Цифровой журнал «Компьютерра» № 32

Авторов Коллектив

Своя игра

 

 

Василий Щепетнёв: Нелогичность

Василий Щепетнев

Опубликовано Василий Щепетнев

Всякий, получавший школьное образование в советское время, вероятно, помнит фотокопию аттестата зрелости вождя мирового пролетариата Владимира Ульянова-Ленина. Копия, насколько помнится, присутствовала в учебнике по истории для четвертого класса. Качество печати было хорошим, позволяло разглядеть каждую букву и каждую цифру. Что все мы, собственно и делали — разглядывали. Урок длинный, нужно же чем-нибудь заняться. И каждый убеждался: хорошо учился Володя Ульянов, по всем предметам пятёрки. Только по логике четвёрка, но это ничего, не страшно, объясняла учительница. Логика предмет ужасно трудный, и директор гимназии Керенский, отец того самого Керенского, что в кино показывали, любил повторять, что на пять логику знают лишь он сам, Федор Михайлович Керенский, и ещё господь бог — разумеется, слово «бог» учительница произносила с самой маленькой буквы.

Несколько дней я плохо спал, так испугался логики. Если уж сам Ленин знал её только на четверку, страшно и думать, каково придется мне (родители во мне видели круглого отличника, любую другую отметку, кроме пятёрки, выразительно не одобряли). А, впрочем, вдруг да и превзойду Ленина, получу пятёрку, мелькала иногда мысль в Извилине Надежды (существование этой извилины научно не доказано, однако без неё человек в этом мире не жилец: то в петлю, то под поезд, то с моста в реку). Буду очень стараться, очень...

Но вскоре выяснилось, что пугаться нечего: нет такого предмета — «логика». Убрали из школьной программы сразу после революции. Ну, убрали и убрали, облегченно вздохнул я, и даже версию выдвинул: убрали, чтобы какой-нибудь умный мальчик (не будем показывать пальцем) не получил пятёрку по логике. Ведь случись подобное, весь прогрессивный мир был бы поставлен в неловкое положение. Как же, кто-то превзошел самого Ленина!

Меня не обманули: действительно, логику не преподавали («не проходили») ни в школе, ни в медицинском институте, и даже в аспирантуре пришлось посещать курсы марксистко-ленинской философии, а вовсе не логики. На экзамене я бойко отбарабанил что-то про эйзенахцев и лассальянцев, после чего получил очередное «отлично», оставаясь простаком.

Со словом «логика» я встречался более в романах, где один герой, как правило, интеллигент, попадая в сложную ситуацию, восклицал «давайте рассуждать логически», а другой герой, из крестьян или рабочих, вытаскивал из передряги и себя, и интеллигента.

В смятении я раскрыл словарь Даля.

В нём логика определяется, как «наука здравомыслия, наука правильно рассуждать». Выходит, учили меня многому, вот только думать здраво не учили. Случайно или намеренно? Точности ради добавлю, что логику в школу вернули в тысяча девятьсот сорок шестом году, очень может быть, что по личному указанию Иосифа Виссарионовича Сталина, но к двадцать первому съезду КПСС (кто забыл — в тысяча девятьсот пятьдесят девятом году, когда Нашим Всем был Никита Сергеевич Хрущев) её опять убрали: лишнее.

Действительно, так ли уж нужен «человек рассуждающий»? Выражение «порассуждай мне ещё» — вовсе не просьба, а, скорее, угроза, высказываемая обыкновенно старшим в иерархии младшему. Для чего рассуждать, если голосовать следует сердцем, а Дума — не место для дискуссий? Можно и другое вспомнить, но не хочу лишать читателя возможности самому найти примеры реального отношения как к процессу мышления вообще, так и к любителям рассуждать в частности. Да и то: в девяноста пяти случаев из ста разве это рассуждения? Кондер, нескладушки, ментальная окрошка, не сказать грубее.

Да откуда ж им другим быть, рассуждениям, если рассуждать не учат? Надеяться на врожденную логику, вшитую в геном человека? Тогда давайте и на врожденную математику уповать, и на врожденную химию тоже. Выкинуть эти дисциплины из школьной программы вслед за логикой, астрономией, далее везде. Оставить детишкам что-нибудь божественное, пусть учатся смиряться и не роптать, ну, и историю Партии (Партия с Большой Буквы в России в каждый конкретный момент всегда одна).

Однако повседневность заставляет думать. Хочется делать это получше, и мы вновь и вновь изобретаем велосипед для сугубо личного пользования. Но если у человека в итоге получилась самоделка «пенни-фартинг», и это только если крупно повезет, то у его противника с младых лет приобретенная учением фирменная модель горного велосипеда со всеми полагающимися усовершенствованиями. У кого больше шансов преуспеть в кросс-кантри «жизнь»?

