Куба

Они летели над Кубой. Через десять минут, резко снижаясь, самолет пошел на посадку. Довольно долго их продержали на таможне. Выйдя наконец оттуда, Дэмон махнул рукой изрядно разбитому такси, которое помчало их через весь город. Фасады многоэтажных зданий были обезображены досками и деревянными планками, но старинные кварталы Гаваны были такими же красивыми, как и прежде. Ничего подобного она не видела за весь круиз.

— Не хочешь ли ознакомиться с городом? — на всякий случай предложил Дэмон.

— Прежде заедем на теплоход, — ответила она. — Нужно умыться, переодеться.

На палубе она поцеловала его долгим, нежным поцелуем, предложив встретиться через час.

— Через час? Почему так долго?

— Я хочу выглядеть красивой, — улыбнулась она.

— Для этого не требуется целый час. Чтобы раздеться, нужно всего десять секунд, — сказал он странным голосом, понизившимся вдруг на пару октав.

— Ах, эти мужчины, — сказала она с деланной укоризной. — Всегда думают только об одном… — Улыбнувшись еще раз на прощание, она ушла, надеясь, что не обидела его, не испортила его радостного, приподнятого настроения. Ей так легче. Не дай Бог, Дэмон узнает о том, что ей предстоит сделать! Он, конечно, попытается остановить ее.

Заперев за собой двери каюты, она подошла к кофейному столику, вытащила из-под него большую пляжную сумку. Подслушивающее устройство было так хорошо спрятано, что ей пришлось повозиться, чтобы обнаружить его. Инспектор Фортном — умная ищейка! — подумала она, взглянув на часы. Нужно покончить с этим раз и навсегда. Приняв душ, она быстро набросила на себя легкое голубое платье и, подхватив сумку с "жучком", направилась к двери.

Она стремительно шагала по коридору, не замечая, что за ней на почтительном расстоянии следует Джефф Дойл. Она подошла к ближайшей телефонной будке в ярко освещенном солнцем холле. Сняла трубку. Солнечный луч, отразившись от ее серебряной цепочки на шее, ослепил Джеффа Дойла. Он инстинктивно прикрыл ладонью глаза. Серебро! Эта мысль пулей пронзила его. Почему бы не надеть золотую цепочку, черт ее подери? Ведь все эти проклятые бабы на теплоходе носят только золото. Почему ей, единственной из всех пассажирок, взбрела в голову такая мысль? Надо же, предпочесть серебро! И почему оно так сильно ослепило его? Джефф торопливо зашагал по холлу, потом перешел на легкий бег. Только завернув за угол, он остановился и, прижавшись спиной к холодной перегородке, перевел дух. Серебро, только подумать! Как он ненавидел этот металл! Один экстрасенс сказал ему, что серебро, у которого такая богатая и кровавая история, гораздо кровавее, чем золото, — это металл, к которому он никогда, ни при каких обстоятельствах не должен прикасаться. Серебро, по словам провидца, несет ему роковую гибель. Проведя по губам дрожащей рукой, Джефф попытался улыбнуться. Как глупо, однако.

Рамона, ничего не подозревая о плачевном состоянии Джеффа Дойла, набрала телефон самого дорогого в городе отеля (где же еще быть ее отцу?) и, затаив дыхание, ждала ответа. Она не заметила, как в конце коридора открылись двери лифта и из кабины вышел Дэмон.

Ей ответили на коммутаторе и сразу же соединили с номером отца.

— Хэлло, папа! — Ей стоило большого труда произнести это слово.

Дэмон подошел к будке почти вплотную, но, услышав это "папа", остановился как вкопанный.

— Тебя не было на теплоходе, когда он вошел в порт, — обвинительным тоном начал Джо Кинг. Значит, он ждал ее. Очень хорошо.

— Нет. Мы прилетели на Кубу с Дэмоном. Послушай, папа, нам нужно встретиться.

Дэмон, словно в оцепенении, медленно отошел к стене и там укрылся за громадными листьями папоротника.

— Да, нужно, — согласился с ней Джо. — Бери такси до Бодегита-дель-Медио, это рядом с собором. И не забудь захватить акции.

