- Чарли! Чарли!

Единственным ответом был посвист птицы в ветвях над головой - длинная переливистая трель.

- Он на таком расстоянии, что может не расслышать, - сказала Сара.

Весь последний час они с Джо Мелби безостановочно углублялись в лес, и теперь чаща вокруг них была такой густой, что сквозь лиственный кров едва пробивались солнечные лучи.

- Чарли, о, Чарли!

Глядя под ноги, она подождала, не послышится ли отклик.

- Может, отдохнем немножко? - предложил Джо.

Сара помотала головой. Неожиданно ей так сильно захотелось увидеть брата, что дыхание перехватило. Это душащее чувство было знакомо девочке - оно приходило всякий раз, когда чего-то хотелось свыше сил, Например, когда она лежала больная корью и ужасно желала увидеть папу - горло сдавило так, что даже глотать не получалось. И сейчас ей показалось, что появись из воздуха стакан ледяной воды (а пить хотелось пресильно) - она бы не смогла сделать ни глотка.

- Если можешь пройти еще немножко, то на вершине холма есть открытая разработка, оттуда всю долину видно.

- Пойдем.

- Сначала, конечно, можно отдохнуть...

- Нет, пойдем сейчас.

Саре как будто немного полегчало. Если встать на самом верху холма и окинуть взглядом всю долину, подумала она, и где-нибудь среди буйной зелени покажется маленькая пухлая фигурка в голубой пижаме - больше мне в жизни ничего не надо. Она представила себе долину как рельефную карту, где каждая мелочь отчетливо выделяется - и она сразу разглядит своего братика. И тогда Сара закричит: "Вот он!", и голос ее как колокол зазвенит на всю долину, и все услышат и поймут, что Чарли наконец нашелся.

Она привалилась к дереву и отдохнула не более секунды - и они продолжили путь. Ноги девочки начинали дрожать.

Солнце уже перевалило за полдень: время, когда Сара обычно сидела перед телевизором и смотрела телешоу, где семейные пары угадывали секреты друг друга или девчонки вслепую назначали свидания. Сейчас Сара сидела бы в дверном проеме, на своем обычном месте, а Чарли подошел бы и уселся рядом, чтобы смотреть вместе с ней, а в полутемной гостиной пахло бы моющим средством с хвойным запахом - им обычно мыла полы тетя Вилли...

А потом "Раннее шоу" подошло бы к концу, и Сара, пожалуй, посмотрела бы еще какой-нибудь старый фильм, привалясь к дверному косяку и шутя с Чарли - "А теперь, парень, мы увидим обязательную сцену раскаяния Старого Преступника..." А Чарли, сидя на табуретке поближе к экрану, согласно кивал бы, ничего не понимая.

Саре всегда хорошо удавалось вставлять реплики в фильмы. Когда ковбой изрекал что-нибудь вроде "Сегодня здесь подозрительно тихо", она успевала вовремя ввернуть "Да, слишком уж тихо". Так странно было, что сейчас она шагает по чаще леса на пару с Джо Мелби, а вовсе не смотрит в гостиной на пару с Чарли фильм "Пламя Аравии", который как раз идет в это время...

Карабкаться вверх по склону делалось все труднее. Сара вспомнила, как она выиграла велосипедную "медленную гонку" - смысл соревнования был в том, чтобы ехать как можно медленнее, притом не отрывая ног от педалей. Помнится, она все замедляла и замедляла ход, борясь с бешеным желанием рвануться вперед и первой пересечь финишную прямую. В конце гонки их осталось только двое - она и Т. Р. Питерс, и оба замерли у самого финиша, неподвижно балансируя на своих велосипедах. Секунды тянулись бесконечно, и наконец Питерс потерял равновесие, нога его коснулась земли - и Сару объявили победительницей.

Девочка поскользнулась на лиственном ковре, упала на колени и осталась так сидеть, переводя дыхание.

- Ты в порядке?

- Да, просто споткнулась.

Не поднимаясь на ноги и не поднимая головы, она вдруг начала отчаянно звать:

- Чарли! Чарли!

- Эге-гей, Чарли-и-и, - присоединился к ней Джо.

Сара знала, что услышь ее брат - он бы непременно отозвался, издал бы долгий стонущий вопль, который всегда доносился из его комнаты, когда что-нибудь пугало мальчика ночью. Сара так хорошо знала этот крик, что на миг ей показалось - он донесся издалека.

Она некоторое время вслушивалась, все еще согнувшись и упираясь в землю рукой; наконец распрямилась, убедившись, что ей послышалось.

- Пошли, - позвал Джо, протягивая руку, чтобы помочь ей встать. Сара поднялась, глядя на вершину холма. Экскаваторы некогда вгрызались в землю, чтобы добраться до угольных жил, а отработанная земля громоздилась высоким гребнем.

- До верха я никогда не долезу, - сказала Сара, приваливаясь к дереву, чья листва была покрыта тонким слоем грязи - сюда осела пыль, поднятая машинами при раскопках на вершине.

- Обязательно долезешь. Я туда сто раз забирался.

Джо взял ее за руку и потащил вверх по склону. Сара послушно следовала за ним, и так бок о бок они постепенно продвигались к гряде на вершине. Земля оползала под ногами, девочка съезжала вниз, ободрала по дороге коленку, а поднявшись, поскользнулась и упала еще раз. Восстановив наконец равновесие, она устало рассмеялась:

- Знаешь, чем все кончится? Я стащу тебя вниз, и мы вдвоем проедемся с горки прямиком до самого подножия.

- Нет, я тебя держу. Давай, полезли.

Сара снова принялась карабкаться, стараясь аккуратно ставить ноги след в след и опираться на камни. Стоило ей остановиться отдохнуть - Джо сказал:

- Еще немного осталось. Идем, мы почти на месте.

- Если это такая хитрая уловка - знаешь, как зубной врач говорит пациенту: "Я уже почти все просверлил", после чего сверлит еще часик и сообщает: "А вот теперь я уже почти совсем все просверлил", а еще через полдня заверяет: "Ну вот, осталась всего одна маленькая дырочка"...

- Похоже, мы с тобой лечим зубы у одного и того же врача.

- Я, кажется, больше правда не могу. У меня обе ноги стерты до мяса.

- Но мы и правда уже почти совсем пришли, выражаясь словами твоего зубного.

Сара упала животом на грязную земляную гряду на вершине холма и несколько секунд лежала без движения. Потом поднялась и взглянула на простиравшуюся внизу долину.