Всякими правдами и неправдами домовитый казак Агафон затесался в станичные атаманы. Благо¬дать ему, голова всей станицы, что хочу, то и во¬рочу! Было бы все хорошо, да оказалась у него одна зака¬выка – не умел ни читать, ни писать, а считал лишь до де¬сяти и то по пальцам.

Досадно ему. Решил атаман научиться грамоте. Позвал солдата-грамотея Сидора к себе, что малых ребятишек обучал в станице, и говорит:

– Знаешь что, хочу, чтобы ты малость поучил меня: чи¬тать, расписываться, считать до сотни.

Солдат-грамотей на атамана поглядел, в угол плюнул.

– Тебя учить – руки обобьешь. Неохота мне связываться с тобой.

Атаман просит:

– Не откажи, обучи уж, постарайся, за платой не по¬стою!

– Ну, ладно, – говорит солдат, – только уговор такой -платить мне в месяц будешь три рубля. И в моей воле бу¬дет тебя сечь плетью, дурь и лень выбивать.

– А без битья-то нельзя?

– Нет, никак невозможно, без этого тебя лапти плести не выучишь, а не то что грамоте.

Вздохнул атаман.

– Видно, делать нечего, так уж и быть, до смерти не убьешь.

На другой день солдат-грамотей принялся учить атама¬на. Из угла в угол по горнице ходит, твердит атаману: -Аз, буки; аз, буки! Атаман сует ему в руку пятак.

– Эти склады пропусти, никак я их не осилю.

Сидор пятак в карман спрятал и по азбуке твердит дальше:

– Веди, глаголь; веди, глаголь. Атаман вздохнул.

– Ты до следующего раза и эти оставь. После я их осилю. Солдат-грамотей перебрал все склады и буквы. Атаман в них ничего не уразумел. Сидор схватил тут азбуку и орет:

– Фита, ижица; фита, ижица! Вертит атаман головой во все стороны.

– Ничего не могу у тебя перенять. -Не можешь!

Сидор за чуб атамана – и давай его плетью пороть. Ревет атаман, что есть мочи, грозится.

– Я тебя, солдат, в острог на хлеб и воду посажу!

А солдат атамана знай свое – охаживает плетью да при¬говаривает:

– Не зря бью тебя, по уговору, учу грамоте, дурь выби¬ваю!

Целый год мучился солдат-грамотей, а атамана так гра¬моте и не выучил. Остался он дурак дураком, хотя носил атаманскую булаву, не по праву, а потому что первый бо¬гач был в станице.