Глубоко в горах, в сотне кликов к юго-востоку от столицы бушевало шумное празднество. Там было много танцев и смеха — как не обошлось и без пьяного хвастовства.

Нейт откинулся на скалу, глубоко удовлетворенный. Операция действительно прошла гладко, ни единой потерянной жизни. Его горло немного болело от аркана генерала Кеноби, но поддерживающая скоба, скрытая под капюшоном, сработала идеально. Дополнительная подкладка на плече куртки Пустынного Ветра, позаимствованной у ОнСона, защитила его от тщательно рассчитанного удара светового меча генерала Кеноби. Каждый шаг — от получения решающих сведений у преступной Триллот до их передачи, от оценок до создания плана, от проникновения в сеть транспортной безопасности до угона челнока, от исполнения роли изнуренных солдат Пустынного Ветра до ослабления сопротивления среди Пяти Семей, от моделирования боя с генералом Кеноби до их окончательного бегства…

Каждый шаг прошел безупречно.

Плюс еще один дополнительный бонус: со своей позиции на крыше челнока он смог стать свидетелем «поединка» между двумя джедаями. Нейт думал, что он видел и изучил всё о боях. Теперь он понимал, что по сравнению с этим самые продвинутые военные науки на Камино были просто сомнительным бандитизмом.

Нейт знал, что у джедаев есть что-то, что поддержало бы солдат, если бы он только смог узнать больше об этом. Но как? Горя этой мыслью, он сидел и смотрел вверх на звезды, безумно желая переиграть каждое движение светового меча и кнута.

Шиика Тулл посадила «Кружащего дракона» далеко на безопасном расстоянии и направилась в лагерь под растущими двумя лунами. Она только что завершила утомительный рейс по трем из шести главных городских узлов Цестуса, доставляющих нелегальный груз через подземные туннели.

Хорошо знакомая фигура без шлема, в темно-зеленой форме, приближалась к ней, махая рукой.

— А, Шиика. Рад вас видеть.

Всё — от смуглой кожи до крепкого тела — было знакомо, но всё же она посмотрела на него искоса.

— Вы — не Нейт, — сказала она, хотя на одежде солдата не было военных знаков отличия или других идентификационных знаков.

Форри мигнул, затем изобразил невинный взгляд.

— Кем же мне еще быть?

Она оскалила зубы и указала.

— Хорошая попытка. У него есть маленький шрам вот здесь, на подбородке. У вас — нет.

Серти подошел к Форри сзади, смеясь над его усилиями одурачить её.

Форри ухмыльнулся с сожалением.

— Да ладно. Вы правы. Просто нам нравится эта игра. — Он ткнул пальцем. — Нейт на другой стороне лагеря.

— Неплохо. — Она шлепнула его по спине и пошла проведать нового… друга? Были ли они друзьями? Она считала, что их отношения можно так назвать. Друзья с клоном её погибшего возлюбленного. Это было немного болезненно, но и странно возбуждающе.

Она нашла его откинувшимся на скалу, погруженным в свои мысли. Он улыбнулся, увидев её, и поднял свою чашку с цестианским медом.

— Что празднуем? — спросила она, подозревая, что уже знает ответ.

— Маленькую операцию, которая прошла даже лучше, чем ожидалось. И никто не погиб.

Она всмотрелась в его лицо.

— Разочарованы?

Он свирепо глянул на неё.

— Очень. Я так надеялся на человеческое жаркое сегодня вечером.

Она прислонилась к скале рядом с ним.

— Сдаюсь. Я не должна осуждать вас просто за то, что вы наслаждаетесь вашей работой. Ведь именно этому вас обучали.

— Причём великолепно, — согласился он. Ей было приятно, что эти смертоносные воины из пробирки не были лишены чувства юмора.

— И вас полностью обучили всему, что должен знать солдат? — спросила она.

— Полностью.

Она замолчала и внимательнее посмотрела на него.

— А солдаты танцуют?

Улыбка исчезла с его лица, он казался глубоко задумчивым.

— Конечно. Джакелианский танец с ножом — первое средство для обучения дистанции, расчету времени и ритму в бою.

Она застонала. Снова практицизм.

— Нет. Танец. Знаете: мужчина и женщина. Так вы танцуете?

Он пожал плечами.

— Отряды соревнуются друг с другом в танце. Командой и индивидуально.

Шиика едва справлялась с раздражением.

— А для веселья?

Он прищурился.

— Это весело.

— Вы меня замучили, — сказала она, а затем протянула руки. — Подойдите.

Он заколебался, а потом подошел к ней.

Музыканты играли какую-то быструю мелодию на флейтах и барабанах. Их поступь была бодрой и легкой. Другие новобранцы смеялись, болтали и кружили своих партнеров с энтузиазмом, который явно свидетельствовал о необходимости выпустить пар. Солдаты наблюдали, постукивая ногами в такт. Время от времени один из них выполнял серии точных военных движений, приправленных акробатическими трюками. Новобранцы одобрительно кричали и хлопали.

