, да и то – для особо желающих. Просто всю жизнь мы думали, что поместье Вещего Олега обозначено знаком Луны. Оно так и называется поместьем Мертвой Луны. Это та же ошибка, что и с домом семейства Велес: я с детства считал, что их символ – жар-птица, и что дом их тоже обозначен фигурой жар-птицы. И еще кое-что о доме Горынычей. Оказывается, он не отмечен драконом, как все предполагают. То есть теперь, конечно, отмечен, но это их собственное и достаточно недавнее изменение. На самом деле изначально вместо дракона была руна Юпитера. А руна Юпитера соответствует, как вы помните, руне Трезубец Кресеня…

– Получается, что в этих домах живут наставники? – перебила его Маргарита, словно что-то важное пришло ей в голову.

– Ну, вроде того.

– О, тогда ручаюсь, что в каком-нибудь доме, отмеченном, предположим, руной Нептуна, живет Маливиничок.

– Почему? – улыбнулась Полина.

– Потому что я не могу найти никакого другого объяснения тому, как его взяли в Заречье в качестве наставника! А так все объясняется: у него есть древнее поместье…

Митя рассмеялся. Он уже был наслышан о наставнике по Огненной магии и ненависти Маргариты к нему:

– Это, конечно, хороший довод, но не забывай, Маргарита, что не во всех древних поместьях живут наставники. Я имел в виду только руну Луны и руну Юпитера. Но в моей семье, например, наставников нет.

– Ну, значит, и этот последний плюс в пользу нашего Егорки не засчитывается. Что ж, придется еще поломать голову над тем, как он тут оказался.

– Говорят, он очень сильный теоретик, – равнодушно подсказал Сева.

– Теоретик, именно! – воскликнула Маргарита, откинув за спину длинные черные волосы. – Но я бы хотела практику! Я потусторонняя, которой сказали, что здесь существуют волшебники – поэтому я хочу волшебства: доставать белых зайчиков из шляпы и чтобы по мановению моей руки сыпались звезды.

– Но волшебство – это не те спецэффекты, которые показывают в ваших фильмах… – произнес Сева под веселый хохот Водяной колдуньи. – Это сила природы и стихии, и у нее другие цели…

– Да знаю, знаю. Но для меня даже нагревание чая с помощью рук – спецэффекты, а научилась я этому от старшей Огненной колдуньи Ульяны, а не от нашего наставника.

– Может быть, тебе стоит на него как-нибудь повлиять? – предложила Василиса.

– Скажем, используя что-нибудь из моего «набора кудесника»? – кивнула Полина и взяла с тарелки аппетитный пирожок, посыпанный сахаром.

– У тебя есть «набор кудесника»? – спросил Митя.

– Ага, мне Лиса его на день рождения подарила.

– О, так у тебя был день рождения?

– Да, недели две назад.

– Ну, с прошедшим тебя тогда, – улыбнулся Митя. – И ты хочешь сказать, что за две недели у тебя еще осталось что-то из набора? Мне однажды тоже такой подарили, так мы с Овражкиным его за два дня весь израсходовали.

– Это не тот случай, когда вы усыпили кого-то из наставников? – встрепенулась Анисья.

– Да-да. Все правда подумали, что мы подсыпали Эбониту Павловичу сон-траву, но на самом деле мы просто прицепили к его очкам маятник, который его и усыпил.

– У меня в наборе тоже есть маятник. Так вот зачем он! Значит, Дарья Сергеевна подарила мне все это, чтобы я подшучивала над наставниками? Здорово! А для чего там шариковая ручка?

– Не уверен насчет наставников. Нас тут же наказали, когда мы усыпили Эбонита, так что будь осторожнее. А ручка – это вообще самая веселая вещь, – ответил Митя, и Сева отстраненно улыбнулся своим мыслям. – Ее можно дать кому-нибудь под видом обычной ручки, но секрет в том, что весь текст, написанный ею, через некоторое время превращается в полную околесицу. Кстати, вот еще что я хотел сказать вам, но отвлекся на набор кудесника.

Вы еще не слышали? Теперь нам всем нельзя свободно перемещаться по Росенику.

Девочки тут же притихли и уставились на Муромца, улыбки сползли с их лиц.

– Да. Велес завтра объявит об этом официально. Даже домой в Полнолуние будут отпускать в редких случаях. В Росенике теперь небезопасно.

