Ну, конечно же, наместник не мог не пригласить нас переночевать в своем доме,

так похожем на дворец. При наличии множества комнат для гостей. Первым возжелал

отправиться в свою комнату Тартак. Мы, как раз, собрались в большом гостином

зале и, рассевшись на подушках, чинно и по-светски общались. Как водится, речь в

таких случаях ведется о погоде и природе, то есть, о таких вещах, которые

вызывают рефлекторное зевание и действуют лучше всякого снотворного.

Тартак - натура деятельная, и всякие природы и, тем более, погоды его не

интересуют. Стоя в проеме двери, он перехватил слугу, несшего блюдо с сарташем

(предназначенного для всех нас, заметьте), и это блюдо у слуги изъял. В два

приема, Тартак уронил содержимое в свой безразмерный желудок и, обратив к нам

невинный взор, заявил, что он, видите ли, с дороги устал, и неплохо было бы,

где- нибудь подремать.

Слегка шокированный таким оборотом беседы, Сохтар позвонил колокольчиком,

стоящим у его руки. Появившемуся на звук дворецкому, было отдано распоряжение

провести благородного сатхара в его комнату.

- Только на первом этаже, - счел своим долгом предупредить тан Тюрон.

Дворецкий невозмутимо поклонился и, жестом руки, предложил Тартаку следовать

за собой. Тартак неопределенно хмыкнул и, подхватив палицу, проследовал в первую

дверь налево, предупредительно распахнутую дворецким.

Дверь за Тартаком закрылась. Через несколько секунд раздался стук упавшей на

пол палицы и грохот рухнувшего на кровать Тартака. Потом еще раз раздался грохот

рухнувшей на пол кровати и все стихло.

- Господин! - я впервые увидел на лице дворецкого проявление эмоций. - Это

была кровать из Гаришада…, редкий и очень дорогой экземпляр.

- А на втором этаже - более дешевая мебель? - поинтересовался тан Тюрон.

- Ну что вы?! - оскорбился Сохтар, - у меня все самое дорогое - для гостей!

- Тогда вы отделались только одной кроватью…, - философски заметил я.

В это время раздался мощный храп Тартака.

- …И одной бессонной ночью, - вынужден был добавить Тюрон.

Выход все же нашелся. Сохтар всерьез озаботился звукоизоляцией своих

помещений, но тан Тюрон сжалился над нами и поставил "полог тишины" на комнату,

в которой обосновался Тартак.

- Так расскажите мне о вашей миссии, - вернулся к прерванной беседе Сохтар.

- Моя, лично, миссия закончена! - поспешил пояснить Малур. - Я должен был

сопроводить благородных гостей Владыки в Сартут и обеспечить их в дальнейшую

дорогу. Свою миссию я считаю выполненной.

- Интересно, Владыка так тоже посчитает? - пробурчал Жерест, выуживая

какой- то фрукт из вазы, -особенно, если с нами что-то случится.

Малур, однако, услышал, и испуганно съежился. Ну что за мания - пугать

бедного придворного!

- Я думаю, что ничего страшного с нами не произойдет, - поспешил успокоить

Малура тан Тюрон.

- Но до нашего возвращения, вам, все-таки, лучше будет оставаться здесь, -

приятно улыбаясь, добавил я.

На лице Малура явственно обозначилась борьба морской болезни и предчувствия

отделения этого самого лица от всего остального.

Сохтар, с сочувствием наблюдающий за этой борьбой, поспешил прийти на помощь:

- Друг мой, должен заметить, что глоппер "Звезда Нарадуна", весьма

комфортабельное судно, практически неподверженное боковой качке.

- А продольной? - вырвался у меня провокационный вопрос.

- Если волнение небольшое, то и продольной, - невозмутимо парировал Сохтар.

- Что там с припасами на дорогу? - спросил Тюрон.

- Завтра с утра они уже будут загружены. Капитан предупрежден, - кратко

проинформировал Сохтар.

- Было бы неплохо отдохнуть с дороги, - заметил Фулос.

Харос с одобрением кивнул головой.

- О! Конечно-конечно! - заторопился Сохтар. - Слуги вас проводят.

- Ну, а мы, - проговорил Тюрон, устраиваясь поудобнее на подушках, - обсудим

еще некоторые детали.

Признаюсь честно, весь остаток вечера и всю ночь, я бессовестно продрых.

Помнится, что Аранта пыталась меня приподнять, но романтика где-то загуляла, и,

без ее поддержки, Аранте справиться со мной не удалось. В результате, утром, мне

пришлось переносить ее сердитые взгляды и обозревать ее недовольно насупленное

лицо. Придется искать пути примирения.