— Само собой, — мрачно улыбнулась Рамона. Повесив трубку, она посмотрела на сумку. Она привезет с собой не только акции Маркхэма, но кое-что еще. Из своего укрытия Дэмон следил за ее улыбающимся лицом, чувствуя, как у него что-то оборвалось внутри. Она направилась к выходу, он инстинктивно пошел за ней следом. Он продолжал слежку и из такси, проклиная на чем свет стоит небольшой "фольксваген", который вклинился между ними. Дэмон не спускал глаз ни с такси Рамоны, ни с "фольксвагена". Наконец они остановились у какого-то высотного здания, и Дэмон, заплатив за проезд, вышел из такси и укрылся в тени под тентом. Он видел, как она вышла из машины, как огляделась по сторонам.

Рамона сразу же засекла Ле Фортнома и Фрэнка. Они вылезали из "фольксвагена", который, казалось, вот-вот развалится на куски. Она сделала вид, что их не заметила. Подошла к ресторану. Ее бросило в нервную дрожь. Все это я делаю ради тебя, Дэмон, оправдывала она себя, входя внутрь через раскрывшиеся перед ней двери. За ней, словно две тени, проскользнули Ле Фортном и Фрэнк. Последним вошел Дэмон.

Джо Кинг уже сидел за столиком. Увидев ее, он поднялся. Он гордился ею. Она любит деньги и власть — он с удовольствием даст ей и то и другое. Но не сразу, само собой. Ей придется досконально изучить весь бизнес, повиноваться ему, и тогда…

— Хэлло, папа!

Джо весь засиял от счастья, услыхав приятное слово "папа".

— Присаживайся, Рамона. Я заказал для нас "мохитос". Ты не против?

— Звучит вполне съедобно, — холодно заметила она, садясь напротив. Ле Фортном и Фрэнк включили чувствительный диктофон с кассетой. Она, медленно вращаясь, тщательно записывала через "жучок" все звуки: от шороха платья Рамоны до тиканья дорогих часов у Джо на руках. Дэмон устроился в углу за столиком неподалеку от них. От посторонних взглядов его скрывал толстый ствол омертвевшего дерева, украшенного орхидеями. Он мог отчетливо слышать их голоса, так как посетителей было совсем немного.

— Принесла акции? — спросил Джо. Рамона протянула ему пакет. Рука Дэмона, сжимавшая кружку с пивом, вдруг дрогнула и кружок белой пены упал ему на брюки.

Джо Кинг разглядывал акции.

— Отлично, просто замечательно.

— Когда мы заполучим акции Десмонда? Скоро? — хладнокровно наводила она его на нужный разговор. Отец кивнул. — Таким образом, можно предположить, что скоро в игру вступит мистер Дойл?

Фрэнк ошарашенно посмотрел на Ле Фортнома. Тот нервно заморгал, ничего не понимая. Довольно смелая прелюдия. Не слишком ли забористая? Он почувствовал, как у него напряглись нервы. Второй попытки у них не будет. Он не спускал глаз с Джо. Тот, положив на стол акции, удивленно уставился на дочь. Рамона еще в такси разработала тактику действий и теперь отлично понимала, что выдала себя с головой. Ну, если только она ошиблась в характере отца…

— Дойл? Какой Дойл? — повторил Джо самым равнодушным тоном.

Рамона язвительно улыбнулась.

— Ах, прекрати, папа. Я знаю, что на борту есть твой человек. Неужели ты на самом деле считал, что я его не вычислю?

В своем углу Дэмон нахмурился. Что, черт возьми, происходит?

Губы Джо медленно раздвинулись в улыбке.

— Да, мне следовало это предположить, — снисходительно ответил он. — Этот человечек может пригодиться, — согласился он, еще шире улыбаясь. — Но Десмондом занимается другой. Не думаю, что ты его тоже вычислила, а?

Рамона только надеялась, что на лице у нее не отразится этот непредвиденный удар.

— Может, да, а может, нет. Кто бы он ни был, нельзя не предположить, что он использует дочь Десмонда ради достижения поставленной цели. Разве не так? — замурлыкала она.

Джо, чувствуя, как кровь отливает от лица, небрежно потянулся за своим стаканом.

— Извини, что-то я не понимаю.

Рамона, криво улыбнувшись, откинулась на спинку стула.

— Прекрати, папа. Я тоже справилась со своим домашним заданием. — Голос у нее окреп, стал твердым. Ей было немного не по себе от того, что отец явно одобрял ее притворную беспощадность.