Из тысячи помещенных в покетбук текстов на очереди два: новейший, ещё не изданный детектив от прославленного... ну, неважно, и «Учебник логики для гимназий и самообразования» профессора Челпанова.

С чего начать неделю?

 

Кафедра Ваннаха: Защищать рынок или защищать нацию?

Ваннах Михаил

Опубликовано Ваннах Михаил

Не так давно два видных отечественных бизнесмена, глава РОСНАНО Анатолий Чубайс и председатель совета директоров АФК «Система» Владимир Евтушенков обратились в правительство с просьбой рассмотреть возможность введения госрегулирования рынка микроэлектроники в России. Дело в том, что, по мнению челобитчиков, импортная продукция доминирует на местном рынке из-за отсутствия регулирования рынка. Именно из-за этого, из-за отсутствия покровительственной длани чиновника, невидимая рука рынка приводит к тому, что из $280 млрд. годового оборота отрасли на национальную продукцию приходятся лишь обидные $1,5 млрд., – половина от оттого, что производят ляхи, и лишь восьмая часть от мадьяр. Ну а после введения благодатного регулирования отечественная микроэлектроника к 2015 году может вплотную подойти к объему в десять гигабаксов в год. Казалось бы, на первый взгляд, забота об отечественной ИТ-сфере! Но так ли это?

Современная микроэлектроника – дитя электроники цифровой. Та происходит от аналоговой, ну а двигаясь к истокам последней, мимо развилок, в которых электротехника делилась на технику сильных и слабых токов, мы приходим к истоку. А в истоке – electrum. Так звали янтарь в античности. Тот самый янтарь, который будучи натёртым об шёрстку, притягивал к себе всякую мелочь, и даже сыпал в темноте наноскопическими молниями.

Янтарный край нынче – Балтика, лимитрофы и, преимущественно, наша Калининградская область. А вот в начале классической древности родиной янтаря почиталась дельта реки По. Собственность этрусков. Нет-нет, никаких, исчерпанных издавна и не дошедших до нас, месторождений палеогеновой ископаемой смолы у голенища италийского сапога не было. И поддельный янтарь разенны не выделывали; и индустрия введения искусственных мух в амброид возникнет лишь через тысячелетия. Но янтарь, гулявший по Средиземноморью, и уходивший дальше на Восток, до Индии и Китая, проходил через ручонки тороватых тусков, сказочно обогащая этот загадочный, но некогда весьма богатенький народец.

Почему?

Да потому, что янтарь приходил с пляжей Балтики сухим путем. А со Средиземноморьем и Ойкуменой путь этот пересекался именно у устья По. И сказочную денежку этрускам приносила именно торгово-посредническая деятельность. Морская торговля, иначе говоря. Но вот заниматься ей можно было лишь при одном условии – при наличии боевого флота. Сначала, естественно пиратского, а потом, с развитием цивилизации, военного. Изобретение абордажного крюка приписывалось именно тирренцам. Именно такова роль прогресса – «с развитием благосостояния в стране и ростом культуры эти распри мало-помалу перешли в войны, а грабежи в завоевания». Это слова блистательного историка Рима Теодора Моммзена, лауреата Нобелевской премии. Он очень чётко показал, что и при наличии экспортных товаров, – железа из Эталии, меди из Волатерр и из Кампании, серебра из Популонии да того же янтаря, – торговля, обогащавшая этрусков, была возможна лишь благодаря боевым триерам, теснившим эллинов и соперничавших с карфагенянами.

Так что из этого следует?

А вот что! «Регулирование рынка» будет означать навязывание более дорогой и менее качественной микроэлектроники. Иначе, более дешёвую и более качественную, купили бы и без всякого принуждения. А микроэлектроника нынче сердце (или душа?) любой высокотехнологической продукции. Следовательно, такие меры приведут и к тому, что потребительские товары в стране повысят цены и понизят качество; производство и дистрибуция станут менее эффективными; ну а любая продукция экспортного назначения станет ещё менее конкурентоспособной. А мы ведь и так продаем за рубеж лишь сырье, то, что унаследовали от землепроходцев, от Ермака Тимофеича с Ерофей Палычем. То, что добывается и, максимум, проходит первый передел на оборудовании советского образца. Единственное исключение — оборонная продукция – да и та, похоже, нынче, вспомним «мистрали», броневики IVECO, израильские беспилотники да микроболометры, не говоря уж о стрелковом оружии для всяких спецподразделений, – может потечь в другую сторону…

Так что «защита рынка» может обернуться глобальной потерей конкурентоспособности национальной экономики (если оптимистически, в духе Кандида, предположить, что она и до того имела место...).

