Уилли Понд сильно удивился, когда его поездка закончилась у небольшого, но милого домика на окраине города. Молодой техасец познакомил его с временной хозяйкой – мисс Нейдик и ушёл, чтобы спрятать лошадей неподалёку.

Мисс Нейдик оказала своему постояльцу сердечный приём и пригласила его в гостиную. Пока они обменивались приветствиями, она изучала его острым, критическим взором. Он произвёл, скорее, положительное впечатление, поскольку дама не чувствовала никакой неловкости, обычной для людей, которые беседуют первый раз. Она говорила легко и естественно, как будто знала его полжизни.

– Сколько вы пробыли в городе, мистер Понд? – таким был один из её вопросов.

– Только день. Я приехал на экспрессе, который пришёл утром, – был ответ.

– О, это был тот же поезд, на котором приехал этот головорез Дикий Билл.

– Да, проводник показал мне его. Но почему вы называете его головорезом?

– Потому что таков его характер.

– Я думал, так называют только преступников.

– Это ошибка. Большинство преступников – головорезы, но человек может быть головорезом и не быть преступником. Если человек, который готов стрелять всегда, в ответ на слово или взгляд – не важно, готов противник или нет, – это не головорез, то я не знаю, что такое головорез. Но извините, может быть, он ваш друг.

– О, нет, – немного смутившись, сказал Понд. – Но не так давно дорогая мне женщина стал его женой. Я чувствую к этому человеку что-то вроде интереса. Мне казалось, что он довольно буйный, когда пьёт, но сам по себе он храбрый, благородный человек.

– Храбрый, как зверь, который чувствует, что у него есть сила для убийства. Но благородный? Вовсе нет! – сказала мисс Нейдик.

– Вы его враг.

– Нет. Он никогда не причинял вреда мне лично. Но он причинил вред моим друзьям – не одного и не двух он преждевременно отправил в могилу.

– Вот я и говорю, вы его враг из-за того, как он поступил с вашими друзьями.

– Я ему не друг. Я не хочу быть другом таких людей. Но вражда женщины для него – ничто. Он ищет друзей среди таких людей, которые теперь рядом с ним – Калифорния Джо, Сэм Чичестер и другие. В его партии только один настоящий джентльмен – Джек Кроуфорд.

– Я никого из них не знаю.

– Вы не много потеряли. Мало чести в таких знакомствах. Они подходят к Дикому Биллу, потому что пьют, играют и стреляют по малейшему поводу. Они готовы на любую авантюру. Они никогда не останавливаются и не оглядываются перед тем, чтобы совершить зло.

Вход молодого техасца вызвал смену темы разговора.

– Я узнал, когда выходит партия, – сказал он. – Вечером они сделают последние приготовления и снимутся рано утром, наверное, часов в десять, чтобы сделать первый привал у Двадцатимильного ручья.

– Вы предлагаете идти впереди? – спросил Понд.

– Нет. Легче и безопаснее идти по их следу. У них не более пятидесяти животных, и для нас останется много корма, даже если мы будем держаться близко. Мы в любое время сможем добыть зверя. Одна лошадь понесёт все наши вещи, и при необходимости мы сумеем путешествовать быстро.

– Вы разбираетесь в этом лучше, – сказал Понд. – Делайте, как вам удобно, а я заранее согласен с вашими планами.

– Ладно. Ложитесь пораньше, чтобы хорошо отдохнуть. После того, как мы выедем, долгая скачка и ночные дежурства утомят вас. Вы к ним не привыкли.

– Я покажу вам вашу комнату, ваш саквояж уже там, – сказала мисс Нейдик.

Мистер Понд последовал за ней, а техасец остался наедине со своими мыслями, которые он беззаботно выражал вслух.

– Пока всё идёт хорошо, – сказал он. – Мистер Уилли Понд – размазня. Он бы не поехал со мной, если бы не считал, что у него будет шанс послужить Дикому Биллу. Хотя он избегает Билла, он думает о нём больше, чем должен думать. Спорю, что Адди это заметила.

– Заметила – что? – сказала дама, которая вернулась так бесшумно, что Джек не услышал её.

– Что мистер Понд, как он себя называет, – друг Дикого Билла.

– И это, и многое другое. Перед вашим путешествием ты должен кое-что понять.

– Что именно?

– Вот что: держи глаза открытыми и изучи мистера Понда поближе.

– Он опасен?

Мисс Нейдик искренне рассмеялась.

– Для тебя – нет, – сказала она. – Если они поедут утром, мы должны встретиться с Хурмой Биллом вечером.

– Это верно. Мне привести лошадей?

– Нет. А то нас услышат. Я сама приду в конюшню. Приготовь лошадей. Я должна передать Биллу кое-какие вещи. Я приду, как только уложу их в седельные сумки.

Джек ушёл в конюшню. Мисс Нейдик с женской предусмотрительностью начала собирать разные вещицы, которые могли бы быть полезны её возлюбленному. У него было мало шансов жить с удобством, не говоря о роскоши, кроме тех случаев, когда он совершал набеги на поселения.

Через десять минут она была готова и пошла к конюшне.

Джек оседлал её любимую лошадь, а для себя выбрал красавчика Чёрного Ястреба.

Через несколько секунд оба были в седле и в темноте мчались по той же дороге, по которой Джек уже скакал, когда был у Хурмы Билла.

Они почти не говорили, поскольку лошади шли быстрым галопом. Не прошло и часа, как они подъехали к оврагу и подали сигнал.