Сидя в своем углу, Дэмон тяжело задышал. Ярость одолевала его, но даже сейчас, когда гнев его нарастал, он чувствовал внутри отчаяние, так как его гнев, его ярость были рождены не возмущением, а острой болью. Ах, Рамона, Рамона!

— К сделкам Гарета Десмонда в бизнесе не придерешься, — отважно продолжала Рамона, — но его дочь учится в Оксфорде, и она доставляет ему немало хлопот. Как все просто и удобно, не так ли? — насмешливо закончила она.

Как захотелось Дэмону в эту минуту подбежать к ней, заткнуть ей рот, прервать этот поток сарказма, отвратительной алчности, злобной недоброжелательности. Нет, не эту женщину он любит. Перед ним какая-то злая стерва, которую он знать не знает.

Джо Кинг сделал большой глоток из своего стакана.

— Так о чем ты говорила?

За своим столиком Ле Фортном сжал кулаки. Нет, Рамона, нет! Он сам должен все выложить. Если им удастся найти на борту второго человека Кинга, по-видимому одного из стюардов теплохода, то тогда они смогут привлечь Джо Кинга еще и за шантаж. Ле Фортном бросил мучительный взгляд в ее сторону, но что он мог сейчас поделать? Оставалось только сидеть, ждать и надеяться.

— Ты слышал, папа, — улыбнулась Рамона.

Джо Кинг засмеялся.

— Ты, конечно, права, моя дорогая девочка. Мы намерены использовать его дочь. Она законченная наркоманка. Так что Десмонду придется продать свои акции, если он не хочет, чтобы его доченька оказалась в тюрьме, а сам он — в центре громкого скандала.

Рамона с отсутствующим взглядом покачивала в руке стакан. В своем углу Дэмон заскрипел зубами. Настоящий шантаж. Они намереваются шантажировать его старого друга! И заявляют об этом так спокойно, по-деловому. Его глаза задержались на ее длинных, тонких пальцах, небрежно удерживающих стакан. Он помнил эти пальцы, помнил, как они ласкали его… как любили…

— Тем более, — продолжал со счастливым видом Джо, — когда Десмонд увидит кое-какие фотографии.

Рука Рамоны на секунду замерла.

— У тебя есть фотографии? — спокойно спросила она. — Я просто поражена. Я знаю эти вечеринки в Оксфорде. На них разрешается бывать только одним студентам. Но все равно это требует подтверждения.

Джо Кинг улыбнулся, обрадовавшись, что у него появился шанс похвастаться перед дочерью.

— Ах, у меня свои люди повсюду… Сам фотограф — поставщик травки.

Фрэнк Глесс шумно втянул воздух. Взрывная получается смесь. Шантаж, доставка и торговля наркотиками, вымогательство. Только бы теперь она навела беседу на убийство Кейта Тредстоуна. В своем углу Дэмон закрыл глаза. Боже, какой он несчастный. Что может быть хуже этого?

Рамона откинула голову. Никогда в жизни она еще не испытывала такой жгучей ненависти ни к одному человеку, какую испытывала к этому, сидевшему напротив, который к тому же был ее отцом. Сделав над собой усилие, она продолжала:

— Итак, как только мы получим акции Десмонда, складываем их все вместе — Маркхэма, твои с Кейтом, подаем заявку на торги и берем все под свой контроль.

Дэмон низко опустил голову, скорчившись как от сильной физической боли. Ему придется принести в жертву свою большую любовь. Отказаться от счастья, которое, казалось, было так близко.

Сердце у Рамоны глухо заколотилось. Вот он, этот долгожданный момент.

— Бедняга Кейт, — задумчиво, с легкой, играющей на лице улыбкой, произнесла она. — Он ведь и не предполагал, во что ввязывается. Как ты считаешь?

Джо Кинг засмеялся в ответ.

— Нет, конечно. Я был ужасно удивлен твоим выбором, он ведь такое ничтожество. Ты могла выбрать любого, стоило только пожелать.

Рамона пожала плечами.

— Он, безусловно, был слабаком, поэтому его можно было гнуть в бараний рог. К тому же для тебя он был идеальным помощником. Биржевой брокер может продавать и покупать акции, не вызывая подозрений. Поэтому ты и остановил на нем свой выбор, так? Я права?