Но что случилось сегодня? Она не решалась спросить. У него была прекрасная координация, но никакого чувства единства с партнером. Всё же это ей понравилось. Очень понравилось.

— Я слышала кое-что, — достаточно невинно сказала она.

— Правда? — спросил он. — И что же? — Он держал её крепко и сумел достаточно уловить ритм, чтобы закружить её. Несколько других пар сделали так же, и воздух наполнили радостные возгласы.

— О, что-то о группе типов из Пяти Семей, которых похитили, а затем спасли.

— Похитили? Спасли? — удивился он, вытаращив глаза. — Да уж. Звучит интригующе.

Так. Он не собирался ничего говорить. Ну и ладно, больно надо. Вообще-то она и так узнала кое от кого, что операция была важной, и, конечно, легко сможет вытянуть все подробности из какого-нибудь фермера или горняка.

Он обратил внимание на её задумчивый, хмурый взгляд и неправильно его понял.

— Так, — сказал он. — У меня такое ощущение, что вы не одобряете нашей миссии.

— Я думала не об этом.

— Но вы не одобряете. Почему вы помогаете нам?

— Не по своей воле.

— Тогда почему? Чем на вас давят?

Её ответный смех был немного резче, чем хотелось.

— Где-то на Корусканте есть компьютерный файл, фиксирующий каждое преступление, когда-либо совершенное в галактике. Возникла необходимость, и мое имя подняли, а делать одолжение лучше, чем торчать десять лет на рабочей планете.

— И в этом списке есть ваше имя?

Она кивнула.

— Вы быстро соображаете.

— Полагаю, это называется сарказм.

— О-о! — взвизгнула она. — Столько человеческого всего за минуту. Следующей будет ирония.

Он сурово нахмурился, а она засмеялась.

— Итак … что вы сделали?

— Моя младшая сестра присоединилась к религиозной секте на Девон Четыре. Когда они отказались заплатить налоги, Корускант наложил на них эмбарго. Когда колонию поразила эпидемия, они были обречены на смерть — каждый мужчина, женщина и ребенок. Никто бы не стал ничего делать. И вот…

Он понимающе кивнул.

— И вы доставили им лекарства. А ваша сестра?

Она оживилась.

— Воспитывает орущий выводок где-нибудь во Внешнем Кольце. Я сделала бы это снова.

— Даже хотя это и привело вас сюда.

Странно, она чувствовала себя более чем просто уютно, и в голове мелькнула мысль, что «сюда» подразумевало как планету, так и его объятия. Хмм.

— Даже так.

— Я заметил, что вы говорите больше со мной, чем с моими братьями, — сказал он, приблизив губы к её уху. — Почему так?

— Вы мне интересны.

— Почему?

— Не знаю, — честно ответила она. — Может быть, потому что вы командир. Это делает вас больше похожим на Джанго.

Его внимание обострилось.

— Говорят, он был одиночкой.

— Да, — сказала она. — И прирожденным лидером. Когда было нужно, он мог быть незаметным, в чём, как я понимаю, кое-кто убедился — к своему короткому и мучительному сожалению.

Нейт издал сухой смешок. Да, конечно.

— Но если он хотел, то, когда он входил в комнату, каждая голова поворачивалась в его сторону. — Она помолчала. — Особенно моя. — Её голос стал мягче. — Но всё это было так давно. Мне было восемнадцать лет, а Джанго — двадцать пять.

— Он тогда уже был охотником за головами?

Она прикрыла глаза, погрузившись в старые воспоминания.

— Думаю, он был на перепутье. Он был свободен около двух лет, с тех пор, как мандалорцы были уничтожены. Я встретила его в секторе Меридиан. Он как-то потерял свою броню и искал её. — Задумчивая улыбка. — Мы пробыли вместе почти год. И вот, мы попали в беду. На нас напали космические пираты. Наше судно подбили, и в самый разгар сражения нам пришлось взять разные спасательные капсулы. Больше я его не видела. — Она помолчала. — Я слышала, что он выжил и вернул свою броню. Я не знаю, искал ли он меня. — Шиика пожала плечами. — Такова жизнь.

Затем она засмеялась, а он слегка отодвинулся и посмотрел на неё в замешательстве.

— Почему вы смеетесь?

— Вы напоминаете мне Джанго. Он всегда скрывал свои эмоции. Но я могу вспомнить моменты, когда он выпускал их из клетки.

— Например?

Другая часть её — любящая, дерзкая — рвалась наружу, и она была рада это чувствовать. Она уж думала, что никогда больше не почувствует этого.

— Если вам повезет, я могу когда-нибудь рассказать.

Его любопытство явно разыгралось, и она простила себе легкое преувеличение. На самом деле Джанго был немногословным человеком, держащим свои чувства в узде. При его образе жизни такая сдержанность была просто необходимой для выживания.