А, между прочим, у отечественной микроэлектроники есть превосходные шансы на развитие. И связаны они, прежде всего с тем, за счёт того мы все живём. Все – от пенсионеров до олигархов. С сырьем. Ведь добывать его можно, лишь контролируя территорию. А для этого нужна армия, нужны закупки оружия. (Хотите привести в контрпример мирную Австралию, которая за счёт добычи сырья обеспечивает высокие доходы гражданам – не выйдет, Австралия верный союзник США, причём союзник такой, которому продавали и носители ядерного оружия F-111 Aardvark, не поставлявшиеся люфтваффе бундесреспублики.) И на эти закупки, как известно, правительство до 2020 года готово ассигновать двадцать триллионов рублей. И учитывая долю цифровой техники и микроэлектроники в современных системах вооружений объём этих заказов может быть куда большим, чем можно будет стрясти с потребителя под соусом защиты рынка микроэлектроники. Никто, кроме своей электронной промышленности, не поставит отечественной оборонке, скажем, полупроводниковых элементов для активных фазированных антенных решёток, которые сейчас создаются для перспективных истребителях, но при удешевлении комплектующих за счёт массового выпуска смогут прижиться в массе систем оружия, и наземного, и флотского. Элементарные радиовзрыватели для снарядов, бомб и мин, позволяющие повысить эффективность старого оружия. Более умные схемы управления для боеприпасов инженерных, способные заменить старые добрые растяжки старых добрых шпринген-мин. (Вольно принцессе Диане было бороться за запрет противопехотных мин – но Россия без этого боеприпаса свои границы не обережет, ни при каком режиме...) А ведь все это будет микроэлектроника, причем желательно – произведённая в стране!

Вот отечественная спутниковая навигационная система. Ну не надо её навязывать гражданскому потребителю с помощью таможенных игр. Надо прямо сказать – нужна она для оборонных нужд, и все затраты на неё должны идти по соответствующим бюджетам. А микроэлектроника должна производить приемники для привязки к местности каждой боевой машины, каждого орудия, каждого солдата. Уже крупный заказ. А ведь ещё совсем недорого и весьма эффективно надеть на старую бомбу элементарный хомут с рулями и приемником спутниковой навигации, резко повысив точность данного оружия при работе по стационарным целям (мост там, склад, спальня президента соседней маленькой, но гордой республики...), одновременно обеспечив возможность бомбометания с больших дальностей (бомба прекрасно может пойти и на аэродинамическом качестве), снизив риск потери дорогостоящего аэроплана и пилотов, которых тоже в двадцать первом веке неплохо бы научиться беречь! Ну а когда будет обеспечено глобальное и высокоточное сигнальное навигационное поле, когда за счет массового (ещё для снарядов и мин) производства ГЛОНАСС-приемников обеспечится их качество и дешевизна – вот тогда можно и оттеснять GPS. Не раньше – иначе ничего хорошего из этого не выйдет.

А вот отрезать всю нацию от передовой продукции микроэлектроники таможенными барьерами – такой шаг будет, видимо, весьма контрпродуктивен. И с точки рения национальной конкурентоспособности, и с точки зрения национальной безопасности. Вот что стоит помнить тем государственным мужам, которые будут принимать решение – защищать ли рынок микроэлектроники, или национальную безопасность!

 

Кивино гнездо: Холодная война 2.0

Берд Киви

Опубликовано Берд Киви

В сетевых средствах массовой информации на прошлой неделе обильно вспоминали довольно давнюю — от осени 2008 года – историю про большие проблемы в военных компьютерных сетях США. В ноябре того года, можно напомнить, поголовно для всего персонала американского министерства обороны была издана директива, категорически запрещающая подключать к служебным компьютерам внешние медиаустройства: USB-модули флэш-памяти, флэш-карты, цифровые камеры, КПК и так далее.

Причины столь строгих ограничений официально не раскрывались, но известно, что запрет действовал по меньшей мере до начала 2010 года, когда его пересмотрели и существенно ослабили. Ныне же военное руководство США решило раскрыть и подоплеку произошедшей истории — под завлекательным соусом типа «теперь об этом можно рассказать».

Судя по этому рассказу — наполненному драматизмом и изложенному от лица первого замминистра обороны Уильяма Дж. Линна (William J. Lynn) — имела место компьютерная атака со стороны некой иностранной шпионской спецслужбы, по своим масштабам и последствиям оказавшаяся «наиболее существенным проникновением» за всю историю военных сетей США.