Джо Кинг едва не зааплодировал. Наблюдать за ней, все равно что следить за бегом любимой лошади, выигрывающей дерби.

— Браво! — воскликнул он.

— Но тем не менее, отец, ты шел на определенный риск. Кейт ведь мог вывести тебя из игры в любое время. Он фактически скупил немало акций под своим именем.

Джо Кинг расхохотался.

— Ничего подобного, моя девочка. Я заставил его подписать столько гарантийных документов, столько контрактов, что у него от этого могло свести руку. Я даже заставил его составить завещание, по которому он оставлял все акции мне. Я все продумал до мелочей. Эти акции в любом случае становились бы моими. И все именно так и произошло…

— Почти так, — возразила она, чувствуя, как сильно у нее бьется сердце. Сейчас она разыграет свою козырную карту. — Но ты не рассчитывал на верность Кейта по отношению ко мне. Верно? Ведь он переделал свое завещание в мою пользу. Разве ты до сих пор считаешь это случайным совпадением? — бросила она ему решительный вызов, тихо засмеявшись. Она сделала большой глоток обжигающего напитка. Ей сейчас просто необходим алкоголь.

Ле Фортном, бросив взгляд через весь зал на Кинга, увидел, что тот покраснел как рак.

— Что… что ты имеешь в виду? — спросил он прищурившись, и теперь его глаза стали маленькими как у крысы.

Она вздрогнула. Хорошо, что оба сыщика неподалеку. Интересно, видел ли Кейт вот эти его злые глазки перед тем, как… Нет, лучше об этом не думать. По крайней мере, сейчас. Она попыталась улыбнуться, но вымученная улыбка превратилась в кислую гримасу.

— Что с тобой, пала, ты только подумай, — увещевала она его. — То, что имел Кейт, принадлежало и мне. Неужели ты считаешь, что он скрывал от меня свои дела на бирже? Что он потихоньку скупает для тебя акции? Неужели ты веришь, что я была заодно с тобой, заодно с самого начала?

Джо Кинг долго молчал. Вдруг эта его породистая кобылка превратилась в красивую, но смертоносную змею. И если уверенная демонстрация ее беспощадной жестокости нервировала его, она его еще и возбуждала. Какой замечательной парой в одной упряжке могла она оказаться! Отец и дочь. Кто их побьет?

Дэмон в своем углу только кривился от ее звонкого насмешливого смеха. Он весь побелел как полотно, слушал отвратительную историю о том, как она воспользовалась этим простачком Кейтом Тредстоуном. А как она использовала все это время его, Дэмона Александера! Еще одного дурака, которого можно высосать и выбросить. Он весь вздрогнул, вспоминая сцены их дикой, необузданной любви в постели. Ее русалочий смех. Любовь, которая казалась настоящей, реальной. О Боже…

— Не забывай, дорогой папочка, что он мне постоянно сообщал обо всем, — отважно лгала она ему. — А ты считал, что он у тебя в руках, да?

Джон Кинг улыбнулся, оценивая по достоинству дочь.

— Да, я так считал, — признался он. — Оказывается, все это время ты контролировала действия нас обоих, — с восхищением добавил он. Он поднял стакан. — Я всей душой радуюсь за тебя, девочка, — сказал он, и в его голосе слышалась странная смесь гнева, зависти и любования. — Твое здоровье!

— За тебя, — ответила она.

Дэмон Александер встал из-за столика. Нет, с него достаточно. Он уже всего наслушался. Больше вынести не в силах. Он сейчас же пойдет к Гарету и заставит его дать показания на Джо Кинга, обвинить его в шантаже. Он разорит этого Кинга. Посадит и ее в тюрьму. Какая отвратительная мысль. От нее, казалось, ноги у него налились такой ужасной тяжестью, что он не мог ими двинуть…

— Само собой, когда убили Кейта, я вначале была просто вне себя, — сказала Рамона, как ни в чем не бывало продолжая застольную беседу. Услыхав ее слова, Дэмон плюхнулся на стул, ноги его больше не держали.

За другим столиком Ле Фортном с Фрэнком замерли от напряжения.

— Что ты сказала? — рявкнул Джо Кинг, чувствуя, как закипает, как ярость начинает овладевать им.

