Цифровой журнал «Компьютерра» № 120

Авторов Коллектив

Колумнисты

 

 

Кафедра Ваннаха: Место человека

Михаил Ваннах

Опубликовано 10 мая 2012 года

Есть на юге России, в окрестностях полусотой широты, Воронежская губерния. Начинающая свой бег из губернии Тульской река Дон делит её на две очень разные части. Восточная – низменная, с низенькими и пологими холмами. Ну а западная – более возвышенная, покрыта меловыми кряжами. Именно её человек возлюбил ещё встарь.

Там, на закатном берегу Дона, и находился встарь город Костёнск. Укрепленный острогом, имевший своих воевод. И вот когда государь Пётр Алексеевич начал строительство флота, основав в Воронеже Адмиралтейство, то в Костёнске были учреждены хлебные магазины. А в апреле 1696 года, узнав, что в Костёнске были найдены большие кости, царь отправил туда для проведения раскопок солдата Преображенского полка Филимона Катасонова («два солдата из стройбата…»).

С этого момента Костёнковский комплекс палеолитических стоянок и был введён в научный оборот. Отметим первый факт – царь оказался в Воронеже не случайно, а решая осознанную с детства задачу вывода России из изоляции, завоевания ей достойного места в кругу европейских держав. И инструментом этого был избран флот, необходимый как для обеспечения безопасности страны, так и для международной торговли, самой прибыльной из всех возможных.

История раскопок Костёнковского комплекса палеолитических стоянок, равно как административных процессов, в результате которых город Костёнск лишился своих воевод и статуса города, превратившись в село Костёнки, центр Костёнского сельского поселения Хохольского района Воронежской области, значения для нашего дальнейшего разговора не имеет. Равно и то, сколько слоёв обнаружили археологи, какие культуры в них выделили и как их датировали. Мы обратим внимание на один-единственный факт.

Несколько лет назад прошло , что в Костёнках, примерно в одно время, соседствовали друг с другом две культуры. Среднепалеолитическая, так называемая стрелецкая культура, и позднепалеолитическая. Среднепалеолитическая – более примитивная. Орудия из местных материалов. Кости добычи – крупных животных (оленей, лошадей). Ну а у позднепалеолитической – кости животных более мелких, вроде зайчишки, но более изобильных. Орудия из каменьев, за которыми надо идти от ста до ста пятидесяти вёрст. Да ещё – украшения. Из ракушек, которые водятся самое близкое на берегах Чёрного моря. И даже упоминаются кораллы. Которые водятся вроде в водах моря Красного и южнее…

Позднепалеолитическую культуру однозначно связывают с людьми современного типа. Ну а носителями культуры среднепалеолитической полагают неандертальцев. И жили они какое-то время вместе. По обе стороны слоя вулканического пепла, который лёг на Центральную и Восточную Европу тысяч сорок лет назад. Точные даты для нашего разговора тоже не имеют значения, важно одно: неандертальцы были вытеснены. Из регионов и из жизни. Кроманьонцами, нашими предками. И ведь, казалось бы, все преимущества были у них, живших автаркично, потреблявших отечественную продукцию. Не нуждавшихся в привозном камне, морских ракушках и заморских кораллах… Но – судьба распорядилась по-другому. Жизнь продолжили избалованные кроманьонцы-неоантропы.

Очень символично, что Пётр Великий вводил Россию в международную Большую Игру именно там, где лежали под толщей грунта следы давнишних внешнеэкономических связей. Хотя – символизм тут не при чём. Это обуславливалось свойствами объективного мира — географией, формирующей геополитику. Перевозки по воде дешевле, чем по суше, вот это и определило поведение государственных деятелей. Ну а теперь появился ещё один фактор, влияющий на экономику и политику. Устроение уже не трёхмерного пространства географии, а функционального пространства информационных технологий.

Ну, все знают, что на планете кризис. Но вот смотрим мы на статистику компьютерных компаний, и кризиса, скорби и уныния не видим. Картина прямо противоположная. Вот берём и смотрим на отчётность компьютерного аукциона eBay за первый квартал 2012 года. И что же? Рост! Доходов – на 29 процентов по сравнению с первым кварталом 2011 года, с 2,5 гигабаксов до 3,3 миллиардов долларов. Квартальная выручка платёжной системы PayPal поднялась на целую треть, до 1,3 миллиарда долларов. На 12 процентов возросло количество пользователей, достигнув 110 миллионов человек.