Если верить Линну, то некий вредоносный и очень опасный код был подсажен «иностранной разведслужбой» в USB-флешку, которую затем вставили в служебный ноутбук одной из военных баз США на Ближнем Востоке. С этого компьютера код-шпион незамеченным пробрался как в секретные, так и несекретные сети министерства обороны, создавая там «цифровые плацдармы», с помощью которых похищаемые данные можно было бы передавать на серверы, находящиеся под иностранным контролем.

Как излагает произошедшее высокопоставленный чиновник, «это было осуществлением худших опасений сетевых администраторов: вражеская программа, работающая незаметно и заточенная под то, чтобы передавать наши оперативные планы в руки неизвестного противника». В ответ на эту атаку Пентагоном была организована специальная широкомасштабная операция противодействия под названием Buckshot Yankee, ознаменовавшая собой «поворотный момент в стратегии киберзащиты США»…

Скептический оборот «если верить Линну» использован при изложении этой версии произошедшего совсем не случайно. Прежде всего, потому что в данном захватывающем рассказе опущены некоторые очень существенные – и хорошо известные специалистам – подробности. Типа того, что «опасный вредоносный код» шпионской программы, вызвавшей такой переполох в военных сетях США, на самом деле представлял собой хорошо известного во «внешнем» сетевом мире червя под названием Agent.btz (по классификации, например, F-Secure), также нередко именуемого просто «червь Autorun».

Как можно понять уже из названия, основной способ распространения этой заразы — через внешние устройства памяти, автоматом запускающие червя при вставке в компьютер под Windows, если там включена опция автоматического запуска программ. Agent.btz, предпочитающий заползать через USB, является разновидностью другой, более старой инфекции под названием SillyFDC, предпочитавшей распространяться через диски. Но как бы там ни было, все это вещи давно и хорошо известные антивирусным компаниям, которые вполне успешно с этой заразой умеют бороться. Так что фирма Symantec, к примеру, ещё в 2007 году классифицировала уровень угрозы со стороны SillyFDC как «очень низкий».

Не вызывает никаких сомнений, что военные сети США по каким-то своим причинам оказались совершенно не готовы к тому, что в них из внешнего мира проникнет червь из той породы, какая обычно одолевает компьютеры гражданской публики. По свидетельству специалистов, непосредственно участвовавших в «Операции Buckshot Yankee» (или, выражаясь попроще, в очистке компьютеров от червя), темпы и масштабы распространения инфекции оказались настолько впечатляющими, что это реально подтолкнуло руководство министерства обороны к пересмотру всей системы защиты американских военных сетей.

Как и во всех гражданских компьютерах, этот червь и здесь вел себя как типичный «бэкдор», пытаясь устроить тайный канал для управления зараженными компьютерами. Однако трактовка обычных действий вполне типичного вируса как «создание цифровых плацдармов для атак иностранной разведки» — выглядит, мягко говоря, искусственно притянутой за уши. А кроме того, порождает и совершенно естественный вопрос: какая же мало-мальски серьезная разведслужба будет запускать в сети противника вирус, заведомо известный, хорошо выявляемый и эффективно удаляемый общераспространенными антивирусными средствами? (На основании того, что Agent.btz, по некоторым данным, сработан русскими умельцами, с 2008 года гуляет слух, что вся эта «атака» — не иначе, как дело рук российских спецслужб.)

Иначе говоря, вся эта «секретная» история с самым крупномасштабным проникновением в военные компьютерные системы США выглядит не то чтобы откровенной фабрикацией, а скорее так — как продукт умышленного манипулирования фактами на основе беспочвенных домыслов. Подобные вещи в политике, как известно, дело совершенно обычное и применяются повсеместно. Для формирования нужного общественного мнения, например. Причём вовсе не секрет, с какой именно целью вся эта история была сконструирована конкретно в данном случае.

Драматизированный угрозами и кознями врагов, сюжет про кибернападение на США был использован Ульямом Линном в качестве преамбулы к его большой программной статье, напечатанной в свежем номере журнала "". Статья же эта, носящая названия «Защищая новое пространство», посвящена новоиспеченной и пока ещё официально не обнародованной военной стратегии США для киберпространства. Неофициально, в кругах Пентагона, эта концепция носит название «Киберстратегия 3.0» или иначе «активная оборона».

Опираясь на идеи данной статьи, а также на материалы интервью, которые Линн сейчас раздает прессе, представляя свежее теоретическое детище Пентагона, основные черты новой киберстратегии можно представить примерно следующим образом.

Прежде всего, американские военные решили трактовать виртуальное пространство киберсетей примерно так же, как и все прежние, реальные пространства, где по давней людской традиции принято воевать и уничтожать неприятелей — т.е. вроде суши, моря, воздуха или космоса. И хотя при защите киберпространства военным приходится иметь дело с существенно новыми проблемами, свойственными XXI-му веку, избранная Пентагоном стратегия совершенно отчетливо напоминает подходы времен Холодной войны.