Рамона заставила себя взглянуть на него через столик холодными, равнодушными глазами.

— Ах, пап, брось! Кейт не совершал самоубийства. Он никогда об этом не думал. Я попросила его изменить завещание в мою пользу только ради предосторожности. На всякий случай. Наверное, — предположила она, — он разнюхал что-то весьма опасное, что на самом деле испугало его, и решил выступить против тебя.

Глаза Джо Кинга превратились в узенькие щелочки. Тредстоун на самом деле случайно узнал о существовании запасного варианта. Какой идиот! Этот запасной вариант был лишь последней мерой, если все начнет складываться угрожающим образом. Все, что от него требовалось, держать язык за зубами. Так нет же! Он угрожал пойти в полицию. Джо тяжело задышал. Ситуация выходит из-под контроля. Есть такие вещи, которые он никому не расскажет, даже дочери.

— Может, вернемся к "Александрии"? — спросил он льстивым, заискивающим тоном. — Как только она войдет в порт во Флориде, я составлю планы ее передачи в наши руки.

Рамона в эту секунду поняла, что он ни за что не признается в убийстве Кейта. Но что она может поделать? Как ей хотелось наброситься на этого гнусного человека с усталыми, льстивыми глазами, выбить кулаками из него всю правду. Но ей пришлось унять свой гнев, призвав на помощь здравый смысл. Нужно что-то предпринять.

Плечи у инспектора Ле Фортнома беспомощно обвисли. Сколько улик, чтобы упрятать Кинга за решетку на несколько лет, но у них нет главного. Обвинения в убийстве. Но Рамона не желала признать свое поражение. Ее здравый смысл, ее верный союзник в жизни, уже бросил ей спасательный круг. Она снова медленно откинулась на спинку, поигрывая стаканом в руке.

— Ты, конечно, можешь составлять что угодно, — сказала она, подчеркивая холодной улыбкой слово "составлять", — но без тех милых акций, которые Кейт оставил мне, у тебя ничего не выйдет.

Дэмон в своем углу, подавшись всем телом вперед и закрыв глаза, облокотился на колени. Кончится ли когда-нибудь этот кошмар? Неужели ее умопомрачительная алчность заставляет ее бросать вызов даже своему отцу, который, совершенно очевидно, опасный психопат?

Джо Кинг со свистом набрал полные легкие воздуха. Со стороны вполне могло показаться, что это злобно шипит змея. Фрэнк напряг до предела мышцы, готовый в любую минуту прийти ей на выручку. Рамона вела игру довольно безрассудно. Но в мужестве ей никак не откажешь!

— Что ты конкретно имеешь в виду? — спросил Джо.

Рамона, засмеявшись, помахала рукой у него перед носом.

— Видишь колечко? Мне его подарил Дэмон.

— Ах вот оно что! — заревел ощерившись Джо, и Рамона поняла, что расчет ее верен.

— Разумеется. Папочка, дорогой, для чего, черт подери, я должна помогать тебе перекупить компанию, если для получения того же результата мне нужно просто выйти замуж? И все мое! Дэмон сделает ради меня что угодно.

В темном углу Дэмон весь скорчился, словно его прошила автоматная очередь. Он резко вскинул голову, услыхав угрожающий скрип отодвигаемого стула. Джо Кинг стоял, вытянувшись во весь рост, злобно сверкая глазами на дочь, пальцы его сжимались в кулак и разжимались.

— Нет, ты не выйдешь замуж за Александера, — зашипел Джо Кинг. И по подбородку его покатился тонкий ручеек белой слюны. В его глазах промелькнуло дикое, зверское выражение. — Никогда!

Рамону охватил леденящий душу страх. Тем не менее она улыбалась, хотя по спине стекал холодный пот. Она по-прежнему противилась упрямому желанию бросить спасительный взгляд в сторону своих защитников, двух детективов. Интересно, там ли еще они?

— Послушай, папочка, — как можно мягче, растягивая слова, сказала она. — Каким образом, черт подери, ты можешь остановить меня?

Неожиданно Джо Кинг расплылся в широкой улыбке, обнажив острые, как у крокодила, зубы.

— Не доводи меня до греха, девочка. У нас с тобой впереди яркое будущее, но не забывай, кто из нас босс. Я отправил на тот свет одного из твоих ухажеров. Я могу… если захочу… убить и другого.