* * *

На следующий день, как и говорил Митя, Вера Николаевна собрала всех воспитанников Белой Усадьбы в Малахитовом зале. До этого случая девочки ни разу не оказывались в подобном месте, и его величина и простор поразили всех, кроме Анисьи, которая лишь снисходительно пожала плечами:

– Ну подумаешь, малахитовый? У нас дома есть такой же янтарный.

Это был огромный зал с высоченными потолками и рядом малахитовых колонн. Зеленый камень с темными прожилками использовался здесь повсюду для украшения мебели, камина, дверных ручек и настенных панно. Стройными рядами стояли друг за другом стулья с мягкими подушками, их было достаточно, чтобы рассадить всех жителей Белой Усадьбы, которые медленно стекались сюда к назначенному времени. Подружки задумчиво оглядели зал и решили занять места в самой середине, чтобы хорошо видеть Веру Николаевну, но при этом не маячить у нее перед носом. Анисья все еще предпочитала лишний раз не попадаться ей на глаза, потому что та история со Звездинкой не была до конца забыта.

– Привет, я сяду здесь? – спросил Огненный маг Миша, друг Емели, кивая на незанятый стул рядом со светловолосой колдуньей.

– Да, конечно, – позволила Анисья.

Полина невольно улыбнулась. Вокруг было полно свободных мест, но этот хитрец так умело изобразил на своем лице озадаченность, будто зал и вправду переполнен до отказа, и пустует лишь сиденье возле Анисьи. Этот мальчишка давно увивался за белокурой красавицей, хотя был так ненавязчив, что Анисья не замечала его тактичных ухаживаний. Наконец к другу присоединился розовощекий Емеля, и они увлеклись болтовней. У Полины появился шанс задать Анисье вопрос:

– Слушай, я тут вспомнила про помолвку твоего брата… Но ты ничего не говорила о себе. Почему только ему выбрали пару?

– А, так это не обязательно для меня, – охотно поддержала тему Анисья. – Наследство передается по мужской линии, я же говорила. Хотя, если бы я была старшим ребенком в семье, то меня, скорее всего, тоже обручили бы с кем-нибудь еще в детстве. Это своего рода традиция. Но, слава Яриле, братец отдувается за нас обоих.

– Но ведь Марьяну обручили. Неужели на тебя не было претендентов среди богатых женихов?

– Марьяна как раз и есть старшая дочь в роду. А что до претендентов, то были, безусловно. И до сих пор есть, – Полина не поняла, сказала Анисья это в шутку или всерьез, потому что на лице той играла озорная улыбка.

– Значит, ты можешь выйти замуж за кого хочешь?

– Ну-у, вообще-то, не совсем, – теперь лицо Анисьи приобрело задумчивое выражение. – Этот человек должен быть уважаем.

– И богат?

– Желательно, но… нет, его должны уважать, это главное. Даже титулы или звания необязательны, просто он должен происходить из хорошей известной семьи.

– Ясно. Значит, ты не можешь встречаться с тем, кто тебе понравится?

– Почему это? До замужества я могу встречаться с тем, с кем захочу. Это вот Митя не может – он всегда на виду, но я-то пока свободна и никому особо нет дела до моей личной жизни! И вообще, почему ты спрашиваешь?

– Просто так. Подумала, можешь ли ты встречаться, например, с парнем, который сидит рядом с тобой сейчас, – усмехнулась Полина.

– С Мишей? Почему именно с ним?

– Ну, по-моему, он хорошенький. И не сводит с тебя глаз.

Анисья расплылась в улыбке и медленно повернулась к Мише с заинтересованным видом. Но Маргарита не дала ей насладиться обществом молодого человека. Она перегнулась через Полину и дернула Анисью за руку:

– Эй, погляди-ка, кто пришел! Дима! И он опять шепчется со своим приспешником.

– Может, станем считать этого парня его сообщником? – смеясь, спросила Василиса, которая все же сомневалась в том, что Дима похитил профессора Звягинова.

– А что, все может быть. Пойдемте скорее, сядем за ними, пока никто не занял те места.

– Что? – возмутилась Анисья. Почему этот Дима пришел так не вовремя? Вечно он все портит! – Но я…

– Пойдем, – Полина потянула ее за руку вслед за Василисой и Маргаритой, которые уже принялись пересаживаться на другой ряд. – Извини, Миш, нам срочно надо уйти.

– Конечно… ладно, – Миша помрачнел.

Дима снова оделся во все черное – не обошлось и без жилета с пуговицами, и часов на длинной цепочке; волосы, гладко зачесанные набок, открывали высокий бледный лоб и четкий росчерк бровей. Теперь в глазах четырех маленьких колдуний его окружал ореол нехорошей