Если говорить конкретнее, то ближайшие союзники Америки будут встроены в сеть коллективной безопасности для раннего предупреждения об угрозах. Частная индустрия будет мобилизована в программу типа системы гражданской обороны для противодействия атакам противника. Военные же начальники, в свою очередь, получат полномочия на удары возмездия — что-то типа автоматического ответа на атаки электронных лазутчиков. И на фоне всего этого, что особо бросается в глаза, декларируется принципиальное нежелание военного руководства США хоть чем-то ограничивать себя в явно наметившейся гонке вооружений в киберпространстве.

Если следовать аргументам Линна, то сама идея запрета кибератак и наступательного оружия в киберпространстве – через освоенные механизмы многосторонних международных соглашений о контроле за вооружениями – отвергается Пентагоном по той причине, что здесь «слишком легко жульничать»…

Иначе говоря, дело идет к тому, что под видом новейшей «Киберстратегии 3.0» Соединенные Штаты, а вместе с ними и весь остальной мир, ныне имеют отчетливые шансы получить сильно несвежий продукт типа «Холодная война 2.0». Причём продукт в его начальной, самой оголтелой фазе, лишенной каких-либо сдерживающих рычагов и тормозов.

Взирая на подобное развитие событий, вполне естественно задаться вопросом, откуда вообще в администрации «голубя» Обамы (в сравнении с прошлым президентом, конечно) берутся такие люди, как совершенно очевидный «ястреб военно-промышленного комплекса» Уильям Дж. Линн? И как только начинаешь наводить справки, сразу же становится очевидно, что к назначению людей на посты вроде первых-вторых людей в Пентагоне нынешний президент США не имеет практически никакого отношения.

Министр обороны Роберт Гейтс, если кто запамятовал или не в курсе, просто достался Обаме в качестве незаменимого наследства от администрации Дж. Буша. Ну а его первого зама Линна, по идее назначаемого президентом, Обаме пришлось выдвинуть с явным и вопиющим нарушением своих же собственных предвыборных обещаний об «этичной раздаче должностей». То есть, в пику давно наметившейся тенденции, обещалось не назначать на руководящие государственные посты таких людей, которые за последние два года занимались бизнесом в той области, которой они должны руководить. В случае же с У. Дж. Линном речь шла не то что об отсутствии двухлетнего «карантина», а просто о прямом пересаживании человека из кабинета исполнительного вице-президента корпорации Raytheon, гиганта военно-промышленного комплекса США, в кресло первого заместителя министра обороны.

И если принять во внимание, что в Raytheon Линн курировал направление многомиллиардных военных заказов федерального правительства США, а сама корпорация последнее десятилетие очень энергично занимается разработкой кибервооружений, то все вопросы о том, откуда берутся концепции вроде Киберстратегии 3.0, отпадают сами собой.

В заключение необходимо отметить, что было бы совершенно неверным считать, будто абсолютно все начальники в среде высшего руководства Пентагона и разведсообщества США разделяют единую точку зрения на данную проблему и на то направление, в котором она развивается. Имеется масса свидетельств тому, что среди этих людей немало и таких, кто имеет существенно иные взгляды. Но вот только высказываются все они уже после того, как оставляют высокие государственные посты.

В первых числах августа на известной хакерской конференции BlackHat-Defcon в Лас-Вегасе одним из основных докладчиков выступал отставной генерал Майкл Хейден (Michael Hayden). Последние десять лет, вплоть до 2009, Хейден последовательно занимал посты директора АНБ, директора ЦРУ и первого замдиректора национальной разведки. Доклад же его на конференции в целом был посвящен горячей теме кибервойны. Причем особый акцент в своем выступлении докладчик сделал на том, что Соединенным Штатам следует заранее определиться с правилами, регулирующими атаки против сетей других государств. А оформлением такой определенности могло бы стать некое международное соглашение о запрете на выведение из строя банковско-финансовых сетей и электросетей индустрии энергетики.

По свидетельству Хейдена, нынешние правила поведения на электронном поле боя по-прежнему всё ещё слишком расплывчаты, даже после того, как министерство обороны весной прошлого года создало Киберкомандование США. Эта новая организация облечена полномочиями, позволяющими вооруженным силам США проводить «полномасштабные военные операции в киберпространстве, обеспечивающие действия во всех прочих областях», что включает в себя и уничтожение электронной инфраструктуры противника столь же разрушительно, как бомбардировщик B-2, к примеру, уничтожал бы электростанцию.