Рамона с облегчением вздохнула.

— Значит, это ты убил Кейта? — спросила она надтреснутым голосом.

Джо Кинг улыбнулся.

— Все оказалось так просто, — сказал он, словно охваченный диким ражем. — Подошел к нему, приложил пистолет к виску и спустил курок…

Воздух со свистом вырвался у нее из груди. Теперь, когда она получила признание, пора подумать и о собственной шкуре.

— Ну, в таком случае… вероятно, мне придется отказать Дэмону. Он совсем тебе не чета. — Она даже не пыталась скрыть сладкую лесть. Ведь этот человек явно сумасшедший. Просто душевнобольной.

— Мудрое решение, моя девочка. А теперь я отнесу это своему адвокату. — Он помахал акциями Маркхэма перед ее носом. — Встретимся во Флориде, так?

Рамона кивнула. Она смотрела ему в спину. Дэмон тоже провожал его глазами. Как только тот вышел, Дэмон, на непослушных ногах обойдя толстый ствол дерева, направился прямо к ней. Ему не терпелось увидеть ее реакцию, когда она обнаружит, что он все слышал. Она не заметила, как Дэмон приблизился, ибо в тот момент доставала из-под столика пляжную сумку.

— Надеюсь, ребята, вы получили все, что хотели, ибо во второй раз у меня ничего не выйдет! — устало произнесла она.

Дэмон резко обернулся. За спиной он обнаружил двоих мужчин. Рамона подняла голову, надеясь увидеть перед собой Ле Фортнома и Фрэнка, но от того, кого она на самом деле увидела, ей стало не по себе.

— Дэмон! — прошептала она, не веря своим глазам. В лице у него не было ни кровинки.

— Отлично все провернули, доктор Кинг, — сказал Фортном, топчась рядом с Дэмоном Александером и не обращая на него ни малейшего внимания. — Мы записали весь разговор. А если учесть наши свидетельские показания вкупе с вашими, то ваш папочка загремит в тюрьму очень надолго. Наш человек задержит его вторую марионетку, как только тот подойдет к мистеру Дэсмонду. От имени полиции метрополии я хочу поблагодарить вас за сотрудничество и, должен сказать, за проявленное мужество. — Он продолжал тарахтеть без остановки. — Представляю, как вам было трудно. Услыхать такое от родного отца! Все его откровения по поводу вашего жениха и прочее. — Взяв Рамону за руку, он начал радостно, энергично ее трясти, но она уже не слышала его похвал. Она не спускала глаз с Дэмона, который начал что-то понимать.

— Рамона! — тихо сказал он. Только сейчас Ле Фортном обратил на него внимание.

— Мистер Александер? Ну, вы все слышали? — с надеждой в голосе спросил он.

Дэмон кивнул.

Рамона, мертвенно побледнев, с трудом дышала.

— Выходит, ты подумал… — Голос ее задрожал.

Дэмон снова кивнул.

— Ах, Дэмон! — прошептала она, и из ее глаз брызнули слезы. Все это время он слушал их разговор. Какая мука…

— Великолепно! — заорал Фрэнк Глесс. — Теперь у нас есть еще один свидетель!

Рамона по-прежнему молча, не отрываясь смотрела на Дэмона большими, голубыми, круглыми глазами. Она стремительно кинулась в его объятия и отчаянно прижалась к нему, словно прося прощения.

— Все кончено, все кончено, — приговаривала она. — Наконец-то все кончено!

Дэмон со счастливым видом крепко обнял ее, ибо он любил ее, и ничто другое не имело значения.

К нему постепенно возвратился дар речи.

— Ах, Рамона. А я-то думал, что все это правда. Что ты… — Он признавал свою вину, он раскаивался. Как он мог предположить, что в ней столько злобы? — О, дорогая, прости меня! Я больше никогда не стану сомневаться в тебе, клянусь.

Вся дрожа, она прервала поток его бессвязных слов поцелуем.

— Неважно, неважно, любовь моя. Ведь я люблю тебя так сильно. Ах, Дэмон, как я тебя люблю!

А он только смеялся, прижимая ее крепче к себе.

Все наконец кончено.

Но дело в том, что еще далеко не все было кончено. Далеко не все!