Едва он прозвучал, как рядом с лошадью Адди Нейдик появился Хурма Билл. Он прижал её к своей груди со страстью, которая показывала, что у него ещё остались человеческие чувства.

– Это так похоже на тебя, Адди – холодной ночью прийти к такому дикарю, как я, отвергнутому людьми и брошенному небесами!

– Ночью безопаснее, чем днём – для тебя и для меня, Билл, – сказала она. – Я бы не смогла уехать, не повидав тебя. И я принесла тебе некоторые вещи, которые тебе нужны.

– На тропе мне почти ничего не нужно, Адди. Твоему другу можно верить или я не говорил бы этого, но дело в том, что краснокожие собираются поднять восстание по всему северу и северо-западу. Мы обрушимся на Чёрные холмы и выметем все голубые мундиры, которых отправят на подавление восстания. Сиу сделали меня большим вождём, и у меня будет полно дел. Если услышишь о Белом Олене, помощнике самого Сидящего Быка, то знай, кто это.

– Конечно, ты!

– Да, Адди. Они дали мне такое имя. Если сиу будут сражаться так, как я думаю, если к нам присоединятся все северные племена, мы заставим их пойти на такой договор, который навеки даст нам Чёрные холмы и многие другие земли. Тогда и только тогда, моя девочка, у меня будет безопасный дом для тебя, и только тогда я попрошу тебя стать моей женой. Тогда преступник будет в безопасности и сможет жить в мире, надеясь на свой дом и на счастье.

– Билл, когда бы ты ни попросил меня, в мирное время или военное, я твоя. Ты храбрейший из храбрых. Ты никогда не поступил бы дурно, если бы за тобой не охотились. Я люблю тебя, и ты это знаешь.

– Да, Адди, а я люблю тебя, и я прошу тебя остаться со мной до рассвета. Но у этого незнакомца есть для меня сведения.

Хурма Билл повернулся к техасцу, который немного отъехал, чтобы не мешать разговору влюблённых.

– У меня есть сведения, которые ты просил, – сказал Джек. – Партия выйдет завтра, в девять-десять утра. В ней двадцать девять человек, все хорошо вооружены, у большинства магазинные ружья и шестизарядники. Половина – старые скауты, остальные – старатели, игроки и пара торговцев. У них пятьдесят животных, фургонов нет. Мулы нагружены довольно тяжело, во всяком случае, те, что несут вещи торговцев, и это стоящая добыча.

– Ладно. И есть один человек, который не должен пострадать, пока не попадёт в твои руки?

– Да, это Дикий Билл. Я хочу получить его, чтобы он умер наверняка – медленно и ужасно.

– Бил, есть ещё один человек, который не должен пострадать, – сказала Адди Нейдик. – Он как-то помог мне в Шайенне, защитил от оскорбления. Это Кроуфорд, его называют Капитан Джек.

– Да, я знаю его. Ему не причинят вреда, если это будет зависеть от меня.

– Спасибо, Билл. Но ты не ревнуй. Я прошу за него только из-за его поступка.

– Я понимаю, Адди.

– Ни одна женщина на свете не заставит меня ревновать. Я слишком сильно люблю тебя и верю тебе. Но ты не станешь нападать на партию вблизи города?

– Нет. Пусть они сначала пройдут все военные посты. Я не хочу, чтобы меня потом преследовали. Наши животные готовы для тропы войны. Я муштрую своих воинов при любой возможности, чтобы они были достойны таких людей, как Крук, Кастер и Карр. Им нужны только муштра и дисциплина, и они станут лучшими солдатами в мире.

– Что ж, ты сам долго был солдатом, и знаешь, что нужно делать.

– Слишком долго, девочка. Слишком долго я был рабом людей, которые только и могут, что злоупотреблять властью, – с горечью сказал Билл. – Жестокость развила во мне злобу и сделала меня тем, кто я есть. Моя кровь закипает, когда я вижу форму. Сиу верно назвали меня Убийца Солдат. Никто из тех, кто носит военные пуговицы, не спасётся, если попал в моё поле зрения. Но вы должны идти. Спокойной ночи. Я не прощаюсь, потому что мы скоро встретимся.

– Спокойной ночи, Билл.

– Одно слово твоему другу, – добавил преступник. – Следуй за Чичестером на расстоянии трёх часов, куда бы он ни шёл. Через три-четыре дня я тебя догоню. В ночь на третий или четвёртый день или, если погода будет хуже, на день-два позже я окружу тебя и возьму в плен тебя и твоего друга. Конечно, вам не причинят вреда, и вы будете свободны после дела. Затем я подойду к партии Чичестера и уничтожу его, оставив двух людей в живых. Тогда я буду готов для тропы войны. Мне нужны оружие и патроны этих людей, чтобы вооружить солдат, которых мне выделили.

– Ладно, сэр. Мы поняли друг друга, – сказал техасец, отъезжая.

Адди Нейдик, не сумев сдержать чувств, обернулась к своему возлюбленному, склонилась, обняла его высокую, прекрасную фигуру и расцеловала его нежно и страстно.

– Береги себя, дорогой, – сказала она. – Ты всё для меня. Если ты погибнешь, моя жизнь мне не нужна.

– Адди, я постараюсь выжить ради тебя. Я буду работать на пределе, чтобы мы с тобой, в конце концов, обрели мир и покой. Спокойной ночи, ещё раз спокойной ночи, моя красавица, моя любимая.

– Спокойной ночи, Билл. Пусть бог хранит тебя, – всхлипнула Адди Нейдик.

Она развернула лошадь и галопом последовала за техасцем.