Но даже официально объявленная кибервойна может иметь правила, отличающие её от традиционных боевых действий, предупредил Хейден. Одним из вариантов учета этого обстоятельства, по его мнению, стали бы шаги крупнейших и наиболее влиятельных государств, вроде групп G8 или G20. Эти страны могли бы подписать совместное соглашение, декларирующее, к примеру, что «киберпроникновения в любую (финансовую) сеть являются настолько катастрофическими для международной финансовой системы, что по серьёзности ущерба подобны применению химического оружия – то есть никто и никогда не должен их применять».

Другим вариантом для сообщества наций была бы декларация о том, что «за пределами настоящих физических атак в официально объявленных конфликтах, атаки типа отказ в обслуживании никогда не разрешаются, абсолютно запрещены и никогда не предпринимаются». А международный консенсус наций по этому вопросу, соответственно, подобного рода кибератаки мог бы свести на нет, считает Хейден, потому что создались бы условия, когда «нации не делают этого сами и не позволяют этому происходить из их суверенного пространства».

Примерно к тому же самому — к многостороннему договору о безопасности в киберпространстве — все последние годы, как известно, энергично призывает Россия (см. материал ""). Вполне очевидно, что эти куда более здоровые идеи находят сторонников даже в Пентагоне и разведсообществе США. Не говоря уже обо всех прочих странах, лишенных амбиций мирового доминирования. Поэтому было бы намного естественнее, если бы международное сообщество конструктивно откликнулось на официальные российские инициативы, а не на «Киберстратегию 3.0».

Но большая политика, увы, нечасто ходит естественными путями. В особенности, когда её диктует военно-промышленный комплекс.

 

Василий Щепетнёв: Как у всех

Василий Щепетнев

Опубликовано Василий Щепетнев

Знакомиться с новостями, следить за миром, когда канал интернет-связи тонкий, но дорогой — дело достаточно канительное. Убираешь изображение, звук, и всё равно что-то загружается, загружается, загружается. Семь элементов, пятнадцать, сорок девять... Всего-то страничка содержит текста на пять килобайт, а израсходовано пятьсот двадцать пять. И потому вместо тридцати-сорока страничек новостей обходишься десятком. Поневоле оказываешься на голодном пайке, когда вместо гигабайта в сутки вынужден довольствоваться десятью мегабайтами. Что-то пропускаешь. Постишься.

Когда я увидел заголовок «Стартовала экспедиция на Марс», то решил: вот оно! Свершилось! Как в советские времена, когда полёты готовили в обстановке строжайшей секретности, а потом радовали все прогрессивное человечество. Включишь телевизор, а там торжественное «Человек Страны Советов в космосе!»

Вот и на Марс, оказывается, полетели! Дождался! А то американцы, понимаешь, трубят, готовятся, а мы храним гордое молчание.

Все это я думал пока грузилась страница, а когда вник в суть, лишь вздохнул. Речь шла об эксперименте, имитации полета. Тоже дело нужное, конечно, но, во-первых, таковой уже был много лет назад, а во-вторых, имитация без невесомости — это и не имитация вовсе, а так... освоение выделенных средств. Нет, реального полета я не дождусь, увы.

Лететь на Марс, используя существующие двигатели, — всё равно, что охотиться на тигра-людоеда с одним патроном в ружье. Любая ошибка, любая случайность, любой промах — и смерть. Гептил и амил — это звучало в двадцатом веке (вернее, не звучало по причине секретности, вот даже словарь текстового редактора их не знает), но для дальнего космоса нужен двигатель с КПД на порядок выше. Нет таких двигателей.

Я, конечно, надеюсь, что в обстановке все той же строгой секретности готовят что-то замечательное, космические корабли будут летать активно, разгоняясь, останавливаясь и маневрируя без оглядки на топливный бак, достигая скорости в пятьдесят, а то и в сто пятьдесят километров в секунду. Но покамест это лишь мечты, которые станут былью неизвестно когда. Если станут вообще.

Прогресс — штука неясная, возьмёт и остановится. Вот уже век автомобиль обходится двигателем внутреннего сгорания, никакой революции, дизельный двигатель тоже с седой бородой. Электромобили — игрушки, не подходящие для наших дорог, и, опять же, не новость. Сейчас производство автомобиля больше зависит от дизайнера, нежели от техника-инженера. Новая модель отличается от старой формой, цветом, обивкой, но не производительностью двигателя.

Скоро, опасаюсь, и новый компьютер будет превосходить старый не в пять раз, а на пять процентов — и ещё хорошо, если на пять. Но это отнюдь не повредит отрасли. Люди будут покупать новые модели не потому, что они производительнее, а потому, что с этого года в моде деревянные корпуса, приятные и на вид, и на ощупь, а иметь компьютер с алюминиевым корпусом — позорище и стыдоба.