А теперь посмотрим на статистику от Microsoft. Тут тоже рекорды – выручки, за тот же первый квартал 2012 года. 17,4 миллиарда долларов, что на 6 процентов больше прошлогодних 16,4 млрд. долларов. Быстрее всего росло подразделение бизнес-продуктов Microsoft. Оно продемонстрировало рост выручки на целых 9 процентов – до 5,8 млрд. долларов.

И вот это-то предлагает нам сделать очень интересный вывод. Похоже, на планете сегодня опять соседствуют два человечества. В солнечной Испании уровень безработицы достиг в первом квартале 2012 года 24 процентов. Международное рейтинговое агентство Standard & Poor's Ratings Services (S&P) снижает рейтинг этой средиземноморской страны с респектабельного "А" до скромного «BBB+».

Эксперты Международной организации труда (МОТ) массовые беспорядки и бунты из-за высокого уровня безработицы, причём даже благополучным странам Европы. (Это что, возврат старых добрых времён, когда митральезы генерала Галифе решали проблемы социальной напряжённости в среде коммунаров, расставленных у стенки кладбища Пер-Лашез?) Надеются пополнить бюджет за счёт подъёма акцизов на спиртное. Это – человечество, занятое в традиционной экономике, экономики национальных масштабов.

И рядом – человечество, живущее в экономике глобальной. Той, функционирование которой определяется не течением рек, бегущих по Воронежской губернии, как это было от кроманьонцев до Петра Великого, а топологией информационных потоков. Принцип наименьшего действия Мопертюи применим и к поведению людей. Они покупают то, что дешевле, то, что новей. А оловянного солдатика в форме Преображенского полка петровских времён коллекционер нынче приобретает через интернет-торговлю.

Хотя: коллекционер живёт в Москве; художник делает фигурку в Нижнем; отливают, раскрашивают и упаковывают её где-то в континентальном Китае; отгружают через Гонконг; а процесс организует фирма в Новом Свете. Так получается в разы дешевле, чем купить того же солдатика в оффлайновом магазине. Да и выбор пошире – хочешь легионера из легиона X Gemina, хочешь из I Minervia. (Любитель обречён собрать как минимум знаменосцев из всех легионов времён Траяна и стремится к такому же набору для куда большего числа легионов времён Гражданских войн…)

Это, конечно, мелочи – как и кроманьонский зайчишка был мелочью на фоне сжёванной неандертальцами лошади (приручили которых позже). Только вот зайчишек – много. Куда больше, чем лошадей. А есть лучше – ежедневно. И даже не один раз. И, кстати, зайчика съедаешь свежим. А как хранить мясо от оленя или кобылы?

Ну, выдумать ледник можно и при неандертальских технологиях. Яма, загружаемая льдом, теплоизолируемая торфом и мхом… Только его надо ВЫДУМАТЬ. А это – непросто. Да и как вы мясо доставите к месту хранения? Рефрижераторы и изотермические фургоны появятся только через четыреста веков… Так что мелкий, но постоянно присутствующий на столе косой намного предпочтительнее бывающего лишь по двунадесятым праздникам, а то и реже, оленя. Даже если правильно фаршировать и шпиговать его, равно как и подавать к столу в компании маринованной свеколки, научатся лишь через десятки тысячелетий.

То же и в нынешнем мире. Информационные технологии открывают рынок невиданных доселе размеров. Они позволяют работать на этом рынке с минимальными издержками, что может обеспечить низкие цены, привлекательные для потребителей товара или услуги. «Мелкий зверёк», а то и вообще – пташка, но в больших количествах. К столу неоантропа.

Или – можно надеяться, что волна рыночной конъюнктуры приведёт к твоим ногам крупный заказ, что освоишь там месторождение или вождь подгонит государственную инвестицию. Как неандертальцы ждали сезонных миграций оленей или диких лошадей, вспоминая, наверное, старые добрые времена… И, наверное, – до самого конца.