После легкого завтрака, как мудро заметил Тартак - чрезвычайно легкого, Мы

отправились в порт. Уважаемый Сохтар, лично, проводил нас к пирсу, у которого

был пришвартован глоппер. Увидев глоппер, я удивленно присвистнул.

Представьте себе два больших, двухмачтовых корабля. Представили? Так вот,

теперь соедините их здоровенным помостом, и вы получите классический катамаран,

или, по местному, глоппер. Грузы, что вполне разумно, крепятся именно на этом

помосте.

К нашему приходу, матросы, рассыпавшись по реям, что-то такое делали с

парусами, шла утренняя приборка. На все это орал какой-то мужик, стоя на пирсе.

Судя по тому, что никто не пытался на него огрызаться, это был капитан глоппера.

Мое подозрение, переросло в уверенность, когда Сохтар направился именно к нему.

- Доброе утро, уважаемый Морат, да пребудет с тобой и твоим кораблем милость

Шаршуда!

- А! Рад видеть тебя, уважаемый Сохтар! - отозвался Морат, отвлекаясь от ора

на своих матросов. - Это и есть наши гости, которых Владыка, да продлит его дни

Шаршуд, повелел доставить к эльфийским берегам?

- Да.

Морат пристально обозрел наши, не очень стройные, ряды.

- Женщины! - заметил он, ткнув пальцем в нашу сторону. - Почему я не знал,

что мне придется идти с ними?

- Потому, что я тоже этого не знал, - сухо ответил Сохтар. - В повелении

Владыки, было написано - гости.

- С женщинами я не пойду! - набычился капитан.

- Это повеление Владыки, - напомнил ему Сохтар.

- По морским законам - женщины на корабле к несчастью.

- Это ты будешь объяснять палачу? - нейтрально поинтересовался Сохтар. -

Любые законы утверждает Владыка, да пребудет с ним милость Шаршуда, а

поддерживает рвение в их соблюдении, его заплечных дел мастер.

В ответ на эту житейскую мудрость, Морат только печально вздохнул.

- Я так понимаю, что тут буйным цветом расцветает махровый мужской шовинизм,

- опасно мягко, сказала подошедшая к ним, Аранта.

Видимо, она решила выместить на ком-то свое раздражение. Надо срочно спасать

капитана, а то кто же тогда доведет этот глоппер до места назначения?

Я выдвинулся вперед и, обняв Аранту за талию, разъяснил капитану суть:

- Наша девушка желает сказать, что неизвестно, как там, в море, но, если вы

не возьметесь нас туда везти, то несчастье произойдет точно. Оно произойдет

здесь и сейчас, причем, с вами лично.

- Ты меня тоже пожалуй обними за талию, - пробурчал Тартак, - а то, этот гхыр

вызывает у меня желание опробовать его кумпол на прочность.

- Вот когда ты будешь носить платье, вот тогда тебя и будут обнимать, -

обернулась к Тартаку Аранта.

- Тартак! Аранта! - строго сказал Тюрон. - Не надоело вам? За дорогу не

навоевались?

- Да? - возмутилась Ари. - Этот тип прибил на одного дольше, чем я. Вам не

кажется, тан Тюрон, что сейчас самое время сравнять счет?

Я увидел, как бледнеет загорелый морской волк. Вернее, не бледнеет, а сереет.

Не знаю, до какой степени серости он бы дошел, если бы, не подошла поближе

Гариэль.

- Капитан! - раздался ее чарующий голосок. - Вы знаете, зачем нам надо плыть

к тем берегам?

- Нет, не знаю, - промямлил капитан, переводя взгляд с рассерженной Аранты на

новое действующее лицо.

- А вы посмотрите на меня более внимательно, - улыбнулась Гариэль и

встряхнула головой так, чтобы стали видны ее ушки.

От ее улыбки капитана, буквально закачало. Еще бы! В нашей группе две девушки

обладают неотразимыми улыбками. Хоть и действие их принципиально разное, но

эффект - стопроцентный!

Вы…,…, - слов у капитана не хватало, и он вынужден был заменять их

жестикуляцией.

Ругаться, что он обыкновенно делал в таких ситуациях, капитан не решился. Уж

очень близко от него покачивалась палица в руке Тартака, который внимательно

следил за тем, чтобы капитан был в должной мере вежлив.

В конце концов, то ли Повеление Владыки оказало действие, то ли улыбка

Гариэль, но капитан Морат выразил готовность отвезти нас к берегам эльфов.

Под "бурум-бурум" в полголоса, пришедшего в благодушное настроение Тартака,

от которого несколько матросов едва не свалилось за борт, мы пошли занимать наши

каюты, которые нам широким жестом выделил капитан.