Родители уже сейчас готовятся к тому, что в сентябре любимое дитя начнет ныть: мол, у всех в классе теперь iPhone 4, одно оно, дитя, ходит с iPhone 3G, и потому выглядит на фоне всех чучелом и нищебродом. Что ж, если оно не может быть, как все, ничего не поделаешь, жизнь не удалась со старта, приходится сойти с круга. Такую песню («этот стон у нас песней зовётся») будет петь каждый одноклассник, и родители, если не все, то многие, сдадутся, куда ж им деться.

Желание, чтобы у ребенка было, как у всех иногда перерастает в манию и толкает к самым невероятным поступкам — смене профессии, гражданства и сексуальной ориентации. Некоторые идут в шпионы. Самые отчаянные даже берут банковские кредиты.

А одежда? Разве её покупают потому, что старая сносилась и более не греет и не защищает? Нет, бывает и такое, но чаще причина приобретения обновки — «будут носить длинное и широкое». И прежняя куртка, костюм или юбка, вполне ещё добротные и приглядные, будут висеть в шкафу, пока моль не сожрет, или выброшены на помойку, поскольку недостаточно длинны и широки. Не как у всех.

Понятно, что финансовая стесненность заставляет идти на компромиссы: Эллочка-Людоедка, не имея возможности носить норковый палантин, красит мех кролика зеленой акварельной краской, родители не купят чаду iPhone 4, но пообещают купить сразу iPhone 5, а подготовка к полету на Марс сводится к ролевой игре. Но какое-то утешение — «как у всех» — подобные замены могут принести.

 

Кафедра Ваннаха: Человек, государство, Сеть

Ваннах Михаил

Опубликовано Ваннах Михаил

Каждому технологическому достижению в истории человечества соответствует своя иллюзия. Растущая роль угля как топлива породила «Черную Индию» Жюля Верна, рассказ о шахтёрах так увлеченных своим трудом, что даже переселяющихся под землю (эту книжку стоит передать горнякам в Чили, обреченным сидеть под землей как минимум до Нового года). Первые легководолазные аппараты отобразились в «Подводных земледельцах» Александра Беляева, повествовании о совхозе в глубинах вод Тихого океана (национальные акватории которого мы к стыду нашему и поныне толком не можем ни освоить, ни уберечь от соседей).

Но это — литература. Прежде всего — подростковая. А вот, когда появилась Сеть, многие всерьёз говаривали о той невиданной свободе, которую она несёт с собой. О грядущем освобождении человека от извечного пресса государства. О возможности скрыть свою персону за цепочками анонимизаторов. О возможности уберечь свою тайну за путаницей шифрпрограмм с открытым ключом, вроде PGP. Ну и конечно же, прежде всего, о возможности отдельного человека достучаться до всего общества, ведь стоимость распространения информации в Сети асимптотически сползает к нулю. И технически — с инженерной точки зрения — всё, о чём мечтали энтузиасты полторы дюжины лет назад, давно превзойдено. Скорости, объёмы хранимой и передаваемой информации... И благодаря технологиям индивидуум казалось бы может бросить вызов молоху государства. Самым блестящим примером этого, казалось бы, является «ВикиУтечка», WikiLeaks. Публикация сотни тысяч секретных документов о войне США в Афганистане — ну что, казалось бы, может в большей степени характеризовать и сетевую свободу, и нынешние возможности личности?!

Только вот возникает вопрос — а что дальше? Появились эти документы в общедоступном доступе — и что?

А — ничего! Ну, можно прочитать, что янки с сателлитами войну проигрывают — так эка новость? После трех войн проигранных англичанами, после фатальной для СССР Афганской кампании — чего там ещё ждать... Даже польский автор фэнтези Анджей Сапковский написал на эту тему историю, где добавляет к вышеуказанным Искандера Двурогого и пророчит служащим в Гиндукуше жолнерам всякие беды!

Племенные вожди коррумпированы? Ой... А что, варвары, от батавов до гуннов, коих подкупали римляне эпохи упадка, пытаясь найти в злате замену мужеству меча, были бескорыстны и честны? Тоже мне, новость!

Гибнет мирное население? Нуу... Введенное Гуго Гроцием деление на доблестных комбатантов и неприкосновенных штафирок, оно из области идей. К реальности имеющих отношение слабое. Скажем, традиционная осада города включала в себя создание невыносимых условий для населения — в том числе мирного — путем нарушения подвоза продовольствия и воды. В Первую мировую Западные демократии Антанты блокировали уже целиком Центральные державы (дети в Германии рождались без ногтей), ну а линейные крейсеры Флота открытого моря баловались пальбой из одиннадцатидюймовок по сонным британским городкам. И это в культурно, экономически, — семейными узами аристократии, наконец, — связанной между собой Христианской Европе...