К сожалению, проблемы, описанные выше, не ограничиваются солнечными странами. У нас тоже любят концентрироваться на борьбе с Кровавым Режимом или Болотными Оранжистами вместо того, чтобы объяснить гражданам, что их судьба зависит от того, сумеют ли они сами, – как кроманьонцы, – промышлять в ландшафте глобальной экономики мелкую, но регулярно встречающуюся добычу. Освоив современные орудия охоты, которые нынче проходят по ведомству информационных технологий. Или – предпочтут удел неандертальцев, ожидающих прихода крупной дичи, той, которая бывала встарь…

 

Дмитрий Шабанов: О нелюбви к футболу

Дмитрий Шабанов

Опубликовано 11 мая 2012 года

Напомню читателям КТ, что для большинства из них я иностранец и они могут утешаться, что в их стране с футболом и остальным всё в ажуре. Украинским же своим читателям поясню, что не собираюсь жаловаться на нашу страну кому бы то ни было. Я лишь пытаюсь выстроить приоритеты в своей жизни и, может быть, смогу помочь в этом и кому-то другому.

Нынешний университетский семестр заканчивается судорожно, смято. Украина и Польша должны проводить европейский чемпионат по футболу, Евро-2012. Когда-то, перед Олимпиадой-1980 в Москве, из неё убирали проституток и бомжей. Перед Евро из украинских городов убирают студентов. Мы должны оставить университет к началу июня пустым.

Нынешний семестр мы начали с опозданием из-за зимних холодов и выстывших аудиторий. Позже начали — раньше закончим. Увы, университетские курсы плохо масштабируются. Когда в одно занятие впихивается два или три, оно становится таким судорожно-поспешным, что смысл его проведения оказывается под вопросом. Но самое обидное, что и студенты, и преподаватели понимают: их основное занятие — дело второстепенное. А когда в конце семестра последние (считанные!) занятия отменяют (вроде по приказу министерства), чтобы студенты убирали мусор на улицах, я не могу сдержать раздражения. Молодых людей отправляют в университеты, чтобы они учились! Какого чёрта вы рушите занятия ради каких-то шоу или затыкания дыр в работе дворников?!

Нам внушают, что ради Евро-2012, которое повысит престиж страны и города, стоит идти на жертвы. Жертвы налицо, рост престижа сомнителен. Евро заставило весь мир говорить об украинской коррупции. Не знаю, правда ли, что 60 процентов ассигнований на футбольный праздник уходит «налево». Не могу подтвердить, действительно ли реконструкция украинских стадионов дороже возведения новых в богатейших странах. Лавочки в харьковском метро, которые (!) стоят по 8 тысяч долларов, видел: простенькие такие. В любом случае из-за приоритетов, которые демонстрируют наши рулевые, я легко верю, что Евро для них — просто способ отмыть деньги.

Нет-нет, с коррупцией, конечно, борются. В университетах, например.

Это я такой неправильный? Я не беру взятки не потому, что мне это запрещают; если б я их брал, я бы не получал удовольствия от работы. Меры вроде шифрования работ, проверки ответов преподавателями «со стороны», экстренных проверок кажутся мне направленными против того психического механизма, который удерживает от взяток приличных преподавателей и студентов. Нечестный игрок обойдёт эти препоны в два счета, а честную работу они усложняют.

Подчёркиваю: мы даём студентам достойное образование, одно из самых-самых лучших в нашей стране. Если биофаки каких-то иных вузов превосходят нас по одним параметрам, то они же и уступают нам по другим. Но и мы, и наши профессиональные коллеги пытаемся держать марку не благодаря действиям наших властей, а вопреки им.

Хотите честного учебного процесса? Покажите, что государство заинтересовано в людях, уровень которых изменён образованием. А студентам надо не только рассказывать о нобелевских лауреатах из нашего университета, а на практике показывать, что учёба и наука важнее уборки улиц и массовых шоу. Утопия?

Судьбу Харькова в начале XIX века резко изменила авантюра местного помещика Василия Назаровича Каразина. Утрируя, опишу её так. Каразин убедил харьковских купцов и дворян, что если те найдут деньги на университет, то Александр I разрешит его открыть. Александра он заверил, что если тот учредит университет, харьковчане найдут на его открытие деньги. В 1804 году университет был основан, в 1805 — набрал студентов.

Если б не это, Харьков был бы сейчас райцентром Чугуевской или Богодуховской области. Наш город, со всей его интеллектуальной силой (в большой мере невостребованной киевской властью), — порождение университета. А сейчас нам показывают, что главное в нём — стадион.