Из нескольких их бесед она знала, что при всех своих знаниях и смертоносных навыках Нейт не имел ни малейшего понятия об обычной человеческой жизни. До сих пор, до того момента, как он заключил её в объятия, она чувствовала, что он несколько дистанцировался от неё и относился к ней с неким определенным уважением — скорее, как к сестре, чем к кому-то другому. Вероятно, ему были знакомы всего два типа женщин: гражданские, которых следовало защищать — или которые могли быть подчиненными; в любом случае, к ним подобало относиться с вежливостью. А с другой стороны, это те женщины, которые предлагают себя солдатам в обмен на кредиты или защиту, которыми можно попользоваться и бросить. Пожалуй, это может быть эмоционально рискованно — сломать такое упрощенное мировоззрение.

Но ей пришлось признать, что она хотела пробиться сквозь его сдержанность, задаваясь вопросом, что она могла под ней найти.

Что бы произошло, как бы он отреагировал, если бы она позволила связи между ними углубиться? А если бы она позволила этой связи развиваться в новом направлении?

Она увела его прочь от танцев и смеха, в тени.

— Что теперь? — спросила она.

— Мы вне службы до рассвета.

Она взяла его за руку.

— Пойдемте, — сказала она. — Мне бы хотелось кое-что вам показать.

Его лицо потемнело от смущения.

— Я должен быть наготове…

— Вы сказали, что вы вне службы. Вы что, заключены на базе?

— Нет. — Он остановился. — Если меня вызовут, мне нужно вернуться в течение двадцати минут. Вы можете это гарантировать?

Она прикинула расстояние и скорость.

— Да.

Пять минут карабканья по разбитой скале привели их к «Кружащему дракону». Когда Нейт пристегнулся, Шиика быстро провела предполётную подготовку и взлетела. Она летела к юго-востоку около двенадцати минут, почти сотню километров. Сначала она летела низко над землей, чтобы избежать сканирования. Затем, когда они оказались достаточно далеко, она вошла в стандартный транспортный коридор, полный пригородных челноков и крупных грузовиков, перевозящих товары для клиентов, не желающих платить орбитальный налог.

Нейт смотрел на проносящуюся внизу землю и наслаждался тем, как ловко Шиика управляла кораблем. Он всегда ценил компетентность. Эта женщина так отличалась от других, и это отличие слегка сбивало его с толку. И, что самое странное, ему это нравилось.

Итак, Нейт расслабился, а она тем временем направилась к пилообразной гряде холмов и начала снижаться. С тех пор, как они оставили лагерь, прошло не больше восемнадцати минут.

Поселение располагалось на склонах гор, несколько различных отверстий шахт указывали на естественные и искусственные проломы в поверхности. Когда она приземлилась, им навстречу вышли десяток чужеземцев и пара кси'тинг. Все улыбались, кивали или махали им в приветствии.

— Что это за место?

— Это моя большая семья, — сказала она. — Не по рождению. По выбору.

— Вы здесь живете?

Она улыбнулась.

— Нет. Мы еще не знаем друг друга настолько хорошо. Но… мой дом — почти как этот.

Теперь он смог разглядеть жилища. Они были замаскированы, окрашены так, чтобы их не было видно с воздуха. А если смотреть с земли, они были скрыты в тенях и скальных формациях.

— Почему они скрываются?

Она засмеялась.

— Они не скрываются. Мы просто любим горы и наслаждаемся единением с ними, насколько возможно.

Снова опасность видеть всё глазами солдата.

На склоне зазвенели высокие нежные голоса. Нейт повернулся и увидел там нескольких маленьких человеческих мальчиков и девочек, играющих в какую-то игру. Они носились, выкрикивая имена, визжа, наслаждаясь длинными тенями.

Внизу вокруг выкрашенных под цвет камня жилищ столпились дети постарше. Некоторые из них были грациозными кси'тинг, стройными и большеглазыми, немного напоминающими ему каминоанцев. Похоже, юноши помогали взрослым работать — строить, налаживать инструменты.

Он задумчиво наблюдал за ними. Обстановка вокруг немного смущала его. Или это Шиика его беспокоила? Как бы то ни было, он понял, что вспоминает собственное ускоренное детство, обучающие игры, в которые он играл…

И снова Шиика Тулл, казалось, разгадала его мысли.

— Каким вы были в детстве?

Умно. Она привела его сюда посмотреть на детей, надеясь, что это пробудит его собственную память?

Он пожал плечами.

— Учился, рос, старался. Как все остальные.

— Я посетила много планет. Большинство детских игр помогают детям раскрывать свои индивидуальные способности. А как вы можете это сделать? Ведь предполагается, что вы все одинаковы?

Опять дразнит его? Он понял, к собственному удовольствию, что надеялся на это.

— Неправда. Был основной курс обучения, который мы все освоили, но после этого мы специализировались, изучали различные вещи, готовились к различным функциям, продолжали различные учебные упражнения, сражались в различных войнах. Среди нас нет двоих, находящихся в одинаковой среде, и из-за этого мы сильнее. В совокупности мы прожили миллион жизней. Весь этот опыт растет в нас. Мы — ВАР, и она жива.

— Расслабьтесь, а? — хихикнула она и протянула ему руку. Он заколебался, а затем, проверив комлинк и убедившись, что он доступен в случае любой чрезвычайной ситуации, последовал за ней.