Так что, предположим, что единственное следствие «ВикиУтечек» — то, что у СМИ появилось, о чем потолковать. Ну и любители военной истории могут почерпнуть забавные факты, что бы позубоскалить в форумах. Ну и политтехнологи, работающие в странах, вляпавшихся в эту войну — им бесплатно предложен изрядный массив сведений, вполне пригодных для того, что бы заляпать грязью оппонента. Пригодных, но не более того — переоценивать роль этих сведений не стоит. Вот США уходят из Ирака — "" обзывает эти события влиятельная Guardian. Никакого оружия массового поражения. Сто тысяч убиенных гражданских, по два миллиона беженцев и DP (DP — Displaced Person перемещённое лицо, эта аббревиатурка времен после Второй мировой, зажила новой жизнью в XXI веке.) Ну и что? Элита США пришла к выводу, что были патриоты за войну, были патриоты против войны, но все они милые и замечательные, а за 100 тысяч убитых штатских никто не ответит...

А деятели «ВикиЛикса» оказались не так уж и неуязвимы для ответных действий со стороны государства. Вот, основателю ресурса австралийцу Джулиану Ассанджу тишайшая шведская полиция (некогда плодотворно сотрудничавшая с Интерполом, главой которого был нацистский палач Гейдрих) и прокуратура то предъявят обвинения в изнасиловании, то отзовут, то заменят на новомодные сексуальные домогательства... Мутно — каждый, у кого есть жизненный опыт, знает, что нет ничего более сомнительного, нежели сексуальные преступления. «Кто был охотник, кто добыча...» И всегда можно найти дамочек, которые за мелкую мзду дадут нужные показания. Вон чуть ли не вся местная оппозиция хнычет, что соблазнила её некая барышня Муму. (Нешибко оппозиционеров ценят вороги — на всех одна Муму, встарь-то дурной священник, желая погубить душу св. Бенедикта посылал ему целых семь обнаженных девиц...) И авторство наезда на Ассаджа не определишь — то ли ЦРУ, то ли гномы (не толкиновсие, но «цюрихские», как дразнят банкиров), то ли бельгийские педофилы... Суть то дела в том, что живет то он в реальном мире, а не в Сети, и уязвим ничуть не меньше, чем любой из граждан современного общества. И вот тут-то мы приходим к выводу, что человеческие проблемы надлежит решать не столько инженерам кремния, сколько инженерам общества. Хотя в самом крупном счёте жизнь общества определяет именно технология.

Вот контрпример. Утечка, которая повлияла на суть политических процессов. Это были "". В 1967 году министр обороны США Роберт Макнамара распорядился составить сборник, из которого можно будет составить представление о том, как принимались решения по вьетнамской проблеме — этот блестящий организатор понимал, что системой нельзя управлять без данных по её истории. Но данные из сборника (некоторая часть — многое тайна и поныне) утекли в прессу. «Нью-Йорк Таймс» в 1971 году их слил бывший аналитик Госдепа Дэниел Эллсберг, трезво оценивший бесперспективность войны в Индокитае. Правительство США пыталось остановить публикацию, но (тут самое интересное!) . Публикация продолжалась, и это имело колоссальные последствия. Вывод войск из Вьетнама, отказ от призывной армии, — да, по большому счету, сама нынешняя роль США не как отдельной сильной и богатой страны, а как штаб-квартиры и бухгалтерии планетарной корпорации, — всё это можно произвести из «бумаг Пентагона». Кстати, бывшему морпеху Эллсбергу их показал бывший летчик Ричард Бест, утопивший у Мидуэя авианосец «Акаги». Он ведал в RAND секретной библиотекой... То есть, тогда утечка «сработала». И, как видим мы сегодня, в интересах США, вовремя адаптировавшихся к глобальной экономике, оказавшись на вершине пищевой пирамиды.

Но тогда были ясны альтернативы — замена заботы о своем производстве на заботу о своей роли в глобальном хозяйстве. Замена призывников наемниками (в Ираке и Афганистане очень велика роль контрактников, этаких войск Ост-Индской компании). И, — предположим, — замена демократии Отцов-основателей имитационными механизмами. Ну, как когда-то при принципате учреждения Римской республики сохраняя форму стали совсем иными по сути... И дело тут не в заговоре, а в потребностях современной экономике во всепланетном рынке, без которой (требовании массовости производства, а следовательно — сбыта) невозможны были бы ни мощности процессоров, ни мобильная связь, ни всеведущая Сеть. Ну не видно альтернативы этой модели. И поэтому все «сливы», похоже, окажутся тщетны... А былые граждане, даже там, где они водились, превращаются в толпу, которую власть подкупает — в объёмах, зависящих от места страны в мировом хозяйстве.