От университета к метро надо идти через площадь (крупнейшую в Европе, между прочим). На площади — говорящая реклама. Как-то, когда я готовился нырнуть в метро, меня догнал радостный голос диктора. Произошло событие, наполняющее гордостью всех жителей города. За нашу футбольную команду будет играть какой-то известный футболист, то ли афроамериканец, то ли афроевропеец. Контракт, которым его перекупили у другого клуба, стоит три миллиона евро (или что-то вроде этого)...

Для меня главное даже не то, что покупка этой «звезды» (и не говорите, что рабовладение отменено!) дороже моей работы на протяжении многих веков. Меня огорчает, например, вот что.

Государственные вузы и НИИ оплачивают государству же коммунальные услуги по драконовским тарифам. Средства на коммунальные платежи этим своим учреждениям государство не выделяет; каждое выкручивается, как может. У нашего университета хотя бы есть деньги, заработанные на контрактниках и иностранцах. Вузы попроще обкладывают студентов податью в виде «добровольных» «благотворительных» взносов. Исследовательские институты выгоняют сотрудников в отпуск за свой счёт, обеспечивая недоданной сотрудникам зарплатой платежи от государства государству. Делать нечего: держава должна экономить. У неё есть задачи поважнее: Евро, например.

Большая часть коммерчески интересной собственности в моей богоспасаемой стране разобрана олигархами. Не знаю, проводили ли систематические психо(пато)логические исследования этой категории граждан. Я понимаю людей, которые стремятся к достатку или даже к богатству. Но если это стремление разрастается, как у акул капитализма, глотающих заводы — облэнерго — торговые центры, его, наверное, направляют болезненные комплексы. Дети меряются машинками, куклами и обновками. Крутьки — драгоценностями, суперавтомобилями, яхтами и дворцами. Олигархи — футбольными клубами: командами живых игрушек. То, какая из команд побьёт другую, — повод возбуждённого внимания широких народных масс. Система промывания мозгов поддерживает обывателей в состоянии экзальтированного сопереживания забавам олигархов.

Получая свои несколько сотен долларов, квалифицированный работник вкладывает их в поддержание производительного потенциала себя и своей семьи. Эти деньги работают на общее благо. Получая свои миллионы и десятки миллионов, олигарх изобретает способы потратить их с шиком, в том числе на живые игрушки — футболистов. Своими ли средствами он распоряжается, если просто оказался в нужном месте финансовых потоков? Я не забыл о налогах, но олигарх платит меньшую долю своего дохода, чем работник, поскольку у него есть схемы-юристы-офшоры.

Я далёк от уравнительной идеологии и от вечно вчерашних крикунов с красными знамёнами. Я уважаю богатых людей, сделавших богатство на развитии технологий и организации общественно важных процессов. Чем легче им будет работать, тем быстрее будет развиваться общество. Пускай их креативные способности работают на общее благо! Но такие богачи тратят деньги не на футбол. А ресурсы, вбуханные в роскошные шоу, не ускоряют развитие общества, а тормозят. Это пример субоптимизации — оптимизации части в ущерб целому.

Одна из причин кризиса Греции — Олимпиада-2004. После того как пройдёт временное оживление, связанное с тратами на Евро-2012, на передний план выйдут последствия того, что эти деньги не были потрачены на что-то разумное.

И не говорите мне, что футбол пропагандирует здоровый образ жизни! Школьный — весьма вероятно, спортивный — нет.

...Лет десять назад мне приходилось возвращаться домой через станцию метро, расположенную возле стадиона. Иногда я попадал в толпу болельщиков, валившую с матча. Печальная картина. Люди, многие из которых, наверное, поодиночке вменяемы, превращаются в агрессивное стадо. Если один из них что-то выкрикивает, хамские вопли подхватывают остальные; если один подпрыгивает и разбивает в подземном переходе светильник, прыгать, бить лампы и кривляться начинают все. Пиво, пот, моча, битое стекло, пьяные разборки — настоящий праздник!

Но почему мы должны терпеть мероприятия, подталкивающие к такому поведению?

Странные действия нашей власти привели к тому, что многие европейские политики призывают бойкотировать Евро-2012 или перенести его в другую страну. Иногда мне кажется, что наша держава просто напрашивается на это — деньги-то уже освоены! Бойкот станет поводом сплотить народ против евробюрократов, испортивших светлый праздник. Если бы Евро перенесли, какая-то часть моей души возрадовалась бы. Впрочем, сейчас я уже и не знаю, какой вариант развития событий будет более разрушительным. Как ни повернутся события, подготовка к Евро и связанные с этим безумные траты уже причинили немало вреда нормальной жизни в городе и стране.

А ещё нам внушают, что спорт не должен страдать из-за политики. Борьба за проведение чемпионатов — политика. Искажение и разворовывание бюджета — политика. Ущемление интересов граждан ради чемпионата — политика. А сам этот чемпионат — что-то чистое и возвышенное, праздник командного братства, мужества и патриотизма. Вы не понимаете, что это — манипуляции, позволяющие хозяевам футбола наживаться и пиарить свои забавы? Чемпионат не пробуждает местную и национальную гордость, он приучает население к промыванию мозгов и к унижению.

Прочитал написанное и задумался. Мою совесть не беспокоит, что я враждебно отзывался о футболе, — его не жалко. Важно, чтоб я не пошатнул уважение к университетским ценностям. На них и так сыпятся постоянные удары. Государством в целом и образованием в частности руководят профессора-академики, многократно ловленные на плагиате. Их успех не связан с систематическим целенаправленным трудом, с успешным сочетанием научной работы, обучения и преподавания. Даже если они искренне хотят блага для нашей отрасли (верите в это?), они действуют в соответствии с приоритетами, которые определил их жизненный опыт.

Ой, чего же я разнылся... Впереди — праздник спорта. Счастье-то какое!

 

Дмитрий Вибе: Спитцер, телескоп и человек

Дмитрий Вибе

Опубликовано 12 мая 2012 года

Лайман Спитцер-младший в России и ближнем зарубежье известен, пожалуй, в основном как автор двух монографий — «Физика полностью ионизованного газа» и «Физические процессы в межзвёздной среде». Про первую книгу ничего сказать не могу, а вот вторая таки действительно библиографическая редкость, настольная книга и классика жанра. Правда, сложновато написана. Автор более современного учебника по физике межзвёздной среды, Александр Тиленс, даже счёл нужным предупредить потенциальных читателей учебника Спитцера, что «многих перспективных молодых учёных в последний раз видели, когда они покупали эту книгу».

На Западе же он считается, во-первых, основоположником современных представлений о звёздообразовании, во-вторых, чуть ли не о размещении большого телескопа в космосе. Конечно, с авторством идеи имеет место явный перегиб. Мысль о выводе астрономического инструмента за пределы атмосферы не настолько глубока, чтобы была возможность приписать её какому-то конкретному человеку. О фотографировании небесных тел из космоса Роберт Годдард и Герман Оберт писали ещё в начале XX века. Если говорить конкретно о больших телескопах, то у Беляева в «Звезде Кэц» фигурируют космические рефлекторы с зеркалами поперечником в сотни метров.

Правильнее, наверное, будет сказать, что Спитцеру принадлежит идея не космического телескопа вообще, а вполне конкретного инструмента, который нам теперь известен как Космический телескоп имени Хаббла. Впервые Спитцер написал о таком телескопе ещё в 1946 году, но по понятным причинам — и финансовым, и техническим — идею пришлось невероятно долго «продавливать»: практическая разработка проекта началась в 1971 году, а полетел он только в 1990-м.

Хотя «Хаббл» в большой степени был детищем Спитцера, в NASA нет практики присвоения инструментам имён живущих персон. В момент запуска Спитцер был ещё бодрым семидесятипятилетним учёным. Кроме того, в то время не боялись давать космическим аппаратам имена задолго до запуска: «Хаббл» обрёл своё имя в 1983 году. Поэтому в честь Спитцера был назван другой инструмент — космический телескоп инфракрасного диапазона, запущенный в 2003 году, через шесть лет после смерти учёного.

"Хаббл" и «Спитцер», вместе с гамма-обсерваторией Комптона и рентгеновской обсерваторией «Чандра», составляют четвёрку Больших обсерваторий NASA. «Спитцер» в этой флотилии отвечает за самый длинноволновый диапазон. Первоначально его чувствительность простиралась от 3.6 до 160 микрон, охватывая ту часть спектра, которая с Земли практически ненаблюдаема. Основу вооружения «Спитцера» составили два фотометрических инструмента — IRAC и MIPS. Первый обслуживал ближний ИК-диапазон, второй — дальний ИК-диапазон. Четыре фильтра IRAC позволяли получать снимки в полосах, центрированных примерно на 3.6, 4.5, 5.8 и 8 микрон. MIPS работал в полосах вокруг 24, 70 и 160 микрон.

У каждого из этих чисел есть конкретное физическое обоснование. В три из четырёх фильтров IRAC (кроме 4.5 мкм) попадают сильные полосы излучения (ПАУ). Диапазон 4.5 мкм выбран так, чтобы в нём этих полос как раз не было. Это позволяет при необходимости приближённо вычесть из других полос излучение, не связанное с ПАУ. Фильтры MIPS предназначены для фиксации излучения соответственно горячей, тёплой и холодной межзвёздной пыли.

Помимо двух фотометрических инструментов в боекомплект «Спитцера» входил ещё спектрограф IRS, работавший в диапазоне от 5 до 40 мкм, однако спектроскопические наблюдения более трудоёмки, поэтому на IRS, конечно, получено гораздо меньше результатов, чем на IRAC и MIPS.

Благодаря большому зеркалу (85 см) и необычной орбите («Спитцер» летает не вокруг Земли, а вокруг Солнца), телескоп превзошёл по чувствительности всех своих предшественников и на долгие годы стал «законодателем инфракрасных мод», иногда даже в несколько комической форме. Исходные снимки в каждом фильтре IRAC, естественно, «чёрно-белые». Чтобы для наглядности представить их в цвете, комбинированные снимки в четырёх диапазонах IRAC раскрашивали в искусственные цвета, причём для диапазона 4.5 мкм был выбран зелёный. Благодаря этому совершенно условному выбору в астрономии появился термин «протяжённый зелёный объект» (extended green object, EGO), или, более неформально, — . И эти объекты теперь навсегда останутся зелёными, даже если для сходного диапазона ИК-телескопов будущего будет выбран другой искусственный цвет.

Наиболее востребованными и результативными диапазонами «Спитцера» (хотя тут, может быть, сказывается и мой персональный вкус) оказались 8 мкм (излучение ПАУ), 24 мкм (излучение горячей пыли) и 70 мкм (излучение холодной пыли). На длинах волн короче 8 мкм всё ещё значителен вклад звёзд, так что в этих изображениях сложнее разбираться. В диапазоне же 160 мкм угловое разрешение «Спитцера» низковато (около 40 секунд дуги), да и качество изображений часто оставляет желать лучшего (и эти желания воплощает «Гершель»!).

Но увы! Время работы «Спитцера» именно в этих, самых интересных диапазонах было ограничено запасами охладителя, которые иссякли в мае 2009 года. Для прежних космических ИК-обсерваторий это означало финал. Но судьба «Спитцера» оказалась более счастливой: для него три года назад началась «тёплая миссия». Даже нагретая до десятков К аппаратура позволяет беспрепятственно использовать два коротковолновых диапазона IRAC — 3.6 и 4.5 мкм.

Тем не менее в начале марта 2012 года специальная комиссия NASA рекомендовала продолжить работу телескопа как минимум до сентября 2014 года, с возможностью дальнейшего продления до 2016 года. В отчёте комиссии отмечен поразительный факт: телескоп не просто сохраняет работоспособность. На нём постоянно что-то подвинчивается и подкручивается, из-за чего качество наблюдений не остаётся стабильным; оно всё время повышается. Улучшается точность наведения, сводится к минимуму дрейф телескопа во время наблюдений, на матрице за много лет работы выявлены «самые лучшие» пикселы, позволяющие проводить фотометрию с наивысшей точностью.

Возможность проведения высококачественной фотометрии, в частности, делает «Спитцер» мощным инструментом для исследования внесолнечных планет. , например, совсем недавнее сообщение о наблюдении затменной планетной системы 55 Рака, которое позволило зафиксировать излучение ближайшей к звезде планеты в этой системе на длине волны 4.5 мкм. Благодаря удалённости от Земли один и тот же объект на «Спитцере» можно непрерывно наблюдать на протяжении многих часов — далеко не лишнее качество для получения кривых блеска в системах с транзитными планетами. Да и для решения многих других задач «Спитцер» по-прежнему пригоден и весьма востребован — объём заявок на наблюдения превышает возможности телескопа почти в четыре раза.

Так что телескоп, скорее всего, не будет выключен и в 2016 году, а там, глядишь, уже и JWST подтянется, если не возникнут на его пути очередные непреодолимые препятствия. По крайней мере, первый инструмент для JWST — камера MIRI — !